Росс Макдональд Дело Гэлтона

Глава 1

Юридическая контора Велесли и Сейбла располагалась над сберегательной кассой на главной улице Санта-Терезы. Я вошел в маленький пустой вестибюль и, поднявшись на лифте, принадлежавшем конторе, очутился в атмосфере элегантной простоты. Создавалось впечатление, что после долгих лет борьбы вы наконец без всяких усилий попали в атмосферу, к которой всегда стремились.

Напротив лифта сидела женщина с тщательно выкрашенными в рыжий цвет волосами и играючи что-то печатала на электрической машинке. Рядом с ней на столе стояла ваза с огромным букетом цветущей бегонии. На стенах висели яркие картинки, в углу стояло кресло.

Я сел на него, чтобы выглядеть получше, и взял экземпляр «Уолл-стрит джорнал». Видимо, я поступил правильно. Рыжеволосая секретарша прекратила печатать и удостоила меня своим вниманием.

— Вы к кому-то пришли?

— У меня назначена встреча с мистером Сейблом.

— Вы, вероятно, мистер Арчер?

— Да.

Она расслабилась. Тон ее утратил свою официальность. Видимо, я не был одним из почетных гостей.

— Меня зовут миссис Хейнс. Мистер Сейбл сегодня не вышел на работу. Но он просил меня передать вам, когда вы придете, чтобы вы встретились с ним у него дома, если вы не простив.

— Не против, — сказал я, вставая с кресла и чувствуя себя так, как будто меня уволили.

— Понимаю, что это не очень удобно, — сказала она участливо. — Вы знаете, где он живет?

— Он все еще живет в своем коттедже на берегу океана?

— Нет, он переехал, когда женился. Они построили дом за городом.

— Я не знал, что он женился.

— Мистер Сейбл женился почти два года назад. Да, около двух лет.

Несколько раздраженный тон ее голоса показывал, что она, видимо, не замужем. Хотя и назвала себя миссис Хейнс, она выглядела как вдова или разведенная, которая ищет замену своему бывшему мужу. Женщина нагнулась вперед и спросила таким тоном, как будто мы были с ней в близких отношениях:

— Ведь вы детектив, не правда ли?

Я ответил утвердительно.

— Мистер Сейбл нанял вас лично для себя? Я спрашиваю потому, что он ничего не сказал мне об этом.

Было ясно, почему он ей ничего не сказал.

— Мне тоже, — ответил я. — Как к нему добраться?

— Он живет в парке Арройо. Я лучше покажу вам на карте, где это. — Мы стали изучать карту. — Вы должны съехать с шоссе перед развилкой, — сказала она, — потом поверните направо у школы графства Арройо. Затем примерно полмили вдоль озера. Справа увидите почтовый ящик Сейблов.

Через двадцать минут я нашел почтовый ящик. Он стоял под дубом в самом начале дороги, ведущей к дому. Дорога поднималась среди деревьев и кончалась у дома с многочисленными окнами и зеленой плоской крышей.

Парадная дверь открылась раньше, чем я подошел. Человек с седеющими волосами и низким лбом пошел навстречу мне через лужайку. На нем был белый сюртук, какие обычно носит прислуга, но даже в этой одежде он не вписывался в атмосферу дорогого пригорода. Он шел развязной походкой, опустив тяжелые плечи, как будто вышел на заслуженную прогулку.

— Ищете кого-нибудь, мистер?

— Мистер Сейбл попросил меня приехать.

— Зачем?

— Если он не сказал вам зачем, — ответил я, — то, вполне возможно, не хочет, чтобы вы знали.

Человек подошел ко мне поближе и улыбнулся. Он улыбался, широко открыв рот. Улыбка была неприветливой, она предвещала неприятности. Лицо его было все в шрамах, показывающих, что неприятности подстерегали его на каждом шагу. Есть люди, которые вызывают добрые чувства, он же вызывал неприязнь. Хотелось ему врезать.

Гордон Сейбл крикнул с порога:

— Все нормально, Питер. Я жду этого парня. — Он подошел к дорожке, выложенной из плиток, и протянул мне руку. Рад видеть вас, Лью. Мы не виделись несколько лет, ведь так?

— Четыре года.

Сейбл совсем не постарел. Его загорелое лицо и белые кудрявые волосы создавали эффект молодости. Он был в рубашке и узких брюках, подчеркивающих его фигуру теннисиста.

— Слышал, вы женились, — сказал я.

— Да. Бросился головой в омут. — Его веселое выражение лица казалось искусственным. Он повернулся к слуге, который стоял рядом с нами и слушал: — Пойдите узнайте, не нужно ли чего-нибудь миссис Сейбл, а потом приходите ко мне в кабинет. Мистер Арчер приехал издалека и, наверное, хочет выпить.

— Дааа, сэээр, — сказал он нараспев.

Сейбл сделал вид, что не заметил. Он провел меня в дом через черно-белый коридор-террасу, через крытый дворик с огромным количеством тропических растений, чьи яркие листья отражались в овальном бассейне, расположенном в центре. Нашей целью была освещенная солнцем комната, находившаяся в стороне от дома и утепленная сотнями книг, стоявших на полках с пола до потолка вдоль всех стен.

Сейбл предложил мне кожаное кресло, стоявшее у письменного стола напротив окна. Он поправил шторы, чтобы солнце не светило в глаза.

— Питер сейчас придет. Должен извиниться за его манеры или за то, что они у него отсутствуют, но сейчас так трудно найти прислугу.

— У меня те же проблемы. Порядочные люди не хотят подвергаться опасности, а шалопаи лезут в драку. И все это за пятьдесят долларов в день. Я на это не могу пойти. Так что почти всю свою работу делаю сам.

— Рад слышать это. — Сейбл сел на угол стола и наклонился ко мне поближе: — Дело, которое я собираюсь поручить вам, довольно деликатное. Очень важно, чтобы все было в тайне. Что бы вы ни узнали, если что-либо узнаете, докладывайте прямо мне. Устно. Никаких записок. Вы меня поняли?

— По-моему, все ясно. Это ваше личное дело или вы работаете на клиента?

— Конечно, на клиента. Разве я не сказал вам этого по телефону? Она поручила мне довольно трудное дело. Откровенно, я не надеюсь, что нам удастся оправдать ее надежды.

— А на что она надеется?

Сейбл поднял глаза к белому потолку.

— Боюсь, она хочет невозможного. Если человек пропал двадцать лет назад, то следует предположить, что он давно умер и похоронен. Или не хочет, чтобы его нашли.

— Значит, кто-то пропал?

— Да, и дело безнадежное. Я пытался объяснить своей клиентке все это. Но, с другой стороны, я не могу не попытаться попробовать. Она старая и больная женщина. И с характером.

— Богатая?

Сейбл нахмурился, не одобряя мое легкомыслие. Он занимался недвижимостью и вращался в таких кругах, где люди имеют много денег, но не говорят о них.

— Муж этой дамы умер и оставил ей большое состояние, — добавил он, чтобы поставить меня на место. — Вам хорошо заплатят за работу, независимо от результатов.

Слуга внезапно появился за моей спиной. Я почувствовал, что он там, по его тени. На нем были старые морские туфли, и передвигался он бесшумно.

— Вы не торопитесь, — сказал ему Сейбл.

— Чтобы сделать «мартини», нужно время.

— Я не заказывал «мартини».

— Миссис заказывала.

— Вы не должны подавать ей «мартини» перед ленчем, да и вообще в любое другое время.

— Вот и скажите ей это.

— Я намерен это сделать. А пока говорю вам.

— Дааа... сэээр...

Сейбл покраснел, и даже загар на его лице не скрыл этого.

— Это ваше произношение вовсе не смешно.

Слуга ничего не ответил. Его зеленые глаза смотрели на нас с вызовом. Он ждал аплодисментов.

— Да, у вас проблемы с прислугой, — сказал я Сейблу, чтобы поддержать его.

— О, Питер хороший парень, ведь так, старина? — И чтобы я ничего больше не сказал, обнял меня, широко улыбаясь: — Что вы будете пить, Лью? Я бы выпил тоник.

— Я тоже.

Слуга удалился.

— Ну так кто же пропал? — спросил я.

— "Пропал" — не совсем правильное слово. Сын моей клиентки ушел из дома. Они не пытались его вернуть, во всяком случае, в течение многих лет.

— Почему?

— Думаю, они были недовольны им в такой же степени, как и он ими. Им не нравилась девушка, на которой он женился. «Недовольны» мягко сказано. Были и другие причины раздора. Насколько это серьезно, вы можете судить по тому, что он даже пожертвовал своим наследством. У нее большое имение.

— А у него есть имя или мы будем называть его мистер Икс?

Сейбл сморщился, как от боли. Он не мог выдавать информацию, ему было это неприятно.

— Их фамилия Гэлтон. Сына зовут или звали Энтони Гэлтон. Он исчез в 1936 году. Ему было тогда двадцать два года. Он только что закончил Сэнфордский университет.

— Да, прошло много времени. — Мне казалось, что это целый век.

— Я же говорил вам, что нет почти никакой надежды. Но миссис Гэлтон хочет, чтобы сына постарались найти. Она может умереть со дня на день и хочет помириться с сыном.

— А кто сказал, что она должна умереть?

— Ее врач. Доктор Хауэл говорит, что она может умереть в любую минуту.

Слуга неуклюже вошел в комнату, держа в руках позванивающий поднос. Он преувеличенно вежливо подал нам джин с тоником. Я заметил, что на руке у него вытатуирован якорь, и подумал, что, возможно, он в прошлом моряк. Но, во всяком случае, никак не слуга — край моего стакана был вымазан помадой.

Когда он ушел, я спросил:

— Молодой Гэлтон женился до того, как ушел из дому?

— Да. Его жена и послужила причиной ссоры в семье. Она ждала ребенка.

— И они все трое исчезли?

— Как будто бы земля разверзлась и поглотила их, — произнес Сейбл с пафосом.

— А с ними не могло случиться какого-нибудь несчастья?

— Насколько мне известно, нет. Я в то время не был связан с семьей Гэлтонов. Нужно будет попросить миссис Гэлтон рассказать вам, при каких обстоятельствах ее сын оставил семью. Не знаю, захочет ли она вдаваться в подробности.

— А что, есть подробности?

— Думаю, да. Ну ладно, повеселимся? — сказал он невесело. И выпил свою порцию стоя. — Прежде чем отвезти вас к ней, я хочу быть уверен, что вы потратите на нас столько времени, сколько потребуется, и не будете заниматься другими делами.

— У меня пока нет других дел. Так на какую же сумму я должен прилагать усилия?

— На любую, которую вы потребуете.

— Так, может быть, лучше было бы обратиться в какое-нибудь крупное агентство?

— Думаю, что нет. Я знаю вас и верю, что вы сможете расследовать это дело довольно аккуратно. Не хочу, чтобы последние дни жизни миссис Гэлтон были омрачены скандалом. Моя главная забота в связи с расследованием — сохранить доброе имя семьи.

Сейбл говорил взволнованно, но я сомневался, что его волнение вызвано глубокими чувствами, которые он испытывает к семье Гэлтон. Он смотрел на меня, вернее — через меня, невидящими обеспокоенными глазами. Его явно волновало не то, что происходило с семьей Гэлтон.

Я понял, что его волновало, когда он провожал меня. Хорошенькая блондинка, наполовину моложе его, вышла из-за бананового дерева. На ней были джинсы и белая рубашка с расстегнутым воротом. Она двигалась осторожно и одновременно неловко. Казалось, она выходит из укрытия и боится нападения со стороны врага.

— Хелло, Гордон, — сказала она неуверенным, как бы ломающимся, словно у юноши, голосом. — Странно видеть тебя здесь.

— Я здесь живу, не так ли?

— Теоретически, да.

Сейбл разговаривал с ней осторожно. Казалось, она сначала обдумывает фразы, а потом произносит их.

— Элис, сейчас не время опять возвращаться к этому. Почему, ты думаешь, я остался сегодня дома?

— Ну и что хорошего в этом для меня? Что я имею от этого? А сейчас куда ты направляешься?

— Ухожу.

— Куда?

— Почему ты меня допрашиваешь, ты не имеешь на это права.

— Нет, имею.

Она встала перед ним в угрожающей позе: бедро вперед, грудь под белой рубашкой напряглась. Она вроде бы не была пьяна, но ее большие фиолетовые глаза блестели. Они были бы красивыми, если бы не темные круги под ними и яркие тени на верхних веках, делавшие их похожими на два больших синяка.

— Куда вы уводите моего мужа? — спросила она у меня.

— Это ваш муж меня уводит. У нас дела.

— Какие дела? Чьи дела?

— Конечно, не твои, дорогая. — Сейбл обнял ее. — Пойдем в твою комнату. Мистер Арчер — частный детектив, работающий по одному моему делу. Это не имеет к тебе никакого отношения.

— Могу поспорить, что это не так. — Она повернулась ко мне. — Что вы от меня хотите? Вы ничего не узнаете обо мне. Нечего узнавать. Я сижу в этом доме, как в морге, мне не с кем поговорить и нечего делать. Мечтаю вернуться в Чикаго. Там меня любили.

— Здесь тоже любят. — Сейбл терпеливо ждал, пока она успокоится.

— Здесь меня ненавидят. Я даже не могу попросить, чтобы мне сделали коктейль в этом доме.

— Но не утром же, дорогая.

— Ты не любишь меня. — Ее злость постепенно растворялась в чувстве жалости к самой себе. На глазах у нее появились слезы. — Я тебе безразлична.

— Неправда. Поэтому я и не хочу, чтобы ты болталась неизвестно где. Пойдем, дорогая, в дом.

Он обнял ее за талию, и на этот раз она не сопротивлялась, затем провел вокруг бассейна к двери, ведущей в дом. Когда он закрывал ее, женщина почти не стояла на ногах.

Я сам разобрался, как выйти из дома.

Загрузка...