Цветок репейника

Пролог

Кровь плохо оттиралась с кожи и, кажется, уже пропитала юбку. Тиана прекратила бессмысленную возню, закрыла глаза и глухо застонала.

– Первый раз, да?

Участливый мужской голос показался грубой насмешкой. Но пришлось сделать над собой усилие и кивнуть.

– Приятно осознавать, что я у тебя первый.

– Это в каком смысле? – возмущённо вскинулась она.

– В смысле грехопадения.

Тиана уронила голову ему на плечо. Тёплое. Надёжное. Живое.

Нет, он не был у неё первым. Ни в каком из смыслов. Но что это, в самом деле, для них обоих меняло?

Трехликая Богиня Перекрестков смотрела на них из-за облачной кисеи и улыбалась. Ей было за что их любить, это Тиана знала наверняка. Так же, как и то, что ничего хорошего любовь эта не предвещала.

Глава первая. Цветок для героя

В этот день победители входили в город. Под бой барабанов и рёв победных рогов ослепительное воинство должно было прошествовать по главной улице столицы. Люди занимали места на балконах и у окон ещё с предыдущего утра, лишь бы только не пропустить долгожданное зрелище. Город давно уже жил предвкушением, затаился и притих, чтобы уже нынешним вечером взорваться неистовым карнавалом.

Каждому – своё.

Тиана со скучающим видом перебрала свои платья. Новых она не могла позволить себе уже давно, но и сильно поношенных в этом цветном ворохе не водилось. Для работы требовалась одежда практичная и немаркая, а всё остальное без дела пылилось в сундуке. Сегодня же все наденут свои лучшие наряды, девушки украсят волосы цветами и атласными лентами в надежде понравиться какому-нибудь отважному герою. Сегодня можно почти всё. Почти всем.

– Ты ещё не готова?

Нира ворвалась в комнату, принеся с собой чуть горьковатый аромат нагретых солнцем степных трав.

Тиана невольно улыбнулась. Несмотря на то, что подруга была младше неё всего на год, ей удалось как-то до сих пор сохранить почти детскую способность удивляться и радоваться всему новому. Она заражала ей всех возле себя, и противиться этому было невозможно.

– Я их видела! – воскликнула она, всплеснув руками. Широкие рукава-крылья делали её похожей на птицу более, чем когда-либо. – На Площади Феникса есть памятник Морскому Королю. Помнишь такой? Где барельеф с чайками и волнами, а сам король будто по воде идёт?

Тиана рассеянно кивнула. Памятник был довольно нелепый, но именно там они когда-то познакомились.

– Вот с него я и смотрела, – лукаво улыбнулась Нира и замолчала, ожидая реакции.

Тиана задумалась. Рядом с серебристой статуей последнего коронованного романтика Нира в своих бирюзовых шелках выглядела наверняка бесподобно. Странно, что никто не додумался до такой удобной смотровой площадки кроме неё. Хотя…

– Как ты умудрилась туда влезть? – ахнула Тиана. – Он же почти отвесный!

Нира рассмеялась.

– Маро провёл меня на колокольню, а потом спустил на верёвках.

– Сумасшедшие, – фыркнула Тиана. – Оно хоть того стоило?

– Ну… Красный герцог очень красив. Не в моём вкусе, впрочем, но картины с него писать хочется. Такие, где герой на вздыбленном коне гордо пронзает мечом какое-нибудь отвратительное чудище. Я думаю, что он чем-то таким по жизни и занимается.

– Позирует для портретов?

– А в перерывах между сеансами живописи уничтожает монстров. Да, как-то так я себе его представляю.

Тиана снова усмехнулась. По Красному герцогу сохли едва ли не все женщины столицы от мала до велика. Она не осуждала: отчего нет, если человек этого заслуживает? Сама она к подобным вещам склонности не имела, но понимала, что народу свойственно кого-нибудь обожать. И пусть они лучше восхищаются героем, совершившим какое-то немыслимое для своих лет число подвигов, чем таинственным и зловещим некромантом, например. Или того хуже – пламенно-красноречивым фанатиком очередной религии.

Фъямэ сол Ньэрэ, герцог Артеньи и правитель суверенной провинции Нуадезэ, был достоин народной любви. Полководец, завоеватель, освободитель, первый меч Империи и просто старший сын короля, он при этом снискал себе славу человека доброго, щедрого и не спесивого. Звучало почти как сказка, но было самой что ни на есть правдой. Тиане как-то довелось оказаться настолько близко к этому человеку, насколько было возможно для такой, как она. Эста сол Фоччия по старой дружбе взяла Тиану на пир в дом своего деда. Красный герцог тоже был в числе приглашённых. Явился прямо с поля боя, даже не переодевшись, не смыв ни крови, ни пыли. Эста велела служанке поднести гостю вина, но Тиана успела первая. За что удостоилась мимолетной улыбки и теплого взгляда темных глаз. А потом долго стояла рядом с ним и Эстой, слушая никак не предназначенную для ее ушей светскую беседу.

– Когда-то он взял из моих рук кубок с вином, – сказала Тиана вслух.

– Ты не рассказывала. И что?

– Ничего. Ты же знаешь, мужчины меня не интересуют. Даже столь блистательные.

Нира пожала плечами.

– Ты выбрала верное слово. Блистательные. Такой была вся процессия. Начищенные и вроде даже отполированные доспехи. Алые плащи. Гордые знамена. Под ноги им бросали цветочные лепестки, и те кружились в порывах ветра. Это было очень красиво.

– Что бросила ты?

Нира смущенно зарделась.

– Ленту.

Тиана окинула подругу чуть более внимательным взглядом, наконец, сообразив, что не так в ее облике. Одна из золотистых кос Ниры была перевита только жемчужной нитью, ничем не закрепленной, и почти расплелась.

– Кому она досталась? Неужто самому герцогу?

– Нет, конечно. Был там один. Из этих, безумных южан. То ли заложник, то ли новый союзник. Страшный, как демон. Но, видимо, из благородных. В седле держался ловко и ленту поймал на лету, будто коршун добычу.

Тиана промолчала. Говорить о южанах она не намеревалась совершенно. Как бы ни хотелось ей похоронить свое прошлое навсегда, память получалось лишь усыпить.

Нарочито медленно и спокойно она отвернулась, взяла первое попавшееся под руку платье и подошла к зеркалу.

– Думаешь надеть вот это? – тут же забыв обо всех южных демонах, спросила Нира.

Тиана задумчиво приложила платье к себе. Золотистый переливчатый атлас подходил к ее смуглой коже и каштановым кудрям. Если одолжить у Ниры что-то из украшений, можно будет сойти за приличную зажиточную горожаночку. Лучше этого было бы только красное бархатное с низко опущенным вырезом. Но в нем выглядеть приличной точно не получилось бы. Да и рядом с воздушной, прекрасной, как звездный свет, Нирой, Тиана бы чувствовала себя неудобно. Как куртизанка рядом с посланницей небес.

– Руки, – хмуро сказала Нира. – Твои руки нужно спрятать.

Тиана с грустью проследила ее взгляд. От локтя и до тонких запястий их покрывали синяки и царапины. Ни у зажиточных господ, ни даже у куртизанок таких быть не могло. У дев благородных кровей и подавно. Что ж, к золотистому платью предполагалась сорочка из тончайшего кружева, под ней все это непотребство будет слишком заметно. А вот к бархатному можно будет пришнуровать другие рукава, вырез прикрыть расшитой шелками косынкой. Тогда вместо куртизанки получится все та же мещаночка, во имя праздника нарядившаяся побогаче и пособлазнительнее. Еще косу уложить вокруг головы и украсить яркими крупными цветами.

– Лучше синее, – бдительно остановила ход ее мыслей Нира. – Оно хоть и победнее, но в нем есть изящество. Гармония простоты.

Синее.

Как море южного залива. Как летние сумерки. Как глаза одного проходимца, которого давным-давно необходимо было выбросить из головы.

Все правильно: тоненькой и хрупкой Нире – бирюза, жемчуг, нежно-голубой шелк, свет и радость ясного дня, свежесть прибрежного ветра, кружево пены, облака парусов у горизонта.

Тиане же, с ее темным прошлым, избыточно чувственной, тяжелой фигурой – чернильную синеву морских глубин, неизведанных бездн, в которых скрываются омерзительные древние твари. Голодные, разумеется.

Тиана быстро переоделась, расправила тяжелые складки юбки, затянула узкий плетеный поясок. Нира распустила ей волосы, густые, роскошные. Красиво, но очень неудобно. В карнавальной сутолоке хлопот с этой красотой не оберешься. Так что проще было убрать их под сеточку. Тиана сама когда-то сплела ее из шелкового шнура густо-зеленого цвета и украсила ракушками, чтобы казалось, будто она и в самом деле создана из водорослей. На Нире все это смотрелось бы милой шуткой. В сочетании со строгими чертами лица самой Тианы получался образ морской ведьмы. Ничуть не забавный.

– Суровая дуэнья при беззаботной русалочке, – кивнула она на свое отражение.

Нира досадливо поморщилась.

– Зря ты так. Может, это и не называется красотой в общепринятом смысле, но у тебя есть стать. Величавость. Достоинство. Ты очень хорошо выглядишь.

«Неплохо. Только лет на десять старше тебя» – горько подумала Тиана.

– Я буду очень ревностно следить за твоим поведением, – сказала она вслух. – Так что будь как можно скромнее.

Нира светло улыбнулась и, поцеловав подругу в щеку, выбежала из комнаты.

Тиана осталась перед зеркалом одна.

Южное море плескалось перед ее взглядом. Ночь цвета чернил каракатицы заполняла ее глаза. И впервые за много лет этому совершенно не хотелось противостоять.

***

Улицы города напоминали бурную реку в половодье. Люди текли беспрерывным потоком, увлекая с собой вместе все случайно попадающиеся на пути преграды. Смех, гомон, шумная и не всегда пристойная болтовня журчали безостановочно. Звуки самых различных мелодий вливались в эту музыку отовсюду, превращая беспорядочное движение толп во всеобщий веселый танец.

– Нужно найти Маро, – уже который раз повторяла Нира, в радостном возбуждении сжимая руку Тианы чересчур сильно. – Нам нужно скорее найти Маро и остальных. Скоро стемнеет, вон уже начали зажигать фонари.

Разноцветные огни действительно вспыхивали то там, то здесь, хотя солнце еще не село.

– Нас здесь просто стопчут, Тиана. А еще и ты в таком виде. Ты сама-то понимаешь, на кого похожа?

Тиана улыбалась. Еще бы она не понимала!

Они шли и даже почти бежали к Голубиной Площади. Не самое важное место, основные торжества проходили совсем в другой стороне. Но фейерверки будут видны над всем городом, а выложенная разноцветными плитками площадка была очень удобна для танцев. Даже если Маро с друзьями еще туда не добрался, они обязательно придут позже.

– Нужна помощь?

Незнакомый голос прозвучал совсем близко. Чужая рука легла на плечо Тианы как-то очень по-хозяйски.

Обе подруги слегка обернулись, не сбавляя шага. Так что незнакомцу пришлось подстраиваться.

– Ни к чему знатным и обворожительным барышням бегать по улицам без сопровождения.

– Даже в такой день? – лукаво улыбнулась Нира.

– Особенно в такой день, – уверенно ответил чужак.

Он был высок, широкоплеч и явно не беден. Потому что бедняк вряд ли сумел бы позволить себе свиту в добрый десяток хорошо вооруженных воинов. Еще у него был приятный голос и красивые руки с длинными, тонкими пальцами. Больше ничего разглядеть не представлялось возможным. Потому что плотный плащ с широким капюшоном превосходно скрывал и лицо, и фигуру.

– Мы хотим на Голубиную, – сказала Нира. – Проводите?

– Если вы скажете, где это, моя госпожа. Я не очень хорошо знаю город.

– Впервые в столице?

– Нет. Но никогда не интересовался окраинами.

Тиана пренебрежительно фыркнула. Мнение, что все, что по эту сторону Арверы, окраина, ей уже доводилось слышать. С этим было бы глупо спорить, ведь даже эти зазнавшиеся вельможи в глубине души понимали всю глупость подобного заявления.

Нира что-то ответила, но разобрать слова Тиана не успела. Потому что бурная людская река вдруг расступилась, разошлась двумя рукавами, пропуская всадника на вороном коне.

Нира восхищенно ахнула, и этот возглас эхом прокатился по толпе. Этому человеку вооруженные телохранители были ни к чему. Он вполне мог позволить себе одинокие прогулки в любое время, в любом месте. Даже без алого плаща со знаменитым гербом.

– Кажется, он тоже на Голубиную, – прошептала Нира. – Будет весело.

Вслед за Красным Герцогом пробить себе дорогу оказалось легче легкого. Учитывая провожатых, взявших девушек в плотное кольцо, это даже не удивляло. Тиана честно пыталась понять, нравится ли ей шагать в окружении одоспешенных воинов. А если вспомнить, как нынче выглядела она сама, со стороны это должно было смотреться забавно. Будто они пленницы под конвоем.

Танцы на Голубиной уже были в самом разгаре. Скрипки и флейты надрывно кричали о любви. Красавец Маро вел по кругу мило раскрасневшуюся девчушку в белом платье и пышном цветочном венке. Девочка не решалась поднять глаза на своего кавалера и смущенно спотыкалась при каждой его попытке взять ее не только под локоть, но и за талию. Нира усмехнулась и скользнула между зрителями.

– Куда она? – спросил у Тианы их таинственный спутник.

– Туда, куда мы стремились с самого начала, – ответила та. – Благодарю за компанию, вы были очень любезны.

Он попытался удержать ее, но не успел. Тиана плотнее закуталась в шаль и быстро протолкалась поближе к музыкантам. Если стоять рядом с ними, вряд ли будут приглашать танцевать, но это было привычно и даже удобно. Она кивком поприветствовала знакомых и легко взобралась на мраморные перила, окружавшие импровизированную сцену. Теперь можно было притвориться статуей.

Нира оттеснила неловкую девочку в венке и завладела вниманием как Маро, так и почти всех прочих мужчин. Тиана всегда любовалась подругой. Иногда с оттенком зависти, а чаще просто как удивительным творением богов. Высокая, тоненькая и грациозная, Нира умела двигаться изящно и плавно, но с неумолимой настойчивостью стихии. Только на первый взгляд могло показаться, что партнер ведет ее. Те, кто умел правильно смотреть, быстро понимали, кто задает рисунок всего танца, подчиняя и направляя всех вокруг.

Лишь один взгляд рассеянно скользнул по гибкой фигурке в бирюзовых шелках и больше к ней не обращался. Один из множества.

Красный Герцог стоял среди прочих зрителей, пусть и в первом ряду. Куда он подевал коня, было непонятно, но уж наверняка нашлось немало желающих оказать услугу всенародному герою. Черная, нарочито простая и грубая одежда была ему к лицу даже больше, чем сверкающее великолепие парадных доспехов. Он действительно был красив почти до неприличия. Тогда, при первой встрече Тиана не особенно его рассматривала. В нем не было черт, волновавших ее в то время. Она любила лихих пиратов, нахальных разбойников или хотя бы насмешливо-злоязыких менестрелей. Героические подвиги на поле брани, закованное в латы долга и славы благородство – это все было никак не для нее. Особенно в сочетании с преклонением и обожанием толпы. Со временем и печальным опытом многое в мыслях Тианы переменилось, но откровенно скучающее выражение на красивом лице герцога не привлекало и теперь. Оно раздражало.

Тиана сама не могла понять, отчего ей так важно мнение этого человека. Но глаза ее то и дело обращались к горделивому профилю, а слух пытался уловить обрывки фраз, которые Красный герцог лениво бросал через плечо своему закутанному в плащ собеседнику.

«Постойте– ка!»

Плащ был очень знакомый. Видела она уже его сегодня. С куда более близкого расстояния.

Демон, вселившийся в Тиану еще до выхода из дома, предвкушающее потер ладошки и толкнул ее на обычно не свойственное озорство.

Девушка спрыгнула со своего со своего уже нагретого и такого удобного места и решительно подошла к Каомо, флейтисту. Тот как раз доиграл свою партию и мог уделить ей немного внимания. По мере того, как она объясняла ему свою задумку, легкое недоумение на лице музыканта сменялось недовольством, потом интересом.

– Ты для этого так вырядилась? – жарким шепотом спросил он ее наконец.

– Да. То есть нет, я сразу ничего такого не хотела.

– Ой, врешь, Тинка. Но то не мое дело. Моя задача, чтобы людям было интересно, а в шляпе прибывали денежки. Ты же не претендуешь на свою долю?

Тиана замотала головой.

– Вот и замечательно.

Танец закончился. Каомо что-то шепнул мальчишке-шляпнику, и тот, потрясая над головой звенящим бубном, попросил освободить достаточно места. Скрипки замолчали все одновременно, а в долгую перекличку флейт ритмом сердца вступил голос совсем другого инструмента. Обычно здесь так не играли, но ведь теперь с югом мир? Теперь-то можно?

Быстро, пока никто не успел перебить впечатление, Тиана выскочила в середину круга, прошлась, мелко дробя каблучками, и резким движением вскинув руки над головой, распахнула шаль.

Судя по реакции зрителей, наряд перед выходом из дома она сменила не зря. Хотя тогда она еще и сама не подозревала, зачем это сделала.

Выбранное в последний миг платье было традиционным. Только не здесь, а на далеком юге. Тиана сшила его для карнавала уже давно, но все никак не решалась надеть, понимая, что в этом могут увидеть вызов и даже нарушение приличий. Обычно Тиане лишние пересуды за спиной были ни к чему, но сегодня, видимо, просто был такой день. Такой вечер, когда все становится неважным, кроме музыки, памяти и огня в собственных жилах.

Платье было черным, как ночь, без отделки и лишних деталей. Жесткий корсаж плотно охватывал стан девушки, приподнимая и без того высокую пышную грудь. Нет, никаких открытых вырезов, никаких обнаженных плеч и рук, все было даже преувеличенно скромно. Для заинтересованных взглядов мужчин и осуждающе поджатых губ некоторых почтенных матрон вполне хватало покроя. Северянки носили платья с укороченным лифом, тяжелые складки широких юбок начинались от ребер или даже сразу под грудью. Платье Тианы делало доступной взору все изгибы ее тела. Корсаж доходил до талии, а юбка из мягкой, хоть и плотной ткани, была достаточно узкой, подчеркивающей линии бедер, и расходилась многочисленными клиньями над самыми коленями. Никаких украшений Тиана не надела, только воткнула в тяжелый узел волос искусственный цветок.

Танцевать Тиана умела, хоть и не очень любила. Точнее, ей это нравилось в детстве. А теперь навевало слишком много непрошенных воспоминаний. Демоны прошлого пришли предъявлять права на ее душу, подступая все ближе с каждым ударом струн. Должно быть, именно поэтому ее танец так походил на борьбу. Каждым шагом, каждым стремительным движением рук она сражалась насмерть. Щелкала пальцами, отбивала бешеный ритм каблуками, задавая темп музыкантам, припадала на одно колено, простирая тонкую руку к зрителям, обманчиво беспомощная и словно сломленная. А потом восставала диковинной птицей-фениксом и вновь бушевала,подобная пламени костра.

Только как победить, если противник в поединке ты сама?

Вокруг уже успело потемнеть, но в неверном свете фонарей и факелов Тиана то и дело различала лица, обращенные к ней. Некоторые были знакомые, некоторые не очень. Нира-подруга смотрела с откровенным восторгом и даже слегка с ужасом. Каомо заговорщицки подмигнул. Маро изучал как неведомую зверушку.

В какой-то миг взгляд Тианы выхватил из общей картины чеканное бледное лицо, на котором не осталось и тени былой скуки. Красный герцог смотрел на танцовщицу, не отрываясь. Разыгравшийся ветер развевал длинные белоснежные волосы, коснуться которых мечтала едва ли не каждая девица в Империи. Воплощенная картина кисти великого мастера. Что-то про романтику и таинственность. Или про сошедшего небес на землю Звездного бога. Потому что живые люди таким красивыми, разумеется, не бывают.

А рядом с герцогом стоял другой человек, тоже вызывавший сомнения в своей реальности. Нет, он как раз на бога совсем не походил. Равно как и на благородного героя. Скорее на театральную маску злодея, в которой намеренно преувеличена каждая характерная черта. Узкое смуглое лицо было обветренным и неуловимо неправильным, словно носившим отпечаток болезни или дурной крови. Открытый высокий лоб сочетался с низкими бровями, между которыми к тому же пролегала глубокая вертикальная складка. Скошенный подбородок, большой, кривившийся в усмешке рот, длинный и даже слегка крючковатый нос не были бы привлекательны даже по отдельности. Все вместе это было как-то даже слишком. В особенности в такой близости к безупречной внешности Красного герцога. Единственным, что было не отталкивающим в этом лице, оказались глаза. Большие, лучистые, серо-зеленые, будто зимнее море. Тиане они показались чем-то знакомыми, но мелькнувшая было мысль быстро потерялась за другими. Потому что богато расшитый плащ с широким капюшоном, сейчас отброшенным на спину, она не узнать просто не могла.

Красный герцог все так же не сводил с нее пристального взгляда и, лишь чуть обернувшись к собеседнику, сказал ему пару слов на южном диалекте. Тиане стоило немалых усилий сделать вид, что она не расслышала или не поняла, и продолжать танец. Разозлившись на себя и отчего-то на этих двоих, она утроила быстроту движений, приковав к себе уже все взоры до единого. Музыканты перестали успевать, один за другим выбывая из действия. Последние отчаянные стаккато Каомо доигрывал уже в абсолютном одиночестве. Публика заворожено притихла, и стук каблучков Тиамы разносился над площадью.

Она отбросила в сторону шаль и, скрестив руки на груди, мелкими шажками направилась к герцогу. Он смотрел ей прямо в глаза, с любопытством и чуть улыбаясь. Кажется, он не сомневался, для кого затеяно все это представление. Когда их разделял всего пяток шагов, флейта Каомо неожиданно замолчала. Тиана выкрикнула резкое «эла!» и быстрым движением вынула гребень из узла волос. Шпильки посыпались сами, а ливень каштановых кудрей вырвался на свободу. Тиана встряхнула головой, торжествующе-призывно улыбнулась прекрасному, как Звездный бог, герою и, развернувшись на каблуках, бросила цветок незнакомцу в плаще.

Аметистово-лиловый, взъерошенный и колючий даже на вид цветок репейника.

Глава вторая. Постель для злодея

Эта ночь казалась какой-то бесконечной. Спрятаться не удавалось даже за музыкантов и, раз за разом отказывая жаждущим завести с ней более близкое знакомство, Тиана чувствовала себя двухголовой змеей в зоопарке. Та точно так же смотрела на всех презрительно, шипела и временами даже плевалась ядом. Это, правда, совершенно не избавляло ее от назойливого внимания, скорее наоборот. «Какая милая зверушка, как забавно злится!» – наверняка думали и участники, и зрители.

Нира бросала на подругу сочувственные взгляды, но оставить танцы была не в силах. Красный герцог и его мрачный приятель давно растворились в ночи и забрали свое суровое и неподкупное сопровождение. Неподкупность их проверил лично Маро, сунувшись с фляжкой наперевес. От разбитой физиономии его спасло только вмешательство герцога. Сам Маро ничуточки не расстроился и попытался споить кого-то другого. Тиана нисколько не сомневалась, что уже к полуночи он основательно поднаберется, а на рассвете заплаканная Нира будет бегать по всем городским притонам и заглядывать в сточные канавы в поисках бездыханного тела. Все это вызывало у самой Тианы беспросветную тоску.

– Хочешь уйти? – проницательно спросил Каомо.

– Да. Но не могу, – вздохнула она.

– А нечего было тут устраивать… Что это на тебя нашло?

Тиана досадливо отмахнулась и устало прислонилась лбом к его плечу. Когда-то давно она приняла решение никому ничего не объяснять и не собиралась отступать от этого правила.

– Я ещё немного поиграю, и смоемся вместе, – пообещал флейтист. – Хочу еще немного подзаработать.

– Маруш не будет возражать, если ты меня проводишь? – Тиана показала глазами на миловидную барышню, лихо отплясывающую рука об руку с Нирой веселую марджету.

– Не думаю. Еще пара таких задорных кульбитов и у нее оторвется подметка туфельки. Я точно знаю, я ее сегодня подклеивал и видел состояние. Босиком она скакать не приучена, так что мы легко уговорим ее уходить с нами.

Каомо подмигнул и, высвободив плечо, вновь взялся за флейту. В этот раз выбранная им мелодия не вела за собой, как зачастую, а лишь эхом вторила другим инструментам. Флейты, лютни, скрипки, даже арфа звучала этой ночью на Голубиной площади. А вот гитарой владела только Маруш, но она нечасто играла.

Бойкая девица и в самом деле быстро добила несчастную обувь и со смехом раскланялась со своим явно опечаленным кавалером. Тиана жестом подманила ее и без слов протянула флягу, наполненную чистой водой.

– Ох, благодарю, – выдохнула сестрица Каомо. – Как раз то, в чем я остро нуждаюсь.

Некоторое время она жадно пила, потом разразилась звонким смехом.

– Что это на тебя нашло сегодня? Что ты устроила? Никогда тебя такой не видела! – восклицала она, обнимая подругу.

Тиана улыбалась краешком рта, но не отвечала. До тех пор, пока не было произнесено то, что без сомнения думали сейчас абсолютно все.

– Решила охмурить Красного герцога? А как же знаменитое «мужчины меня больше не интересуют»?

– Не интересуют. И я никого не собиралась охмурять, – стараясь казаться спокойной, произнесла Тиана.

– Да брось, – Маруш обняла ее за талию. – В этом ничего постыдного. Он молод, красив, прославлен и нравится женщинам. Правда, тебе ничего не светит.

– Ты так думаешь? – последняя фраза помимо воли вызывала противоречивые чувства.

– Думаешь, он не понимает, какое производит впечатление на простых смертных? Да он и не таких, как ты, пачками перебирает, прежде чем хоть на одну ночь снизойти.

Кровь прилила к лицу Тианы. Стало неловко, как будто бы ее уличили за чем-то неприличным. А ведь она ничего подобного даже не думала! Но кому это теперь докажешь? Разве что доверчивой и чистой, как горный родник, Нире.

А еще было немного обидно. Да, время юности для Тианы уже миновало, а женщина ее типажа могла быть ослепительно хороша, но только в пору первого расцвета. Но зачем же напоминать ей об этом так бесцеремонно? Нет, ей совершенно не нужен был никакой герцог, но будь она моложе, она бы поборолась. Просто из тщеславия и неистребимого желания кому-нибудь что-нибудь доказать.

– Мужчины меня больше не интересуют, – повторила она, будто заклинание. – Пойдем домой.

– К тебе или к нам? – деловито поинтересовалась Маруш. – Если к тебе, то я не согласна, у тебя тихо, как в склепе.

– Как хочешь, – пожала плечами Тиана. – Но из моих окон можно любоваться каналом Эль Рахна.

– А из нашего видно одну из центральных улиц. Мне кажется, сегодня это куда более занимательно. Переночуешь с нами?

– Спасибо, но нет. Вечер и так был полон впечатлений, а меня завтра ждет работа.

– Первый день? – сочувственно вздохнула Маруш.

– Он самый. Проводите меня?

– Если вы разомкнете тесные объятия, – насмешливо отозвался незаметно подошедший Каомо. – Я тоже хочу к вам.

Тиана рассмеялась и подхватила музыканта под руку. Потом бросила взгляд в сторону все еще танцующей Ниры и решительно повлекла спутников прочь.

***

Луна в канале Эль Рахна дрожала и качалась на слабеньких волнах. Удивляло, что ее вообще было возможно видеть, ведь небо то и дело озаряли разноцветные вспышки торжественного фейерверка. Хотя после полуночи все слегка поутихло, а ближе к утру и вовсе прекратилось.

Тиана собиралась выспаться, но никак не получалось, несмотря на усталость. Возбуждение вечера не давало успокоиться. Поворочавшись с боку на бок, Тиана сдалась и спустившись на хозяйственный этаж, наполнила ванную ароматной водой с расслабляющими маслами и травами. Что в столице было прекрасным, так это водопровод, позволяющий не мучиться с ведрами, не звать сонных слуг.

В спальне Тиана расставила красивые свечи и раскрыла окно, впуская в комнату свежий ночной ветер. Даже если после всего этого ей не удастся быстро заснуть, все эти действия позволят телу и душе хоть немного отдохнуть. Она сменила простыни, сбрызнула постель лавандовой водой, приготовила одеяло из самой мягкой шерсти везейрских коз, бросила поверх него тонкую батистовую сорочку. Маруш бы посмеялась над всеми этими ритуалами, сказала бы, небось, что она готовится, будто к визиту любовника. Изумительная чушь. Когда в жизни Тианы было место страсти, на такие мелочи она не обращала даже внимания. Важны были совсем иные вещи.

Тиана стояла у окна, бездумно водя расческой по волосам. Ночь над каналом перекликалась далекими голосами, эхом все еще не прекращавшегося празднества. Тиана не сразу заметила, как в уже ставший привычным рисунок звуков вдруг вплелся новый. Тихий, едва различимый плеск надвигался очень быстро. Тиана с любопытством выглянула и тут же отпрянула, укрывшись за ставней. Потому что человек, уверенно и осторожно направлявший лодку вниз по каналу, не очень походил на безобидного гуляку. Те не прикрывают фонари едва пропускающими свет колпаками, не озираются настороженно при каждом чересчур резком движении весла.

Опасался незнакомец не зря. Уже спустя несколько мгновений на мосту, из под которого появилась лодка, беспорядочно заметались огни, зазвучали сердитые окрики. «Стража», – сообразила Тиана по доносившимся обрывкам фраз.

– Стреляй, уйдет, с-с-сука!

– Демонов маг!

– Капитан велел брать живым!

Видимо, приказы упомянутого капитана большим почтением не пользовались. Потому что звук выпущенных из арбалета стрел трудно было спутать с чем-либо другим. Как и глухой удар, и всплеск от упавшего в воду тела. Упавшего без единого вскрика.

– Бедек, ты попал?

– А то ты не видел! Глаза протри!

– Слумич, тащи багор. Капитан потребует предъявить тело.

– Тело? Вот уж прям ты его сразу насмерть?

– А то нет! Вон как рухнул! Как подкошенный! Прямо в горло вошла!

– Он маг, они, падлы, живучие…

Последний голос прозвучал как-то не очень уверенно и быстро потонул в потоке скверных шуточек. Факелов стало явно больше, оранжевый свет окрасил воды канала так, что даже в щель между ставней и рамой можно было это видеть. Кажется, страже удалось подцепить багром лодку, но не тело. Тиана простояла, прислушиваясь еще какое-то время, потом поняла, что поиски могут затянуться. Был ли неведомый маг жив или убит единым метким выстрелом, но над водами Эль Рахна он не показывался.

Тиана осторожно прикрыла окно и даже задвинула засов. Мало ли что. Кто-то торжествует и празднует победу над Югом, кто-то пользуется всеобщим ликованием, чтобы вершить собственные темные дела. А Тиану ждала ванная и наконец-таки крепкий сон.

Она взяла сорочку и снова спустилась вниз.

В купальной было неожиданно холодно, а ведь Тиана помнила, что плотно запирала дверь. Сквозняк врывался в разбитое окно. Пол был усыпан цветными осколками. Что за…

Стремительно метнувшуюся к ней тень Тиана разглядеть не успела, в один миг оказавшись прижатой к стене. Мокрая насквозь одежда незнакомца заставила ее вздрогнуть от отвратительных ощущений. На горло легла ладонь, сначала показавшаяся обжигающе горячей, потом будто пронзившая ледяной иглой. Тиана попыталась дернуться и с ужасом осознала, что не может ни шевельнуться, ни заговорить. Демонов маг!

– Тише, сударыня, – жаркий шепот незнакомца будто коснулся кожи Тианы. – Со мной вам ничего не грозит. Это скорее вы можете навлечь на меня беду.

Тиана злобно сверкнула глазами, постаравшись вложить в этот взгляд как можно больше, раз уж ничего другого она не могла. Хотя для кого старалась? Проклятый разбойник смотрел поверх ее макушки, ее саму заставляя уткнуться носом себе в шею. Почти в торчавший у ключицы арбалетный болт.

Тиана безмолвно взвыла. Сейчас он вырубится от потери крови или еще от чего, а кто заклятие снимет?

– Мне нужна помощь, – продолжал издеваться над реальностью недобитый маг, даже и не думая падать. – Вы можете не захотеть мне ее оказывать, это ваше право. Но отказать мне в убежище не получится. Ведь я уже здесь. Я вполне могу положить вас, например, в шкаф, а сам делать в вашем доме все, что пожелаю. Как вам такое развитие событий? Не нравится? Честно говоря, и мне не очень. Но выхода я не вижу. Стоит мне снять с вас немоту, вы позовете на помощь домочадцев, а сил и желания сражаться сейчас с ними у меня не то, чтобы достаточно.

Тиана восхищенно вздохнула. Как у него только хватает красноречия на такие тирады? Что-то натворил, бежал, был ранен, упал в холодную воду, ворвался в чужое жилище, истекая кровью, и при этом заливается соловьем. Ненормальный какой-то. Тоже поэт? При этой мысли Тиана похолодела. Лучше б сразу убил.

– А спальня, как и везде в этом городе, здесь на верхнем этаже? – непонятно зачем спросил незнакомец. Будто она могла ему ответить!

Приняв какое-то решение, он подхватил ее на руки и понес к лестнице. Как-то слишком легко у него это получалось, учитывая всю ситуацию в целом. Да и Тиана была отнюдь не бестелесной Нирой.

Разумеется, на ступеньках он пошатнулся и чуть ее не уронил.

– Постойте! – воскликнул удивленно.

Свет из двери комнаты был достаточно ярок, чтобы разглядеть, наконец, его лицо. Некрасивое, мрачное и уже виденное сегодня.

Впервые догадавшись бросить взгляд на свою пленницу, маг ее тоже явно узнал.

– Репейник, – улыбнулся он.

В тот же миг к Тиане вернулась способность двигаться и говорить.

Можно было бы закричать, позвать, в самом деле, на помощь слуг. Можно было бы дать нахалу пощечину и закатить скандал. Или наоборот сыграть в железную королеву и спросить эдак презрительно: «Что вы себе позволяете, юноша?».

Тиана ничего подобного учинять не стала. Очень уж светлая была у этого наглеца улыбка. Так странно выглядевшая на этом откровенно недобром лице.

– Вам нужен лекарь, – сказала она спокойно. – И как можно скорее.

Маг поморщился и рывком выдернул болт из раны.

– Ах да, совсем забыл, – сказал равнодушно.

Тиана смотрела на него в изумлении.

– Это ерунда, – покачал незнакомец головой. – Заживет к утру, самое большее к завтрашнему вечеру. Хотя промыть бы не помешало. И выпить чего-нибудь согревающего. У вас есть?

В бархатистом, лишь самую малость хрипловатом голосе слышалась такая надежда, что Тиана усмехнулась.

– Пойдемте, – она взяла его за руку. Ту самую, которой он держал ее за горло. Страха перед ним у нее отчего-то не было совсем.

– Обратно? – удивился незнакомец. Брови его скорбно приподнялись, эдакой треугольной крышей сказочного домика. – Мы же только оттуда пришли.

– Вы бы хоть осматривались, когда влезаете в чужой дом. Купальня была как раз там. Снимете грязную и мокрую одежду, выкупаетесь и поднимайтесь в мою комнату. Никто вас не заметит, слуги спят в отдельном крыле.

Тиана распахнула дверь и пригласительным жестом указала на уже набранную ванную. Вода в ней, конечно же, остыла, но это было нетрудно поправить.

– Вы будто меня заранее ждали, – снова улыбнулся маг. – Как раз то, о чем я мечтаю.

Тиана пожала плечами.

– Снимайте одежду, отнесу просушить у камина. Здесь тоже есть отопление, но слишком влажно. Стирать не буду, уж не обессудьте. Умею, но не люблю.

– Вы невероятная девушка.

– Какая уж есть… Раздевайтесь, не тратьте время. Уже скоро светает, а мне бы хотелось немного поспать. У меня завтра тяжелый день.

Маг нерешительно взялся за застежки камзола.

– Да раздевайтесь уже! – устало сказала Тиана. – И не надейтесь меня смутить, с этим вы лет на десять запоздали.

– Сейчас вы смутили меня больше, – отвел глаза незнакомец.

– Я могу и отвернуться. И даже выйти за дверь. Выбросите ваше тряпье туда, я подберу. И не увлекайтесь сибаритством, из-за разбитого окна здесь теперь слишком немилосердно сквозит.

Она действительно вышла и даже встала к двери спиной. Уже через пару мгновений к ногам ее свалился ворох мокрого тряпья, а из купальни донесся голос мага.

– Вы волшебница. Если я сейчас умру, то от наслаждения. Ванная, с пеной и ароматными маслами. Как во дворце.

Тиана рассмеялась. Все-таки сумасшедший. Бежать от стражи, вломиться в чужой дом, напасть на хозяйку, а потом с таким восторгом упиваться таким будничными вещами вместо того, чтобы беспокоиться о своей дальнейшей судьбе. Как-то не так люди обычно себе представляют тайную ночную жизнь всяческих лиходеев.

Хотя она сама-то чем лучше? Со всем этим своим радушным гостеприимством.

Тиана потерла горло, все еще чувствуя на нем отпечаток его ладони, и собрав вещи поднялась к себе.

Огонь в небольшом камине горел достаточно жарко, чтобы развешенная на специальной решетке одежда к утру стала сухой. Тиана сходила в кабинет, принесла бутылку вина и два бокала, поставила все это на низенький столик, возле которого располагались два удобных небольших кресла. Она действительно была уже не невинной девицей и умела ценить вечера, проведенные в хорошей компании за распитием крепких напитков. Условно крепких, ибо компания чаще всего бывала чисто женской.

– Мужчины меня больше не интересуют, – пробормотала Тиана себе под нос и с ногами забралась в кресло, укутавшись в большую пушистую шаль. Не ту, яркую, в которой разгуливала сегодня по улицам, а домашнюю, из некрашеной серой шерсти.

Маг не появлялся долго. Тиана даже успела забеспокоиться. А что если он преувеличил невероятные способности своего организма и таки лишился чувств? Прямо в ванной? Что тогда ей с ним делать? Тиана боязливо поежилась, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Но вымотаться из своего уютного гнездышка она не успела, от лестницы донеслись быстрые шаги, явно свидетельствуя о несокрушимом здоровье ночного гостя.

– Отвернись, – сказал он, едва показавшись на пороге.

Тиана демонстративно набросила угол шали себе на голову. Нет не поэт. Те даже от показной скромности не умирали. Тем более что надеть этому скромнику все равно пока было совершенно нечего.

Заскрипела кровать. Тиана мгновенно забыла обо всех благих намерениях и, отбросив шаль, возмущенно уставилась на мага. Мерзавец растянулся на ее постели, облокотившись на горку вышитых подушек, и мечтательно смотрел в расписной потолок.

– Если я умру, – произнес он, – пусть меня в этом одеяле и похоронят. Вместо савана. Оно пахнет лавандой. Как в детстве.

– Это мое любимое одеяло, – сообщила ему Тиана.

– У тебя превосходный вкус, – улыбнулся он. – Подай мне, пожалуйста, бокал. А то, если я встану сам, может получиться неловко.

– А меня заставлять не неловко?

Он улыбнулся еще шире. Был бы красавцем, был бы неотразим.

– Я не заставлял, я попросил. Вежливо.

Тиана действительно встала и протянула ему бокал. Рука-то у нахала дрожала.

– А с каких пор мы перешли на «ты»?

– Понимаешь, – серьезно сказал он. – Я так не могу.

– Чего не можешь?

– Находиться в чем мать родила в обществе благородной дамы, которой я не говорю «ты». Это не прилично и против моих правил.

Логика происходящего просто потрясала. Особенно тем, что спорить с ней было сложно.

Маг теперь смотрел ей в лицо, потягивая вино, и золотые отблески от расставленных вокруг кровати свечей таинственно мерцали в его глазах. Черты мрачного лица еще больше заострились в этом неверном свете, стали казаться еще более тяжелыми и резкими. Но глаза были хороши, так же, как и вьющаяся грива темно-русых волос. Рану он не перевязал, но закрыл лоскутом ткани, который придерживал теперь одной рукой.

– Это моя рубашка, – грустно произнесла Тиана. – Это была моя любимая рубашка.

– Прости. Ты ушла и не оставила мне возможности попросить у тебя что-нибудь другое. А кровь нужно было остановить. И вытереться чем-то тоже. Я возмещу.

Тиана без слов отобрала у него опустевший бокал и вернулась в кресло у камина.

– Меня зовут Ройм, – донесся от кровати бархатный голос захватчика.

Она свернулась в кресле клубком, так, чтобы уткнуться носом в собственные коленки.

– Лаванда. Как в детстве, – прошептали за ее спиной.

– Мое имя Тиана, – сквозь зубы отозвалась она и обернулась.

Никто ее уже не слушал. Сумасшедший гость беспечно спал.

Тиана встала и решительно задула все свечи. Настроения у нее и так уже было хоть отбавляй.

Ей снились цветущие лавандовые луга под палящим солнцем Релла Гьяччио, по которым, взявшись за руки, бежали двое детей. Мальчик помладше и девочка, уже достигшая того чудесного возраста, когда за нескладной угловатостью явственно проступают черты расцветающей женственности. Они бежали сквозь золотые лучи, по душистому ковру цветов и не верили, что в этом мире их может ждать что либо плохое, жестокое или несправедливое.

Проснулась Тиана в слезах и весь день потом одергивала себя от неосознанных попыток поймать и сжать покрепче маленькую жесткую ладошку.

Глава третья. Принцесса из башни с драконом

Утром никаких посторонних мужчин в постели Тианы уже не было. Равно как и вина в бутылке, фруктов на блюде и конфет в вазочке. Тиана потрясла головой, прогоняя остатки сна, затем быстро встала и наскоро прибрала все следы чужого пребывания. Незачем слугам судачить.

В купальне тоже был беспорядок, но там быстро бы не получилось, да и догадаться, что не Тиана это болото развела, было невозможно. А кровь, если она и была, маг ночью смыл самостоятельно.

Тиана наскоро привела себя в порядок, перекусила холодным мясом и сыром, запила мятным отваром и, едва успев одеться, на ходу заплетая косу, выбежала на балкон.

Эмери сол Тасаре на спине бронзовой Меады уже красиво спускалась с небес. В точности, как Тиана их учила.

Тиана почти взлетела на каменные перила и, выждав нужный момент, перепрыгнула в закрепленное на драконьей спине дополнительное седло.

– Ты как всегда точна вплоть до доли мгновения, – с гордостью заметила Тиана, хотя в этом как раз ее заслуги не было никакой.

– В этом мире у каждого свои достоинства, – деликатно отозвалась Эмери. – К тому же принцесса очень не любит опозданий. Учти, это была единственная причина, из-за которой я боялась рекомендовать ей тебя.

– Единственная? – недоверчиво переспросила Тиана.

– В остальном ты непревзойденна, – Эмери чуть обернулась через плечо, чтобы Тиана заметила ее ласковую улыбку. – Мы с Меадой тому самое яркое доказательство.

Дракоша одобрительно заворчала, услышав свое имя. А потом, красиво распластав крылья, поймала воздушный поток и замерла, позволяя ему плавно нести себя.

– Вы просто сами очень талантливые, – искренне возразила Тиана. – А еще упорные и трудолюбивые. Будет ли принцесса такой?

– Она еще очень юная, – осторожно заметила Эмери. – Возможно, чуть-чуть капризная и легкомысленная. Но за ее обучение платит Фъямэ сол Ньэрэ. Это была его идея, так что я думаю, что он сумеет объяснить племяннице всю серьезность задачи.

Тиана смутилась. О Красном Герцоге ее никто предупредить не додумался.

– Хорошо бы, – сказала она вслух. – Это все-таки драконы, а не милые лошадки и тем более не домашние киски.

– Даже кошка может исцарапать или покусать, – снова улыбнулась Эмери. – Если не уметь найти к ней подход.

– Вот и я об этом – вздохнула Тиана.

Вскоре на западе показались высокие шпили дворцовых башен. На какое-то мгновение Тиана с ужасом подумала, что именно туда и лежал их путь. Но Меада уверенно забрала вправо, устремляясь к роскошным садам и паркам самой богатой, но все же не столь официально-пафосной части города. Эмери направила драконицу вниз, прямо на выложенную ярко-голубыми и белыми, как снег, плиточками круглую площадку. Кроме круглой, широкой в основании и лишь самую малость сужающейся кверху, башни никаких строений поблизости не наблюдалось.

– Я уже говорила, что большую часть года принцесса живет не здесь. Либо у отца с матерью, либо в собственной усадьбе в предгорьях Тиориццо. Но каждый раз при визите в столицу ей готовят именно этот, хм, дом, – объяснила Эмери.

– Дом? – хмыкнула Тиана. – Это ж драконятня.

– Да. Ее высочество Интанниа с детства очень любит животных.

Большего рассказать спутница Тианы просто не успела. Меада грациозно опустилась прямо в центр широкого круга. Обе девушки спрыгнули с ее спины и замерли в ожидании неспешно приближающихся встречающих. Эмери ободряюще улыбнулась Тиане и устремилась навстречу невысокой хрупкой девушке в серебристо-лиловой одежде мужского покроя.

– Инья, как ты чудесно выглядишь!

Эмери против истины не грешила, а если и льстила, то немного. Принцесса не была завораживающей красавицей, такой, как Эста сол Фоччия или Нира, но все в ее облике говорило о знатности ее происхождения. Бледная, словно фарфоровая кожа без единого изъяна. Треугольное личико с навеки заученным и слегка высокомерным выражением. Большие темные глаза, умело подведенные серебристой краской. Горделивая посадка головы, безукоризненная осанка, лебяжья линия тонкой шеи. Маленькие руки, затянутые в перчатки из тонко-выделанной кожи. Изящные, почти детского размера ножки в высоких сапогах с плотной шнуровкой. И все же чего-то ее облику недоставало. То ли ярких красок, то ли более отточенных линий. Не будь Интанниа внучкой короля, ее прелесть вряд ли кто разглядел бы.

Но эта девушка принцессой была. Ей посвящали сонеты и мадригалы, с нее писали портреты самые известные художники, а рыцари всей Империи грезили по ночам, представляя себя коснувшимися краешка ее шарфа.

Вместе с Интаннией была суровая женщина в черном платье и жестко накрахмаленном чепце, с непередаваемым выражением на лице поигрывающая веером. «Наверное, дуэнья или нянька, – подумала Тиана.

А еще был Фъямэ сол Ньэрэ. Тоже в черном, с небрежно расшнурованным воротом рубахи и в знававших лучшие годы штанах и сапогах. К приему гостей герцог явно отнесся без излишнего пиетета. На красивом лице была ослепительная улыбка, но Тиане отчего-то снова почудилась безмерная скука, скользящая и в каждом движении, и в выражении глаз этого человека.

– Здравствуй, Астар, – тепло сказала Эмери сол Тасаре, обеими руками сжав его руку.

«Астар?» – удивилась Тиана. Это еще что такое? О близком знакомстве семейства Тасаре с принцами крови она знала и давно, это как раз не было неожиданностью. Но то, как Эмери обратилась к герцогу, не вызывать вопросов просто не могло. Домашнее имя только для своих? Дружеское или воинское прозвище?

– Ты не пожалеешь, что пришел за советом именно ко мне. Тиана – она чудесная. Все, что мы с Меадой умеем, объяснила нам она. Всем нашим взаимопониманием, тем, что ближе нет у меня друга, чем мой дракон, всем этим счастьем я обязана Тиане. Ты не смотри, что она скромничает, в работе она совсем другая.

Герцог со все той же улыбкой повернулся к предмету обсуждения. Принцесса шепталась с дуэньей.

– Это я предпочитаю проверять сам, – загадочно сказал он.

Тиана пожала плечами. Ей доводилось работать с разными нанимателями. С некоторыми их потом связывало что-то вроде дружбы, некоторые исчезали после курса тренировок навсегда. Но тех, кого не устраивал результат, пока не случалось. Все, с кем не удалось сработаться, отсеивались на первый-второй день занятий.

– Меня зовут Тиана, – четко и спокойно произнесла она. Тем голосом, которым привыкла отдавать команды драконам.

И сделала шаг вперед.

– Вот как, – многозначительно протянул герцог, глядя ей в глаза. – И вы мастер над драконами?

Сомнений не было, он ее узнал.

Это был очень долгий взгляд. Изучающий, испытывающий, словно заранее в чем-то обвиняющий. Тиана не привыкла, чтобы на нее смотрели так. Ей куда удобнее было обычное место в тени, на полшага от основной героини, Эсты, Ниры, Маруш или даже Эмери. Но внимание Красного герцога было адресовано именно ей и вовсе не потому, что он нанимал ее для работы.

Ветер чуть перебирал серебристо-снежные пряди волос, выбившихся из-под берета. По красивым губам бродила улыбка, таинственная, лишающая воли. Безупречная. Лет десять назад Тиана всерьез рисковала попасть в ее власть. Хотя ей даже тогда не нравились черные глаза и слишком правильные черты. Было скучно.

– Я пятнадцать лет в небе, – твердо сказала она. – Был небольшой перерыв… Года четыре примерно. Но тогда я занималась морскими змеями, а это чем-то схожие задачи.

– Пятнадцать? – преувеличенно изумился герцог. – Но вам же не может больше…

– Тсс, – Тиана прижала палец к губам. – Не трудитесь. Мне тридцать. Теперь, может быть, к делу? Ваши условия госпожа сол Тасаре мне объяснила, они мне подходят. Мои расценки вы знаете?

Фъямэ сол Ньэрэ покачал головой.

– Это не расценки, это грабеж, – сказал он осуждающе.

Тиана плотнее сжала губы, готовясь к изнурительной, но вполне привычной битве за свое доброе имя и достойную усилий оплату. Она знала, чего заслуживает и не собиралась уступать, даже из всеобщей любви к блистательному герою.

– Если вы и в самом деле так хороши, как все утверждают, я просто не могу позволить вам работать за кусок хлеба даже без масла.

«Без масла? Это он так шутит?»

– Но вы правы, довольно разговоров. Эмери, ты можешь пройти вместе с таной Тивреттой в беседку, выпить горячего шоколада. О Меаде позаботятся, я уже отдал все распоряжения. Госпожа… простите, я не расслышал вашего полного имени?

– Тиана. Называйте просто Тиана.

– И все же? Я настаиваю.

Голос герцога был все так же мягок, но стальные нотки начинали пробиваться сквозь обманчивую благосклонность.

– После первого занятия, – непреклонно сказала Тиана. – И наедине.

Сол Ньэрэ усмехнулся.

– Вы сплошная тайна, сударыня.

– Вы ошибаетесь, – Тиана вернула улыбку. – На самом деле, я очень проста.

Юная принцесса еще разок для верности расцеловалась с Эмери и повисла на локте у дяди.

– Янча уже хвост свой кусает от нетерпения, пока вы тут в светских манерах упражняетесь. Я всегда в этот час к ней захожу, она нуждается в регулярных прогулках.

– Это верно, – согласилась Тиана. – Мое имя вы знаете, ваше высочество, а в остальном разберемся по ходу.

Интанниа лучезарно улыбнулась. В чем-то они с Красным герцогом были действительно по-родственному похожи.

Эмери помахала Тиане ручкой и удалилась по извилистой дорожке в благоухающий цветами парк.

Их же ждала призывно распахнувшая ворота башня. И ароматы, доносящиеся оттуда, дивными назвать язык бы не повернулся даже у самого отъявленного льстеца. Так могло бы пахнуть обиталище демонов: гарью, копотью, серой и едким дымом.

Тиана поморщилась.

– И часто у вас так? – спросила принцессу.

– У Янчи непростой характер, – с улыбкой молвила та. – Она требует к себе подобающего обращения и, если ее что-нибудь не устраивает, то мало не бывает никому. Это не Меада, простая, как тягловая лошадь. Янча потомок очень чистых и благородных кровей.

– У Меады хорошая родословная, – обиделась Тиана за свою любимицу.

– Не сомневаюсь, – веско сказал герцог. – Но не настолько. Янча – дочь моего Огненного Вэррего.

«Ох».

Тиана подозревала какой-то подвох, едва Эмери сказала ей, что подобрала для нее хорошее место. Думала об избалованных и ничего не смыслящих в полетах богатеях с перекормленными и ленивыми драконами, о самоуверенных аристократах, убежденных, что любая тварь должна им повиноваться, только завидев породистые физиономии. Но вот такого Тиана даже представить себе не могла.

– Испугались, мастер? – сочувственно спросил Фъямэ сол Ньэрэ и, надвинув поплотнее берет, шагнул в сторону преисподней.

– Лучше я, – сверкнула глазами принцесса. – Это все-таки мой дракон. Ты сам мне его подарил.

Герцог промолчал, но племянницу с дороги отодвинул. Тиана поспешила вмешаться.

– В самом деле, ваша светлость. Если это драконица ее высочества, то работать мы будем только с ней. Вы можете быть лишь зрителем. Иначе ничего хорошего не получится.

Интанниа победно вскинула головку. Герцог нахмурился, но отступил.

Тиана достала из сумки платок, привычным жестом подобрала под него косу, затянула крепкий узел на затылке. Ткань была обработана специальным огнеупорным составом, хоть немного оберегающим от невоспитанных, плюющихся куда попало драконов. У принцессы была куда более красивая, но чуть менее надежная шапочка, вышитая серебром.

Расправив плечи (нельзя давать дракону почувствовать твой страх) обе девушки решительно вошли в задымленный проем. Герцог следовал за ними на довольно внушительном расстоянии. Из драконятни доносились глухие и очень сильные удары и весьма неприветливое рычание.

– Янча! Янча лез зе раттори венеццо! – громко приказала на мертвом языке темаров принцесса.

Тиана снова поморщилась. Да, огненные ящеры произошли именно из этих древних земель, но зачем усложнять себе жизнь? Для дракона нет разницы, на каком языке орут на него эти хлипкие двуногие, он читает голос, эмоции, вложенную в каждое слово силу. А звонкий голосок Интанньи слегка дрожал.

Ответом принцессе был низкий утробный рык и струя пламени, ударившая в опасной близости от щегольских сапожек.

– Всегда так? – кратко спросила Тиана.

– Нет. Просто Янча не любит чужих, и ей давно пора на прогулку, – поджала губы Инанниа.

Все так же бессмысленно повторяя заковыристые фразы чужого языка, она шагнула в дымную завесу. Тиана вынула из-за голенища стейвер и последовала за ней.

Драконица и в самом деле была прекрасна. Мощное, но вместе с тем грациозное тело. Длинная гибкая шея. Клиновидная голова с шипастым гребнем. Лапы с остро заточенными когтями, с мерзким звуком царапающие каменный пол. Крылья, в распахнутом состоянии занимающие все помещение. Янча была примерно раза в два больше Меады, но тоньше и изящнее. Все ее тело, кроме крыльев, покрывала черная чешуя с рельефным, сильно выступающим узором, который напоминал древние письмена. Крылья были багрово-красными, как и надменно-прищуренные глаза.

Тиана когда-то видела Вэррего, отца этой капризной барышни. Он был еще больше и явно опаснее. Тиана не была уверена, что смогла к нему подойти так запросто, при всем своем опыте. Хотя, выаади ей возможность, она обязательно бы попыталась.

– Показывайте, ваше высочество. Я хочу сначала увидеть, как вы управляетесь обычно.

К чести принцессы она не пыталась спорить, что-то требовать и предъявлять претензии к непочтительному тону нанятой работницы. Интанниа просто подошла к своей огнедышащей красотке и осторожно, как-то даже чересчур робко положила руку ей на кончик носа. От горячего драконьего дыхания одежды принцессы трепетали, так что она казалась окутанной лиловым пламенем. Свеча распустившейся сирени.

Медленно и неуверенно Интанниа разомкнула стягивающие лапы и шею драконицы оковы. Потом пристегнула к ошейнику поводья и, продолжая многословные, но настойчивые уговоры, повлекла к выходу. Янча за ней пошла, но Тиана не была уверена, что из послушания и уважения к вымершим темарам. Скорее она от природы была незлобива, просто – невоспитанна, и к тому же очень хотела размять наконец крылья.

А потом она заметила прижавшуюся к стене Тиану.

Нет, она не стала ее убивать. Но не выказать характер просто не могла!

Сначала над головой Тианы просвистел хвост с обоюдоострым стальным наконечником. Потом едва не сбило с ног серным дыханием и совсем рядом внушительно клацнули смертоносные зубки. Дожидаться, что будет дальше, Тиана не стала. Как и подбирать сложных слов:

– ААААААААААААААААААИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ! – взвизгнула она, щелкнув отпрянувшую в замешательстве дракошу стейвером по морде.

С диким по-настоящему зверем так просто не вышло бы, конечно. Но с юной и невоспитанной барышней, только пробующей на прочность границы, было, как всегда действенно. Главное, доказать, что ты – больше, громче и страшнее. Пока Янча фыркала и морщила нос, Тиана успела ухватить ее за гребень, за единственно уязвимое место на холке.

– Больше не будешь пугать тетю Ти? – строго сказала она. – Знаю, что будешь. И не раз.

Янча возмущенно рыкнула и даже попыталась плюнуть огнем, но стейвер, умело размещенный под выступом чешуйки на горле, ей этого не позволил.

– Пошли гулять, Янча, – сказала Тиана почти весело.

И они все-таки вышли. Втроем. Интанниа ревниво встала с другой стороны своего дракона, тоже положив ладонь на теплую броню.

На свету, в золотом сплетении солнечных лучей Янча выглядела еще более прекрасной. Она все-таки была не чисто черной, алые сполохи прорывались в каждой линии узора, по кромке каждой пластины гребня. Крылья, распахнувшиеся во всю ширь, казались трепещущими на ветру парусами, а гибкое драконье тело – узкой лодкой южных морей. Тиана усмехнулась: что-то в последнее время все ее мысли только об одном. Из-за этой маленькой победоносной войны что ли, герой которой стоял у края площадки, хмурый и сосредоточенный.

– Итак, ваше высочество, – спокойно сказала Тиана, – летать верхом вы не пробовали?

– Нет. С тех пор, как она подросла достаточно, она не позволяет… – принцесса запнулась. – На самом деле, я не пробовала. Струсила. Сначала мне казалось, что я могу повредить ей, потом, что она может что-то плохое сделать со мной.

– То есть Янча летает в одиночестве?

Инанниа отвела взгляд.

Еще одна сложность. Но такое в практике Тиана бывало и не раз.

– Что ж, значит, сегодня у нас будет первый не одинокий полет? Упряжь?

Принцесса нетерпеливо щелкнула пальцами.

Двое проворных и удивительно неприметных слуг появились будто из воздуха. С богато изукрашенными седлами в руках.

Янча заворчала.

– Сегодня это сделаю я, – сказала Тиана. – Во все следующие дни это должны будете делать вы. Нет, не слуги, не оруженосцы, не кто-нибудь специально нанятый для этой работы. Только вы. Падение с лошади чревато травмами, падение с дракона смертельно. Никогда и никому не доверяйте.

Интанниа снова не спорила, хотя фарфоровое личико носило след явного недоумения. Впрочем, Тиана не сомневалась, что принцессе такая самостоятельность скорее придется по душе. Она и так не сильно походила на домашнюю беспомощную девочку, которую должно было сделать из нее дворцовое воспитание.

Тиана осторожно, но уверено приблизилась к хлещущей по бокам хвостом Янче. Та желала в небо и готова была стартовать в любой миг. Удерживало от этого ее не внезапное уважение к мастеру над драконами, как бы Тиане ни хотелось в это верить. Янча оставалась из любопытства и отчасти из привычки ждать определенной команды. Последнее не могло не радовать, потому что удержать на земле желающего взлететь дракона – задача не из самых привлекательных. Хотя и это Тиана умела.

Она быстро закрепила седла, затянула ремни, попутно кратко объясняя каждое свое действие принцессе. Та послушно следовала за наставницей, запоминала, переспрашивала непонятное.

Когда была застегнута последняя пряжка, терпение Янчи уже явно было на пределе. Драконица ворчала и нетерпеливо поводила боками, хлопала крыльями. Интанниа пробовала с ней разговаривать, но как-то без особых результатов. Тиана понимала, что с этим им тоже придется работать, но малодушно оставила языковой барьер на потом. В небо хотелось не только Янче, а краткая прогулка на спине Меады только раззадорила, но не принесла удовлетворения.

Тиана решительно отобрала у принцессы поводья и буквально взлетела в седло.

– Смелей, ваше высочество! – с улыбкой сказала она. – Ведь это все-таки ваш дракон!

Инанниа сжала губы и тоже взобралась на свое место.

– Тьиарра! – неожиданно властным голосом сказала она.

Стоило ей это сделать, как Янча стрелой сорвалась с места, взмывая в перламутровое марево облаков. Только ветер в ушах засвистел не то вызовом, не то призывом.

Глава четвертая. У небес свои правила

Небо распахивало свою сияющую пасть, скалилось рваными краями облаков. В отличие от Меады Янча нисколько не заботилась о прицепившихся к ее спине двуногих существах. Драконица двигалась едва ли не быстрее ветра, но при этом стремительными рывками из стороны в сторону, внезапными переворотами портила все удовольствие от скорости. Принцесса судорожно вцепилась обеими руками в драконий гребень и шепотом молилась богам.

– Вы же летали прежде! – крикнула ей Тиана сквозь ветер.

– Да! Но вместе с дядей! С ним не страшно!

«А со мной, значит, страшно» – хмыкнула Тиана. Это ее не удивляло. Кем была она для впервые увидевшей ее Интанньи и кто был для всех в Империи ее дядя?

Поводьев Янча, как и следовало ожидать, не слушалась, голосовых приказов тем более. Хорошо, что в арсенале Тианы имелись и другие средства.

Она протянула поводья принцессе. Та слабо улыбнулась, но нашла в себе силы разжать пальцы и только спросила:

– Что я должна делать?

– Главное, внимательно слушать меня. В остальном… ну умеете же вы ездить на лошади. Примерно то же требуется и сейчас. Только лошадь будет, хм, не очень послушной.

– Что будете.. вы?

Тиана улыбнулась и, вскочив на драконий гребень, ловко перебежала по нему к основанию крыльев. Щелкнула стейвером, выпуская захваты. Привычным движением взмахнула руками над головой и резко набросила странную сбрую на оба крыла. Теперь все зависело только от ее силы. В самом простом, плотском смысле.

– Направо! – рявкнула Тиана так, чтобы ее услышала не только Интанниа, но и Янча.

И дернула стейвер, вручную поворачивая драконье крыло. Это было непросто, но возможно – если знать как.

В этом была суть: отданная голосом команда, направляющие поводья в руках всадника и прямое взаимодействие. Янча была молодой и горячей, но именно поэтому подчинить ее было необходимо в первый же раз. Чтобы если потом и были бунты, то для проверки, не более.

– Вверх!

Принцесса послушно выполняла все.

Драконица ожидаемо заупрямилась и попыталась стряхнуть ставшую очевидной помехой ношу. Но стейвер делали умные люди, предусмотревшие всякое. Другое дело, что пользоваться им постоянно, было бы слишком сложно и жестоко. Дракон не домашняя зверушка, его нельзя делать рабом. Потому что вырвавшиеся на свободу рабы куда опаснее врагов, рожденных свободными.

Да и некоторым фокусам никакой стейвер помешать не мог!

Янча изогнулась под немыслимым углом и метко плюнула огнем в тянущуюся от сгиба крыла цепочку. Та раскалилась, но осталась целой. Тиана знала, что за этим последует.

Новый плевок достался ей. Не очень прицельный, ибо даже у драконьей гибкости бывает предел. Сгусток пламени прошел над правым плечом, слегка задев развевающиеся концы косынки.

Тиана рассмеялась и погрозила драконице пальцем. Хотя та навряд ли поняла этот жест.

Дальнейшие несколько часов никакой радости полета уже не приносили. Это была череда поворотов, кувырков и замысловатых кульбитов. Иногда Янча с рычанием извергала то огонь, то едкий дым, но все больше не в оседлавших ее двуногих, а просто в сторону. Все силы дракоша старалась употребить на то, чтобы седоков если не сбросило с ее спины, то хоть насмерть укачало. Тиана повисала на цепочках стейвера всем своим весом и мысленно подсчитывала новые синяки. Принцесса держалась умницей и почти не допускала ошибок.

Они метались и кувыркались в небе, пока Тиане самой не стало казаться, что оно с землей уже поменялось местами.

– Резко вниз!

Интанниа обернулась на миг и во взгляде ее была удивительная смесь торжества и благодарности.

Когда они опустились на уже знакомую площадку, Тиана не стала спешить убирать стейвер. Мало ли что взбредет в голову впервые оседланному дракону.

Принцесса же стремительно бросилась к недовольной морде любимицы с объятиями.

«Вот демон!» – успела подумать Тиана, ласточкой прыгая с драконьей спины наперерез Интаннье.

Дальнейшее заволокла пелена пламени. В этот раз Янче не пришлось изворачиваться, вывихивая шею, чтобы попасть, куда метила.

***

– Тиана, откройте глаза, – властный, но при этом неуловимо мягкий голос был ей уже знаком.

Она прислушалась к ощущениям в нещадно саднящих веках и все-таки повиновалась.

Красный герцог держал ее за плечи, участливо заглядывая в лицо. Безупречные черты и в самом деле носили следы сильного беспокойства.

– Зрение не пострадало?

– Нет, – Тиана высвободилась из объятий, желанных стольким женщинам Империи, и поднялась на ноги.

Победно фыркающая Янча хлопала крыльями на краю площадки. Смертельно бледная Интанниа прижималась к витой колонне у противоположной стороны круга. Кажется, работы, такой приличной и хорошо оплачиваемой, у Тианы уже не было.

Но ведь пока ей никто ничего не сказал?

Она достала из сумочки горсть черетто и уверенным шагом направилась к драконице. Как ни странно, остановить ее никто не попытался.

– Ах ты, паразитка такая, – не очень громко сообщила она огнедышащей бестии, когда их разделяло не больше пяти-шести шагов. – Хотела изжарить такую красивую принцессу. Меня вот чуть не покалечила. Дать бы тебе за это по шее.

Янча свирепо рыкнула и сделала молниеносный бросок. Тиана, ожидавшая этого, уклонилась и таки съездила дракошу по хребту вдвое сложенным поводом. Не стейвер, конечно, но выбирать сейчас не приходилось. Что успела ухватить – то и шло в ход.

Янча озадаченно замерла. Двуногих, которых не берет огонь и которые так пренебрежительно относятся к ее клыкам и когтям, ей пока не попадалось. Тиана поспешила закрепить успех и поймала рукоять стейвера. А затем многозначительно пошуршала череттой в ладони.

– Ну, красотка? – сказала строго. – Дай я сниму с тебя эти надоевшие штуки, и все будет хорошо.

Янча пыхнула дымом из ноздрей и замерла. Тиана по-прежнему не обольщалась. В любой момент эта мнимая покорность могла смениться любой пакостью. Действительно, зачем ждать подачки, если лакомство можно отобрать силой?

И все же она отцепила захваты от крыльев и щелчком привела стейвер в нерабочее состояние. А потом погладила Янчу по выступающим надбровным дугам и подбросила аппетитно пахнущие ягоды в воздух. Драконица поймала их на лету все до единой.

Тиана не удержалась от искушения еще раз ее приласкать и только после этого не без труда загнала в драконятню.

– Ваше высочество, приковывайте ее только на время своего отъезда. Очень долгого отъезда, когда некому будет ее навещать. В остальное время пусть будет только одна цепь. Для начала. Потом можно будет обойтись без нее.

Интанниа, все еще сильно взволнованная, кивнула.

– Госпожа Тиана, вы… вы и в самом деле просто чудо, как говорила Эмери! Дядя, ты видел? Я летала! Сама! – голос принцессы дрожал, но восторга в этом волнении по-прежнему было не меньше, чем испуга.

– Да, я видел, – сказал герцог. – Прощайся с мастером и удели внимание другой нашей гостье. Вам с Эмери наверняка есть о чем побеседовать.

Интанниа кивнула и, церемонно произнеся положенные слова, удалилась. Тиана с легким злорадством заметила, что, несмотря на всю выдержку, коленки у ее высочества дрожали.

– А пока моя племянница будет восхищенно обсуждать прелести драконовладения с нашей общей подругой, вы вполне можете прогуляться со мной.

Тиана ожидала чего-то подобного. Красный герцог был слишком хорошо воспитан, чтобы выгнать неоправдавшую надежд работницу просто так, тем более на глазах у явно всем довольной племянницы.

– Прогулка по парку? – спросила она, плотно укладывая свою рабочую сумку. – Он здесь красивый, я видела сверху.

– Значит, вы не откажетесь полюбоваться этой картиной снова? – Фъямэ сол Ньэрэ улыбнулся и красивым отточенным жестом предложил ей руку.

Тиана оторопело смотрела на него. Одно дело прогулка в парке за деловым разговором, совсем другое – опереться сейчас на его локоть, будто одна из изнеженных дам высшего света. Особенно учитывая, что на ней сейчас были надеты рабочая рубашка и штаны, насквозь пропитавшиеся драконьими ароматами.

Но она все же позволила себе слегка коснуться кончиками пальцев дорогой, прохладной на ощупь ткани рукава. Герцог одобрительно кивнул и увлек ее по извилистой дорожке в противоположную сторону от той, по которой ушла принцесса. Тиана легко подстроилась к его стремительному шагу и с улыбкой попыталась представить, какое забавное зрелище они, должно быть, представляли со стороны.

– Вы меня удивили, – негромко произнес герцог. – Вы неплохо владеете своим редким ремеслом и, похоже, знаете несколько особенных секретов. Эта ваше драконья упряжь…

– Стейвер, – подсказала Тиана.

– Не совсем стейвер. Я немного имел дело с вашей братией и то, что они называют этим словом, вещь куда более грубая и простая.

– Я позволила себе внести некоторые изменения.

– Да, хорошее решение. И вы почти не пострадали от огня? Как это получилось?

Тиана улыбнулась.

– Ткань одежды обработана специальным составом. Его можно купить в любой специальной лавке города. Ваши костюмы наверняка тоже пропитаны ею, просто слуги не утруждали ваш слух такими мелочами. По крайней мере, одежду, предназначенную для полетов, просто не могут не готовить подобным образом. Так что мой вам совет: не летайте в дворцовых платьях.

– Так просто? – Красный герцог покачал головой. – Никогда об этом не задумывался, но верю вам на слово. Вы говорите убедительно, действуете вполне достойно вашего призвания и у вас очень приятная улыбка.

Тиана бросила подозрительный взгляд на точеный профиль спутника. Так у нее все-таки есть место? Она не провалила первый же испытательный урок?

– То есть я остаюсь? – спросила она.

– Ну, разумеется, – слегка удивленно ответил герцог. – А у вас были какие-то сомнения?

– Все мы боимся не оправдать доверие, – уклончиво сказала Тиана. – А я допустила сегодня некоторые ошибки.

Красный герцог промолчал. Они миновали каштановую аллею и вплотную подошли к уходящей куда-то вниз лесенке. Тиана с немалым изумлением прислушалась. Звуки, которые она могла различить совсем близко, были ей слишком хорошо знакомы. Она снова подняла глаза на герцога. Он загадочно улыбался.

– Смелее, мастер над драконами. Спускайтесь.

Тиана отпустила локоть, за который и так держалась лишь только для видимости, и легко сбежала по мраморным ступенькам.

Слух не обманул ее. На выложенной мелкими разноцветными камешками полянке красовался, поворачиваясь к зрителям то одним боком, то другим, великолепный дракон. Одетый в ало-золотую броню, с полупрозрачными крыльями цвета светлого янтаря, он будто светился в лучах солнца. Он был больше, чем Меада, больше чем Янча в несколько раз. В зеленоватых глазах, обращенных к Тиане, было легко угадать и ум, и гордость и – любовь?

Огненный Вэррего, а это мог быть только он, смотрел на Красного герцога с преданностью и обожанием.

– Боитесь, мастер? – прозвучал за спиной насмешливый голос.

Тиана помотала головой. Нет, это был не страх. Хотя со стейвером к этому дракону она сунуться бы не рискнула. Такой крылом поведет – без рук останешься. Здесь было нужно совсем другое.

Медленно-медленно двинулась она по кругу, плавно поднимая руки, которыми отщелкивала древний ритм. Шла особым шагом, покачиваясь с носка на пятку и обратно, то отступая, то вновь продвигаясь вперед. Когда обе руки оказались выше головы, Тиана запела. Сначала только голосом, не размыкая губ, не отводя взгляда от зелено-золотистых прекраснейших очей. Потом в ход пошли слова, самые простые, без всяких древних заклятий. Они тоже не имели особого значения. Главными были ритм и постоянное повторение звуковых сочетаний. Когда исполинский ящер стал покачивать головой в такт пению, Тиана тем же мягким кошачьим шагом начала двигаться в другую сторону. Голос ее перестал быть тихим и мерным, мелодия изменилась, зазвучала яростней и напряженней, быстро набирая обороты. В завершение Тиана очень быстро подбежала к дракону, провела ладонью по охотно подставленной шее и взобралась в седло, ухватившись за сгиб расправленного крыла. Вэррего и не подумал возражать.

Уже взяв в руки поводья, Тиана обернулась на своего единственного бескрылого зрителя. Фъямэ сол Ньэрэ смотрел на все это представление странно.

– Нам подняться в воздух? – тем же гортанным голосом, которым пела, спросила Тиана и сама рассмеялась тому, как жутковато это прозвучало.

Герцог взлетел на драконью спину еще быстрее, чем это сделала Тиана, и замер опираясь напряженными руками о луку седла.

– Только вместе со мной. Ведь, как говорит ее высочество, это все-таки мой дракон.

Вэррего отозвался ворчанием.

– А ты молчи, предатель. Так легко сдался в руки какой-то чужой девчонке, – в словах герцога, пусть и шутливых, ощущалась досада.

– Я мастер над драконами, – с улыбкой напомнила Тиана. – И давно вышла из девичьих лет.

Красный герцог с усмешкой кивнул и одним движением пересадил Тиану к себе на колено, сам заняв место в седле.

– Простите, но так нам обоим будет удобнее всего, – сказал он, почти касаясь губами ее уха. – Хоть вы и умеете балансировать на драконьей спине, стоя в полный рост.

Тиана замерла. С ее точки зрения ничего удобного в таком положении быть не могло, к тому же… К тому же чувствовать тепло мужского тела рядом, сильную руку на своей талии, вот это касающееся кожи дыхание было неожиданно волнительно. Так, как уже давно не бывало. До легкой дрожи в позвоночнике и тумана в глазах.

«Да нет же», – упрямо закусила губу Тиана. «Он нравится тебе, конечно. Но это потому, что он всем нравится».

– Летим, Вэррего, – просто сказал герцог и прижал Тиану к себе чуть крепче.

Огненный для начала размял крылья, устроив вокруг себя небольшой ураган из листьев и цветочных лепестков, и только потом поднялся, медленно и величаво, позволяя всадникам любоваться открывающимися видами.

Солнце уже стояло высоко, но облака становились все сумрачнее и уже слишком явственно напоминали дождевые тучи.

– Ваша светлость, погода портится, – сказала Тиана, прекрасно понимая, что не заметить этого он и сам не мог.

– Я все-таки слышу нотки страха? – невозмутимо отозвался герцог.

– Нет. Но промокнуть было бы неприятно.

Тиана волевым усилием отогнала непрошенную, но такую настойчивую мысль о том, какие восхитительные ощущения могла бы подарить прогулка под ливнем. Чтобы был ветер, громовые раскаты, вспышки молнии. Привкус опасности и шальной азарт. Тиане всегда нравились такие вещи, и очень любопытно было посмотреть на то, как к ним относится Красный герцог.

Вэррего понемногу набирал скорость, и раскинувшиеся внизу цветущие сады мелькали все быстрее. Возможно, ограничиться прогулкой по их аллеям было бы разумнее, но Тиана слишком любила полеты, свист ветра, насыщенный запах приближающейся грозы. Она подняла глаза и увидела точно такое же наслаждение, озарявшее лицо герцога.

Повинуясь руке всадника, дракон поднимался все выше, входя в серую мглу облаков. Как и Янча, он позволял себе весьма рискованные кульбиты и перевороты, и Тиана не могла отделаться от подозрения, что все это было по воле герцога. Он очень ловко управлял полетом, легко и незаметно. Дракон слушался его мгновенно.

– Точно не боитесь? – горячий шепот вновь коснулся уха Тианы.

– Ни капли, – с усмешкой сказала она.

– Кольцо, Вэррего!

Огненный довольно и слегка зловеще фыркнул (в воздух вырвались золотые искры), а потом закрутился на одном месте в лихом сальто. Тиана вцепилась в чешуйчатый гребень в точности, как до того делала принцесса. Что ей еще оставалось, когда не было ни рукояти стейвера, ни чего-либо похожего, а сидела она слишком некрепко…

Когда дракон закончил кувыркаться и снова выровнялся, ее талию железной хваткой сжимали уже две руки герцога. Она обернулась.

Красивое лицо было непроницаемым. Но вот берет с головы слетел, и длинные снежные волосы падали на плечи и ему, и Тиане.

– И опять не боитесь? – спросил Красный герцог.

Тиана вздохнула: все-таки это была проверка, не более.

– Я – мастер над драконами, ваша светлость. Вернемся, небо темнеет.

Гром грянул чуть ли не над их головами, заставив обоих вздрогнуть. Клубы туч сделались гуще, земля уже почти не просматривалась за ними. Вэррего недовольно пыхнул огнем в ответ блеснувшей молнии и сильными взмахами крыльев двинулся поперек ветра.

– Куда мы? – стараясь перекричать и громовые раскаты, и шум хлынувшего ливня, спросила Тиана. – Башня в другой стороне!

– Домой, – откликнулся герцог, и Тиана сообразила, что для них с Вэррего это слово обозначало вовсе не то же, что для Янчи с Интанньей. – Это близко.

Тиана кивнула, хоть и понимала, что этого жеста герцог заметить не мог.

Он ее обманул. То ли не хотел пугать заранее, то ли просто исчислял расстояние как-то иначе, но они успели вымокнуть до нитки и изрядно продрогнуть, пока в разрывах между клочьями туч стало возможно различить очертания одинокого замка. До того были одни сады и парки.

Вэррего искусно скользил в ставшем опасным небе. Сейчас ему не требовались ничьи приказы, он сам выбирал правильное направление и спешил добраться до цели прежде, чем какой-нибудь шальной разряд молнии настигнет его.

Сердце Тианы билось отчаянно, но она сама не могла понять: от наконец возникшего страха или же по-прежнему от восторга и безбашенного веселья.

– А тебе это нравится, – шепнул ей герцог.

Ответить Тиана не успела.

Что-то хрипло каркнуло очень рядом – похоже на ворону, но много громче, раскатистей. Вэррего стремительно развернулся в сторону этого звука и выпустил струю пламени с ревом. Карканье раздалось снова чуть ли не отовсюду. Огненный вертелся, не прекращая поливать неведомых существ пламенем. Герцог, не сказав ни слова, вынул из рукава какую-то магическую штуку, выметывающую свистящие снаряды, и принялся палить во все стороны. Ничего не понимающая Тиана успела только пригнуться.

Зловредных тварей было много, невероятно много. Они нападали, будто не чуя опасности, совершенно не обращая внимания на сражавший их огонь, на меткие выстрелы. Они висли у Вэррего на крыльях, а он срезал их остро-заточенным навершием хвоста.

Герцог сунул Тиане в руки поводья, а сам вскочил на драконью спину, стреляя по врагам уже из двух рук. Тиана чуть не сорвалась, повисла на одной руке, но быстро подтянулась обратно.

– Вэррего, уходим! – голос герцога перекрыл шум грозы и побоища. Хотела бы Тиана уметь так.

Дракон последний раз окатил нападавших огнем и рванул прочь со скоростью, превышавшей все представления Тианы о драконьих возможностях. Силуэт замка приближался. Они бы успели, обязательно успели бы, но вдруг Вэррего дернулся и с леденящим душу воем заметался, не разбирая дороги.

Тиана, с трудом удерживаясь от падения, встала во весь рост. Так ей стало хорошо видно голову дракона и заливающую половину морды кровь. Выругавшись в полголоса, она опустилась на колени и ползком двинулась вверх по длинной, напряженной шее. Пару раз при особенно резких рывках дракона она чуть было не сорвалась в свободный полет. Но до цели все-таки добралась. Стиснула ладонями чешуйчатый шип на драконьем загривке и запела, стараясь прижаться ближе, так, чтобы не срывающийся с губ звук, но и более глубокие его вибрации Огненный мог услышать.

«Ну же, давай, мой хороший, мой самый сильный, ты же можешь, я точно знаю».

Получилось не сразу. Раненный дракон перестал выть и лишь глухо ворчал, но все так же летел ввысь, вместо того, чтобы прорываться к замку. Нападавшие твари почувствовали слабость казавшейся малоуязвимой добычи и накинулись с утроенной силой. Тиана не видела, что происходило там, за ее спиной, но чувствовала, как дергается от каждого нового укуса Огненный.

А потом он ее услышал.

Снова развернулся, обдал пламенем врагов и уверенно двинулся в направлении, что нашептывала ему Тиана.

Ей казалось, что это все длилось вечность. На самом деле, едва ли больше получаса.

Ливень, пламя, кровь, блеск молний и биение драконьего пульса, отдававшееся во всем ее теле.

Когда Вэррего опустился на площадку на вершине одной из замковых башен, Тиана с трудом разжала руки и неловко сползла с драконьей шеи. Герцог уже был на земле и осматривал рану своего крылатого друга. Каркающие преследователи покружили над замком всей стаей и ринулись прочь.

– Нужна помощь? – Тиана подбежала к герцогу.

– Ты? – он покачал головой. – Ты тут не поможешь. Разве что у тебя в запасе еще какие-нибудь хитрости.

Тиана вытряхнула из сумки резную шкатулочку с мазью.

– Это поможет снять боль. Да, возьмёт даже сквозь такую чешую, как у него. Но чем быстрее вы позовете лекаря, тем лучше. У меня все же другая специализация, а здесь пострадал глаз. Это очень серьезно.

– Не побоишься остаться с ним наедине? – спросил герцог.

Она только фыркнула и, снова напевая, щелкая, успокаивая Огненного, принялась накладывать мазь. Даже если лекарь и сочтет это лишним, пусть крылатому хоть сейчас будет легче.

Герцог обернулся быстро. Привел целую толпу слуг, на удивление толковых и молчаливых, и двух господ вполне определенного занятия. Почти таких же редких, как мастера над драконами. Целителей магических существ.

Тиану оттеснили в сторону, но совсем она не ушла, скрылась у распластанного бессильно янтарного крыла, наглаживая его в успокаивающем ритме.

Герцог заметил ее только, когда все первые хлопоты были закончены. Ливень прекратился примерно в то же время.

– Тиана? Ты еще здесь? – сказал он растеряно.

Она вздохнула.

– А куда мне было деваться? Да и как я могла уйти, я же…

– Мастер над драконами. Да, я помню, – герцог улыбнулся. – Что ж, пусть это невежливо, но оно и к лучшему. Поможешь спустить Вэррего вниз. Глаз уцелел, но помучиться пришлось и ему, и целителям. Так что он сейчас раздражителен не в меру.

– Да, конечно, – Тиана с готовностью поднялась. – Вы со мной? Покажете дорогу.

Быстрым шагом она подошла к драконьей голове, пропела пару строк, ловя усталый, измученный взгляд.

«Бедный мой. Вот уж вляпались, так вляпались. Но потерпи еще немного».

Она снова взобралась на чешуйчатую спину, не в седло, а опять ближе к загривку. Подождала, пока свое место займет герцог. И в третий раз за этот день поднялась в воздух, пусть и ненадолго.

Этот полет занял всего несколько мгновений. Драконятня Красного Герцога располагалась совсем близко к замку и была куда больше похожа на обиталище огненных ящеров, чем Башня принцессы Интанньи. Это была настоящая пещера, хоть и облагороженная разумным и удобным устройством. Вэррего с видимым облегчением устремился в родное логово, к которому уже везли пищу.

Тиана с удовольствием изучила бы это место, но драконья трапеза – не лучшее время для того, чтобы прогуливаться поблизости. Да и переодеться во что-нибудь сухое уже хотелось просто нестерпимо. Горячка пережитых волнений отступила и отпустила.

– Вы дрожите, – герцог закончил раздавать распоряжения и вновь протягивал ей руку. – Теплый камин и вкусный обед уже ждут нас.

Тиана улыбнулась. Без берета, с растрепанными, потемневшими от воды волосами, Красный герцог растерял половину своего ослепительного сияния, но ему удивительным образом шло. Не Звездный бог, только что рассыпавший громы и молнии со спины дракона, а человек из плоти и крови нравился Тиане больше. Поэтому она без излишних раздумий вложила руку в его ладонь и сама на себя разозлилась за испытанный при этом трепет. С этим определенно нужно было что-то делать! Не хватало еще пополнить собой бесчисленные ряды пустоголовых воздыхательниц.

Хотя, Тиана украдкой вздохнула, девичьи грезы обычно питаются надеждами, пусть порой и беспочвенными. Она же прекрасно понимала, где ее место, и что она представляет в глазах Фъямэ сол Ньэрэ, второго человека во всей Империи. А этот безумный полет, тепло надежной руки, прижимавшей ее к себе так крепко, можно будет просто вспоминать с улыбкой. Все, что случается в небе, остается в небе. Там, в вышине, свои законы и правила.

Герцог вел ее по усыпанной гравием дорожке.

– Какое счастье, что вы не в этих прогулочных туфлях, что носят все дамы, – с усмешкой сообщил он, наблюдая, как Тиана спокойно ступает по грязи и лужам.

– Я редко ношу то, что все, – пожала плечами она. – Моя жизнь не позволяет.

– Я помню Голубиную площадь.

– То, что было в тот вечер, не совсем обычно для меня.

– Не уверен, что слово «обычно» вообще вам подходит, – Фъямэ сол Ньэрэ ослепительно улыбнулся.

Дорожка петляла между роскошных розовых кустов, благоухающих после грозы просто немыслимо. Сам замок отсюда казался будто бы нарисованным на фоне еще мрачно-серого, но уже начинающего светлеть неба.

Глава пятая. На твердой земле


Представляя себе, сколь многие желали бы оказаться теперь на ее месте, Тиана могла бы чувствовать себя отомщенной за годы, проведенные в тени других, более успешных, красивых, талантливых. Не то, чтобы она завидовала кому-либо чрезмерно, но совсем ничего такого не чувствовать все же не могла. Благородства души ей всегда не доставало. С другой стороны все мечтательные девицы и романтического склада дамы предпочли бы оказаться наедине с красавцем-герцогом в другую пору суток. Потому что для таких сцен необходимо, чтоб горели свечи и лучше бы еще и камин. Чтобы рубиново-красное вино загадочно мерцало в бокалах и таяло на языке, постепенно согревая тело и душу. Чтобы мерной рекою тек неспешный разговор обо всем на свете. И чтобы с чеканно-красивого лица напротив наконец упала эта маска вежливого внимания и заботы. Потому что никому на самом деле не интересны долгие беседы, если в них нет подлинного накала чувств.

Но у Тианы ничего не бывало, как положено. И, когда Красный герцог пригласил, даже сам привел ее в свой дом, был разгар дня. Свет его, раскрашенный в разные цвета стеклами причудливого витража, щедро изливался в небольшую комнату. И не скажешь, что еще полчаса назад бушевала такая гроза.

Тиана стояла у окна, ожидая, пока молчаливые слуги закончат накрывать на стол. Вместо промокшей одежды ей досталось длинное платье из тонкой и невероятно мягкой шерсти цвета чистейшего берилла. Было тепло, необыкновенно уютно и как-то по-особенному волнительно: не то от пережитых впечатлений, не то просто от слишком быстрой смены холода и тепла.

Не до конца высохшие волосы пришлось собрать в две не очень плотные косы. Вид у Тианы с ними был странный, ведь в отличие от той Ниры или той же Эмери, на юную беззаботную девицу она не походила нисколько.

– Тиана? – тихий голос заставил ее порывисто обернуться.

И вот этот человек недавно орал приказы дракону, перекрывая шум бури? Немыслимо.

Герцог тоже переоделся, сменил черное на серебристо-серое и стал еще красивее.

– Вы снова меня удивляете, – он взвесил на руке одну из ее кос.

– Чем же, позвольте?

– Способностью к перевоплощениям. Вы постоянно меняетесь и все же, я поручусь, остаетесь самой собой в любом образе. Вот сейчас такая мягкая, нежная, словно Богиня-Созидательница.

Тиана не смогла сдержать смех.

– О нет, ваша светлость! Только не она! Вот уж с кем у меня совершенно ничего общего.

Фъямэ сол Ньэрэ прошел к столу и, отодвинув один из стульев, слегка улыбнулся Тиане.

– Присаживайтесь.

Она так и поступила. Села, расправила на коленях мягкую ткань юбки, откинулась на высокую и удобную спинку. Первая половина этого дня была более, чем насыщенной, но это ей нравилось. Жаль, что так получалось не всегда. И Вэррего тоже жаль, но целители обещали скорое выздоровление.

Герцог занял свое место напротив, наполнил бокалы чем-то золотистым. Тиана взяла с блюда тарталетку с виноградом и мягким сыром.

– Выпейте обязательно, – сказал герцог. – Красное вино, конечно, подошло бы лучше, только, увы, я не люблю хмельного. Но, вам, если пожелаете, велю подать.

Тиана удивленно покачала головой. Вот так. Никакого рубинового мерцания. То, что было в бокале, пахло цветущей бузиной и действительно заставляло кровь в жилах бежать быстрее.

– Нет, не нужно вина. Я еще не настолько стара и эксцентрична, чтобы пить в одиночестве.

Герцог кивнул, и какое-то время оба сосредоточились на еде. Тиана даже не пыталась отыскать среди предложенных предметов правильную вилку, вульгарно пользуясь той, что ей показалась наиболее удобной с самого начала. С тайным злорадством отметила, что герцог делает то же самое. Это не удивляло, ведь тот в первую очередь был воином, а в походе нет смысла в подобных заморочках.

Когда первый голод был утолен, возникла необходимость что-нибудь говорить. Тиана никогда не была сильна в придумывании тем для таких случаев. Герцог тоже молчал, потягивая бузинный напиток и бросая на Тиану пронзительные взгляды поверх бокала. Она и хотела бы ответить ему тем же, но отчего-то это было сложно. Сложно поднять на него глаза, сложно заставить себя произнести хоть слово. Оставалось только рассматривать свои исцарапанные руки и опустевшую тарелку нарейского стекла. И думать о сидящем совсем рядом человеке. О том, каким он может быть не со случайной и не особо желанной гостьей сомнительного положения, а с теми, кто ему по-настоящему близок. Как и о чем говорит, как искренне смеется, что его волнует, а что кажется лишь пустопорожней суетой. И было как-то обидно, что ей этого никогда не увидеть.

От этих мыслей, настойчиво лезущих в голову, было как-то по-детски обидно. И жгучим наваждением теснило грудь воспоминание о полете, который вряд ли когда-нибудь повторится. Если, конечно, не предпринимать каких-то немыслимых усилий, чтобы этого достичь.

***

– А что было потом?

Дивные очи Ниры были исполнены такого любопытства, что было как-то неловко ее разочаровывать. Подруга валялась на кровати Тианы, хрустела сочной грушей и даже не пыталась проявить тактичность. Она жаждала подробностей и вовсе не полетов с принцессой. Разумеется, ей был нужен отчет об обеде у герцога. Точнее о том, почему Эмери вернулась домой одна, а Тиану, после того, как ей заинтересовался Фъямэ сол Ньэрэ, никто не видел до вечера. Конечно, милая Эмери разволновалась и поделилась своим беспокойством (а главное, его причинами) с Нирой, а та теперь пылала любопытством.

– Да ничего не было, – вздохнула Тиана. – Поели, отогрелись, и его светлость отвез меня домой.

– Сам отвез?

– Да. На колеснице. Он неплохо с ней управляется и так же, как и я, любит быструю езду. А уж лошадки у него – ух! С виду, будто статуэтки точеные, но скачут наперегонки с ветром.

Тиана действительно все это любила. Скорость, риск, азарт. Она получила от поездки удовольствие, ничуть не меньшее, чем от полетов. Они неслись сквозь облака цветущих садов, по мостам, перекинутым через узкие ручейки, потом по городским улицам. Запах прибитой дождем пыли мешался с благоуханием деревьев. Тиана стояла рядом с герцогом, запрокинув лицо под ласками ветра, и лишь иногда бросала взгляды на сильные руки, удерживающие поводья.

– И все? – разочарованно сказала Нира. А потом рассмеялась, будто бы даже с облегчением. – Хотя это очень похоже на тебя. Побывать в гостях у Красного герцога и взахлеб описывать только лошадей и драконов.

– Эй! – шутливо возмутилась Тиана. – Про Интанньу я тоже много говорила!

– Пожалуй, – согласилась Нира. – Но все же меньше, чем про Вэррего.

– Не буду спорить. Он меня впечатлил и с легкостью покорил мое сердце. Пожалуй, я даже влюбилась.

– Ти, вот скажи мне, когда ты начнешь влюбляться в людей, а не в драконов?

– Не знаю, – Тиана пожала плечами. – Думаю, что никогда. Вэррего сильный, красивый, отважный, яростный. Где такого человека найдешь? Да еще чтобы был шанс заинтересовать его моим помятым лицом?

– Вечно ты на себя наговариваешь, – ворчливо отозвалась Нира. – Не так все у тебя плохо, как ты всех стараешься убедить. Если бы ты только захотела…

– Сразу бы выстроилась очередь из желающих? Не смеши. Кому нужна дама за тридцать с неопределенным статусом, опасной профессией, своеобразной родней, не пользующаяся корсетами и красками для лица, носящего следы привычно бессонных ночей? Еще водящая сомнительную компанию с творческими личностями и любящая танцевать на площадях. Мне продолжать?

Нира расхохоталась.

– Вот как? Вот так ты таких, как мы, описываешь в своей голове? Да, да, таких, как мы с тобой. Ведь я подхожу под твое описание ничуть не меньше тебя самой!

Тиана окинула долгим взглядом точеную фигурку подруги, которую сейчас мало скрывала тончайшая ткань домашнего платьица. Нира походила на статуэтку искуснейшей работы. Красоту тела дополняла дикая, необычная красота лица. У Ниры были черты древних, сейчас уже полузабытых богинь. Эта остро очерченная линия скул, миндалевидные глаза с бронзовыми ресницами, тонкий нос, пухлые, смешливые губы – все это Тиана не раз видела на полустершихся барельефах старинных храмов. А еще у Ниры были чудесные золотистые волосы и голос посланницы из страны фей.

«Ты? Ты подходишь не меньше, разумеется».

Тиана сидела в кресле, потягивая из огромной кружки щедро приправленный корицей и кардамоном шоколад, и расслабленно думала о том, что как-то избыточно насыщенно прожила последние сутки. Перед глазами сменялась картина за картиной, и все они были волнительны и приятны. Из тех, которые так приятно воскрешать в памяти перед сном.

Вот Меада с гордой и счастливой Эмери уходит стрелой в небо. Бронзовая чешуя блестит на солнце. Развеваются по ветру тёмно-рыжие кудри юной госпожи Тасаре и ее же смешной шарф цвета зари.

Вот плюется и возмущается строптивица Янча, ее смертоносные клыки и зловонная пасть так близко, что против воли закрываются глаза.

Вот раскрывает янтарные крылья исполин Вэррего и кружатся рядом с ним светлые нежные лепестки.

Сверкает совсем близко молния, озаряя чеканный профиль герцога, его горящий азартом взгляд и тень усмешки на строго сжатых губах.

Вот рвется свет дня сквозь изысканный переплет витража. Герцог смотрит на Тиану поверх хрустального бокала, в котором золотыми искрами играет шипучий напиток. У человека, похитившего половину (если не больше) всех женских сердец Империи, темные, как ночь глаза. Тиана никогда не любила такие. К тому же мужчины ее больше не интересовали.

Нира, от безделья взявшаяся перебирать Тианину шкатулку со всевозможными мелочами, вдруг воскликнула удивленно:

– Моя лента!

Тиана непонимающе воззрилась на нее.

– Ну лента, да. Должно быть, твоя. Раньше надо было думать, прежде чем звала меня жить в своем доме. Конечно, у нас с тобой все давно перепуталось.

Нира забавно нахмурила тонкие брови.

– Нет, Ти. Ты не поняла. Это не просто лента. Это та самая лента.

– Та самая? Какая-то необыкновенная? Чей-то подарок?

Шоколад в кружке Тианы почти закончился, но так лениво было вставать за следующей порцией.

– Подарок, – заявила Нира, пристально глядя на подругу. – Мой. Мрачному южанину, похожему на демона морей. Я бросила ему ее, когда воинство торжественно входило в город.

Тиана закусила губу. Вот демон! За всеми этим утренними приключениями, она успела совсем позабыть о своем странном ночном госте. Красный герцог, драконы и лошади вытеснили все напрочь из ее глупой головы.

– Да брось, – стараясь, чтобы это прозвучало как можно более легкомысленно, сказала Тиана. – Можно подумать, что у тебя эта лента единственная. Что ты ее так вот от всех отличить можешь.

– Могу, – уверенно сказала Нира. – Их у меня всего две было. Бархат с серебряной вышивкой, которую я делала сама.

Тиана мысленно сосчитала до семи.

– Две. Это как раз вторая.

– Что ж, хорошо. Не хочешь, не говори, – грустно сказала Нира. – Только я думала. Что ты мне немного доверяешь.

– Я доверяю тебе больше, чем себе самой, – заверила Тиана.

– Но у тебя неприятности, а ты не желаешь ими поделиться.

Тиана искренне расхохоталась.

– Ну, какие неприятности у меня могут быть? Всего лишь работа. А ленту ты сама здесь обронила.

– Что ж, я потом посмотрю, – Нира лучезарно улыбнулась. – А эту унесу сейчас.

Грациозно она поднялась с постели и легким ветром унеслась прочь. Тиана подумала с досадой, что теперь не сможет тишком избавиться от улики, а потом сказать, что велела горничной отнести Нире в комнату. И пусть та даже найдет вторую, все будет выглядеть вполне правдоподобно, не подкопаешься. Но, увы, теперь ничего такого не получится.

И ведь надо же было впустить в дом этого человека! Сумасбродный порыв, иначе не объяснишь. С другой стороны, а разве демонов маг оставил ей выбор?

Тиана все-таки встала, наполнила чашку из стоявшего на столике кувшинчика и подошла к окну. Что бы там не ворчала Маруш про тоскливое спокойствие этой части города, Тиане был слишком мил вид, открывающийся из окон, чтобы искать себе другое призвание. Правда, сегодня насладиться им сразу не удалось. Потому что в первое мгновение Тиана замерла удивленно, тупо глядя на подоконник.

Там лежал маленький, но пышный букетик из совсем не подходящих для этого цветов.

Колючих и растрепанных шариков дикого репейника.

Тиана медленно подняла этот букет и прижала к груди. Почему-то от этого стало тепло не только телу, но и давно озябшей душе.

Нира что-то пела в своей комнате. Оттуда доносились переливы ее дивного голоса и серебристое позвякивание колокольчиков. И не поверишь, что вот это самое волшебное создание еще сегодня утром бродила по местам, в которые не всякий вооруженный мужчина рискнул бы сунуться. Нет, сама Нира была чиста и невинна, как в ее возрасте и не бывает. Но слишком важное место в ее похожей на сказку жизни занимал один совершенно не сказочный персонаж. Красавец Маро был родом из народа, простой и даже грубоватой семьи. Просить руки знатной возлюбленной он не мог себе позволить, а потому их длящийся уже не первый год роман был обречен либо оставаться возвышенно-духовным, либо превратиться в скандал.

Любовь прекрасных менестрелей к принцессам или хотя бы к графским дочерям заканчивается свадьбой и детишками только в романтического толка балладах. Примерно там же, где и блистательные герои, обращающие внимание на тридцатилетних уличных танцовщиц или и того лучше – пропахших серой и копотью наставниц по драконьим полетам. Ничего, если все получится, как обещала Эмери сол Тасаре, то скоро можно будет уехать прочь от столицы, ее мнимых соблазнов и безупречного профиля некоего среброволосого герцога.

Равно, как и от возможных встреч с одним безумным нахальным магом. Тиана усмехнулась. Если то предзнаменование возможного чувства, что возникало у нее от близкого присутствия Фъямэ сол Ньере, она, казалось, могла угадать, даже скорее всего назвать правильным словом… То, что она испытывала к ночному гостю, было загадкой для нее самой. В его облике не было почти ни единой привлекательной черты, он ворвался к ней в дом, разбил окно, отобрал кровать и… И напомнил самое светлое из всего, что хранила ее каменно-тяжелая память.

Нахал? Ну, допустим. Но ему лет-то исполнилось вряд ли больше, чем очаровашке Маруш. А мужчины взрослеют медленнее. И что взять с мальчишки? Одаренного, пылкого, впутанного в какую-то темную историю. Вряд ли нашелся бы хоть кто-то в его возрасте и ситуации, кто вел бы себя благородно и предупредительно. Этот еще и особо ничего не натворил. Так, полное пренебрежение приличиями выказал всего лишь.

Тиана облокотилась о подоконник и все-таки выглянула на улицу.

Мерно, как всегда колыхалась серо-зеленоватая вода Эль Рахна. С непристойной песенкой бодро вышагивали по перекинутому через него мосту веселые студенты Таннарского университета. Лениво правил богато изукрашенной лодочкой слуга в расшитой золотом смешной одежде. Под пышным зонтом с кисточками возлежала на подушках какая-то дама. Тиане было видно только тяжелую юбку из разноцветных полос парчи и любопытно снующую от одного борта к другому собачонку с потешной мордочкой.

Все было как всегда, и именно поэтому щемящее ныло сердце. Если бы только можно было, если бы Тиана была вольна распоряжаться своей судьбой, она бы никогда не покинула ни этот дом, ни ставший привычным за последний год образ жизни. Но боги любят играть человеческими судьбами, будто фигурками на индаррской клетчатой доске. Есть натуры, гордые и сильные, готовые бросить вызов силам судьбы, бороться до последнего предела и стать игроками, а не бессмысленными и беспомощными фигурками. Вот Красный герцог наверняка был именно таким. А Тиане иногда страшно нравилось себя такой воображать, но жизненный опыт упрямо и яростно вопил об обратном. А она уже привыкла доверять его голосу.

И все же, все же репейник – цветок дикий, не облагороженный, растущий в таких местах, где не всякий выживет. Способный перенести такое, что и не снилось оранжерейным диковинкам. Репейник на пустыре – вот чем было теперь ее сердце. Как выглядела теперь ее душа. Никаких полей благоухающей лаванды, сиреневого марева под южным солнцем.

Хотя цвет был похожий.

***

Нира наряжала подругу, как перед свадьбой. Прикладывала то одно платье, то другое, что-то напевала и явно была, если не счастлива, то очень довольна. Тиана ей не мешала. Кто лучше дивной Ниры умел видеть и понимать красоту даже там, где таковой отродясь не водилось? Сладкоголосая фея жила любовью и ради любви, и сквозь призму ее видела все вокруг. Вот и Тиана под ее руками становилась словно другим человеком. Неспособным летать на драконе в грозу, а потом носиться на колеснице с бешеной скорости с возницей, увлеченным лихачом.

То, что сотворила из нее Нира, больше годилось для того, чтобы, замерев в красивой позе, стоять на полочке. Нет, красавицей Тиана так и не стала. Но на благородную даму стала походить так, что не отличишь даже с очень близкого расстояния. Причем дотошная Нира учла все детали, начиная с того, что загнала подругу отмокать в ванне, перемазала в крема и масла из немыслимого количества баночек, выдала жесткую щетку вместо привычной мягкой мочалки и кучу наставлений. Нет, Тиана и сама обожала все эти банные процедуры, но в исполнении Ниры они превратились из наслаждения в тяжкую работу.

– Даже во дворце принца крови не было таких сложностей, – хмуро проворчала Тиана, вытянув правую ногу над снежными хлопьями пены и старательно орудуя щеткой. – Ты воистину невыносима, дорогая!

– Во дворце? Подожди, ты имеешь в виду замок Фъямэ сол Ньэрэ? – оживилась Нира. – Ты же была там сразу после того, как сильно промокла под дождем? Конечно, тебе же нужно было вымыться и переодеться. И как?

– Что как? Примерно как хоромах нашей милой Эмери. Огромный бассейн, теплый пар, узорные плитки пола. И никаких пыточных орудий вроде тех, что ты тут понатащила!

Нира усмехнулась.

– А как ты хотела? Красота – это труд, а не дар. Хочешь, чтобы мужчина потерял дар речи, любуясь тобой, в это нужно вкладываться.

– Мужчины меня не интересуют!

– Не все. И не сегодня.

Спорить с этим было бы невероятно сложно.

Чистую и вымытую Тиану подруга обрядила в отделанную тонким кружевом нижнюю рубашку, ажурные чулки и перчатки, такие тонкие, что и в руки брать было страшновато. От корсета Тиана с яростным боем сумела отказаться, вызвав у на лице Ниры жесточайшее разочарование. Зато нижнее платье из узорчатой парчи в осенних рыжевато-золотых тонах и безрукавное распашное верхнее из коричнево-зеленоватого бархата были торжественно извлечены из шкафа. С этим Тиана спорить не стала, полностью доверившись вкусу куда более опытной в таких делах подруги. Довершили наряд сеточка, под которой скрылись все волосы Тианы, бархатный кокетливый беретик, кожаный поясок, имитирующий цепочку кленовых и дубовых листьев и собственные украшения Тианы из оправленного в бронзу тигрового глаза. Туфли Тиана взяла те самые, в которых плясала на площади, красивые, но плотно сидящие на ноге и с удобными каблуками. После слов Красного герцога о ее обуви, Тиана только уверилась в том, что всегда подозревала, и решительно передарила все свои красивые, но бесполезные башмачки, шитые известными мастерами по вычурным эскизам, Нире.

– Ну, видишь? – сказала подруга, обрызгивая ее из миниатюрного флакончика духами с ароматом дегтя, меда и осенних костров. – Ты просто не представляешь, как хороша сейчас! Что бы ты там на себя ни наговаривала.

Тиана с улыбкой кивала, надевая мантилью, укладывая самое необходимое в вышитую сумочку.

– Он будет восхищен. Я знаю. Правда.

– Как по мне слишком много приготовлений ради одной-единственной встречи.

– Это все для того, чтобы она была не последней, а только первой из череды.

Нира загадочно подмигнула и поцеловала подругу в щеку.

Уже через несколько мгновений узкая лодочка несла Тиану по зеленоватым, медленно темнеющим, будто наливающимся свинцом водам канала. Тиана чувствовала себя слегка неуверено и в то же время приятно в этом непривычном для себя облике. Ей казалось, что Нира права и сейчас даже такая, как она, может показаться прекрасной и волнующей, особенно, если при свете свечей или в закатных лучах? Ведь было же и в ее жизни время, когда она не сомневалась в себе. Может быть, и сейчас, несмотря на все с ней произошедшее, еще не все потеряно? Впрочем, глупости это все были. Обычные женские глупости.

Лодочка прошла в узкую арку, увитую густейшим плющом, и причалила к полуразрушенной лесенке, нижние ступени которой уходили прямо в воду, а верхние утопали в лиственном ковре. Тиана расплатилась с лодочником, договорилась о времени обратного возвращения и быстро скользнула к маленькой неприметной двери в глухой стене старого дома. Взялась за кольцо и несколько раз стукнула в оговоренном ритме.

Открыли Тиане сразу. За дверью было темно, пахло сыростью и пылью. Чья-то рука суматошно нашарила и крепко сжала ее запястье.

– Я Тиана, – вполголоса сказала она, не уверенная, что ее здесь помнят и узнали.

Так же молча ее повлекли по скрипучей ветхой лестнице несколько пролетов вверх и, резко распахнув двухстворчатые двери, вытолкнули на залитую последними лучами заходящего солнца террасу.

– Ну, здравствуй, – сказала она прямо с порога.

Целое мгновение полюбовалась произведенным впечатлением и медленно сняла с себя одежду. Всю, вещь за вещью, до последней мелочи.

Глава шестая. Стихи и грехи


В Любви, в Надежде мнился мне залог

Все более счастливого удела;

Весна прошла, надежда оскудела —

И невозможен новых сил приток.1


Мужской голос, произнесший эти строки, был похож на густое, бархатное вино из лучших виноградников Сорранды. Таким же было и лицо: правильных, но слишком мягких очертаний. Суровой грубости ему не могла придать даже трехдневная щетина. В проникновенных карих глазах плясало пламя свечей и вовсю разгоравшегося за огромными окнами рассвета.

Тиана высоко подняла юбку и еще раз подтянула сползший чулок. Без подвязки он все равно упадет, но хотя бы до лодки дойти она сумеет.

– Ну, вот зачем тебе эта тряпочка? – безнадежно спросила она уже в который раз. – Фалько, ты не гений, ты пройдоха!

– Она будет залогом следующей встречи, – лучезарно улыбнулся он.

– Когда-нибудь, в следующей жизни, – резче, чем следовало бы, сказала она.

– Можно подумать, тебе было плохо, – покачал он головой.

Она промолчала. Нет, плохо с ним ей не было никогда. Но и того удовлетворения, которое должны бы были приносить эти встречи, она никогда не ощущала. Чего-то не хватало ему, а, быть может, ей. Или, скорее всего, им обоим.

Она набросила мантилью, только сейчас ощутив, как привольно гуляют сквозняки по этой продуваемой со всех сторон комнате, в которой окна занимали больше места, чем грязные стены с облупившейся штукатуркой. А ведь всю ночь ей было совершенно не до него, равно, как и ее кавалеру. Высокое вдохновение, охватившее обоих, было важнее любых прочих чувств и мыслей.

– Хочешь, я в следующий раз пришлю тебе Ниру? Она красивей меня, намного. С ней даже при дневном свете можно было бы.

Фалько покачал головой.

– Нет.

– Вот всегда ты так, – Тиана с укором хлопнула его сложенным веером по руке. – Прощай.

– До свидания, – сказал он почти весело, даже не поднимая головы.

Она тоже ни разу не обернулась, ни спускаясь по грязной лестнице, ни плотно закрывая за собой тяжелую дверь. Ее не мучили угрызения совести, не терзали смутные сомнения и переживания о грядущем.

Лодочник уже ждал ее. Она переступила через высокий борт лодки, села на скамью и подставила слегка пылающее от волнения лицо ласковым рассветным лучам. В этот ранний час канал Эль Рахна был пустынен и тих. Ночные забулдыги не шатались по набережным и мостам. Любители утренних прогулок еще пребывали во власти Королевы Сновидений. Поэтому был только шепот медленно плещущей воды, мерный, равнодушный, успокаивающий. Глаза закрывались сами собой, но не потому, что хотелось спать. Просто у высокого вдохновения был такой вот шлейф, куда более долгий, чем у осенних Нириных духов. И вообще, не только Фалько любил и умел читать стихи великих поэтов.


И тайный пламень сердца не помог,

Все кончено, и не поправить дела,

– громко и нараспев проговорила она.

В этот самый миг лодка качнулась от сильного удара, вода перелилась через борта, попала на юбку Тианы, вмиг разрушив всю томную идиллию.Тиана резко открыла глаза. Незнакомец в плаще и маске, открывающей только половину лица, стоял, направив в сторону лодочника странный артефакт, очень похожий на тот, что был у Красного герцога.

– Тише, если хочешь жить.

Даму в парче этот наглый захватчик явно в расчет принимать не собирался. Ей, очевидно, полагалось уже лежать в глубоком обмороке.

В обморок Тиана не падала ни разу в своей насыщенной эмоциональными встрясками жизни. Теперь тоже не собиралась. Правда, расслабилась она чрезмерно, на ночную прогулку выбралась совсем неподготовленной. Теперь приходилось пожинать плоды эдакой беспечности и лихорадочно соображать. Кричать на помощь? Бессмысленно. Стража тоже спит без задних ног, так как время утреннего обхода еще не наступило, а перед ним у подобных бравых ребят всегда пора самых сладких снов. Ухватить наглеца за плащ, столкнуть в воду? Будь на Тиане ее привычный костюм для полетов, она бы непременно рискнула. Но в этом виде шансы ее были, мягко говоря, невелики. Зато, наверное, она услаждала взоры обоих сопровождавших ее мужчин, и эта встреча станет не единственной, а всего лишь первой из череды. Правда, потеряли ли они дар речи от ее неземной красоты, выяснить было бы затруднительно. Потому что лодочник, и так не больно многословный, теперь только таращил глаза и хлопал губами, будто рыба, но мало кто вел бы себя сильно иначе под плотоядно направленным на него дулом. А незнакомец в маске тряхнул копной мягко вьющихся русых волос…

– Правь к берегу.

Нет, незнакомец тоже явно не онемел. Лодка причалила к первому же спуску, глухо ударилась в замшелые камни.

– Оба вон отсюда. И весло мне отдай.

Мужичонка и в самом деле чуть не удрал вместе с веслом, даже не подумав о брошенной им на произвол судьбы даме. Дама вздохнула и решила, что пора позаботиться о себе самостоятельно. Потому что платье и, в самом деле, было тяжелым, громоздким и в случае падения в Эль Рахна Тиана пополнила бы число утопленников, выловленных у западного шлюза адептами из Ордена Остывшего Очага.

– Я грести могу, – как можно мягче сказала она. – Ну, а вдруг вам понадобится отстреливаться от преследователей?

– Выходи, репейник, – сказал незнакомец. – Утренняя прогулка по улицам этого города, конечно, не безопасна для одиноких женщин, но всяко лучше того места, куда я направляюсь.

– Хорошо, – сказала Тиана и осталась сидеть.

– Я сейчас невероятно серьезен.

– Я понимаю. Как ты меня узнал?

Он усмехнулся.

– По неуловимому ощущению неправильности, исходящему от изысканной дамы, читающей стихи простоватому лодочнику в такой час.

– Это было не ему, а солнцу, рассвету и глупому прошлому, – Тиана улыбнулась.

– Выходи. Этот болван лишился лодки, а она у него наверняка единственное средство не самого плохого заработка. Сейчас приведет кого-нибудь.

Тиана оттолкнулась от покрытой мхом ступеньки прямо рукой.

– Не хочешь отдать весло мне, тогда греби сам. Не трать время.

Ажурное кружево перчатки намокло и испачкалось зеленым.

– У тебя оружия нет? – упрямый маг все же отгреб от берега и даже направил лодку дальше по каналу. – Давай я тебе дам с собой болиде? С ним легко справится даже женщина.

– А сам отправишься в свое более опасное место беззащитным? – Тиана пристально посмотрела в серо-зеленые глаза, блестевшие в прорезях полумаски.

Он усмехнулся и лихо прищелкнул пальцами.

– Я не бываю беззащитным, даже если отобрать у меня не только клинок и артефакты, но и раздеть догола.

– Вот и защищай меня, – нахально предложила она. – А то я боюсь одиночества, чужих людей и, ну скажем, утренней зари.

Он приглушенно рассмеялся.

– А меня не боишься?

Тиана задумалась. Верным ответом было бы «нет», но вот как объяснить причину? Если у нее это не получалось сделать даже перед самой собой?

– Репейник…

– Меня зовут Тиана.

– Меня можешь называть Ройм, – сверкнул зубами маг.

– Я помню, – слегка обиженно ответила она. – Это ты заснул, не дослушав.

Он опустил голову, изображая покаяние.

– Я выгнал тебя из собственной постели и съел твой завтрак. Прости. И поверь, что я не всегда бываю таким бесцеремонным, просто я подумал, что…

Она перебила его:

– Я тоже не всегда бываю такой милой и уступчивой. Просто после всех этих торжеств было очень особенное настроение.

Лодка вошла под очередной мост, на этот раз широкий настолько, чтобы искусственная ночь вдруг вернулась и надолго скрыла обоих собеседников.

– Тиана, я не смогу доставить тебя домой сейчас. У меня на это просто не хватит времени. Но… со мной тебе сегодня не стоит, – проникновенно сказал маг. – Это не только опасно, это еще и преступление. А тебе в этом городе и в этой стране еще предстоит жить дальше. Поэтому я тебя высажу возле Садов Тахкары.

– Преступление, говоришь? – чуть грустно сказала Тиана, чувствуя одновременно любопытство и неловкость от этого праздного и не очень уместного чувства. – С тобой может случится что-то плохое?

Длинная тень закончилась и солнечные лучи, еще более яркие, чем всего пару мгновений назад, безжалостно обозначили все своеобразные, поразившие Тиану еще при первой встрече черты ее спутника. И даже маска спасала положение ровно вполовину, никак не больше.

– Повтори мне те стихи, которые ты читала, когда я к вам присоединился, – попросил он.


В Любви, в Надежде мнился мне залог

Все более счастливого удела;

Весна прошла, надежда оскудела —

И невозможен новых сил приток.

И тайный пламень сердца не помог,

Все кончено, и не поправить дела,

В отчаяньи, не знающем предела.

– послушно продекламировала она.

Лодка причалила к деревянным мосткам. За ними раскинулось цветущее, благоуханное великолепие принадлежащих самому могущественному религиозному Ордену садов. Ройм нашел веревку и крюк, которыми можно было закрепить лодку у этого причала, накинул на проржавевшее кольцо. Потом наклонился к Тиане и, обняв ее за талию, поставил на ноги. Внимательно посмотрел в запрокинутое к нему лицо и закончил строфу:

– Мечтаю смерти преступить порог.

***

Тахкара была самым почитаемым божеством в центральной части Империи, а, следовательно, ее служители обладали и властью, и землями, и золотом, которыми могли похвастаться далеко не все виднейшие вельможи. Поэтому Сады Ордена были местом поистине удивительным. Даже открытая для посещений часть, где не содержалось особенно редких и исчезающих видов. Тиана любила здесь гулять и без всяких вынуждающих к тому обстоятельств, как в этот раз получилось.

Она шла по извилистой дорожке, выложенной золотистым песчаником, и думала о дамах, которые не только выглядят, но и в самом деле изысканны. Которые умеют одеваться только с помощью толпы горничных, а гуляют с дуэньями, компаньонками и лакеями. О той же Интаннье, к примеру. Как же скучно, должно быть, им приходится жить! И как упоительно то, что обязательными подобные глупости давно остались лишь на страницах мемуаров современниц Тианиной прабабушки.

Та сторона парка, что примыкала к Эль Рахна, была чуть менее ухожена, чем центральные аллеи. Но это Тиане нравилось даже больше.

Солнце уже успело подняться довольно высоко, и обнаружившаяся в искусственном гроте статуя богини выглядела в его лучах абсолютно золотой, без малейшего оттенка меди. Кто-то принес Тахкаре ожерелье из огненно-красных маков, и оно казалось языками пламени, охватившего причудливо задрапированное одеяние.

Тиана присела на ступеньку возле грота. Идти домой ей не очень хотелось. Там маялась предвкушением Нира, а рассказывать ей необходимо было или все (а это слишком много), или совсем ничего. Тиана стянула с руки испачканную перчатку, предназначенную скрывать от чересчур проницательных взглядов ее неидеальную руку.

Мысли упорно не шли в звенящую пустоту, которая воцарилась сейчас в ее голове. А ведь подумать ей было о чем. Сумасшедший маг, появляющийся и исчезающий с таким видом, будто они с Тианой были много лет как законные супруги. Мечтатель Фалько с его экзотическими способами провести ночь. И глупое женское сердце, ничему так и не научившееся за немалую сознательную жизнь.

«Вот скажи мне честно, – в который раз спросила она себя. – Не увиливая. Чего тебе сейчас хочется больше всего?»

В ответе вопрос не нуждался. Все и так было слишком понятным. Некоторые вещи с возрастом не проходят, а только усугубляются.

В кустах боярышника за спиной подозрительно зашуршало. Тиана резко обернулась и слова застыли, не успев сорваться с губ. Последние дни были невероятно богаты на встречи.

– Ой, – испуганно выдохнула бледная, как мел, Эмери сол Тасаре.

Выглядела милая Эмери ужасно. Нет, одета она была, как всегда, с изысканной простотой, но под глазами залегли глубочайшие тени, а губы были искусаны до крови. Прижатые к груди нежные руки (не всякий догадается, сколько в них скрытой силы) заметно дрожали.

Но Эмери не была бы собой, если бы не умела собираться с духом и силами.

– А что ты здесь делаешь? – с совершенно неподходящей к остальному выражению лица улыбкой сказала она.

– Сижу. Думаю, – слегка покривила душой Тиана.

– Давно?

Тиана посмотрела на солнце.

– Не очень.

– И ты ничего здесь не видела? – пристально глядя ей в глаза, спросила Эмери. – Такого… ну необычного?

– В такой час? Милый друг, ты меня пугаешь.

Самым странным в это утро была она сама. И еще тот, кто ее сюда привез, но как раз этого Тиана говорить не собиралась.

– Ты уверена? – продолжала допытываться Эмери. – Хотя… Это, конечно, ничего не значит. Сады немаленькие, здесь можно запрятать выводок драконов, и они не сразу встретятся друг с другом.

Она опустилась на ступеньку рядом с Тианой и устало прислонилась к ее боку, положив голову на плечо. Маленькая и несгибаемая Эмери казалась настолько потерянной, что Тиана, обычно не склонная к таким порывам, обняла ее, укрыв под своим плащом, будто бы под крылом.

Что-то происходило вокруг, неуловимое и непонятное пока, но вызывающее неприятный холодок в груди.

Эмери как-то судорожно вздохнула.

– Если можно, Тиана, не говори никому, что видела меня здесь этим утром. Даже если будут спрашивать слишком настойчиво.

– Хорошо. Тогда, быть может, мы и в самом деле пойдем отсюда?

– Да. Вот еще чуть-чуть посидим и пойдем. Мне нужно еще немного времени.

Эмери крутила на пальце кольцо. Старинное, массивное, с длинным камнем, закрывающем сразу обе фаланги. В загадочной глубине темного опала будто бы мерцала искорка, но не так трудно было ее разглядеть. Где-то Тиана уже видела этот камень, возможно, на руке Эмери в одну из предыдущих встреч. А еще эта искра во тьме напоминала глаза Фъямэ сол Ньэрэ.

Будто бы прочитав ее мысли, Эмери спросила:

– Ты, говорят, летала на Огненном Вэррего?

– Да.

– Счастливая. Он кроме Астара подпускает к себе всего нескольких человек. И тем не дает садиться на спину, если без хозяина.

– Он гордый, – согласилась Тиана. – Гордый и прекрасный, какими и должны быть драконы. Наверное, на воле они еще лучше.

– Вэррего почти дикий, – огорошила ее Эмери. – Его мать потеряла хозяина во время войны, безумствовала, разнесла свою драконятню и улетела. Слюбилась с вольным драконом из Вейземских огненных, привела детенышей где-то в горах. К людям вернулась уже не одна.

– Безумная какая история, – одобрительно сказала Тиана.

– Знала, что тебе должно понравиться. Вот так и мы, как те драконы. Пока все хорошо, мы вроде как сдерживаем себя приличиями, условностями, принципами. А, когда что-то случается, когда касается кого-то по-настоящему дорогого, все слетает с нас, будто сухая шелуха. Будто старая кожа. И на свободу вырывается опасный зверь.

– Ты это о чем сейчас? – удивленно прошептала Тиана. – Ведь не о Вэррего?

Эмери промолчала. Тиана поняла, что выбрала неудачную тему для беседы и с деланным безразличием поинтересовалась:

– Ты его светлость называешь по имени и как-то чудно. Астар, да?

– Астар. Фъямэ – родовое имя его матери. Старинный, почти пропавший с лица мира род. Многие уже и забыли, что он когда-либо существовал. С Астаром мы давно знакомы. Он играл со мной, маленькой, рассказывал удивительные истории. Утешал, когда, – Эмери вдруг осеклась и продолжила быстро: – Ну, неважно. Я просто хотела сказать, что и он, и мать Интанньи, его сестра, для меня самые близкие в жизни люди. Даже ближе кровной родни. Хотя я им тоже немного родственница, ты же знаешь?

– Нет, – в подробности родословных имперской знати Тиана никогда особенно не вдавалась.

– Неважно, – с усмешкой сказала Эмери и поднялась. – Ты приглашала меня в гости, я же правильно поняла?

Тиана пожала плечами. Ее предложение уйти куда-нибудь можно было понять и так. Отчего нет? Это даже к лучшему, будет кому отвлечь Ниру от нескромных вопросов.

Все время, что они шли через сады, Тиане казалось, что Эмери слишком медлила и искала поводы, чтобы задержаться подольше. А еще прислушивалась, оглядывалась и с трудом скрывала волнение. Только, когда они вышли через витую калитку на городскую улицу, Эмери вновь стала самой собой, солнечной, уверенной в себе девчонкой, которой боги отсыпали поровну и озорства, и рассудительности.

Город уже успел вполне ожить. Его наводнили прохожие и колесницы, заполнили голоса, конское ржание и чириканье воробьев. Скрипели колеса, цокали копыта, заунывно причитала шарманка на углу, каркающими голосами кричали уличные торговцы. Тиана поневоле улыбалась широко: очень уж любила она всю эту бессмысленную суету. Ей всегда казалось, что именно она и есть наилучшее доказательство, что простая живая жизнь всегда будет торжествовать над самыми зловещими тайнами.

***

Последующие дни проходили как-то очень одинаково: с утра прогулка на присланной из Белой Башни колеснице и полеты с Интанньей и Янчей. Потом горячий шоколад в уютной беседочке, иногда наедине с принцессой, иногда к ним присоединялась Эмери. Обе девушки с воодушевлением обсуждали какие-то ускользающие от понимания Тианы придворные новости и даже политическую ситуацию в Империи. Самой ей оставалось только улыбаться и кивать с умным видом. Уверенности в себе такое времяпрепровождение Тиане никак не добавляло.

Потом ее отвозили домой, и у нее было два часа на то, чтобы привести себя в порядок. Вторую половину дня они с Нирой обычно посвящали танцам или верховой езде. Ну а вечером приходило время для книг и тишины. Нет, Нира не раз звала подругу с собой в гости, или на музыкальный вечер. Нира всегда знала, где бывает интересно. Ее всегда приглашали, и среди ее знакомств были как аристократы, так и разномастная творческая братия. Иногда по утрам ей присылали корзины цветов, в которые были вложены записки с витиеватыми подписями. А иногда ночную тишь взрывали распеваемые под ее балконом серенады.

Тиана любила посмеиваться над бурной жизнью подруги, хоть и частенько принимала в ней участие. Человеческий срок бесстыдно короток, так почему бы и не попробовать вместить в него как можно больше важных для тебя вещей.

Она сама отсчитывала часть тех денег, что каждую половину месяца платили ей в Белой Башне, и складывала в тайник. Когда-нибудь их там скопится достаточно, чтобы позволить себе собственного дракона. Пусть и не такого, как Меада, попроще и помельче, но это было не столь уж важно.

– Ти! Ты что спишь что ли?

Нира потянула за край шали, завернувшись в которую Тиана дремала в кресле у камина.

– Немного, – сонно пробормотала она. – Все равно там дождь, и ничего увлекательного не намечается.

– Ты права, – Нира подошла к окну, прижалась лбом к запотевшему стеклу. – Льет так, что я тоже никуда не пойду сегодня.

– Будем грустить вместе?

– Да. Сейчас прикажу подать вина.

Нира кивнула. Тиана окинула подозрительным взглядом ее поникшие плечи под ажурной паутинкой пухового платка и позвонила в бронзовый колокольчик. Слуг в этом доме было немного: ни Тиана, ни сама Нира не любили лишних людей. Но при желании было кого отправить за вином и фруктами, чтобы тоскливый дождливый вечер стал хоть чуточку теплее.

– Что у тебя стряслось-то? – едва дождавшись, пока чересчур смешливая субретка поставит поднос на столик и выйдет за дверь, спросила Тиана.

– Стряслось? – печальным эхом откликнулась Нира, занимая свое привычное место на софе. – Ничего у меня не стряслось. У меня все прекрасно.

Тиана наполнила бокалы и протянула один этой бледной тени, лишь очертаниями напоминающей ее подругу, еще вчера вскружившую голову всем, кому посчастливилось слышать ее игру на арфе.

– Я и вижу, – согласно кивнула Тиана и задала один-единственный вопрос: – Маро?

Бронзовые ресницы дрогнули и слезы покатились градом.

– Ну и что он опять учудил? Пьянка, драка, дебош в трактире, оскорбление стражников, долги, игорный проигрыш или попросту ты его застала с двумя полуголыми красотками на несвежих простынях в его каморке?

– Последнее точно нет, – так и не открывая прекрасных очей, прошептала Нира. – Он мне верен.

– Значит, все остальное да? – Тиана пренебрежительно фыркнула.

– Он просто такой человек. Не берись осуждать, если не все знаешь.

– Я не осуждаю, – Тиана покачала головой. – Уж ты-то должна понять, что я давно лишилась права осуждать кого-либо. И даже можешь вспомнить, при каких печальных событиях это лишение произошло, да?

Нира встрепенулась.

– Ну, зачем ты снова так? Это было неизбежно, так сложились обстоятельства, ты ни в чем не виновата…

Тиана отставила бокал и демонстративно закрыла ладонями уши.

– Ти…

– Не хочу. Я знаю, что ты и мертвого можешь убедить, но не хочу, не хочу попадать под действия твоих чар.

Ладони она все-таки убрала. Нира не сводила с нее все еще подозрительно блестевших дивных очей, но на привидение самой себя уже не походила.

– Тиана, если ты назовешь меня «сладкоголосой сиреной» я тебя убью.

– Но ведь это правда. Ты – русалочка, я – древняя глубинная тварь, морская ведьма. На этом мир стоит.

Нира против воли улыбнулась.

– А Маруш?

Тиана задумалась. Бойкую сестрицу Каомо куда проще было представить с черной повязкой на глазу и абордажной саблей в зубах. А вот Эмери сол Тасаре – с зажженным фонарем на причале, верно ждущую прибытия отправившегося в дальнее странствие корабля.

– Маруш – пиратка. Опасная и кровожадная.

– С таким кукольным личиком?

– Вот именно с ним! Милая девочка и отчаянная хулиганка в одном лице. Но ты так и не рассказала мне про Маро и что у вас с ним приключилось.

Нира покачала головой.

– Какая разница… Ти, а давай бросим все и просто уедем к морю? Насовсем? Купим маленький домик в рыбацком поселке, где никто не будет нас знать. Будем плести сети, собирать мидии и, может быть, даже нырять за жемчугом. Как в сказке про Тэнни-русалочку? Заведем себе морского змея или даже несколько, ты же и с ними умеешь ,правда?

Тиана скользнула на пол к ногам подруги и положила голову ей на колени.

– Это было бы замечательно.


Ни дуновенья; волны

Смирили в море бег,

Забвенья тише воды сонных рек,

И не услышать до зари в округе

Ни зверя, ни пичуги.

Глава седьмая. Ветер с цветущих яблонь

Сконфуженная Янча удалилась в драконятню чуть ли не с поджатым хвостом. Хотя никакой вины изрядно присмиревшей драконицы в том, что в это утро занятие не заладилось с самого начала, не было. Все портила сама принцесса, что не могло не удивлять. Потому что при всей своей кукольной хрупкости Интанниа была старательной и трудолюбивой. К тому же у нее действительно был этот неуловимый и редкий дар, бесценный для работы с живыми существами. Она умела их чувствовать и выражать собственные пожелания спокойно и уверенно.

Но теперь от нее только что искры ярости не летели, попадая и на тут же вышедшую из повиновения драконицу, и на всех, кому не повезло оказаться рядом. С Тианой принцесса не стала даже прощаться. Сорвала с головы шапочку, с досадой бросила ее на землю и быстрым шагом направилась к жилой части Белой Башни.

– Я вам завтрак приказала подать в беседке, – тана Тивретта надменным и неподкупным символом светского гостеприимства возвышалась над Тианой.

Тиана сидела на земле и собирала снаряжение в сумку. Руки у нее тряслись от перенапряжения.

– Нет, спасибо. Я лучше сразу пойду.

– Может быть, хотя бы десерт? День сегодня был тяжелый, а вам еще добираться назад в город. Есть лимонный щербет и ванильная пастила.

– Да денек тот еще, – согласилась Тиана.

– Ее высочеству надо было отменить сегодня все встречи. Особенно бессмысленные, тратящие только ее время и нервы. У ее высочества сейчас достаточно хлопот без всяких драконов.

– Да? – Тиана рассеянно воззрилась на скорбное лицо дуэньи. – А что-то стряслось?

– Распространение сплетен не входит в мои обязанности, – поджала губы тана Тивретта. – Если вы твердо решили пренебречь лимонным щербетом, я прикажу подать к воротам колесницу. Вас никто здесь больше не задерживает.

– Прекрасно, – Тиана резко встала, вскинула сумку на плечо и уже на ходу обернулась через плечо: – Только, тана Тивретта, колесница пусть будет к Западной калитке. А я прогуляюсь по парку.

– Как скажете, – донеслось ей в спину.

Деревья в парке все еще цвели, и упускать это волшебное время совершенно не хотелось. Лучше бы, конечно, было хоть раз выбраться на прогулку вместе с Нирой. Она тоже умела ценить эти недолгие весенние дни, когда так остро и ярко воспринималась хрупкая и недолговечная красота мира. Но Нира в последнее время тоже бывала слишком часто занята непонятными делами, чем-то обеспокоенна и чрезмерно задумчива. Все будто бы что-то знали такое, неизвестное Тиане, и молчали.

Она брела по усыпанным опавшими лепестками зеленым склонам, игнорируя дорожки. В небе¸ необыкновенно ясном и чистом сегодня, кружил дракон. Отчего-то Тиане нравилось думать, что это Вэррего, хотя она понимала, что это совсем необязательно было правдой. Огненный только недавно снова стал вылетать, и Тиане очень хотелось бы его навестить. Ну, или хоть с земли полюбоваться на его полет.

Тиана остановилась возле цветущего дерева и, привстав на носочки, уткнулась лицом в пушистую гроздь.

– Снова вы? – раздался совсем рядом знакомый бархатный голос.

Тиана вздрогнула и резко обернулась.

Обычно ее почти никому не удавалось застать врасплох. Ее работа требовала отменной реакции, а те, кто ей не обладал, попросту не справились бы.

Только с этим человеком отчего-то не срабатывало. Он всегда был внезапен, как порыв ветра.

– Здравствуй, Ройм, – сказала она, как только удалось выровнять дыхание. – Кажется, мы уже были на «ты».

– Были, – маг собственническим жестом взял ее за талию. – Но я не осмелился. Последняя наша встреча…

– Из всех двух, – усмехнулась Тиана.

– Последняя из всех трех наша встреча была очень уж сумбурной и не располагала к продолжению знакомства.

Серо-зеленые, как море, глаза мага смеялись. Широкий рот был растянут в совершенно не красившей его, но очень обаятельной улыбке. Тиане подумалось, что она впервые видит его в таком веселом расположении духа. Даже перехотелось вырываться из его рук.

– Рада видеть тебя живым и невредимым, – сказала она. – В прошлый раз ты собирался в какое-то опасное место.

– Тсссс, – он покачал головой и приложил палец к ее губам. – Об этом никто не должен слышать, особенно из тех, кого можно внезапно встретить в этом парке.

– Я никому не скажу.

– А лучше забудь, что видела. Совсем и навсегда.

– Хорошо. Уже забыла.

– Ты удивительная.

Прохладный и легкий весенний ветер осыпал их лепестками, будто снеговыми хлопьями. Вся эта романтика никак не вязалась с мрачноватым обликом мага, и, как Тиана подозревала, с ее собственным тоже. Она вывернулась из ставших слишком уютными и привычными объятий и даже отступила на шаг в сторону.

Маг окинул ее внимательным взглядом от макушки до ног. И под этим взглядом отчего-то вовсе не было неловко. Ни за порванную в двух местах рубаху из грубой ткани. Ни за растрепанные волосы, кое-как собранные в две неровные косы. Ни за лишенное как девичьей прелести, так и спасающих положение женских ухищрений, лицо. Словно рядом с этим человеком все это переставало быть недостатками.

– Каждый раз совсем другая, – маг поймал ее за руку и попытался притянуть к себе снова. – То уличная танцовщица, то вельможная дама, то лихая укротительница драконов. И это я стараюсь не вспоминать ту нашу единственную проведенную вместе ночь.

– Мне нужно идти. Колесница будет ждать, – сказала с улыбкой. – Проводишь?

– Если недалеко и недолго, – тряхнул кудрями маг. – Не нужно, чтобы нас видели вместе.

Так за руку они и брели дальше, оба явно не желая торопиться. О чем думал маг, было неведомо, а самой Тиане просто не хотелось в этот раз расставаться так же быстро, как в предыдущие. Ей был любопытен этот человек, и будоражили воображение связанные с ним загадки.

Он тоже сегодня выглядел не совсем привычно. Никаких масок, плащей с капюшонами и прочих деталей таинственного образа не было и в помине. А был камзол из самого дорогого бархата, расшитый серебром и драгоценными камнями. Были кружевные манжеты и массивные кольца на аристократически-длинных, изящных пальцах. А еще щегольский берет с пером, ничуть не хуже чем у Красного герцога.

– Ты ведь тоже южанка, да? – спросил маг.

– С чего ты взял? – фыркнула Тиана. – Если ты про танец на Голубиной площади, то это был маскарад. Актерство.

– Я не про площадь. Вернее, не только про нее.

– Тогда с чего ты взял?

– Так. Показалось.

Они поднялись по склону и сейчас стояли на вершине одного из холмов. Отсюда все это бело-розовое цветущее море потрясало еще больше. Было даже лучше, чем с неба. Тиана остановилась.

– Красиво, да?

Теплые ладони мага легли ей на плечи.

– А в Тарвельерре, моем родном городе, вот так вот цветут гранатовые рощи. Помнишь?

Он хотел ее подловить. Тиана медленно покачала головой.

– Нет. Я никогда их не видела.

– Жаль. Мне кажется, что тебе бы понравилось.

– Быть может.

– Мы бы с тобой гуляли в них темными южными ночами и пили терпкое вино. Ты бы танцевала в свете луны, а я бы дрался за тебя на ножах в традиционном поединке. Я бы победил, смею тебя заверить, – голос Ройма ласкал слух, опутывал шелковыми сетями. – Это ведь высшее счастье – жизнь на острие клинка, на тонкой грани. Соскользнешь – разобьешься. Выстоишь, сумеешь пройти хоть пару шагов, изрежешь ступни в кровь. Но после такой жизни, вся остальная кажется пресной. Потому что в сердце должно быть живое, настоящее пламя. А кровь в жилах должна быть горячей. Здесь об этом забывают, подменяя настоящее понятиями выдуманными. Вместо любви здесь почитают долг. А вместо риска выбирают разумный расчет. Так здесь скоро вместо смерти, самого важного, решительного мига человеческого существования, начнут ложиться в могилу по указу, снабженному печатями. Ну что нам с тобой делать здесь, среди всех этих людей? Нас ждет море со всеми бурями и штормами. Нас ждут соленые ветра и просмоленная палуба самого быстрого корабля под южными звездами. Каково, а?

– Звучит неплохо, – согласилась Тиана. – Но это все где-то далеко, быть может, только в твоем воображении. А яблони цветут прямо здесь. И сейчас.

Ладони на ее плечах стали тяжелее, дыхание за спиной чуть слышнее.

– Что ты здесь делаешь, Ройм?

– Гуляю под цветущими яблонями, разумеется.

– Нет. Не именно сейчас, в этом саду. А в столице Империи. Ты так восторженно и упоенно рассказываешь о том, как быстро и ярко живут на твоем юге. Что ты забыл в этих совсем чужих для тебя местах?

Маг невесело рассмеялся.

– Так получилось, что у меня не было выбора.

Он уткнулся лицом в ее волосы. Провел рукой по изгибу плеча, запустил обжигающе-горячие пальцы под воротник. Тиана с трудом заставила себя вздохнуть. А вот дрожь унять не получилось. Слишком давно всего этого не случалось в ее жизни. Внезапные встречи, легкое веяние романтики, едва уловимое, но острое предвкушение пока еще несовершившегося. Конечно, все дело было только в этом и ни в чем более.

Тиана прикрыла глаза, чуть наклонила голову, подставляя шею томительно-нежным ласкам. Потом сосчитала до десяти и резко развернулась.

– А вот этого всего не нужно.

Маг улыбнулся.

– Прости. Но я ничего «вот этого» и не имел в виду. Просто немного тепла. Ничего более.

– Хорошо, если так. Идем?

Тиана тряхнула головой и, подавая пример, легко сбежала по склону. Маг последовал за ней, задержавшись лишь на пару мгновений. Догнал, поймал за руку. Дальше они шли вместе.

– Так все же, кто ты, Ройм? – спросила Тиана, сама не уверенная в том, хочет ли знать ответ. Точно она не хотела только вранья, остальное ее вполне устраивало.

– Я? – в голосе мага послышались странные нотки. – Кто я? А как ты считаешь? Мне бы было интересно послушать.

Тиана задумалась. При первой встрече у нее была вполне правдоподобная версия. Но в этот раз приходилось в ней усомниться. Очень уж не вязались все эти кружева, бархат и подозрительно знакомый вензель на печатке перстня с образом ночного авантюриста, опального колдуна. Да и если вспомнить тот вечер на Голубиной, как тогда еще совсем незнакомый ей южанин в роскошном плаще стоял рядом с Красным герцогом. Они явно были давно знакомы и достаточно близко.

– Не знаю, – честно сказала она вслух. – Ты южанин, это точно.

– Об этом я уже не раз говорил, это угадать не сложно.

– Даже если бы не говорил. От тебя южным морем веет, горько-соленым, пахнущим водорослями и смолистым дымом, вином и пряностями, гранатами этими твоими и кровью немножко. Как в книжках и песнях.

– Ты поэт, – сказал он.

– Вот уж ни за что на свете, – фыркнула Тиана. – Никогда.

– Ты ведь тоже южанка. Не спорь. Войны уже нет, мир заключен, пусть и на взаимоневыгодных условиях. Я сам принимал участие в подписание этого исторического договора. Но скрывать свое прошлое у тебя уже нет необходимости.

«Если бы».

– Я ничего не скрываю, – твердо сказала Тиана. И чуть обернулась, чтобы спутник мог оценить ее честные глаза.

Они подошли к ограде. Высокая каменная стена была увита разросшимся декоративным виноградом. Возле арки с калиткой стоял привратник и, показательно нервничая, потрясал связкой ключей.

Извиняться Тиана не стала. У него такая работа. У нее другая. Каждый должен исполнять свою. Она изобразила на лице самую вежливую улыбку, на которую только была способна, и прошла к уже стоявшей по ту сторону ограды колеснице. Маг остался в саду, даже не вышел из тени деревьев. Только кивнул на прощание.

Тиана встала рядом с возницей и сказала:

– Гони как можно быстрее! – с наслаждением подставив лицо весеннему ветру.

***

Эмери сол Тасаре сидела в комнате и поникшим взглядом следила за метавшейся по комнате Нирой. В городской ратуше вечером состоялось какое-то важное собрание, а вслед за ним был назначен бал-маскарад. Красавица Нира, разумеется, была приглашена, и благородная девица Тасаре тоже. Тиана могла бы пойти в качестве компаньонки той или другой, но всерьез подумывала уступить эту честь Маруш. Пусть бойкой девчонке не хватало родовитости и соответственных манер, но куража и талантов у нее было на десяток таких, как Тиана.

– Я бы хотела, чтобы пошла ты, – тихим шепотом сказала ей Эмери. – Мне было бы спокойнее, если бы я могла ощущать твою поддержку.

– Что-то намечается? – напрямик спросила Тиана.

– Нет-нет, ничего, – как-то слишком поспешно ответила Эмери. – Просто я в последнее время очень много переживаю. Ты знаешь, этот мир с Югом, новые принятые законы, вся эта неразбериха.

Тиана демонстративно заткнула ладонями уши.

– Все, все! Можешь не продолжать. Ничего про это знать не желаю.

Эмери слабо и неубедительно улыбнулась.

Тиана рухнула на софу рядом с ней.

– И все же, какое ты имеешь отношение к делам сильных мира сего? Ты же даже не ее высочество Интанниа.

Эмери погрустнела еще больше прежнего. Но взгляд Тианы стойко выдержала.

– Я, конечно, не принцесса, нет. Но отношение… Так уж получилось, так уж вышло, что отношение я имею. Не могу сказать… Не надо, чтобы все знали, какое именно, но, Тиана, ты мне нужна, правда.

– Ох, горе мое, – Тиана обняла ее за плечи. – Ну, зачем? Зачем тебе скучная, помятая драконятница на таком шикарном мероприятии? Возьми с собой Маруш, с ней не соскучишься.

Закончившая прихорашиваться Нира тоже присела возле подруг.

– А мы можем пойти все вместе, – сказала она с ослепительной улыбкой. – Тиана как моя компаньонка. Маруш в качестве твоей камеристки. Да, камеристку не допустят танцевать среди вельможных особ, но, положа руку на сердце, а не будет ли это к лучшему? Маруш при всех своих неоспоримых достоинствах слишком остра на язык и невоздержанна в порывах. Ну а посмотреть празднество она тоже будет рада.

Тиана криво усмехнулась.

– Соглашайся, Ти, – Нира пощекотала ей нос пушистым кончиком ее собственной косы. – Твой Красный герцог там тоже будет.

Красный герцог? Снежные пряди длинных волос, властный голос, кошачья мягкость и плавность стремительных движений, когда он балансировал на спине мечущегося между врагами и молниями дракона… Домашний слегка расслабленный вид, бокал в изящных аристократических пальцах. Кто-то регулярно видит его таким и называет «Астар». Как Эмери сол Тасаре.

Тиана с ужасом осознала, что у нее пылает лицо. Это все просто потому, что давно ничего подобного не было. И потому что он всем нравится. Без исключения. А она не особенная, а самая обыкновенная.

– Тиана, ты нужна мне, – упрямо повторила отчего-то такая же зардевшаяся Эмери. – Ты как Меада, ты про надежность и полет сразу.

– Это да, – рассмеялась Тиана. – Вот только огонь еще выдыхать научусь, и нам никто будет не страшен!

***

Закат над Эль Рахна был акварельно-розовым, будто подсвеченным изнутри пламенным золотом, и лишь постепенно, с краев наливался густой синевой. Две узкие лодочки стремительно скользили по ленивым водам канала, несли четверых готовых к любым приключениям подруг навстречу ярким огням карнавала. Любительница выдумок Маруш не только пришла в восторг от приглашения, но и принесла всем удивительные маски. Четыре феи, четыре времени года выпорхнули из дома. Теперь в бальной суматохе так легко будет перепутать юную графскую дочь и немолодую драконью укротительницу, прекрасную даму и ее озорную служанку. Тем более, что все эти роли тоже были не более, чем масками. Просто их они все привыкли носить постоянно, изо дня в день.

Эмери была весной, милой, нежной, трогательно-хрупкой, но исполненной задора пробуждающейся жизни. Маруш предстала величественной Ледяной Госпожой, в белой парче и сверкающем инее блесток. Нира, изменившая любимым оттенкам моря и неба, была Королевой Осени в меди и багрянце. Ну а Тиана в том самом строгом синем и звездчатом ожерелье была должна изображать летнюю ночь. На поверку получалась все та же ведьма, пусть и чуть более загадочная.

Они вплывали в освещенную разноцветными фонарями часть города с таким чувством, будто шли на приступ зачарованной крепости. Тиана то и дело оглядывалась на подруг. Ловила уверенный в победе, заранее торжествующий взгляд Ниры. Перехватывала лукавый огонек и пляшущих демонят в серебряных глазах Маруш. Успевала заметить мелькавшее на слишком бледном лице Эмери странное выражение, какое обычно бывает у решившихся на отчаянный шаг.

Что-то затевалось, готовилось прямо сейчас. Что-то, чего не знала Тиана, не догадывалась ветреная Маруш, но известное всем вокруг. Нахальному и пламенному Ройму, ее высочеству Интаннье и даже милой Эмери сол Тасаре.

Там, где Эль Рахна соединялся с Арверой, становилось слишком шумно и весело, чтобы думать о таких вещах. Чтобы пытаться поймать за хвост мелькнувшую догадку, проверить то и дело возникающее смутное подозрение. Какая разница! Они собрались повеселиться нынче. И Тиана всерьез намеревалась не отступить от этого плана ни на шаг.

Лодка причалила к широкой мраморной лестнице, ступени которой уходили под воду. Тиана не стала дожидаться, чтобы ей помогли выбраться из лодки, сама перешагнула через борт и даже протянула руку Эмери.

Ниру опознали сразу, даже под маской, и уже встречали бурными славословиями.

– Давай потеряемся? – шепотом предложила ей Эмери. – Не хочу никаких церемоний и всего вот этого. Только танцы.

– Хорошо. Только вернемся, когда Нира будет петь, – кивнула Тиана, позволяя увлечь себя в тень.

– Ты ее что ли дома не наслушалась? – Эмери даже улыбнулась краешком рта.

– А я не слушать, я насладиться триумфом, – со смешком сообщила Тиана. – Могу я гордиться подругой, если не очень выходит самой собой?

Старательно держась поодаль от разукрашенной ради праздника площади перед зданием ратуши, подруги поднялись на смотровую площадку с ажурными перильцами. Отсюда было прекрасно видно и импровизированную сцену, и старательно оберегаемую от простых смертных зону, предназначенную для самых высоких гостей.

– Может быть, здесь и останемся? – безнадежно протянула Эмери, садясь прямо на землю и прислоняясь лбом к перилам. – И никуда не пойдем?

– Что-то ты как-то совсем подозрительно скисла, – вздохнула Тиана. – Откуда такая предубежденность против праздников? Раньше ничего подобного я за тобой не замечала.

– Так получилось, – еще печальней прошептала Эмери.

– Тогда зачем мы здесь? Можно было просто остаться дома. Если уж так все невыносимо.

– Нельзя было, – Эмери подняла лицо, и Тиана даже вздрогнула от того, какая тоска была в ее глазах. – Я должна быть здесь, как ты не понимаешь…

Тиана села с ней рядом.

– Если ты не объяснишь по-человечески, не пойму. С тобой что-то скверное происходит, я же все вижу. И я не хочу лезть в твои тайны, я просто хочу тебе помочь. Скажи как, и я это сделаю. Ты мне не веришь?

Эмери слабо улыбнулась.

– Верю. Но объяснять пока не буду. Сама все увидишь.

– Это когда же? И где, позволь спросить?

– Сегодня. Здесь, – Эмери усилием воли согнала с лица всю свою мировую скорбь и поднялась на ноги. – И, кажется, даже сейчас. Смотри. Его величество сейчас выйдет из здания ратуши.

Тиана облокотилась на перила и приготовилась смотреть и внимать. Хотя действо предстояло наискучнейшее. Герольды, фанфары, барабанный марш и исполнение державного гимна. Шествие разодетых господ, торжественные речи, провозглашение каких-то там важных перемен, которые на простой жизни Империи не отразятся примерно никак. Все самое важное уже произошло, свободолюбивые южные герцогства побеждены и брошены на колени. Что еще нового могло произойти? Да еще такого, чтобы объявляли это только в присутствии короля?

Но император действительно важно вышел из распахнутых во всю ширь огромнейших врат, помахал белой рукой верноподданным и по мягкому золотистому ворсу расстеленной ковровой дорожки проследовал к установленному для него роскошному креслу. Вслед за ним появился Фъямэ сол Ньэрэ, бережно ведущий под локоть королеву. Потом показались еще какие-то вельможи. Кого-то из них Тиана знала в лицо. Кого-то даже ближе. Например, ее высочество Интанниа, разумеется, была среди всех этих господ, так же как и Эста сол Фоччия со всем своим семейством. Отдельно была представлена делегация южан в нарядах столь великолепных, что это казалось вызовом. Среди них Тиана легко различила не просто знакомое, а уже изученное до мельчайших подробностей лицо.

Демонов маг даже в роскошном черном бархате и ослепительно сияющих рубинах герцогской цепи казался в этом обществе неуместным. Но сам при этом держался так, будто корона венчала его мрачное чело, а не седеющую голову императора.

Глава восьмая. Огонь в ночи

Эмери уже не висела безвольной куклой на перилах, а металась вокруг Тианы, заламывая руки. Куда делось ее обычное, такое привычное всем спокойствие, можно было только догадываться. Тиана пыталась ее остановить, пробовала что-то сказать, умное, правильное и душевное. Не выходило. Все слова звучали бессмысленным набором звуков.

Там, внизу, тоже происходило нечто важное. Звучали пафосные торжественные речи. Ликующие возгласы взрывали наступавшую после очередного судьбоносного заявления великих недолгую тишину. Все это ускользало от внимания Тианы. Главным сейчас была Эмери. Только она. Даже сумасшедший маг сейчас не имел значения.

– Ти, послушай, – почти беззвучно прошептала Эмери. – Если в ближайшее время что-то пойдет не так, если меня заберут, ты позаботься о Меаде, прошу тебя. Она тебя знает и примет.

– Ты что с ума сошла? – оторопело отозвалась Тиана. – Ты куда это собралась?

– Туда, откуда не возвращаются. Ти, это важно. Не могу сказать всего, но твое дело Меада. Может быть, потом, может быть, я объясню. Помнишь тот грот Тахкары?

– Разумеется.

– Если обойти его с правой стороны, десять шагов по солнцу, пять вправо, там в корнях деревьев…

Эмери говорила быстро, вцепившись в руку Тианы.

– И что я там найду?

– Увидишь. Но это только если меня не будет больше пяти дней. Неважно, когда я исчезну. Отсчитаешь пять дней, заберешь из тайника эту вещь и унесешь ее из столицы. Все равно куда, главное, подальше. Сохранишь, а там… там видно будет. Он, может быть, сам тебя найдет. А если и он попадется, тогда… Тогда уже все будет неважно.

– Эмери, ты меня пугаешь.

– Я сама себя боюсь.

– Ну, хоть кто этот загадочный он, это ты мне скажешь?

– Это как раз не тайна, – вздохнула Эмери. – Реймарэ, мой брат. Вон он внизу, открывает бал танцем с прелестной Иньей.

Тиана не сдержала любопытства и снова взглянула на цветистое общество. Принцессу Интанньу, похожую на большую прекрасную бабочку, кружил в романтичнейшем ритме вэрейры высокий кавалер, облаченный в черный, как южная ночь, бархат.

– Реймарэ? – только и смогла выговорить Тиана. – Южанин с герцогской цепью?

– Да, это он, – Эмери слабо улыбнулась. – Это очень долгая и невеселая история. Но сейчас он единственный признанный правитель в южных герцогствах. Единственный, кто устраивает как старую знать, сильно поредевшую после войны, так и Империю. По крайней мере, военную партию.

Тиана закатила глаза. Опять политика, опять какая-то ерунда, в которую необходимо вникать.

– Это он заключал тот Договор. И старого герцога Террузу убил тоже он.

– Предал своих?

– Не совсем. Ох, Тиана, это все было гораздо сложнее.

К первой паре присоединилась вторая. Фъямэ сол Ньэрэ, ослепительный, как всегда, и невысокая женщина в изумрудном платье и вычурной маске, изображающей Двуликого.

– Эмери, – Тиана покачала головой. – Эмери, эту историю знаю даже я. Южные герцогства окончательно пали благодаря предательству. Нет, Красный герцог основательно зажал их в угол, но исход дела решил не он. И этим предателем был твой брат?

«И мой таинственный незнакомец».

– Ти, – снова до боли сжав руку подруги, взмолилась Эмери. – Там не так все было. Там сложнее. Ты его не знаешь, он не такой, как тебе сейчас кажется. Пожалуйста, просто поверь мне!

Тиана улыбнулась.

– Я верю. Тебе – верю.

«Ты слишком живая и настоящая, чтобы вляпаться в какое-нибудь совсем откровенное непотребство. Ты просто отторгнешь это, не успев испачкаться».

Эмери улыбнулась. На этот раз вышло гораздо убедительнее, чем во все предыдущие. Потом надела маску, которую все это время держала в руке.

– Тогда идем, Ти. Я все-таки хочу танцевать сегодня. Быть может, меня пригласит сам Красный герцог, как знать?

***

Красный герцог предпочел пригласить Эсту сол Фоччию. Эмери расстраиваться из-за этого не стала, тем более, что отбоя от кавалеров у нее не было и без внимания первых особ Империи. Тиана таким бешеным успехом не пользовалась и по большей части бродила в густой тени деревьев, куда яростно-оранжевый свет факелов и печально-задумчивый – фонарей проникали плохо.

Там ее и обнаружила Нира.

– Вот ты где! – воскликнула она, хлопнув Тиану веером по руке. – Я обыскалась. С Эмери мы то и дело сталкивались, и даже Маруш мне иногда попадалась на глаза. А ты пропала.

– Ты же знаешь, я угрюмая и необщительная особа.

– Чаще всего да, – согласилась Нира. – Но ведь бывает и по-другому. Я видела, меня не обманешь.

Тиана покачала головой.

– Пойдем со мной, – тонкая рука подруги покровительственно обвила плечи Тианы. Захочешь, не выберешься из таких объятий.

Они не успели сделать и десятка шагов, как к ним присоединился третий. Демонов маг опять словно возник из воздуха, не дав и шанса подготовиться к своему выходу. Тиана уже начинала привыкать к подобным его появлениям. Правда, в этот раз его внимание было сосредоточено совсем не на ней.

– Сударыня, я сражен сразу и навсегда, – знакомый бархатный голос звучал вдохновенно и страстно. – Вы необыкновенная. Посланница Страны Фей. Нет, морская сирена, чей голос гибелен для всех хоть раз его услышавших. Скажите мне, что будете сегодня петь, умоляю.

– Петь? – Нира усмехнулась, охотно принимая всю эту грубую лесть. – Да, разумеется. Чуть позже.

– А вы споете про Черный корабль? Или будет что-то новое? – Ройм (Реймарэ?) подхватил Ниру под локоть, а та, смеясь, обернулась к неожиданному поклоннику, но руку Тианы так и не выпустила. Даже несмотря на то, что та оказалась у нее за спиной.

– Будет совершенно новая программа. Посвященная в том числе вам и заключенному вами союзу.

Некрасивое лицо мага, до того светившееся восхищением, мгновенно помрачнело.

– Союзу и мне. Да, конечно. Это единственное, о чем говорят сейчас все.

– Но ведь это и в самом деле прекрасный шаг. Очень важный.

– Важный, безусловно, – маг, до того преданно смотревший Нире в глаза, отвернулся с кривой ухмылкой. – Но я бы предпочел про Черный Корабль.

Нира тряхнула головой и, немного подумав, предложила:

– Когда торжественная часть закончится, я буду петь отдельно, для своих. В тихом маленьком кругу. Можете считать, что вы приглашены.

– Это означает, что я теперь свой?

Нира звонко рассмеялась

– Получается так.

– Тогда подарите мне танец. Или пару. Или несколько.

Нира обернулась на Тиану. Изучила ее внимательным взглядом и снова улыбнулась собеседнику.

– Не могу. Не могу бросить подругу в одиночестве. Она затоскует и умрет от душевного холода.

Маг, словно только заметил Тиану, церемонно ей поклонился.

– Рад знакомству, сударыня. Вы отпустите это дивное создание со мной?

Тиана не успела даже придумать ответ. Нира все решила сама. Как всегда.

– А давайте вы найдете пару для Тианы, и мы составим чудесный квартет. Уверяю вас, она тоже прекрасно танцует, пусть и путается спрятаться от этой участи с упорством, достойным лучшего применения.

Маг поцеловал Нире руку и только потом нашел в себе силы наконец от нее оторваться.

– Все будет по вашему слову, прекраснейшая, – сказал, сверкнув пламенным взглядом, и растворился в толпе.

Тиана вырвалась из цепких пальцев Ниры и сама ухватила ее за плечи. Так проще было смотреть ей в глаза.

– Что вот это все сейчас было? – спросила сердито.

– А что было, Тина? – лучезарно улыбнулась Нира. – Тебе не очень понравился Реймар? Ты просто не рассмотрела. Он совершенно чудесный, мы уже встречались на вечере в доме сол Фоччиев.

– Южанин и маг? – хмыкнула Тиана.

– Южанин. Герцог ди Вьенноцо. Но он не маг. Твой Красный герцог не оставил ни одного из южных магов на свободе. Ну, кроме тех, кто успел сбежать.

– Вот как, – задумчиво проговорила Тиана. – Я не знала.

– Ты никогда ничего не знаешь. Живешь, как на дне морском. Рыба придонная.

– Тварь глубинная, да. В ил зарылась и лежу. Мне так больше нравится. Но мне хотелось услышать ответ на другой вопрос.

Тиана сняла свою маску и потянула завязки, на которых держалась маска Ниры.

– Посмотри на меня, пожалуйста.

– Смотрю. И ничего не понимаю.

– Что это была за благотворительность? Что за предложение «развлеките мою подругу, а то ее никто никогда не пригласит»? Кавалера с барского плеча отжалеть решила? Так я не просила.

– Тина, прекрати, – вспыхнула до корней волос Нира, уличенная в дружеском коварстве. – Я ничего такого не имела в виду. Просто ты была такая грустная.

– Допустим.

Нира отвела взгляд.

– Я хотела тебе помочь.

– Благодарю покорно, – фыркнула Тиана. – Помощь убогим это дело богоугодное.

– Тина!

– Ты умница, сладкоголосая фея Осени. Но мне всего этого не надо.

Тиана круто развернулась и зашагала прочь, стараясь как можно быстрее затеряться в толпе.

– Тина! – голос Ниры, прозвучавший у нее за спиной, был полон самого настоящего беспокойства.

Зря Тиана с ней так. Нира ведь действительно тревожилась за подругу. Хотела сделать, как лучше. Подозревала, что та не справляется сама. И была не так уж не права по сути. Вот только жалость эта отравляла сильнее осуждения или откровенного презрения. Срезала уже распахнутые для полета крылья и не давала даже подняться над землей на сколько-нибудь заметное расстояние. Потому что слишком явно напоминала о месте, которое Тиане было предназначено.

***

Маруш выпрыгнула из толпы и, ухватив Тиану за обе руки, стала кружить ее и распевать какую-то веселую нелепицу. Корона и усыпанное блестками платье Ледяной Девы плохо вязалось с этим дурачеством, но Маруш за то всем и нравилась, что никогда не соответствовала ничьим ожиданиям. Тиана послушно скользила по мраморным плиткам площади, добротно начищенным к празднику.

– Отчего, отчего ты не танцуешь? – смеялась Маруш. – Здесь чудесно! Будто это полет! И все сверкает!

Тиана тоже не смогла удержаться от улыбки.

– Я не люблю танцевать.

– Неправда! Ты только так всем говоришь! Там, на Голубиной, я это окончательно поняла!

– Там был прорыв бессознательного, – отмахнулась Тиана.

– Вот именно, – Маруш резко остановилась. – Там ты была настоящей. А все это, все твои слова – это маска. Как костюм Ледяной Девы.

– Не правда. Это там была игра.

Маруш еще раз крутанулась на каблуках, уже одна. Потом звонко поцеловала Тиану в нос.

– А ведь он здесь, тот, для кого ты там старалась.

Тиана не успела ничего сказать, как белое платье уже мелькнуло в карнавальной сутолоке. Тиана могла только порадоваться за нее. Все-таки идея с масками и феями была куда лучше той, первой. Камеристка из Маруш вышла бы на редкость бестолковая.

Тиана снова медленно брела одна, только теперь не по тенистой аллее, где ее никто не мог видеть. На нее порой бросали взгляды, в которых не было ни искры интереса – будто она была всего лишь предметом обстановки. И это было куда спокойнее, чем рядом с ослепительным сиянием дивной Ниры. Можно было смотреть на кружащие пары и самой потихоньку отстукивать каблучком затейливый ритм. Быть наблюдателем, а не участником. Не сильно интересно, но демонски привычно. Ничего не выбирать, не решать, не чувствовать слишком сильно.

Вот только все больше одолевала скука. Может быть, лучше было никуда не ходить? Нира звала ее почти всегда, а в этот раз добавились еще и слезные просьбы Эмери. Первая старалась ради благополучия подруги, вторая – ради собственного, но ее доверие было лестным и трогательным сразу. Противостоять всему этому было сложновато.

Мелькали лица, роскошные наряды, яркие маски, причудливые узоры и всем известные гербы. Потемневшее небо расцветили первые вспышки торжественного фейерверка. А сквозь толпу, рассекая ее как клинок адарской стали шелковый платок, шел Фъямэ сол Ньэрэ. Прекрасный как Повелитель Огня, воплотившийся на земле.

Тиана поневоле залюбовалась им. Он не надел никакой маски и не изменил привычной простоте одеяния. И все же от него невозможно было оторвать восхищенного взгляда. От этих летящих по ветру белоснежных волос, чеканных черт благородного лица и загадочных темных глаз.

Тиана вздрогнула. Весь мир покачнулся и уплыл из-под ног, неожиданно и стремительно. Красный герцог направлялся к ней.

– Здравствуйте, Тиана.

Нужно было что-то ответить, но подходящие слова как-то не находились. Потому что в небесах свои законы, а на земле сложно представить более недосягаемого для такой, как Тиана, человека, чем Фъямэ сол Ньэрэ. Которого даже в мыслях нельзя было назвать Астар.

– Здравствуйте, ваша светлость. Рада встрече.

– Странно видеть вас здесь, – он прислонился к стене, возле которой стояла Тиана.

– Отчего же? Я тоже человек.

– Несомненно, – он улыбнулся. – Но здесь нет драконов. И адарских лошадей тоже. Ну что вам здесь делать?

Слова потерялись снова. Было ли сказанное шуткой, оскорблением или же напротив признанием ее оригинальной натуры Тиана не понимала. Как и того, что герцог делал сейчас рядом с ней. В такой близости, что можно было почувствовать тепло его тела. Почти касаясь плечом ее плеча.

– То же, что и все, – наконец собралась с мыслями Тиана. – Праздновать. Радоваться. Танцевать.

– Уверены? – герцог поймал ее за руку. От ощущения горячих пальцев на запястье Тиана снова вздрогнула.

– Да, – ответила в замешательстве.

– Тогда идемте.

Он подхватил ее еще и за талию и увлек в разноцветную круговерть. Сопротивляться было бессмысленно, да и не очень-то хотелось. Нет, не только от того, что ощущение сильной руки, поддерживающей ее, нравилось ей. Тиана даже спиной чувствовала, как из безмолвной вещи, тени из самого темного угла превратилась в лепесток пламени, к которому были прикованы все взгляды. Она не обольщалась, причиной тому был Красный герцог, а вовсе не ее собственное неотразимое обаяние. Настоящим огнем был он, а она всего лишь фитилем фонаря, вспыхнувшим от его близости.

«Или бабочкой, бросившейся к свету, чтобы мгновенно сгореть в нем».

Тиана выпрямила спину, расправила плечи. Никто не должен был видеть неловкости и волнения, которые она сейчас испытывала. Хотя в лицо герцогу она смотреть не решилась. Довольно было и того, что она слышала его дыхание и биение сердца, а он мог уловить охватившую ее дрожь.

Сложный рисунок танца требовал от Тианы внимательности, и она честно пыталась сосредоточиться на шагах и поворотах. Получалось плохо, если бы не герцог, умело направлявший каждое ее движение, она бы сбилась и опозорилась еще в самом начале. Но Фъямэ сол Ньэрэ умел танцевать даже с самой неуклюжей и бестолковой партнершей. Тиане нужно было только следовать туда, куда он ее вел. Она волевым усилием выровняла дыхание и заставила себя улыбаться. Красный герцог ее лица, конечно, видеть не мог, но зато все остальные наверняка замечали. И утоленное тщеславие приятным теплом разливалось по телу, раскрывало крылья израненное когда-то и до сих пор так и не оправившееся самолюбие.

Вот только одна глупая мысль не давала насладиться этими мгновениями сполна. Глупая мысль из тех, что почему-то приходят только в умные головы.

Больше всего Тиане хотелось даже не того, чтобы этот танец никогда не заканчивался. Ей хотелось, чтобы вот такой была вся ее жизнь. Надежное плечо, на которое можно было опереться. За которое можно бы было спрятаться от всего на свете. Чтобы кто-то вел, решал, оберегал. Быть эдакой хрупкой женщиной рядом с вот таким мужчиной. Сильным, красивым, героическим и блистательным. Тем, к кому всегда прикованы все взгляды. И она ненавидела и презирала себя за эту слабость.

***

Нира пела так, что богам в их Небесной Обители должно было стать завидно. Ее чистый, глубокий голос будто обволакивал собой все вокруг, вплетался в гудящие в одном ритме с ним струны мира. Как мифическая сирена, она могла бы околдовывать слушателей одним этим звучанием, даже не произнеся ни единого слова.

Но слова тоже были:


Мы думали, что все на свете

забвенье, щебень и зола…

А в сердце правда улыбалась

и часа своего ждала.


Слеза – горячею кровинкой

на белом инее стекла…

А в сердце правда улыбалась

и часа своего ждала.


Холодной слякотью покрылся

день черный, выжженный дотла.

А в сердце правда улыбалась

и часа своего ждала.**2


Тиана повторяла их полушепотом, не сводя взгляда со стоявшей на помосте тоненькой и высокой фигурки в шелках цвета осени. Нира тоже была пламенем. Не таким яростным и опасным, как Астар Фъямэ сол Ньэрэ, а манящим, будто костер в ночи. Дарующим тепло и чувство защищенности. К такому огню хочется стремиться, искать его взглядом в густой тьме ночи, будто он может спасти и уберечь от любых бед. Обманчивое ощущение, но такое притягательное.

Герцог оставил Тиану сразу же, после того, как закончился танец. Церемонно проводил к той же стене, у которой она стояла раньше. Поклонился и исчез, будто не было ничего. Впрочем, такие люди никогда не теряются из вида, они всегда привлекают все взоры вокруг. Вот и теперь Тиана видела, как он рука об руку с Эстой сол Фоччией поднимается на смотровую площадку. Наверное, звезды считать. А Тиана даже не успела спросить у него про Вэррего. Придется, узнавать у принцессы. Если, конечно, та будет в настроении.

Краска прилила к лицу. Тиана понимала, что замечталась, утонула в сиюминутном, забыла обо всем на свете. Даже думать не хотелось о том, как это могло выглядеть со стороны. Но не будешь же теперь всем видевшим, как они танцевали, как она смущалась и отводила взгляд, не будешь же им всем объяснять, что это ничего не значило. Просто случайность. Просто еще одно приятное воспоминание в Тианину копилку, из тех, что так приятно будет перебирать в памяти перед сном.

«А в сердце правда улыбалась и часа своего ждала». Смешно, не более того. Если как следует себя в этом убедить.

Нира воздела руки к небу и закончила песню сложным переливчатым вокализом, от которого сердце сначала замерло, а потом бешено пустилось вскачь. Тиана усилием воли закрыла глаза, чтобы не смотреть ни на мучительно-прекрасную подругу, ни на заливающуюся смехом Эсту в объятиях Красного герцога. Проще бы было уйти прямо сейчас, но нужно было дождаться, пока все это надоест Нире. Она обещала посиделки в тесном кругу, и вот их пропустить хотелось куда меньше, чем все остальное.

– Ти? – теплая и нежная рука Эмери сжала Тианину ладонь. – Устала?

Тиана подняла тяжелые веки и улыбнулась.

– Нет, нисколько. Как ты?

– Пьяна, – ответила честная Эмери. – Пьяна и бесстрашна. Маруш раздобыла где-то удивительную настойку и я набралась до такой степени, что все-таки попыталась пригласить Астара со мной танцевать. Сама.

Тиана внимательно посмотрела на подругу. Нет, кажется, та действительно ничего не видела.

– Он отшутился, – Эмери вздохнула. – И тогда я выпила еще и пошла искать брата. Знаешь, кажется, он без ума от нашей Ниры. Это плохо.

– Почему? От нее все без ума, и раньше тебя это не удивляло.

– Это все еще больше осложняет. Он скоро женится, и от этого брака слишком многое зависит. Настолько многое, что я даже боюсь говорить об этом вслух.

Эмери говорила что-то еще, жарким шепотом, смеялась горько. Тиана почти не улавливала суть. Она смотрела на маленькую, хрупкую фигурку, закутанную в тончайшие шелка и кружево. При взгляде на нее думалось о тонких веточках цветущей вишни: темная, чуть красноватая кора, бледно-розовый ореол лепестков. Наверное, когда такая грустит в одиночестве, со стороны она кажется загадочной и удивительной. Такую хочется оберегать от всех печалей мира. Вот она как раз совсем не огонь, не яркое пламя и даже не свет далеких звезд. Эмери – земная, простая настоящая и в то же время чудесная. Не сказка, а та, что эти сказки любит.

– Ти, а ты ведь мня не слушаешь, – укоризненно сказала Эмери.

– Я задумалась. Прости.

– Ты все-таки устала. Давай сбежим прямо сейчас, а Нира присоединится к нам после.

– Куда?

– Ко мне домой. Все эти народные гулянья необыкновенно утомительны, и я ничего уже не хочу.

– Хорошо. А Маруш?

– Приедет с Нирой или останется до утра. Ей весело.

Тиана усмехнулась: Маруш умела развлекаться и в обществе куда более простом, но среди такого числа именитых и знаменитых совсем потеряла голову. Хоть бы не натворила лишнего, за что отвечать потом придется Эмери.

Лодка ждала их у лестницы и даже не одна. Вот уж у кого заработок в такие ночи покрывал все пустые дни прошлого месяца, так это у лодочников. Может быть, еще у охраны, но те и так не особо бедствовали.

Эмери сбежала вниз и замерла на ступеньке у самой воды.

– Ти, а давай не сразу домой? Давай сначала покатаемся? Просто в тишине, чтобы луна, звезды и плеск волн Арверы?

Тиана обернулась в последний раз на шумное празднество. Нет, она совершенно не возражала.

Глава девятая. Ледяная луна

Бледный месяц дрожал в непрозрачной Арвере, будто блик на осколке бутылочного стекла: вогнутый гребень волны, острые края. Шум празднества остался далеко, и это было только к лучшему. Как-то не задался нынче вечер: вроде и были, отметились, но на бегу, бестолково и бессмысленно. Для чего, зачем? На Императора полюбоваться? На Фъямэ сол Ньэрэ?

И на Реймара ди Вьенноцо. Который сумасшедший маг, вечно появляющийся из ниоткуда и к тому же тоже какой-то герцог. Богатый, влиятельный, очень важный. И почти женатый, правда, неизвестно на ком.

Лодка глухо бухнулась в песчаную отмель.

– Выйдем здесь, – преувеличенно бесстрастным голосом произнесла Эмери сол Тасаре и расплатилась с лодочником. – Благодарю, можете нас не ждать.

Тиана удивилась, но по давней привычке не стала задавать вопросов. Для Эмери она действительно была кем-то вроде Меады. Защитой и опорой, надежным тылом, но не задушевным собеседником.

Они выпрыгнули на мокрый песок. Дождались, пока отчалит и скроется в сумраке лодка.

– Идем, Ти. Только тише. Не говори ничего. Просто будь рядом.

Тиана кивнула.

Это место было ей знакомо весьма смутно. Западная окраина старой части города, небольшой островок посреди реки, заросший небольшим, но густым леском, а также раскидистым и очень колючим кустарником. Ветки цеплялись за платье, наверняка уже переставшее быть таким роскошным, край юбки намок и стал тяжелым. Прогулка удалась, но Эмери с завидной целеустремленностью пробиралась все дальше и дальше, и Тиане ничего не оставалось кроме как следовать за ней.

– А тропинки нет, да? – шепотом все-таки поинтересовалась она. – Обязательно напролом?

– Молчи, пожалуйста.

Тиана пожала плечами.

Густые заросли закончились, упершись в полуразрушенную каменную кладку. Эмери опустилась на колени и принялась шарить ладонями в траве, а потом и вовсе разрывать дерн. Тиана не очень понимала, что происходит, но присела рядом и принялась ей помогать. Спустя некоторое время пальцы ее нащупали что-то твердое. Эмери обернулась на миг. Лицо ее было спокойным, вплоть до безжизненности, но глаза выдавали сильное волнение.

Это был ящик. Небольшой, окованный бронзой ларец прочнейшего медного дерева. Вытащить его было нелегко, но у них получилось. Эмери достала из-за корсажа ключ и с некоторыми усилиями вставила его в проржавевшую скважину, с натугой провернула и откинула крышку.

– Что это за дрянь? – отшатнулась Тиана.

– Молчи, – в который раз безнадежно протянула Эмери.

Больше всего содержимое ларца напоминало пыточный инструмент. Такой, каким Тиана его представляла, исходя из своих скудных познаний. Или, может быть, странный механизм из тех, что были запрещены еще указом Морского Короля, а теперь о них только легенды рассказывали. Колесики, крючочки, шестеренки и насквозь проржавевшие желобки, покрытые потеками чего-то бурого, навевающего неприятные ассоциации.

Эмери извлекла откуда-то из складок юбки длинный, больше похожий на иглу нож.

– Ты что собралась делать?

– Тиана, молчи, – Эмери отшатнулась и подняла руку. – Это нужно сделать. Лучше приготовь что-нибудь, чем потом можно будет остановить кровь.

Тиана не успела даже подумать хоть что-нибудь, не то, что сделать или сказать. Эмери проткнула собственное запястье, кровь брызнула на странный предмет в ларце, побежала по желобкам, запуская в движение шестеренки и прочие составные части. И это движение ритмом и сутью очень напоминало биение сердца.

– Все, довольно, перевязывай, – выдохнула Эмери.

Тиана послушно перетянула руку подруги платком.

– Обработать бы. И я не очень целитель, если что.

– С драконами справляешься? Я не сложнее, – слабо улыбнулась Эмери. – Главное не это… Ты видела? У меня получилось. Слава Трехликой.

Тиана опять посмотрела на мерно сокращающуюся полость, занимавшую большую часть артефакта. Действительно сердце, только будто слегка неполное. Недоделанное.

– С каких пор ты молишься Трехликой? – вздохнула она. – И что это все-таки за пакость?

– Ти, это долгая история. И совсем не хорошая.

– Да уж догадываюсь… И все же? Место здесь тихое, безлюдное. Очень подходящее для раскрытия страшных тайн.

Эмери поморщилась, будто от зубной боли.

– Только не все, Ти, ладно? Я расскажу только самое главное? Очень коротко.

– Хорошо.

– Все дело в Реймарэ.

– Я догадалась. С его появлением в твоей жизни ты словно сама не своя.

– Не думай про него плохо. Он… он чудесный. Он идеалист, он романтик, конечно. Он делает очень странные и даже страшные вещи, но, поверь, они все в итоге ведут ко благу. Всеобщему.

Тиана невесело усмехнулась. Вот уж во что она не верила давно, так это в подобные россказни, от кого бы они не исходили. Хотя Эмери была младше лет на десять, ей еще было можно так заблуждаться.

– Ты мне сейчас какого-то небожителя описала.

– Он такой и есть. Ты просто его не знаешь. Там, на Юге, он стал наследником и учеником одного старинного рода. Это длинная история, как это вышло, я потом, хорошо? Важно то, что он получил доступ к таким вещам, о которых здесь, в Империи давно забыли. Здесь приказано о них забыть. Он разобрался в древних манускриптах, нашел кое-какие зашифрованные документы. Он долго учился, накапливал знания и мастерство. А потом случилась эта нелепая война, которая чуть ему все не разрушила. Старый герцог давно точил зуб на Империю, это была ненависть застарелая и неискоренимая. Потом и Астар взялся за Юг вплотную. Этому взаимному истреблению не было бы конца, если бы Реймарэ не совершил то, что ты, как и все вокруг, презрительно называешь предательством. Он всех спас, на самом деле.

Лунный свет падал на вдохновенное лицо Эмери, превращая его в мраморную маску.

– Ну, допустим, – сказала Тиана. – Какое это все отношение имеет к тому, что мы роемся в грязи на развалинах старых храмов? Это же храм Трехликой, верно?

– Да. Ларец здесь спрятал один из наставников Реймарэ перед войной. Ему тогда нужно было выбираться из города, да и из всей Империи стремительно и тайно, и он не мог взять с собой такую вещь. У брата были его записи с указанием места и ключ. А еще он точно знает, что с этим делать дальше.

– Ну, хоть кто-то что-то знает, – фыркнула Тиана. – А представление с кровавыми жертвами было зачем нужно?

– Нужно, Ти. Я не Реймарэ, я не знала, что именно искала. Мне необходимо было проверить, а если это было не то, что нужно искать дальше. Хоть всю ночь, хоть всю жизнь искать, понимаешь!

– Нет. И эта штука мне не нравится.

– Это сердце, Ти. Механическое сердце. Вечное.

– Работающее на крови? Зачем оно?

Эмери беспомощно развела руками.

– Не знаю. Но брат сказал, что ему это необходимо.

– Потрясающая верность и преданность, – скептически протянула Тиана.

– Если бы ты его только знала, – снова затянула свое Эмери. – Он такой, такой…

Тиана привычно притянула ее к себе, поцеловала в склоненную макушку. Милой Эмери сейчас не требовался собеседник. Она разливала славословия вновь обретенному брату, воспарив на крыльях восхищения и сестринской любви выше звезд и луны в небе. Она рассказывала обо всех его неисчислимых достоинствах, уме, смелости, благородстве. Вспоминала тысячи мелких трогательных историй из общего детства, смеялась и плакала.

Тиана думала о том, как причудлива бывает судьба. О встрече на Голубиной, когда она, чтобы подразнить Красного герцога, бросила цветок стоявшему рядом некрасивому и даже зловещему южанину. О последующей ночи, когда этот южанин ввалился к ней в дом через окно, отобрал ванну и постель, а потом еще слопал ее завтрак. О полях цветущей лаванды, что снились ей в ту ночь, о весеннем ветре в цветущих садах и нежных лепестках, осыпавших непослушные темно-русые кудри. О теплых и нежных пальцах, ласкавших ее плечи с такой уверенностью в своем праве. А еще о том, что никто об этом всем ничего не знал.

Эмери наконец замолчала, но так и сидела, прижавшись к Тиане, положив ей голову на плечо. Сквозь рваные облака еле-еле пробивался серебристый лунный свет, ветер качал кроны деревьев, и их тени метались по земле и останкам старого храма. Шелест, шепот, плеск речных волн и гудение ветра среди древних камней были бы вполне умиротворяющими, если бы в их мелодию не вплетался еще один звук. Биение механического сердца, напоенного чужой кровью. Зловещее в своем размеренном ритме.

– А теперь мы должны будем его встретить, – твердо сказала Эмери, поднимаясь на ноги.

– Не поняла, – Тиана с усилием оторвала взгляд от ларца. – Кого встретить?

– Реймарэ. Моего брата, – Эмери наклонилась, захлопнула крышку и даже заперла на замок. – Он ведь тоже не остался на празднике. У него были, ну так скажем, дела. Такие, которые он не мог доверить никому и пошел сам. Один.

– Ужасные и кошмарные секреты?

– Да, Тиана. Вполне кошмарные. Но ты ведь со мной? Этот ящик тяжелый, будем нести по очереди.

Тиана тоже встала. И даже взяла «этот ящик» в руки. Нет, не такой уж был неподъемный, но ритмичные удары ощущались сквозь стенки и это мешало.

– Он так и будет стучать? – мрачно поинтересовалась Тиана у безуспешно пытающейся отобрать у нее ларец Эмери. – Всю дорогу? Это что вообще навсегда?

– Нет, что ты… Скоро перестанет. Для того, чтобы оно билось постоянно, одноразового вливания недостаточно. Нужно кое-что посильнее.

– И что же?

– Реймарэ только начал с этим разбираться, – уклончиво ответила Эмери и все-таки выпустила ларец из рук. – Если пройти вдоль берега до другого края острова, там есть старый мост. По нему мы вернемся в город. Реймарэ будет ждать меня, то есть нас, у Храма Повелителя Огня.

– Зачем? Он что маленький и его надо сопровождать по ночам до двери дома? Водить за ручку?

– Да нет, – Эмери неопределенно повела плечами. – Это скорее он за меня волнуется. Он не хотел меня отпускать. Говорил, что сам все сделает. Но мне просто очень хотелось помочь. Вот он и придумал для меня самое простое задание.

– Звучит неубедительно.

– Сама знаю. Пойдем? – улыбка через плечо была неискренняя, но очень старательная.

Тиана сделала вид, что поверила, и они обе опять принялись продираться через кустарник. Если бы Нира увидела, что сталось с нежно-воздушным нарядом Девы Весны, она бы убила их обоих. И не по одному разу.

Они выбрались на берег и прошли по песчаной косе до проржавевшего остова моста. В слабом неверном свете идти по нему было не просто неудобно, но вполне опасно. Вот только выбора не было. Подошвы туфель скользили по прогнившим доскам, юбка цеплялась за гнутые штыри, торчащие из покореженных перил, проклятый сундук с сокровищами мешался в руках. Была уже совсем глухая ночь, когда они, наконец, преодолели эту полосу препятствий (почище, чем в каком-нибудь монастыре, посвященном постижению боевых искусств).

– Выжили, – выдохнула Эмери, осторожно спустившись с последних ступенек. – Я думала, что закончу эту ночь и свои дни в Арвере. А там холодно и наверняка противно.

– Ты все-таки сумасшедшая, – укоризненно сообщила ей Тиана и все-таки вручила ларец. – Развела на пустом месте полную ночь приключений. Зачем? Можно было попросить лодочника остаться. Подождал бы, покурил, отвез до самого дома. Чем плохо?

Эмери грустно посмотрела на подругу.

– Во-первых, меня, то есть нас с тобой, ждут. Во-вторых, мне действительно так было спокойнее. Когда там никого не было кроме нас двоих. Правда, Тиана. Ты устала, я понимаю. Я просила сопровождать меня только на праздник, а потом потянула с собой. Прости, ладно?

Тиана только отмахнулась.

Здесь возле реки было прохладно, и они обе успели продрогнуть на ветру. Хотелось, чтобы весь этот фарс поскорее закончился, домой, под одеяло. Но вместо этого надо было пройти еще три квартала по неровной брусчатке, прислушиваясь к редким ночным шорохам и к равномерному ритму шагов Эмери. Тиана усмехнулась: Эмери явно подстраивалась под неслышный, но ощутимый механический пульс.

Храм Повелителя Огня был древним, громоздким и страшноватым. Эдакий огромный, до половины вросший в землю куб темного мрамора, оскалившийся зубчатыми оградами и зарешеченным жерлом входа. Служители это культа носили одеяния всех оттенков красного и все как на подбор отличались неуживчивым нравом и фанатичной преданностью своему учению. Тиана их не любила и лишний раз в эту часть города не забиралась, предпочитая Тахкару или любое другое божество кроме разве что Трехликой. Сейчас возле Храма было тихо и безлюдно, что не могло не радовать. Хотя Эмери наоборот начала нервничать.

– Да где же он? – шептала она, то и дело озираясь по сторонам. – Должен уже давно быть здесь.

Ройма-Реймарэ действительно нигде не наблюдалось.

– Где конкретно вы договаривались? Именно возле храма?

Эмери нахмурилась.

– Да, здесь. Но его нет. И не стоять же нам с тобой теперь вот прям так, у главного входа. Еще заметит кто-то, начнет спрашивать. А мне бы не хотелось.

– Давай отойдем к часовне.

Длинная и узкая башенка стояла на противоположной стороне улицы. Всего-то и нужно было перейти, подняться на высокое крыльцо, и уже никакие посторонние взгляды стали не страшны. Эмери устало прислонилась спиной к двери, а Тиана вдруг поняла, что нервничает даже больше подруги. Нет, не из-за отсутствия демонова мага на условленном месте. И даже не из-за запрещенного артефакта, тикающего сейчас в руках юной госпожи сол Тасаре. Тиану тревожило что-то еще, какое-то еле уловимое ощущение, разлитое в воздухе, или, может быть, запах.

Точно. Запах. Знакомый и недавно, буквально только что уже слышанный. Запах железа и крови. Нежная Эмери его распознать так просто не могла, но в себе Тиана не сомневалась. Она зажмурилась, чтобы зрение не отвлекало, и довольно быстро определила направление. А еще различила тихое прерывистое дыхание.

Открыла глаза, отодвинула Эмери, резко толкнула дверь и…

Оказалась прижатой к стене в каком-то до боли знакомом положении. Ладонь на горле тоже была знакомая, только не обжигала и не пронзала ледяным шипом, как в прошлый раз. Просто человеческая теплая рука, чуть шершавая и жесткая.

– Эмери! – голос мага был не таким чарующим, как обычно. – Кого ты притащила с собой? Ты должна была быть одна.

Тиана попыталась сказать что-то в свою защиту, но под ребра ей совершенно недвусмысленно ткнулось что-то острое.

Она застыла, чувствуя разгоряченной кожей бархат камзола, к которому была вынуждена прижиматься лицом. Пахло кровью и очень сильно. Ну и куда он опять вляпался?

– Реймарэ, остановись! – жаркий шепот Эмери звучал откуда-то из другой реальности. – Тиана пришла со мной. Ей можно верить.

Железная хватка ненадолго ослабла, лезвие ножа вмиг скрылось в широком рукаве мага. Рука переместилась с горла на затылок, пальцы запутались в волосах, сильно оттягивая голову назад.

– Тиана? – выдохнул он ей в запрокинутое лицо. – Вот демон…

Он улыбнулся и обнял ее за плечи, прижимая к себе. Эмери тут же присоединилась к объятиям, уткнулась в плечо обожаемому брату, крепко стиснула в ладони руку подруги. Тиана позволила себе закрыть на пару мгновений глаза, наслаждаясь этим теплом и глупым, ненадежным чувством единения. Будто бы действительно можно быть не одной во всем мире. Не одинокой.

– Все это, конечно, очень мило, – сказала она вслух, надеясь, что ее голос звучит ровно и спокойно. – Но мы же не будем обниматься на этом крылечке до самого утра, правда?

– Не будем, – решительно заявила Эмери. – Нам бы вообще домой нужно.

– Ты достала то, что я просил? – демонов маг не спешил отпускать ни сестру, ни Тиану, то ли обнимая, то опираясь на них. – Ты умничка. Потому что у меня опять ничего не вышло. Который раз уже. Эта крепость воистину неприступна со всех сторон.

– Может быть, это к лучшему? – вздохнула Эмери. – Может быть, это судьба?

Маг криво усмехнулся.

– Нет, милая. Судьбы делаем мы сами. И собственную, и судьбы тех, кто от нас зависит. А иногда даже судьбы совсем не знакомых, на первый взгляд не связанных с нами людей.

– И ты почему-то решил, что держишь в руках все вот это, да? Что именно ты имеешь на это право?

– Да, имею. И меня не интересуют все эти отдельные ниточки. Я буду решать участь всего мира, а остальное уже неважно.

– Самовлюбленный наглец. Я так за тебя волновалась…

Тиана усмехнулась. Она должна была бы чувствовать себя лишней, слушая эти перешептывания брата и сестры. Но нет. Наоборот рядом с ними она себя чувствовала своей, уместной, как никогда.

– Насколько серьезно тебя зацепили? – спросила она, пристально глядя в безмятежные, как море в штиль, глаза мага.

Он болезненно скривился. Эмери возмущенно ахнула.

– Реймарэ, ты что ранен? Почему ты молчишь?

– Ну, вот зачем ты спросила? – укорил он Тиану. – Так хорошо все было.

– Реймар! – Эмери ухватила брата за обе руки. – Мне бежать за лекарем? Что вообще нужно? Тебе очень больно?

Маг наклонился и звонко поцеловал ее в нос.

– Только без паники. Ты же знаешь, как я регенерирую. К утру не останется и следа.

– Реймарэ!

– Лучше покажи мне его.

Тиана вывернулась из-под локтя мага и отступила на пару шагов. А ведь он врал или недоговаривал. Что-то было не так. Да, в прошлый раз он выдернул из себя зазубренный дротик, принял ванну и заткнул рану лоскутом батиста. И обошлось. Но сейчас он выглядел гораздо хуже. Бледное лицо, покрывшийся испариной лоб, совсем немного, почти незаметно, но потерявшие ловкость движения. А еще он не использовал магию, угрожал ей простым ножом.

– Покажи сердце, – настаивал Реймарэ, прислоняясь к стене. – А то вдруг так и умру, его не увидев.

– Умрешь? – милая Эмери побледнела сильнее брата. – Ты что… ты что говоришь такое?

– Неси уже!

Тиана вздохнула и оттеснила подругу в сторону. Пристально посмотрела в серо-зеленые глаза и сказала:

– Снимай.

Он ответил диким каким-то, шальным взглядом.

– Что?

– Сначала иллюзию. Потом камзол и рубашку.

– Что вы еще выдумаете?

– Снимай. Я – мастер над драконами, я твое состояние чую. И я могу попробовать помочь. Пока еще ночь и здесь нас никто не может видеть.

Эмери принесла ларец и застыла, в ужасе глядя на то, как лепестками осыпается магическая личина.

Без нее Реймарэ выглядел просто ужасно. Рассеченная бровь, скула, разбитая губа и только демон знает что еще.

Тиана решительно втолкнула братца с сестрицей в часовню, захлопнула дверь и, не придумав ничего лучше, привязала ее ко второй створке собственным шарфом.

– Снимай камзол. Скоро стража начнет обход, и, боюсь, что у них могут возникнуть вопросы.

Он все-таки не стал сопротивляться. Дал Эмери усадить себя на скамью, зажечь рядом приготовленную для обрядов масляную лампу, потому что света из узких окошек не хватало даже, чтобы различать силуэты друг друга.

– Очень больно? – в который раз спрашивала она, помогая брату раздеться и кусая губы от волнения.

Тиана только головой покачала: как он со всей этой обнаружившейся под одеждой красотищей еще держался на ногах? Хотя держался плохо, а уж про какую бы то ни было волшебную регенерацию явно не шло и речи.

Тиана вытряхнула на лавку содержимое своей смехотворной крошечной сумочки, отчаянно жалея о богатых запасах средств от всего на свете, которые вмещались в рабочую. Но чем обработать и даже зашить рану у нее с собой нашлось даже сейчас. Хотя эти средства не то что бы создавались для людей.

А еще в часовне была чаша, в которую бил родник с чистейшей водой.

Эмери почти не мешала, не лезла под руку с советами, не норовила упасть в обморок, только смотрела на происходящее огромными испуганными глазами. Реймарэ только один раз спросил: «Ты точно знаешь, что делаешь?». И, услышав утвердительный ответ, покорно растянулся на скамье, положив голову Эмери на колени. Тиана даже фыркнула:

– Податься что ли в человеческие знахари? С двуногими, оказывается, настолько проще, чем с крылатыми и огнедышащими!

– Это чем же? – пробормотал маг.

– Вы не плюетесь, не кусаетесь, а, главное, не вырываетесь, – с улыбкой ответила Тиана.

Больше радоваться было почти нечему. Досталось этому упрямцу изрядно.

Тиана промыла и обработала бальзамом раны на лице. Шрамы наверняка останутся, но с ее помощью, быть может, будут менее заметными. Да и боль быстрее утихнет. Склонившись близко-близко к мрачному лицу мага, Тиана вдруг поймала себя на мысли, что успела очень сильно привыкнуть к его облику. Настолько сильно, что его черты уже не казались ей некрасивыми, а наоборот притягивали взгляд. И прикасаться к нему было неожиданно волнительно и приятно, настолько, что присутствие Эмери слегка смущало. Приходилось следить за тем, чтобы каждое движение выглядело точным и профессиональным. Чтобы не прорывалась нечаянно охватившая вдруг трепетная нежность. Не задержать руку на жестком подбородке дольше необходимого. Не коснуться ласково пушистых кудрей. Не позволить острому чувству сопереживания затопить разум.

«Это потому что ему крепко досталось, – упрямо подумала Тиана. – Жалость. Как у всякой глупой бабы».

Целителя позвать не мешало бы, да где его найдешь среди ночи так быстро.

– Может, все-таки нужно кого-нибудь позвать? – в унисон Тианиным мыслям предложила Эмери. – Ну, скажем, что трактирная драка или грабители напали.

– Нет. Не поверят, – отозвался маг.

– Почему?

– Их я бы уложил, не заметив.

Тиана снова фыркнула. Излишней скромностью этот тип не отличался.

Тиана закончила шить раны и смазывать ушибы, порвала на бинты дорогой вышитый батист рубашки, чтобы закончить перевязку. «Будем считать, что это месть» – подумала с усмешкой. «Не одной же мне нести убытки от его бурной жизни».

– Ты как? – спросила она, все-таки позволив себе положить ладонь Реймарэ на лоб.

– Как мешок с дерьмом, – хрипло ответил он. – Как вы существуете без магии, простые смертные люди?

– Нормально живем, – пожала плечами Тиана.

Эмери нахмурилась.

– А что случилось, куда делать твоя магия?

– Испугалась, сестренка? – мрачно улыбнулся Реймарэ, силясь подняться. – Беспомощный и всеми отверженный брат тебе уже не так нужен?

– Дурак, – сказала честная Эмери, помогая ему влезть обратно в камзол. – За твою магию и прочие фокусы ты станешь изгоем куда быстрее, чем если ее лишишься.

– Ну, это мы проверить не сможем, – он поймал руку Тианы и легонько сжал. – Магия вернется. Ее из меня вытянули при помощи одного очень хитроумного приспособления, остатков хватило только морок навести, чтоб люди не шарахались.

Эмери осторожно прижалась щекой к его плечу.

– Как мы теперь домой доберемся? Может, я за Меадой схожу?

– Одна? Посреди ночи? Я не позволю.

– Тогда лодку?

– В такое время так просто не найдешь. Надо было заранее договариваться.

– Но не сидеть же нам здесь до утра! Тебе необходимо домой и скорее.

Измученное лицо Реймарэ просветлело.

– Нет-нет, не домой. Меня сегодня приглашали на тихий вечер в узком кругу. Послушать дивное пение волшебной Ниры сол Гразза. От такого приглашения грех отказываться, ведь второго может и не случится за всю жизнь.

Эмери рассмеялась. Тиана тоже не смогла сдержать улыбки.

– Ты на ногах еле держишься, – сказала Эмери. – Куда ты собрался?

– Эх, сестренка, – Реймарэ тоже улыбнулся. Так, как позволяла разбитая губа, криво на один бок. – Вечер рядом с такой женщиной – повод встать на ноги даже из могилы.

– Вечер? Глухая ночь давно.

– А ночь – тем более.

Тиана резко встала. Вроде бы ничего не изменилось, но вот эту болтовню слушать было уже не так приятно, как всю предыдущую. И ведь она никогда не завидовала Нире, признавая ее безусловное превосходство. Или все же завидовала?

– Пойду я, – сказала твердо. – Не спорьте! Я часто бегаю по ночным улицам одна и не боюсь. К тому же я не юная красавица и у меня нет братьев, которые будут волноваться.

– Ти, не надо! – Эмери попыталась ухватить ее за юбку и остановить. – Зачем ты так?

– Да все в порядке, – отмахнулась Тиана. – Я быстренько. Побегу вдоль Арверы и либо встречу лодку, либо доберусь до вашего дома и вернусь с Меадой.

Реймарэ тоже сделал движение, чтобы подняться, но Эмери его удержала.

– Тиана, ты собралась приказывать чужому дракону? Да она с тобой даже из логова не выйдет!

Тиана рассмеялась, сама удивившись тому, как натянуто прозвучал ее смех.

– Со мной выйдет, – заявила уверено. – Сидите тут тихо.

Повернулась на каблуках и решительно выскользнула за дверь в густую, бархатную темноту.

***

Когда-то давным-давно, может быть, еще на самой заре мира люди не владели магией. Они мало жили, рождаясь и умирая во тьме и невежестве. Их терзали холод и голод, они становились легкой добычей для всех мало-мальски хищных тварей. Кровавая Трехликая Богиня властвовала повсюду, и не было под ее ледяной луной существа более нелепого, слабого и бессмысленного, чем человек.

Тиана не представляла себе жизнь без магии, пусть сама не владела и не пользовалась ею. Магия была светом во тьме. Тем единственным, что позволяло людям не только выжить, но и стать по-настоящему могущественными.

Совсем маленькой девочкой Тиана любила воображать себя колдуньей, и это не была такая уж несбыточная фантазия. По сути своей, по праву рождения она принадлежала к одной из старых семей. Вот только никаких особенных наследных талантов ей не досталось. Все, что она умела в жизни, ей пришлось постигать самостоятельно при помощи упорства и тяжелого труда.

У нее была не самая простая судьба, но Тиана никогда ни о чем не жалела. Она даже была благодарна богам за жизненный опыт.

Быстрым шагом, почти бегом она направилась к особняку Тасаре, стараясь держаться поближе к набережной. На самом деле, она любила прогулки по пустому городу, просто старалась обычно выбирать для них не ночь, а просто очень ранее утро. Тот час, что предшествует появлению первых экипажей, горластых торговок и спешащих к недогрызенному граниту науки студиозисов. Когда сонная стража уже вышла изображать бдительность, но еще совершенно не успела заскучать, чтобы приставать к каждой особе женского пола. Когда воздух еще настолько свеж, что его хочется пить, набирая в сомкнутые чашей ладони.

Тиана успела пробежать полтора длинных квартала, прежде чем поняла, что на улицах нынче как-то избыточно людно. Даже для ночи большого праздника и карнавала.

– А ну стой! – грубый окрик, раздавшийся из-под ведущей в тенистый дворик арки, заставил ее неловко споткнуться. – Стой, это стража!

«Что значит, стража? У меня нынче вполне благопристойный вид».

Она обернулась через плечо. Действительно, настигавшие ее незнакомцы были похожи на служителей порядка. Латы, форменные знаки отличия и даже бравурно-простоватый вид были при них, не подкопаешься.

Тиана остановилась.

– Ваше имя? – слегка неуверенно потребовал коренастый усач, разглядев настигнутую добычу повнимательнее. И добавил: – Госпожа.

– Тиана сол Гьячче, – надменно ответила она.

– Прошу нас простить, сударыня, – еще сильней смутился стражник. – Но встретить благородную госпожу одну в такой час, да еще в такую неспокойную ночь…

– Надеюсь, мне не придется держать отчет о том, откуда и куда я направляюсь? – сверкнула глазами Тиана.

– Нет, конечно же, сударыня. И так понятно, что с карнавала вы. Просто задержались где-то дольше положенного.

– Вот и прекрасно, – она улыбнулась.

– Просто тут такие дела творятся, – хмуро сказал стражник. – Что не дело вам одной ходить, вот никак. Я с вами провожатых отправлю. Они и до двери доведут, и охранят, и до утра покараулят…

Тиана благосклонно кивнула, и уже потом сообразила, что именно он сказал.

– Покараулят? – честно надеясь, что в ее тоне звучит металл, а не волнение, спросила она. – Кого, позвольте узнать, и для чего? Или вы берете меня под стражу? Как преступницу? Как бродягу, быть может?

– Как вы могли подумать, госпожа! – стражник был сама простота и искренность. – Это же для вас. Для вашего блага. Туточки такое творится.

Тиана брезгливо поджала губы и зашагала вперед. Пусть эти охранники не думают, что она их пленница. Пусть это выглядит, как телохранители при знатной особе, за которую Тиану вполне можно принять при таком неверном освещении.

Она шла уже гораздо медленнее, чем в начале пути. Во-первых, потому, что носиться наперегонки с ветром ей вроде как по статусу не было положено. Во-вторых, потому что теперь ей надо было продумать куда больший список проблем. И первым пунктом в нем значилось: как? Как вызволить Реймарэ и Эмери из часовни, если все улицы, переулки и задние дворы кишат стражей и добровольными помощниками-зеваками? Ни о каком полете на Меаде речь не могла идти, это выглядело бы подозрительным до нельзя, и сразу бы бросало тень на дом Тасаре. Ведь кроме них и принцев крови ручными драконами в столице не владел никто. Нанять лодку тоже не получится, если она не отвяжется от провожатых. И что прикажете со всем этим делать?

Эмери говорила, что они с братом и так под подозрением. Что им может угрожать опасность. Значит, надеяться, что обойдется, точно нельзя. Они должны выбраться из часовни или совсем незамеченными, или совсем на виду, как самые добропорядочные граждане Империи. Первое звучало почти нереальным в нынешних условиях. Второе было куда проще, если дождаться утра. Но вот сидеть и ждать не хотелось совершенно. Мало ли что произойдет за эти часы? Их найдут стражники. Они сами попытаются выбраться без ее помощи и неминуемо попадутся. Служители Храма придут или посетители и застанут в своем намоленном местечке такую многообещающую картину: раненный южанин и перепуганная девчонка! Ах да, еще и мерзкого вида артефакт в коробочке… Нет, до утра терпеть было решительно невозможно.

С такими мыслями Тиана дотащилась до самого крыльца. Нет, не особняка сол Тасаре., а того дома, который они делили с Нирой. Тиана не стала стучать и будить слуг, открыла своим ключом. Поднялась на один пролет и в узкое окошко с досадой пронаблюдала, как пятерка ее охранников занимает посты возле всех выходов.

Глава десятая. Мятущиеся тени

«И что теперь делать?»

За спиной раздались легкие быстрые шаги. Можно было даже не оборачиваться, чтобы узнать подходящего.

Тонкая рука обвила плечи Тианы, повеяло вербеной и цветущей липой.

– Я волновалась. Куда вы пропали? – шепнула Нира, склоняя голову подруге на плечо.

– Любовались луной, – мрачно ответила Тиана.

– И с кем же? – взгляд Ниры был исполнен лукавства и любопытства одновременно. – Только не говори, что…

– С Эмери сол Тасаре, – отрезала Тиана. «И с ее братом-колдуном».

– Бросили меня обе, – вздохнула Нира. – А я тут полночи схожу с ума от беспокойства и еще и вынуждена развлекать гостей и делать вид, что все в порядке.

– Гостей?

Этого еще не хватало!

– Ну да. Маруш, Каомо, Маро, Финеллита и Вейсем. Тот странный Реймар так и не явился, можешь не переживать. Из незнакомцев одна Лиу, но она тебе понравится. Просто не может не.

Тиана безмолвно закатила глаза. Да уж, она и позабыла, в каком вертепе живет! В такой обстановке только тайны заводить и хранить.

– А Эмери дома уже?

– Нет. Послушай, Нира, мне бы… – Тиана замешкалась, силясь подобрать нейтральные слова. Потому что Нире она, разумеется, доверяла, но до каких пределов стоит это доверие распространять, пока не понимала.

Зла подруга не делала и не желала никому – это было ясно, как день. Но с нее вполне могло статься решить, что Тиана нуждается в защите и опеке. И начать действовать на собственное усмотрение.

– Ну, конечно, тебе бы переодеться! – всплеснула руками Нира, по-своему истолковав замешательство собеседницы. – На кого ты похожа? Вы с Эмери где были-то?

Тиана улыбнулась.

– Это была очень увлекательная прогулка. Я обязательно расскажу, но потом, ладно? А теперь не пойти ли тебе к гостям?

– Гости подождут, – снова улыбнулась Нира. – Ты сейчас гораздо интереснее.

Они поднялись к Тиане в комнату. Нира присела на широкий подоконник, Тиана быстро переодевалась в рубаху и штаны. Карнавал закончен, да здравствует удобство!

– Ты будешь рассказывать? – строго сказала Нира.

Мысли Тианы заметались, она выронила из рук расческу, за которую было взялась. До этого момента она была уверена, что владеет собой совершенно. Что по ее лицу, интонациям, жестам ни о чем никогда невозможно догадаться. В конце концов, она так долго тренировала это умение. Это были азы выбранной ею с детства профессии. Неужели она настолько не преуспела в своих усилиях, что малейшая проблема, не касающаяся драконов, выводит ее из равновесия? Ужас.

Надо было что-то придумать, как-то объяснить. Нира не поверит, что она расстроилась из-за платья или поссорилась с Эмери. Но ничего толкового, как назло, в голову не приходило. В ней царила звенящая пустота и ворох неупорядоченных воспоминаний, одно другого нелепей.

– Буду, конечно, – вздохнула Тиана, вынимая из волос шпильки. – Но особенно нечего. Не люблю я эти ваши карнавалы, торжественные мероприятия и прочую суету. Скучно, шумно, утомляет. Нужно постоянно изображать из себя что-то, чем ты не являешься, иначе тебя не так поймут. Мне это не по вкусу, а когда я все-таки пытаюсь, выходит из рук вон плохо. Да ты сама все знаешь, разве нет? Ну не интересуют меня подобные вещи, я слишком стара и разочарована.

Серебристый смех Ниры был ей ответом. Тиана возмущенно уставилась на хохочущую подругу.

– Не интересуют! Помню, помню. Никакие подобные вещи, а еще мужчины.

– Именно, – Тиана дернула расческой особенно сильно, от кудрей посыпались искры.

Можно подумать, Нира была там! В той часовне, где Тиана чуть-чуть, но не властвовала своими эмоциями и, будем честны, даже чувствами. Тиане казалось, что ее поймали на чем-то преступном, постыдном, недопустимом. А ведь даже Эмери, находившаяся так близко, вряд ли могла подслушать ее мысли!

Реймарэ был совсем не похож на свою милую сестру. Разве что глаза были одного цвета. Будто море.

– Я все видела, – Нира покачала головой. – Можешь не отпираться. Ты меня не заметила, конечно.

В этот раз Тиана расческу не выронила. Замерла, глядя, как веселье сменяется на лице Ниры выражением безграничного понимания и даже сочувствия.

Да нет же, не может этого быть! Она же сама говорила, что полночи развлекала гостей.

– Тинка, да тут нечего стыдится или, – Нира замялась, – бояться признать. Конечно, всем вокруг лучше не давать повода даже заподозрить что-нибудь, но я-то не все. Тина, ты не обязана мне что-либо говорить. Но если захочешь, если тебе понадобится, ты можешь не сомневаться: я на твоей стороне. Я всегда помогу тебе всем, чем будет в моих силах.

Тиана задумалась. Что-то в этих словах было, что-то пока неуловимое, но важное.

– Точно поможешь? – усмехнулась она.

Нира пожала плечами.

– Если смогу. Хотя ты и сама понимаешь, что случай абсолютно безнадежный.

– Не понимаю, – совершенно искренне сказала Тиана.

– Тина, я видела, – грустно вздохнула Нира. – Ты была слишком в себе, чтобы обращать внимание на все, что происходило вокруг. Но я была достаточно близко, стояла, смотрела и все понимаю. Ты обычно хорошо властвуешь собой, но не в этом случае.

Тиана обескуражено встряхнула освобожденными от сеточки и заколок кудрями. Нет, она сама поймала себя на этом и даже разозлилась, но что могла знать Нира? Эмери, сам Реймарэ еще могли бы заметить, но Нира?

– Ты научилась читать мысли? И давно? – как можно беспечнее поинтересовалась она вслух.

– Я просто видела, как ты танцевала с Фъямэ сол Ньэрэ.

Тиана закусила губу, чтоб не рассмеяться.

Ведь и в самом деле, этой ночью был еще и Красный герцог, прекрасный, похожий на сон и на земное воплощение Повелителя Огня. Настолько нереальный, что память Тианы в который уже раз отсекала все воспоминания о нем. По крайней мере, о тех случаях, когда он подходил опасно близко.

– Тина, он герой, принц, блистательный и невероятный, но ты же всегда была умницей. Гораздо умнее меня и вообще всех, кого я знаю.

– Ты хочешь поговорить об этом?

– Нет – печально вздохнула Нира. – Но мне на мгновение показалось, что хочешь ты.

Тиана подошла поближе и взяла подругу за обе руки.

– Так. Давай договоримся сразу, чтобы ты не навоображала себе лишнего, – сказала твердо. – Герцог сол Ньэрэ мой работодатель. Дядя принцессы Интанньи и хозяин умопомрачительного красавца Вэррего. Больше нас ничего не связывает.

– Неправда, – покачала головой Нира. – И ты сама знаешь, что недоговариваешь сейчас.

– Нира! Ну, ты же знаешь обо мне почти все! Всю мою историю, все мои страшные секреты и покрытое мраком прошлое! В том числе причину, по которой меня давно минуют все эти романтические девичьи побуждения. Я давно не про это. Совсем. Это раз. Герои без страха и упрека не были в моем вкусе, даже когда я была юной и дурной на голову. Это два. Он даже внешне мне не нравится. В том самом смысле не нравится. Он – картинка. Статуя из храма Звездного Бога. Нереальный, ненастоящий, скучный настолько, что скулы сводит. Все эти волевые подбородки и полные затаенной грусти черные глаза меня никогда не вдохновляли. Я люблю мерзавцев, Нира. Обаятельных и нахальных.

– Все когда-нибудь меняется, – улыбнулась Нира. – Даже то, что казалось краеугольным камнем твоего устройства. Но какая речь, Тина! Давно не замечала за тобой склонности так много и пылко говорить о себе!

– Пылко? – Тиана скептически подняла бровь.

Нира заметно смутилась.

– Ну… Пылко для тебя. Ты же у нас камень. Человек-кремень. Без чувств и изъянов.

– Прекрати, – Тиана поморщилась.

– Но все-таки ты с ним танцевала. На виду у всех. А до того летала на драконе, каталась на колеснице, и как-то устроила целое представление на площади. Разве это не должно было заставить меня задуматься?

– О чем?

– Он тебе нравится, Тина.

– Он всем нравится.

– Да. И поэтому я тебя предупреждаю: пожалуйста, будь осторожна. Не доводи все это до того, чтобы оно превратилось в проблему.

«Знала бы ты мои проблемы, милый друг!»

– Хорошо. Я тебя услышала.

– Надеюсь.

Нира испустила еще один преисполненный печали вздох. Нет, она была не из тех, кто будет заставлять выворачивать наизнанку душу, но показательно страдать вокруг, что ей не доверяют – это ее стиль. И ведь еще и виноватой будешь себя чувствовать!

Тиана внимательно изучила свое отражение в зеркале и осталась довольна осмотром. Вот в таком виде она чувствовала себя более способной на подвиги и готовой к приключениям.

– На самом деле, – задумчиво сказала она, не оборачиваясь, чтобы не искушать себя возможностью поддразнить подругу, полюбоваться сменой выражений на ее лице. – На самом деле ты можешь мне помочь. Как раз только ты и можешь. Но тебе придется воздержаться от вопросов до поры. Просто это не моя тайна, Иначе я бы непременно поделилась с тобой, ты же меня знаешь.

Нира молчала долго. Наверняка подбирала в уме какие-то правильные и мудрые слова, но у нее, как всегда, не получалось. Наконец, она все же решила, что лучше не будет, и сказала, как думала.

– Это как-то связано с…

– Нет! – Тиана перебила. – Эта страница перевернута и забыта. Фалько ди Тьеверра единственное, что меня еще связывает с прошлым.

Нира грустно вздохнула.

– Только потому, что ты не позволяешь ему стать частью настоящего.

– Глупости говоришь. И сама об этом прекрасно знаешь. Но все это не сейчас, ладно? Сейчас ты пойдешь к этому своему творческому собранию и объявишь, что хочешь смотреть на рассвет. В той своей незабываемой манере очень вдохновенной особы, которая вся про полет и неземное. Наймете на всю честную компанию лодок и отправимся к Арвере. Дальше я объясню. Ты, главное, ничего не спрашивай и веди себя так, будто это тебе вожжа под хвост попала, как всегда. В моем исполнении будет выглядеть зело подозрительно, а ты сумеешь подать все как милый каприз. Я права?

– Тиана, повернись ко мне немедленно! Я должна видеть твои глаза!

В сладком голоске звучала сталь. Умеет же, когда хочет!

Тиана резко развернулась. Интересно, что она такого собиралась увидеть на лице мастера над драконами с многолетним стажем? Правильно: ясный строгий взгляд и спокойствие.

– Куда ты вляпалась?

– Я никуда, – честно сообщила Тиана. – Помогаю близкому человеку.

– Клянешься?

– Нет. Я никогда не клянусь. Но врать я не люблю тоже, если ты не помнишь.

– Это не связано с твоим…

– Нира, нет. Это вообще никак не связано со мной. Я просто помогаю.

По нежному лицу златоволосой феи пробежала тень сомнения.

– Тина, – медленно произнесла она, – я знаю твоих близких наперечет. Мне хватит пальцев на одной руке, если загибать по одному на каждого. Чего ты недоговариваешь?

– Тебя скоро завербуют в дознаватели на императорскую службу, – усмехнулась Тиана. – Давай так: сегодня ты мне помогаешь, а как-нибудь потом, если все обойдется, я тебе рассказываю правду. В конце концов, ты не можешь не понимать, что это не только мои секреты.

Нира грустно вздохнула.

– Раньше тебя это не останавливало. Мы делились всем, потому что ты понимала, что я никогда тебя не выдам и не предам. У тебя кто-то появился. Кто-то, чье доверие важнее моего. Мужчина, да?

Тиана не выдержала и рассмеялась.

– Ты неисправима… Когда ты прекратишь меня сватать?

– Когда увижу, что тебе это и в самом деле не нужно, – мягко сказала Нира. – Пойду выполнять твое задание. И помни, что ты задолжала мне долгий и серьезный разговор по душам.

– Торгуешься? – в притворном осуждении скривилась Тиана.

Нира решительно направилась к двери и обернулась только на пороге.

– А про Красного герцога ты мне все расскажешь отдельно!

Тиана только руками развела: и ведь не докажешь, что говорить-то не о чем!

***

Шумной толпой погрузились в лодки. Суровые стражи смотрели неодобрительно, но запретить это никак не могли. Подумав, решили возглавить. Двое бесцеремонно присоединились к теплой компании, на все вопросы отвечая столь сурово и односложно, что даже Маруш потеряла охоту с ними пререкаться. И в самом деле, какая разница, кто будет грести? Ну, пусть эти верзилы, раз им так хочется.

Нира, драматически прекрасная в новом алом шелковом платье, уверенно руководила и знакомыми, и чужаками. Маруш, смеясь, дразнила судьбу, то и дело перебираясь из одной лодки в другую. Маро пил. Новенькая подопечная Ниры, эта большеглазая трепетная девочка в строгом наряде вчерашней храмовой сиротки, смотрела на всех взглядом, в котором одновременно были восторг и ужас. А Каомо играл на флейте. Играл, не обращая внимания вообще ни на что, ни на кого, и Тиана, как всегда завороженная таким подходом к делу, заняла место поближе к нему.

Флейта плакала и смеялась, возносилась к вершинам горним и опадала звонким водопадом. Как он это умел, стервец, уму было непостижимо! Если бы Тиана наверняка не знала, что Каомо с сестрицей потомственные селяне, удравшие от строгих родителей в город, заподозрила бы среди их талантов и колдовской. Но у простолюдинов не могло быть магии в крови. Она и у аристократов почти у всех давно выветрилась. В Южных герцогствах колдунов было гораздо больше. Раньше. До тех пор, пока туда не пришел Фъямэ сол Ньэрэ.

План Тианы был прост и незамысловат. Главным в нем было, чтобы все участники не надеялись на других и быстро соображали по ситуации. Не так уж сложно, но чуть-чуть рискованно. Поэтому, когда стали подбираться ближе к Храму Пламени, пришлось все-таки ухватить Маруш за кружевной воротник и силой усадить на скамью, вручив гитару.

– Играй «Черный ветер», – шепнула ей Тиана. – Нира мне проспорила, что споет.

На самом деле, Нира просто пообещала исполнить именно эту вещь одному очень подозрительному магу, с глазами цвета моря. Но подробности большой роли не играли. К тому же спор для азартной Маруш был куда более весомым аргументом, чем реальная причина.

К волшебной флейте Каомо присоединились глухие, будто удары сердца, звуки гитары. Маруш всегда начинала так, тихо, мерно, неярко, чтобы потом сорваться в бешеный ритм танца на грани смерти или безумия.

Нира встала близко-близко к носу первой из лодок. Расправила плечи, развела тонкие гибкие руки, словно незримые крылья оттягивали их назад своей тяжестью. Запела низким, грудным голосом, будто исходящим со дна морского.


…Черный ветер, а в черном ветре

ледяная луна бела.

Я бреду по дороге – мертвый,

в сонном свете, но наяву;

и мечтаю, мертвец, о жизни,

безнадежно немой, зову

тех, кто сделал меня безгласым…

Пусть искусаны до крови

мои губы, но снова красной

стала кровь моя от любви.

Сердце требует возрожденья,

тело – сильных и нежных рук,

улыбнуться мечтают губы

и, прорвавши порочный круг,

искупить проливные слезы

всех изведанных мною мук.

Только разве отпустит сердце

глубочайшая из могил?

Завтра год, а быть может – больше,

как его я похоронил.3


Тиана молча кусала губы. «Ну же Реймар, услышь. Услышь! Это не совсем та песня, но из того же цикла, их всегда вместе поют, ведь они эхом отвечают одна другой. Услышь. Догадайся»

Даже думать не хотелось, что раненого мага уже нашли, вместе с милой Эмери, утащили куда-то для выяснения, а то и бросили в каменный мешок. Нет, не могло этого случиться. Только где же они тогда? Вот встает хрупкий силуэт часовни. Если от нее спуститься по деревянной лесенке, то можно притвориться, будто случайно услышал, будто тоже гуляешь под звездами, не остыв после шумного празднества. Спуститься, смешаться с народом, раскланяться нарочито вежливо и приветливо со стражниками. Ничего сложного, как по нотам детские песенки играть.

Да где же этот демонов маг? Он не мог не услышать дивную Ниру, которая достойна того, чтобы к ней приползали даже на последнем издыхании!

Тиана опасалась озираться по сторонам, и лишь искоса, профессиональным острым зрением следила за каждой метнувшейся на берегу тенью. Внезапно она похолодела. А что если этому нахалу стало хуже? Потерял сознание или просто заснул, обессилев? И теперь Эмери сидит над ним, заламывая руки, и не может ни бросить его, ни подать хоть какой-нибудь знак? Да что угодно могло произойти за это время!

Тина по старой привычке досчитала до десяти, задержала дыхание и, резко ударив по борту, перевернула лодку.

Визгу было!

Конечно, ведь выпала Маруш. Сама Тиана с ловкостью перескочила на берег и, пользуясь суматохой, бросилась бежать вверх по ступеням. Теперь главным была скорость.

Мягкие туфли ступали почти беззвучно, предутренние сумерки позволяли Тиане надеяться, что ее выходку никто толком не разглядел. Когда пела Нира, Лодочник мог так заслушаться, что катастрофа произошла по вине незамеченной им коряги, или еще какой-нибудь такой штуки. Ну а потом Тиана выпала вместе со всеми и – ах! – пропала! Пусть ищут!

Только бы на самой улице никого не оказалось!

Тиана чуть ли не взлетела на крыльцо, рванула на себя створку двери.

Никого. Совсем. Ни снаружи, ни, чтоб его, в пропахшем кровью полумраке. Да что же это!

Тиана заметалась, пытаясь уловить хоть след, хоть знак. Времени у нее было в обрез.

Узкая лестница вела на второй этаж. Надрывно скрипели ступеньки под каждым шагом, хотя Тиана перескакивала сразу через две-три.

На втором тоже никого не оказалось. Даже пыль лежала ровным слоем, явно никем не потревоженная. Разумеется, храмовые прихожане пользуются только нижним ярусом, ведь там источник и статуя Повелителя. Здесь же помещение, предназначенное для служителей, а те явно не горят желанием тратить время на молитвы в уединении. Или на беседы со страждущими, кто его помнит, как у почитателей Огня все устроено. Тиана в сердцах стукнула кулаком по рассохшейся грязной столешнице и замерла.

Дверь на балкон была не заперта, только прикрыта. Но при этом не распахнулась от поднятого сквозняка, а ведь должна была! Больно хлипка и ненадежна казалась.

Тиана в два прыжка пересекла комнату, замерла, прислушавшись и принюхавшись, и чуть ли не ногой вышибла эту сомнительную преграду.

Чтобы уже через мгновение быть распластанной на полу и прижатой тяжелым телом. Еще и руки ей вывернул, припечатав к шершавым доскам.

– Я начинаю привыкать к тому, как однообразно начинаются наши встречи, – философски пробормотала Тиана. – Вот только я больно ударилась затылком.

– Извини, – хрипло отозвался Реймарэ, отпуская ее. – Я, признаться, не в том состоянии, чтобы узнать тебя сквозь стену.

– Ты в том состоянии, чтобы смирненько отлеживаться где-то в тихом уголке, – согласилась Тиана, поднимаясь на ноги и подавая магу руку. – Но выбирать не приходится. Идем скорее.

Эмери, молчаливой, но вооруженной тенью застывшая в дверном проеме, с готовностью подставила брату плечо. Тот пробовал отмахнуться, но вновь скрытый под иллюзией внешний вид его доверия не внушал. Поэтому обратно шли гораздо медленнее. Маг спотыкался чрез шаг и явно все больше налегал на сестру. Та смотрела на него с беспокойством, но безропотно тащила. Тиана, быстренько облив себя святой водичкой из источника, подхватила Реймарэ с другой стороны.

– Жарко стало? – удивленно хмыкнул он.

– Очень, – серьезно сказала Тиана. – Поэтому я купалась в Арвере, а ты меня там выловил. И сейчас будешь возвращать обеспокоенным друзьям.

– Нире сол Гразза? – воодушевленно подхватил этот неисправимый. – Это ведь она пела там, так, что боги, должно быть, разверзли небеса, чтоб послушать?

– Да. Пела Нира. Но небеса остались на месте, целехонькие. Между прочим, мы надеялись, что вы догадаетесь прийти на пение.

Маг что-то даже ответил, но это была какая-то совершеннейшая чепуха. Тиана даже прислушиваться не стала. Ей и так было понятно, что трепаться Реймар мог сколько угодно, а вот каждый шаг давался ему со все возрастающим трудом. Эмери просто не дотащила бы его до берега в одиночку.

Вдвоем получилось как раз к тому времени, когда паника в рядах покинутых Тианой друзей достигла пика. Маруш уже не визжала, а перевернутая лодка не казалась веселым приключением, в самый раз для прогулки. Голоса над водой были серьезны и почти скорбны.

Эмери трясущимися руками зажгла фонарь, обозначив свое присутствие.

– Эй! – подала голос Тиана. – Водоплавающие! Перепонки не отрасли? Не меня ли ищете?

– Тина! Я тут чуть с ума не сошла!

Бросившийся ей на шею ураган Тиана опознала сразу, Реймарэ спустя пару мгновений и тут же воспользовался оказией, переложив руку с плеча Эмери на талию Ниры. Та и не подумала отстраняться, только покосилась на него из-под упавших на лицо локонов.

– Откуда ты взялся? – спросила со слегка нервным смешком. – И Эмери?

– Это мой спаситель, – непререкаемым тоном сообщила Тиана. – Выловил меня из холодной, мокрой воды, дал выпить согревающей отравы и продолжает греть в своих объятиях.

Нира, собиравшаяся что-то сказать, удивлено замолчала. Зато подошедшая к их живописной группе Маруш накинулась с обвинениями. Перед ней даже было немножечко стыдно.

– Тинка, ты мне гитару угробила! – вопияла девица, одновременно стреляя в Реймарэ глазками и как бы невзначай демонстрируя глубокое декольте. Мокрое кружево сорочки только подчеркивало все, что могло бы хоть немного скрывать, и вид получался весьма интригующим.

– А кто сказал, что это была я? – как можно раздраженней поинтересовалась Тиана.

Маруш пожала плечами.

– Ну или не ты. Но если бы все не бросились тебя искать, а занялись поврежденным инструментом, глядишь, еще спасли бы.

– Не спасли бы, – возразил подкравшийся из тени Каомо. – Мне можешь верить.

Маруш принялась яростно отстаивать свое мнение. Кто-то еще подходил, подключаясь к спору. Реймар все сильнее сжимал руку Тианы, Эмери не сводила с него обеспокоенного взгляда. А над Арверой всходило солнце, разгоняя сумерки и позволяя Тиане заметить в привычном окружении совершенно новое лицо. Нет, это был не один из стражников, явно утомленных суматохой и невнятными проблемами людей искусства. Это был кто-то, присоединившийся уже после Тианиного фокуса с лодкой. И он Тиане отчего-то не нравился заранее.

Первые солнечные лучи падали на его лицо, с тонким носом и острыми линиями скул. Красивое лицо. Не такое, как у Астара Фъямэ сол Ньэрэ, конечно, но тоже не пропустишь, увидев в толпе. Лисьи какие-то или птичьи черты. Большие глаза с разбегающимися от уголков морщинками. Зеленовато-карие, с мелкими искорками, сверкающими озорством. А вот рот совсем неулыбчивый. Тяжелый, сурово сжатый, с каким-то почти горестным выражением. Еще незнакомец был темно-рыжим, как куница.

Глава одиннадцатая. Потомки богов

– Нира, это кто? – одними губами спросила Тиана, чувствуя, как напряглись, одеревенели мышцы все еще прижимавшегося к ней мага. Был бы Реймарэ котом, сейчас бы еще и шерсть на загривке вздыбил.

– Инквизитор, – прошептал он, склонившись к ее уху. – Один из ассистентов Верховного.

Нира лучезарно улыбнулась.

– Граф Маде сол Рэскэ. Мой недавний приятель и, скажу я вам, невыносимый дамский угодник.

– Что хуже Вейсема? – нарочито беспечно, избыточно громко рассмеялась Эмери. – Я думала, так не бывает!

Сказала и тут же скользнула по лицам друзей внимательным взглядом. Тиана лениво потянулась, заодно давая Реймару возможность удобней облокотиться на ее плечо.

– Тоже мне девичья мечта, – фыркнула громко. – Рыжий, лохматый, еще и наглый, как помойный кот. Фи. Но, если тебе так хочется, валяй, подбирай… Только давайте уже выдвигаться в сторону дома. Я устала.

Незнакомец, все прекрасно расслышавший, в два шага оказался рядом. Поклонился.

– Нас не представили.

Брат и сестра сол Тасаре церемонно перечислили свои титулы и выразили бесконечную радость от столь своевременного знакомства. Рыжий инквизитор сделал то же самое.

Тиана демонстративно отвернулась. Ничего-ничего, пусть позлится на нахальную и вздорную тетку, меньше внимания и вопросов достанется всем остальным.

– Сударыня? – рыжий оказался не из тех, кто легко сдается. – Простите, но я не расслышал ваше имя.

«Ага, как же. Небось, все вокруг глотки надорвали, выкликая пропавшую и не дай боги утонувшую приятельницу. А на глухого ты не похож».

– Потому что я его вам не называла, – глядя на графа Мадэ-как-его-там искоса, сквозь полуопущенные густые ресницы, произнесла Тиана.

– Так что вам мешает сделать это теперь? – медовые кудри и голос тоже медовый. Липкий такой.

– Желания нет. Нира, так что там с лодками?

Златоволосая фея посмотрела на подругу странно.

– Ты еще не наплавалась?

– В самом деле, – подала голос суровая, как всегда, Финеллита – хватит на сегодня прогулок по воде. Тем более весь рассвет уже пропустили в суматохе.

– Ну, нет, – заупрямилась Тиана. – Я устала, промокла, замерзла, к тому же выпила. Я не могу пешком. Не желаю.

Нира принялась что-то возражать. Финеллита ее поддержала, заодно расшаркиваясь и извиняясь перед рыжим графом. Эмери привела кучу доводов за лодки, Маро – против. Каомо переглянулся с Марущ и, не произнеся ни слова в защиту своего выбора, высыпал в ладонь одному из лодочников двойную плату.

– Меня и этих троих отвезешь обратно.

Один из стражников преградил ему дорогу.

– Эй, господин, так нельзя, – пробурчал неуверенно.

– Чего это вдруг нельзя? – вскинулся флейтист. – Я добропорядочный горожанин, гуляю по улицам своей столицы, сейчас хочу отправиться домой. А вы таскаетесь за мной полночи, как приклеенные. Развлекаться мешаете. Веселую девицу подцепить.

– Так нам велено.

– Что велено?

– Следить. За подозрительными.

Каомо распахнул куртку и чуть ли не рванул на груди пеструю рубаху.

– Ну, вот он я! Что во мне подозрительного?

Стражник замялся, подбирая слова для ответа. Его товарищ пришел ему на помощь.

– Что, что… ночами шляетесь без толку, вот что

Каомо посмотрел на него, как на слабоумного.

– Во-первых, уже утро. Во-вторых, не без толку, а очень даже осмысленно. Луна заскучала, ей было необходимо на флейте сыграть. А то ведь озлобится.

– Луна, – протянул первый стражник. – До беды бы не довели ваши ночные игры. А то знаем мы, кому все эти песни нужны. Еще б на перекресток со своей дудкой вышел, в самый раз было бы.

Стало вдруг тихо-тихо, будто каждому из присутствующих зажали накрепко рот. Ледяная костлявая рука словно протянулась сквозь тысячелетия, погрозила шаловливо длинным когтистым пальцем.

– Отпусти их.

В наступившем безмолвии по-кошачьему мягкий, почти мурлычущий голос рыжего инквизитора прозвучал, будто гром небесный.

– Но господин! – попробовал воззвать один из стражей. – Ваше сиятельство, нельзя ж! Капитан велел. Да и ночью такое творилось!

– Отпусти, я сказал, – снова мурлыкнул рыжий. – Полномочия доказать?

– Никак нет, ваше сиятельство, – лица обоих охранителей закона вытянулись от досады, но возражать они больше не пытались. – Прикажете возвращаться в казармы? Раз здесь мы больше не того… не нужные?

– Зачем? Проводите нас. Мы еще собираемся гулять. Ночь выпала неспокойная, и лишняя пара острых мечей и две пары крепких кулаков нам не повредят. Мало ли что.

Каомо развел руками и быстренько, пока никто не передумал, затолкал Тиану и ее спутника в лодку, подал руку догоняющей их Эмери. Лодочник едва успел угнаться за столь прыткими клиентами.

– Благодарю, ваше сиятельство! – флейтист оттолкнул суденышко от причала и отсалютовал рыжему своей пышно украшенной шляпой.

– Нира, этот тип, он же пьяный совсем, – донесся в спину Тиане встревоженный голос Финеллиты.

Рэймар, и так державшийся на ногах последним усилием воли, улегся прямо на дно лодки, привычным собственническим жестом сцапав Эмери за запястье. Неудобно было, наверное, но Тиане ужасно захотелось присоединиться к этим двоим. Обнять, согреваясь и согревая, непонятно телом ли, душой ли…

– По домам? – спросил Каомо у Тианы, кивая на братца с сестрицей.

– Ни в коем разе, – тут же откликнулся маг. – Домой сейчас не стоит, да и дивная Нира обещала мне песню.

– Она ее уже спела, – вздохнула Тиана, с трудом удержавшись, чтобы не пригладить пушистые темно-русые кудри, оказавшиеся как-то чересчур близко от ее ладони. – Ты все пропустил.

– Она не ту спела.

– Ты хочешь, чтобы нас точно сегодня загребли? – хмыкнул Каомо. – Не видел что ли, какие все взъерошенные и перепуганные мечутся? Что-то тут было под прикрытием всеобщих торжеств. И это что-то не про политику, а про религию.

– Думаешь? – скептически усмехнулся маг.

– Знаю. Вспомните еще мои слова. Если, конечно, мелким сошкам вроде нас хоть что-то пояснят.

– Кто-нибудь проговорится обязательно, – уверенно сказала Эмери. – Та же стража. Так что скоро от слухов мостовые звенеть будут.

Каомо кивнул.

Эмери склонилась над братом, положила свободную ладонь ему на лоб.

Тиана отвернулась.

Они плыли мимо набережной и чужих садов, обнесенных витыми чугунными оградами или глухими заборами, мимо стареньких расшатанных причалов и роскошных мраморных лестниц, уходящих ступенями под воду, мимо жилых невысоких домов, роскошных храмов с башенками и колоннами, под мостами и арками.

Медное утреннее солнце раскрашивало все это во все оттенки ржавчины, охры и терракоты. Фалько Тьеверра когда-то лепил с Тианы какого-то пакостного лесного духа из красной глины. Дух вышел печальный и насмешливый, не легли на тяжелую и мрачную внешность модели задуманные зловредные черты. Вот так и с этим утром выходило.

«Это просто тоска по минувшему» – упрямо сказала себе Тиана. «Глупая бабья тоска. Тело помнит ощущения, запахи, тепло и тянется на слабый намек чего-то похожего. На любой. И туда же рвется обезображенная черной дырой в самой сердцевине душа».

***

Огонь в камине ластился к чугунной решётке, облизывал лихо закрученные лепестки диковинных цветов, мягким теплом обдавая окруживших его в тщетных попытках согреться людей. Ройм-Реймарэ растянулся прямо на мягком ковре, поджав неловко руку, запрокинув голову, смотрел в расписной потолок. Домой идти отказался наотрез, как и занять более удобное место на кушетке. Моргал слипающимися от усталости глазами, ждал, конечно, дивную Ниру, самую прекрасную из женщин.

Эмери, выпутавшись из промокших и не очень чистых одежд Девы Весны, куталась в тёплый шлафрок, жалась к каминной решётке, не боясь опалить нежные пальцы. Тиана принесла ей горячий шоколад в тяжёлой кружке с толстыми стенками.

– Пей, согреешься.

Эмери улыбнулась благодарно.

– А ты? Ты спать пойдёшь или дождёшься остальных с нами?

Тиана фыркнула. На её подушках, завёрнутый в отрез материи сейчас ритмично бухал тот самый артефакт, что они отрыли на речном островке. Лишённый своего объёмного вместилища-ларца, жуткий предмет больше не был таким громким, но Тиана не смогла бы находиться с ним в комнате наедине долго. Ей было слишком страшно.

Поэтому она честно предложила уступить свою кровать хоть брату, хоть сестре Тасаре. Оба, разумеется, отказались, предпочитая гостиную и компанию перинам и одиночеству. Тиана понимающе кивнула и, стараясь, чтобы это выглядело простой случайностью, опустилась на колени совсем близко к рассыпавшимся по ковру пушистым кудрям мага. Так близко, чтобы можно было незаметно коснуться их в медно-золотом полумраке. Или осмелеть совсем и, воровато покосившись на дремлющую сидя Эмери, взять Реймарэ за руку, сплести с его ледяными пальцами свои.

– Оно того хоть стоит? – тихим шёпотом, почти вздохом прошелестела.

– Что именно? – немедленно отозвался маг.

– Ну вот это всё… Эти игры.

– Ты называешь это игрой? Играми?– кривая усмешка тронула разбитые губы. – Ты и в самом деле так считаешь?

Тиана покачала головой.

– Я не считаю. Я это знаю наверняка.

Смех мага был какой-то нерадостный, но при этом отчего-то совершенно необидный.

– Ничего… Ничегошеньки ты не знаешь, репейник. Да и все вы здесь не знаете, не понимаете и даже не пытаетесь. Ни про мои игры, ни про себя, ни про весь этот мир и как в нем все устроено. Потомки богов, тоже мне.

– Какие ещё потомки? – шепотом спросила Тиана, все-таки проводя ладонью по мягким кудрям в глупом и сентиментальном жесте. – Каких богов? Валяется тут ощипанный с перебитыми крыльями, а туда же…

– Куда это «туда»? – немедленно заинтересовался Реймар.

Тиана только отмахнулась. Не пересказывать же всю свою запутанную биографию каждому, кто ловил ее на вот таких вот обмолвках.

– Я тебе кого-то напоминаю, да? Ты молчишь, недоговариваешь, но я все вижу.

– Все такие умные, – хмыкнула Тиана. – Проницательные. А, когда девушка не хочет что-то обсуждать по личным своим причинам, предпочитают это ее нежелание в упор не замечать.

– Ты ко мне несправедлива. Все предыдущие встречи я не спрашивал. А сейчас мне показалось, что, – он вдруг крепче сжал ее пальцы, – некий порог пройден и пришло время для доверительных бесед.

– Спрашивал, – вздохнула Тиана. – Как раз ты спрашивал постоянно.

– Это были другие вопросы, – нахмурился маг.

– А ответы те же самые.

Какое-то время оба молчали. А что тут скажешь?

Света за окнами становилось все больше, он настойчиво пытался прорваться сквозь роскошные портьеры. Все меньше оставалось в окружающих красках зловещей меди и золотистого отсвета уюта. День принес пустоту, серость и группа у камина вдруг показалась какой-то особенно сиротливой. Ведь, в самом деле, трое людей это очень-очень мало.

Рэймар скривил разбитый рот, попытался принять более удобное положение.

– Может, все-таки в кровать? Мягкую, теплую, пахнущую лавандой? – коварно предложила Тиана.

– После, – то ли выдохнул, то ли простонал упрямый маг.

– После чего?

– Все вернутся, увидят нас, запомнят, что мы были с ними. А с вечера или с утра очень скоро никому не будет важно.

– Игры. Детские игры в садике. Пока мама домой не позовет из окошка.

Реймар усмехнулся.

– Вот ты и выдала себя. Южанка, как есть. Здесь нет таких домов с садиками, как на твоей родине. Чтоб беднота с принцами крови под одними апельсиновыми деревьями играла. Северная гордость дикая здесь и ничего кроме. Не для таких, как мы с тобой.

Тиана фыркнула.

– Все равно твой план наивен. Ерунда какая-то. Якобы страшная сказочка с якобы важными делами и древними тайнами. А на деле – суета и бессмысленная возня. Ах, да и еще мистические ритуалы и зловещие артефакты. Запугивать наивную Эмери все это годится, но я постарше буду.

Маг неожиданно вскинулся, сел рывком, морщась от боли.

– Вот так, да? Так ты обо мне думаешь?

Тиана пожала плечами.

– Ну а что мне думать? Ты то бегаешь по ночам от патрулей, а они в тебя стреляют, как в канальную крысу. То намекаешь о каких-то секретных и опасных делах, из-за которых с тобой рядом и стоять опасно. А то появляешься в бархате и золоте среди самых видных вельмож Империи. Это выглядит бутафорией и театральным фарсом. Кто ты, Реймарэ? На самом деле?

– Ты умеешь задавать правильные вопросы, – оскалился маг.

– Не один год тренировалась, – хмыкнула Тиана. – Ну так все же?

– Честно? – серо-зеленые морские глаза были бездонны и честны, как линия горизонта перед неминуемой бурей.

– Да.

– А я и сам не знаю.

Тиана от неожиданности рассмеялась. Чуть громче, чем они разговаривали до того. Сонная Эмери подняла голову с колен, уткнувшись в которые сидела уже долго, и растерянно уставилась на подругу. Потом перевела взгляд на брата.

– А вы что? Вы давно знакомы, да? – спросила.

Реймарэ покачал головой и присоединился к Тианиному веселью. И почти сразу донеслись от лестницы звонкие голоса. Нира впорхнула в гостиную и замерла на пороге.

– А почему вы в темноте сидите? – спросила удивленно. – Спите что ли? И где Каомо?

Флейтист как раз действительно спал, нахально завладев кушеткой в кабинете и парой особо мягких пледов. И он, и Маруш были в этом доме частыми гостями со своими устоявшимися привычками. Никто не удивлялся, никто не мешал.

Нира метнулась по комнате, будто сразу заполнив все пространство алым шелком, ароматом дорогих духов и звоном браслетов. Передвинула кресла, достала из шкафчика и гордо выставила на стол бутылку вина, мимоходом отщипнула виноградинку с грозди из лежавших на большом серебряном блюде.

– Эмери, поставь, пожалуйста, бокалы для всех, – промурлыкала едва слышно. – Нет ничего лучше, чем золотое рудзейское ранним солнечным утром.

И величественным жестом раздвинула шторы. А потом запела. Чистый голос рассек тишину, будто удар адарской сабли. Свет щедро лился на стройную фигурку в алом, заставлял вспыхивать яростным золотом и волосы и светлую кожу Ниры, как никогда походившей на древнее божество. А ведь она пела не для людей, к которым не соизволила даже обернуться. Небу и ветру, солнцу и наступающему дню была обращена ее душа в эти мгновения. Быть может, оттого и выходило у нее так искренне и сильно всегда.

Тиана не заметила, как заслушавшись, вцепилась в плечо Реймара, комкая бархат камзола. Маг и подавно не обратил на нее никакого внимания. Он глаз не сводил с поющей. И, когда она все-таки повернулась, медленно, будто с трудом просыпаясь, Реймар подался вперед, явно собираясь вскочить, но не удержал равновесия. Тиана подхватила его уже привычным движением. Так и замерли в обнимку, стоя на коленях перед камином.

– Тааак, – протянула из-за спины Маруш, – они тут без нас явно не скучали. Нира, ты уверена, что в этом доме осталось вино? По-моему, его приговорили без нас.

Нира с ласковой улыбкой подала Реймару руку.

– Вина в этом доме хватит еще не на один год, – сказала, помогая магу подняться и дойти до ближайшего кресла.

Тиана демонстративно осталась сидеть на ковре, только передвинулась ближе к стене, чтобы было к чему прислониться. Эмери в комнате уже не было. Наверняка застыдилась своего внешнего вида. Это для дивной Ниры все вокруг всегда свои, всех надо любить и никто не подумает плохого. У обычных людей все совсем не так. Вон Финеллита уже поджимает губы, как они у нее в этой вечной гримасе не застыли еще. Хотя для Ниры или Маро у нее находились и другие выражения лица. Но, казалось, что только для них.

Тиана взяла протянутый Маруш бокал, пытаясь спрятаться за него от всех лишних взглядов. Удобный такой процесс: чуть прикрываешь глаза, загадочно смакуешь вино, смотришь на суету вокруг сквозь прозрачный хрусталь. Все кажется будто игрушечным, смешным и несерьезным. Можно спокойно любоваться на дурацкие выходки изрядно пьяного Маро, на рыжего лиса, Инквизитора и даже, почти спокойно, на прекрасную Ниру, присевшую на подлокотник Реймарова кресла. Проклятый маг заливался соловьем, забыв про все свои раны и ушибы. Вдохновенно вещал что-то про истинную женственность, чары настоящего огня души и прочий бред. Наверное, Нира к таким излияниям успела привыкнуть, а у Тианы они вызывали желание заткнуть ладонями уши.

– А он тебе нравится, да? – шепнула на ухо подсевшая рядом Маруш. – Не Красный герцог. А вот этот вот. Как я сразу не догадалась?

Сказала тихо-тихо и рассмеялась Тиане в лицо.

Тиана посмотрела в ее веселые глаза. Лукавые, блещущие озорством и незлой насмешкой.

– Тебе точно заняться нечем, – вздохнула вслух. – Мне все нравятся, даже ты. Нечего придавать этому дополнительный смысл.

Реймар обвил рукой тонкую талию склонившейся к нему Ниры, зашептал что-то ей на ухо. Пряди бледно-золотых волос переплелись с тёмно-русыми.

– О да, – хмыкнула Маруш. – Никакого, совершенно никакого смысла. А перекосило тебя от слишком кислого вина.

– Оно десертное, – возразила Тиана.

– И я о том же.

Маруш задумчиво потянула к себе Тианин бокал и сделала из него большой глоток.

Тихо, неспешно тек вокруг разговор, то становясь общим, то распадаясь на отдельные ручейки. Нира брала в нежные руки арфу, наигрывала простые светлые мелодии, как нельзя больше подходящие для этого утра. Демонов маг не сводил с нее восхищенных глаз. А Тиана смотрела на него и думала, что ему бы не перед девицами хвост топорщить отчаянно, а отлежаться где-то в тихом уголке. Но воздействие дивного голоса Ниры и вина похоже было сильнее любой усталости и боли.

– Сударыня, на Юге не осталось магов, – чудной голос Реймара звучал так убедительно, что сама мысль о том, чтобы усомниться в его словах казалось кощунственной. – Его светлость Фъямэ сол Ньэрэ позаботился. А он не тот человек, который позволяет себе повторять досадные промахи прошлого.

– А ты там был, да? – участливо спросила Нира, накрыв ладонью его руку в жесте ободрения и поддержки. Она всех так утешала. Всегда.

Сначала это казалось жестом особой близости, потом начинало раздражать. Вот как теперь. Впрочем, демонов маг (ага, из тех, которых на Юге совсем-совсем не осталось) долго эту сомнительную поддержку терпеть не стал – она же мешала размашистым жестам, которых требовала широкая южная душа.

– Так получилось, сударыня, что я один из тех, кто отвечает за эти демоновы земли. Перед богами и людьми. И когда начинаются по-настоящему суровые дни, важные события, волей-неволей приходится принимать в них самое деятельное участие.

– То, для которого надевают такую специальную рубашку из стальных колечек и шляпу, больше похожую на железный ночной горшок, – ядовито заметила Маруш. – А потом прыгают по городским стенам, потрясая ржавым дедовским оружием?

Шуточка была так себе, но Тиана неприлично громко расхохоталась. Видимо, нервное напряжение все-таки сказывалось.

– Не смешно, – веско процедила молчавшая почти все время Финеллита.

– Такая юная и такая злая, – ухмыльнулся Реймар. – Но в чем-то вы, конечно, правы, сударыня. И это мне делать тоже доводилось. И прыгать, и потрясать, и даже пускать в ход. А еще чаще велеть другим все это проделывать. Знаете, это не так просто отправлять людей на смерть. Собственной рукой убивать и то легче.

– Даже так? – восхитилась Маруш.

– Когда сам, там и безумие битвы, и злость, и ярость пьянят и отравляют кровь. Пыл, азарт, все вокруг несется стремительно. Либо ты, либо тебя. И от осознания того, что смерть так близко, вот прям в считанных ударах сердца, жизнь чувствуешь острее и ярче. Словно вкус к ней просыпается. А, когда приказываешь другим, то всего этого нет. Только тягучая тоска ожидания и груз ответственности на плечах.

– Прям поэт.

Маруш отсалютовала магу бокалом.

– Нет, – усмехнулся он. – Это не похоже на поэзию, отнюдь. Даже на то, что о войнах сочиняют рифмоплеты, даже это все неправда. Блеск, мишура, сопли и чуть-чуть фантазий. Хотя фантазия у них у всех ужасающе бедна. Если древние, опиравшиеся еще на собственный опыт, слагали свои кровожадные саги грубо, но от души, то нынешние… Переписывают друг у друга, иногда даже затасканных образов не меняя, вот и кочует вся эта ерунда из поэмы в роман, а оттуда в новомодный мелодраматический сонет. Мерзость.

Тиана покачала головой. Надо же, какие тонкие материи. А поначалу показалось, что он просто разбойник. Романтик клинка и перерезанных глоток, тоже еще.

– И многих ты убил? – поинтересовалась жадная до жестоких подробностей Маруш. – И как именно?

Тиана вздохнула.

– Десять? Двадцать? – бойкая девица откровенно насмехалась, не веря, что вот этот вот мирный, безобидный человек со картинной внешностью сказочного злодея, кого-то там в самом деле убивал.

А вот Тиана в этом ни на мгновение не усомнилась. Как же, герцог ди Вьеноцци, наследник старинного южного рода, союзник и чуть ли не побратим Фъямэ сол Ньэрэ. Убийца, заговорщик, предатель. Ему нужно только назвать свое имя и все вопросы отпадут сами собой. Но он, понятное дело, не стал. Тиана и Нира тоже предпочли молчать.

Зато не смолчал лис, которого Реймарэ назвал инквизитором, а Тиана, из вредности не запомнившая его имени, так и продолжила обозначать в мыслях.

– Тут нужен немного другой порядок цифр, – сказал он негромко, но веско, сразу притянув к себе внимание. – Погубленные этим господином души следует исчислять не десятками и, боюсь, что даже не сотнями.

– Их больше? – спросила Маруш.

– Намного, – пожал плечами Реймар. – Но не душ, нет. Души я не трогал, в их гибели винить можно кого угодно, хоть Трехликую Мать, но не меня. Мое людоедство ограничивалось бренной оболочкой, хрупкой, смертной, несовершенной. Ну или сотней-другой оболочек, ваша правда.

– Трехликую, как вы сказали? – рыжий вроде и пил, но хмелел медленно, в отличие от замученного мага, серо-зеленые глаза которого давно уже застилала дымка опьянения.

– Трехликую Мать. Богиню Перекрестков. Госпожу Ледяной луны. Ту, которую все еще чтят на Юге, строят ей храмы, и которую так боитесь вы все здесь. А ведь она учила людей…

«Замолчи!» – внутренне взвыла Тиана. «Дурацкий мальчишка!». Реймар то ли перехватил ее взгляд, то ли сам вдруг опомнился и улыбнулся:

– Это ведь южные сказки, сударь, не больше. Чего тут бояться? Почти как про огромного ржавого кита, который однажды приплывет и извергнет из брюха Истинного Короля Мира.

В прищуре рыжего графа веселости было мало.

– Или про Черный Корабль, – сказал он. – Тоже сказочка. Приплывет, мол, корабль последнего пирата южных морей с края океана, с полными трюмами чудес. Спустятся с его палубы юные боги и как начнут править людьми по-своему. И закончатся голод, нищета, болезни, неурожаи… Так?

– Так. Что же в этом дурного?

– А пока режь на алтарях рабов и неугодных во славу Трехликой. Режь, копи магическую силу и жди спасения.

В голосе Инквизитора яду хватило бы, чтоб отравить полстолицы самое малое.

Скулы Реймара вспыхнули лихорадочным румянцем, он хотел было что-то ответить. Но мягкая рука Ниры снова легла на его плечо.

– Друзья мои, я так устала, – печально вздохнула сладкоголосая фея. – Был очень насыщенный день, да и ночь удалась на славу. Я иду спать, я совсем без сил. Тиана проводит тех, кто собирается домой, и велит горничным приготовить постели всем, кто остается. Люблю вас очень.

Встала, изящно поклонившись и шаловливо помахав ручкой, и ушла так быстро, словно растаяла дымкой. Совершенно обескураженный взгляд Реймара еще долго прожигал дыру в бархатной портьере, за которой скрылась самая прекрасная женщина на свете.

Тиана решительно поднялась с ковра и приняла самый зловредный вид, на который была способна. Даже руки в бедра уперла.

– Нет, никто никого совершенно не выгоняет, – мрачно сказала она, – вы все здесь желанные гости. Так что можете продолжать пить вино и веселиться.

Последнее слово она процедила прямо в лисье неприятное лицо. А потом широко улыбнулась осуждающей такое поведение Финеллите. И с нагло-туповатым видом осталась стоять посреди комнаты, демонстрируя ошеломляющее гостеприимство, да.

Первым ушел рыжий граф с длинным нелепым именем. Церемонно распрощался со всеми дамами, не исключая и сидевшую на ковре Маруш, бросил странный взгляд на Реймарэ и удалился быстрым, мягким шагом. Потом величаво выплыла Финеллита, потребовав отправить вместе с ней лакея для сопровождения. Тиана с кривой усмешкой напомнила ей о стражниках на крыльце и предложила воспользоваться их услугами. Финеллита гордо задрала нос и подхватила под локоток как нельзя вовремя проснувшегося Маро, пьяного и желающего продолжения банкета. Тиана, не скрывая облегчения, самолично выпроводила их на улицу. О, конечно, высказав свою неизбывную печаль от расставания. Остальные гости за это время споро расползлись по гостевым комнатам сами, благо места хватало для всех. Тиана ухмыльнулась и поздравила себя с успехом. Все-таки иметь репутацию не очень умной злобной тетки иногда полезно. Потому что единственным, кто не побоялся связываться с ее плохим настроением и остался в комнате, был, разумеется, Ройм-Реймарэ.

– Ну и чего ты ждешь? – сварливо поинтересовалась она у него.

Демонов маг обезоруживающе улыбнулся.

– Я домой не пойду. Эмери здесь, да и…

– Что «да и»? – сурово спросила Тиана.

– Не только она.

Ну да. Еще прекрасная Нира и мерзкий ржавый артефакт.

– Мог бы просто пройти в комнату. Постели везде уже приготовили.

Реймар покачал головой. И ведь не должна была ему идти эта бесшабашная улыбка. Ведь весь облик его, мрачный, зловещий, был совсем про другое. Тиана стиснула кулак, вонзая ногти в собственную ладонь до острой боли. Этот демонов нахал был таким, таким неотразимым сейчас. Вот именно таким: усталым, измученным, изрядно пьяным… Или это сама Тиана успела поднабраться, не заметив? Иначе отчего ее глупые желания прикоснуться к волосам, взять за руку, вдруг стремительно ринулись дальше, перейдя все обычно допустимые ею границы близости?

– Давай помогу, – вздохнула она, подставляя плечо. – Надеюсь, самую ближайшую комнату никто не занял.

Реймар, ухватившись за Тианин локоть, поднялся. Второй рукой маг честно попытался ее обнять, но только зашипел от досады.

– Что? Не работает твоя магическая регенерация? – спросила Тиана, сама осторожно его обнимая.

– И не будет, – тихо ответил он, добавив пару откровенно не аристократических выражений. – Придется терпеть эту маету, пока само не позарастает.

Тиана внимательно посмотрела в раздраженное некрасивое лицо. «Трудно без магии, да? А мы так всю жизнь живем и не жалуемся».

– Само ничего не зарастает. Лечить нужно. Пойдем, у меня бальзам хороший есть и травок я нужных заварю. Все будет хорошо.

Он притянул ее поближе, так, чтобы почти касаться губами ее лба, горячим дыханием щекотать кожу при каждом слове.

– Будешь меня лечить? Как дракона?

– Как пса шелудивого, – пробормотала Тиана, чувствуя предательскую слабость и злясь на себя за нее.

Слабость за то, что сказать и сделать то, чего хочется, было никак нельзя.

Он поцеловал ее, совсем легко, чуть ниже линии роста волос. Едва ощутимо дотронулся, а лоб горел, словно на нем осталось клеймо.

– Только никаких ближайших комнат. Я хочу в ту, в которую необходимо подниматься по скрипучей деревянной лесенке. Там еще витражное окно и мягкие пледы, что пахнут лавандой.

Тиана уткнулась лицом ему в камзол и злобно выругалась. Бесхитростно, но от души.

Разумеется, она не стала сопротивляться. Да, понимала, что в доме полно народа, что уже белый день и любой может заметить, как ковыляет по лесенке нелепая парочка. Но демонов маг обладал воистину убойным обаянием сейчас. Колдовал что ли из последних оставшихся сил? Потому что мысль о том, чтобы кликнуть слуг, велеть сопроводить перебравшего гостя до комнаты даже в голову не пришла. С упорством, достойным лучшего применения, Тиана потащила братца Эмери к себе.

– А ты сильная, – со странным выражением пробормотал он, с каждым шагом все больше опираясь о ее плечо.

– Я – мастер над драконами, – Тиана и сама видела состояние спутника, добровольно подставляла спину, жалея, что нельзя его на нее попросту взвалить. – Должность обязывает.

На последние ступеньки она его буквально втащила и проволокла по коридору до двери. Прислонила к стене.

– Не падать, пока не позволю, – фыркнула.

– Грозная, – ухмыльнулся Реймарэ.

– А то.

Ключ нашелся быстро. Тиана запиралась не всегда, но сегодня у нее на подушках лежала магическая мерзость, видеть которую не должен был совсем-совсем никто. Реймара она толкнула на ту же постель.

– Это понимать как позволение? – спросил он, с наслаждением растягиваясь поверх покрывала.

Дрянь на подушках тикала по-прежнему, хотя брат и сестра Тасаре обещали, что скоро уймется. Тиана со вздохом заперла дверь изнутри, развела в камине огонь, завесила окно плотной шторой. Достала из ящика комода свои баночки и коробочки со снадобьями и, присев на край кровати, взялась за перевязку. Реймар опять сбросил морок и предстал во всей красе. Тиана завозилась с застежками камзола, запуталась, радуясь тому, что в комнате не настолько светло, чтобы видеть признаки смущения на ее смуглом лице. А была б белокожей, как Эмери и Нира, полыхала бы как тот маков цвет.

Реймарэ не сводил пристального взгляда с ее пальцев, порхавших сначала над пряжками, потом над бинтами. Словно изучал. Тиана терпеть такого не могла, когда смотрят. Нет, ее это никогда не сбивало. Должность обязывала быть спокойной и умелой в любой ситуации, рядом с любыми нанимателями. Просто никому не понравится, когда сомневаются под руку, а то, не дай боги, еще и советы глупые дают.

Когда она закончила и хотела подняться, пойти выбросить испачканные бинты, маг удержал ее за запястье. Даже притянул к себе.

Серо-зеленые морские глаза оказались близко-близко. Так же, как тепло кожи и чуть прерывистого дыхания, мягкость вьющихся волос…

Тиана даже головой затрясла, прогоняя наваждение. Он еле живой уже от своих приключений и возлияний! Что тут можно чувствовать кроме жалости и желания помочь, к такому-то?

Можно. Можно чувствовать. Жар тела, запах кожи, крови и вина. Еле заметную дрожь пальцев, постепенно отогревающихся в Тианиной руке.

– Такая тонкая, – тихо сказал он, проводя по запястью, по чуть выступающим венам, по загрубевшей ладони. – Как такими руками можно удержать дракона-то? Скажи мне, репейник.

Она засмеялась. Всего-то разговор о драконах! А она уже переволновалась, как пятнадцатилетняя юница!

– У меня стейвер есть. Полезнейшая, я тебе скажу, штука.

– Да у тебя и силенок есть. Мягко говоря, не девичьих. А ручки тонкие, как у принцессы. Будто ничего тяжелее иглы для шелка не держала. Как так?

Тиана фыркнула.

– Для стейвера хватает той силы, что у меня в плечах. Они, как видишь, даже для благородной дамы широковаты, не то, что для принцесс. А руки ловким должны быть. Быстрыми.

Реймар улыбнулся. Ему ловкости тоже было не занимать. Вроде медленно и незаметно, но чуткие пальцы перешли от кисти к предплечью и явно собирались пробраться выше, ощупывая и изучая хваленые мышцы. Кожа под рубашкой горела огнем, прикосновение тонкой ткани казалось невыносимо раздражающим.

Тиана отодвинулась.

– Почему ты сказал «потомки богов»? – спросила, кляня себя за сбившееся дыхание.

– «Потомки»? – нахмурился Ройм. – Какие потомки? Ты о чем?

– Ты сказал «потомки богов» – упрямо повторила Тиана. – Когда говорил про магию. Я не поняла ничего, но… Ты же не оговорился и не просто так ради красного словца. Это что-то значит. Это такая сказка?

– Сказка, – криво ухмыльнулся маг. – Такая же, как механическое сердце. Вроде и не бывает, а ты можешь протянуть руку и пощупать.

– Могу, – согласилась Тиана. – Но не хочу ни в коем разе.

– Тогда убери в какой-нибудь сундук. Есть же у тебя с платьями или шарфиками. Если на ткани, его меньше слышно.

– Да пусть здесь полежит, – отмахнулась Тиана. – Это же мне не нравится. А тебе вроде как наоборот.

– Верно. Но я не смогу хорошо выспаться, если ты будешь вздрагивать от омерзения под моими руками. Буду просыпаться, думать, что это я тебе так противен, а ты оправдываться. Нет уж, убирай сразу.

– Реймар, – покачала головой Тиана, – не дури. Я в кресле лягу.

– Это ты не дури. Посмотри на меня внимательнее. Для того, чтобы распускать руки, я не очень целый какой-то. Да и их у меня сейчас хорошо, если полторы. Я просто хочу спать рядом, слушая твое дыхание и вдыхая аромат твоих волос. Глупо и сентиментально, зато искренне. А, если тебя беспокоят приличия, то… не поздновато ли спохватилась? Я уже в твоей постели, к тому же не в первый раз.

Искренний, честный такой взгляд. Море ведь не только про шторма и бури. Оно еще и про покой. Про ласковый шелест волн, набегающих на песчаный пляж. Про нежное кружево пены, в которое можно запустить руки. Совершенно невозможно ведь сопротивляться.

Тиана взяла осторожно зловещий Роймов артефакт, продолжавший самозабвенно перегонять по желобкам кровь Эмери.

– Зачем он тебе?– спросила, не особо рассчитывая на ответ.

– Хочется, знаешь, прожить подольше, – туманно отозвался маг. – Это мой первый шаг в вечность.

Тиана фыркнула. Как всегда: пафосно, глубокомысленно и непонятно. Кто-то этому типу рассказал, что женщины любят таинственность что ли? И он напускает на себя загадочный вид, чтобы ее, Тиану, охмурить?

– Завернуть? – произнесла она вслух. – Или просто положить на что-то мягкое?

– Лучше и сверху какой-нибудь платочек набрось.

Тиана повиновалась, с трудом удержавшись от искушения распахнуть окно и зашвырнуть неприятный предмет в канал. Нет, положила всего-навсего в сундук, прикрыла теплыми вещами, захлопнула крышку и на всякий случай навесила замок, хотя обычно этим пренебрегала. Затолкала ногой бинты под кровать и с сомнением покосилась на прикрывшего глаза мага. Спит? Заснул так быстро? Алкоголя и потери крови для этого вроде было достаточно. Да и в прошлый раз он отмочил ей подобный номер. Несмотря на хваленую недевичью силу, поднять его, чтобы разобрать постель, было затруднительно. Но она хотя бы попыталась.

Реймарэ усмехнулся и обхватил ее за талию. Горячее большое тело рядом, опять ледяные отчего-то пальцы, скользнувшие под задравшуюся рубаху, разумеется, случайно.

– Я приподняться хочу. С твоей помощью, – шепнул, почти касаясь губами уха.

Тиана слегка отстранилась. Ровно настолько, чтобы аромат вина не кружил голову. Чтобы можно было медленно, внимательно рассматривать эти резкие, вызывающе некрасивые черты лица, ставшего таким притягательным лично для нее, Тианы.

– Тебе бы отдохнуть, – пробормотала она и провела кончиками пальцев по карикатурно сошедшимся на переносице бровям, потянулась, чтобы осторожно поцеловать шальные морские глаза, вспыхнувшие сейчас диким каким-то огнем.

Испугалась своего порыва и только мазнула губами по виску, отворачиваясь.

Реймарэ прерывисто вздохнул.

– Вставай, я покрывало стяну, – глухо сказала Тиана, не поднимая головы.

Он резко выдернул его сам, будто раздраженно.

– Ну чего ты? – спросил, пытаясь поймать ее взгляд. – Что-то не так?

«Все» – могла бы сказать Тиана. Но вместо этого все же вывернулась из волнующих объятий и змеей вползла под плед.

– Ложись. А то скоро наши буйные творческие друзья начнут просыпаться обратно и шуметь. Сюда ко мне не пойдут, конечно, но Эмери будет тебя искать, волноваться. Так что лучше бы нам успеть хоть немного выспаться и вернуть тебя к ним.

– А ты? – спросил маг, неловко укладываясь рядом с ней.

– Я сегодня свободна. Ее высочество Интанниа отпустила меня дней на пять, а других дел у меня не водится.

– Это хорошо.

Тиана честно старалась смотреть на собеседника спокойно и безмятежно. Получалось плохо, наверное. Потому что он придвинулся вплотную и бесцеремонно положил руку ей на бедро, притягивая к себе. Не то, чтобы это радовало, но строить из себя невинный бутон, падающий без чувств от слишком явных намеков на возможную близость, тоже было бы нелепо.

– Раны тебе тревожить не стоит, – напомнила она. – Прими уже какое-нибудь положение, чтоб меньше беспокоили, и будем спать. Я мало ворочаюсь в сне, так что буду самым мягким и удобным плюшевым дракончиком на свете. Могу даже сказку рассказать.

– У меня был плюшевый морской змей, – возразил Реймарэ. – И он не рассказывал сказок. Это я их нашептывал ему перед сном.

Тиана улыбнулась. Конечно змееныш, ведь Реймарэ рос на Юге. У одной маленькой девочки тоже был змееныш, нежно-лазурного цвета с палевыми крыльями и глазами цвета мертвой бирюзы.

– Здесь, в Империи, верят в многих богов. Многим же и поклоняются. Выбирай любого на собственный вкус, чествуй, приноси жертвы. Всех, кроме одной, да? Той, что еще зовут Трехликой. В нее тоже верят, но поклоняться ей запрещено так давно, что никто и не помнит толком, отчего. Запрет то и дело нарушают, кто по злому умыслу, кто просто от беспечности. Потому что, как можно всерьез опасаться чудища из мифа, буки, что завывает в каминной трубе? Это глупо и это смешно. Сказочки для детишечек. А на Юге… На Юге Ледяную Луну чтят так же, как и прочих. Ей строят храмы и режут пленников на перекрестках под ритуальные песни. Вернее, резали до прихода Фъямэ сол Ньэрэ. Этот от храмов Трехликой камня на камне не оставил, а всех, кто хоть раз замарал руки в кровь невинных, ради благосклонного взгляда Богини, показательно вздернул. И я ему в этом помогал. Потому что иначе висел бы одним из первых.

Тиана затаила дыхание. Сказка получалась страшноватой, но что-то подобное она про Реймара подозревала всегда. Как и про Красного герцога. Прекрасный как Звездный бог Астар вешал и рубил головы, не испытывая тени сомнений. Ведь на его стороне была правда, не так ли?

– А я не мог позволить себе сдохнуть так глупо, – Реймар улыбался, Тиана чувствовала это по голосу. – Потому что я один из последних. Причем со всех сторон. И по крови и по учению. Нас осталось так мало. Я, Астар, Нира, Агайла, Тайимар и… ты.

– Что? – Тиана, и так мало что понимавшая в путаных словах мага, совсем опешила.

– Я почти уверен, репейник. В тебе тоже есть капля этой крови. Такое невозможно не заметить.

Глава двенадцатая. Сквозь туман

Тиана замерзала.

Холод окутывал ее плотной пеленой тумана, поднявшегося над заливом, ветром пробирался под плащ, плескал соленой бездной под тонким дощатым дном. Страх выкручивал суставы и пронзал мышцы тягучей противной болью. Кроме взломанных льдов, между которых медленно проплывала Тианина лодчонка, в мире больше не осталось ничего.

Лед. Кровь. Ржавчина. Темная вода.

Губы трескались и дышать промозглым воздухом было тяжело.

Тиана стояла на носу лодки, мучительно вглядываясь в белесую дымку, пытаясь разогнать сумрак алым светочем, что держала в одеревеневших руках. Ярким и зловещим огнем металлического сердца, зажженного силой ее, Тианы, собственной крови.

Мир умер и над ним нависла ночь, свинцовая, бесконечная, неподъемной тяжести. Небо клонилось все ниже, всматриваясь в лицо своей последней жертвы огромными серебряными глазами…

– АИИИИИИИИИИИИИИИИИииииииииииии! – забилась, закричала Тиана, сбрасывая несвойственное ей оцепенение.

Выдернула из вен лапки-крючки ржавой механической гадины, кровопийцы треклятой. Рванула из-за пояса верную рукоять стейвера, раскрутила над головой, целясь ремнем с захватом прямо в луноподобный зрачок.

Попала.

Серебряное око разбилось, будто стеклянное. Брызнуло во все стороны осколками. Тиана воздела руки в отчаянном жесте: успеть, дотянуться, выцарапать нутро этой лживой гадине! И замерла в удивлении глядя на багровые кровавые полосы, толстой сетью окутывающие ее руки.

«Как же так?» – успела подумать, оседая на просмоленное дно.

А кровь все лилась и лилась из ее разорванных вен, липкой паутиной опутывая льды и воду, темную бездну внутри моря и внутри Тианиной души…

Она сама лед, кровь и ржавчина. Ей никогда не оттаять и не согреться.

– Тшшшшш, – бархатный невозможный голос ворвался в промозглый мрак, только поздно, слишком поздно, – тише, что ж ты так бьешься, будто я тебя уже режу?

Тиана безнадежно рванулась еще раз, но была сбита с ног ударом горячей, почти раскаленной ладони. Одежда ее вспыхнула мгновенно, рассыпалась на пепел и искры, а затем затлела, обугливаясь, кожа, вдруг ставшая похожей на тончайший бумажный лист. Тиана горела, и это было больно и прекрасно в то же время. Особенно, когда она распахнула пламенные крылья и…

…открыла глаза.

Реймар нависал над ней, тяжело опираясь на здоровую руку.

– Очнулась? – спросил встревожено.

Тиана проморгалась, потрясла головой и поняла, что таки да. Все это был всего лишь глупый сон, совершенно никак не отразившийся на самочувствии. Ничего не болело, ничего не отвалилось, даже руки не дрожали.

– Я кричала?

Голос тоже не подводил. Обошлось.

– Хрипела скорее.

Реймар рухнул обратно на подушки.

– А ты неисправимая лгунья, – заявил лукаво. – Заверила, что не ворочаешься и вся такая плюшевая, заманила, заползла в постель змеюкой, а сама шипишь и, наверное, кусаешься.

Тиана возмущенно уставилась на нахала.

– Это моя постель, – произнесла с нажимом. – И я тебя в нее не звала.

– Но и не сопротивлялась, – резонно заметил проклятый маг и без предупреждения поцеловал Тиану в полуоткрытый для возражений рот.

Комната поплыла и закачалась, готовая пойти рябью и растаять в любое мгновение. Кажется, вот только что было смертельно холодно? Нет, не могло такого происходить. Ведь Реймарэ полыхал чистым пламенем, золотым и яростным, шумным трескучим костром, обжигающим и согревающим. Опасным, но вместе с тем таким необходимым. Это он ее сжег во сне, как она сразу не догадалась?

Маг не касался ее руками, только целовал. Долго, мучительно долго, напористо и жадно, не давая ускользнуть, чтобы отдышаться.

Пульс бешено бился в висках и под губами, и под пальцами Тианы, ласкавшими выступающие ключицы…

– Ройм, подожди, – она нашла в себе силы отпрянуть. – Что… что ты делаешь? Зачем?

Это вот эти глаза недавно казались ей безмятежными, как море в штиль? Шторм в них клубился, древний, страшный, то и дело рассекаемый молниями.

– Ты же тоже этого хочешь, – прошептал хрипло, все-таки протягивая к Тиане руку, накручивая на кулак толстую косу, расплетая шелковистые пряди.

Тиана прижалась к стене и замерла, прислушиваясь к собственным желаниям.

– Хочу. Да, наверное, – сказала задумчиво. – Но не так.

– Почему?

Ну, вот что ему было ответить? Что любовник из него в таком-то состоянии выйдет весьма посредственный, если не сказать хуже? Что Тиана так давно не позволяла себе ну, ничего такого, что уже и забыла, как это делается? Так что и от нее чудес страсти ожидать не приходилось? Или же правду: что нет ничего хуже, чем сжимать в объятиях одну женщину, представляя на ее месте совсем другую?

– Ты обещал не распускать руки, – сказала Тиана наконец. – А я терпеть не могу, когда люди, которым я доверяю, не держат обещаний.

Маг окинул ее долгим изучающим взглядом. Может, мысли читал, может, просто пытался выровнять сбившееся совсем дыхание.

– Ты совершенно ненормальная, – сказал, наконец. – Иногда я тебя не понимаю.

– Иногда? – искренне рассмеялась Тиана.

– Очень часто, – ухмыльнулся Реймарэ. – И что теперь делать будем? Спать дальше?

Тиана пожала плечами.

– Можем и вставать. Что-нибудь выпить, поискать Эмери и отправить вас домой.

– Тебе так не терпится от меня избавиться?

Вот чего в этом голосе было больше? Обиды? Или насмешки?

– Вы заберете с собой свою ржавую дрянь, – честно призналась Тиана.

– Вот зря ты так, – укорил маг. – Эта штука может такие вещи, невероятные совершенно. Это наследие тех, кто знал и умел намного больше чем мы. Нужно только разобраться во всем. Есть архивы, есть тайники, есть люди, которые владеют ключами ко всему этому. Я на верном пути, репейник. Мне нужно еще совсем немного времени и я достигну цели.

Тиана провела кончиками пальцев по лицу Реймара, обрисовала резкую линию скул, острый подбородок… Мальчишка. Яростный, наивный, упрямый. И этот огонь ее манил, она не могла этого не сознавать. Именно потому, что сама давно постарела, разуверилась, остыла.

– И какая же твоя цель, Реймарэ? – спросила мягко. – Истинная цель?

Демонов маг улыбнулся лучезарно.

– Вернуть то, что у нас было отнято, разумеется.

Тиана нахмурилась.

– Ты про земли Вольных Герцогств Юга? Но ты же сам сдал их Фъямэ сол Ньэрэ? Добровольно?

– Не совсем, – поморщился Рэймар. – У меня не было другого выхода: или союз с Империей или смерть от яда сторонников Террузы. Я выбрал жизнь, я люблю ее, знаешь ли…

Конечно, Тиана знала. Она сама в свое время не колебалась ни мгновения. А ведь она была куда меньшим бойцом, чем этот пламенный упрямец.

– Но я не про все эти политические игрища. Это пустое. Это не сама цель, а средства ее достижения. Вехи на пути к сияющей вершине. Неужели ты, в самом деле, полагаешь, что меня занимает возможность еще разочек грязненько сыграть и выгадать кусок пожирнее? За кого ты меня принимаешь, позволь спросить? Это даже обидно.

– Ну извини, – Тиана пожала плечами. – Я простая пропахшая драконами тетка и не разбираюсь в высоких материях.

Реймар зарылся лицом в ее волосы.

– Мне нравится, как ты пахнешь, – заявил. – Хочешь сказать, что это от драконов? А что, очень даже может быть. Вот и ответ на вопрос, отчего меня так к тебе тянет, с самой первой встречи, когда я и понятия не имел, что ты подруга моей дражайшей сестренки. Ты пахнешь опасностью, драконами, огнем, а я люблю риск.

Тиана уткнулась носом в плечо мага, коснулась губами теплой кожи.

– А чем пахну я? – лукаво спросил этот нахал.

– Кровью, – честно ответила Тиана. А к чему врать?

– Верно, – отозвался Реймар ди Вьенноцо. – Ты знаешь, что меня называют Палачом Террузы?

– Нет.

– Но ты же слышала, что говорил про меня этот рыжий графчик?

– Да.

– И не боишься? Он не приврал ни капли.

– Никогда в тебе не сомневалась.

Реймар поймал Тиану за руку, поцеловал в загрубевшую от поводьев и рукоятки стейвера ладонь. Дрожь, охватившая при этом простом, не самом откровенном прикосновении, почти пугала. И если себя Тиана могла понять: одиночество, желание ярких эмоций, которых давно уже не случалось в ее устоявшейся жизни, черная дыра на месте сердца, неумолимая притягательность огненных натур, да и просто нехватка физической близости, что уж там…

Но зачем она сдалась Реймару? Просто как замена сладкоголосой Ниры?

Второй поцелуй был такой же внезапной атакой без предупреждения, как и первый. Похоже, что демонов маг все так делал, привык брать нахальством и неистовым напором. Что на войне, что в любви. Целовал, не давая опомниться, вывернуться, одуматься. Прикусывал губу, кажется, до крови. Выпивал дыхание и стон, сорвавшийся с уст Тианы, когда она почувствовала ладонь, сжавшую ее грудь. И ведь еще можно было бы отступить. Тиана не была нежной феей, не способной справиться с бушующим шквалом чувств. Одной из основ ее профессии было умение подчинять тело власти разума в любой ситуации. Но сейчас она решала сама и, выбирая сдаться внезапному порыву, делала это осознанно.

Реймар с треском рванул плотную ткань рубашки, стянул ставший огромным ворот до талии. Тиана вскинула руки ему на плечи, чтобы притянуть еще ближе, кожа к коже, бешено бьющееся сердце к другому, так же пустившемуся вскачь. Она уже не просто дрожала, ее колотило немилосердно.

Это и в самом деле было пламя, черное, беспощадное, не оставляющее после себя ничего кроме обугленных руин. Кровь, ржавчина и тьма, прогнать которую было необходимо даже ценой гибели всего вокруг. Лучше пожарище, чем вязкая ледяная мгла.

Реймар оторвался наконец от Тианиного рта, скользнул ниже, покрывая быстрыми поцелуями подбородок, шею, впадинку между ключиц. Тиана ахнула и закинула ногу ему на поясницу, с усилием вжимая в свое тело. В самом деле, почему нет? Она хотела его. Здесь, сейчас, наплевав на приличия и последствия. Даже то, что он был увлечен ее подругой, не отравляло ей кровь. Ведь ей ничего не было от него нужно. Совсем. Ни любви, ни понимания, ни даже доверия. Чистый яд страсти бежал сейчас по ее жилам. Впервые за много лет. С тех самых пор как…

В этот раз застонал маг. Глухо, тягуче, и такой же тянущей почти-болью отозвался низ живота, когда мягкие губы сомкнулись вокруг соска. Тиана впилась пальцами в плечи Реймара, с трудом сдерживая рвущийся с уст крик. Он поднял на нее глаза, сияющие, словно ставшие ярче от возбуждения.

– Нравится так? – спросил хрипло.

– Да, – всхлипнула-выдохнула Тиана. – Еще. Так.

Горячая ладонь скользнула под поясницу, заставляя выгибаться навстречу. Маг зубами рванул тесемки Тианиных штанов. Безуспешно. Она рассмеялась, запрокидывая голову. Реймар одной рукой обхватил оба ее запястья, поднял ее руки над головой, заставляя все тело вытянуться струной. Мазнул пушистыми кудрями по напряженной, ноющей груди.

«Ну же!» – безмолвно взмолилась Тиана, обхватывая его и второй ногой тоже, чувствуя его желание даже сквозь два слоя одежды.

Реймар запечатал ее смеющийся рот новым иссушающим поцелуем и стал двигаться в знакомом ритме. Том самом, в котором работало ржавое сердце-механизм. Отчего-то осознание этого взволновало Тиану чуть ли не больше, чем все происходящее. С громким стоном она подалась бедрами навстречу Реймару и острая судорога удовольствия пронзила ее тотчас же.

Комната вокруг качалась и плыла, стены становились туманом, потолок терялся в грозовых облаках. Реймар не прекращал двигаться, и с каждым его толчком сумрак вокруг пронзала ослепительная стрела молнии. Тиана металась и извивалась в железных объятиях, изнемогая от желания сбросить наконец проклятые тряпки. Мешавшие соединиться с этим огнем полностью, раствориться, сгореть в нем без остатка.

– Выпусти, – простонала Тиана, задыхаясь. – Я… сниму…

Реймар перекатился с ней по кровати, не размыкая объятий. Так, что теперь она оказалась сверху. Руки ее выпустил, вместо этого накрыв ладонями полные груди, потянулся к ним жарким жадным ртом. Узел завязок выскользнул из непослушных пальцев Тианы. Она забилась, пытаясь нагнать сумасшедшую волну нарастающего наслаждения, и внезапно взлетела на самую ее вершину, на сияющий пенный гребень, рассыпалась мириадами звездчатых искр. И когда, растворяясь в сверкающем небытие, Тиана услышала то ли стон, то ли выдох Реймара, она поспешила прижаться губами к его губам, чтобы разделить это мгновение на двоих.

А потом она рухнула с ослепительных небес на землю и замерла, не решаясь даже дышать. Потому что ей все-таки стало стыдно. Нет, не произошедшей только что вспышки страсти, совсем неприличествующей дамам ее не юных лет. Для неловкости, мигом обрубившей только-только прорезавшиеся крылья, был совсем иной повод.

Тиана отстранилась от все еще прижимавшего ее к себе мага. Села на край кровати. Неуклюже спустила ноги на пол. На Реймара она старалась не смотреть.

– Репейник, что-то не так? – маг коснулся ее сгорбленной спины. – Ты ведь сама хотела…

– Хотела, – криво усмехнулась Тиана и, резко поднявшись, подошла к окну.

Дернула разноцветную створку, впуская в комнату шум, гам, илистый запах канала Эль Рахна.

«Хотела. Имела право. А потому воспользовалась твоей слабостью, замешательством, опьянением. Заняла место, которое ты предназначал другой. Отожрала кусочек чужого пирога и сейчас собираюсь продолжать». Мысли Тианы были злы и беспощадны.

Она все-таки распутала эти треклятые завязки, штаны упали, сквозняк из окна дерзко облапал обнаженные ягодицы, пощекотал под коленками.

Реймар откинулся на подушки и не сводил с нее все того же яростно горящего взгляда.

– Распусти волосы, – сказал хрипло. – Совсем.

Тиана взяла со столика гребень и принялась расчесывать изрядно спутанные пряди недорасплетенных кос. Ей нравилось, как пристально Реймар наблюдал за ее нарочито медленными движениями. И самой смотреть на мага тоже очень нравилось. При первой встрече он показался ей некрасивым? Боги, какой вздор! Этот нахал был прекрасен весь. Разметавшиеся по подушке темно-русые кудри. Узкое, бледное сейчас лицо, носившее ту печать одухотворенности, что свойственна только избранным. Тем, на кого судьба уже обратила свой пристальный взор, но еще не решила казнить или миловать. Четко прорисованные брови, шторм морских глаз, острые скулы… Тиана в два шага преодолела разделявшее их пространство и, упав на кровать рядом, поцеловала в шею, туда, где бился пульс.

Как же давно всего этого не было в ее жизни!

– Как ты себя чувствуешь? – спросила.

Реймар рассмеялся.

– Честно? Побитым шелудивым псом, как ты и предсказывала. Но это не повод останавливаться.

– Уверен? – она взглянула ему в лицо и хищно улыбнулась. Так, как порой скалилась на своих драконов, призывая их к порядку.

– Абсолютно.

Она запустила пальцы в пушистые русые кудри и внимательно посмотрела на Реймара. Вот, в ее жизни теперь снова есть мужчина. Герцог, убийца, предатель и демонов маг. Любимый братик ее обожаемой Эмери и поклонник не менее дорогой Ниры. Фалько ди Тьеверра оценил бы шутку богов.

Тиана легко коснулась губами губ Реймара, чуть прихватывая нижнюю, и тут же отпрянула. Потому что в дверь, конечно же, постучали.

– Тина, открой. Нам необходимо поговорить.

Голос Ниры звучал необычно встревожено.

Тиана метнулась за своей одеждой. Реймарэ сполз под одеяло с головой, даже не пытаясь сдержать разочарованного вздоха. Отчего-то это было настолько приятно, что полностью искупало необходимость прерваться на самом интересном месте. Все женщины ревнивые и тщеславные змеищи потому что.

Нира ворвалась в комнату, стоило Тиане провернуть ключ в замке. Златоволосая фея уже была полностью одета и гладко, волосок к волоску, причесана. Тиана знала, что подруга так убирает волосы только, если вовсе не заботится о впечатлении, производимом на окружающих.

– Тина! – заламывая тонкие руки, воскликнула она. – В городе неспокойно, а Маро пропал!

Тиана озадаченно потрясла головой. Какие еще беспорядки? Вчера еще все нормально было, народные гулянья, все вот это вот…

– Он же вроде с Финеллитой уходил, – сказала она вслух.

– Да, да, да! – Нира металась по комнате в сильном волнении. – Финни уже дома, а его нет нигде. Он проводил ее до двери, а сам куда-то отправился «догуливать».

Тиана не стала спрашивать, каким образом Нире известно все это. Наверняка побежала искать свое сокровище, едва проснувшись. Странно, что не настояла, чтобы он остался спать в ее доме. Хотя – скорее всего просто боялась выглядеть навязчивой. Потому что огласка этих непростых отношений давно не могла ее страшить. Особенно в компании вроде вчерашней, когда кроме рыжего графа-инквизитора чужих не было вовсе.

– С ним что-то случилось! Я чувствую!

Боль в голосе прекрасной Ниры могла бы растрогать даже камень. Тиана чувствовала себя законченной злодейкой, только от того, что не бежала стремглав спасать красавца Маро из лап неведомых лиходеев.

Сейчас не бежала. А ведь еще пару лет назад бросилась бы на выручку, оставив любые дела. Люди ко всему, знаете ли, привыкают.

А вот у Реймара ди Вьенноцо Тианиного равнодушия к подобным чарам еще не отросло. Маг подскочил с кровати, будто ужаленный. И так, как был, в одних штанах, с уже начавшими пропитываться кровью повязками поперек голого торса, бухнулся перед Нирой на одно колено.

– Сударыня, чем я могу помочь вам в вашем горе? Я весь ваш, без остатка! – бархатный голос очаровывал, несмотря на весь идиотский пафос слов.

Тиана скривилась.

– В вашем состоянии беготня по притонам Нижнего Города не самое лучшее занятие, – сказала она мрачно. – Это я как целитель сейчас заявляю. И, если вы меня ослушаетесь, не ручаюсь за ваше выздоровление.

Маг упрямо тряхнул кудрями и явно собирался что-то возражать, но Нира успела первой. Округлила недоуменно глаза, переводя взгляд с Реймара на Тиану и обратно.

– А вы что? Вы здесь вместе? – спросила обескуражено.

Тиана улыбнулась как можно шире.

– Да, сценка со стороны умилительная, – кивнула. – Но я просто выполнила просьбу Эмери и оказала ее брату кое-какую срочную помощь.

Нира пристально взглянула на перетянутую бинтами широченную грудь мага. Нахмурилась.

– Что. У вас. Происходит.

Сказала резко, отрывисто, будто не ответа ждала, а гвоздями к позорному столбу прибивала.

Тиана перехватила обеспокоенный взгляд Реймара.

– Ничего особенного, – пожала плечами. – Мелкие неприятности. Но, ты же понимаешь, что знать об этом никто не должен?

– Понимаю, – медленно произнесла Нира. – Кажется, теперь понимаю.

Села в ближайшее кресло, застеленное Тианиной шалью, стала в задумчивости терзать пушистые кисточки бахромы.

– Тина, ты, конечно, имеешь право на какие угодно собственные тайны, но… Ты ввязалась в какую-то опасную игру? Вы оба ввязались?

Тиана со смешком отошла к окну, глядя на все еще коленопреклоненного мага. Реймар, видимо, тоже осознал нелепость принятой позы и поднялся на ноги.

– Сударыня, Тиана совершенно не причем, – заверил горячо. – Да, у меня есть кое-какие дела, не подлежащие огласке. Да, ваша подруга уже не в первый раз меня выручила, но сама она чиста и невинна, как служительница Тахкары. Можете мне верить.

– Тахкары? – нервно воскликнула Нира. – Так ведь именно из-за ее служителей все и творится!

– Что ты хочешь сказать? – недоуменно нахмурилась Тиана. – Что творится-то?

– Беспорядки в городе, – Нира выглядела совершенно потерянной и несчастной. – Все началось с празднества, оттого стража не сразу сообразила, что всеобщее веселье сменили совсем другие настроения. В конце концов, наши бравые охранители тоже люди и тоже любят расслабиться. Вот только зря они сделали это именно сейчас. Ночью ограбили Храм-Сердце. Настоятельница обвиняет правящую семью в ужасных вещах. В заговоре против Тахкары, в оскорблении истинной веры, в попустительстве еретикам и чуть ли не в открытом почитании Трехликой. Все это звучит, как бред, и тем не менее это все чистая правда. Усилены патрули, все знатные дома ощетинились копьями собственных охранителей, по улицам снуют только оборванцы, которых хлебом не корми, дай поучаствовать в каком-либо безобразии. И шествия.

– Какие еще, к демонам морским, шествия? – вопросил маг, слушавший женщину своей мечты напряженно, все больше мрачнея лицом.

– Религиозные, – вздохнула Нира. – Со знаменами, музыкальными инструментами и изображениями богов на всех поверхностях. Такого не было со времен первой войны с Вольными герцогствами. Идут служители, но присоединяется к ним городское отребье. Это и в самом деле может быть опасно, а Маро… Маро где-то там.

Тиана вздохнула. Ей очень хотелось сказать дивной Нире, что ее возлюбленный наверняка чувствует себя среди этого «отребья» распрекрасно и радостно упивается возможностью помахать длинным языком, а потом еще подраться на почти законных основаниях. То есть – по уважительной причине. Но разумеется, Нире говорить ничего подобного было нельзя.

Реймар тяжело опустился на край кровати. Лицо его, и до того бледное, стало почти снеговым сейчас. Странное выражение, застывшее на нем, почти пугало. Тиане мучительно хотелось подойти, положить руку на плечи, разделить неведомую тяжесть. Затылком она чувствовала мерный ритм кровавого артефакта в сундуке. И то, что, на самом деле, ничего не было слышно, не помогало. Тиана чувствовала это биение всем телом, всем существом.

– Что же делать? – в отчаянии шептала Нира.

– Эмери спала здесь, в доме? – глухо спросил маг.

– Да. И Маруш, и Каомо. И еще Лиу и Вейсем.

– Возьмите Меаду и отправляйтесь на поиски. С драконом вы будете в безопасности, – резонно сказал Реймар. – А до нашего дома попробуйте добраться по воде, там, по крайней мере, не должно будет встретиться никаких шествий. Если проделать путь быстро, все получится.

Нира задумалась на мгновение.

– Да, вы, конечно, правы, – произнесла совсем другим тоном, весьма далеким от недавнего дрожащего голоска. – Это лучший выход из всех. Вы отправитесь со мной?

– Зачем? – искренне удивился Реймар.

– Куда ему? – проворчала Тиана. – Пусть отлежится уже. Да и…

– В городе ему лучше не появляться, я понимаю, – быстро согласилась Нира. – Просто я подумала, что, раз мы все равно отправляемся в особняк Тасаре… Но Тиана права. Реймар, оставайтесь лучше здесь. Для друзей мой дом всегда открыт, так что никого даже не удивит ваше присутствие. Я и Маруш с Каомо оставлю. И Лиу.

– А Вейсем?

– Ты же знаешь, у него служба. Думаю, что он уже ушел.

Тиана вздохнула с облегчением. Флейтисту с сестрой она доверяла, тихая Лиу не внушала ей особого опасения, а вот к сладкоречивому женолюбцу Вейсему питать теплых чувств упорно не выходило. Как бы Нира не настаивала на замечательных свойствах его характера, Тиана продолжала не любить этого галантного кавалера.

Реймар развел руками.

– Мой лекарь предписывает мне покой, – произнес с улыбкой. – Впрочем, если дивная Нира пожелает…

– Нет, нет, конечно, отдыхайте, – отмахнулась Нира. – Мы с Эмери справимся сами. Так мы даже будем вызывать меньше подозрений. Две хрупкие девы в сопровождении слуг. Если только Тиана не решит отправится с нами. Тогда дев будет три. Что скажешь, Ти?

Она вопросительно посмотрела на подругу. Та покачала головой.

– Вы справитесь. Я в вас верю.

– Что же, тогда не буду медлить.

Нира решительно встала с кресла и вышла за дверь.

Реймар посмотрел на Тиану.

– Почему ты не пошла с ней?

– Не захотела.

– А ты не так добра, мягка и уступчива, как может показаться на первый взгляд.

– Я вообще не добра, не мягка и не уступчива, – оскалилась Тиана. – К тому же, что бы там ни сотворилось в городе со вчерашнего вечера, я полагаю, что такой, как госпожа сол Гразза ничего страшного на его улицах покамест не угрожает. Да и ваш дом не так уж далеко. Доберутся, возьмут Меаду и будут искать своего потерянца, сколько им там вздумается.

– Не любишь его, я правильно понял?

Тиана пожала плечами.

– Да нет. Ничего такого. Просто не вижу особых причин за него беспокоиться.

– А за меня?

Тон был шутливый, но взгляд оставался все таким же встревоженным и почти обреченным.

– За тебя – вижу.

– Вот как? И что во мне такого уж… нуждающегося в твоей опеке? Я выгляжу беспомощным и несамостоятельным?

«Дурацким ты выглядишь. Отчаянным и способным вляпаться в любую историю».

– Не знаю. Вроде как до сих пор ты как-то справлялся со своей жизнью без меня.

Реймар скривился.

– Именно, что как-то. Скажи, репейник, а если я все-таки попрошу твоей помощи? Не откажешь?

Он сидел на ее кровати, его раны были перевязаны ее руками, в ее сундуке гулко билась вещица из запрещенных, которую в ее дом притащил тоже он. Но он еще что-то там спрашивал!

– Вспомни нашу первую встречу.

Маг слабо улыбнулся.

– Ты удивительно танцуешь.

– Спасибо. Но я про то, как ты ввалился в мою купальню, разбив окно.

– Это была не первая. Вторая.

– Не суть.

Маг задумался. Сомнения столь явно читались на его лице, что Тиана даже оскорбилась. Досчитала до десяти, взяла себя в руки, села рядом с ним на постель.

– Реймарэ, послушай. Ты совершенно не обязан мне доверять. Ты знаешь меня всего-то несколько дней. Ты правитель Южных герцогств и близкий друг Фъямэ сол Ньэрэ. А я всего лишь помятая жизнью драконятница, приживалка в доме прекрасной, как сон, Ниры сол Гразза. Ты ничего не знаешь обо мне, я о тебе. А поцелуи и все прочее, знаешь ли, не в счет. Никто не обязан чувствовать себя в безопасности, откровенничая с чужим человеком. Даже, если вас тянет друг к другу столь сильно, что вы давно послали к демонам условности.

– Прямо лекцию прочла, – усмехнулся маг. – Ты случайно не замаскированный профессор из университета?

– Нет. Я скорее странствующий философ, временно нашедший приют под этим гостеприимным кровом.

– Временно?

– Разумеется. Моя жизнь это моя работа. Когда завершится обучение Янчи, я уеду.

– Куда?

Серо-зеленые глаза казались осколками льда. Острыми, холодными, больно режущими душу. Тиана отвела взгляд.

– Ну, конечно, – невесело усмехнулся маг. – Никто никому ничего не обязан.

– Именно так, – упрямо повторила Тиана. – Поэтому ты можешь прямо сказать, что мне нужно сделать. Я пойду и сделаю, не буду задавать лишних вопросов.

– Как-то это не так звучит, – Реймар накрыл лежавшие на коленях руки Тианы ладонью. – Вроде как мы чужие друг другу. Вроде как я не обязан тебе доверять, и относиться как к близкому человеку, тоже не обязан. И ты ко мне тоже. И вдруг ты предлагаешь выполнить мою просьбу с завязанными глазами. Понятия не имея, что у меня за цели, каковы будут последствия твоего поступка…

– Да, – кивнула Тиана.

– Но это и есть доверие, неужели ты не понимаешь? Безоглядное и полное? Зачем тебе это?

Тиана осталась сидеть неподвижно, ничем не выдавая своих мыслей и того, как заметалась испуганной птицей ее душа.

Мальчик и девочка бежали по лавандовым полям Релла Гьяччио. Запах нагретых солнцем трав щекотал ноздри. Босые ноги кололи стебли цветов. Таких же лиловых, как демонов репейник. В том мире не было ни льдов, ни туманов. Никогда.

Глава тринадцатая. Пламя и ветер

– Что ты знаешь о богах, репейник?

Из спальни они перебрались в кабинет. Реймар занял удобное место в кресле, Тиана примостилась за столом, поставила локти на его полированную поверхность, положила подбородок на сцепленные пальцы. Поза внимания и в то же время предельной закрытости.

– То же что и все вокруг, – сказала она, не понимая, куда клонит ее собеседник.

– Здесь? Или на Юге?

– Обе версии. Так что можешь не трудится мне их пересказывать.

– Да там и пересказывать особо нечего.

Маг задумчиво пригубил лимонный напиток из высокого бокала тонкого стекла. Все вещи в доме Ниры отличались изысканной красотой, как и она сама. Тиана часто чувствовала себя неуместной среди этого всего.

– В сущности, и здесь, и на Юге верят в одно и то же. Различается только отношение к этим событиям. Имперцы полагают Ледяную Мать чудовищем, жаждущим людской крови в непомерных количествах.

– А разве это не так? – грустно сказала Тиана. – Ты и сам знаешь, что Трехликой приносят человеческие жертвы на перекрестках. Разве во владениях Террузы так не поступали?

– Терруза был фанатиком. Как многие. Он полагал, что утерянную благосклонность богини-покровительницы можно заслужить, если утопить герцогство в крови, льющейся с жертвенников. А это так не работает.

– Ты поэтому его убил?

– Нет.

– А почему?

– Чтобы он не убил меня.

Золотые лучи солнца наискосок падали из широкого окна, острыми клинками рассекая комнату на две неравные части. В одной стоял массивный стол и стеллажи с книгами. В другой были инструменты Ниры на специальных подставках.

– Он же был твоим приемным отцом. Он сделал тебя своим наследником. Зачем ему желать твоей смерти или тем более самому убивать тебя?

– Отцом? – Реймар рассмеялся. – Это тебе кто рассказал?

– Эмери, конечно.

– Милая Эмери, – улыбка на лице мага была нежной и печальной одновременно. – Конечно, мне не хотелось ее волновать попусту. Писал ей письма о том, как хорошо меня принимают. А она и верила. Но, на самом деле, я был заложником. Нет, даже хуже… Я был выкупом за нанесенное правящему роду Террузы оскорбление. Почти рабом.

– Как же ты стал тем, кто ты сейчас? – напрямик спросила Тиана.

– Это долгая история. Когда-нибудь я тебе ее расскажу. Важнее не это. Кроме принятой в Вольных герцогствах религии, в тех краях есть и другое. Их называют остатками древних культов, но я бы сказал, что это скорее осколки старого знания. Не вера, а наука. Мне повезло встретить одного человека. Из посвященных. И еще раз повезло произвести на него достойное впечатление. Настолько, что он поделился со мной своими секретами.

Он говорил задумчиво и почти мечтательно. Видимо, верил в то, что говорил, горячо и истово.

Тиана так верить уже попросту не умела.

– Что же такого он тебе рассказал? Чему научил?

– Всему, что я умею. Что-то ты уже видела, но это далеко не предел моих возможностей. Первое время я так упивался магическими экспериментами, что чуть не упустил главное…

Тиана вопросительно подняла одну бровь.

– Правду о людях и богах. О том, что на самом деле случилось в глубине веков. Он поведал мне тайны не волшебных фокусов, а самой сути происходящего.

– Разве это так уж важно?

– Это решает все.

– И что же такого ты узнал?

– Боги ничем не отличаются от нас с тобой. Они не стихии мира, не высшие силы, не существа другого порядка. Отнюдь.

Тиана расхохоталась. Наверное, это прозвучало обидно, потому что Реймар окинул ее очень злым взглядом.

– Не веришь?

– Нет.

– А зря. В тебе тоже течет эта кровь, я почти уверен, и уже говорил тебе об этом. Я не знаю, какой именно у тебя дар, но, быть может, ты мне скажешь сама?

– Я – мастер над драконами, – пожала плечами Тиана. – Никаких других талантов у меня нет и никогда не было.

– Может быть, и так, – легко согласился Реймар. – Умение понимать живых существ тоже необычная способность. Хотя, как я слышал, этому можно научиться.

– Конечно, можно. Я этому и учу, если разобраться. Не дрессирую драконов, как многие думают, а объясняю хозяевам, как с ними ладить.

– Но почти никто из твоих учеников не достиг твоего уровня? – проницательно поинтересовался маг.

Угадал. Почти никто. Да и среди ее знакомых было очень мало людей, способных чувствовать себя в небе своим, чувствовать дракона. Разве что…

– Астар Фъямэ сол Ньэрэ, – сказала она. – Я не учила его, конечно же. Но я с ним летала однажды. Он даже лучше меня.

– Охотно верю, – согласился Реймар. – И это только подтверждает все, что я знаю. Императорский род самый древний, божественной крови в их жилах больше, чем у других.

– Какое это имеет значение? Ты ведь сказал, что боги ничем не отличаются от нас.

– Верно. Потому и не отличаются, что мы их потомки и наследники. Вся знать Империи, Вольных герцогств и даже Ледяного Острова произошла от тех, кого мы сейчас зовем богами. Они точно так же жили на земле, имели такие же тела из плоти и крови, ели, пили, рожали детей.

– Кем же они были? И куда делись потом?

– Куда делись – этого я не знаю пока. Может быть, умерли. Может, оставили эти земли. Они ведь жили здесь очень давно. И пусть срок их жизней и близко не равнялся тому, что мы имеем сейчас, вечными они, кажется, все же не были. Просто очень могущественным народом. Они обладали магией, и их дети от обычных смертных наследовали этот дар, пусть и не в полной мере.

– То есть, ты считаешь, что Тахкара, Трехликая, Звездный бог и Повелитель Огня были не воплощениями стихий, а просто способными колдунами? – Тиана фыркнула скептически.

– Именно. Сверхспособными. Умеющими вещи, которые нам даже и не снились. Они могли зажигать небесные светила, воздвигать горы, лечить смертельные болезни, воскрешать мертвых. Ты не представляешь, какие сохранились архивы во всех этих якобы храмах. Служители сидят на этих сокровищах и даже не пытаются изучить, разобраться. Проще запрещать, конечно, и бить поклоны перед алтарями. Только ведь это бессмысленно! Богов нет, а, значит, никто этих молений никогда не услышит. Хоть весь лоб расшиби.

Горящий взгляд, злой и в то же время мечтательно-одухотворенный. Вот как у него так получается?

– Ну, допустим, ты прав, – сказала Тиана. – Допустим, все действительно устроено именно так. Но что теперь делать с подобным знанием?

– Собрать все его крупицы воедино и использовать, разумеется, – уверенно ответил Реймар.

– Как именно? Зажигать светила? Лечить умирающих? Зачем тебе все это, Реймарэ ди Вьенноцо? Чего ты добиваешься в итоге, когда нарушаешь клятвы и грабишь храмы по ночам? Чего ты хочешь?

Демонов маг лучезарно улыбнулся.

– Я? Стать богом, конечно. И у меня обязательно получится.

***

Беспорядки прокатились по столице бурной, но недолгой волной. Где-то разгромили пару лавок, какого-то вельможу уронили в канал, кто-то под шумок обстряпал темные делишки и свел старые счеты с соседями. Но, в целом, обошлось. Это не могло не радовать, рассудительная Финеллита не уставала напоминать об этом пестрому творческому обществу. Ведь и при бунтах черни, и при сложных политических играх знати, музыканты, актеры и подобные им всегда оказываются виноватыми прежде других. За свой необычный, беспорядочный и свободный образ жизни, за яркость и инакость взглядов ненавидеть как будто бы проще. Словно это снимает избыточное чувство вины: эти люди не такие, как добропорядочный ты, их не нужно жалеть.

Брат и сестра Тасаре перебрались в собственный дом, а вот Каомо с Маруш задержались. Нира и Тиана попросту не сумели их отпустить так скоро. Каомо с удовольствием закопался в Нирину обширную библиотеку и только по вечерам играл девушкам на флейте. Они с Нирой давали какие-то концерты, но приглашений стало ощутимо меньше. Маруш вовсе за две недели никуда не позвали. Что-то назревало, то ли отголоски не так давно завершившейся войны, то ли что-то совсем новое и неожиданное.

Нира Тиане не нравилась в эти дни. Златоволосая фея осунулась, стала молчаливой и скрытной. Отговаривалась головной болью, делами, усталостью. Маро приходил чуть ли не каждый день, оставался ночевать, но после его визитов все как будто бы становилось только хуже. Тиана не раз намекала подруге, что не мешало бы поговорить по душам, но та только отмахивалась. Тиана не решалась настаивать. Пока что.

Реймар не появлялся. Эмери заходила несколько раз, рассказывала о своих тревогах и подозрениях. Иногда они с Меадой отвозили Тиану в Башню Принцессы.

Интанньиа тоже изменилась. Избалованную, но умненькую девочку сменило испуганное, резко повзролевшее существо, явно мечущееся в поисках какого-то важного для себя решения. На строптивую Янчу это отчего-то действовало угнетающе, и вместо того, чтобы показать норов потерявшей хватку хозяйке, драконица вела себя на удивление примерно. Тиана не могла нарадоваться ее быстрым успехам. Все ошибки в небе происходили исключительно по вине принцессы, раздраженной и невнимательной. Говорить с ее высочеством об этом было совершенно бесполезно. Тиана попробовала несколько раз и отступилась. Интаннье явно было не до того. Она приходила на занятия одетая кое-как. Нет, все было дорого, красиво и даже идеально подобранно, вот только… Вот только для полетов, как правило, не очень годилось. А ведь в начале знакомства принцесса показалась Тиане тем человеком, который точно знает, как следует одеваться для полетов. Теперь же создавалось ощущение, что наряд ее высочеству подбирает совсем не сведущая в вопросе дуэнья, а Интанниа просто бездумно надевает предложенное.

В этот раз она явилась в расшитом золотой нитью кремовом платье с длинным шлейфом и сверкающих россыпью хрустальных пряжек туфельках, хорошо хоть без каблуков. Никакой шапочки не было в помине, волосы свободно струились по плечам искусно завитыми локонами, лишь слегка прихваченные драгоценными гребнями у висков.

– Ваше высочество, – строго, почти как драконам, сказала Тиана. – Это совсем уже не годится. Я не поднимусь с вами в небо, пока вы в таком виде.

Принцесса смотрела взглядом безучастным и непонимающим.

– Ваше высочество, я настаиваю, – повторила Тиана. – Если вы не в духе, может быть, я сама прогуляюсь с Янчей, а вы отдохнете?

– Нет. Это мой дракон, – отрезала Интанниа, высоко вздернув носик. – Летать на нем должна я.

– Тогда, может быть, вы переоденетесь?

Принцесса скривилась.

– А зачем?

– Чтобы вам было удобнее.

– Это кого-то интересует? Мое удобство? – девушка говорила шепотом, но Тиане показалось, что в голосе ее звенела ярость.

Она присмотрелась: так и есть, в глазах принцессы стояли слезы.

– Вам не стоит летать в таком состоянии, – твердо заявила Тиана.

Принцесса ожидаемо топнула ножкой.

– Это мне решать, разве нет? Это мой дракон, это мое состояние, и это мое дело!

– А это моя работа, – непреклонно ответила Тиана. – И я не собираюсь терять ее из-за капризов взбалмошных малолеток. Не хватало еще, чтобы вы сверзились с дракона, а я осталась виноватой. Нет, вас мне жалко не будет, раз уж это «ваше дело». А вот Янчу, которую продадут в какой-нибудь южный зверинец как «особо опасную» и собственный великолепный, незапятнанный послужной список мне будет жаль вот просто до слез.

Интанниа попыталась что-то сказать, но задохнулась от возмущения. Да и безукоризненное воспитание требовало оставаться в рамках вежливости, какие бы ни обуревали чувства.

Тиана демонстративно закрыла рабочую сумку наглухо и вскинула ее на плечо.

Принцесса затравленно оглянулась по сторонам, даже рукой повела в воздухе в поисках опоры и неожиданно бегом бросилась к драконице.

«Вот демон!» – ахнула Тиана, сообразив, что эта девица собирается делать.

Отбросив сумку она попыталась удержать принцессу за подол платья, но та рванулась так сильно, что материя не выдержала. В руках у Тианы оказался только длинный шлейф. Ее высочество Интанниа взлетела в седло на спине Янчи и звонко выкрикнула:

– Тьиарра!

Янча черно-алым сполохом взмыла в перламутровые небеса, а Тиана со стоном вцепилась пальцами в собственные плечи.

Ну что? Что ей было теперь делать? С криками «Не летай, расшибешься!» бегать внизу, стаптывая клумбы? Звать на помощь? Можно подумать, кто-то и в самом деле способен помочь!

Тиана горько рассмеялась. Оставалось только уповать на Янчу, на то, что от высоты принцессе продует мозги, и она не наделает глупостей. А еще молиться всем богам, которых по утверждению одного нахального мага вовсе нет. Превосходно!

Янча кружила над Башней, закладывая рискованные виражи. Потом кувыркнулась в опасной близости от каменной стены. Совершила тройной переворот и поднялась еще выше.

Тиана мысленно воззвала к драконице. Шансов, что она ее услышит, было немного. Но если совсем ничего не делать, можно сойти с ума от беспокойства и досады.

Жаркий огонь драконьего духа Тиана ощущала даже на таком расстоянии. Попробовать было можно.

Она запела. Первую попавшуюся песню, на ходу переделывая мелодию и ритм, заставляя его повторяться, закольцовываться. Поднялась на носки, покачиваясь, будто змея на собственном хвосте. Загремела-защелкала пальцами. А потом понеслась в бешеном асатто, отбивая яростные дроби пятками.

Драконица замерла, спустилась пониже, явно присматриваясь.

Тиана старалась двигаться в противоположную сторону, от той, в которой кружила над площадкой Янча. Дробь, выпад, поворот, громкий гортанный выкрик. И снова быстрые мерные шаги. Выпад на правую ногу. Если удалось бы заставить драконицу развернуться и повторять! Если бы только… Тогда Тиана бы повела танец по плавно закручивающейся спирали и Янча спустилась бы на землю, сама того не заметив. Шаг, шаг, разворот. Снова выпад. Тиана спешила. Такие штуки требовали обычно много времени и предельной сосредоточенности, но сейчас стоило поторопиться. Ведь проблема была не в драконе, а в его всаднице. Интаннью таким способом заворожить точно не получится, а поводья все-таки в ее руках. В любое мгновение она опомнится и переломит ситуацию.

«Вот демон!» – взвыла Тиана.

И точно – принцесса, не желая смиряться, взвизгнула. Янча взревела, пыхнула пламенем, отряхиваясь от завладевшего ей наваждения. Громко и отчетливо прозвучали над головой Тианы слова мертвого языка темаров.

«Демон, демон!»

Янча ускользала стремительно.

Тиана плохо знала этот проклятый древний язык, но все же не могла не попытаться. Теперь она пела на нем. С чудовищными ошибками, путая слова и мысленно заменяя их ругательствами, которых постыдились бы грузчики в морском порту. Это все было не таким уж важным. Главное было успеть.

Янча опустилась еще ниже. Беспокойная, дерганная, она извергала пламя и рассыпала во все стороны искры.

Теперь могло получиться.

Тиана мгновенно прикинула расстояние до ближайшей опоры. Лучше всего подходила стена башни. Чуть меньше дерево на краю площадки. Что ж, пусть будет стена.

Разбежавшись, она оттолкнулась ногами от каменной кладки и прыгнула вверх.

Что и говорить, идея не блистала гениальностью.

Рука, выброшенная вперед в тщетной попытке схватить дракона за хвост, скользнула по твердой чешуе, обдирая кожу. Янча оглушительно зарычала. Интанниа снова приказала ей что-то, и Тиана рухнула вниз, даже не успев хоть как-то сгруппироваться.

– Вот демон! – раздался мужской голос.

Объятия, в которые она свалилась, оказались неожиданно надежными. Кто бы ее ни поймал, он стоял скалой, что не так уж легко, когда на тебя с небес падает такая ноша. Тиана подняла глаза и оказалась лицом к лицу с Фъямэ сол Ньэрэ.

Красный герцог опять был прекрасен, как сон. Безукоризненные черты строгого лица, темная ночь взгляда, звездные пряди волос, которые развевал поднимающийся ветер.

И надо быть неизвестно кем, чтобы думать, что нелепая особа, которую он держал на руках, вызывала у него хоть сколько-нибудь светлые чувства.

– Тиана, что происходит? – спросил Красный герцог.

– Ваша племянница сбежала от меня, – честно ответила Тиана.

И ведь понимала, что ее за такое по голове не погладят. Ее недосмотр, ее вина.

Герцог поднял глаза и проследил за быстро растворявшейся в утреннем небе черно-алой точкой.

– Ее надо вернуть, – сказал сухо. – Немедленно.

Тиана и сама это понимала. Только вот как?

Она неловко высвободилась из объятий самого невероятного мужчины Империи и соскользнула на твердую землю.

– Я пыталась.

По безупречному лицу промелькнуло грозовое облако.

– Я видел. Вы волшебно танцуете, Тиана. Словно не телом, а душой. Духом.

О да. Тиана скривилась. А потому ей нечего делать в опасной и сложной профессии, а лучше всего прямо сейчас отправляться вертеть юбкой по кабакам. Авось кто-то непритязательный и соблазнится на отцветающие прелести.

– Вы вместе с Вэррего? – спросила Тиана и с опозданием добавила: – Ваша светлость.

– В том-то и дело, что нет, – нахмурился герцог. – Иначе был бы уже в небе. Я верхом и приехал сюда именно для того, чтобы запретить Интаннье полеты.

– Что-то случилось?

– Да. Тиана, помните то нападение неведомых тварей, недалеко от моего замка?

– Конечно.

Такое, пожалуй, забудешь!

– Я тогда поднял в воздух всех, кого сумел найти. Мы нагнали эту стаю. Частично уничтожили, частично отловили. Пусть наши университетские друзья изучат. Потому что я сам таких существ не помню. А вы? Вы же должны разбираться, это же ваша работа?

Сказал спокойно, но Тиане, как всегда, почудилась скрытая насмешка.

– Я тоже.

– Я почему-то так и думал. Так вот ту стаю мы убрали. До единого птенца. Все либо мертвы, либо в клетках. Но нападения не прекратились. Их становилось все больше. Знаете, Тиана, здесь, в столице не так уж много драконов. Но в близлежащих землях они еще пользуются популярностью. И ни один не остался без внимания. Нет, никто пока не погиб, но… Но ситуация вышла из под контроля. Сегодня утром Император издал указ, запрещающий летать всем, кроме особого отряда охотников. Я ехал сюда именно для того, чтобы вас предупредить.

Предупредить. Лично. Фъямэ сол Ньэрэ. И вот как такое понимать? Хотя, он наверняка имел в виду не Тиану, а ее высочество Интанньу.

– А сейчас просите меня, мне нужно отдать распоряжения тем самым охотникам по поводу ее высочества. Думаю, что они ее быстро догонят. Главное, чтобы те твари не оказались быстрее.

Тиана кивнула.

Герцог легким и быстрым шагом скрылся за поворотом, Янча с принцессой давно растворились в небе. Что было делать самой Тиане? Идти домой? Вроде как нельзя, нужно было обязательно дождаться, чем все закончится. Укрыться в беседке и лакомиться лимонными щербетами? Глупо и скучно. Метаться по площадке, заламывая руки? Бессмысленно.

Тиана брела, не глядя перед собой, по дорожке. Теребила в пальцах кончик повязанного на голову платка.

Беспокойство за вздорную принцессу и ее нравную, но вставшую на путь исправления дракошу отпустило. Конечно, здесь теперь Астар Фъямэ сол Ньэрэ. Он все исправит, всех спасет. Почему бы и нет?

Большая часть деревьев в саду отцвела, только трепетали на ветру светлые свечи каштанов. Белые, как молоко. Кремовые, как сливки. Чуть розоватые, как драгоценный закатный турмалин. Нежно-лиловые, редкого адарского сорта. Тиана сняла башмаки и босиком по шелковистой траве подошла к ближайшему дереву. Обняла шероховатый толстенный ствол. Ветер шелестел в кронах деревьев, вроде и мерно, но совершенно не умиротворяюще. Ведь Тиана не могла не знать и не представлять, как неистово свистит он в вышине. Как бьет наотмашь будто плетью. Как пытается оглушить, сбросить, изувечить. Совсем будто нравный и неприрученный дракон.

– Тиана?

Она обернулась.

Красный герцог шел к ней по дорожке. Багрянец одежд делал его тоже сходным с пламенем.

– Не тревожьтесь, их обязательно найдут, – сказал он, протягивая руку.

Тиана обреченно вздохнула и уцепилась за локоть герцога. Жест жеманный, но отчего-то смущавший ее куда меньше, чем перспектива держаться за ручки. В последнем была какая-то избыточная интимность.

– Я думаю, что мы с вами можем тоже отправиться на поиски, – произнес герцог.

– Вэррего же остался в замке? – недоуменно переспросила Тиана. – Вы же не взяли его, да и императорский указ запрещает. Вы предлагает искать их пешком?

Астар Фъямэ сол Ньэрэ рассмеялся.

– Вы такого нелестного мнения о моих умственных способностях? Нет, Тиана, право, я знал, что не сильно вас впечатляю. Но не настолько же!

Наверное, лет пятнадцать назад Тиана бы смутилась и залилась краской по самые уши. А сейчас ничего так, плечами пожала и все.

– Вэррего в моем столичном доме. Мы мигом домчим туда и, если не будет вестей о принцессе, поднимемся в небо. Если же их уже найдут, я просто провожу вас домой. Вам так и так необходимо туда добраться, верно?

– Да, но…

Тиана не знала, что сказать. Герцог был ее нанимателем. Именно он платил за ее работу, с которой она в очередной раз справилась из рук вон плохо. Ему бы сердиться на нее положено. Ругать. Или обливать ледяным презрением. Или просто выставить вон без объяснений. А он ведет себя ну не как с равной, конечно, но как с человеком, достойным уважения. С мнением и удобством которого принято считаться.

Что ж, Тиана вовсе ничего не имела против. Только удивлялась.

– Вы же любите быструю езду? – с мягкой улыбкой говорил герцог, пока вел ее по аллее мимо клумб, беседок и изящных фонтанчиков. – Не возражайте, я все заметил еще в тот раз.

Тиана и не думала возражать. Та поездка ей запомнилась, даже несмотря на другие события насыщенного дня. Но сейчас у нее была другая проблема.

– Ваша светлость, постойте!

Герцог резко остановился.

– Да? Что-то не так?

– Мне нужно обуться, – сказала Тиана.

Герцог посмотрел на ее босые ноги, потом перевел взгляд на улыбающееся лицо.

– Я люблю ходить без обуви, – пояснила Тиана. – Ощущать кожей каждую травинку, каждый камешек. Простите.

Когда-то такая ситуация заставила бы ее смущаться. Чувствовать себя неотесанной простолюдинкой, замарашкой рядом с настоящими людьми. Но годы среди творческой братии закалили ее кожу не хуже драконова огня. Пусть те, кто загнал себя в стальные рамки условностей, сами чувствуют себя неловко.

– Я понимаю, – тихо сказал герцог. Видимо, просто не нашел что еще тут можно сказать.

Тиана быстро вернулась к тому месту, где оставила обувь. Надела и крепко затянула высокую шнуровку. Подумала, что надо бы уже переходить на летние туфли, или даже сандалии. Опять траты.

Догнала герцога. Тот окинул ее странным взглядом. Ну да, да, на ней потертая рабочая одежда, за плечом огромная сумка. Да и сама она, мягко говоря, не юная прелестница. Но вот Реймара ди Вьенноцо, лишь чуточку менее известного и родовитого, это соврешенно не смутило.

– Тиана, – сказал Астар Фъямэ сол Ньэрэ. – Можно я попрошу вас… Вы совершенно не обязаны этого делать, но если вам не сложно…

– Да?

– Снимите платок.

Тиана удивилась.

– Я понимаю, что вам так удобнее, но это просто маленькая личная просьба.

Прекрасное лицо оставалось бесстрастным. Вежливая безукоризненная маска.

Тиана сделала то, что он просил. Почему бы и нет, в самом деле? Да, в платке удобнее, и от драконьего дыхания он ее косы предохраняет. Но зато так голове легче дышится, и ветер может вольно гладить выбившиеся из прически пряди. Да, так тоже вполне ничего.

Двое грумов подвели лошадей. Тиана только ахнула от восхищения. Неужели ей вот настолько повезло, что она сейчас сядет верхом на подобного коня? Она-то думала, что снова будет колесница.

Красный герцог не дал ей времени на восторги. Взял и без лишних слов подсадил в седло.

– Вперед! – кивнул ободряюще.

Что ж об этом Тиану не нужно было долго упрашивать.

Глава четырнадцатая. Полет с препятствиями


Принцессу не нашли.

Драконы охотников сбились с крыльев, а гонцы с ног, докладывая стремительно менявшему местонахождение герцогу последние вести. На лицах всех, кроме самого Фъямэ сол Ньэрэ застыли выражения крайней обеспокоенности. Красный герцог, едва сойдя с коня, отправился в драконятню и собственноручно оседлал Вэррего. Тиана не отступала от него ни на шаг, опасаясь, что в суматохе он про нее попросту забудет. А ей совершенно не хотелось домой.

Красавец Вэррего Тиану узнал. Нет, не обрадовался, но и вести себя, как с незнакомкой не стал. Скользнул почти равнодушным взглядом, позволил осмотреть совсем уже зажившую рану, потрогать крылья. Его огонь горел ровно, сыто, спокойно.

– Скорее, Тиана, – бросил через плечо герцог, занимая свое место в седле.

Тиана нахмурилась. Второго седла не было. Вряд ли это стоило приписывать забывчивости.

– Ваша светлость, так будет неудобно, – прямо заявила она.

Он хмыкнул.

– Еще скажите «неприлично».

– Нет. Именно неудобно.

Тиана окинула задумчивым взглядом спину дракона. Нет, летать на таком без седла удовольствие слишком экстремальное.

Герцог быстро наклонился и рывком втащил ее себе на колени.

– Прошу простить мою настойчивость. В доме и в самом деле нет второго седла. Мне стоило подумать об этом у Интанньи, но… Я надеюсь, что вы меня поймете, Тиана.

Тиана вздохнула. Нет, понять его она не могла вот никак.

Вэррего быстро поднялся над землей и набрал головокружительную высоту. Все-таки он был невозможно прекрасен. На его фоне терялся даже блистательный герой вроде Фъямэ сол Ньэрэ. В конце концов, у того не было и быть не могло такого впечатляющего размаха крыльев!

Руки герцога крепко сжимали талию Тианы. Крепкие, сильные, надежные. Красивые. Тиана не могла не любоваться ими, когда они держали поводья. Тиана усмехнулась. Наверняка на ее талии тоже смотрелись неплохо. Она чуть откинулась назад и положила голову Астару на плечо.

Это снова было слишком волнительно. И если в прошлый раз можно было оправдывать себя неутоленным голодом тела, одиночеством, прочей бабьей дурью, то теперь с появлением в Тианиной жизни Реймара… Ведь должно же было пройти! Не прошло. Так же трепетало глупое сердце и срывалось дыхание. Приходилось напоминать себе о необходимости делать вдохи и выдохи, а не считать удары чужого сердца, оказавшегося так близко.

Все-таки он был слишком невозможным, невероятным, сказочным, этот Красный герцог, герой в сверкающих доспехах. Персонаж из многократно слышанных Тианой историй, а не живой человек. И то, что сейчас терзало ее ум, душу и даже немного тело, наверняка называлось трепетом перед громкой славой. Боги, как это было невыносимо стыдно!

Мощные крылья Вэррего рассекали воздух не со свистом, а почти с ревом. Если бы Красный герцог сразу явился на драконе, он нагнал бы Янчу в одно мгновение. Но ничего в этой жизни не бывает просто, верно? Они поднялись в перламутровое небо и здесь стало так же неприятно и муторно, как в недавнем сне. В том самом, из которого Тиану выдернул Реймарэ. Мысль о маге причиняла нет, не боль, но неудобство. Неприятное такое чувство собственной уязвимости.

Тиана закусила губу. Демонов маг испортил ей все. До встречи с ним она была уверена в себе, в собственном непреклонном разуме, взявшем под железный контроль тело и эмоции. Она и сейчас была в себе уверена. Стена, которую она возводила вокруг собственной души уже несколько лет, была по-прежнему прочна. Вот только нужна ли она была теперь? Был ли в ней хоть малейший смысл?

Снежно-белая прядь волос упала через плечо Тианы на грудь. Шелковистая, гладкая, будто нарисованная. Рука так и потянулась коснуться, проверить наощупь. Тиана мысленно зашипела на себя: допроверялась уже недавно.

– Смотрите, – шепнул герцог, практически касаясь губами ее уха.

И указал рукой, куда именно нужно было смотреть.

«Вот демон!»

Нет, это была не принцесса. Это были уже знакомые железноклювые тварюшки. Много, кажется, еще больше, чем в тот, первый раз,, когда Вэррего еле вырвался и чуть не потерял глаз.

– Надо уходить, – сказала Тиана.

– Надо, – зло отозвался Красный герцог. – Но если они уже встретились с Иньей? Если она где-то здесь, внизу, раненная?

Тиана заскрипела зубами. Их пока не заметили, стая кружила над чем-то не различимым внизу.

– Держите поводья, Тиана, – решительно велел герцог. – Я попробую застать их врасплох, буду стрелять. Если кто-либо из охотников поблизости, они нас заметят.

Ловко, уже отработанным жестом Фъямэ сол Ньэрэ стряхнул Тиану с колен и вскочил на шипастый драконий гребень. Вэррего чуть замедлился, взмахи крыльев стали медленными и плавными. Тиана чувствовала, как бьется сердце дракона, явно возбужденного предстоящей встречей. Тиана прислушалась. Нет, умница Вэррего не боялся. Он желал этой встречи,, видимо, рассчитывая поквитаться с недавними обидчиками. Тиана бы не возражала тоже быть хоть немного уверенной в успешном итоге этого поединка. В прошлый раз твари взяли верх как-то уж слишком легко.

Вэррего раскрыл пасть во всю ширь и вместе с чудовищным рыком извергнул столп огня. В это же самое мгновение герцог принялся палить из своих смертоносных трубок. Железноклювые бросились в атаку с визгом и клекотом. Они нападали со всех сторон, пытались кусать за крылья или просто сбить дракона на лету, навалившись массой. Вэррего крутился волчком, срезая вцеплявшиеся в него гроздья бестий навершием хвоста, жег их, щелкал клыками и изворачивался под совсем уж неимоверными углами.

Тиана пригибалась к его шее и всей душой желала, чтобы это безумие поскорее закончилось. Потому что она не могла ни защитить себя, ни хоть как-то участвовать в сражении на стороне сил добра и света. Демонов герцог! Зачем он только ее с собой взял? Чтоб под крыльями у Вэррего путалась?

Все, что она была в состоянии, это тихонько напевать мелодию, призванную не дать Вэррего слишком уж войти в раж битвы и потерять понимание ситуации. Тиана пела, прислонившись лицом к жесткой и горячей чешуе, и сильно сомневалась: так ли уж это ее вмешательство было необходимо? Вэррего ревел, герцог что-то кричал, а сама Тиана чувствовала себя несчастной и нелепой. В какой-то момент дракон совершил чересчур крутое сальто, Тиана удержалась в седле, но не успела увернуться от раззявленной ей навстречу мерзкой пасти. Тварь впилась в бедро, взорвавшееся такой болью,, что перехватило дыхание.

«Ах ты, дрянь!»

С трудом разжав почти онемевшую на поводьях правую руку Тиана резким движением выдернула из чехла на поясе нож и рубанула железноклювое существо по тонкой шее. Брызнула вонючая кровь, оперенная тушка отвалилась, но голова осталась висеть. Тиана скривилась, собираясь отцепить эту гадость, но тут ее взгляд привлекло нечто иное.

Внизу, прямо под ними неслась на ало-черной драконице прекрасная принцесса в платье из светлого шелка.

– Инья, назад! – прогремел голос герцога. – Немедленно!

Выражения лица принцессы с такого расстояния было не рассмотреть, но она вроде бы послушалась. А, быть может, умница Янча сделала правильный выбор самостоятельно, потому что развернулась и быстро скрылась в пелене облаков. Часть нападавшей стаи ринулась было за ней, но, повинуясь неведомому приказу, мгновенно вернулись, не дав своей жертве даже перевести дух. Их атаки стали даже более яростными и стремительными. Тиана покрепче сжала нож и даже более или менее успешно отразила несколько направленных конкретно на нее выпадов. А потом герцог вздернул ее на ноги рывком за воротник. И забросил себе за спину. Тиана с трудом удержалась на ногах, спасала только многолетняя выучка.

– Держись за меня! – приказал герцог. – Крепче.

На самом деле, в этом не было необходимости. Тиана умела балансировать на драконьей спине. Тем более, что продолжать битву уже не было необходимости. Можно было убираться прочь.

Она обхватила герцога за пояс, прижалась как можно крепче, уткнулась лицом между лопаток. Так она почти не мешала ему стрелять.

Вэррего двинулся вслед за Янчей, на ходу отплевываясь и уворачиваясь от надоедливых преследователей. Герцог не прекращал стрельбу и похоже, в отличие от арбалетов и обычных луков в его странных артефактах заряды попросту никогда не заканчивались. Удобно, да.

Ряды нападающих редели, окровавленные тушки сыпались вниз, вспыхивали огнем, разлетались обугленными гадкими клочьями. Тварей это не останавливало, а будто бы наоборот подзадоривало. Они не отставали и даже успевали цапнуть дракона за хвост. За верхнюю часть хвоста, не вооруженную стальным наконечником. Вэррего ревел и хлестал себя по бокам, иногда промахиваясь, но чаще срезая врагов гроздьями.

– Проклятие! – выдохнул сол Ньэрэ.

Тиана рискнула чуть приподнять голову и оглянуться.

С запада приближалась еще одна стая. Кажется, еще более многочисленная.

Герцог нащупал руки Тианы, вцепившиеся в его перевязь.

– Держи!

Тяжелый артефакт лег в ладонь. Неудобный, неприятный.

– Вот сюда жмешь, вот тут оттягиваешь, направляешь и пли! – пальцы Фъямэ сол Ньэрэ легли на Тианины, быстро проводя инструктаж. – И сильно из-за моей спины не высовывайся! И под удар не подходи!

Тиана не стала отговариваться неумением. Времени на пустое кокетство не было. Нажала, взвела, выстрелила. Хрипло каркнувшая тварь увернулась, но крыло спасти все равно не успела.

Герцог бросил на Тиану единственный взгляд и, сделав несколько быстрых шагов по драконьей спине, вынул из ножен меч. Стрелять второй рукой он при этом не переставал.

Герцог был быстр, очень быстр. Как там поют менестрели? «Смертельная пляска стали»? Тиана еще смеялась над этими приукрашающими действительность строками. Она ведь точно знала, что в битве и смерти нет ничего кроме крови, грязи и… и собственно, смерти.

Но теперь, когда полоса сверкающего металла оказалась в руках у Астара Фъямэ сол Ньэрэ… Теперь это было похоже. Резкие молниеносные движения, ореол снежно-звездных волос вокруг сосредоточенного прекрасного лица, почти божественного лика. Ни одна из тварей не успевала коснуться его. И Тианы тоже, хотя от мельтешения крыльев и хриплых вскриков с такой демонской близости уже становилось дурно. Тиана стреляла, сцепив зубы, кажется, даже прокусив губу от усердия. Иногда попадала, иногда нет. Без герцога она бы погибла мгновенно.

Умница Вэррего снижался, даже без всяких приказов. Вот только получалось это у него не так уж быстро.

– Тиана, берегитесь!

Герцог ударил ее под коленки, заставляя упасть. Меч просвистел над головой, а горячая кровь тварей хлынула на сгорбленную спину. Еще пара существ вылетела сбоку, метила явно в герцога, но по пути пыталась достать и Тиану тоже. Она пальнула в железные пасти и отшатнулась от обдавшего ее жара.

«Почему они нападают не на дракона?» – мелькнула в мозгу шальная мысль.

Твари будто услышали и еще две вцепились в бок Вэррего. Тиана сбила и их тоже. Это не очень-то помогло. Врагов как будто не становилось меньше. Они гибли, но даже и не думали отступать. Совсем не похоже на поведение любых живых существ, известных Тиане. Кроме человека.

– Астар! – закричала она. – Их кто-то направляет!

Будто это было так уж важно сейчас!

Герцог остервенело рубился, Вэррего рычал, сама Тиана уже не чувствовала пальцев, сжимавших магический артефакт.

Клекот, шум, гам, хлопанье крыльев, свист стали, рев разъяренного дракона. Боль в напряженной кисти – еще чуть-чуть и судорогой сведет.

Вэррего крутанулся в диком сальто, Тиана едва успела ухватиться за гребень. Фъямэ сол Ньэрэ этого не сделал и соскользнул с драконьей спины, но Тиана не успела даже ахнуть – так быстро дракон подхватил его снова. Еще одна тварь комком вонючих перьев бросилась Тиане в лицо. Тиана отшатнулась, вскинула руку с артефактом и содрогнулась от пронзившей запястье острой боли. Подняла глаза. Железный клюв сомкнулся вокруг ее руки, словно пытаясь откусить. Стряхнуть не получилось. Ни в первый раз, ни во второй. Боль раздирала руку, стрелять больше не выходило, подошва ботинок соскользнула, Тиана поехала по чешуе, покрывавшей бок Огненного Вэррего.

– Астар!

Красный герцог обернулся на ее крик. Полыхавшие темным пламенем глаза встретились с ее взглядом, герцог бросился на помощь, сам подставляясь под удары железных клювов. Выметнул руку, роняя магическую трубку.

Не успел.

Из под ноги вырвалась последняя опора, и Тиана полетела в бездну.

– Тиана!

Громовой голос Красного герцога даже шум побоища перекрывал. Точно как в тот раз.

Огненный Вэррего метнулся стремительно, наперерез Тианиному падению, да твари сбивали, не пускали, нападали с удесятеренной яростью. Когти дракона мазнули по спине, сомкнулись на плечах. Нет, умереть сегодня Тиане, кажется, не дадут.

Она покорно обвисла, переводя дыхание. Вэррего можно было доверять.

Новый удар заставил Тиану зашипеть от боли. Клювастая дрянь цапнула под коленом, по ткани штанов начало расползаться алое пятно. Тиана пробовала отбиваться все еще зажатым в руке ножом, но из нынешнего положения получалось неуклюже. Стреляющую огнем тяжеленную трубку она выронила. Скрипнула зубами от досады.

«Мы так не договаривались!»

Вывернулась, изогнула руку под немыслимым углом и выудила из сумки стейвер.

«Есть».

Привычная рукоять легла в ладонь, утешая и вселяя уверенность в своих силах. Тиана встряхнула ее, щелкнула-выустила захваты на узких ремешках и раскрутила их, сбивая нападавших существ на подлете. Так получалось куда лучше, чем ножом и даже огневым магическим оружием.

– Тиана, как вы?

Она рассмеялась.

– Жива!

Деревья внизу, еще совсем недавно казавшиеся такими далекими, вдруг метнулись навстречу. Тиана почти могла коснуться ногами листвы. Вэррего несся над лесом, совсем близко, но отчего-то не решался нырнуть под защиту густых крон.

Герцог что-то прорычал, и дракон, ломая ветки взмахами крыльев и ударами хвоста, почти рухнул на землю. Преследователи за ним не полетели. Остались кружить в лазурно-перламутровой пустоте, хрипло каркая.

Тиана жмурилась и безуспешно пыталась увернуться от хлестких ударов ветвей. В какой-то миг ей показалось, что она переломает себе руки и ноги, а то и свернет шею от таких приземлений. Но обошлось.

Вэррего разжал когти, выпуская ношу, когда Тианины ноги уже коснулись земли. Она свалилась в мягкую густую траву и по инерции прокатилась кубарем с десяток шагов. Упала неудачно, окунувшись в ледяные объятия некстати подвернувшегося родника. Точнее в выложенную гладкими камушками выемку в земле, куда собиралась вода.

– Тиана!

Красный герцог спрыгнул вслед за ней и в мгновение ока оказался рядом. Подхватил на руки.

– Сейчас, сейчас, подождите…

Он держал ее легко, будто она ничего не весила. Сильные руки, широкие плечи, падавшие на них снеговые волосы – все это было так близко. Тиана могла бы коснуться, если бы хотела. Так, как хотела. Положить руки на плечи. Вдохнуть запах шелковистых волос, щекочущих ей лицо и шею. Просто чтобы убедиться, что этот человек рядом в самом деле существует. Что он такой же, как все, из плоти и крови. Ничего больше.

Он отнес ее к поваленному стволу исполинского дерева. Усадил в удобную развилку, так чтобы она могла прислониться спиной.

– Я могу сама идти, – пробормотала Тиана, но не успела даже закончить фразу, как та потеряла актуальность.

– Вы ранены, – сказал герцог, нахмурив красивые брови. – Нужно промыть и перевязать…

– Я справлюсь, – улыбнулась Тиана. – Я умею. Лучше осмотрите Вэррего. У меня в сумке есть мазь для него.

– Да, я помню, – Фъямэ сол Ньэрэ улыбнулся ей в ответ. Улыбка у него была мягкая и открытая одновременно. Странное сочетание. Но не невозможное. – Простите меня, Тиана.

– За что?

– За то, что втравил вас в это. Вы могли серьезно пострадать.

Тиана досадливо отмахнулась. Она не занала, что на подобное отвечать.

– Осмотрите Вэррего, ваша светлость. И нужно узнать, что случилось с Интанньей.

Герцог помрачнел.

– Надеюсь, что у нее хватит ума больше не подниматься в воздух. Хотя бы до прибытия охотников.

Он действительно взял из Тианиной сумки баночу с мазью (и ведь запомнил которую! С прошлого-то раза!) и принялся обрабатывать многочисленные царапины, покрывавшие толстую драконью шкуру. Серьезных поврежедений у Вэррего в этот раз не было.

Самой Тиане досталось сильнее. Рана на коленке, на предплечье, длинная, пусть и не глубокая царапина между ключицами и…

«Вот демон!»

Проклятая впившаяся в ногу башка так и висела, даже не думая отваливаться. Тиану замутило, она отвернулась, прикрыв глаза.

Но, как бы ни было мерзко, это необходимо было сделать.

Тиана сглотнула и взялась за намертво сжавщийся железный клюв. Он был холодным и липким наощупь.

– Ну-ну, – тихий голос прозвучал совсем близко. – Позвольте мне…

Сильная уверенная рука легкла поверх ее пальцев. Нажатие, щелчок. Скрежет. Дикая боль, заставившая Тиану впиться ногтями свободной руки в собственную ладонь.

– Закройте глаза.

«Вот еще!»

Железные створки клюва раздвинулись, мертвая голова выпустила недоеденную добычу. Упала на траву. Отвратительная, непропорциональная, уродливая. Ржавая.

Тиана медленно перевела взгляд на герцога. Красивое лицо было встревоженным, но не удивленным.

– Это… это не может быть живым существом, – медленно произнесла она. – Что это такое? Что это, демон побери, такое?

Фъямэ сол Ньэрэ отвернулся. На высоких скулах полыхнул румянец, горячечный, нездоровый.

«Даже так?»

– Ваша светлость, – настойчиво повторила Тиана. – Что оно?

Герцог пнул мертвую голову ногой.

– Возмездие, Тиана. Мое справедливое возмездие.

Глава пятнадцатая. В чистом озере темны омуты

Никогда Тиана не думала, что у первого рыцаря Империи может быть такое лицо. И боль, и стыд, и ярость – все в нем было сразу. То, что он глаза старательно отводил, совершенно не помогало. Чужие чувства все равно захлестывали Тиану, не давали спокойно мыслить.

– Что вы хотите этим сказать? – спросила она, пытаясь силой воли усмирить нахлынувшее волнение. – Что это все значит?

Герцог улыбнулся вымученно, краешком рта.

– Иногда некоторые наши поступки, некоторые решения имеют не только очевидные последствия. Еще те, которых мы не ожидаем.

Достал из кармана тонкий белоснежный платок, смочил в остро пахнущем зелье, приложил к Тианиному колену.

– Я вас не очень-то понимаю, – сказала Тиана, перехватывая его руку.

– Вам и не нужно, Тиана, – печально сказал он. – Вы можете быть далеко-далеко от всего этого. Танцевать, летать на драконах, смотреть в зеркало без отвращения…

– Вы тоже можете, – пожала плечами Тиана. – Танцевать. Летать.

Он запрокинул голову и рассмеялся.

– Но не смотреться в зеркало? Вы это хотели сказать, но пощадили мои чувства?

Тиана нахмурилась.

Прошлась долгим изучающим взглядом по четко прорисованному безупречному профилю. Что? Ну что он там такого мог разлядит в этом треклятом зеркале? Какое отвращение могут вызывать черты, в которых даже, старательно придираясь, не найдешь убедительного изъяна? Или, если смотреть на них каждый день, все видится иначе?

– Вам, наверное, смешно, – Астар Фъямэ сол Ньэрэ обернулся к ней. А стоял он близко-близко. – Принц. Герой. Богатый и влиятельный. А стою сейчас перед вами и завидую. И даже слов не могу подобрать.

– Мне не смешно, – ответила Тиана.

– Что ж, благодарю…

Тиана снова смочила платок в снадобье. Руку свело судорогой. Железные зубы оставили на коже совсем незаметные следы, но что-то повредили внутри. Не сильно, хотя пока ощутимо. До завтра обязательно пройдет.

«До свадьбы заживет» – говорили ей в полузабытые уже времена. Вот уж точно. До свадьбы она успеет прожить всю жизнь и даже умереть.

– Одежду лучше бы снять, – сказал герцог. – Я понимаю, что здесь, в лесу, рядом с незнакомым человеком это неудобно и неприлично, но… Я разведу костер, чтобы вы могли ее высушить. А вы пока сможете промыть все раны. Эти твари… На их клювах всякое может быть. Поэтому вам нечего стесняться. Не до того сейчас.

Тиана широко улыбнулась.

– Я мастер над драконами, а не великосветская дама, – сказала она. И зачем-то добавила: – Ваша светлость.

Она соскользнула с бревна, быстро пробежалась мягкой траве до родника. Сбросила рубашку, затем штаны. Что ж, ран и синяков и правда было немеряно. Но она к этому привыкла давным-давно. Ее тело было крепким, сильным, выносливым. Пара-тройка и даже десяток отметин ничем не могли его испортить. Оно и так не отличалось изысканной красотой.

Тиана вошла по колено в ледяную воду, быстрыми движениями стала смывать с себя грязь, кровь, потеки тварьей слюны и еще чего-то омерзительного. Да уж – романтическая выходила картинка. Самое то писать сонеты о встрече с прекрасной обнаженной девой в лесу. Впрочем, некому было их писать. Красный герцог вряд ли стал бы тратить свое время и силы на подобную ерунду. Да и не смотрел он в ее сторону. Даже, когда протягивал ей свой плащ, чтобы она могла завернуться.

– А разве мы не должны сейчас искать принцессу? – спросила она.

– Должны, – глухо сказал герцог. – Я уже отдал приказ охотникам и сам присоединюсь к ним, как только ты… вы… смогу убедиться, что с вами все в порядке.

В порядке? О да. Она стоит нагишом посреди незнакомого леса, на нее нападали невероятные существа, чуть ее не убившие.

– Пойдем вместе. Одежда высохнет на теле даже быстрей, – решительно сказала она.

Черные глаза герцога сверкнули.

– Нет.

– Это еще почему?

– Вы и так подвергались опасности из-за меня. Вы могли погибнуть.

– Но ведь не погибла. К тому же, это не из-за вас. Это из-за моей работы. Из-за принцессы.

– Я вас нанял, я за вас отвечаю, – твердо сказал герцог. – Кроме этого моя вина есть и в том, что подобные создания здесь появились. И в том, что никто не может с ними справиться тоже. Это я привел сюда эту заразу, Тиана. Я думал, что выжег ее, думал, что принятые меры жестоки, но действенны. Я ошибся. Я казнил невинных и их кровь теперь на моих руках. Я полагал, что этим сберегу все, что мне дорого. Что вырву с корнем южную дурную траву, и сумею победить охватившую мир болезнь. Откуда мне было знать, что семена той травы столь летучи? Это легко сказать, Тиана, что и знать неоткуда, и сделать с этим я ничего не мог. Я же воин, не маг, в самом деле. Но так говорить мне нельзя. Я воин, я клялся защищать и должен был жизнь отдать, но сдержать клятвы.

Прекрасное лицо было суровым и печальным.

Тиана по-прежнему не понимала. Снадобье чуть жгло рану, но это была привычная боль. В отличие от той, что царапала сердце.

«Ну уж нет» – подумалось зло.

Не хватало еще и этого пожалеть. Проникнуться сочувствием. Как же: такой красивый, героический, сильный, всем желанный и еще и с тайной мукой в душе! Как тут не попасться, не думать беспрестанно о грусти в прекрасных глазах. О ее причинах. О невероятном одиночестве, которое так и тянет разделить.

Смех, да и только. В этих водах мы уже плавали однажды. И довольно успешно, но теперь хватит. Лучше пусть будет Реймар. Нахальный, странный, влюбленный в другую мальчишка с неисполнимыми мечтами и дикими каким-то фантазиями.

А глаза… Что глаза. Тиане никогда не нравились темные. С самых юных лет.

Тиана смазала все свои раны все той же драконьей мазью и решительно оделась. Мокрая рубашка неприятно прилипала к коже, о штанах не хотелось даже думать, но были ли у нее варианты?

– Идем, – сказала она старательно не смотрящему в ее сторону герцогу. – Мы должны найти ее высочество прежде, чем она найдет себе новых приключений.

Фъямэ сол Ньэрэ чуть улыбнулся.

– А вы успели изучить мою племянницу.

– Я тренирую ее дракона, – пожала плечами Тиана. – Это сближает, знаете ли.

– А как же: все, что происходит в небе, остается в небе?

– Вы и об этом знаете? – фыркнула Тиана. – Впрочем, вы разбираетесь в драконах не хуже меня, так что не удивлена, что и наши присловья вам не в диковину.

Герцог подошел к Вэррего, обнял ужасно-прекрасную голову, что-то зашептал. Видимо, выдавал наставления. Такого умницу как Огненный вполне возможно было оставлять одного, не опасаясь, что он натворит непоправимого. Вот за Янчу Тиана бы не поручилась пока что.

– Вы твердо решили идти? – спросил сол Ньэрэ.

– Да, разумеется.

– Что ж, не смею настаивать.

Тиана поймала себя на мысли, что опирается на его руку уже привычно. Да, легко, почти не касаясь, но все же. Все же…

***

Это был старый парк, понемногу превращающийся в лес. Когда-то ровные, выложенные плитками и разноцветными камушками дорожки размыло дождями и засыпало буреломом. Деревья разрослись, прежде ровные полянки изрезали овраги. Ступени попадавшихся иногда лестниц раскрошились, а мостик через стремительную речушку зиял довольно широкими прогалинами выпавших досок.

«Вот так и наша Империя. Огромная, древняя, красивая. Да только истрепанная временем. Вроде и мелочи, но их так много и становится все больше и больше год от года».

Красный герцог был верен себе: заботливо поддерживал Тиану на сложных участках дороги, расчищал завалы и даже перенес через бурно бегущий меж острых камней ручей. Это было смешно. Тиана прекрасно могла справиться сама. Она всегда справлялась с такими трудностями сама. Она только что делала вещи куда более опасные, и герцог это прекрасно видел. Но что и говорить, чувствовать себя эдакой хрупкой девой рядом с этим человеком было приятно.

Фъямэ сол Ньэрэ хорошо чувствовал лес, это было видно. И тоже не могло не волновать. Это была его стихия: тишина, шелест листвы, многообразие приглушенных, словно растворяющихся в зеленом сумраке звуков. Звездная ночь, мхи, папоротники и смолистое дыхание жизни.

Принцессу он искал по ему одному понятным приметам. Тиана бы так не смогла.

«Тоже маг?» – подумала, но вслух не спросила.

Это могло быть правдой: королевская кровь древняя, кому и быть одаренным, если не ему? Но раз об этом никто никогда не говорил, на то должны были быть серьезные причины. Тиана не хотела бы в это лезть.

Янчу они услышали одновременно. Юная драконица рычала и била хвостом.

– Астар! – Интанниа выбежала из кустов, спотыкаясь и путаясь в изрядно оборванном подоле.

Красный герцог выпустил руку Тианы и подхватил племянницу.

– Астар, я так испугалась! Так испугалась! Я думала, что мы все погибнем здесь!

Тиана отступила в тень.

– Ты пострадала? Или Янча?

– Нет.

– А могла бы. И серьезно.

Голос герцога был строг, но обеспокоенный, полный участия взгляд сводил на нет все нужное впечатление. Принцесса, несомненно, это понимала.

– Астар, ты, конечно, можешь обвинить во всем меня. Сказать, что я сама опять навлекаю на всех неприятности.

– Разве это неправда?

– Да. И нет.

– Ты могла погибнуть сегодня. Это не просто тебе так кажется от страха, это и в самом деле могло произойти. Янча. Тиана. Вэрего. Даже я. Ты всех нас подставила под удар из-за непонятных капризов.

Треугольное личико принцессы исказилось в страдальческой гримасе.

– Непонятных?

– Да. Инья, ты дочь моей сестры. Ты принадлежишь к правящему роду Империи и не можешь не понимать, что твой долг…

– Мой долг? – взвилась принцесса. – Мой долг? Кому и что я успела задолжать? И когда это произошло? Неужто с самого рождения?

Тиана вздохнула и отошла к Янче. Разговор вельможных особ на повышенных тонах явно грозил затянуться. Гладить и успокаивать черно-алую дракошу было куда приятнее, чем прислушиваться.

Интанниа кричала, Фъямэ сол Ньэрэ говорил так же тихо и проникновенно, как всегда.

– Я вещь? Скажи, Астар! Вот просто прямо скажи мне: я – вещь? Твоя или дедова? Меня можно вот так вот запросто продать? Пообещать сначала одному, потом другому, а после и вовсе кровному врагу?

– Бывшему врагу, Инья.

– Это для вас он бывший! Это вы со своими играми все позабыли в один миг! Но я помню! Я его ненавижу и… И вас тоже ненавижу! Я ненавижу вас всех за то, что вы со мной делаете!

Хрупкие плечи принцессы затряслись в рыданиях. Герцог сделал два быстрых шага и прижал племянницу к себе, обнимая и успокаивая. Но при этом не прекращал взывать к патриотическим чувствам. Было бы смешно, если бы не было так грустно.

– Инья, сейчас ты – сердце Империи. Самое дорогое, что у нас всех есть.

– Ценный приз, – всхлипнула принцесса.

– Пусть так. Но невероятно ценный, пойми.

– Какая разница, если меня все равно продают? Если за всю эту ценность для других расплачиваюсь я? Своей свободой?

– Инья…

– Что Инья? Великий герой спас всю Империю, победил южное зло мечом и словом. Так про тебя говорят? А то, что к слову прилагался довесок в виде благородного чрева для рождения новых героев, кто-нибудь знает?

– Инья, ты выражаешься, как торговка из Нижнего Города. О какой свободе ты ведешь столь пламенные речи? Свобода – миф. Ничего такого не существует. Просто, когда ты отвечаешь за малое, кто-то решает за тебя, а когда от твоего выбора зависит многое… Тогда мы должны делать это сами. Сами связывать себе руки, сами входить в клетку и запирать замки, выбрасывая за борт ключи. Никто не сделает этого за нас. Мне всегда казалось, будто Агайла сумела объяснить тебе такие вещи давным-давно.

– Так и было.

– Что изменилось? Тебе настолько противен этот человек?

– Дело не в нем.

– В чем же?

Принцесса оторвалась от орошаемого слезами герцогского плеча. Вздернула упрямый остренький подбородок, указывая на Тиану.

– Вот в ней.

Тиана все-таки не выдержала. Вздрогнула. И, устыдившись, вновь опустила голову. Мало ли что в голову этим особам королевской крови взбредет. Ей не привыкать быть во всем виноватой.

– Не понимаю, – тихо сказал герцог. – Тиана, можно вы подойдете к нам? С Янчей все в порядке, а вот возникшие недоразумения надо бы решить. Сразу.

Тиана передернула плечами, прогоняя нелепый озноб – шутка ли в мокрой одежде на разгоряченное тело! Подошла. Остановилась в двух шагах от дядюшки с племянницей.

– Я слушаю тебя, Инья, – мягко, но непреклонно произнес Фъямэ сол Ньэрэ. – Что такого сделала Тиана? Мне до сих пор казалось, что она мастер своего дела и в целом очень надежный человек.

– Да ничего она мне не сделала, – скривилась принцесса. – Она просто есть. Такая, какая есть. Ходит, живет, дышит. Летает на драконах, носит потертые штаны и наверняка может отправиться в любую сторону, стоит ей только захотеть. Делать то, что нравится. Разобраться в том, что нравится, что она любит, или могла бы полюбить.

Красный герцог не сводил с Интанньи пристального взгляда. Проникновенного такого.

– Ты хочешь сказать, что позавидовала чужой свободе?

Принцесса покраснела и не ответила.

Тиана хмыкнула. Свобода – очень, очень красивое слово. Гордое такое.

– И ты тоже хочешь так? – продолжил самый невероятный мужчина Империи. – Летать, любить, танцевать на площадях?

Принцесса отвернулась.

Какое-то время все трое молчали. Только Янча, нервно охаживавшая себя хвостом по чешуйчатым бокам, ворчала, подавая все более явственные признаки нетерпения.

Красный герцог снял куртку, набросил Интаннье на плечи. Тиана тоже ощутила, как успела замерзнуть за это время. Даже теплый плащ не спасал.

– Надо выбираться отсюда, – кивнул герцог. – Хотя бы вернуться к Вэррего. Янча троих не унесет, да и в воздухе нынче опасней, чем на земле. У Огненного есть шанс отбиться от врагов, у этой красавицы, к сожалению, не малейшего.

– Разве ты не вызвал помощь? Разве нас не ищут? Верхом, на лошадях, на нормальных человеческих колесницах? – капризно протянула принцесса.

– Вызвал. Ищут, – пожал плечами герцог. – Ты осознаешь, где мы сейчас находимся, Инья?

– Нет, – мрачно буркнула принцесса.

– Я так и подумал.

Тиана вздохнула. Ей-то как раз было очень хорошо понятно, что именно имел в виду их спутник.

Серое озеро. Гордость и вечная головная боль городской управы. Неизбывно прекрасное летом, топкое осенью, зимой покрытое ломким льдом, а весной разливающееся от горизонта до горизонта. Единственная проходимая для всадников дорога вела по восточному берегу. По ней прогуливалась столичная знать. Со всех прочих сторон возвышались нетронутые и величественные заросли. Именно сюда сбежавшую принцессу и ее спасителей занесло лихим попутным ветром. И если Тиане не изменяло чувство направления, они находились точнехонько на противоположном берегу от городских ворот.

– Вы думаете, рискнуть и подняться в небо? – осторожно спросила она у Фъямэ сол Ньэрэ.

– Я не вижу другого выхода. Оставить драконов и выбираться пешком? Это слишком долго, к тому же… Не к этому ли нас вынуждали? Я не знаю.

Тиана кивнула. Она пока не очень понимала, что именно происходит, но сообразить, что случайностей во всем не так уж много, у нее ума хватало.

– Я не оставлю Янчу, – твердо сказала принцесса.

– Это и не нужно. Мы разведем костер, вы с Тианой подождете меня здесь, а я приведу Вэррего. После попробуем прорваться.

Интаннья вмиг растеряла все свое противное упрямство, показавшись еще моложе, чем была. Шагнула к дяде, ткнулась лбом в плечо.

– Астар, мне страшно.

Он обнял ее за плечи, поцеловал в склоненную макушку.

– Не нужно бояться. Тиана умеет обращаться с оружием, да и ты – дочь королей. Ты сможешь за себя постоять, я в тебе уверен.

Тиана покачала головой: и ведь ни словом не упомянул о только что произнесенных пылких речах про свободу!

– Астар, а ты?

– А что я?

– За тебя я тоже боюсь. Вдруг эти… они охотились именно на тебя.

– Глупости, – искренне улыбнулся самый блистательный герой Империи. – Я просто быстро дойду до Вэррего и быстро вернусь к вам. Уж поверь, в моей жизни бывали истории куда опасней.

– И я всегда, всегда за тебя боялась…

Сценка была умилительная. Красавец герцог, такой сильный, смелый и недосягаемый, проявлял чудеса чуткости, утешая дрожащую юную деву. Объятия, пронзающие душу взгляды, светлые полуулыбки… Принцесса завидовала Тиане? Тиана в этот миг ей тоже. Наверное, этим двоим было тепло стоять вот так в обнимку.

Она собрала более или менее сухих веток, сложила смешным шалашиком. «А теперь надо попросить дракона плюнуть» – вспомнились слова наставницы и собственные тщетные попытки уговорить драконицу поделиться искоркой. Сейчас с этим проблем не возникло.

Оранжевое пламя заплясало на ветках, довольная произведенным эффектом Янча хотела было продолжить в том же духе, но щелчок по носу и нужные слова ее мигом разубедили. Тиана подтянула поближе к огню два бревнышка – можно будет на них присесть.

– Все, – решительно сказал Фъямэ сол Ньэрэ, отцепляя от себя племянницу. – Грейтесь, а я очень быстро вернусь.

Интанниа что-то залепетала в ответ, Тиана без слов вернула одолженный плащ. Красный герцог кивнул, тряхнул серебристой гривой и исчез в лесном полумраке. Двигался он легко и бесшумно, Тиана так нипочем бы не сумела.

– Садитесь, ваше высочество. В ногах правды нет. Здесь, конечно, не королевский дворец и не ваша Белая Башня, но… Разве не о такой жизни вы мечтали в своей девичьей светелке?

Принцесса рухнула на коленки прямо на землю и разрыдалась.

Глава шестнадцатая. О клетках золотых и птицах вольных

Наверное, вовсе не стоило удивляться, что Тиана забыла и о своем недовольстве взбалмошным поведением ее высочества, и о разнице в их социальном статусе. Сейчас она видела в Интаннье не принцессу крови, а напуганную, вымотанную до предела юную девочку. Кого-то вроде Эмери сол Тасаре, только еще младше и беспомощней. Разумеется, она не прониклась к ревущей подопечной безграничным сочувствием, но и былой досады и раздражения больше не ощущала совершенно.

Подошла, обняла за хрупкие содрогающиеся от плача плечики, помогла встать и усадила поближе к костерку. Принцесса попыталась было сверкнуть фамильными глазищами, но сдалась под наплывом сокрушительных эмоций и доверчиво приникла к Тианиному плечу в поисках защиты и утешения. Той ничего не оставалось кроме как продолжать обнимать и даже ласково гладить мягкие спутанные локоны.

– Да ладно, – сказала Тиана как можно небрежнее. – Все закончится хорошо. Его светлость приведет Вэррего, мы вернемся домой. Уже вечером будете попивать горячее вино вприкуску с этими вашими мерзкими шербетами.

Принцесса впервые за день осторожно улыбнулась.

– Не любите шербеты? Или лимоны?

– Первое, – фыркнула Тиана. – я в целом терпеть не могу сладости. Шоколад и фрукты исключение.

– Я тоже, – шепотом поведала Интанниа. – Но подавать к девичьим посиделкам острый террузский перец не принято.

– Жаль, жаль, – сокрушенно покачала головой Тиана. – А то я бы прихватила бутылочку настоечки и мы бы с вами уговорили ее на троих, включая, например, Эмери, обсудили все ваши беды, а то и глядишь додумались до нетривиального решения всех проблем.

Улыбка принцессы стала чуть смелее, но во взгляде все еще застыла такая обреченность, что хоть волком вой.

Тиана мысленно вздохнула. Да, перчиков и бутылочки чего покрепче остро не хватало. И согрелись бы, и разговор пошел бы в нужном направлении. Потому что выговориться Интаннье было жизненно необходимо, да вот дворцовое воспитание не позволяло. И мрачная грубоватая тетка не казалась принцессе достойной слушательницей лишь от того, что сидела рядом и глупо шутила. Что ж, придется спрашивать в лоб.

– Так что у вас стряслось? Такое, что заставило позавидовать нищей старой перечнице вроде меня и начать вести себя как (Тиана в последний момент заменила вертевшееся на языке слово более благопристойным эпитетом) глупенькая малышка? Вы же взрослая, самостоятельная, решительная особа, вполне осознающая на какой земле находитесь.

Принцесса отвела взгляд.

– Захотелось стать такой, какой они все меня представляют.

– Взбалмошной дурочкой?

– Да.

– Слабой. Беспомощной. Нуждающейся в опеке и защите. Так?

– Напротив. Решительной и смелой. Способной совершить поступок.

– Боюсь у вас не вышло. Ваше высочество.

– Я понимаю. Это и доводит до бешенства.

Тиана усмехнулась: нет, благородное воспитание это сила. Каковы бы ни были обстоятельства, а выражаться как на светском приеме эти люди не переставали.

– Меня выдают замуж, Тиана.

«Вот как? Что ж, следовало догадаться по всем этим многозначительным обмолвкам сиятельных родственничков».

– Это происходит со всеми девушками, – сказала Тиана вслух. – Рано или поздно. Хотя вы еще очень молоденькая, можно было бы и подождать пару лет.

– Со всеми? – в этот раз принцесса не отводила глаз, и в них бушевал вполне очевидный шторм. – И где же ваш муж, Тиана?

Худшего вопроса трудно было ожидать в имеющихся обстоятельствах. Действительно: где? И соврать нельзя, и правду ответить неправильно.

Тиана задумчиво накрутила на палец собственный локон.

– Я не особа королевской крови, ваше высочество, – только и смогла вымолвить. – И не единственная наследница какого-нибудь древнего знатного рода.

Это был вздор, конечно. Нира сол Гразза была единственной наследницей. И это ничего не меняло. Оставалось надеяться, что принцесса в ее золотой клетке не сильно осведомлена об обстоятельствах жизни дивной Ниры.

– Демонов Астар, – совсем не по-благородному буркнула Интанниа. – Что б ему самому не жениться уже на какой-нибудь из сонмом бродящих за ним по пятам девиц. Обзавелся бы наследниками и ими оплачивал свои драгоценные дружеские союзы со вчерашними врагами. А меня оставил бы в покое.

– Вряд ли так было бы, – как можно мягче сказала Тиана. – Даже будь у его светлости десяток сыновей и столько же дочерей, вы все равно оставались бы принцессой королевского дома.

– Это несправедливо, – совсем по-детски шмыгнула носом Интанниа. – Это… это неправильно. В сказках и легендах пишут о родовых проклятиях, которые проносят через поколения. Так вот ничего в этом сказочного нет. Эта кровь сама как проклятие. Родился с ней в жилах и обречен.

– На самом деле, вы просто поддаетесь унынию, – заметила Тиана. – Поверьте, не все у вас так уж плохо. Родись вы в семье потомственных селян из какого-нибудь Гнилого Приболотья, ваша нынешняя судьба казалась бы вам благословением богов.

– Возможно, – не стала спорить принцесса. – Всегда находится кто-то кому еще хуже нас. Но я бы хотела быть как вы. Свободной, сильной, смелой. Принадлежать самой себе, небу и ветру.

Тиана усмехнулась.

– Вы так говорите, потому что далеко не все обо мне знаете.

– Я не слепая. Даже если у вас в жизни и есть какие-то беды, вы как-то с ними справляетесь. Это заметно сразу. Сами справляетесь. Возможно, вам и приходится нелегко, но никто не заставит вас предать саму себя и собственные убеждения просто в угоду каким-то далеко идущим планам, которые то ли осуществятся, то ли нет.

«Ооо, – мысленно взвыла Тиана, – девочка, как мало ты знаешь о жизни!»

– Верно. И в то же время абсолютная чушь.

– Почему это? –опешила принцесса.

– Ваш дядя уже сказал вам это. Самыми правильными словами из возможных. Я, пожалуй, не сумею подобрать лучших. Только он думал, что это касается лишь тех, кто стоит выше других по праву рождения, силы, власти. На самом деле, это истинно для всех, кто не боится жить с открытыми глазами. Нет никакой свободы, ваше высочество. Есть лишь осознанная необходимость. Когда мал, слаб, наивен, не очень умен, за тебя решают другие. Иногда верно, иногда совсем ошибочно, а ты подчиняешься их выбору. Когда ты вырастаешь над собой, чуть поднимаешься над другими… немного, совсем чуть-чуть… ты начинаешь принимать такие решения самостоятельно. И заранее знаешь, что вот, ты мог поступить так, как тебе хочется, но тогда бы последовало то или иное событие. Ты просто приподнимаешься над картиной мира и сам, добровольно идешь туда, куда раньше тебя бы заставляли идти. Идешь по доброй воле и собственному выбору. Потому что понимаешь, что иначе нельзя.

– Или не идешь, – задумчиво сказала принцесса. – Ведь ты свободен.

– Вам, наверное, кажется, что все это высокопарные слова, не больше. Но когда тебя заставляют, а ты упираешься из гордости, упрямства или еще чего, ты гораздо более свободен. Ты свободен для бунта. Потому что бунтовать против всех возможно, а вот против себя самого…

Тиана невесело рассмеялась.

– К тому же когда ты выбираешь сам, ты можешь ошибиться тоже. Ты можешь быть отнюдь не так умен, силен и всеведущ, как тебе бы хотелось. И хуже всего, когда ты это понимаешь, а окружающие не очень.Самая безнадежная ситуация, можете мне поверить.

– Вы сейчас говорите о ком? О себе или обо мне?

Тиана пожала плечами. Она и сама не знала верного ответа.

А Интанниа все-таки решилась. Чуть отодвинулась от своей собеседницы, отвернулась, так, чтобы смотреть только в оранжевое пламя костра, и – решилась. Откровения полились сплошным безудержным потоком, останавливать который сейчас было бы даже опасно. Сметет, утопит до смерти. Словарного запаса и образности речи принцессы хватало с избытком, чтобы Тиана не только поняла все обуревавшие ее высочество чувства, но и сумела увидеть и ощутить их на собственной шкуре.

Чувства маленькой девочки, слишком слабой для настоящей борьбы и слишком решительной, чтобы безропотно покориться судьбе. Давно, давно Тиана не только не испытывала, а даже и не задумывалась ни о чем подобном. У нее была совсем другая дорога.

Интанньу любили. Любили все и всегда, холили, лелеяли, спешили выполнить малейший каприз и при этом не забывали ласково поучать. Чуть ли не с пеленок этой девочке прививали чувство долга, объясняли правила, по которым ей следовало жить. Неудивительно, что она взбунтовалась, в конце концов! Интанниа была огненной натурой, способной не только на пафосные рассуждения о вышних материях. Нет, для этого в ней было слишком много настоящей жизни. Она превосходно умела притворяться и держать лицо, но ей это было противно. Оттого и тянуло ее всегда к драконам и лошадям больше чем к людям. До поры ей это было позволено. Замок в живописных горах, уединенная башня в роскошных парках столицы – вот что стало пристанищем для мечтательной и своенравной принцессы. Ее мать была всего лишь младшей дочерью, не наследовавшей ничего кроме земель и титулов. Никаких прав на престол у нее не было, ведь в очереди на трон перед ней стоял героический брат, надежда, опора и свет всей Империи. В самом деле, если есть Астар Фъямэ сол Ньэрэ, о каких других претендентах на корону может идти речь? К тому же ее высочество Агайла брата обожала, в этом не могло возникнуть сомнений! Да и Красный герцог, исполненный родственной нежности, устроил сестрице брак с избранником, решительно отметая все препятствия. Гарей сол Тиэго был смелым воином, дальновидным командиром и нравился сестре. Кого в таком случае волнует его невысокое происхождение? Ведь не простолюдин же.

– Вот только на детях это сказалось не самым лучшим образом, – горько сказала Интанниа. – Нет, вы не подумайте, Тиана, я очень люблю отца и мне все равно, сколько поколений его предков были не больше, чем простыми наемниками в имперской армии. Правда. Но золотая кровь неспроста так называется. Помимо всего прочего она дает магические способности. И чем меньше ее в наших жилах, тем меньше мы одарены. Я еще кое-что могу, мне повезло. А вот братья совсем пустышки.

Вот, значит, как. Тиана молчала. Что тут скажешь? Так, чтобы честно и правильно?

– Потому Астар так за меня и держится. Я совсем слабенький маг, но мне есть что передавать своим детям. Искра божественного таланта. И повод подороже меня продать. Пока еще была надежда, что он вскоре женится на какой-нибудь наследнице знатного рода, хоть на сол Фоччия, хоть на ком вроде нее, меня оставляли в покое. Теперь же всем очевидно, что связывать себя брачными узами Астар не намерен. И обо мне вспомнили.

– А братья? – уточнила Тиана.

– Да, по старшинству они идут впереди меня в этой демоновой очереди. Но, если я выйду замуж и рожу ребенка… если мой ребенок будет магом, то Астар сделает своим наследником его.

– Звучит здраво, – заметила Тиана. – Запутано, но здраво.

– Я знаю, – Интанниа закусила губу. – Меня сватают уже года три как. За самых родовитых и одаренных людей Империи. Дед уже сотни раз поднял все генеалогии, изучил все ответвления пышнейших родословных древ, представил меня не одному десятку молодых и не очень мужчин. Я все знаю и давно смирилась. Ведь это священный долг, верно? Наша страна ведет кровопролитную войну за все хорошее против всего плохого. Разве я не обязана принести в жертву все свои желания и всю себя? Разве не в этом мое предназначение?

Губы принцессы дрожали, острое личико то краснело, то бледнело.

«Бедная девочка» – в который раз подумалось Тиане. «Бедная, наивная, одинокая девочка». Когда-то и она сама была такой же, да вот только суровые ветра быстро общипали нежные перышки, заставив вместо этого обрасти суровой драконовой чешуей. Но даже в самые жестокие времена Тиане было ради кого бороться. И было кому ее поддержать словом и делом. У нее всегда была Нира, а у Интанньи – только семья. Больше императорская, чем ее собственная. Семья, в которой вместе с «я люблю тебя» всегда говорили «поэтому ты должна».

– Эта война казалась бесконечной. Она длилась всю мою жизнь, то затихая, то вновь разгораясь. Астар уходил и возвращался. Отец и один из братьев не вернулись, – голос принцессы больше не срывался, но его безучастность говорила больше, чем самые страстные возгласы. – Мама… мама говорила со мной только о магии, а я пыталась спрятаться в книгах. Только не смейтесь, Тиана. Но я ведь и в самом деле готовилась стать чревом, что породит предсказанного какой-то полоумной пророчицей Короля-Мага. Помните эту сказку? Ну о Последней Битве и Том_Кто_Всех_Спасет? Последний из найденных мне дедом женихов был старше меня раза в три, но умел летать и ходить по воде. Я была готова стать его женой. Только нужно было подождать, пока он вернется с войны… Хотя бы ненадолго.

– Он не вернулся? – спросила Тиана.

– Ну отчего же, – передернула плечами принцесса. – Вернулся. Вместе со всей победительной армией. И с миром, который наконец был заключен не на время, а насовсем.

– Что же не так? Вы расхотели за него замуж? – попыталась угадать Тиана. – Поняли, что ваша жертва больше не нужна, что мир не рухнет, даже если вы не отдадите всю себя мужчине, годящемуся вам в отцы? Что можно прожить свою единственную жизнь и по-другому? А тут еще и я перед глазами маячу, сбивая с истинно-благородного пути, так?

Интанниа кивнула.

– Он неплохой человек, правда. Он верно служил моему деду и Астару. И магии в его крови много, очень много.

– Тогда что же не так? – криво улыбнулась Тиана, прекрасно зная ответ.

В три раза старше. Почти полвека прожито. Битвы, шрамы, опыт. Немолодое грузное тело и при этом уверенность в собственной неотразимости, как у всех этих героических воинов бывает. Уверенность в том, что юная прехорошенькая и невинная девочка настолько пленится рассказами о подвигах, что не посмотрит на седеющую бороду и уже плохо скрываемые морщины.

– Много магии это хорошо, – медленно и явно мучительно подбирая слова, произнесла Интанниа. – Но лучше, когда ее еще больше. Когда она настолько ярка, что слепит глаза. Вы понимаете, о чем я?

Тиана не понимала.

– Король-Маг должен стать самым могущественным человеком мира. Почти богом. Для этого недостаточно быть сыном принцесски и последнего отпрыска древнего, полузабытого рода. Нужно быть наследником и преемником лучшего из лучших. И по закону, и по крови, и по своей сути. Вы знаете, о ком я говорю сейчас. Все это знают, все в Империи и за ее пределами. Просто никто не решается высказать это вслух.

Тиана окинула долгим взглядом хрупкую фигурку принцессы. Та горделиво выпрямилась, расправила плечики, засверкала глазами. С ее высочеством все было понятно. Племянница по уши влюбилась в дядюшку и кто ее осудит? В этого человека были влюблены все девицы и многие зрелые дамы Империи. Но какова Интанниа! Не просто хлопала ресницами на обожаемого героя, а придумала себе легендарную роль и вовсю собиралась подогнать реальность под понравившийся сказочный сюжет!

– Тиана, вы не думайте, я все понимаю, – голос больше не дрожал, напротив в нем прорезались неожиданные стальные нотки. – Я всего лишь девчонка, которую Астар по широте своей души опекает. Мало ли таких в его окружении. Но я – та самая девчонка. Единственная. И я сумею ему это доказать.

Тиана горько усмехнулась. А ведь она понимала все это, о, еще как! Она сама была такой же. Всего лишь лет пятнадцать тому назад. Шла вперед, уверенная в собственной исключительности и земля плавилась под ее шагами, а преграды рассыпались домиком из бумажных карт. Судьба, рок, предназначение. Сбой системы ради чего-то великого и важного. Конечно, все было именно так, а не просто вскипела кровь первым настоящим влечением к другому человеку.

– Он ведь тоже вас старше, – осторожно заметила Тиана. – И намного.

Интанниа прикусила губу до крови.

– Ну и что. Он до сих пор не встретил свою женщину. А значит, я могу попробовать стать такой, как необходимо. Яркой, сильной, достойной быть рядом с таким человеком.

Тиана в который раз окинула собеседницу взглядом. Принцесса была неплоха, даже очень неплоха. Юная, страстная, романтично-впечатлительная и при этом не глупая и смелая. Дурость с годами подвыветрится, опыт наберется. У ее высочества есть все шансы превратиться в истинную Прекрасную Даму уже через пару-тройку лет. Так что в ее словах был смысл.

Тиана зло фыркнула.

Костер потрескивал, ветви деревьев шелестели, придремавшая на мягком мху Янча ворчала во сне. Уютно, хорошо, правильно. Приключение еще не закончилось, но уже не казалось смертельно опасным. Вот только интуиция мастера над драконами продолжала скрести душу ледяными когтищами, не давала ослабить бдительность.

В руку принцессы она впилась мертвой хваткой.

– Молчите. Слушайте. Здесь кто-то есть.

Принцесса вздрогнула и с трудом удержалась от того, чтобы вскочить на ноги. Тиана приложила палец к губам, а потом одной рукой взялась за оставленную сол Ньэрэ «огненную трубку», другой за стейвер.

– Отступаем к Янче. Если что – драпаете одна, и без всяких там…

Интанниа гневно сверкнула глазами (вернее попыталась), но потом послушно кивнула. Тиане не очень-то хотелось рисковать жизнью, благородно спасая эту высокородную дурочку, только другого выхода она не видела. Как боец ее высочество не стоила почти ничего, а так, может, хоть помощь приведет.

– На счёт три…

В широко распахнутых глазах принцессы не было гнева, это Тиане показалось. В них просто отражалось пламя костра.

– Два…

Все-таки слишком хорошие слух и обоняние иногда некстати. Ведь можно бы было не заметить третьего-лишнего, притаившегося в кустах. Или решить, что показалось. Или что это какое-нибудь местное зверье по своим делам топает. Но Тиана была уверена, что это человек и – что он наблюдает за ними.

– Три!

Черный силуэт птицей перемахнул через огонь и, опустившись на колено, поднял руки. Правильно, кстати, сделал, потому что Янча заворчала предостерегающе.

Интанниа, позабыв все указания, намертво вцепилась холеными пальчиками в плечо Тианы. Вот же… принцесса!

Тиана наставила на чужака болиде и спокойно сказала:

– Ты почти труп. Одно слово вон тому дракону.

Тот тряхнул кудрями и усмехнулся. Усмешка вышла кривая и неубедительная, подходящая к обеспокоенному выражению бледного лица.

– Что ты здесь делаешь, Реймарэ? – Тиана не спешила опускать оружие, но мага это нисколько не смутило.

Он взял болиде за дуло и просто отвел в сторону. Наглец. Ведь Тиана могла бы и выстрелить, мало ли. С перепугу, например.

– Вас ищу. Все охотники столицы подняты в воздух. Да и наземных отрядов хватает. Переполох. Разумеется, я не мог не поучаствовать.

– И вот так вот сразу нас нашел? Именно ты?

– Тиана, сейчас не время для споров и всех этих глупостей, – маг поднялся с колен и протянул руку. – Сейчас нужно уходить как можно быстрее.

– Почему же? – сварливо буркнула Тиана. – Как раз время… и место мне тоже нравится.

Серо-зеленые глаза скользнули по ней слишком пристальным, слишком откровенным взглядом, будя непрошеные воспоминания. Если бы не сжимавшие ее плечо руки Интанньи, она бы много что могла сейчас сказать. Но принцесса напомнила о себе.

– Вы пешком или просто оставили лошадь у тропы? – дрогнувшим, но уверенным голоском спросила она.

– Я на крыльях, ваше высочество. Давайте не будем затягивать сборы и выяснения, отложим до лучших времен. Нам нужно уходить и как можно быстрее.

– Это почему? – снова вмешалась Тиана, но маг уже не стал ее слушать, рванул с насиженного места за руку.

– Даже быстрее, чем я думал! – рявкнул ей в лицо. – На дракона, живо!

Тиана хотела было что-то ответить, но все вопросы и возражения застряли в горле. Потому что она тоже услышала это.

– Валим! – совсем бесцеремонно ухватив принцессу, заорала Тиана.

Интанниа беспомощно заозиралась, но Реймар одним движением перекинул ее через плечо, вторым оказался возле нервно плюющейся и бьющей себя хвостом Янчи.

– Тиана, сделай с этой дурой что-нибудь! – возопил маг в безуспешной попытке подойти к взвинченной дракоше.

Мерный, пока еще далекий, но неумолимо приближающийся гул нарастал. Обычный человек его не слышал, но для дракона все уже было понятно. И для мастера над драконами тоже.

Тиана крепко выругалась и, коряво слепив фразу на древнем языке, переключила внимание Янчи на себя. Потом щелкнула стейвером и намертво притянула напуганную строптивицу к себе за гребень. Надолго так дракона не удержать, но Реймар все понял без слов и взлетел в седло стрелой. Тиана легко вспрыгнула следом, вот только стейвер перестегнуть с гребня на крылья не успела. Янча взвилась на дыбы и кривым зигзагом ушла в небо. Трое седоков для нее все же было многовато, далеко так было не улететь.

Они поднялись над деревьями. Реймар посадил красную от смущения и возмущения принцессу себе на колени. Тиана осталась балансировать на драконьей спине. Откуда-то совсем рядом вынырнула Меада, закружилась обеспокоенно возле натужно машущей крыльями Янчи.

– Вон там, – скорее догадалась, чем расслышала Тиана и посмотрела, на что указывал маг.

Там, на самой кромке леса клубилось серое марево. Увеличивалось. Приближалось.

– Что это? – выдохнула в ужасе принцесса.

– Астар, – похолодев, прошептала Тиана. – Реймар, здесь Красный герцог! Он отправился за Вэррего, он не знает!

– Демон! Надеюсь, он успеет!

Тиана на миг прикрыла глаза. То, что она собиралась сделать, было глупым, но выбора не оставалось.

– Перебирайтесь на Меаду и улетайте! Мы с Янчей найдем герцога..

– Мы можем сделать это вместе.

– Можем. Но не стоит.

– Это почему?

– Для Интанньи здесь слишком опасно. На нас здесь напали. Твари с металлическими клювами. Много. Как ты вообще с ними разминулся?

Реймар нахмурился.

– Здесь никого не было.

– Бери принцессу и не трать мое время, – почти прошипела Тиана и приготовилась к любым возражениям. Как глупым, так и тем, что заставят ее передумать и отступить.

Но Реймар послушался. Перебросил на бронзовую драконицу Интанньу, перепрыгнул сам. Янча облегченно выровнялась.

– Я вернусь за тобой!

Голос мага донесся уже издалека, из облачного марева, в котором исчез Меадин хвост. Тиана решительно отвернулась и направила Янчу в другую сторону. Туда, куда ушел Фъямэ сол Ньэрэ совсем недавно.

«Глупая курица, – подумалось зло. – Нет бы уступить честь рисковать собой мужчине, воину и магу, а самой лететь себе спокойненько в сторону города и сухой одежды. Даже шербеты пусть будут, демон с ними. Все лучше бессмысленной суеты, которую только девицы вроде Интаннии могут приравнять к подвигам»

Серое марево приближалось все быстрее, и так же скоро собирались, клубились над головой тучи.

«А еще сейчас пойдет дождь».

И он, конечно же, пошел.

Глава семнадцатая. Придет вода

Янча металась и визжала, совсем несолидно для такой красивой драконицы. Перламутровые облака легко собрались в тучи, ветер гнал их стремительными волнами, а срывающиеся то и дело ледяные капли довершали черное дело. Утешало разве то, что железноклювые преследователи больше не появлялись. Пока не появлялись.

Серое марево с горизонта приближалось уже не так быстро, запустив первые хищные щупальца в ручьи да овраги. Вода бежала в них с ревом, наполняя до самых краев, и все прибывала, разливаясь на бывшие берега.

Тиана заставляла Янчу лететь как можно ниже. Ей необходимо было видеть, что происходит на земле, слишком густые кроны деревьев и так мешали. Но хотя бы самые опасные участки она могла разглядеть.

Янча сопротивлялась. Не настолько, чтобы сбросить надоевшую двуногую, но достаточно, чтобы подчинить ее удавалось только грубой силой. Тиана понимала драконицу. Ей и самой было страшно. Воды Серого Озера, такого красивого и спокойного, вдруг обернулись грязно-бурым, все сметающим смертоносным потоком. Как это могло произойти? Кто это сделал?

Они кружили и кружили над все более скрывавшимися под водой землями. Астара Фъямэ сол Ньэрэ не было нигде. И гордый силуэт летящего Вэррего в небесах не показывался. Тиана шипела себе под нос ругательства на обоих родных языках. Часть относились к ней самой, дурной и неуклюжей, часть наделяла нелестными эпитетами принцессу.

Ветер поднимался, становился все яростней, все нестерпимей. Тиана давно продрогла до кости, не спасала даже горячка полета, азарт волнений. Ну что ей стоило, в самом деле, отправить на поиски Красного герцога Реймара, а самой доставить домой Интанньу? У мага наверняка больше возможностей и для поиска, и для необходимой в случае чего помощи, и вообще… Но нет, ей зачем-то понадобилось лететь самой! И этот демонов колдунишка даже не попытался ее остановить! Настолько доверял? Или ему настолько безразлично было, что с ней станется?

Тиана фыркнула, почти как недовольный дракон.

Ну а с чего она взяла, что Реймару было до нее какое-то особенное дело? Заявиться героем в Белую Башню или даже в императорский дворец куда важнее. Особенно помня обо всех его таинственных делишках. Да, ореол героя-спасителя братцу Эмери очень даже на руку. И уж точно не стоило отказываться от таких возможностей его заработать ради помятой жизни драконятницы. Вот уж действительно…

Тиана зажмурилась, подставляя лицо участившимся дождевым каплям. Всего на мгновение, не больше! Под закрытыми веками плясали морские змеи, отраженные в серо-зеленых шальных глазах.

А, может, она была к нему несправедлива? Может, он не волновался за нее, потому что был уверен, что она с ее чутьем быстро отыщет Астара и Вэррего и будет даже в большей безопасности, чем они с принцессой? Может, она действительно доверял и ей, и Красному герцогу, блистательному и безупречному герою?

Янча предупреждающе зарычала.

Тиана бросила взгляд вниз. Кажется, вода начала прибывать быстрее. Вот только еще русло это речушки было заполнено не до краев, очень уж высокими и крутыми оказались берега. А теперь она вздулась, вспенилась и пошла верхом, ломая кусты шиповника.

Хотя нет, дело не в скорости. Просто через речку был мост, между его опорами застряло поваленное дерево, принесенное течением, перегородило все. Теперь каждая щепка и ветка застревала в густых ветвях, а взбешенный поток устремился прокладывать новую дорогу через край.

И именно в этот миг Тиана увидела сол Ньэрэ.

Красный герцог стоял посреди бушующей стихии, ногами на искореженном, явно скользком стволе, рукой вцепившись в хлипкие перила. Да как он там оказался вообще?

– Янча, вниз! – громко и четко скомандовала Тиана. – Элиастейри!

Драконица чуть опустилась. Настолько, что человек на мосту мог ее заметить, но недостаточно, чтобы – ухватиться.

– Тиана! – хрипло крикнул он. – Не лезьте сюда, летите за Вэррего! Я продержусь до вашего возвращения!

Ну да, продержится. Тиана скептически хмыкнула. В ледяной прибывающей воде, фактически повиснув на одной руке. Даже если они найдут Огненного молниеносно, это буде слишком поздно.

– Элиастейри! Лез та икуноми! – на ломанном темарском приказала Тиана.

Янча рявкнула в ответ и хлестнула над головой всадницы хвостом.

«Вот дрянь!»

– Тиана, уходите! – снова крикнул герцог.

«Сейчас. Уже спешу и падаю».

Молча отцепив стейвер от драконьего гребня, Тиана размотала ремни до упора. Глупость, конечно. Теперь у нее вовсе нет средства контроля над Янчей, не менее капризной и взбалмошной, чем ее хозяйка. Но ничего другого не придумывалось.

«В крайнем случае, пристрелю крылатую дуру. Из этого, болиде. Хоть злость сорву» – мрачно пошутила Тиана себе самой.

И осторожно, но достаточно быстро принялась слезать по драконьему боку. Медлить было нельзя не только из-за рискующего сорваться в любой миг Астара. Демонова драконица тоже могла «сорваться» и взбрыкнуть. С ее точки зрения она и так опустилась опасно низко к ревущей пучине.

– Астар. Я сейчас, – отрывисто выдохнула Тиана. – Хватайтесь за ремни, я вас вытащу!

Герцог хотел было что-то возразить, но не стал. То ли прикинул шансы на успех, то ли – понимал, что терять уже нечего. Тиана бросила ремень. Астар резким движением выметнул руку и намотал ремень на запястье. Тиана только успела обрадоваться скорому успеху – теперь даже если Янча вздумает улетать, она просто вытянет их всех.

Драконица решила иначе. Она просто взревела, выпустила столб пламени в воду и, крутанувшись в безумном сальто, сбросила очень неустойчиво висевшую на ее лапе Тиану в воду.

Она не успела даже толком испугаться, скорее разозлилась на глупую крылатую ящерицу с ее выкрутасами. Шлепнулась на коленки, прямо на дрожащие и ломающиеся под напором реки доски моста. Еще полшага в сторону и провалилась бы в образовавшуюся трещину.

«Ах, ты ж дрянь!»

Янча и не думала покаянно вернуться за всадницей. Пыхнула едким дымом и яростно ругаясь, унеслась прочь в самую гущу туч.

Тиана приникла к искореженным, грозящим вот-вот отвалиться перилам. Стейвер она все еще держала в руке. Герцог все так же пытался устоять на дереве, перегородившем потоку путь под мостом. Только теперь это было еще труднее, ведь вместо перил главной точкой опоры стали намотанные на запястье ремни. Сол Ньэрэ почти висел на них.

– Жива? – его голос перекрывал шум бурлящей воды. Слова самой Тианы почти терялись в этой какофонии, но герцог и не ждал ответа. Он принялся распоряжаться. – Иди вдоль перил. Ничего не бойся, у тебя получится. Вода пошла по левому берегу, теперь к правому добраться ближе. Давай!

– А ты?

– Ничего со мной не будет! Привяжи стейвер к перилам, и я удержусь!

Тиана смолчала, только замотала головой, пытаясь покрепче зацепиться в останках моста. Ледяная вода хлестала через него, но выше вроде не поднималась. Больше пугало слишком быстрое, сбивающее с ног течение. Хотя, если не вставать с колен, получалось почти устойчиво.

– Тиана!

Этот голос был почти страшен сейчас. Тоже мне, благородный мученик, спаситель погибающих девиц! Бледное сосредоточенное лицо, посиневшие губы, кровь, стекающая по виску, безвольно повисшая правая рука… Вот почему он отпустил перила, чтобы схватиться за стейвер!

Тиана действительно привязала ремни – не к перилам, к собственному поясу.

– Выбирайтесь.

Герцог вряд ли услышал, но, видим, прочел по губам или угадал по решительному виду.

– Ты меня не вытянешь. Сил не хватит.

– Давай!

Для споров было не время и не мест. Конечно, если бы Астар мог, он бы заставил ее уйти. За шкирку бы на берег вышвырнул. Но он был не в самом подходящем положении, чтобы что-то такое решать.

Он попробовал. Упираясь ногами в поваленное дерево, в опоры моста, ожесточенными движениями наматывая ремень на здоровую руку. И у него почти получилось, остался всего шаг, а дальше можно будет уже вместе выбираться на относительно безопасный правый берег.

Мост не выдержал раньше.

Тиана не поняла, что именно случилось, но мир вокруг взорвался оглушительным треском, мутная волна накрыла с головой, а из-под ног пропала даже хлипкая опора.

Плавать Тиана умела неплохо, но в происходящей жути сложнее было даже не выплыть, а увернуться от бревен, металлических брусьев и демон знает чего ещё. Тиана затрепыхалась отчаянно, получила тупой тяжелый удар в плечо и с ужасом начала погружаться все глубже в бурую мглу.

«Но нет же! Все не может так закончиться!» – пронеслась в мозгу глупая, но связная мысль.

В этот же миг что-то (или кто-то) толкнул ее вверх.

Она вынырнула среди обломков, судорожно хватанула воздух ртом, чуть не захлебнулась ударившей в лицо волной и с удивлением обнаружила все еще стоящую на месте опору моста. И все так же перегораживающее его дерево!

Астар возник рядом. Совсем близко и действительно почти за воротник дернул ее в сторону этой самой опоры, сам при этом с головой уходя под воду.

«У него же рука не действует!» – в ужасе подумала Тиана. Эта мысль придала новых сил. Тиана не только отчаянно вцепилась в скользкий брус, но и сумела вскарабкаться по нему до подходящей поперечины. Там уже было проще как-то закрепиться.

– Астар?

Герцог каким-то чудом удерживался на поверхности обезумевшей реки, но видно было, что дается это ему неимоверными усилиями. Тиана подтянула ремень стейвера так, чтобы мужчина мог, ухватившись за него, взобраться на самую нижнюю перекладину. Стоять на ней, узкой и скользкой, было еще неудобнее, чем на дереве, но лучше что-то, чем ничего вообще.

– Попробуем еще раз? – бодро сказала Тиана.

– Нет. Стойте, где стоите.

Тиана зашипела.

– Я вас вытащу!

– Нет.

Голос герцога был ледяным, как вся эта водяная бездна. А вот глаза на бледном, почти белом лице, полыхали черным недобрым пламенем.

– Я смогу, – упрямо повторила Тиана.

– Нет. Будем ждать, пока это все не закончится. Если для вас станет слишком опасно, вы перерубите веревку.

– Я вас вытащу! – Тиана изо всех сил потянула на себя стейвер. Да ладно, не так уж это и сложно!

– Тогда я отпущу ее прямо сейчас, – заявил этот упрямец таким тоном, что было ясно: отпустит.

Если бы Тиана умела плакать, как это положено нормальной женщине, сейчас бы она ревела в три ручья. От злости, досады, бессилия. И именно в ее слезах они оба, в конце концов, утонули бы, а не в какой-то там разлившейся хилой речушке.

– Только попробуй! – рявкнула она. – Я сама тебя убью!

Герцог смотрел ей в глаза и улыбался. Мягкой, светлой, совсем неподходящей к ситуации улыбкой.

Он не отводил взгляд, когда у Тианы почти онемели вцепившиеся в стейвер руки. Когда падали сверху последние обломки моста. Когда начинало казаться, что этот кошмар не закончится никогда, и хотелось уже не плакать, а выть в голос.

В черных глазах вспыхивали искры и отблески зарождающихся и гибнущих вселенных. Потому что в них был густой бархат летней ночи, усеянной звездами бездны небес.

И когда новая волна, выше и свирепей всех предыдущих, все таки укрыла Тиану с головой, разрывая в клочья последние чахленькие надежды, все, что она видела, была ночь и звезды.

Ночь и звезды.

***

– Тиана!

Кажется, это уже как-то было с ней: надежные и такие уютные объятия, проникновенный голос, легкое прикосновение к лицу. И все тело ломит от драконьего яда, который дикие сородичи Меады умеют выплескивать вместе с пламенем.

– Откройте глаза.

И ведь не просит, приказывает! Так, будто имеет на это несомненное право.

– Тиана.

Ее сотрясала дрожь, к горлу подкатил спазм.

Глаза она все-таки открыла. Успела увидеть бурую мутную воду, мерно колышущуюся перед глазами. И согнулась пополам в приступе рвоты.

Ее выворачивало наизнанку так долго, что она чуть не лишилась чувств снова. Но когда приступ закончился, пришло осознание происходящего.

Тиана ошарашено огляделась.

Река, пусть и чрезмерно разбухшая, больше не бесновалась. Просто из маленькой и милой стала вдруг огромной и опасной, со стремительным течением и хищно вскипающими бурунами. По ней неслись бревна и целые деревья, пусть и меньшие, чем то, что раскорячилось у остова погибшего моста.

Тиана сидела на траве и грязи правого берега, а по левому тоже бежала вода.

Рядом на коленях стоял герцог сол Ньэрэ.

Вид у самого совершенного мужчины Империи был вполне героический. К нему все это необыкновенно шло: бледность, боевые ранения, отрешенно-сосредоточенный вид человека, который единственный отвечает здесь за все и за всех. Даже грязь и мокрые, спутанные волосы его не портили.

Как выглядела она сама, Тиана предпочла не думать.

– Демон побери, мы живы? – с трудом разлепив губы, спросила она.

– И даже почти целы, – ободряюще улыбнулся герцог. – Как вы себя чувствуете?

Тиана усмехнулась. Самое время и место завести светскую беседу о самочувствии. И вновь перейти на «вы», забыв о том, как орали друг на друга без всех этих условностей. Хотя нет, Красный герцог пытался их соблюдать. Просто у него получалось через раз.

Тиана, пошатываясь, попробовала встать. Ноги подгибались и были как будто чужие, но дотащиться до более чистого пригорка получилось. Тиана рухнула спиной на мягкий мох и уставилась в темнеющее небо. Астар Фъямэ сол Ньэрэ последовал за ней и растянулся рядом. Его тоже трясло.

– Нужно развести костер и хоть немного согреться и обсохнуть. Скоро ночь и будет еще холоднее.

– Да, конечно, – стуча зубами, отозвалась Тиана. – Я помогу.

Вставать и шевелиться не хотелось совершено. Но Астар был прав: так и околеть недолго.

Тиана с усилием поднялась на ноги.

– Тебе совершенно необязательно, – пробормотал герцог, снова забыв про церемонное «вы».

Тиана вяло отмахнулась.

Совместными усилиями костер они таки соорудили. Подожгли из болиде – магическая штучка не потеряла своих качеств от пребывания в воде. Оранжевое пламя, пляшущее на пирамидке из хвороста, вмиг сделало мир терпимее и, как ни странно, даже уютнее. Несмотря на холод, ревущую за спиной реку и шелестящий кронами ветер над головой. Тиана села на корточки как можно ближе к огню.

Герцог тяжело опустился напротив.

– Что с рукой? – спросила Тиана. – Перелом?

– Скорее растяжение. Хотя быть может и трещина.

Голос герцога даже не дрогнул.

Тиана перебралась к нему поближе.

– Я помогу, – сказала неуверенно. – Нужно зафиксировать и перевязать. Снимайте рубашку.

Герцог не ответил, просто рванул рукав. Тиана ругнулась по себя: ну, конечно, надо было сообразить раньше! Ему же неудобно это делать одной рукой, а просить ее он не стал бы. Он даже плащ, тяжелый, шерстяной, набрякший от воды, не снял до сих пор.

Тиана так же молча потянулась к серебряной фибуле плаща, потом к застежкам рубашки. Ей не впервой было раздевать мужчину, так что получалось ловко и быстро. Даже трясущиеся руки не так уж сильно мешали. Из рваной рубашки удалось соорудить правильную повязку, а плащ Тиана повесила на ветки-распорки у костра.

– Спасибо, – чуть улыбнулся Астар. – Сам бы я возился куда дольше и мучительнее.

Тиана пожала плечами. Она не была лекарем, но в целом умела справляться с такими проблемами. К тому же перевязывать Красного герцога было куда проще, чем Реймара. Ничего не отвлекало.

– Я думаю, оставшуюся одежду тоже стоит снять, – заметила она. – И вам, и мне.

Это прозвучало двусмысленно и почти неприлично. Но в создавшемся положении думать о подобных глупостях было бы последним делом. В конце концов, они были почти как на войне, а там Фъямэ сол Ньэрэ вряд ли беспокоился о подобных пустяках. Он сам не так давно велел ей не стесняться и нормально обсохнуть после купания в ледяном роднике. А то, что пряжку на ремне его штанов расстегнула Тиана… Ну об этом можно будет рассказать смешливой Маруш, когда они будут сидеть с вином и чаем у камина. Если будут.

А вот кому точно нечего было стесняться – так это Астару. С Красного герцога можно было смело лепить статуи героев древности, ничего не приукрашивая и не исправляя. Более совершенное тело трудно было представить. Даже Тиане, не однажды бывавшей в мастерской Фалько Тьеверра или его товарищей. Тиана честно отступила, отгородившись от герцога костром, и только тогда стала стягивать собственную мокрую одежду. Не помогло. В обрамлении языков пламени Астар был похож на сошедшее с мраморного постамента божество как никогда. Из храма тех времен, когда почти звериная телесная хищность считалась признаком могущества духа. А подсыхающие серебристые волосы казались сияющим ореолом вокруг головы.

Тиана тряхнула головой, прогоняя настойчивое наваждение. Вот уж точно наглоталась воды, раз такая дурь лезет в мысли!

– Озеро разлилось не само по себе, – сказал сол Ньэрэ, глядя в огонь. – Было не так уж много дождей, да и смотрители следят за ним. Это дело человеческих рук.

Тиана задумалась. Звучало странно, но не невероятно.

– И кто бы мог сотворить такое?

– Пока не знаю. Пока, – многозначительно сказал первый воин Империи.

Тиана могла только посочувствовать тем, кто устроил это бедствие. Фъямэ сол Ньэрэ явно не расположен был их жалеть и щадить. Но это его дела, пусть сам в них и разбирается. Ее же саму интересовало совсем другое.

– Как мы оттуда выбрались? – спросила она. – Последнее, что я помню, это рухнувший мост.

Сол Ньэрэ улыбнулся.

– Мост рухнул не весь. Опоры так и стоят. На совесть строили когда-то. Мы с вами сумели удержаться за них и переждать волну. Вернее, вы удержались и меня удержали. Даже когда нас накрыло с головой. Даже когда я сам думал, что это уже конец. А ведь в моей жизни были всякие ситуации. В том числе более опасные. Просто эта была какая-то безнадежная и выматывающая.

Тиана помнила. Не всё, но ледяную воду, треплющую закоченевшее тело, и не страх, а ощущение беспомощности. И то, как примотала к себе стейвер, как до последнего подтягивала выше мокрые ремни, за которые держался Астар.

– Вы спасли мне жизнь, Тиана. То есть, я надеюсь, что сумел бы выплыть и сам. Я неплохо плаваю, верьте мне. Но рука и общее состояние… Возможно, вы и в самом деле спасли мне жизнь сегодня.

– Как мы оттуда выбрались? – повторила Тиана.

– Переждали волну, а потом я доплыл с вами до берега. Вы были без сознания, – слегка виновато пояснил герцог. – Но даже тогда не разжали руку, не выпустили ремень. Вы удивительно сильная девушка, Тиана. А еще смелая, отчаянная и упрямая, как тысяча морских змеенышей. Да, я знаю, что вы не просто девушка, а мастер над драконами.

Тиана скривилась. С пафосом и сладкой лестью этот герой явно перегнул. Старался. Привык, что с дамами нужно обращаться бережно и преувеличенно восторженно, и отрабатывал положенную программу. Утешало лишь понимание, что сделать и сказать Тиане приятное герцог явно хотел искренне.

– Благодарю за такие слова. Вы доплыли и вытащили меня, невзирая на поврежденную руку?

– Я действительно очень хорошо плаваю, – улыбнулся сол Ньэрэ. – А вас я к себе просто привязал.

Тиана кивнула. Поднесла руки ближе к золотистому пламени, так, чтобы оно почти обжигало развернутые к нему ладони.

Все происходящее выглядело отменным бредом, но положа руку на сердце, могла ли она назвать всю свою жизнь осмысленной и логичной?

Сол Ньэрэ последовал ее примеру. Сел на мох возле самого костра, поднес к нему ладони. Сквозь оранжевое пламя сложенные вместе кисти рук напоминали силуэт какой-то диковиной птицы. Сильной и грациозной.

Руки у этого человека тоже были непристойно красивыми. Длинные изящные пальцы, не чрезмерно тонкие, но все же выдающие аристократическое происхождение. Гибкие запястья, безупречно прорисованные мышцы предплечий… Воин, мечник, чуть ли не родившийся с оружием в руках.

В конце концов, Тиана тоже живой человек! И имеет право просто любоваться тем, от кого не способны отвести глаз все женщины столицы. Просто любоваться, не более.

Огонь разгонял по жилам застывшую было кровь. Герцог вдруг сверкнуд белоснежной улыбкой. Непривычно. Обычно он, не разжимая губ, усмехался.

– Тиана, вы согрелись?

– Не вполне, – честно призналась Тиана.

– Там к ремню была пристегнута фляжка. Не достанете?

Фляжка. Чуть не погибнуть, но сохранить плащ, болиде-стреляющую-трубку и фляжку. Тиана потянулась к отброшенному в сторону ремню, отстегнула требуемое, чуть качнула.

Да, даже с чем-то плещущим внутри.

– Открывайте. Это бальзам на дарремских травах. Обычно я не пью такого, но иногда это необходимая мера. Вам тоже нужно. Оно крепкое, сделайте хотя бы пару глотков.

Тиана открутила витую медную крышечку, поднесла флягу к губам, вдохнула терпкий и в то же время неожиданно свежий аромат. Отхлебнула. Горло действительно обожгло, но неприятные ощущения быстро сменились обволакивающим изнутри теплом. Второй глоток дался много легче, а третий и вовсе был почти блаженством. Когда Тиана передавала флягу законному владельцу, в ней оставалось лишь чуть больше половины.

Герцог посмотрел на нее странно. Наверное, Тиане стоило все же изобразить хрупкую дамочку, не привыкшую к спиртным напиткам. Если бы, конечно, она хотела произвести на сидящего рядом человека хорошее впечатление.

– Темнеет, – сказал сол Ньэрэ, тоже от души хлебнув дарремского бальзама. – Нужно или попытаться пробраться к Вэррего и улететь…

– Или?

Тиане уже было гораздо теплее, но при мысли о том, чтобы пробираться через мокрый лес, овраги и, возможно, еще реки, она обхватила себя за плечи и вздрогнула.

– Остаться здесь. Переночевать. Возможно, это решение лучшее. Вам же не впервой ночевать под открытым небом? Вы же к подобному привычны, я угадал?

Ночь в чужом лесу? Чуть не утонув в разлившейся реке? Голой и замерзшей, да еще и вместе с таким же обнаженным принцем крови, героем и всеобщей девичьей мечтой? Разумеется, она к такому привыкла!

– Я мастер над драконами, ваша светлость.

– И не испугаетесь?

– Нет.

– Я почему-то так и думал.

Тиана заставила себя подняться и натянуть хотя бы рубашку. Нужно было собрать лапник. Если накрыть его уже почти высохшим плащом, то можно будет даже спать. Они так делали когда-то. В далеком, почти забытом прошлом.

Астар тоже встал и оделся. Отбросил свою фляжку и принялся помогать Тиане. Навес, лежак, запас хвороста на всю ночь. Они двигались быстро и деловито. Почти все время молчали, перебрасываясь короткими необходимыми фразами. Будто все это было обыденным, привычным и правильным.

Будто бы они знали друг друга давно и им даже не нужны были какие-то там глупые слова.

Это было странно, но удивительным образом приносило покой.

Глава восемнадцатая. Ночь и звезды

Темные кроны деревьев чуть сходились там, в вышине. Но в просветах между ветвями все равно можно было различить небо, сначала лилово-серое, потом наливающееся густой синевой, а теперь и вовсе обсидианово-черное.

Тиана лежала на спине, запрокинув голову, и смотрела вверх. Можно было представить себя заглядывающей в колодец, на дне которого плещется темная вода. Или напротив – волею воображения оказаться на дне этого самого колодца. Неважно. Главное, быть где-нибудь не здесь и не сейчас. Не думать о том, что происходящее на самом деле реально. О горячем плече, к которому Тиана сейчас прислонилась виском. О тихом сейчас голосе, что мог звучать не хуже громовых раскатов и драконьего рыка. О том, что голос этот обращался к ней Тиане, к ней одной. О таком думать, знаете ли, нельзя. И не только потому, что можно случайно привыкнуть, что так вообще бывает в этой жизни.

– Тиана, я понимаю, как это прозвучит, – сказал ей Фъямэ сол Ньэрэ меньше часа назад, – но спать нам придется рядом. У нас на двоих один плащ, а ночи бывают холодными. Это даже если забыть о долгом пребывании в холодной воде. Поверьте, я не имею в виду ничего кроме тепла.

Тиана не знала: смеяться ей или плакать. Баллада, из тех, что нежные девы и сентиментальные матроны порой заказывают спеть Маруш. Этот человек воистину нереален. Но все-таки за кого он принимает ее саму?

– Ничего кроме тепла, – совершенно серьезно повторила она вслух.

А потом села рядом с герцогом и осторожно, но крепко обняла его со спины. Прильнув кожа к коже. Уткнувшись лицом между лопаток.

Они опустились на лежанку, укрытую плащом. В этот же плащ завернулись, как в плотный, тесный, но и в самом деле очень теплый кокон. Лежали молча долгое время. Слушали, как шумит река, как шелестит ветер в ветвях. Тиане даже казалось, что она слышит как стремительно бежит кровь в ее собственных жилах. Как громко бьется сердце и в ребра, и в разламывающиеся виски.

Нет, это не было желанием тела, как тогда с Реймаром. Это было что-то иное, более сильное, но менее реальное. Не «я хочу», а что-то вроде средоточения мира в одном мгновении. Когда каждую мелочь ощущаешь и запоминаешь навсегда. Даже понимая, насколько все это несущественно.

Каждый звук, каждое движение. Запоминаешь глазами, слухом и даже наощупь. Даже демоновы недосохшие пряди волос под щекой наощупь запоминаешь. А вселенная вертится, вертится, земная твердь ускользает…

И ничего не происходит. Вокруг. Только в одной единственной глупой голове.

«Он всем нравится. Подумаешь».

Она нашла в себе силы чуть отодвинуться, как только оба достаточно согрелись. Нет, совсем не ушла. Но и так близко, как отчаянно хотелось самой, не осталась. Ни к чему это.

Перевернулась на спину, уставилась в небо. Хотела попробовать притвориться спящей, ведь в то, что ей удастся заснуть по-настоящему, веры не было ни на грош.

И тогда герцог заговорил. Тихо, проникновенно, искренне. Так, как говорят с самыми близкими, наверное. Или даже нет, скорее – с самим собой. Нира такие речи доверяла бумажному дневничку с атласной обложкой. Астар Фъямэ сол Ньэрэ почему-то предпочел Тиану. И ведь не стоит обольщаться: это не за какие-то особые заслуги, и не потому, что они только что пережили опасное приключение. Отнюдь. Он таких за свою жизнь пережил достаточно, чтобы они не казались ему чем-то совсем особенным. Скорее напротив: слишком никем была в жизни этого человека некая Тиана, чтобы стесняться ее присутствия. Кто такая эта Тиана? Мастер над драконами? Ах да, такая тетка с косами, что вечно попадает в какие-то нелепые ситуации… Хотя нет, сол Ньэрэ вряд ли употребляет даже в мыслях слово «тетка». Это не из его лексикона совсем.

Да и ничего особенного в этом разговоре не было. Кроме того, где он происходил и с кем. Кому расскажи, что всю ночь валялась с Красным герцогом под одним плащом, держала его за руку и беседовала о любимых героях легенд. Кто в такое поверит? А уж тем более в то, что героями они болели одними и теми же. Над одним и тем же в детстве роняли злые слезы бессилия. Одними и теми же поступками восхищались до неловкой душевной дрожи. Об одном мечтали.

Тиана сама не очень-то поверила. Потому что все это было как-то слишком. И ладно, когда речь шла о Тейверсе Одноруком – скажите, мало ли в Империи восторженных юнцов и юниц, грезящих его подвигами и скорбящих о его безумной, неправильной гибели? Но Веату из Окин-Эрла, о котором и знали-то не все. А кто знал, вряд ли помнил те подробности геройской биографии, что так запали в душу Тиане. Но Анис Бескрылый! Этот и вовсе был любим пару-тройку поколений назад, а сейчас давно забыт, вытеснен с постамента народной любви другими, более молодыми да рьяными.

И Тиана дрогнула. Перевернулась так, чтобы видеть лицо собеседника. Вернее, чтобы видеть, как сквозь чеканный, безупречный лик проступают черты былого мальчишки, восторженного, отчаянного, бредящего честью, верностью, отвагой. Похожего на одного безумного мага, но при этом все же иного. Того, кого никак не получалось заподозрить в столь близком к престолу человеке, каким бы безупречным сиянием славы он ни был овеян. Знаем, плавали, в тех вышних сферах белизну плаща сохранить невозможно.

Но он был. Настоящий, не придуманный народной молвой. В свои – сколько там ему? Тридцать шесть? Чуть меньше? – верящий в правду, свободу, справедливость. Точно знающий, что мир несовершенен, а человек слаб, но при этом все еще полагающий, что это можно и нужно исправить. И ведь он не только в ночных беседах с дамами это утверждал! Демон побери, он же так жил!

Тиана смотрела во все глаза и не могла отвести взгляд. Нет, это был не Реймар, что-то там наивно вещающий о смысле жизни и сбирающийся стать богом. Это был человек, всю жизнь в одиночку качающий мир туда, куда ему казалось правильным. По шажочку. По крупиночке.

Кошмар какой!

И самым ужасным было как раз то, что Тиане это нравилось. Настолько, что она забыла о любой осторожности и тоже рассказала. Не так складно, как это получалось у сол Ньэрэ, конечно. Скорее путано и бестолково. О чем? О маленькой, восьмилетней девочке, засыпавшей в обнимку с игрушечным морским змеем и поставившей себе цель стать такой как Анис сол Арвей. Как заплывала одна далеко в море. Как училась не бояться волн. Как в первый раз встретила дракона и чуть не погибла, пытаясь завести с ним знакомство. А стоило встать с постели после почти недели болезни, отправилась его искать. Как училась быть смелой, как Анис, хладнокровной, честной. В мелочах, в глупых детских мелочах. Как верила в вычитанные в старых книгах принципы и судила окружающий мир сурово, деля на черное и белое. И видела цели и путь к ним ясными и сияющими, будто снежная вершина в горах.

Астар слушал, не перебивая. Так, будто ему и в самом деле была интересна вся эта сентиментальная чушь.

– Мне кажется, что у тебя получилось. В какой-то степени, – задумчиво произнес он, когда Тиана закончила свою неловкую исповедь. – Ты сумела вырастить в себе смелость и при этом остаться удивительно хладнокровной натурой. Редкость для женщины. Хотя, быть может, все это природное, дар богов и наследственности.

Тиана усмехнулась: ну вот опять! Где они видят все в ней этот лед? Сама она считала себя слишком эмоциональной, слишком чувствительной и бурно на все реагирующей. Боролась с этим, сколько себя помнила. Раньше, в юности, у нее даже получалось. Потом годы и опыт пообтесали трепетную душу, изменили в иную от былых идеалов сторону.

Мелькнула глупая мысль: встретиться бы им с этим блистательным героем не сейчас, в Тианины тридцать, когда жизненный опыт уже смял вылепленные когда-то старательно черты. Не сейчас, когда судьба прогнула ее до земли, когда столько нарушено было принципов, столько предано мечтаний. Когда она сама уже не сразу узнавала в зеркале ту наивную, прекрасную девочку с чистой душой, незапятнанной репутацией и уверенностью в своей правоте.

Ногти левой руки сами собой вонзились в ладонь. За правую Тиану держал Астар Фъямэ сол Ньэрэ.

Ну почему? Почему все так поздно? Почему они столкнулись так близко именно сейчас, когда ей больше нечего ему предложить? Только смотреть широко распахнутыми глазами и запоминать. Потому что все это скоро закончится, уже совсем скоро.

– В Тейверса я играл в детстве, – говорил Красный герцог. – Перемотанная, привязанная к телу рука, шлем из коры лидейры, деревянный, выкрашенный в алое меч… То еще было зрелище! А потом, когда подрос и стал сначала оруженосцем у сол Тарьяды, затем рыцарем, все старался копировать любимого героя. Носил алое, заплетал волосы в ритуальные косы. Хорошо хоть руку рубить не стал!

Астар смеялся. Тиана тоже улыбалась, а душу рвали поселившиеся в ней бешеные кошки. Чтоб тому мальчику с косами не встретить на своем пути девочку, верящую в сказки о верности и чести? Может, тогда все было бы совсем по-другому в ее жизни?

– Тейверс – это долг, понимаешь. Способность идти до конца, даже когда дрожит под ногами земля и мир осыпается в бездну каменной крошкой. Если всеми любимого Гэллиада вела вера, всегда, даже в самые беспросветные годы, то Тейверс…

– Тейверс шел напролом сквозь пучину отчаяния, – кивнула Тиана. – Будто он сделан из стали. Это его и сломило, в конце концов.

– Ты так думаешь? Что он все же сломался?

– Да, – уверенно сказал Тиана.

Астар задумался ненадолго.

– Нет. Я так не считаю. Все же нет. Мне кажется надломленным он был напротив в самом начале. Когда не знал, что выбрать: долг или честь. Не понимал чему быть верным: клятвам или принципам, дружбе или данному слову. Потом, пройдя через все эти потери, через битвы, пламя, он сделал выбор. И последний его поступок был сделан не из отчаяния, а с полным пониманием, что и зачем. Он знал, что губит свой город, Тиана. Но укрылся в доспехи долга так давно, что они приросли, стали второй кожей, истинным я. Понимаешь?

Еще бы она не понимала.

– А вот Арвей так не сумел. И времена были другие, и он сам. Он тоже в самом конце поступил именно так, как велел долг, но не сумел это вынести. Он умер именно от того, что не смог жить с этим грузом в душе.

– Он умер в поединке. – вспыхнула Тиана. Гибель Аниса сол Арвея Бескрылого до сих пор что-то задевала в ее душе, причиняла боль. – В нечестном.

– Да. В том, в котором у него не было ни единого шанса. Он же не мог этого не понимать, в самом деле. Он был воином. Он сознательно шел на смерть, потому что не мог жить в мире лжи и предательства. В мире, где все, во что он верил, оказалось фальшивым. И он предпочел не быть. Я когда-то тоже так хотел сделать… Давно. Глупость, мальчишество. Несправедливый приказ, безвыходная ситуация. Но боги распорядились иначе и я до сих пор жив. И даже научился быть чуть более человечным. Не пытаться идти по облаками там, где земля слишком грязна и полита кровью.

Эта ночь казалась бесконечной.

Потрескиванье хвороста в костре, неспешный разговор обо всем и ни о чем. Голос, от которого перехватывало дыхание – именно сейчас, когда он звучал так тихо, а не когда раскатывался громовым рыком. Сильные, пусть и аристократически тонкие пальцы, переплетенные с ее, Тианиными. Колючий шерстяной плащ.

Звезды в непроглядной тьме над головой. Звезды в черных глазах.

Эта ночь должна была оказаться сном, или посмертным бредом, потому что они оба утонули в ледяной воде. Или утонула одна Тиана.

Они так и не заснули, проговорили до самого рассвета, лишь с восходом солнца забылись в полудреме ненадолго. Становилось холоднее, и Астар подгреб Тиану совсем близко к себе, уложил головой на плечо. А она, замирая от собственного нахальства, обняла его.

Нет, в этом не было ничего кроме тепла. Кроме попытки согреться. Ну и что, что не только телом, но и душой?


Мы думали, что все на свете

забвенье, щебень и зола…

А в сердце правда улыбалась

и часа своего ждала.


Так их и нашел Реймар ди Вьенноцо.

Глава девятнадцатая. Рассвет под озером

Маг подкрался в своем излюбленном стиле: тихо и незаметно. Вот только что его не было, и никаких признаков присутствия кого-либо рядом – тоже. А вот он уже красиво спускается с успевших посветлеть небес на спине бронзовой Меады.

– Рэй? – раскатисто раздалось у самого уха Тианы, и она проснулась.

Астар ловко отстранил ее и замотал в плащ. Сам при этом сел так, чтобы она оказалась полностью скрыта за его спиной.

– Ну вы и забрались, – нарочито бодро посетовал маг. – И ведь как устроились. Костер, лес, прекрасная дева под боком.

Тиана выглянула из-за плеча Красного герцога и видела его лицо. Бледное, усталое, злое.

– Я потом расскажу подробности, – сухо ответил сол Ньэрэ. – Тиане нужно домой. Лучше обрисуй вкратце, что происходит в городе.

Реймар кивнул. Спутанные кудри упали на бледный лоб, почти скрывая лицо. На Тиану он старательно не смотрел. Она вывернулась из-под плаща и, сняв с веток-распорок свои вещи, принялась одеваться. Астар сделал то же самое.

– Ее высочество Интанньу я доставил домой в целости и сохранности. В городе паника, люди не очень понимают смысл приказа о драконах и видят в этом происки неведомых врагов. Все охотники подняты в воздух, я добрался до вас первым по чистой случайности, так как целых два отряда кружат над этими же лесами. Вэррего уже нашли, Янчу тоже. Именно это всех встревожило. Ведь преданность Огненного известна, потерять всадника он мог только в каких-то совсем диких обстоятельствах.

Сол Ньэрэ пожал плечами.

– Огненный подчинялся моей воле. Я оставил его на поляне и велел ждать. Мы ушли пешком, опасаясь железноклювых.

По бледному лицу мага пробежала быстрая тень.

– Никаких железноклювых над этим лесом нет. Ходят слух, что видели стаю на западе от столицы, но не здесь.

– Они здесь были. Мы с Тианой пострадали от их нападения.

И снова тень скользнула по знакомым чертам. Мимолетная, будто облако.

– С Вэррего проблемы, – сказал Реймар. – Он отказывается подчиняться кому-либо кроме вас.

Красный герцог улыбнулся.

– Знаю. Придется Меаде доставить меня к нему. А вам, Тиана, составить мне компанию и вернуться назад за Реймаром.

Тиана пожала плечами. Да легко!

Маг спешился, отдал поводья Астару. Тиана обошла обоих по кривой дуге и обняла за шею радостно устремившуюся именно к ней драконицу. Почесала надбровные дуги, узкий гребень, более нежные и чувствительные чешуйки под подбородком. Затем с легкостью, удивительной после всех приключений последних суток, взлетела в седло.

– Выдержите? – серьезно спросил сол Ньэрэ, глядя ей в глаза.

– Ничего особенного, – фыркнула Тиана. Не хватало еще хвастаться собственной выносливостью начать. Ведь и в самом деле, все закончилось, дальше предстоят сплошные пустяки.

Прежде, чем сесть в седло, Красный герцог вдруг взял Тианину руку и поцеловал. Легонько коснувшись губами.

Реймар в их сторону не смотрел. Его слишком интересовал догорающий костер.

Меада фыркнула, отряхнулась и взлетела, не дожидаясь приказа. Бронзовая дракоша была Тианиной удачей и гордостью, слушаясь даже не поводьев – легкого движения колен, прикосновения руки к гребню.

Открывающаяся с высоты полета картина разрушений впечатляла. Вода бежала по всем вчерашним оврагам и руслам ручьев вровень с краями обрывов, а если те были недостаточно высоки, то и переливаясь через них. Большая часть мостов, по которым Тиана с герцогом вот еще совсем недавно проходили, была затоплена, выломана, снесена мутными потоками. Серовато-бурая вода стояла между деревьев в низинах, а пригорок, на котором они ночевали, превратился в самый настоящий островок. Кроме как на крыльях и не выберешься!

– Вы правда думаете, что все произошедшее дело человеческих рук? – испытывая неловкость от слишком многозначительного молчания, спросила Тиана.

– Думаю да, – отозвался герцог. – Для хорошего мага это не слишком сложно. Другое дело: зачем бы кому-то это могло понадобиться? Даже, если предположить, что это кто-то из моих, хм, врагов… Никто не мог подозревать, что я окажусь в этой местности. Даже, что там будете вы с Интанньей, догадаться было невозможно.

Тиана задумалась. Маг, значит. Хороший маг с неведомыми целями.

– Но ведь Реймар нас нашел? Он же смог? – спросила.

– Реймар… Вы его давно знаете и зовете по имени?

– Он брат Эмери, – уклончиво пожала плечами Тиана.

– Да, разумеется, простите. Как я мог забыть?– в голосе Астара не было ничего кроме бесконечной вежливости. – Реймар обладает невероятным каким-то чутьем для не-волшебника.

Тиана хмыкнула.

– А он разве не маг?

– К счастью, нет. Иначе мне было бы очень сложно убедить Совет в его лояльности. Южные колдуны успели оставить о себе слишком громкую славу, Тиана. И даже все его заслуги, все, что он сделал для наступления мира – всего этого было бы недостаточно, чтобы сохранить ему не только жизнь, но и свободу. Его ждала бы уютная комната в Замке Тевид, в лучшем случае.

Вот так. Тиана глубоко вздохнула и, закрыв глаза, подставила лицо лучам показавшегося из-за облаков солнца.

Вэррего они нашли там же, где оставили вчера. Нужно было видеть, как Огненный рванулся было навстречу хозяину, но остановился, ожидая приказа. Весь – стремительное движение, прерванное и застывшее, будто статуя неведомого, но очень талантливого мастера.

Фъямэ сол Ньэрэ негромко сказал ему что-то и махнул рукой.

Величественный дракон поднялся в воздух быстрее ветра, и затрепетавшая Меада принялась нарезать круги, искоса поглядывая на великолепного собрата. Рядом с ним она казалась особенно маленькой и безобидной.

Красный герцог легко перебрался на спину Огненного и направил его в сторону места их с Тианой ночлега. Тиана с Меадой последовали за ними.

Это было удивительно красиво и почти нереально: огромный, ало-золотой дракон в лучах рассвета и замерший на нем всадник. Сол Ньэрэ сидел очень прямо, расправив широкие плечи, не отрывая взгляда от горизонта. Медные лучи косо ложились на чеканный профиль, на сильное тело, обнаженное по пояс. Летели по ветру пряди светлых волос. Темнела перекинутая на ремне за спину трубка-болиде. Картинка, а не человек. Они с Вэррего полностью стоили друг друга и как нельзя лучше подходили этому утру после бури. Тиана с трудом удержалась, чтобы не присоединиться к восторженно вытанцовывающей в потоках ветра Меаде. Удержалась лишь потому, что отчетливо осознавала то, чего не могла понять наивная дракоша. Они были слишком разных пород. И дело не в титулах или родословных. Просто не тот размах крыльев.

– Снижаемся, – через плечо бросил герцог.

– Вам необязательно, – отозвалась Тиана. – Я сама заберу Реймара.

– Вы полетите со мной, а для этого удобнее будет сначала спешиться.

Тиана рассмеялась. Можно подумать, что она не смогла бы сделать этого в небе.

– Я полечу с Меадой и Реймаром.

Послушная бронзовая бросила кокетливый взгляд на алого красавца и плавно опустилась на полянку.

Маг сидел на укрытой плащом лежанке, бросал веточки в костер. Лицо у него было сосредоточенное и непривычно серьезное.

Тиана без слов подала ему руку. Реймар подобрал демонов плащ, протянул ей.

– Это не мой, – улыбнулась она.

– Знаю, – мрачно усмехнулся мужчина. – Ты же.. . вы же полетите с ним, сударыня?

– Нет, Реймар. С тобой.

В серой зелени глаз мелькнула искорка интереса. Или усилием воли приглушенная молния?

– Уверена?

– Абсолютно.

Он взлетел в седло позади нее. Меада вернулась к Вэррего.

– Астар! – окликнул маг.

Красный герцог обернулся. Свернутый плащ полетел в него несуразным комком. Но даже одной рукой сол Ньэрэ умудрился его поймать.

Тучи рассеивались столь же быстро, как возникли вчера. И в самом деле, будто наколдовал их кто-то. Вэррего скользил в расцветающем всеми оттенками меди небе. Тиана понимала, что Астар нарочно придерживает Огненного, заставляет лететь медленней, чтобы более слабая и мелкая Меада успевала за мощными взмахами янтарных крыльев.

«Вот и с тобой он так же. Чуть медленнее, чуть осторожнее, чтобы не задеть или, упаси боги, не обидеть. Втихомолку, уверенный, что ты и не замечаешь. Вот цена всем ночным доверительным разговорам, всем его откровениям и откровенности. Забота о тех, кто слабее. Кто в ней нуждается. Но тебе-то все это не нужно, верно?»

Губу пришлось закусить до крови.

Реймар что-то почувствовал, положил на плечи Тианы руки. Теплые, надежные, так быстро ставшие привычными и родными.

В полыхающем рассветным пламенем небе прорисовывались острые крыши и шпили столицы.

***

Наверное, это было чересчур самонадеянным с ее стороны, но Тиана ожидала другой встречи. Каждому ведь хочется, чтобы кто-то заботился, ждал, беспокоился. История с запретом подниматься в небо была у всех на слуху. История с разлившимся Серым озером – у многих. Сама Тиана не пришла домой ночевать, но ее отсутствия не заметил никто. Кроме одного знакомого мага, но он с недавних пор был совсем отдельной историей в ее запутанной жизни.

Реймар привез ее домой, красиво высадил на балконе и не произнес ни слова. Он и всю дорогу был непривычно молчаливым, сосредоточенным на каких-то своих невеселых мыслях. Тиана хотела бы растормошить его, но никогда этого особо не умела. Не хватало ей необходимой легкости в общении с людьми, той, что вдосталь была у Маруш или Ниры. Вот и улетел сероглазый маг еще более загадочным и непонятным, чем обычно. Даже прощаться не стал – стоило Тиане оказаться за перилами балкончика, Меада взмыла в небо.

Тиана пожала плечами и вошла в дом.

В гостиной заседала все та же шумная компания. Звонкий голос Маруш разносился по коридорам второго этажа, ему отзывалась флейта ее братца и чуть хрипловатое пение Финеллиты.

Нет, беспокойством за ее, Тинаы, судьбу здесь даже и не пахло.

Приличия ради она заглянула к веселому сборищу поздороваться. Кроме троих музыкантов в доме, оказывается, гостили Маро и та странная тихая девочка с огромными глазами, которую Нира с недавних пор взялась опекать. Самой дивной феи нигде видно не было.

Тиана удивилась. Едва ли подругу пригласили куда-либо петь – слишком неспокойными были последние дни для подобных развлечений. Это господам артистам море всегда по колено, а горы по щиколотку. Приличные горожане сейчас вряд ли вздумают веселиться. Если бы не было Маро, можно было бы предположить, что Нира с ним. Но он-то как раз присутствовал, шумно и навязчиво рассказывая какую-то несмешную байку из своей юности. Маро был, кубок с вином в его руке был, а Ниры, привычно занимавшей место у его плеча, не было.

Тиана спросила о подруге вслух. Если о ней самой здесь не изволили беспокоиться, то судьба хозяйки дома все же должна была заинтересовать хоть одного человека.

Финеллита, поджав губы, сообщила, что у Ниры важные и какие-то совершенно тайные дела. Маруш подмигнула и, косясь на Маро, добавила: «романтического свойства». Стрела в цель, увы, не попала, потому что у объекта закончилось вино и он был слишком занят решением именно этой проблемы.

Тиана подошла к столу, тоже взяла кубок и мрачно осушила его. Потом поднялась к себе в комнату. Рухнула на кровать прямо в грязной одежде и замерла, глядя в потолок.

Картины прошедшего дня (и особенно ночи) сменялись перед глазами одна за другой, причем совершенно беспорядочно. Тиана казалась самой себе героиней какой-нибудь странной байки или глупой, небывалой сплетни. Наверное, хорошо бы было обо всем этом с кем-нибудь поговорить. Рассказать все Нире, быть может? Когда она наконец вернется.

Тиана честно представила лицо подруги, когда та узнает обо всем. О первом знакомстве с Реймаром. О мимолетных, но приятно волнительных встречах. О ржавом артефакте и нелепом кровавом ритуале, что учудила Эмери. О той сумбурной и неуклюжей вспышке страсти, что швырнула их с Реймаром друг к другу. О том, что до сих пор не знает, как со всем этим быть. Потому что до сих пор она считала себя выше этой возни, а теперь… Теперь рухнула с сверкающего белизной высокогорных снегов пьедестала легко и просто. Быстрее, чем получится рассказать об этом вслух. И теперь совершенно непонятно, как относиться к себе, к одному обаятельному магу и к жизни в целом.

А ведь еще был рушащийся мост и ночь в объятиях Астара Фъямэ сол Ньэрэ. И демоновы звезды в непроглядной тьме глаз.

Почему они не могли встретиться раньше? До всего? Нет, не только до Реймара, который был закономерным итогом всех Тианиных метаний, но не причиной. Почему судьба не столкнула их до всего: мальчишку с деревянным мечом и девочку, грезящую сказками и подвигами – много лет тому назад?

Все было бы проще. Понятней. Правильней.

Она шла бы сквозь огонь, уверенная в своем праве и в своей правоте, и пламя не причиняло бы ей вреда. И пусть это всего лишь гордыня, пусть! Но былая чистота души, тела, помыслов, былая верность принципам и идеалам – это ведь по сути было единственным, что она могла бы бросить на чашу весов судьбы. Единственным, что могло бы перетянуть все немыслимые достоинства Астара сол Ньэрэ. Качнуть маятник в ее сторону. Так, чтобы они хоть на краткий миг стали бы вровень. И дело было даже не в том, что он – принц крови и наследник всего. Отнюдь.

Тем не менее, сейчас уже не о чем было говорить. Она, Тиана, уже была не той девочкой с пылающим сердцем. Она была мрачной теткой, с плечами согбенными всеми тридцатью прожитыми годами. Со всеми сделанными ошибками и глупостями юности. Со всем приобретенным в зрелости цинизмом. С нарушенными клятвами. С преданными идеалами. С мечтами, вере в которые переломили хребет. Разочарованная, злая, успевшая замараться в обыденности, стать такой же, как все. И при это все же продолжающая упиваться своей бешеной гордыней как последним, что у нее вообще осталось.

Быть может, Реймар был тем самым последним шагом к окончательному краху. К той бездне, за которой и гордыне уже не будет места.

Когда в окно настойчиво постучали, Тиана уже захлебывалась слезами. А ведь до этого не плакала уже очень много лет.

Осколки стекла брызнули в разные стороны разноцветными искрами. Реймарэ ворвался в комнату порывом ветра, мощным, стремительным и не очень-то ласковым. Тиана волевым усилием заставила себя собраться, рукавом вытерла злые слезы и встала.

– Чего ты ищешь здесь? Эмери дома, Нира где-то еще.

– Зато здесь ты, – отрывисто выдохнул маг, садясь на кровать рядом с Тианой, но все так же избегая смотреть в ее сторону.

Тиана криво усмехнулась.

– Можно подумать, я кому-нибудь нужна…

– Мне…

Сильная рука легла на ее плечо, притянула, прижала так, что не вырваться из железных объятий.

«Что ты молчишь? Скажи ему свое извечное про мужчин, которые не интересуют. Скажи. Ведь никто не обещал, что это будет правдой не только на словах».

Тиана честно попыталась высвободиться, но демонов маг держал крепко. Ничего не делал, только не отпускал. И тело его, находившееся в такой опасной близости, было горячим и желанным. Да и не только тело, если уж признаться себе до конца. Весь он со всеми глупостями, со всеми странностями и нелепостями был Тиане сильно не безразличен. Если бы она была не она, а просто девица, вроде тех, что вечно прикармливает и берется опекать дивная Нира… если бы была красивенькой, миленькой, свеженькой и не совсем со дна жизни, отчего бы ей не ринуться в этот роман с головой? Чтобы этот сидящий рядом мужчина принадлежал ей полностью, пусть и не навсегда, а на короткое время взаимного интереса? На месяц, на полгода, на год – кто знает возможные сроки? Отчего бы и нет?

Горячие ладони Реймара пробежали по Тианиным плечам и рукам, то лаская совсем нежно, то сжимая почти до боли.

Да почему бы и нет, в конце концов? Просто от того, что он влюблен в Ниру сол Гразза? Да кто в нее не влюблен? Ей не будет жалко поделиться с подругой поклонником, всего лишь одним из вереницы, или сколько там их у нее. Ничего такого в этом не будет. Просто отношения, просто мужчина из аристократов и не самая молодая дамочка из среды, славящейся своими вольными нравами.

Тиана резко развернулась лицом к магу и с вызовом посмотрела в морские глаза. Что искала? Путеводный огонь сквозь мглу? Признаки надвигающегося шторма? Какая разница, если все в его взгляде было и с лихвой.

Реймар тряхнул кудрями, рывком пересадил Тиану к себе на колени и впился в ее губы иссушающим поцелуем. До стона, до озноба, до того, чтобы темнело в глазах. И кому какое дело, что он хотел вовсе не ее? Или что она тоже отнюдь не испытывала в его присутствии тот необъяснимый трепет души и тела, что не отпускал ее рядом с Астаром Фъямэ сол Ньэрэ? Звезду с неба ей не сорвать даже на краткий миг, так было бы ради кого хранить белизну одежд и надуманное достоинство? Ведь на самом деле, все уже свершилось: и с ней в этой жизни и между ней и Реймаром на этой самой постели. Ничего уже не изменить, просто можно во всем наконец признаться себе самой…

Руки Тианы запутались в мягких кудрях, губы скользили по колючему подбородку мага, по сомкнутым векам, дрожащим ресницам. Реймар прижимал ее к себе все крепче, словно и в самом деле пытался стать с ней одним целым. Словно все это была не просто игра.

– Ты что плачешь? – хрипло выдохнул он, вдруг отстранившись. – Тиана?

– Нет, – замотала головой она, вновь потянувшись к его губам, – нет, нет…

– Что случилось? Ты была ранена? Испугалась? Или этот мой будущий родственник тебя обидел?

С демонова мага будто одним махом сдуло всю страсть. Сквозняком из разбитого окна, не иначе.

Тиана поднялась с его колен и отошла в сторону.

– Это что – допрос?

– Нет, но…

– Вот и не допытывайся.

– Ты плачешь.

– И что?

Они смотрели друг на друга неотрывно, и Тиана не могла знать, что он читал в ее глазах, но его взгляд ее почти пугал. Он что собирается пойти вступаться за ее честь? К Красному герцогу? К самому благородному и безупречному герою в мире?

– Мне казалось, что такие, как ты, никогда не плачут без причины.

Он был прав.

«Как он сказал? Будущий родственник?»

– Я просто устала, – стараясь улыбаться мягко и спокойно, сказала она.

Он вздохнул и уставился на свои руки, сейчас безвольно сложенные на коленях.

– Да, конечно, прости… Тебе и так досталось из-за меня.

– Ну причем здесь ты? – пожала плечами Тиана. – Тут уж скорее эту взбалмошную принцессу стоит винить. Или тех умников, что прочат ее замуж за неведомо кого.

Реймар глухо расхохотался.

– Тиана, ты меня сейчас возненавидишь…

– Вряд ли, – честно ответила она.

– Этот неведомо кто – это я.

Голос его не дрогнул. Но взглянуть ей в глаза снова он все же не осмелился.

Значит, вот так.

– Это было одним из условий мирного договора. Я думал, что ты знаешь, Тиана. Все об этом знают.

«Значит, вот так».

Не будет никаких честных отношений. Ни на год, ни на два, ни на месяц. Любовница при герцоге, которому досталась в жены возможная наследница имперского престола. Высоко можно взлететь через постель. Помятая жизнью драконятница и не надеялась.

– Тиана?

Бархатный голос был хриплым и почти неприятным сейчас.

Любовница при муже Интанньи, вот кем могла бы она стать. При нелюбимом, нежеланном, но все таки муже. Вонзить этой глупенькой, но чистой девочке нож в спину. Хотя, боги, какой нож! Это скорее было бы похоже на грязь, на птичий помет, на сточные воды в которых она, Тиана, измарала бы нежные стрекозиные крылышки юной принцессы. Ну уж нет!

– Прости. Прости, я, правда, думал, что тебе уже все известно. Что для тебя это просто не имеет значения.

Тиана усмехнулась. И в самом деле, какая разница, сколько у тебя жен и невест, когда имеешь дело не с высокородной леди, а с одной из тех, что танцуют на площадях. Все становится намного проще, если обязательств нет и быть не может.

– Интаннья всего лишь пункт договора. Мне нет до нее никакого дела, это было условие Астара сол Ньэрэ. Мне был нужен мир с Империей и брак с его племянницей не выглядел совсем уж непомерной ценой. Но ничем большим она для меня не стала и, боюсь, никогда уже не станет. Часть договора.

– Нет, – медленно покачала головой Тиана. – Интаннья не часть договора между тобой и Астаром, не довесок к миру между вольными герцогствами Юга и Империей. Она живая свободолюбивая девочка с собственными чувствами, желаниями и мыслями. Вы, мои милые вершители судеб, как-то слишком легко об этом позабыли. Она – человек, настоящий, существующий в реальном мире, а не на бумаге. И она имеет право, чтобы с ней считались.

– Тиана, постой…

Маг метнулся к ней, стиснул в стальных объятиях, прижал к себе. Сердце его билось так бешено, что Тиана вздрогнула.

Он запустил руку в ее волосы, оттягивая голову назад, заглядывая внимательно в лицо.

В его собственных глазах клубилась буря, серо-зеленая соленая мгла, как во время шторма, когда небо и море сливаются в единое целое. В бездну, опасную и завораживающую.

– Тиана…

Бархатный голос ласкал и сбивал с толку. Тиана на какие-то несколько мгновений даже позволила поддаться его покоряющей силе. Позволила себе делать то, чего хотелось, а не то, что было правильным.

Откинула голову назад, подставляя шею неистовым, жарким поцелуям. Потянулась сама, чтобы коснуться губами соленой, пахнущей южным морем и жарким ветром коже. Прильнула к усмехающемуся рту, шепчущему ее имя. Укусила за губу, больно и резко, и отпрянула снова.

Маг попытался удержать ее, грубо схватил за плечи, припечатал спиной к стене.

Горячие руки скользнули под бедра, легко поднимая Тиану над полом. Море? Или огненный вихрь над выжженной землей?

Она все-таки рванулась прочь, а когда он попытался этого не допустить, ударила, резко и больно. Так, как привыкла показывать силу драконам. Калечить нельзя, проявлять мягкость нельзя еще более. Наверное, Реймар и сам не понял, как вдруг оказался опрокинутым на ковер. Лишь ладонь взметнуть и успел, наверняка собираясь пальнуть в Тиану каким-нибудь хитровыдуманным заклятием. Только вот этого не будет.

– Не смей, – спокойно и холодно сказала она. – Никогда не смей со мной этого делать. Да, ты сильнее меня. Да, ты со мной справишься так или иначе. Но это будет не так-то просто, как тебе кажется.

Реймар прикрыл глаза и расхохотался обреченно и горько.

Тиана безуспешно попыталась свести ладонями разорванный ворот рубахи. Потом сдалась и, стянув ее через голову, отбросила в угол. Села на пол рядом с магом. Он в ее сторону демонстративно не смотрел.

– Тиана?

– Да?

– Но ты ведь тоже этого хочешь?

Стук сердца в висках не был слышен никому, кроме нее самой, но думать мешал слишком назойливо.

– Чего?

– Чтобы мы занялись любовью? Ведь хочешь?

Тиана окинула долгим взглядом фигуру сидящего рядом мужчины. Чего он добивался? Правды? Или лестной для себя лжи?

Что она могла ему ответить, если единственно верные слова были полны пафоса и наивны до нелепости? Может быть, и в самом деле, стоило бы быть проще и чуть меньше придумывать препятствий там, где их потом все равно приходилось преодолевать так или иначе?

– Хочу, – честно сказала она.

Маг поднял голову, снова глядя ей в глаза. Буря. Бездна. Шквал эмоций и ощущений.

– Тогда почему? – просто спросил он.

И она так же откровенно и просто ответила:

– Это против моей чести.

Зубы от приторности этих слов сводило немилосердно. Но больше ей нечего было ему сказать.

Он поднялся, вихрем пронесся по комнате, сбивая мебель. Остановился у разбитого окна, глядя в бутылочную зелень вод Эль Рахна.

Тиана осталась сидеть, водить ладонями по узорам ковра.

– Озеро на вас спустил тоже я, – наконец сказал маг.

Тиана даже не удивилась. Она и так его подозревала. Все эти их тайные заговоры и глупые мальчишеские игры, о которых она предпочитала ничего не знать.

– Хотел убить наследника престола? Или избавиться от навязанной невесты?

– Ни то ни другое. Я даже представить себе не мог, что вы все окажетесь там. Мне нужно было открыть тайный ход под озером, для этого пришлось его немного подвинуть. Эмери уже почти вскрыла первые врата,,как вдруг пронеслась эта новость про принцессу. Я бросил все и отправился искать вас.

– Спасать благородную нареченную? Как это романтично,– не смогла удержаться Тиана.

– Честно тебе сознаюсь, я даже и не подумал о ней тогда, – сверкнул белозубой улыбкой маг. – Да, было бы некстати, если бы она погибла до того, как исполнит свою задачу. Но, Тиана, пусть это звучит жестоко, пусть мерзко, но Интанниа не более, чем ступенька на моей дороге. Я не вспомнил о ней. Все мои мысли были только о тебе.

Тиана закусила губу.

«Ступенька? Не более?»

– Прости мне мою откровенность, – маг протянул руку, помогая Тиане подняться на ноги.

– Не прощу, – прямо сказала она. – Многое могу. Вот это – нет.

Он опустил голову, уронил бессильно руку, которую Тиана даже и не подумала принять.

– И на Серое озеро со мной не полетишь? Помнишь, ты ведь когда-то обещала мне поддержку?

Тиана кивнула. Встала сама, вынула из сундука другую блузку. Алую, шелковую, приятно льнущую к телу. В ней будет куда менее удобно, чем в любой из привычных рабочих, но зато единственная часть фигуры, которой Тиана могла еще гордиться, предстала теперь в самом выгодном свете. И пусть некоторые демоновы отродья, предпочитавшие интриги и бессмысленные игры, знают, чего лишились! Женщина она или не женщина, в конце концов!

– Ну? Зови Меаду и летим, – мрачно проворчала она в слишком уж откровенно сияющие глаза Реймарэ.

***

Поднять в воздух Меаду им никто, разумеется, не позволил. Поэтому весь нелегкий путь был проделан верхом, о чем Тиана, впрочем, нисколько не сожалела. Эта поездка была ничем не хуже, чем полет: резвые злющие жеребцы из фамильных конюшен Тасаре, ветер в лицо и спутник, молчать рядом с которым было легко. Так можно молчать только с самыми родными и близкими, со всеми остальными неизбежно возникает неловкость. С Реймарэ Тиана была знакома не так уж давно, но как-то быстро привыкла считать его своим абсолютно. И дело было вовсе не в том сумбурном недоромане, который их связывал. Отнюдь. Просто рядом с этим человеком было так же спокойно, как рядом с Нирой или Эмери. Как рядом с теми, дружба с которыми насчитывала уже не один год. Реймарэ был свой. Неизвестно почему, но – был.

Они мчались наперегонки по лесной дороге, и прекрасно выезженные кони почти не требовали вмешательства человеческой воли. Их бег все равно был стремительным и текучим, будто поток воды. Густые шелковистые гривы и хвосты развевались, тонкие ноги горделиво несли изящные, как статуэтки из драгоценного дерева лейаннэ, тела. Тиана готова была визжать от нахлынувшей в одночасье волны невероятного восторга. Такого, какой не рассчитывала уже когда-либо испытать. Дорога петляла и то круто поднималась в гору, то, напротив, переходила в резкий спуск. За одним из поворотов этот спуск вывел к берегу озера.

К бывшему берегу.

Тиана осадила коня.

Всё было обычным. Чуть поросший осотом и аиром склон, песчаное дно, даже запах – не болота, но речной воды, такой ни с чем не спутаешь. Но вместо озера простиралось огромное поле ила, глины и демон знает чего ещё. Даже мелких лужиц не осталось на этом пространстве. Только пустота.

– И вот это все ты? – задумчиво и чуть более раздраженно, чем хотелось бы, спросила Тиана.

Реймар, остановившись рядом с ней, покаянно развел руками. Потом спешился и спустил на землю Тиану.

– Пойдем.

Она не стала спорить. Она ведь на все уже согласилась, разве нет?

Они оставили лошадей на поляне. Реймар сосредоточенно обдумывал что-то, потом щелкнул пальцами. Полупрозрачное, легкое как пух, облачко тумана окутало сначала его самого, потом Тиану, а после и вовсе расползлось вокруг, словно затопив бывшее ложе озера.

Реймар сжал Тианину руку.

– Найдем Эмери. Пока никто другой не вздумал поискать нас.

Они шли сквозь этот густой туманный кисель, по неприятно вязкому, а иногда и скользкому дну. Реймар даже не пытался замедлить шаг, подстраиваясь к сопровождавшей его даме, не пытался помогать перебираться через препятствия. И, кажется, ей это нравилось ничуть не меньше, чем бдительная забота Астара сол Ньэрэ.

Эмери ждала их у мрачно зияющего провала, лишь наполовину прикрытого ржавым круглым люком. Сидела, сгорбившись, закутавшись в тёмно-зелёный плащ, похожая на полусказочное и явно недоброе существо. Вроде болотных духов, что воруют детей или выводят смертных из трясины за исполнение любого их желания в будущем.

При виде спутницы брата она вскочила.

– Тиана?

Тиана развела руками, запоздало сообразив, что этот жест выглядит, как подражание Реймару.

– Не ожидала тебя здесь увидеть, – сказала честная Эмери, обнимая подругу. – Хотя… я уже догадалась, что просто-напросто не все знаю.

– Тиана свой человек, – уверенно заявил демонов маг. – А теперь не будем тратить времени. У тебя все получилось?

– Почти, – хмуро сказала нежная Эмери, тыльной стороной ладони пытаясь стереть ржавчину и копоть с лица. – Реймарэ, это очень опасно. Гораздо сильнее защищенный тайник, чем все, с которыми мы оба сталкивались прежде. И то, что здесь не будет человеческой охраны, нас не спасает. Здесь магия такого порядка, техника такого уровня… Реймарэ, мы не справимся.

Маг молча поцеловал сестру в лоб. Достал-проверил оружие, свое и Тианино. Решительно кивнул в сторону провала.

Эмери опустилась на колени и стала колдовать с какими-то ключами, отмычками и предметами вовсе непонятного Тиане назначения. Люк поддался на уговоры и с противным скрежетом медленно отъехал в сторону совсем, открывая проход. Эмери зажгла фонарь.

– Лучше я пойду первым.

Реймар скользнул в проем и начал ловко спускаться по металлическим прутьям отвесной лестницы. За ним сползала Эмери, медленно и осторожно. И только потом Тиана, которой совершенно не нравилось это приключение.

Здесь пахло затхлой водой, ржавчиной и чем-то паленым. Здесь стояла гулкая тишина, но не природная, а словно бы искусственная. И даже эхо от шагов, движений, голосов, дыхание казалось искусственным. Как в сундуке или в жестяном ведре под крышкой. Не как в пещере или хотя бы колодце.

– Нажми рычаг, – велела Эмери. – Протяни руку. Слева над головой.

Тиана нащупала рукоять, придавила. Люк стал все с тем же зловещим скрежетом задвигаться обратно.

– Эй, дорогие, – растерянно произнесла Тиана, – а вы точно уверены, что это надо так делать? Запирать себя в туннеле под временно осушенным озером? Как в ловушке для крыс?

Ответить ей не успели. Крышка схлопнулась раньше.

Это был очень долгий, почти бесконечный путь. Холодные ржавые прутья под руками, осторожно и неловко скользящие по ним же подошвы башмаков, приглушенные переговоры со спутниками – все это утомляло и выматывало сильнее, чем все предыдущие приключения. Даже хуже, чем ночь на обломках полуразрушенного моста. Быть может, это место просто было заколдованным? И чужие чары так ощущались?

– Не бойся, Тина, – вполголоса сказала нежная Эмери. – Я здесь уже прошла сегодня. Ловушек и прочих пакостей пока не будет. Все самое страшное начнется уже за порогом. А его еще нужно преодолеть.

Странным образом эти слова успокаивали. В самом деле, если сумела Эмери – это не может быть слишком уж сложным.

Когда стало казаться, что это теперь навсегда: темнота и спуск по лестнице в недра земли – Реймар предупредил:

– Здесь до пола не достать, Тиана. Прыгай, я поймаю вас по очереди.

Сам он спрыгнул легко, как кот с крыши. Эмери долго висела на руках, прежде чем решилась разжать пальцы, и мешком свалилась в объятия брата. Тиана хмыкнула, раскачалась, как следует, мягко толкнулась ногами от стены, потом от противоположной и спустилась совершенно самостоятельно. Вот уж прям сложность! Ей не нужна ничья помощь в таких делах, и уж точно нет нужды позволять демонову магу себя касаться.

Реймар все-таки протянул ей руку, но Тиана сделала вид, что не заметила.

– Посвети вот здесь, – сказала Эмери, возясь со связкой странного вида ключей.

Реймар достал фонарик, маленький, но очень яркий. Луч света выхватил из мрака металлическую дверь, всю испещренную странными письменами, рычажками и замочными скважинами самых разнообразных форм и размеров. Эмери принялась что-то высчитывать и измерять их, поворачивать рычажки, играть в какую-то безумную перетасовку ключами.

«Бред какой-то».

– Тина, все получится, – отбрасывая с лица мешавшую прядь волос, бормотала Эмери. – Здесь пока нет магии, здесь пока еще не сложно. Не так сложно, как будет дальше.

Тиана не знала, что ей нужно думать, что чувствовать, говорить. Если от Реймара она ожидала чего угодно, то Эмери здесь и сейчас казалась слишком неуместной. Да, эта девочка было отнюдь не такой кисейной барышней, как многие сверстницы ее круга. Да, она весьма умело обращалась с Меадой и мало чего боялась. Но это демоново подземелье все же было совсем не подходящим для нее местом. И Тиана поймала себя на мысли, что злится на Реймара из-за этого.

Маленькие ручки Эмери порхали над поверхностью двери как две белых птицы, бьющиеся в стекло.

– Вот, вот сейчас… Сейчас войдем, – в который раз обещала она и кусала губы.

Реймарэ подошел ближе, встал у сестры за спиной. Положил руку ей на плечо.

– Сосредоточься на том, что делаешь. Так, чтобы никакие посторонние мысли не отвлекали, – велел он ей. – И замри на мгновение.

Эмери послушалась, закрыла глаза.

В туннеле стало холодно. Ледяной воздух словно бы проникал изо всех щелей, морозным узором растекался по стенам, покрывал прозрачно-белой коркой демонову дверь. Зачем это, Тиана спросить не успела. Потому что на поверхности двери довольно явственно проступили письмена.

– Реймарэ, ты гений, – прочувствованно сказала Эмери.

– Знаю, – самодовольно ухмыльнулся маг.

Девушка быстро защелкала рычагами, заскрежетала с натугой поворачивающимися замками.

Дверь подалась и медленно поехала влево. С той стороны копотью пахло ещё отчётливее.

– Откуда ты знал? – спросила Тиана.

– У меня был хороший наставник, – пожал плечами маг. – А у того просто таки изысканная библиотека. Я уже много лет искал это место и знаю про него все. А милая Эмери всего лишь многое.

– Хвастун, – буркнула Эмери и решительно вошла в дверной проем.

– Эй, погоди! Я должен первый! – бросился за ней брат.

Тиана пожала плечами и тоже шагнула через порожек, за которым был новый туннель, в этот раз широкий. Они шли по нему медленно и осторожно, стараясь не поскользнуться, не споткнуться о неровную поверхность, иногда выгибающуюся под ногами. Магический фонарик Реймара помогал слабо. Тонкий длинный луч обшарил серые стены и беспомощно уткнулся в металлическую решетку пола.

– Что это? – шепотом спросила Тиана, и даже тихий голос отозвался раскатом эха.

– О, – многозначительно протянул Реймар. – Это удивительное место. Кто-то назовет его адом, кто-то раем. Кто-то усыпальницей древних королей. Кто-то подземным храмом забытых богов. Для меня же это настоящая сокровищница.

– А именно?

– Здесь все начиналось, Тиана. Весь наш мир. Здесь он и закончится, если все пойдет так, как я задумал.

Тиана хмыкнула. Наверное, при этих словах демонова мага ей должно было испытать трепет или хотя бы тень страха. Но ничего подобного не получалось. Впрочем, смотреть на вдохновенно сверкающего глазами Реймара с благоговейным обожанием, как делала Эмери, не выходило тоже.

– И что же именно произойдет? Ну, чтобы мир закончился? – спросила Тиана. – Что ты собираешься для этого сделать?

– Ты увидишь, – сверкнул зубами маг и неожиданно схватил Тиану за руку. Крепко, не вывернешься. – Идем скорее.

– Подождите.

Голос Эмери был странным. Тиана стремительно обернулась.

– Там, в вертикальном туннеле я прошла перед вами почти до самого конца и сняла все ловушки заранее.

– Да, ты умница! – горячо воскликнул маг.

– Здесь я этого не сделала, – все тем же убитым тоном сказала Эмери.

Тиана тоже помертвела. Маг свободной рукой подхватил сестру и бросился обратно к выходу. За их спинами раздался душераздирающий вой.

– Что это? – выдохнула на бегу Тиана.

– Не знаю, не до этого, – прорычал маг, буквально зашвыривая ее в первый туннель.

Эмери бросилась к двери и попыталась задвинуть ее на место. Тщетно.

Маг выругался и встал перед девушками, выставив развернутые ладони прямо перед собой. Ледяной узор со стен стал разрастаться и словно паутиной затягивать дверной проем. В глыбу льда, тонкого, но прочного, эта паутина превратилась всего за несколько мгновений. Реймар покачнулся, сделал неловкий шаг к своему творению, одобрительно его ощупал.

– Если так пойдет и дальше, назад вы меня понесете, – сообщил он спутницам. – Беспечные деточки, все трое…

Эмери привычно подставила брату плечо и приникла к ледяному окну.

– Тина, смотри!

Тиана тоже подошла.

Это действительно было красиво и почти невероятно.

Та металлическая решетка, по которой они только что шли, была мостом над огромным, прямо-таки исполинским залом, занимавшим, верно, все подозерное пространство. Где-то в самом конце этого моста маячила винтовая лестница, спускавшаяся к маслянисто – блестящей темной поверхности далеко внизу. У восточного края зала от этой поверхности рос ало-золотой огненный шар. Света от него было достаточно, чтобы разглядеть в подробностях все это открывающееся великолепие. Ослепительно яркие лучи пронзали затхлый воздух, в подробностях показывали зрителям полуразрушенные плиты древних стен. Медь, багрянец, золото, обсидиан – вот какими красками писал бы эту картину Фалько ди Тьеверра.

– Эта ржавая пещера сейчас взорвется? – хмуро спросила Тиана. – Что это за демонова дрянота?

Реймар притянул ее к себе и крепко поцеловал в губы.

– Это наш рассвет.

Глава двадцатая. Созидать, охранять, разрушать…

«Чтоб ты пропал, Реймарэ ди Вьенноцо».

Ледяная стена, к которой Тиана прижималась спиной, царапала кожу даже сквозь ткань рубашки, а от стиснувшего ее в стальных объятиях мага, напротив, веяло почти непереносимым жаром. Этому было трудно, почти невозможно сопротивляться. Огонь, давно поглотивший душу этого человека, опалял своим дыханием каждого, кто рисковал подойти поближе. У неё, Тианы, и своего жара в крови хватало, так что дурацкое тело откликалось мгновенно – не на прикосновения даже. На бездну во взгляде. И даже присутствие Эмери больше не смущало совершенно.

Тиана уперлась ладонями в грудь Реймара.

– Хватит, – жестко сказала, посмотрев прямо в шальные глаза. – Вот этого больше не будет.

Маг дернулся как от пощечины, но руки разжал.

– Тиана, ты не понимаешь, – произнес хрипло. – Мы на пороге самого невероятного события…

Она понимала. Невероятное событие. Торжество победителя, добравшегося до почти нереализуемой цели. Конечно, это все требовало сбрасывать напряжение сил и чувств – пусть и в глупую интрижку с первой попавшейся сговорчивой артисточкой. Или не артисточкой.

– Вот именно. На пороге, – откуда-то из другой реальности прозвучал голос Эмери. – Туда еще необходимо как-то попасть. Как-то отключить этот твой рассвет обратно. И, Реймарэ, я совершенно уверена, что это только начало. Учитывая, что тут было наворочено на спуске, внутри будет гораздо веселее.

– Мы сумеем, – твердо сказал Реймар. – Ты сумеешь, душа моя.

– Я сумею. Если ты точно знаешь, что это нужно.

– Я знаю.

Тиана посмотрела на подругу. Маленькую, усталую и замученную, но сиявшую какой-то почти мистической верой в верность выбранного пути.

– Что там за порогом? Эмери, он молчит, скажи хоть ты!

Тиане хотелось верить, что голос ее звучит уверенно и спокойно, а не звенит от тщательно скрываемого любопытства.

Эмери не успела даже рта раскрыть.

– Молчи. Пусть она сама увидит, – маг смотрел на сестру с лукавой улыбкой, но взгляд оставался взволнованным. – Сейчас я попробую снять защиту. Вместо этого наброшу на тебя паутинку. Ты проберешься внутрь и отключишь ловушку.

– Реймар, я не уверена, что смогу…

– Сможешь. Должна.

– Я даже не уверена, что точно поняла, где искать нужный ключ. Это потребует времени.

– Я буду держать паутинку столько, сколько тебе понадобится.

– Реймар, это ведь сложное заклинание!

Маг криво ухмыльнулся.

– Если свалюсь, Тиана тебя вытащит. Сможешь проделать это как можно быстрее, мастер над драконами?

Тиана с трудом понимала, о чем идет речь, но кивнула. А был ли у нее другой выход?

Реймар оттеснил ее к противоположной от двери стене.

– Будет жарко. Очень жарко, я так полагаю.

Тиана хмыкнула. Вот уж чего она давным-давно привыкла не бояться так это жара и огня. Должность обязывала.

Она достала из сумки флакон с защитным средством и, не слушая возражений, от души обила им и Реймара, и Эмери, и себя саму. Хоть одежда не вспыхнет в случае чего.

Реймар снова поднял руки в знакомом уже жесте, и ледяной щит сразу же покрылся трещинами, расползающимися от середины к краям. Потом лед рассыпался мелкими осколками, почти как морская волна, когда разбивается брызгами о прибрежный камень.

Жарко стало сразу же.

Волна горячего ветра ударила из проема, обжигая кожу, затрудняя дыхание. Тиана выругалась, Эмери поспешно замотала лицо шарфом. Реймар склонился над сестрой, быстро выплетая руками что-то сложное. Хрупкая фигурка Эмери стала покрываться таким же витиеватым узором, как недавно стены и дверь в подземелье, вот только были эти узоры словно сотканы из тумана. Эмери сама стала напоминать туманного призрака, о которых немало баек ходит на побережье.

– Давай, – выдохнул наконец маг и тяжело привалился к стене.

Эмери закусила губу и побежала. Прямо туда, в пышущий жаром ад, такой, каким его описывали поклонники культа Звездного Бога. Тиана не могла оторвать от подруги взгляда. Хрупкая фигурка из светящейся дымки скользила в багровой полутьме, выставив перед собой тонкие руки.

– Не бойся, – вполголоса сказал Реймар. – Эта девочка сильнее, чем кажется. И провести нас на ту сторону сможет только она. Она к этому готовилась долгие годы.

– И все же не догадалась отключить ловушку сразу? Пока эта огненная дрянь на нас не выкатилась?

Реймар пожал плечами. Мол, все мы не совершенны.

– Ничего. Отключит сейчас. Моя защита надежна, верь мне.

Тиана, которой было уже почти нестерпимо жарко, пусть она и не входила в самое пекло, недоверчиво хмыкнула.

– Так надежна, что ты велел мне вытаскивать ее?

– Я сказал: «если свалюсь», – заметил маг. – Защита надежна, но слишком много на нее затрачиваться сил. Если Эмери будет возиться слишком долго, моих может не хватить. А она – натура увлекающаяся и обязательно попытается продолжить, несмотря ни на что.

Тиана молча потерла ладонью уже взмокший лоб.

«Какой бред».

– Подойди ко мне, – тихо сказал маг. – Пожалуйста.

Тиана окинула его подозрительным взглядом. Конечно, он пользовался ситуацией. Грозящей им всем троим опасностью, нагнетенной таинственностью происходящего, собственным состоянием. Конечно, ему, бледному, едва держащемуся на ногах, но упрямо рвущемуся к заветной цели, просто невозможно было не сочувствовать.

– Тиана…

– Нет.

«Нет, Реймарэ. Я не подойду. Не подставлю тебе свое надежное плечо. Не буду отирать испарину со лба или прикрывать спину от неведомых врагов. Помирать, конечно, тоже не брошу. Но и держать за руку, изнемогая от сопереживания, смешанного с желанием, больше не собираюсь. Незачем».

– Я не могу это отключить! – крикнула Эмери. – Не могу, Реймар!

– Сможешь, – голос мага был уверенным, но легкое облачко, промелькнувшее на лице, нельзя было не заметить.

Тиана стиснула кулаки до боли.

– Продолжай.

Жара нарастала. Воздуха пока хватало, но одежда промокла от пота насквозь. Как Эмери там выдерживает в этом пекле? Хотя на ней же туманный кокон…

– Она справится, Тиана, вот увидишь, – краем начавших кровоточить губ улыбнулся маг. – Ее хорошо учили.

«А ты? Ты справишься?»

Не спросила. Стояла, смотрела, как он жадно хватает ртом горячий воздух, как сползает по стене, к которой давно уже обессилено привалился.

– Ты совсем не боишься за ее жизнь? Она же тебе сестра. Я думала, что она дорога тебе, как никто. Или тоже: всего лишь ступенька, как Интанниа?

– Не так, – кривая улыбка снова тронула губы. – Эмери – часть меня. Такая же, как я сам. Мое второе «я». Все, что она делает для меня, так же сильно важно для нее самой. Да, она рискует. Но она хочет этого.

– А мне кажется, что ты ее используешь, – честно сказала Тиана. – Будто ты не знаешь, с каким обожанием она на тебя смотрит. Да любое твое слово для нее прописная истина!

Реймар уже сидел на полу, сгорбившись и уткнувшись в собственные колени. Тиана подумала и опустилась на порог – так, чтобы и рядом с ним, и не слишком вплотную. Чтобы ни в коем случае не позволить ему себя касаться, трогать руками, ловить ее ладонь дрожавшими пальцами… Нет уж.

– Жестоко, Тиана, – тихо произнес он после долгой паузы. – И в чем-то справедливо. Да, использую. Ее. Принцессу. Тебя. Астара. Всю демонову Империю и драконовы вольные герцогства до кучи. Но так будет правильно.

– Ты так уверен?

– Конечно. Ведь, если разобраться, все мы в чем-то используем друг друга. Даже, когда любим. Особенно, когда любим. Ради своих собственных интересов, как правило, не простирающихся далее личной выгоды. Я ищу не выгоды. Я хочу изменений, которые сотрясут мир настолько, что он никогда уже не будет прежним.

Тиана перевела взгляд с напряженного лица Реймара на тоненькую фигурку его сестры, почти неразличимую в багровом сумраке за порогом.

– Да демон вас раздери! – с чувством произнесла она. – Скажете вы мне, наконец, что вы там пытаетесь достать с упорством самоубийц? Что за демонов огонь, демонов туннель и какого ляда нам понадобилось туда лезть?

Реймар откинул голову и усмехнулся.

– Это долгая история, Тиана. Мы с Эмери подбираемся к ее сути уже много лет. Пересказывать ее тебе в двух словах бессмысленно. Помнишь, я говорил тебе, что мы все – потомки богов?

– Было дело, – кивнула Тиана. – Говорил. А потом заявлял, что сам собираешься стать не менее, чем богом.

– Я не передумал.

– Вот как? И чем это нам грозит?

– В смысле?

Тиана картинно повела плечами: жест пренебрежения и вызова одновременно.

– Что такого ты можешь дать всем нам, с чем не справлялись предыдущие знакомые и многими любимые боги? почему тебя обязательно нужно тащить в небожители, а не ткнуть носом в непомерность гордыньки и не оставить на земле грехи отрабатывать?

– Перемены, Тиана. Я несу этому миру изменения. Он слишком давно застыл нерушимым монолитом, тяжелым и неповоротливым. Пора бы что-то менять.

– И ты уверен, что сумеешь это сделать?

– Абсолютно. Я точно знаю, как.

Тиана фыркнула. Призрачная фигурка Эмери склонилась над каким-то участком пола низко-низко. Нашла что-то?

– А зачем ты знаешь? И что за этим всем последует?

– Свобода, Тиана. Новые возможности. Преодоление границ.

– Ты так уверен?

Реймар болезненно поморщился.

– Помнишь, в старых легендах есть такая история о том, как боги в древности разделили человеков на Созидателей, Охранителей и Разрушителей. В мире должны быть все они, иначе все рухнет. Но Созидателей становится все меньше, а Разрушителей все больше, и только Охранителей число неизменно. Вот только им уже почти нечего охранять. Почти все старое разрушено, а новое некому создавать. Мне повезло. Я родился Созидателем. Это дар, но и большая ответственность в то же время.

Тиана нахмурилась. Что-то такое она, конечно, помнила, но вот к чему это сейчас?

– Я хочу создать нечто новое. То, чего раньше не было никогда. Чтобы Мир перестал быть тем болотом, в которое он превратился нынче.

Эмери резко обернулась к ним и замахала над головой руками, привлекая их внимание. Ей удалось? Кажется, да, ведь жар вокруг стал весьма ощутимо спадать, а шар в туннеле заметно потускнел.

– Создать новое. Ну да, – покорно кивнула Тиана, поднимаясь на ноги и протягивая магу руку. – А перед этим разрушить все, что подвернется под удар шипастого хвоста. Типичная драконья логика. Так кто ты там по этой системе, говоришь?

Реймар стиснул ее ладонь, но сил встать ему не хватило. Тиана со вздохом подставила плечо, на котором он практически повис.

– Ты просто пока еще не поняла, – выдохнул он упрямо. – Я разрушу только границы и оковы. А дальше у нас будет небо, полет и крылья.

Медленно, спотыкаясь на каждом шагу, они двинулись знакомой уже дорогой. По решетчатому мосту туда, где ждала Эмери.

– Так, по-твоему, я дракон?

Самодовольства в этом голосе хватило бы на все вольные герцогства скопом.

– Местами, – уклончиво ответила Тиана. И запоздало сообразила, что сейчас он глупо и банально спросит «какими?», намекая на всякую непотребщину.

Маг сжал ее плечо чуть сильнее, так, что пальцы словно обожгли сквозь тонкую ткань рубашки. Потом коснулся губами Тианиного уха и прошептал:

– Тогда почему ты удивляешься, что нужна мне, мастер над драконами?

Тиана ничему не удивлялась давно. Она спокойно дотащила его до взволнованной Эмери. Да, у той все получилось: огненный шар погас, жара отступила. К тому же в туннеле снова начинало темнеть.

– Это еще не все, разумеется, – предупредила Эмери спутников. – Поэтому идем медленно. Очень медленно. И, случись что непредвиденное, прорываемся обратно, как бы далеко не удалось продвинуться.

Реймар усмехнулся.

– Ну уж нет. Никаких «обратно», тем более, что я быстро не убегу.

Эмери пристально посмотрела на брата.

– Тиана тебя вытащит, – сказала уверенно. – Снимай паутинку.

– Может быть, рановато? Вдруг….

– Снимай. Если что-то случится с тобой, мы все равно обречены. Так что береги силы.

Дымчатое сияние, окутывавшее девушку, потускнело и рассеялось совсем.

Они пошли дальше. И в самом деле, очень медленно. Эмери, вооружившись каким-то странным предметом, похожим на часы и лозу золотоискателей одновременно, шагала впереди. Иногда она останавливалась, опускалась на колени и что-то там проворачивала и нажимала. Это занимало у нее от нескольких мгновений до тянущихся вечностью часов. Реймар и Тиана старались не лезть под руку, лишь несколько раз маг помогал сестре: советом или заклинанием.

Реймар постепенно пришел в себя, уже не опирался на Тианино плечо. Они почти не разговаривали, и это выматывало больше всего. Не хватало еще и глупой борьбы за право держать собственное слово.

Когда они добрались до лестницы, Тиана уже оглохла от вынужденной тишины, которую нарушало лишь гулкое эхо шагов.

– Вниз? – зачем-то спросила у брата Эмери, хотя и так понятно было, что другой дороги нет.

Реймар кивнул.

– Да, на пару пролетов, если я верно помню план. Потом должна быть площадка, с которой можно перейти во внутреннюю часть.

– Какую еще «внутреннюю»? – не удержалась Тиана. – Мы и так в демоновом подземелье.

– Здесь стояли их, хм, драконы, – как-то неуверенно объяснил маг. – Те, на которых они прибыли в этот мир. А жили они во внутренних, куда меньших помещениях. Нам нужно пробраться именно туда.

–Какие ещё драконы? – фыркнула Тиана. – Где они все? Повымерли?

От усталости и неопределенности она даже самой себе начала напоминать Маруш. Хотя бы манерой выражаться.

– Я не знаю, – честно ответил маг. – Я думал, я надеялся, что они по-прежнему здесь.

– Драконы? Под Серым Озером?

– Тиана, это сложно… Ты не понимаешь, – Реймар поморщился.

– Ты прав, – легко согласилась она. – Не понимаю. И жду, что хоть один из вас мне что-нибудь объяснит.

Эмери подошла ближе, положила голову подруге на плечо.

– Тина, давай уже на месте? Это действительно долго. Но и интересно. Очень.

Тиана не стала спорить. Какая разница: чуть раньше или чуть позже, если она во все это все равно уже влипла по уши? Главное, чтобы демонов маг не решил что-то там разрушать-созидать до того, как ответит на все ее вопросы.

Здесь лестница была обычной, пусть и металлической. Эмери продолжала что-то выстукивать и высчитывать и, когда они одолели уже треть пути, резко остановилась.

– Здесь, Реймар. И здесь магический замок, я ничего с этим сделать не сумею.

Маг выругался.

– Этого не может, не должно быть!

– Реймар, это точно. Здесь механизм, требующий пароля.

– И что это означает? Ты нашла не все пароли к этому тайнику?

Голос у мага бы вкрадчиво-ядовитый. Тиана и представить себе не могла, что он может разговаривать вот так.

Эмери порывисто обернулась, сверкнула на брата глазищами.

– Все, Реймар, я клянусь тебе! Но здесь некуда его набирать! Нет ни панели, ни замка! Здесь нужна твоя магия!

Реймар мрачно кивнул, тяжело облокотился о перила и замер с остекленевшим мгновенно взглядом.

Ледяное дыхание расползалось от мага во все стороны, постепенно обволакивая и лестницу, и перила, и сапоги стоявших на площадке людей. Змеились морозные узоры, крошилась мелкими осколками ледяная корка и нарастала вновь. У Тианы окоченели пальцы и потрескались губы от этой внезапной зимы.

Но ничего не произошло. Никаких древних знаков, загадочных рун – ничего не проявилось.

Стало еще холоднее. Эмери прижалась к Тиане, пытаясь и ее укутать полой своего плаща. От рук самозабвенно колдующего мага поднимался белый искристый туман. Поднимался чуть выше голов и опадал рваными хлопьями. Собственных рук и ног Тиана уже почти не чувствовала. Давешний жар от необезвреженной ловушки и тот переносился куда легче.

– Брат, довольно! – выкрикнула Эмери.

Лицо Реймара стало совсем белым. Дыхание со свистом вырывалось из оскаленного рта. Сейчас он был по-настоящему страшен.

И останавливаться он явно не собирался.

Белый туман стал голубоватым, по нему пробежал разряд молнии. Снежные облака клубились у ног, закручивались зарождавшимся смерчем.

– Он так может? – глупо прошептала Тиана.

Эмери не ответила. Да этого и не требовалось.

Тиана отбросила плащ и, стиснув зубы, шагнула ближе к сердцу этого ледяного безумия.

– Реймарэ! Прекрати!

Маг смотрел прямо на нее, но уже не видел. Взгляд его заволокли грозовые тучи, и Тиана сама чуть не утонула в этой бездне.

Ну уж нет!

«Демонов придурок!»

Ругаться было проще, чем что-либо понимать.

А сделать несколько быстрых шагов проще, чем первый неуверенный. Жаль, что стейвера у нее не было.

Одной рукой Тиана обхватила запястье мага. Ледяная молния пронзила ее, заставила покачнуться. Демон, он же сейчас ее обездвижит, как когда-то при первой встрече!

Знакомая судорога прошла по телу, лишая воли и способности действовать.

Последним усилием Тиана швырнула непослушное тело вперед и обвила свободной рукой плечи Реймара.

«Теперь моя очередь виснуть у тебя на шее» – подумалось со злорадством.

Маг вздрогнул, словно просыпаясь, и не устоял на ногах.

Вдвоем они перелетели через перила и рухнули вниз. Эмери отчаянно закричала.

Маслянистая поверхность, на которую они упали, была пружинистой и мягкой. Тиана ошеломленно пошевелилась, понимая, что ничего себе не сломала и не отшибла. Потрясла за плечо лежавшего рядом мага.

– Цел? – спросила участливо.

Реймар медленно поднял голову. Взгляд у него уже был совершенно обычным, но из носа и из прокушенной губы текла кровь.

– Не молчи, пожалуйста. Ты цел?

Реймар ответил. Правда, этот ответ не имел никакого отношения к его состоянию. Тиана восхищенно ахнула: при своей богатой биографии, она могла опознать не все слова.

– Эмери, закрой уши! – крикнула она стремительно спускавшейся к ним нежной деве. – А ты прекращай ругаться.

– Ты не понимаешь, – сквозь зубы простонал маг. – Не понимаешь…

– Куда уж мне, – вздохнула Тиана.

– Если мы не войдем, если мы не найдем ничего… Получается вся моя жизнь была зря. С самого первого дня до самого последнего.

Эмери подбежала к брату, бросилась с нелепыми и проникновенными утешениями.

Тиана села, обхватив коленки. Запрокинула голову, закрыла глаза.

«Так не бывает, Реймарэ. Так не бывает, чтобы из-за одной неудачи все было зря. Уж я-то это знаю».

Глава двадцать первая. Иные драконы

В свои тридцать Тиана была твердо уверена в одном: в драконах она разбирается лучше очень и очень многих. Она знала их нравы, повадки, особенности строения тел и связанные с этим потребности. Различала все разновидности и могла определить родословную вплоть до семи-восьми поколений при пристальном наблюдении. Она умела летать на них, лечить их, управлять и обучать, знала неописуемое множество хитростей и особых приемов. Она знала о них столько, что порой даже боялась признаваться в этом вслух.

И вот теперь она твердо была уверена, что в этом подозерном подземелье никаких драконов никогда не было и быть не могло.

– Даже в древности? – лукаво улыбнулась Эмери сол Тасаре.

– В любое время, если все, что мы сейчас с вами видим вокруг, уже было построено. – Тиана обвела руками зал, топнула грубым башмаком по мягкой поверхности пола. – Здесь никогда не было драконов. Здесь ими даже не пахнет.

– Это было давно, – покачала головой Эмери. – На заре мироздания.

– Да хоть до этой самой зари! Драконий специфический запах не исчезает никогда. Ты была когда-нибудь на острове Вамальн? Там, где покоятся кости Старейшего из Морских Змеев? Там каждый камень пропах им! А ведь морские куда как менее ароматны, можешь мне верить.

Эмери наморщила нос, видимо, стараясь принюхаться.

– И чем же должно, по-твоему, пахнуть?

– Огнем, – уверенно сказала Тиана. – Не копотью, как здесь. Нет. Куда более тонкий, почти неуловимый для непосвященных аромат. Чистый яростный огонь.

Тиана прошлась по пружинистому полу.

Нет, это был не туннель, это был огромный подземный зал, конечно же. И держать здесь драконов было бы не только возможным, но и разумным – крылатым бы здесь обязательно понравилось. Но их здесь не было. Никогда.

– Тогда что вот это? – Эмери указала на какие-то застарелые следы пламени.

– Огонь здесь был и неоднократно, – кивнула Тиана. – Но это другой огонь. Искусственный. Не драконий.

Она дошла до чуть не спалившего их шара, погасшего и холодного теперь. Огромного, как купол на храме Сеанн-Ночи.

– Может быть, это следы работы вот этого механизма, – задумчиво сказала она. – Может, другого, нам не известного. Ты должна разбираться в этом лучше меня.

Они говорили нарочито громко и беспечно. Ловушек больше не предполагалось. Видимо, все, кто сумел спуститься на нижний уровень, уже признавались своими. Эмери уверяла, что план, который они с братом уже много лет составляли из раздобытых в самых разных архивах и тайниках сведений, обозначал это место как взлетную площадку. Куда можно было лететь из этого демонова подземелья, Тиана взять в толк не могла. Эмери говорила, что раньше крыши над этим залом не было. И толщи воды Серого озера поверх – тоже.

Реймар к ним не подходил. Метался, как зверь в клетке, у лестницы. Думал, пинал ногами металлические ступени, изрыгал проклятия.

– Мы точно не можем ему помочь? – шепотом спросила Тиана.

Эмери болезненно поморщилась.

– Тиана, мы шли к этому много лет. Мы наизусть знаем расположение всех помещений, всех залов и коридоров, всех лестниц и тупиков. То есть, нам казалось, что знаем. Но что-то мы упустили. И я не знаю даже, плохо это или хорошо, что наш досадный промах вскрылся в самом начале пути.

– Промах?

– Да. Здесь нужно как-то проникнуть во внутреннюю часть, туда, где жили и работали. Но мы можем только лишь топтаться у порога. И ничего. Ничего!

Эмери волновалась, терзала нежными ручками большой кружевной воротник своей блузы. Реймар, устав метаться, полулежал на ступенях, локтем закрыв лицо.

– Мы вскрыли все известные тайники. Реймар был в храмовых сокровищницах и библиотеках. Я выпрашивала и воровала архивы самых древнейших семейств Империи и Вольных герцогств. Мы были в заброшенных городах, откапывали разрушенные храмы, перекупали горы бумаг у сомнительных торговцев, общались со странными и страшными людьми вроде поклонников кровавых ритуалов из Веэ Гербо. Мы собирали знания по крупинкам и отголоскам.

– И ты тоже это делала? – спросила Тиана.

Эмери улыбнулась.

– Больше, конечно, Реймар. Моя работа была в ином. Я училась пользоваться всеми этими знаниями. Я, увы, не маг. Мне не подвластны силы стихий, а потому древние механизмы – это все, чем я могу управлять. Единственное, что хоть как-то приближает меня к брату, делает достойной его помощницей, а не милой, но докучливой обузой. И мне всегда хотелось стать в этом лучшей.

«Что ж, у тебя получилось».

– Здесь был город, Тиана. Вот в этом месте, которое потом было скрыто от глаз и даже затоплено. Те, кого в Империи и герцогствах полагают богами, некогда жили здесь. Вот в этом вот зале они держали своих драконов. Там, во внутреннем городе были их дома, лаборатории, мастерские, хранилища, понимаешь? Если туда проникнуть, если все вот это вот станет известно всем, мир уже не сможет оставаться прежним.

Тиана понимала. Раз! – и боги не боги, а просто предки. Два! – и пали храмы, а божественная власть Императора стала ой как оспоримой! Только вот: зачем?

– Да кому она нужна эта власть! – отмахнулась Эмери. – Там другое. Помнишь то механическое сердце, что мы с тобой откопали на развалинах?

– Такое забудешь, – скривилась Тиана.

– Это ведь не просто игрушка. Это действительно сердце. И те, которые боги, умели заставить его работать в человеческом теле, как настоящее. Как живое.

Тиана представила. И с трудом сдержала дрожь.

– Они умели такие вещи. Они умели летать дальше звезд. Передавать мысли на расстоянии. Лечить неизлечимое. Поворачивать реки, сдвигать горы. Ой, всего не перечислишь. А потом, когда прошли века и их ушлые потомки объявили их богами, а себя жрецами, все это сначала стало доступно только привилегированным. Потом только правителям и жрецам, а сейчас и вовсе исчезло. Трехликая, та, которая Ледяная Луна, была одной из последних, кто пытался бороться против жрецов. Она лечила и учила людей и за это теперь почитается кровавым чудовищем.

– Ей приносят кровавые жертвы, – заметила Тиана. – На перекрестках и не только.

– А она была всего лишь целителем, – мрачно сказал тихо подошедший Реймар. – Целителем и ученым и не боялась быть смелой и жестокой там, где требовалось спасть жизни. Она была не богиней, не из тех, первых, но прямым потомком не мешавших кровь с местными. Она жила здесь, когда все из ее народа куда-то ушли. Потом, когда жрецы объявили ее ведьмой и чудовищем, перебралась в поселок у моря. Когда ее и ее учеников принялись травить как крыс, нашла последнее убежище в горах. Там до сих пор есть закрытая долина, где хранят тайные знания. Меня воспитывали там несколько лет.

Тиана покачала головой. Все это было как-то слишком.

– Мы должны добраться до внутреннего города, – упрямо сказал маг. – Сейчас или никогда. Причем «никогда» меня не устраивает.

Эмери кивнула. Тиана посмотрела в запавшие глаза демонова авантюриста и спросила:

– А те, которые боги, куда делись? Умерли? Или, как говоришь, ушли? Но куда?

Реймар слабо улыбнулся.

– Я и сам хотел бы это знать, – сказал грустно.

– Все получится, брат, – твердо и уверено сказала Эмери. – Просто не может такого быть, чтобы у нас с тобой и не получилось. Ты слишком долго к этому шел, да и я сама старалась не отставать… Мы обойдем еще полмира, вскроем демонову тьму хранилищ, опустошим архивы всех существующих городов, доберемся до несуществующих… Все получится, Реймарэ. Все только начинается.

Она была смешна и прекрасна в этом своем почти религиозном горении. Тиана ей завидовала от всей души.

Она подошла, поправила воротник на одежде подруги, стерла полосу копоти с ее лица.

Все получится.

– Где должен быть этот демонов вход по вашему мнению?

– В самой середине спуска. Видишь – вот на той стене есть явные признаки. Скорее всего это защищенная мудреным заклятием дверь.

Тиана послушно посмотрела на «вот ту стену». Мало того, что никаких отличий от других стен она не увидела вовсе, так и демонова стенка находилась не рядом с лестницей, а на приличном таком от той расстоянии.

– Я… мы с Реймаром предполагали, что на самой лестнице должен быть скрытый механизм. Вроде тех, при помощи которых обезвреживаются ловушки. Я давно подобрала множество комбинаций, могущих оказаться ключом, но.. но кажется, здесь все-таки не механическая, а магическая защита и заветное слово требуется произнести до того, как вскрыть замки. И я… мы этого не учли.

Тиана нахмурилась.

– А другого способа нет? Кроме как с лестницы выкликать заклятия и пароли, как в детской сказке?

Реймар криво ухмыльнулся.

– Мы и есть в сказке, репейник. Ты просто то ли до сих пор не поняла, то ли привыкла. Мы влезли в самую глупую сказку из всех. Дурачок-маг, его самоотверженная сестренка-механик и прекрасная возлюбленная в алой блузе.

Тиана фыркнула и покачала головой.

– А если бы вы знали пароль, то что? – она настойчиво продолжила допытываться у выглядевшей пободрее брата Эмери.

– Дверь должна открыться, из нее выдвинется что-то вроде подвесного моста…

– И всего-то?

– Все главное находится внутри.

Тиана прошлась по залу. Мягкая, но упругая поверхность пола нравилась ей. По такой совершенно естественно и легко было разбежаться и взлететь по стене до того места, где якобы была замаскированная дверь. Взлететь и повиснуть на каменном выступе, почти незаметном снизу.

– Тиана, что ты задумала? – Эмери побежала следом, но для реймаровой сестренки такой трюк был невозможен. Уж Тиана это знала наверняка, сколько лет учила их с Меадой.

Шарахнуть со всей дури ногой по стене было не то, чтобы сложно.

БУММММММММММММ!

Реймарэ тоже подошел, встал, скрестив на груди руки. «Я не мешала тебе развлекаться? Ну, почти? И ты мне дай!» – лукаво улыбнулась ему Тиана, приняв более удобное для удара положение.

Бум! БУМММММ!

Да, братец с сестрицей были правы: звук различался. Здесь и в самом деле, должна была оказаться замаскированная дверь или еще какая-нибудь пакость.

– Репейник, не дури, – устало сказал маг. – Так ты ее не выломаешь.

– А если ломом? – задумчиво спросила Тиана. Эта идея ей определенно понравилась.

Она спрыгнула обратно вниз и, подбежав к лестнице, критически осмотрела ржавые перила. Если вот этот их отрезок расшатать и провернуть, они ведь наверняка отвалятся. И так держатся на честном слове!

Реймар нагнал ее довольно быстро, учитывая его состояние. Больше не стал ничего говорить, а взялся зачем-то ей помогать.

Расшатали. Провернули. Дернули.

Демонова железяка поддалась и со свистом вылетела из креплений. И вместе с ней со скрежетом двинулась пара ступеней совсем рядом со срединной площадкой.

– Эмери!

На зов брата нежная Эмери бросалась, не раздумывая. Вот и теперь оказалась рядом с Реймаром и Тианой чуть ли не мгновенно. Опустилась на колени возле вскрывшейся дыры в лестнице, забормотала, водя руками по торчащим из нее желобкам и отвратительного вида крючьям.

Что-то эта картина Тиане напомнила.

– Реймарэ, – шепотом произнесла она, – это похоже на…

– Да, – отозвалась Эмери, не поднимая головы от находки. – Это именно он и есть. Замок на крови.

– Дддддддемон, – со свистом выдохнул сквозь зубы маг.

– Не нужно пароля, – продолжила нежная Эмери. – Нужна жертва. Для Ледяной Луны, как на перекрестке.

Тиана нервно рассмеялась.

– То есть, вы сюда меня привели для того, чтобы торжественно заколоть на ржавой лестнице в подземное царство?

Эмери медленно повернул к ней лицо. В глазах ее было обреченное отчаяние.

– Мы и сами не знали, Тина. Столько всего знали, а вот об этом и не догадывались совсем.

Маг просто положил Тиане на плечи горячие руки.

– Испугалась? Думаешь, мы тебя тут же зарежем со зловещим смехом и разделаем на ржавом алтаре?

Тиана хмыкнула.

– Нет, репейник, я не думаю, что здесь будет нужно так уж много крови. Те, кто пользовались лабораториями во внутреннем городе, хотели ходить туда и обратно живыми и дееспособными, а специально заготовленных жертв с собой не натаскаешься. Так что… все не так ужасающе сказочно.

– Вот как? – Тиана скосила на слишком близко стоявшего за ее спиной мага, глаз. Ведь пользуется, каждым моментом для близости пользуется, демонов нахал! – А я-то уж размечталась… Думала как красиво буду смотреться в этом подземном склепе, обнаженная и окровавленная. Ты бы сам меня раздевал? Или предложил бы управиться без посторонней помощи?

Реймар дико расхохотался.

– Ты поосторожнее в фантазиях, репейник! Мы тут не одни, да и момент как-то не располагает!

Эмери сердито поджала губы.

– Да, вы все еще не одни. И я тоже очень хочу попасть наконец в город своих давних грез, так что не надейтесь, что я оставлю вас из благородства и такта. Тем более… Тем более, Тиана, вынуждена тебя огорчить, но твоя кровь для нашего эксперимента скорее всего не годится.

– Это почему же? – удивилась Тиана.

– Ты не принадлежишь ни к одному из знатных семейств с наследственной магией. А эти артефакты делались древним народом для их собственных нужд. Соответственно и затачивались под это. Так что ты не годишься, только я и Реймар. А так, как мой брат должен беречь силы, то на алтарь ложиться придется мне. Пусть у меня нет эффектной алой блузы. Правильно?

Тиана посмотрела на Реймара. Тот кивнул.

Эмери спокойно, как тогда на острове, достала нож и привычным движением рассекла руку. Кровь упала в недра странного механизма, мгновенно оживляя его, приводя в движение бесчисленные колесики, рычаги, крючья и боги знают что еще.

Эмери поднесла руку ближе. Кровь перетекала из ее тела в специальную трубку. И это и есть магия древних? Тайная сила богов? Тиана брезгливо поморщилась. Не самое приятное знание в ее жизни.

Дверь в стене медленно раскрылась и из нее пластина за пластиной выдвинулся узкий, совсем не казавшийся надежным мост. Эмери оторвалась от своего пыточного приспособления, потянулась к брату. Тот двумя пассами остановил кровь. Притянул сестренку к себе.

– Мы пойдем туда? – прекрасно зная ответ, спросила Тиана.

– Несомненно, – сверкнул улыбкой маг. От его дурного настроения не осталось и следа. Он снова торжествовал, строил планы и был уверен в себе больше любого дракона.

Конечно же, он ступил на мост первым. Тонкие пластины не шатались и не прогибались под его шагами, что внушало хоть какую-то надежду. Эмери шла за братом, как завороженная, только что за полу плаща не держалась. Тиана очень сожалела о новеньком неопробованном еще стейвере, что валялся у нее дома уже которые сутки.

Это был еще один коридор. На этот раз никаких сюрпризов, ловушек, гигантских залов и медных солнц не было. Эмери заверила, что и не предполагалось. Все, они прошли в святая святых и теперь им здесь все можно. Порог секретности преодолен, они признаны своими. Не очень-то верилось, но противопоставить кипе очень важных и древних документов, на которые ссылалась подруга, Тиана не могла ничего. Пока что.

Они шли по коридорам и лестницам, мимо дверей из дерева, металла и даже стекла. Реймар и Эмери восторженно читали надписи на незнакомых языках, вертели в руках покрытые пылью предметы с полок. Казалось, что они совсем забыли о времени. Глупые дети, попавшие в сокровищницу – вот на что это было похоже. С одной стороны, Тиана их понимала: в этом месте было больше загадок, чем во всем надземном мире. С другой, она не чувствовала себя в силах разгадать даже сотую их часть и оттого решительно не понимала, в чем их прок? Только в удовлетворении извечного человеческого любопытства?

– Я ошибся, – сказал Реймар, когда прошел уже не один час бесцельного блуждания.

– Да что ты, – ядовито усмехнулась Тиана. – А так бывает?

– Да. Они не жили здесь. Только работали. Здесь была их лаборатория, лечебница, библиотека, склад, кузня, но не город.

– И что это значит?

– Значит, что жили они наверху. Значит, их следы должны быть куда более многочисленны и заметны, чем кажется. Просто мы не знаем, что это оставлено ими.

Тиана кивнула, и маг тут же забыл о ней, с головой зарывшись в очередную находку. Эмери вела себя так же: что-то говорила и тут же снова уносилась мыслью в неведомые простой старой драконятнице дали. Хорошо хоть свет в этом странном месте зажигался сам по себе, не требуя ни магии, ни огня. Тиана могла позволить себе гулять в одиночестве по пустынным коридорам и пыльным комнатам.

Сложно было понять, кто тут жил, как, чем занимался. Тиана не могла похвастаться большой грамотностью в таких вопросах. Большая часть предметов казалась ей странным хламом. Но ведь зачем-то все это здесь хранили? Кто-то пользовался вот этой платформой с квадратными выступами, на которых вырезаны таинственные знаки. И вот этим крутящимся стулом, покрытым облезлой тканью, который стал заваливаться на бок, стоило Тиане попытаться на него присесть. И вот этой странной трубкой с зеркальцем на конце тоже зачем-то пользовались. И ящиком с рычагом.

Тиана устала, замерзла, проголодалась. Все эти тайны были хороши, даже чем-то манили. Вот только она не видела ни единого способа их разгадать. Здесь нужны маги и ученые, лучшие в Империи, а не троица приключенцев. Тогда бы из всего этого получилось бы извлечь какую-либо пользу. Хотя, быть может, интересы Империи не совпадали с планами Реймара ди Вьенноцо.

– Смотри, Тиана, – прошептал маг, подкравшись из темного угла, – смотри внимательно…

Горячие пальцы разжали ее ладонь, вложили что-то крохотное и округлое. Шар из неведомого материала.

Тиана поднесла его к глазам. Реймар, так и не выпустивший ее руки, чуть сдавил ее, заставил сжать шарик. Тот с жужжанием раскрылся, выпуская крылья, хвост и и нечто, напоминающее лопасти мельницы.

Тиана ахнула.

– Что это, Реймарэ?

– Игрушка, – улыбнулся маг. – Но изображающая нечто вовсе нешуточное.

– И что же?

– Дракона, репейник. Того самого, которого по твоему заверению, никогда не было в этом месте.

Маг провел по смешному предмету пальцем, что-то нажал, и тот взлетел над Тианиной ладонью, быстро-быстро вращая лопастями мельницы.

***

– Значит, вот так они и выглядели? Эти твои механические драконы?

Тиана, забыв про скуку и уныние, увлеченно разбирала обнаруженные Реймаром чертежи и рисунки.

– И вот на них летали к звездам?

Маг самодовольно ухмылялся, обнимал Тиану за талию, утыкался острым подбородком ей в плечо, якобы для того, чтобы удобнее было рассматривать пропыленные архивы. Тиана отмечала все это краем сознания, но старалась не придавать большого значения. Колесики и лопасти, изображенные рукой неведомого и давно умершего гения или безумца, значили сейчас много больше.

– Нет, – объяснял он. – Эти были для полетов в нашем мире. Видишь, репейник, написано вот тут и еще вот здесь. А к звездам они летали на чем-то другом. Об этом упоминается много где, но как-то смутно, неявно. Я найду, я выясню, обещаю.

– Зачем?

– Чтобы лететь. Туда, откуда когда-то пришли на нашу землю боги.

Реймар запрокидывал голову, смотрел куда-то в непонятные Тиане дали. Взгляд у него при этом был дикий.

– Зачем? – повторяла она, бездумно перебирая густые русые кудри. Пушистые, мягкие. И этот вот этот человек сегодня чуть ли не метал молнии из глаз? Вот этот безумный мечтатель, которому сидеть бы у окна, зачитываясь очередными сказочками.

– Неужели непонятно? – раздраженно передернул он плечами. Руку от волос Тиане пришлось убрать. – Мы сможем достичь их обители и стать, как они.

– Зачем?

Слово шуршало на губах, шелестело, как песок или морская соль. Горькое, нелепое. У Реймара в глазах тоже плескалось море.

– Я хочу перемен, репейник. Все, на самом деле, их хотят. Не у всех есть силы и решимость начать действовать.

– Здесь, в этом мире, далеком от звезд, тоже есть, что делать, что менять. Зачем для этого лететь к звездам?

– Потому что любые перемены необходимо начинать с себя. И сначала нужно стать чем-то иным. Чем-то большим.

Лопасти маленького механического дракончика крутились с легким жужжанием. Смотреть на него было увлекательней, чем думать о судьбах мира. Во много раз.

– Детские игры, – совсем отстраниться маг Тиане не позволил, удержал за локоть, снова привлек к себе. Это мешало сосредоточиться, мешало говорить правду и вообще мешало. – Детские, Реймар. Звёзды. Драконы. Таинственные подземелья. Все проще. Пойди подбери брошенного котенка или подмети улицу. Этим ты уже изменишь мир к лучшему. Это может каждый, понимаешь? А ты – маг. Воин. Вельможа, наделенный властью. Ты мог бы гораздо, гораздо больше, если бы только захотел. А на что ты тратишь свою жизнь?

– Они могли летать и лечить неизличимые болезни. У них не было голода и войн, понимаешь? Не было несчастных, обездоленных, несправедливо страдающих. Не было убийц, воров и насильников. Можно было не зарабатывать на корку хлеба в поте лица, а заниматься любимым делом, полезным людям, и получать за это достойную оплату. Ты можешь представить себе такой мир?

Бархатный голос мага то и дело срывался то на крик, то на шепот. Тиана покачала головой.

– Не знаю. Нет. Нет, пожалуй, не могу. Это не мир людей, это мир сплошных помечтушек.

– Это мир богов.

– Быть может. Но причем здесь мы и это подземелье?

– Ты меня не слушала все это время? Они были здесь, Тиана. Именно здесь, в этом, как ты выражаешься, подземелье работали и творили.

– Я слышу. Что это меняет? Ты хочешь закопаться, как крот, в эту нору и – и что?

Тень, пробежавшая по лицу мага, была даже не облачком, а вполне ощутимым предвестником грядущей грозы.

– Я хочу знать. Знать и уметь все, что могли они.

Тиана кивнула. Ну, разумеется. Все так просто. Залезть в заброшенный давно умершими хозяевами дом. Пересмотреть все их вещи. Перечитать кучу книг. И все станет другим. Весь мир. Разумеется.

– Хорошо, – спокойно сказала она. – Будем жить здесь. Учиться. Только что мы здесь будем есть, Реймар? Будем посылать записки наверх, чтобы прислали нам корзинку пирожков?

Маг не ответил.

Все это было в высшей степени глупо. Реймар с Эмери проделали такую работу. И ведь, в самом деле, позвать бы теперь сюда ученых и магов, выставить возле входа стражу, чтобы отпугнуть любопытных. Изучать, разбираться, как все найденное использовать. Потому что для одного человека, будь он хоть тысячу раз самоуверенный мальчишка с магическим даром, все это слишком нереальная задача. Надо быть Реймаром ди Вьенноци, чтобы этого не понимать.

– Ты будешь возвращать Серое озеро на место? – спросила Тиана вслух.

– Нет, – передернул плечами Реймар. – Да и не так-то это просто сделать.

– Ну да. Ломать не строить. Созидатель.

Тиана встала с длинной скамьи, на которой они сидели уже не один час. Потянулась с хрустом, спиной чувствуя обжигающий гневный взгляд.

Конечно, он бы ей ответил. Возможно, резко и обидно. Возможно, напротив – горячо и убедительно. Но Эмери не дала это проверить, ворвавшись в комнату раньше.

– Рэй! Я нашла! Нашла!

Лицо ее, покрытое разводами копоти и пыли, сияло ужасом и восторгом одновременно.

Тиана обернулась к Реймару. Демонов маг сжимал поручень скамьи обеими руками, и тот крошился в его побелевших пальцах.

Глава двадцать вторая. Кого ты положишь на алтарь?

Это было ни на что не похоже.

Оба сол Тасаре в восторженном экстазе возились с устройствами, более всего напоминавшими орудия жестоких и очень извращенных пыток. На лице милой Эмери читалось почти безграничное счастье, взгляд Реймара светился торжеством. Что-то они видели в этих жутких предметах, недоступное Тианиному разумению. Все, что она теперь могла, это присесть на край жесткого ложа, вызывавшего неприятные ассоциации с жертвенником, и ждать. Потому что надежды на то, что брат с сестрой удовлетворятся беглым осмотром своей демоновой сокровищницы и таки прибегнут к помощи умников из университета, не оставалось вовсе. И откуда только силы на это все брались? Самой Тиане давным-давно хотелось есть, спать и чтобы все ее оставили в покое. Но, видать, не судьба была.

– Смотри, репейник, – бросался к ней Реймар с ящичком колб и реторт, обнаруженном в нише у стола. – За малую каплю любого из этих зелий настоятель храма Огня продаст всех своих служителей и колокола разом.

Тиана брала тяжелые сосуды, смотрела в пропыленное стекло. Не понимала, разумеется, ничего. Но кивала и даже поцеловала мага в пылающий лоб.

– Ох, Тина, если бы я только знала, что мне доведется взять в руки эту вещь! – восхищенно ахала Эмери, с головой зарывшаяся в свои обожаемые механизмы. – Тина, да я сама взорвала бы это озеро!

Тиана улыбалась и поджимала ноги, зябко кутаясь в плащ. Она всегда любила открытое небо, бурное море, ветер, пламя и драконов. И не умела скрывать, что подземелья и ржавое железо ей безразличны. Равно как безразличны и все научные достижения. На этом празднике жизни она была абсолютно чужой. Без малейшей надежды на какие-либо перемены.

Ложе, на котором она безуспешно пыталась свернуться поудобнее, стояло чуть под наклоном. У него были подлокотники, к которым в случае чего так удобно было бы пристегнуть руки, и слишком явственные выемки для стекающей крови. И вот та полочка так хорошо подходила для того, чтобы положить на нее ритуальный нож после того, как горло жертвы будет перерезано.

Сегодняшний бесконечный день определенно дурно влиял на ход Тианиных мыслей. В них упорно пробирались всяческие ужасы из страшных сказок детства. И не было рядом верного игрушечного дракончика с глазами цвета мертвой бирюзы, который бы прогнал эти мороки прочь.

– Реймарэ!

Голос ее звучал глухо, непослушные губы двигались с трудом, да и глаза слипались. Но маг услышал, в несколько шагов оказался рядом, опустился на колени.

– Устала? – спросил с мягкой улыбкой.

– Безумно. Мне начинает казаться, что все это никогда не закончится.

Теплая рука сжала ее пальцы. Вроде и ободряющий был жест, но легче от него не становилось ничуть.

– Ты права, репейник. Это только начало. Начало пути, у которого никогда-никогда не будет завершения.

– Какой ужас.

Маг рассмеялся. Сгреб Тиану в охапку, поднимаясь вместе с ней, но не устоял на ногах и покачнулся. Ему нынче тоже досталось.

– Поставь меня обратно, – дернулась Тиана. – Поставь и иди к своим ядам и что ты там еще отыскал? Ты же ради них сюда пришел. Дело всей жизни, путь в небеса. Разве нет?

Бледное лицо демонова мага улыбка отнюдь не красила, но Тиану, как всегда, завораживала. Как и бархатный голос, и морская бездна в глазах.

– Ты просто не понимаешь, – в который раз сообщил он ей. – Но ты узнаешь обо всем и очень скоро. Я сам расскажу тебе, и ты сможешь выбирать, с кем быть, на чьей стороне правда, а кто только делает вид, будто чего-то стоит.

– Расскажешь, – покладисто сказала Тиана. – Но сейчас нам всем необходимо отдохнуть. Поставь меня, пожалуйста, на место.

Маг упрямо прижал ее крепче и сделал еще один неверный шаг.

– Рэй! Поставь. Меня.

– Не здесь. Нет, репейник, здесь спать ты не будешь. Только не здесь. Не на этом ложе. Оно не для тебя, и видеть тебя здесь, спящую, беззащитную, я не желаю. Никогда.

Тиана фыркнула и сделала еще одну безуспешную попытку освободиться. Все это было наивно, глупо и непонятно. Реймар уткнулся лицом в ее макушку, коснулся губами легко, почти неощутимо. Может, и в самом деле, не так уж много значило его слово, данное Интаннье? Всего лишь договор между Империей и Южными герцогствами? И к ним двоим, к разделенному теплу, к трепетной хрупкой нежности и жаркой страсти, что их связывала, эти клятвы вовсе не имели касательства?

– А меня? – Эмери сол Тасаре встала совсем рядом, глядя на брата и подругу со странным выражением. – Меня ты здесь не боишься увидеть?

Реймар все-таки ослабил железную хватку, позволив Тиане выскользнуть.

– Нет, – глухо произнес он, но уверенности в его голосе не было. – И не тебя тоже.

Эмери слабо улыбнулась.

– Но кого-то придется. Ты это знаешь сам, брат. По-другому ничего не получится. Богам нужны жертвы, даже если этих богов, на самом деле, вовсе не существует.

Реймар отмахнулся раздраженно.

– Мы все слишком устали, Эмери. Идем. Сейчас нужно выспаться, и все эти дикие мысли прекратят лезть нам всем в головы. Ты и сама об этом прекрасно знаешь. Идем. Я видел здесь место, где нам всем будет удобно.

Обеих спутниц маг подхватил под руки, не то поддерживая и защищая, не то у них же ища утешения. И если Эмери охотно прильнула к тому единственному человеку, которому верила в этом мире, за которым с готовностью шла, куда угодно, то Тиана… Тиана поневоле вздрогнула. Потому что она как раз так ничего и не смогла понять и решить, и вряд ли когда-либо сумеет.

***

В этой темноте их было трое, но на самом деле – двое и одна. И избавиться от этого ощущения чуждости не помогали ни заверения, ни тесные объятия. Тиана зачем-то продолжала цепляться за руку Реймара, обнимать заснувшую сразу Эмери, но… Но это все был обман.

Демонов маг говорил тихо, почти беззвучно. Тиана скорее угадывала иные его слова, чем могла расслышать, пусть и лежала совсем близко, касаясь щекой щеки.

– Эта жизнь дерьмо, репейник. Мы умираем, едва родившись, ничего толком не успев узнать в этом мире. И это хорошо еще таким, как я или ты. Мы можем хотя бы попробовать. А сколько тех, кто от зари до заката гнет спину, пытаясь выгрызть у судьбы кусок хлеба да еще день такого же непосильного труда.

«С каких это пор таких, как ты, волнуют судьбы простых людей?» – подумала, но не спросила.

– А еще есть войны. Неурожаи. Болезни. Плохая еда, плохая одежда, плохое лечение, в случае беды. И совсем нет времени на то, чтобы что-то с этим сделать. То есть у нас, у знати, оно-то есть… Но нет такой явственной нужды. А если бы можно было хотя бы победить время, заставить смерть чуть-чуть подвинуться. Пусть пока не навсегда, пусть на пару десятков лет. Тиана, сколько бы легче и радостней стала человеческая жизнь!

Взгляда его Тиана различить, конечно же, не могла. Но в искренность все равно не верила. Больно уж напоминали его речи проповеди жрецов, неизменно заканчивавшиеся на «а пожертвуйте все свое нажитое на благо храма». Нет, юлил демонов колдунишка, недоговаривал об одном, слишком много трепался про другое. Вот пока вещал про честолюбивые мечты о бессмертии и полетам к звездам, был честнее.

– Ну и чем этот твой подземный склад поможет избыть общечеловеческое горе? – все-таки шепнула Тиана.

На самом деле, они вполне могли бы и в полный голос беседовать. Усталую Эмери сейчас и грохот пушек бы не заставил проснуться.

– Мы построим такие машины, которые заменят человека на многих работах. Здесь есть чертежи, описания, что сделать и как. Все есть.

– Тогда человеческий труд вовсе перестанет цениться, Реймарэ. И те, кто раньше гнул спину от темноты до темноты, просто станут вовсе не нужны. И будут умирать от голода.

– Не будут, Тиана. Мы сделаем так, чтобы еды хватало всем. Чтобы у каждой, даже самой бедной семьи всегда на столе был горшок каши. Чтобы у всех была одежда и крыша над головой.

– Всеобщее благоденствие? Ну-ну.

– Не веришь? – горячие пальцы мага сжали Тианину руку до боли, до хруста.

– Даже не пытаюсь. Но, если даже предположить, что такое бывает… Все равно те, кто сильнее, подгребут все твои блага под себя. А те, кто жил в нищете, так и останутся влачить свою лямку дальше. Не будет лямки? Пойдут в разбойники, в солдаты, да мало ли куда!

– То есть, лучше ничего не делать? – ядовито прошелестел голос Реймара. – Оставить, как есть, летать на драконах и выплясывать на площадях?

Тиана улыбнулась и впилась ногтями ему в ладонь.

– Не лучше. Делать что-то надо. Но не в одиночку переворачивать мир, а… ну, не знаю, начать с мозгов что ли…

– Да ты большая идеалистка, чем я, – рассмеялся этот нахал. – Но ты права. И это тоже надо. Нужен кто-то, кто поведет их всех. Кому они поверят свято.

– Как богу? – трудно было не понять, куда он клонил.

– Как богу, репейник. Или как демону.

Тиана вздохнула. Этим глупостям не было конца и края. А хуже всего было то, что у него хоть что-то да получилось бы. При таком-то упорстве.

– С помощью того, что мы здесь нашли, Тиана, можно слишком многое. Да, с летающими к звездам драконами не получилось. Это жаль, но это только значит, что начинать нужно с другого края.

– Например?

– С бессмертия. С исцеления болезней, которые полагают неизлечимыми, ран, считающихся смертельными. В архивах этого места есть записи о том, как сделать человеческую плоть практически неуязвимой.

Что-то это Тиане напоминало. Что-то вертелось в голове, какая-то такая мысль, скользкая и неприятная. Поймать ее за хвост в том состоянии, в котором они все тут находились, было невероятно трудно, но необходимо.

Тиана вывернулась из теплых уютных объятий. Села, прижала пальцы к вискам.

И ахнула.

– Ледяная Луна! Реймарэ, то, о чем ты тут завуалировано рассказываешь, это же служение Ледяной Луне! Человеческие жертвы на перекрестках во славу Трехликой! Кровь, которую переливали в заговоренные сосуды и приносили умирающим ее пить! Демон, южанин, я думала, что ты умнее!

Реймар тоже рывком сел, схватил ее за обе руки.

– Не сходи с ума! Ты мало меня знаешь?

– Я людей знаю, – скривилась Тиана.

– Да, это путь Ледяной Луны. Но не слепое фанатичное следование древней и выжившей из ума религии. Я же говорил тебе, объяснял. Она не богиня, она была лекарем. Целительницей. Очень талантливой и полной желания помочь людям. Она не жертвы на алтарях резала, а лечила людей. Меня учили ее последователи, настоящие, а не такие, как Терруза.

– Тебя? Лечить? Ты больше годишься, для того, чтобы убивать.

– Пожалуй. Та же Эмери училась куда лучше. Но ей куда ближе механизмы, чем живые существа. Хотя без нее тоже не обойтись.

– В каком это смысле?

– Помнишь, механическое сердце? Человек, в груди которого будет биться нечто подобное, будет почти неуязвим. Эмери уже научилась собирать такие сердца самостоятельно, знает, как заставить их биться и перегонять кровь. Осталось понять, как объединить их с живой плотью, куда более хрупкой и несовершенной.

Тиана снова мучительно прижала пальцы к вискам. Вот бы вместо ногтей на их кончиках были иглы. Воткнуть их в собственный череп до острой боли, выдавить даже воспоминания обо всем об этом. Боги, какой чуши только нет в этом прекраснейшем из миров! И ладно этот сумасшедший, которого по ходу из люльки еще во младенчестве не раз уронили, но Эмери! Милая Эмери, умная, смелая, нежная – она-то что делает на этой явно мертворожденной драконице, которую ее чудак-братец взнуздал и тянет к взлетной площадке? Уму непостижимо!

– Реймарэ, ты псих, – честно сказала Тиана, глядя в сверкающие в полумраке глаза мага.

Тот рассмеялся.

***

Медное солнце медленно взбиралось по золото-алому, напитанному мёдом и кровью небосводу. Рыжая рвань облаков легко пропускала Ветер-с-Той-Стороны в уставший, древний и смертельно-больной мир. Ветер яростный и свободный гнал эти клочья вперед и вперед, сбивая в подобия парусов. Еще немного – и можно будет отправляться.

Тиана, в платье цвета этого вот безумного рассвета, стояла на башне. Стоило сделать крохотный шажок, одно неловкое движение босой ступней, и падение будет неминуемым. Всего лишь миг между бытием и полетом в бездну.

– Не вздумай, – произнес уверенный спокойный голос у нее за спиной. – Даже не шевелись.

«А если я хочу?» – собралась было спросить она, но пересохшие губы не желали размыкаться. «Если мне нужно?»

Сильные руки легли на ее плечи, притягивая, оберегая… Заставляя покориться.

«Нет».

Она рванулась всем телом, легко соскальзывая с выступа зубчатой стены, утягивая того, кто смел ее удерживать, за собой.

«Вэррего!» – мысленный крик отнимал все невеликие силы, но кроме как Огненного некого было звать. Не богам же молиться?

Это было безумно, невероятно, но он услышал и явился. Огромный, сияющий, похожий на сказку и на мечту. Во всем великолепии. Подхватил Тиану и ее спутника мощными когтями и направился в сторону солнца, навстречу ветру. Адамантовые когти причиняли боль, но Тиана готова была ее терпеть. Даже не потому, что эта боль позволяла ей жить дальше.

Просто потому, что Вэррего ее услышал.

И когда медный диск заслонила исполинских размеров тень, когда пала тьма, и самый прекрасный дракон мира замер перед чудовищной силы врагом, Тиане вовсе не было страшно. Потому что так живут и любят драконы – вместе в полете, в жизни, в смерти, в кровавой схватке. Нет большего наслаждения, чем лютая битва бок о бок. Вэррего взревел, выпуская столб пламени, и Тиана отозвалась боевым кличем своих воинственных предков, а голос незнакомца подхватил ее слова, сливаясь с драконьим громовым рычанием.

– Тиана!

Глаза открывались с трудом, но все же открывались. Эмери сол Тасаре трясла ее за плечо.

– Тиана, да очнись же! Я тебя уже полчаса добудиться не могу!

Мир был все тот же, обычный. А драконы и медное солнце – только сон.

Подземелье. Небольшая комната, куда их привел Реймар. Уютное ложе, в котором они даже умудрились обустроить неплохую постель на троих.

Тиана села и потрясла головой.

Мага уже не было. Зато его сестренка сидела рядышком с видом невероятно озабоченным.

– Тебе снилось что-то плохое?

– Плохое?

Перед взором Тианы вновь встал красавец Огненный и смертельная битва, в которой они оба должны будут погибнуть, потому что в схватках с таким врагом не выживают.

– Нет, Эмери, скорее хорошее. Очень-очень хорошее. Я много лет и думать забыла, что мне могут сниться такие чудесные сны.

– Про любовь? – Эмери улыбнулась.

– Про любовь, – кивнула Тиана.

Эмери хотела было сказать или спросить что-то, но явно так и не смогла подобрать нужных слов. Вместо этого встала и протянула Тиане руку.

– Умываться в этих ваших хоромах есть где?

– Да, конечно.

Действительно было. И умывальник, и даже подобие купальни. Неплохо жили эти древние.

Тиана быстренько привела себя в порядок.

– Где Реймар?

– Собирается возвращаться в город. Хотел, чтобы ты определилась: идешь ли ты с ним, или остаешься со мной.

– С тобой? Здесь? – Тиана нахмурилась.

– У меня еще много работы, Тина.

Нежная Эмери светло и печально улыбнулась.

–Здесь? Одна? Не дури, милый друг. Это демоново подземелье с демоновыми ловушками, построенное неведомыми древними демоновыми психами.

– Тина, все не так просто. Поверь: мне ничто не грозит. Я буду работать, а Реймар время от времени навещать меня. Привозить пищу и новости.

Тиана сердито фыркнула.

– А что этот небожитель сам здесь не останется? На хлебе, воде и пыли древних тайн нашему великому герою сидеть негоже?

– Тина! – в голосе Эмери слышалась неподдельная мука. Как всегда, когда речь заходила о ее брате, она делалась невыносимой. – Он нужен наверху!

– Ты тоже!

– Тиана права, – вышедший из темного угла Реймар чуть печально улыбался. – Ты вовсе не обязана оставаться тоже, Эмери. Я пойму. Пусть я и не благородный герой, вроде какого-нибудь там сол Ньэрэ.

– Конечно, я останусь, – с сияющим лицом закивала Эмери.

Тиана скривилась. Сделала шаг навстречу магу, крепко стиснула в руке его запястье и выволокла в полосу света. Так, чтобы видно было лицо.

– Конечно, она останется. А то ты не знаешь, что девочка молится на твою улыбку и готова за тебя прыгнуть в огонь.

Маг и в самом деле улыбнулся. Сначала Тиане, потом сестре.

– Мне, и правда, нужно быть в столице сегодня. Меня ждут во дворце. После я вернусь. Вы обе вольны остаться, вольны вернуться домой.

– Мы уйдем, – решительно заявила Тиана, глядя прямо в серо-зеленые глаза.

– Мы останемся, – эхом отозвалась Эмери.

Тиана резко выпустила руку брата и развернулась к сестре.

– Какого демона? Эмери, ты не можешь сидеть в этой древней яме одна.

– Могу. Я не раз бывала одна в храмовых подземельях. Я привычна.

На краткий миг она прильнула к Тиане, легко поцеловала ту в щеку и стремительной походкой скрылась в коридоре. Тиана бросилась было за ней.

– Постой…

Реймар ухватил ее за локоть.

– Я вернусь очень скоро. Я… мне нужно быть во дворце и ужинать с принцессой. Больше ничего меня не задержит. Хочешь, можешь составить Эмери компанию.

Тиана задумалась.

Да, конечно, так было бы лучше. Спокойнее. Остаться в этом пыльно-ржавом гробу исходить с ума от скуки, но не волноваться о милой Эмери. И, наверное, не храни ее плечи воспоминание о раздирающих рубашку и даже кожу когтях Огненного Вэррего, она бы так и сделала.

Но пламя и ветер в душе не терпели каменных сводов.

***

Эмери проводила их до первой из лестниц.

– Не боишься, что двери закроются насовсем? – спросила Тиана. – И ты не сможешь вернуться?

– Нет, – уверенно мотнула головой нежная дева. – Я досконально разобралась в местной системе защиты и переключила ее управление на себя. Теперь я хозяйка этого подземного мира, и только мне решать, кому войти, а кому выйти.

Реймар ди Вьенноци поцеловал сестре руку.

– Ты не смотри, репейник, в эти мечтательные очи самого невинного из прелестных юных созданий. Эта девочка способна на такое, что нам с тобой даже и не снилось.

Тиана кивнула, обняла подругу.

– Ты точно остаешься?

– Не бойся за меня, – улыбнулась Эмери. – Я и в самом деле крепче и смелее, чем кажусь.

– Как скажешь.

Подъём наверх был во многом проще, чем спуск. Разве что в самом начале пришлось преодолеть довольно большое расстояние, карабкаясь по стене – ведь лестница обрывалась, не доходя до пола. Впрочем, для Тианы и Реймара такие вещи большой сложности не составляли.

Они выбрались из туннеля глубокой ночью, чистой и безоблачной. Последний этап пути был озарен щедро изливавшимся сверху серебристым светом. Тиане вспомнилось, как в детстве она заглядывала в колодец и представляла себя живущей на его дне или случайно упавшей в него. Теперь она была внутри и карабкалась к любопытно смотрящим на неё звёздам.

– Репейник? – глухой голос Реймара застал ее врасплох, сбил с мысли. – Я окутаю нас облаком. На случай, если вокруг будет шляться кто-то непредвиденный. Постарайся молчать.

– Хорошо.

Долгие беседы в Тианины планы и так не входили. Она с наслаждением выбралась на поверхность, подставила лицо свежему ночному ветерку. Вдохнула чистый воздух.

Соткавшаяся вокруг кисея тумана лишь придала окружающей действительности очарование. Что-то от старинных песен и красивых легенд.

Горячая сильная рука, сжавшая Тианино плечо, была напротив вполне реальна.

– Идем, – почти беззвучно шепнул маг.

Дорогу Тиана помнила превосходно, и даже темнота не особо ей мешала. Вдвоем с Реймаром они вновь шли по илистому дну бывшего озера. Очень хотелось спросить: собирался ли демонов колдун возвращать все на место? Как было прежде? Зеркало озера от края леса до края…

Лошади ждали точно на той полянке, где их оставили. Сочный приозерный лужок явно пришелся им по вкусу. Реймар снял магическую завесу и резко притянул Тану к себе. Одной рукой он по-прежнему сжимал ее плечо, вторая по-хозяйски легла на талию.

– Тиана, я не могу там не объявиться, – тихо сказал он.

Звезды отражались в морских глазах, придавая им блеск, но не выдавая истинных мыслей.

Тиана пожала плечами. А что она могла ответить? «Да, милый, иди и выполни свои обязательства перед другой женщиной. Ты мне ничего не должен»? Так это и так было понятно.

Никто никому ничего не должен.

– Она ничего для меня не значит, репейник. Ну подумай сама: я и эта нелепая девочка, по уши влюбленная в собственного дядюшку!

Тиана усмехнулась.

– Экий ты проницательный…

– Да полно! – отмахнулся маг. – Нужно быть совсем слепым, чтобы не заметить. Я ничего не имею против. Пусть обожает сол Ньэрэ. Пусть. Красный герцог, по крайней мере, не глуп. Он мой союзник и благородный человек. От такого не будешь ждать ножа в спину. Так что я рад, что принцесса вздыхает именно о нем.

– Ты странный, – Тиана смотрела в осунувшееся лицо мага, снова чувствуя к нему эту нелепейшую нежность. – Ты – странный, ненормальный, неправильный. И, пожалуй, пора сказать, что именно это в тебе так привлекательно. В Астаре сол Ньэрэ – безупречность геройского образа, в тебе – полная нелогичность и противоречивость всего.

Демонов маг похоже расценил ее слова по-своему и поцеловал. Не так жадно и требовательно, как много раз до этого. Скорее осторожно. Испытующе.

Тиана нехотя отстранилась.

– Нет, Реймарэ. Вот этого больше не будет.

Он закрыл глаза. Прижался пылающим челом к Тианиному лбу.

– Ты очень злишься?

– Нет. С чего бы?

– Я не сказал тебе сразу. Про Интанньу и свадьбу. Получается, что я тебя обманул.

– Пустое. Какое это может иметь значение? Я тебе не жена, не невеста, даже не давняя любовница. Нас не связывает ничего.

Объятия стали крепче. Это даже уже напоминало ловушку.

– Ты сама не веришь в то, что говоришь, репейник. Ты – мой друг. Я люблю тебя. И ты тоже меня любишь.

– Нет, Реймарэ, – честно сказала Тиана. – Я люблю Ниру, Эмери, Маруш, Эсту сол Фоччию, Меаду, Фалько ди Тьеверру и еще некоторых людей. Я знаю их давно. Мои чувства успели пройти не одну стадию метаморфоз, прежде чем проросли столь глубоко, чтобы считаться любовью. А в тебя я просто влюблена. И ты в меня тоже. Слишком много вокруг меня было одиночества, тоски и пустоты, чтобы я смогла бестрепетно пройти мимо призрака тепла, которым ты меня поманил.

Еще один поцелуй был ей ответом. Тягучий и тягостный.

– Я не призрак, – выдохнул маг, оторвавшись от ее губ. – Я живой. Из плоти и крови. И я весь твой.

– Нет, Реймарэ.

Характерный шорох и свист Тиана узнала прежде, чем Реймар толкнул ее в сторону, прикрывая собой. Стрела вонзилась в землю у их ног. Нет, это было предупреждение. Пока их еще не собирались убивать.

Лучник, еле различимый в своих буро-зеленых одеждах, таился среди древесной листвы. И Тиана не видела, но могла поручиться, что он там был не один. Всадники в характерных золото-алых доспехах выехали из-за деревьев много позже.

Рука Реймара, сжимавшая пальцы Тианы стала ледяной.

– Я могу убить их всех, – шепнул он так тихо, что проще было угадать, чем разобрать слова.

– Именем Повелителя Огня сложите оружие! – объявил смутно знакомый голос.

Последним на поляне показался граф как-его-там-звали, рыжий Нирин Инквизитор, похожий на хитрющего лиса. Тиана скривилась: что-то уж слишком часто он возникает неожиданно как раз там, где не нужны лишние глаза и уши. Вряд ли это случайность.

– Герцог ди Вьенноцо, – все так же оттесняя Тиану плечом, сообщил маг. Надо же, а ведь умеет, когда хочет! И стальные нотки в бархатном обычно голосе и гордо вздернутый подбородок откуда-то появились. Так и поверишь, что воспитан править и властвовать.

Но рыжего лиса отчего-то не проняло. По его кивку в сторону Реймара была направлена дюжина копий, а на прицеле его и так держали.

– Опустить оружие, – велел братец Эмери. – Мы с благородной леди направляемся в город, и не советую нас задерживать.

– Нет, – покачал головой Инквизитор. – Вы мои пленники. И будете доставлены в Храм.

– На каком основании?

– Вам предъявят обвинение в черном колдовстве и поклонении Ледяной Луне.

Реймар отпустил руку Тианы. Она плотнее закуталась в плащ. Интересно: рыжий их узнал? Запомнил с той ночи?

– У вас нет оснований, граф, – усмехнулся маг. – Ни одного демонова основания кроме глубоко личной неприязни. Ко мне.

– Отнюдь. Вы мне глубоко безразличны, Палач Террузы. До тех пор, пока вы не тащите сюда вашу Трехликую мать. Здесь никто и никогда не будет резать людей на алтарях. Мой Повелитель ждет от меня именно такого служения.

– Звучит благородно. Вы против крови на алтарях, но за публичные казни всех, кого подозреваете в ее пролитии.

– Мое мнение не имеет значения. Как и ваше. Только заветы Повелителя. Серое озеро погубили вы или ваши сообщники. Как только вы скажете, кто именно, вы будете свободны. Ведь, в самом деле, ваша лояльность Империи доказана. Красным герцогом и вашим собственным предательством. Я мало верю тому, кто уже не раз предавал, но дела мирские мало меня касаются. Отрекитесь от Трехликой в Храме, назовите имена предавшихся ей колдунов и ступайте назад к невесте и новым родственникам.

«Слишком много пустой болтовни».

Тиана поморщилась. В Нириных книжках и то складнее болтали, что уж говорить о легендах и всяком там божественном эпосе. Но зерно разумного в словах рыжего графа было. Совсем-совсем маленькое.

– У вас нет доказательств.

– Они мне не нужны, – по лисьему лицу пробежала самодовольная улыбка. – Император верит мне на слово. У него есть на то достаточно оснований. А кто поверит вам?

– Астар Фъямэ сол Ньэрэ.

Граф махнул рукой и под ноги Реймару шлепнулась уже знакомая птичка с ржавым клювом.

– Даже после этого? Ведь это ваших рук дело.

– У вас нет доказательств, – упрямо повторил маг. – Ни одного. Я эту тварь впервые вижу.

– Тогда какого демона вы вообще здесь делаете?

– Гуляю с прекрасной дамой.

– В месте, к которому его величество запретил подходить даже близко? Чудо, что мы вас не встретили, когда вы только повернули своего коня в эту сторону. Чудо? Или грязная кровавая магия? У нас ещё будет время разобраться. Взять их.

Эмери.

Эмери осталась там, в подземном городе. Если бывшее озеро окружат храмовые войска, если Реймар не вернется за сестрой вовремя, она попадет в лапы этих сразу же, как только решиться покинуть свое убежище. Они увидят вход в пещеру, ведь у милой Эмери нет с собой спасительного волшебного тумана. У нее нет ничего кроме веры в полоумного братца и умения обращаться с кучей старых и запретных железяк. И тогда, тогда им всем будет не отвертеться. Демон морской знает, грозит ли вся эта заваруха реальной казнью им с Реймаром, но союзу между Империей и Южными герцогствами всяко конец. Северяне не потерпят и намека на поклонение Трехликой.

Подземный город.

Его тайны и сокровища. Разгаданные секреты и еще не изученные возможности, от которых у обоих Тасаре так сияли глаза. Возможный полет к звездам. Исцеление неизлечимых болезней. Мечты и фантазии, выдумки и реальность. Все это, попав в руки служителей огня, погибнет. Уж Тиана-то знала наверняка, что бывает с запретным в этом демоновом мире.

И Реймар не мог не знать.

Маг обернулся. На краткий миг. Так, чтобы глаза в глаза. Чтобы шторм взгляда навсегда запечатлелся в Тианиной памяти. И еще – чтобы увидеть, что она все понимала.

Потому что так было правильно. Потому что Палач Террузы уже предавал ради своей великой цели.

В конце концов, ну не убьют же они ее сразу? Просто потому, что поймали в недозволенном для прогулок месте? А за время, пока будет тянуться глупейшее расследование, многое можно успеть изменить.

Все было правильно.

Выбирая, чем пожертвовать, она бы не сомневалась.

Почти.

Глава двадцать третья. Все будет хорошо

Они ехали в окружении храмовых воинов до самой столицы. В кольце столь плотном, что Тиана боялась, как бы ее лошадь не споткнулась. От Реймара ее оттеснили сразу же, и она даже не стала смотреть ему вслед.

«Я могу убить их всех».

Не убил, разумеется.

Они двигались настолько быстро, насколько это вообще было возможным для такой большой компании. Их ждал Храм Огня с его каменными мешками для особо провинившихся грешников и целыми галереями из пламени и горячих углей, по которым могли пройти только посвященные. Впрочем, пока Тиану поместили в обычную комнату с окнами, выходившими во внутренний дворик. Стол, стул, жесткая лежанка и решетки на окнах. Ах да, и непременно каменная чаша с огнем, ядовито чадящая и потрескивающая.

– Не боитесь? – спросила Тиана у провожавшего ее храмовника. – А вдруг как я подпалю вашу обитель?

– Все во власти Повелителя, – бесстрастно ответствовал молодой воин. И вышел, гулко захлопнув окованную металлом дверь.

Тиана пожала плечами и, сняв сапоги, растянулась на постели. Их ожидал суд скорее всего. Или же только ее одну, если Реймар от всего отрекся. На его месте она так и поступила бы, а потом постаралась выгадать время и вытащить из добровольного заточения Эмери. Если он успеет, то дойдет очередь и до несостоявшейся любовницы. Если нет, туда ей и дорога.

Впрочем, быть может у рыжего и в самом деле нет никаких доказательств? Может, это что-то глубоко личное, о чем Тиана просто не в курсе?

Неважно. Как бы там ни было, у нее было время выспаться перед следующим актом этой недодрамы.

Под потрескивание священного огня ей снился тот же сон, что и в пещере. О рвущем душу полете в когтях Вэррего навстречу славной битве и славной гибели. Почему гибели? Потому что победить представшего пред ними врага было невозможно ни для какого из живых существ. В медной, сверкающей на солнце броне, чудовище распахивало крылья на пол-неба. Вэррего, самый большой из виденных Тианой драконов, казался таким незначительным рядом с этим монстром. Огненный ревел и выдыхал пламя, но противнику оно словно бы не причиняло вреда. Чудовище парило напротив в странной, нелепой и неудобной для полета позе, будто встав на дыбы. Тиана смотрела на него, и глаза ее болели от нестерпимого блеска чешуи. И все же она не отрывала взгляда и не опускала зажатый в руке стейвер. Она искала ответов. Это все, что она могла сделать, перед тем, как умереть.

– Тиана!

Металлический голос чудовища разнесся от горизонта до горизонта. Оно и само было не живым, не из плоти и крови, а из плотно пригнанных друг к другу кусков брони. Словно кто-то попытался создать доспехи для дракона, а после вдохнул в них жизнь. И не только жизнь – разум, если верить собственным ушам. Потому что оно говорило. Оно звало ее по имени. Терпело нападение Вэррего и не делало никаких ответных шагов.

– Тиана! Тиана!

Она крикнула Вэррего,, чтобы он поднимался выше, ближе к морде чудовища. Она хотела взглянуть ему в глаза.

– Тиаааааанааааааааа!

Вэррего послушался, но подобравшись ближе, выдохнул в ненавистную морду столб пламени такой силы, что заставил зажмуриться и отшатнуться. В дыму и жаре Тиане самой стоило большого труда смотреть на происходящее из-под ресниц.

– Тиана!

Когда она подняла ресницы, над ней склонилась молоденькая служительница в красных одеяниях.

– Моя госпожа, проснитесь, – видимо, уже не в первый раз повторяла она. – Вам предстоит явиться в Зал Саламандр.

Тиана села и встряхнулась.

– Это суд? – спросила напрямую. – Так быстро?

– Нет, что вы. Ваш спутник, его светлость ди Вьенноцо, просил о встрече с вами. Конечно, вам не дозволят увидеться наедине, но в Зале Саламандр никто никогда не остается один.

Тиана обулась и резко поднялась на ноги.

– Идем.

– Вы не хотите привести себя в порядок? – удивленно спросила ее тюремщица. – Я принесла воды и могу оказать вам необходимую помощь.

– Так плохо выгляжу? – криво усмехнулась Тиана. Ну еще бы, после всего-то! – Ладно, давай.

Быстро умывшись над жестяным тазом и даже не взглянув в услужливо протянутое зеркало, Тиана наскоро заплела косу. Обойдется демонов маг, не хватало еще прихорашиваться ради него.

– Веди.

За дверью их поджидали двое стражников. Надо же, сколько церемоний для одной помятой тетки!

Зал Саламандр представлял собой круглую площадку в кольце огня. Были за стенами пламени другие, из камня, Тиана разглядеть так и не могла. Ее провели огненным коридором и поставили напротив бледного Реймара, так и пожирающего ее глазами. Потом стражи ушли. Но Тиана понимала, что за их разговором все равно наблюдают.

– Прости меня, – тихим безжизненным голосом сказал маг. – Я не видел другого выхода.

Отблески пламени плясали на его некрасивом лице, безжалостно обостряя все резкие и неправильные черты. Огонь, море и лед. В нем было все, что Тиана так любила. С лихвой.

– Прощаю.

«Ты сказал, что убьешь их всех. Ты сам так сказал».

– Все будет хорошо. Они ничего тебе не сделают.

– Конечно.

«Так ты уговаривал Террузу когда-то?»

– Все, что у них против тебя есть, это прогулка по берегу бывшего озера. И все.

«И твое свидетельство, что я – колдунья и поклонница Трехликой».

– Не нужно слов, ваша светлость. У меня отличная комната с видом на цветущие деревья. Поцелуйте за меня Меаду и принесите мои самые искренние поздравления своей невесте. Как жаль, что я не могу выразить их лично.

Маг закусил губу.

– Ты говоришь о поздравлениях, будто о соболезнованиях.

– Тебе показалось.

– Они тебя не тронут, обещаю. Я все улажу. Вот только выберусь отсюда.

Он говорил тихо, но Тиана знала, что даже этот шелестящий шепот будет услышан. Знал ли об этом Реймар?

– Конечно, – кивнула она. – Все будет хорошо.

Она бы ушла после этих слов, но окружавшее их кольцо огня сомкнулось и не выпустит, пока жрецы не сочтут нужным.

Тиана никогда не боялась огня. Почти всю жизнь он сопровождал ее, был частью ее работы, частью взгляда на мир. Равно как высота и стремительный полет. Она прекрасно понимала, что рано или поздно что-то из этого убъет ее, и нисколько не волновалась по такому поводу. Вот и теперь она могла бы свободно пересечь стену пламени и выйти прочь. Только ей незачем было это делать.

Она продолжала стоять напротив Реймара, непривычно молчаливого и подавленного. Стояла, смотрела в морские глаза.

«Ну что же ты? Иди, спасай Эмери. Спасай свою мечту. И на вечер к принцессе не забудь успеть».

– Тиана. Ты можешь сказать всего одно слово.

Она улыбнулась и покачала головой.

Конечно. Одно слово: и все забудется. Годы поисков, лишений, испытаний. Шарахнем ледяным дождем по обители храмовников и уйдем по облакам. А мир менять будет кто-нибудь другой. Кто-нибудь поумнее.

– Все будет хорошо, – сказала она.

Реймар сделал неловкий шаг к ней. Потом еще один, и еще. Она нахмурилась. В глазах мага медленно, но заметно, снова ткалась уже знакомая дымка.

А ведь Инквизитор того и ждал! Ведь нарочно их обоих привели сюда для разговора и оставили якобы наедине, но так, чтобы оба чувствовали себя под прицелом. Чтобы горячий южанин не выдержал, наделал глупостей. Потому что это же какое самообладание необходимо иметь, чтобы смотреть, как благородно и героически приносит себя в жертву твоя дама, вся такая прекрасная и верящая в тебя.

Тиана улыбнулась так, как учила Льмма сол Нарво, давным-давно. Вложила в эту улыбку и в призывный жест все, что там еще оставалось в ней женского. Поймала колеблющегосмя в мучительных раздумьях Реймара за руку, привлекла к себе.

– Танцуем? Ты не можешь не уметь.

Жаль, обувь у нее была совсем неподходящей. Глухо и тяжело звучали стремительные дроби, те, которым должно быть четкими и звонкими. Ну да ничего, что сходило драконам, сойдет и магу, и затаившимся где-то в тени жрецам. Продолжая улыбаться и не отводя от лица Реймара взгляд, Тиана двинулась вокруг, то приближаясь, то отдаляясь. Маг безучастно наблюдал за ее плавными, но очень быстрыми движениями. Следил за поворотами, за змеиными изгибами рук, скользящих вокруг него. Тиана касалась его легко-легко. Почти приникала, а потом быстро отшатывалась. И, когда ее рука в очередной раз легла на пояс Реймара, маг таки не выдержал. Сорвался с места, отбивая рваный ритм каблуками и ладонями. Подхватил Тиану, на миг вздымая над полом, она изогнулась причудливо – не то парящая птица, не распластавший паруса корабль на гребне штормовой волны. С ним было легко, как ни с кем другим. Демонов южанин так же, как сама Тиана был рожден под эти ритмы, впитал их в кровь, вырос с огнем и чернильной тьмой Закатного моря в крови. Он не предугадыал ее движения, он знал, куда ведет их обоих этот танец среди пламени в самом зловещем храме всей Империи.

Взмах руки. Гортанный выкрик. Частая дробь каблуков. Дымное облако русых кудрей падавших на лицо, когда Реймар опускался на одно колено. Алый шелк летящих по ветру рукавов Тианиной рубахи.

Огонь окружал их, но и сами они были сердцем пламени. Вдвоем – единым.

Быть может, не стоило так делать. Так явственно выпячивать свою южную суть в это время и в этом месте. Быть может. Но лучше вслух заявить о том, что родом из Гъяччио или Террузы, чем о тщательно скрываемом магическом даре. Лучше плясать, чем с боем прорываться на свободу. А там – будь, что будет.

Золото-алое пламя вокруг поднялось до высокого потолка и сразу же погасло, будто его и не было никогда. Просто зал. Просто факелы на стенах.

– Потрясающе, – сказал рыжий Инквизитор, входя в круг света. – Надо почаще сажать под арест южан. Вы умеете скрасить самые серые будни.

Реймар церемонно раскланялся.

– Тогда, может быть, вы нас отпустите? А мы, так и быть, зайдем в гости еще. По доброй воле.

– Идите, герцог, – пожал плечами рыжий. – На все четыре стороны. Вас никто не посмеет удерживать.

– А моя дама?

Лис развел руками.

– Ведьма останется здесь. До выяснения.

Тиана с силой впилась ногтями в запястье мага.

– Ведьма? – спросил тот.

– Жрица Перекрестков. Вы же сами мне это сказали.

– Не это. И не так, – глухо возразил маг.

– Ступайте, ваша светлость. Госпожу проводят в ее комнату, а вы – ступайте.

Тиана улыбнулась.

– Провожайте, – сказала кратко.

И, пока маг решал свои сложные внутренние диллемы, быстрым шагом вышла из Зала Саламандр.

***

Не правда, что второй раз выносить боль проще. Неважно идет ли речь о реальной боли, причиняемой телу, или же о тех невидимых ранах, что терзают душу. Неважно: второй, третий, десятый раз нанесенный и даже предугаданный заранее удар так же кровоточит, как первый и совсем неожиданный. Привыкнуть невозможно. Можно только смириться с тем, что время от времени с тобой происходит нечто подобное. Вот и все.

Тиана лежала и смотрела в потолок. Ей не было страшно, отнюдь. Как бы рыжий граф-как-его-там ни скалился,, у него и в самом деле не было ничего, что он мог бы ей предъявить. Да, она шлялась по берегам погибшего озера в компании чужого жениха. Да, кто-то там приносил жертвы Трехликой в той же местности и – надо же! – в то же время. Это ничего не значило по большому счету. То есть, за это вполне можно было бы ухватиться и насочинять с три короба, так, что из храма Огня закоренелой грешнице и ведьме была бы дорога только на костёр. Только кому и зачем это было бы нужно? Кому какое дело до пропахшей драконами приживалки дивной Ниры? Вот Реймар мог бы стать ценной добычей. Если, конечно, кто-либо захотел бы поучаствовать в подобной охоте.

Он поступил правильно. Что бы он там ни сказал рыжему. Как бы ни солгал, что бы ни выдумал. Он был прав. Такому, как он, нечего задерживаться в этих стенах. Ни на день. Ни на лишний час.

Наверное, она задремала опять в этой комнате, под треск огня в священной чаше спалось так крепко.

Ей снилось, что они с Реймаром танцуют в Зале Саламандр. Вот только ноги их касались не пола, а острых и быстрых языков пламени, разгулявшегося повсюду. Тиана и маг были босиком, да и одежда быстро вспыхнула и сгорела, оставляя обнаженные тела слишком открытыми, слишком беззащитными, слишком…

Второй раз рыжий граф вызвал Тиану уже к вечеру. Они встретились в длинной галерее, почти полностью облицованной плитами из черного мрамора. Дорогого и непрактичного, между прочим.

– Ты знаешь, что поклонение Трехликой под запретом в Империи? – без обиняков начал рыжий.

– Покажите мне того, кто бы этого не знал, – пожала плечами Тиана.

– Тем не менее, выходцы из южных земель зачастую склонны упорствовать в привычных с детства заблуждениях. У вас там, кажется, верят, что Ледяная Луна дает магические силы взамен на жертвы… особые жертвы. Человеческие. Это так?

– Не знаю. Я не из южных герцогств.

– Неужели? Мне казалось, что ты из Гьяччи.

– Это ошибка. Мои предки оттуда. Но не я.

Лавандовое море колыхнулось перед глазами и погасло тут же. Не было ничего. Сон и морок.

– Быть может. И все же Серого озера больше нет. Никто из столичных магов не обладает достаточной силой, чтобы провернуть такое. Значит, это был чужак.

Тиана снова пожала плечами.

– Ты? Или он? – спросил рыжий. – Кто из вас? Или оба?

– А если ни один из нас? Что тогда?

– Нет, мое чутье меня не подводит. Это кто-то из вас. Его светлость уверяет, что это была ты. Ты – ведьма.

– А вы желали бы иного? – улыбнулась Тиана. – Вам нужно, чтобы виновен был герцог ди Вьенноци, а не никому не интересная плясунья.

Рыжий покачал головой.

– Дело не в интересе. Дело в правде. Трехликая должна уйти из людской памяти. Никаких больше кровавых жертв и попыток стать всемогущим за чужой счет. Никаких легких побед.

Тиана тяжело вздохнула. Еще один идеалист на ее голову. И откуда они все берутся?

– И всё-таки вы ошиблись, граф. Приняли меня и моего спутника за других, и, возможно, упустили настоящих виновников произошедшего с озером несчастья.

В холодные глаза собеседника Тиана смотрела открыто и с бесконечным пониманием. Она иногда это умела: улыбаться, слушать, кивать и выражать необыкновенное участие.

– Его светлость, ваш спутник, – сказал рыжий, – придерживается другой линии. Вы бы хоть договорились для начала: соглашаться и исповедоваться или отрицать все до последнего. А то ведь неуклюже и неубедительно как-то получается.

«Ох, Реймарэ, что же ты им всё-таки наплёл?»

– Согласно его словам именно вы вызвали его на берег Серого озера, передав письмо через вашу подругу, юную госпожу Тасаре.

– Предположим.

– Именно вы настояли на том, чтобы герцог явился один, никого не предупредив о том, куда направился. Чтобы не брал с собой ни охраны, ни даже доверенных слуг. Так это было?

– Предположим. И что это доказывает?

– Вы хотели его использовать в своих колдовских занятиях.

Тиана подавилась смешком. Этот человек сам понимал что несет? Ну хоть немного? Со стороны б себя послушал!

– В каких-каких занятиях? Что именно, по-вашему, я собиралась предложить молодому и вполне привлекательному герцогу, герою прошедшей войны и единственному законному наследнику чуть ли не всех южных земель?

Рыжий Инквизитор смотрел на нее крайне неодобрительно. Нет, он совершенно не казался Тиане страшным. Даже раздражающе-загадочным как во время их первой встречи больше не казался. Всего лишь еще один напыщенный дурак, каких во все времена было полным-полно в храмах.

– Ты хотела принести его в жертву своей Трехликой, – уверенно заявил рыжий. – Есть один обряд, не единожды упомянутый во множестве рукописей. Тот, для которого нужна королевская кровь, кровь предателя и кровь воина. Реймар ди Вьеноцци идеальная жертва. Он сразу и то, и другое, и третье, а кроме того подходит под последнее условие: он свой, так же верящий в Ледяную мать и поклоняющийся ей. Это важно.

– Наверное, – фыркнула Тиана. – Вы в этом разбираетесь всяко больше и лучше меня. Потому что я впервые слышу и про эти ваши рукописи, и про обряд.

– Тогда зачем была необходима эта тайная ночная встреча в таком странном месте?

Тиана тряхнула головой и несколько раз прошлась вокруг своего спутника танцующей походкой.

– Скажите, граф, кто я?

– Скорее всего ведьма. Но это нужно ещё доказать. И я докажу, будьте спокойны.

– Нет, не то, – улыбнулась Тиана. – Я не спрашиваю вас, кем вы меня считаете или хотите считать. Я спрашиваю проще: кто я? Вот сейчас, в данный миг.

– Тиана сол Гьяччио, мастер над драконами с уникальным стажем, – пожал плечами рыжий. – Подруга дивной Ниры сол Гразза и сама танцовщица, пусть и не особенно известная.

– Вот это верно, – Тиана тряхнула головой, взметнула кудри грозовым облаком. – Танцовщица. Южанка по крови. Горячая и еще не совсем старая. Так скажите же мне, на кой демон такой, как я, тайным письмом приглашать героя-герцога на свидание в таинственном месте? Неужели не придумаете причин поубедительней, чем кровопускания на замшелых алтарях? А ведь Повелитель Огня, которому вы тут вроде служите, не осуждает земные страсти. Вроде как.

Граф с незапоминаемым именем поморщился.

– То есть, вы хотите сказать… убедить меня. Что это была просто любовная встреча?

– Не «просто», – нагло глядя собеседнику в глаза, ухмыльнулась Тиана. – Это была ой какая не простая встреча для бедной танцовщицы, совсем не такой блистательной, как Нира сол Гразза. Это был, знаете ли, последний шанс хоть как-то переломить свою судьбу извечным женским способом.

– То есть: соблазнить герцога?

– Предположим.

Рыжий задумался надолго. Тиана даже успела слегка заскучать. По лисьему лицу блуждало какое-то совсем уж неопределенное выражение: то ли досада, то ли облегчение, то ли сплав того и другого воедино. Экий он оказывается эмоциональный!

– Это хорошая версия событий, – был наконец вынужден согласиться он. – Одно плохо: его светлость, герцог ди Вьеноцци, рассказал нам немножко другую историю. И в этой истории вы не соблазнять его пытались, а вызвали для помощи в одном непростом деле.

– И в каком же это?

– Вы заручились его поддержкой для того, чтобы якобы изыскать алтарь Трехликой, скрытый под водами Серого озера. Он ведь тоже южанин, он не мог не знать этой легенды. Он смел и безрассуден, а потом принял ваше предложение. Откуда же ему было знать, что вы не просто начитанная молодая особа, интересующаяся древними тайнами, а самая настоящая служительница Богини Перекрестков.

Час от часу не легче!

– То есть, подождите! Меня обвиняют в том, что при помощи черного колдовства я уничтожила Серое озеро. А доказательством моей вины служит то, что я предложила герцогу ди Вьеноцци прогуляться по осушенному уже на тот момент озеру в поисках чего-нибудь таинственного. Чего-нибудь из старых легенд. Граф, вам самому-то не смешно?

– Мне? – удивился рыжий. – Нет.

– Вы ничего не сможете доказать, – уверено заявила Тиана. – Даже если герцог ди Вьенноци действительно все это вам рассказал.

– Мне не нужно ничего доказывать, – пожал плечами рыжий граф. – Ты во всём сознаешься сама, рано или поздно. Средств для убеждения мне хватит, можешь не сомневаться. Просто не хотелось бы прибегать к ним, не попробовав договориться.

«Раз. Два. Три. Четыре».

– Договориться о чём?

«Пять».

– Ты рассказываешь правду о том, как все случилось и о мере участия его светлости в произошедшем. А я употребляю все свое влияние, чтобы в зал суда ты вошла на собственных ногах.

«Шесть. Семь». Нет, она не позволит себе даже вздрогнуть. Несмотря на все те слухи, которые ходили о храмовых подвалах.

– Будете пытать? – криво усмехнулась она.

– Говорят, настоящие ведьмы нечуствительны к боли, – пожал плечами Инквизитор и взял ее за руку. – Вот и проверим.

«Восемь. Девять».

Пальцы у него были горячие и жесткие. Интересно, сам пытать будет? Или для этого есть специальные люди, а такие важные персоны не опускаются до подобного?

«Десять».

– Это ваше предложение единственное, что вы хотели мне сказать? – глядя собеседнику прямо в глаза, спросила Тиана. – Если да, то мой ответ окончателен и бесповоротен. Так что прошу вернуть меня в мою комнату. До суда или до этого вашего допроса с особыми средствами. Я хоть высплюсь напоследок.

Рыжий пожал плечами.

– Ваше дело. Но помните о том, что я вам сказал. Мое предложение будет в силе до… да, пожалуй, до конца.

Нет, спрашивать до какого конца Тиана тоже не стала. Ей казалось, что она знает ответ.

Все так же за руку рыжий провел ее до двери, распахнул обе створки и вытолкнул в коридор.

– Заберите ее, – сквозь зубы бросил замершим у стен служителям. – Ведьме место во тьме.

Тиана беззвучно выругалась.

Глава двадцать четвёртая. Во тьме

От стены до стены камеры было пять шагов. В одну сторону. И восемь в другую. Не так уж плохо, если призадуматься. Тюфяк из соломы, прелой и заплесневевшей, тоже был. Больше ничего.

Холод. Темнота. Тишина, лишь изредка нарушаемая криками, доносящимися оттуда, из-за плотно запертых дверей. Огня, как во всех других комнатах, здесь не было, ка ки окон. Ведьмам и поклонницам Трехликой не полагалась.

Тиана знала, что долго ее заточение продолжаться не может. Что будет дальше, она не знала. Предполагалось, что наступит ее очередь ответить на пару вопросов, суть которых сводилась к одному: она должна была говорить о Реймарэ.

Все это походило на сон или бред, даже больше, чем подземелье, в котором осталась Эмери. Правда, сколько Тиана не щипала себя – проснуться не удалось.

Она потеряла счет дням и боялась, что когда у рыжего Инквизитора дойдут до нее руки, у нее может не остаться сил на сопротивление. Потому что живым существам нужно питаться или хотя бы пить воду иногда, а этого как раз ей никто не предлагал. И если воду можно было с трудом, но нацедить в ладони из приткнувшегося в уголке камеры желоба, то с пищей было совсем никак. Впрочем, Тиана умела поститься.

Она мерила все отведенное ей пространство шагами, а иногда даже пыталась изобразить что-то из танцев. Просто, чтобы не терять форму, насколько это было возможно.

Она кружила в темноте и отбивала дроби, и порой ей казалось, что тени многих, что были здесь до нее, с мрачным наслаждением присоединяются к ее движениям. Отголоски их мыслей скользили где-то на краю восприятия, отгоняя даже ее собственные невеселые раздумья.

Как-то внезапно пришло осознание собсвенного полного одиночества. Раньше, среди людей, чем-то ей дорогих, Тиана не замечала этого. Нира, Эмери, Маруш и Каомо, Эста сол Фоччия, Реймар и даже её высочество Интанниа создавали иллюзию того, что ее жизнь не пуста. Работа и танцы придавали смысл, а сомнения и воспоминания можно было заглушить множеством разных способов.

Например, объятиями Реймара ди Вьенноци. И его же страшными тайнами.

Интересно, магу удалось вызволить Эмери? Эта девочка стоила гораздо больше любых древних городов и заброшенных подземелий. Жаль, что ее братец просто не способен был этого понять. Эмери на Реймара почти молилась, а он приносил ее в жертву своим глупейшим мечтаниям, даже не задумываясь. Ради великих целей, конечно же.

Тиана усмехнулась. Тоже еще, нашли божество! Глупый, самонадеянный мальчишка с обожженной и отравленной душой. На какой-то миг ей самой показалось, что он был ей близок, был похож на нее саму. Конечно, это было не так. И нечего выискивать сходство в их судьбе, в их прошлом. Она, Тиана, никого не предавала.

А ещё был Астар Фъямэ сол Ньэрэ. Полеты на спине Вэррего. Разделенная опасность. Ночь и звезды во взгляде темных глаз. И еще какое-то безумное сплетение мелочей, звуков, запахов, воспоминаний, слов и ощущений, которые Тиане очень сложно было собрать в единую и цельную картину. Астар сол Ньэрэ, человек из снов и рассказов о чьей-то другой, более яркой и настоящей жизни. Что бы сказал Красный герцог, узнав, что его обожаемую племянницу учила летать на драконах последовательница Трехликой? Что бы он подумал и почувствовал, узнав о том, что эту самую предполагаемую последовательницу (ведьму! ведьму!) он обнимал и укрывал своим плащом одной безумной ночью?

Какой вздор может приходить в голову. Конечно же, сол Ньэрэ даже не услышит обо всем, что случилось. Зачем ему?

Пять шагов в одну сторону – это если делать их медленно. А можно пройтись в танце, кружась и отщелкивая пальцами ритм. Пока на это, конечно же, хватает сил. Можно представить рядом – нет, не Красного герцога, конечно же, но, например, Реймара – и пойти ему навстречу с открытой и торжествующей улыбкой.

Дверь распахнулась вовремя. Именно тогда, когда Тиана, мелко дробя каблуками, оказалась прямо перед ней.

Свет, которого она была лишена все эти несколько дней, ослепил и заставил пошатнуться. На ногах удержаться удалось, но глаза Тиана закрыла.

– Взять ее, – равнодушно бросил знакомый голос. Все-таки рыжий пришел сам.

Железная хватка орденских ребят Тиане была уже знакома. Она с трудом разлепила веки. Граф с незапоминаемым именем смотрел на нее равнодушно.

– Не передумала? У тебя было на это время?

Тиана пожала плечами.

– Не люблю врать. Особенно за кусок хлеба.

– О. Так ты думаешь, что речь идет о хлебе?

– Не знаю. Может, в следующий раз вы оставите меня без воды. Это было бы куда эффективнее.

– Следующего раза не предоставится, – отрезал рыжий.

Тиану протащили по коридору в комнату, предназначение которой вопросов не вызывало совершенно. Граф следовал за ними.

– К столбу, – отрывисто велел он. – И выйдите вон.

Тиану толкнули в спину, заставляя упасть на колени, и резко заломив руки за спину, так, чтобы они обвивали деревянный столб-колонну. Запястья крепко стянули веревкой.

Окон в этом помещении не было так же, как в Тианиной камере. Зато был огонь. Везде: в камине, в жаровнях, в чашах, расставленных повсюду, в факелах на стенах. Смолистый дым пропитал все вокруг, но даже за ним Тиана не могла не ощущать другой запах, застарелый и тяжелый.

Запах крови, бывший здесь повсюду.

Когда оба служителя вышли, и за ними захлопнулась дверь, рыжий граф подошел к Тиане почти вплотную.

– Ты ведь знаешь, что сейчас будет, верно? – спросил.

– Догадываюсь, – кивнула Тиана.

– Огонь очищает. И мысли, и стремления становятся истинными, стоит пламени коснуться их. Ваша Трехликая не может быть там, где властвует огонь. Ее удел ютиться во тьме и холоде, в самых затенных закоулках, полных грязи и мерзости. Но мы выкурим ее и оттуда.

– Я не поклоняюсь Трехликой, – упрямо сказала Тиана. – И не надейтесь напугать меня.

– Я не пугаю.

Медленно и без лишних движений граф наполнил окружавший столб желоб вязкой и тягучей жидкостью. Так же размеренно сделал несколько шагов к стене, снял факел. Вернулся, поднес его к желобу, который тут же занялся золотым пламенем.

Кольцо Огня. Любимый ритуал жрецов. Тиана о нем не раз слышала. Те, кто запрещал даже упоминать о жертвах на алтарях Трехликой, не имели ничего против подобных вещей.

Смешно.

Первый круг пламени был достаточно близко, чтобы обдавать горячим дыханием, но все же еще слишком далеко, чтобы причинять боль. Второй закручивался спиралью, но его рыжий пока оставил нетронутым.

Тиана пожала плечами. В подземелье было куда как более тяжко. Пока она разве что слегка согрелась.

– Огонь дает ответы на все вопросы, – размеренно продоложал рыжий. – Огонь обнажает суть. У вступивших в пламя нет ложных стремлений и побуждений. Ты готова?

– К чему? – фыркнула Тиана.

Рыжий преодолел стену пламени и встал перед Тианой, рывком вздергивая ее на ноги. Их лица оказались почти на одном уровне. Лисьи черты графа исказила странная гримаса.

– Мне нужна правда, Тиана.

– Правда о Реймаре ди Вьенноци? Спросите у него самого.

Первый раз он ударил ее больше для того, чтобы оскорбить и дать почувствовать свое положение. Второй – прицельно и метко – чтобы причинить боль.

Тиана судорожно вздохнула и сцепила зубы, но не застонала. Пока.

– Когда я подожгу второе кольцо, – сказал рыжий, – времени у тебя будет очень мало. Я бы советовал начинать свой рассказ до этого мгновения.

Третий удар он нанес будто бы даже с неохотой. Так, по обязанности. А потом приблизил к самому лицу Тианы факел.

Она закрыла глаза. Нет, ей действительно не было страшно. Род деятельности как-то не позволял относиться с опаской к пламени, высоте и даже смертельной угрозе. Просто было обидно, что все может закончиться вот так. Глупо и бессмысленно. И волосы… волосы, не укрытые привычной рабочей косынкой, тоже было жалко, если сгорят.

– Нет? Признания не будет? Что ж, я это подозревал.

Рыжий вновь пересек кольцо и бросил через него факел. Так, чтобы тот упал в следующий желоб.

Пламя подбиралось ближе стремительно. В сущности, не было никакого смысла во всех этих спиралях, можно было зажигать сразу вплотную с тем же успехом. Но это, конечно, решать не Тиане. Что она может понимать в священных обрядах?

Многократно пропитанная специальными составами одежда пока выдерживала, волосы тоже. Правда, становилось все труднее дышать.

Рыжий граф стоял напротив и не отводил от Тианы взгляда. Выжидал. Спокойный и даже отрешенный от всего земного.

Шум, раздавшийся из коридора, заставил Инквизитора вздрогнуть. Дальше события развивались как во сне.

Дверь со скрежетом распахнулась.

– Тиана!

Этот голос не узнать было невозможно. Голос бури, шторма, наваждения. Тиана повернула голову на звук и из-под ресниц, сквозь полусомкнутые веки могла видеть, как Красный герцог одним прыжком пересек разделявшее их расстояние.

– Ваша светлость? – воскликнул Инквизитор, но на него никто не обратил и толики внимания.

– Ты цела?

Сильные руки обхватили ее, рванули стягивающую запястья веревку.

– Не молчи! Цела?

Сол Ньэрэ подхватил ее так легко, будто она ничего не весила. Что бы ни было с ними, а он опять таскает ее на руках! Наивно и пошло…

– Все в порядке, – пробормотала она, уткнувшись носом ему в шею.

Он вынес ее из камеры и не позволил высвободиться из своих железных объятий за ее порогом.

– Ваша светлость, ведьма должна остаться здесь! – прокричал рыжий им вслед. – Вы не имеете права…

– Имею, – не останавливаясь и даже не оглядываясь, ответил Астар. – И право и возможность. А если сомневаетесь, спросите у тех, кто видит дальше собственного носа.

Он опустил Тиану на пол только на лестнице. Остановился, чтобы отдать распоряжения закованным в латы воинам, словно наводнившим коридоры древнего храма. Он командовал, а Тиана просто стояла рядом, глядя на его совершенное лицо, и ничего не понимала.

– Идемте, Тиана, – сказал он ей некоторое время спустя. – Если у вас есть силы идти.

– Со мной все в порядке, – улыбнулась она. – Мы, хм, только начали…

Герцог посмотрел странно.

– Я не пострадала, честно. Разве что самолюбие, – видеть тревогу в этих глазах было приятно.

Он вымученно усмехнулся.

– Я и забыл. Вы – мастер над драконами. Что вам какое-то пламя, да?

– Именно так.

– Идемте. Мои люди пока держат местных в узде, но долго это не продлится.

Они шагали по хитросплетниям коридоров, в которых Астар ориентировался с пугающей легкостью. Будто не раз здесь бывал. Впрочем, подумать об этом Тиана сможет потом. Сейчас были более важные и увлекательные вопросы.

– Что вообще происходит? Вы напали на храм? Из-за меня?

– Все немного сложнее, – вздохнул герцог. – Нет, не так. Все намного сложнее.

– Меня обвиняют в уничтожении Серого озера, – заметила она. – Но мы же оба знаем, что…

– О да. Мы с вами знаем наверняка. Не волнуйтесь, обвинение с вас снято. Но, даже если бы оно было, сейчас это уже не имеет значения.

– Почему?

– Потому что Реймар ди Вьенноци… Демон, Тиана это слишком сложно, чтобы объяснять на бегу!

Тиана похолодела. Реймар? Что там придумал этот безумец?

– Что с Реймаром? – спросила она.

Сол Ньэрэ резко остановился и сжал ее плечо.

– Вас только это сейчас интересует?

– Не только, – уклончиво ответила Тиана. – Но это интересует в том числе.

– Не волнуйтесь, он жив, цел и даже пока на свободе, – сказал герцог. – И если вы хотите того же для себя, нам с вами следует поторопиться.

Тиана кивнула. Действительно: со всеми тонкостями происходящего можно будет разобраться и позже.

Герцог вывел ее на улицу и буквально втолкнул в карету. Краем глаза Тиана успела заметить оцепивших храм солдат. Это все как-то было даже слишком.

– Езжайте домой, никуда не сорачивая и нигде не задерживаясь. Это очень важно, Тиана. И побудьте какое-то время дома. Без танцев на площадях, прогулок по странным местам и встреч с кем бы то ни было. Я бы советовал даже попросить вашу прекрасную подругу отказаться от привычного вам обеим образа жизни.

Тиана кивнула. Честно говоря, ей самой хотелось бы замедлить хоть немного бешеный ритм событий. Но все же она не могла не спросить:

– А как с Янчей и нашими занятиями?

По суровому лицу герцога промелькнуло странное, мимолетное, будто облачко, странное выражение. Суть его Тиана не могла разгадать.

– Боюсь теперь нам всем будет немного не до того…

– Все настолько плохо?

Герцог неожиданно склонился и коснулся губами Тианиного лба.

– Езжайте, прошу вас, – шепнул.

Тиана не успела опомниться, как он уже скрылся из виду.

***

Дом, милый дом.

Тиана даже и не думала, что успела так привязаться к этому месту. Особняк принадлежал семье сол Гразза, но жила в нем одна Нира, сколько Тиана помнила. Прочее семейство предпочитало оставаться в своих владениях вне зависимости от времени года и ситуации в Империи.

Она открыла деврь своим ключом, отпустила сопровождающих и поднялась в свои комнаты. В те самые, которые занимала последние несколько лет. Рухнула на так и не застеленную постель (боги, неужели это здесь, вот еще совсем недавно было их страстно-эмоциональное объяснение с Реймаром?). Нира вбежала в комнату прежде, чем Тиана успела смежить веки.

– Тина!

Облако ароматов, шуршание шелка и все прочее окутали комнату вмиг. Нира присела рядом с подругой, легкая, воздушная, тонкая. Длинные золотые волосы рассыпались по плечам.

– Где ты была? – последовал неминуемый вопрос.

Тиана беззвучно рассмеялась. С чего начать и как обяснять все свои злоключения, она понятия не имела.

– Ты знаешь, что отсутствовала больше недели? – продолжала напускаться на нее дивная фея с самым сладкозвучным голосом на свете.

– Я не считала, Нира, честно, – пробормотала Тиана. – Вели приготовить мне ванную, умоляю… Я не мылась целую вечность, а не спала и не ела нормально и того больше. Или наоборот?

Нира кивнула и ушла.

Тиана продолжала смотреть в потолок. Тело, дотоле спокойно переносившее все тяготы и приключения, вдруг сдалось усталости и перенапряжению. Ныла каждая мышца. Казалось, что болели даже волосы и ногти. И все же надо было заставить себя подняться, привести свою многострадальную оболочку в порядок и, возможно, узнать, что успело приключиться с демоновым магом, да и во всем мире за время ее отсутствия.

Самым сложным было сделать первый шаг. Дальше дело пошло проще.

Одежду Тиана стала снимать на ходу. Даже если кто-то и увидит ее в этом многоприимном доме, ей сейчас было решительно на все наплевать. Так что алая блузка, надетая специально для прогулки в обществе Реймара, полетела на ступеньки лесенки, штаны остались лежать на пороге купальни. Ванную уже набрали. В доме Ниры всегда были только чрезвычайно понятливые слуги.

Сама дивная фея с упрямым видом сидела на скамье.

– Если ты смущаешься, я отвернусь, – сказала она Тиане. – Но мне бы не хотелось, чтобы ты завалилась спать на сутки прежде, чем мы поговорим.

Тиана пожала плечами, сбросила белье и погрузилась в теплую, пахнущую лавандой воду. Это даже приятно, когда за тебя волнуются. Иногда.

– Так где же ты все-таки была?

– Это долгая история… Очень долгая. Местами грустная, местами смешная.

– И все-таки?

– Сначала в Белой Башне с ее высочеством Интанньей. Потом в лесу. Потом на берегах бывшего Серого озера, – принялась дотошно перечислять Тиана, яростно растирая мочалкой плечи. – Потом… ох, потом я была в одном очень, очень странном месте. Сама бы не поверила, если бы не увидела своими глазами. А потом меня пригласили в гости. В Храм Повелителя Огня.

– Куда? – ахнула Нира. – К огненным? Ничего себе у тебя была прогулочка.

– Да, мне тоже понравилось. Нира, что с Эмери? Ты давно о ней слышала хоть что-нибудь?

– Примерно тогда же, когда и ты, – пожала плечами Нира. – То есть до твоего исчезновения.

«Значит, я знаю больше. И это печально».

– О ее брате?

– Кроме его скорой женитьбе на твоей принцессе? Нет, давно ничего не слышала.

Тиана вздохнула. Воистину Нира умудрялась жить в каком-то своем мире, далеком от обычного.

– Знаешь, Ти, пока тебя не было я… со мной… у меня здесь такое… – Нира, крайне редко терявшая дар речи, явно с трудом подбирала слова. – У меня… Нам очень нужно поговорить.

– Что еще случилось? – скрипнув зубами от досады, спросила Тиана.

– Я не хотела этого, правда. Совсем не хотела и думала, что такого просто не может быть. Со мной не может. У меня ведь есть Маро, есть своя налаженная жизнь, она мне нравится, я даже желать ничего лучше не могла. Но… это оказалось так же невозможно, как не дышать.

Нира говорила быстро, смотрела куда-то в сторону, под ноги. Это было так не похоже на всегда уверенную в себе волшебницу, что Тиана даже встревожилась.

– Я еще смеялась над всеми нашими девами. Знаешь, над этими милыми щебечущими созданиями, что висли на нем гроздьями. Смеялась, сочувствовала. А потом попалась сама. Тиана, что же мне теперь делать?

– Что делать? С кем? – глупо перспросила Тиана.

– С самой собой, – вздохнула подруга. – Помнишь, мы ставили «Эдеру»?

– Такое забудешь, пожалуй.

«Эдера» была любимым, самым тяжело выношенным детищем Ниры и Каомо. Спектакль о самой светлой и прекрасной героине легенд, раскрывающий ее историю с неожиданно мрачной стороны.

– Я тогда жила, как во сне. Не спала, не ела, не чувствовала ничего, что не касалось спектакля. Даже о том, что нужно выпить воды, мне напоминала Маруш. В ночь премьеры мне было особенно тяжело, мне казалось, что мы обязательно провалимся, что это конец всего. И самым сложным было даже не то, что касалось творчества, нет. Самым сложным было все это устроить. Муторная, выматывающая работа. Почти неподъёмная, Ти.

Тиана помнила. Она тогда занималась драконами семейства сол Фоччия и не могла помогать друзьям с «Эдерой» в полной мере. Но что-то сделать все равно пыталась.

– А потом эта ужасная гроза в ночь премьеры. Я боялась, что не будет зрителей, что все провалится. Но были люди, и был успех, и когда все это закончилось, я выскользнула через тайную дверь из театра и шла одна под дождем. Меня трясло и от радости, и от холода. А потом на моем пути возник он. Просто вышел из тьмы, взял меня за руку и вывел к теплу огня. Ты не понимаешь, Ти, а я не могу объяснить, как нужно. Все эти люди, которые рукоплескали «Эдере», бросали мне под ноги цветы, они пришли отчасти из-за него. Он сделал это для меня, понимаешь?

– Нет, – честно ответила Тиана.

– Я была почти никому не известной тогда. А он услышал, как я пою, и после говорил обо мне всем. Его слово значит многое для многих. И у меня были зрители. А потом он дал мне свой плащ и довел домой. Вернее, довез на лодке. Под этим дождем и ужасающим ветром. Знаешь, в этом было свое какое-то почти мистическое совершенсвто. Дождь, запах чужого плаща, фонари, которые он зажигал для меня. Он проводил до двери и сразу ушел. А я сидела на подоконнике, как ты порой любишь, и у меня даже мыслей в голове никаких не оставалось. А потом мы увиделись в доме Финеллиты, через несколько дней. И я поняла, что пропала.

Тиана потрясла головой. Звучало как бред. Но для Ниры во всем этом не было ничего необычного.

– Но ведь это все было давно? – спросила Тиана у подруги. – Несколько лет прошло. Что же изменилось именно сейчас?

– У меня была своя жизнь. Ты же знаешь: Маро, дом, музыка. Я любила все это и не хотела ничего менять. Глупо было бы из-за какой-то случайности. Из-за того, что у кого-то слишком красивые глаза и мягкий завораживающий голос. Глупо, глупо. Тем более, что кто я была для него? Всего лишь воплощение Эдеры, меня-человека он за любимым образом не видел. По крайней мере, я так думала тогда. Мы не виделись несколько лет. А потом он опять появился. И как-то очень быстро оказалось, что ничто другое не может быть таким важным. Я же говорю, это как дышать. А потом выяснилось, что ему это тоже нужно. Нужна именно я, а не Эдера.

Тиана вздохнула. Да, она замечала, что Нира непривычно печальна и задумчива в последние дни. Но она и представить себе не могла, что все именно вот так. Думала, что причина в Маро.

– Я не знаю, как быть. Я запуталась.

– Понимаю.

– Я даже Маро до сих пор ничего не сказала.

– Так скажи.

– Что? Что моя такая правильная и великая любовь к нему оказалась ничего не стоящей? Как я могу это сказать? Что я готова променять все, что нас связывало, на мимолетную улыбку того, с кем у нас нет будущего? Как я такое скажу?

Тиана грустно улыбнулась.

– Люди и не такое говорят.

«Уж я-то знаю, дивная моя фея. Наверняка».

– Нира?

– Да?

Прекрасное лицо подруги словно вытянулось и посерело. Буто легкая дымка затуманила изысканные черты.

– Ты не сказала, как зовут это твое горе. Твоего избранника.

– Маде сол Рэскэ.

– Что? – Тиана судоржно вцепилась в бортик ванной. – Инквизитор? Ты с ума сошла?

Нира разрыдалась.

– Нира, ты вот сейчас серьезно? Или это просто такая неумная и жестокая шутка? Тиана криво улыбнулась.

Нет, безнадежно. Конечно, заливавшаяся искренними слезами подруга и не думала шутить. Она подняла мокрые от слез прекрасные глаза. Море страдания и бездна боли. По уму надо бы сейчас было вылезти из ванной и бежать утешать. Потому что Нира не притворялась, не пыталась выжимать сочувствие всеми доступными способами, не искала возможности манипулировать. Ей и правда было очень плохо. А это означало, что дело дрянь. Любовь не должна приносить в душу бездны, ее суть – залечивать раны.

Нет, Тиана не отбросила в сторону щетку и не сказала вовсе ничего. Привычно отсчитала удары сердца, зажмурив глаза.

Потому что у нее была Эмери, запертая среди пыли и ржавых железок. Был Реймар с его дикими планами и невнятной на данный момент судьбой. Была, в конце концов, Интанниа с этим самым Реймаром обрученная и ломающая недооперенные крылышки о стены самой прочной в мире клетки, которая называется долг.

– Ти, что мне делать?

Нет, проблемы Ниры не впечатляли при всем Тианином трепетном отношении к ее сложной душе.

– Не знаю. А чего тебе хочется?

– Того, чего хочется мне не может быть.

– Почему? Ты же говоришь, что он тоже испытывает к тебе приязнь. Значит, нет никаких помех вашему счастью. Помнится, когда нужно было принимать решение по поводу Маро, тебя не страшили все преграды мира. А ведь там было гораздо сложнее.

Нира закрыла глаза и покачала головой.

– Все не так… просто. Во-первых, ты сама сказала, что есть Маро. Мы давно вместе, он любит меня и я не хочу причинять ему боль. Просто так, потому что глупое тело разбушевалось и хочет другого мужчину. Я же взрослая девочка, Ти, я понимаю гораздо больше, чем кажется.

– Вы с Маро не связаны ничем, – пожала плечами Тиана.

Она и сама знала, что это ложь. Этих двоих связывало гораздо больше, чем все церемонии и клятвы. Что-то, чему нет названия, но что сковывает судьбы крепче цепей. Десять – или сколько на самом деле? – лет вместе, пережитые испытания, настоящие, неиллюзорные, безусловное приятие достоинств и недостатков друг друга. Их отношения были сложными всегда, но они как-то держались. И теперь все должно было полететь в бездну к морским демонам из-за какого-то лисьего графа-палача?

– Я по-прежнему люблю его. Пусть не так, как раньше, но ведь люблю. И я не могу нанести ему удар в спину из-за нового чувства, у которого нет никаких шансов вырасти во что-то серьезное.

– Не понимаю, отчего ты решила, что шансов нет, – искренне сказала Тиана.

– Ну зачем я ему? – растянувшая губы Ниры улыбка была фальшивой и неприятной. – Кто он и кто я?

"А кто у нас, собственно, он?".

– По положению вы равны. Ты дочь графа сол Гразза, а не просто уличная певичка.

– По положению… Я – старая дева, со скуки тратящая свою жизнь на творческие искания.

– Глупости. Ты – Нира сол Гразза, дивная Нира, сладкоголосая фея. А кто он?

– Он? Первый человек в Ордене Повелителя Огня. Тот, по чьему слову творятся войны и примирения, создаются и разрушаются Империи. Всего в этой жизни добившийся сам.

Тиана дико расхохоталась.

– Да кто тебе сказал-то такое? Тебя жестоко обманули!

– Это знают все, – Нира сверкнула глазами, мрачно выпятила подбородок. Когда она была в таком настроении, спорить с ней всегда оказывалось невозможным.

– Я не знаю. Ни разу ничего подобного не слышала. Не знаю ни твоего рыжего Инквизитора, ни Империй, которые он якобы разрушал. Союз Южных герцогств разбили Астар Фъямэ сол Ньэрэ и небезызвестный тебе Реймар ди Вьенноци. Горное Королевство Эгорн сравнял с прахом все тот же Красный герцог.

Нира мотнула головой.

– Твой сол Ньэрэ только исполнитель. На самом деле все произошедшее дело рук Ордена.

– Быть может, я не разбираюсь.

Тиана смыла с себя пену и вышла таки из воды. Нира подала ей теплый халат.

– Все равно это не должно тебе как-то мешать.

– Зачем такому человеку, как он, я? Вокруг него принцессы и герцогини, настоящие волшебницы с магией в крови, прекрасные воительницы и просто целый сонм дам всех возрастов и положений. Ему пальцем поманить достаточно, любая пойдет за ним без условностей. Чем я могу привлечь такого человека?

– Тем же, чем привлекаешь всех и всегда, – ворчливо ответила Тиана, отжимая волосы.

– Безнадежно. Все, что я умею, это петь. Еще любить всей душой, самоотверженно и пылко, но все это у него уже было, все это он много раз ужде видел. Я думаю, ему давно успело надоесть.

Быть может. Тиана хотела было спорить, но подумала не о рыжем графе, не гнушавшемся бить связанных женщин, а о герцоге сол Ньэрэ. Разве не теми же мыслями и чувствами она сама терзалась не так давно по его поводу? Даже слезами подушку оросила, кажется.

– А кроме того, Тина, я ведь и в самом деле намного старше и Эмери, и Лиу и Маруш, даже если со стороны это пока почти незаметно. Я все понимаю. В том числе то, что он не тот человек, с которым стоит связывать свою жизнь, даже если будет такая возможность. Совсем не тот.

А вот это было исключительно верно.

Тиана все-таки подошла и обняла подругу за плечи.

– Давай уедем? К морю, как собирались?

"Вот только Эмери вытащим. И уедем. Обязательно".

Глава двадцать пятая. Только если к морю

Тиана послушалась совета сол Ньэрэ и затаилась дома. Это было не так уж трудно, Нира находилась в самом смятенном настроении духа, никого не принимала, бродила по комнатам как тень. В городе вроде как снова творились беспорядки, зачинищиками были какие-то храмовники. Тиана нисколько бы не удивилась, если бы это оказались служители Огня. Красный герцог время от времени присылал кого-нибудь справиться о благополучии обитателей особняка, но ничего не сообщал о себе и о брате и сестре Тасаре. Тиана сходила с ума от беспокойства и уже много раз выложила бы Нире все страшные тайны, если бы той до них сейчас было какое-то дело. Но, по счастью для демонова мага, дивная Нира в своем любовном томлении стала совершенно невыносимой и не готова была прислушиваться к кому-либо кроме собственных эмоций.

Маг объявился сам. В этот раз вовсе не через окно, совершенно неожиданно предпочтя совсем традиционный способ приходить в гости. Его хотели было не пустить, как всех прочих посетителей, но доверенная горничная Ниры догадалась спросить Тиану.

Наверное, было неправильным так бежать на встречу с этим человеком. Но кто мог увидеть?

Тиана перепрыгивала через три ступеньки и остановилась, только увидев знакомую фигуру в плаще, замершую у огромного зеркала.

Маг изменился за эти несколько дней. Осунулся, побледнел и вроде даже погас, словно выцвел изнутри. Вскинул голову на звук Тианиных шагов. В морских глазах застыла мука.

– Репейник, – почти безвучно шевельнулись губы.

– Где Эмери? – без предисловий спросила Тиана.

– Дома. Дома, не волнуйся. Под арестом, но дома.

– Почему под арестом?

– По распоряжению его величества. Тиана, кажется, я крупно сглупил.

– Ты? Можно подумать, ты когда-то поступал умно, – Тиана скрестила руки на груди и сердито воззрилась на Реймара. Теперь, когда было понятно, что с Эмери обошлось, самого страшного не случилось и не случится, ей стало намного легче дышать.

– Так сильно ошибся я впервые. Может быть, ты все же приласишь меня в дом? Не привычно разговаривать у входной двери.

– Хорошо. Только ненадолго.

Они поднялись в кабинет. Маг сбросил плащ, почти упал в кресло. Тиана присела напротив.

– Вина?

– Нет, ничего не нужно. Просто выслушай.

– Если ты будешь говорить об Эмери, я готова. Все остальное мне прекрасно поведали без тебя. Рыжий такой тип.

В безжизненных и усталых глазах вдруг сверкнули знакомые молнии.

– Рэскэ? Он допрашивал тебя? Сам? Лично? Репейник я убью его, даю тебе слово. Убью собственной рукой, а этот проклятый храм сравняю с землей.

– Не обещай то, что не собираешься выполнять, – скривилась Тиана.

– Я выполню.

"Если хочешь, я убью их всех. Одно твое слово" – так, кажется, он говорил ей уже? И ведь сама виновата в том, что это слово не было произнесено.

– Не переживай. Ничего такого страшного он со мной не сделал.

– Я все равно его убью.

– Твое право. Ты обещал про Эмери.

– Хорошо, – маг на мгновение с силой провел ладонями по лицу. – Как ты понимаешь, у меня было два способа вытащить вас обеих. Незаконный и кровавый с магией, убийствами, прочей прекрасной ерундой. И совершенно иной. Тот, который предполагает, что данным словам можно верить, а дружба способна на многое. Впервые в жизни мне не хотелось прибегать к первому. Да и к тому же… Помнишь, я говорил тебе, что в этом мире все необходимо менять?

Конечно, Тиана помнила.

– Я решил, что сейчас самое время начать. Глупец и наивный болван. Добиться перемен, даже к лучшему, легко, когда за тобой сила. И почти невозможно, когда ничего кроме добрых намерений.

– Реймарэ, я просила об Эмери.

– Да, да, разумеется… Я солгал Инквизитору под присягой, подписал какие-то тягомотные бумаги и получил свободу. Я догадываюсь, что ты подумала, когда поняла, какой ценой. Догадываюсь, Тиана, ты соврешенно права. Это было подло. Но я надеялся успеть до того, как эта тварь до тебя доберется. Я давно его знаю, он обычно начинает с долгих разговоров. У него можно месяц прогостить без особой беды.

– Он начал с разговоров, – кивнула Тиана. – Где-то на один раз его хватило. Потом была камера и Кольцо Огня.

Маг прикусил губу до крови.

– Прости…

– Не стоит. Эмери. Больше меня ничего не интересует.

– Мне нужно, необходимо было выйти из проклятого храма. И я мог бы вернуться за ней в подземный город, тихо, тайно, ночью. Мог бы так же попытаться вывести тебя. Вместо этого я отправился к сол Ньэрэ.

Интересный поворот. Но многое объясняет.

– Я не просто попросил его о помщи. Я рассказал ему все.

– Все? – Тиана опешила.

– Да, – просто ответил маг.

Столько лет хранить свои тайны и раскрыть их вот так походя?

– Астар сол Ньэрэ наследник Империи. Он будет Императором рано или поздно, если, конечно, не найдет способа увильнуть от этой чести. Если он не может сделать что-то сотрясающее основы и меняющее порядок вещей, то кто же тогда? Я рассказал ему о легендах и их истоках. О Ледяной Луне и богах. О нашем с Эмери долгом пути и той цели, ради которой он затевался.

– С ума сошел! И Астар тебе поверил?

Маг слабо улыбнулся.

– Не сразу. Но я, как ты знаешь, умею быть убедительным. Поэтому уже к рассвету мы оседлали коней и мчались вызволять Эмери. Да, я знал, что стоило начать с тебя, но одного слова Красного герцога этим храмовым крысам оказалось недостаточно, а штурмовать Обитель Повелителя Огня без особых причин не стал бы даже такой благородный рыцарь, как Астар сол Ньэрэ. Впрочем, он сходил к отцу, и его величество пообещал разобраться с твоим заточением самостоятельно.

– Какая неслыханная честь! – фыркнула Тиана.

– Да, за тебя просили два герцога и одна принцесса. Правда, как я выяснил по возвращении, это нисколько не помогло. Тогда я этого, конечно же, не мог знать. Мы вернулись на Серое озеро с немалым отрядом, раскидали оцепление из храмовников и спустились в подземелье. Астар был потрясен.


Тиана покачала головой. Дорого бы она дала, чтобы увидеть потрясение на безупречном лице Красного герцога.

– Он не мог поверить, что все вот это вот находилось у нас под самым носом долгие годы. Все древние знания, ответы на все вопросы. Просто осуши озеро, приходи и бери!

– Ну, – заметила Тиана, – зайти туда было не так уж просто, насколько мне помнится.

– Неважно, – отмахнулся маг. – Мы нашли Эмери, вернулись наружу и уже тогда отправились спасать тебя.

– Мы? – недоверчиво переспросила Тиана. – Тебя я там не заметила.

– А меня там и не было, – в серо-зеленых глазах отражалась усталость и ни капли чувства вины. – Потому что нас с Эмери взяли под арест еще на въезде в город. Нет, не храмовники. В этот раз были самые настоящие городские стражники. И даже заступничество Астара не помогло, а ввязываться в потасовку со стражей мы посчтиали глупым и несвоевременным. Поэтому он отправился за тобой, а мы под замок. Прости меня и за это тоже. И за то, что так долго не появлялся после, за то, что ничего не обяъснил. Я просто не мог. Мы с Эмери должны были предстать сначала перед Императором, потом перед его Советом. Ещё были умники из Университета, какие-то жрецы, медикусы, пророки и демон знает кто еще. Я с трудом уговорил их отпускать на ночь домой хотя бы Эмери. Потом мы снова и снова ездили к озеру. Показывали, объясняли. Они совещались. Иногда при нас, иногда за зарытыми дверями. И вынесли решение.

По знакомому до мелчайшей черточки некрасивому лицу пробежала судорога боли. Какое-то время Реймар боролся с собой, потом изо всех сил ударил кулаком по инкрустированному столику, стоявшему у кресла. Тот треснул сразу. Жалобно задребезжали драгоцнные Нирины вазочки.

– Они решили сохранить все в секрете. Тиана! Они решили оставить все, как есть! Отдали весь подземный город на разграбление особо отобранным ученым мужам, которые принесли смертельную клятву о неразглашении. Тиана, они отобрали у нас все!

Маг говорил яростным полушепотом, и это звучало куда страшнее, чем крик.

Тиана стиснула подлокотники кресла.

– Не будет ничего. Не будет перемен. Будет все то же оцепление и секретные разработки. А люди все так же могут продолжать умолять о милости несуществующих богов. Им правду не скажут. Я сделал самую страшную ошибку в своей жизни, репейник. И отвечать за нее теперь придется нам всем.

Тиана вздохнула. Склонилась ближе, накрыла руку мага своей ладонью. Он отпрянул.

– Вот только не надо меня жалеть!

– И не думала.

– Они запретили мне даже приближаться к подземному городу. Выяснили, что я скрытый маг. Если бы не поручительство Астара, я не знаю, что бы со мной было. Но сол Ньэрэ когда-то смешал свою кровь с моей, я его побратим, а потому все еще Правитель Юга и будущий супруг Интанньи. После заключения брака мне настойчиво рекомендовано покинуть столицу навсегда. Вернуться в Террузу.

– Когда?

– Через месяц.

Реймар вскочил, заметался по комнате.

– Это вся моя жизнь! Это даже не мечта, это смысл, суть. И ее у меня не отняли, я сам отдал ее этим людям! А они взяли и выбросили на помойку. Потому что вера и магия куда привычней!

Тиана замерла. Ей было неловко даже дышать, не то, что шевелиться.

– И именно теперь мне уже совсем не нужен этот союз. Теперь, когда все кончено, все соглашения могут отправляться к демонам в бездну! Но именно теперь я не могу отказаться! Совсем!

– Почему? Ее высочество тоже не в восторге от твоей кандидатуры.

– Эту девочку никто не спросит. Ребенок нашей крови нужен Империи. Да, теперь, когда известно, что я владею магией, в особенности. У них, Эмери, репейник. Я загнан в угол, как крыса.

– Выкради Эмери и уезжай в Террузу. В Гьяччи. В Дархейм. Хоть на край света.

– Если б все было так просто…

Он осел, практически рухнул на колени, спрятал лицо в ладонях.

– Она не пойдет. Она подписала договор. Этот демонов договор! Она будет работать в ученой группе. Под Серым озером. Это ее мечта, ее главная в жизни страсть. Я не успел ей запретить. Теперь она принадлежит Империи, и если посмеет уехать от столицы на слишком большое рассотяние, будет приговорена к смерти.

– Ты демонов дурак, – помертвевшими губами выговорила Тиана.

– Я знаю, репейник. Поверь, я все знаю.

– Мне возможно ее увидеть?

– Нет. Не сейчас. Может быть, позже.

– "Позже" у меня не будет.

Медленно-медленно она поднялась на ноги. Осторожно коснулась кончиками пальцев облака русых кудрей. полностью скрывших лицо мага. Так же медленно и молча вышла из кабинета. Реймар метнулся за ней, обхватил за плечи, стиснул в объятиях.

– Давай уедем вместе, – зашептал жарко. – Давай бросим их всех и уедем к морю. Построим корабль и уплывем на далекие Западные острова, о которых чего только не рассказывают те безумцы, которым доводилось побывать. Ну не будут же они казнить Эмери за то, что я просто исчезну? Я могу даже инсценировать свою смерть.

– К морю, – послушно повторила Тиана, прижимаясь щекой к его плечу. – К морю это единственно верное решение.

Вывернулась из его рук и поднялась к себе. Он послушно плелся сзади, ничего больше не спрашивая, ничего не объясняя.

Она стремительно повернулась и приникла к его губам. Да, у него была Интанниа, которую он еще разглядит поближе и обязательно полюбит. Да и ответное чувство наверняка сумеет вручить, Тиана в нем как-то не сомневалась. Он уже почти принадлежит другой, и еще будет с ней счастлив. Но в последний раз-то можно? На прощание?

Наверное, Реймар что-то почувствовал, о чем-то догадался. Так нежно и бережно он еще никогда с ней не обращался. Не целовал так осторожно. Не гладил спутанные волосы, которые она с утра даже не потрудилась заплести в косу.

Касания крыльев бабочки. Родной уже запах кожи и дыхания. Рваный ритм сердца под ладонью.

Нет, она будет помнить об этом долго, всегда.

И он – тоже не скоро сумеет забыть.

– Прощай, – сказала она, отстраняясь. – И не вздумай следовать за мной.

Его руки, еще лежавшие на ее плечах, стали ледяными. Взгляд – отчаянным.

– Нет, Реймарэ. Нет, это все.

Она вошла