Анна Дубчак Где ночуют призраки

Глава 1 ЧЕРНЫЙ ЧЕЛОВЕК. АРХЕОПТЕРИКС

Этот человек преследовал ее уже два дня — ровно столько прошло с тех пор, как Маша вернулась с юга. Высокий, черноволосый, в черных очках, он был до того приметен, что Маша сначала даже посмеялась над собственными страхами: разве может быть опасен такой вот бутафорский «шпион»? Но сейчас, когда он, увидев ее, подходящую к подъезду, вдруг быстро зашагал навстречу, она, не помня себя от страха, быстро, насколько только смогла, открыла кодовый замок и влетела в подъезд. Раздался характерный щелчок — это захлопнулась и намертво закрылась входная дверь. Перед носом преследователя. У Маши было несколько минут, чтобы добежать до лифта, пока незнакомец попытается либо сам открыть входную дверь, либо войти в подъезд с помощью какого-то другого жильца дома.

Лифт был, слава Богу, внизу, словно ждал ее. Маша вошла в него и что есть силы надавила на кнопку. Все. Уж теперь-то он не догонит ее…

Когда она вышла на своем этаже, с нее градом катился пот. И ничего уже не радовало: ни запланированная на вечер прогулка с Горностаевым в парк, где он собирался покатать ее на лодке или катамаране, ни даже тот факт, что утром она в своем почтовом ящике нашла письмо от Соломона. Все потеряло смысл, потому что Черному человеку зачем-то понадобилась она, Маша Пузырева, тринадцатилетняя школьница…

Она проворно открыла все замки на двух дверях своей квартиры и подумала о том, что это ужасно, когда люди (не звери же!) прячутся друг от друга за толстыми металлическими дверями, да еще и приходится спасаться бегством от особо опасных представителей человеческой породы.

В прихожей она перевела дух, но тут же вздрогнула. Только теперь уже от телефонного звонка. Схватила трубку и, лишь услышав знакомый голос Сережи Горностаева, своего друга и одноклассника, расслабилась.

— Маша, где это тебя черти носят? Я уже устал звонить.

Слушай, Горностаев, ты, конечно, хороший человек, но интеллигентности в тебе маловато. Разве можно спрашивать у меня, где это меня носили черти? Сам подумай…

— А что?

— Да то, что черти мои, и где они меня носили — это мое личное дело, понятно? Ну а если серьезно, то у меня проблемы. За мной следят. Уже второй день. Приходи, сам увидишь.

— Но вообще-то я не один, — замялся Сергей, и у Маши забилось сердце. Она поняла, с кем сейчас может быть ее друг. — Неужели Дронов из Испании вернулся?

— Машк, здорово, — услышала она на другом конце провода такой знакомый и родной голос Сашки Дронова, с которым не виделась почти два месяца. — Как дела?

— Как сажа бела. Ладно, приходите, я приглашаю…

Маша положила трубку и посмотрела на свое отражение в зеркале. Вот теперь ее лицо сияло, словно пять минут назад она и не дрожала как осиновый лист перед своим преследователем. Сейчас придут друзья и мигом разберутся с этим троглодитом.

— Дронов приехал?

Маша повернулась на голос. В дверях гостиной стоял заспанный Пузырек — ее десятилетний брат Никитка — и сверлил ее взглядом.

— Ты меня разбудила, — продолжил он, не дождавшись ответа. — Ворвалась как бешеная, дверями расхлопалась. С ума, что ли, сошла?

— Никита, ты мне лучше скажи: где ты был? Я тебя искала битый час. Все дворы облазила, даже на голубятню поднималась. Вот только не надо мне вешать лапшу на уши, что ты спал, а бестолковая, и не заметила…

— Ну я же не виноват, что ты меня не заметила, потому что я действительно спал дома.

— И где же, на потолке? Что-то я тебя в трех комнатах не видела?

— Я спал под кроватью, если честно, — уже совершенно обычным, без тени вредности, тоном признался Пузырек. — Сначала я, конечно, погулял, но потом стало жарко, я вернулся домой и решил поспать. И только прилег, как страшная мысль заставила меня подскочить…

Маша, слушая его, даже руки сложила под грудью и теперь, не скрывая насмешки, смотрела на брата в упор: и долго он будет еще над ней издеваться?

— Что за мысль?

— Мысль о том, что мы на планете Земля живем не одни. Ты слышала репортаж по телевизору? Что случилось в Ставропольском крае?

Маша сама, собственными глазами видела по телевизору, как на зеленом поле в Ставрополье кем-то, предположительно инопланетянами в летающей тарелке, была вытоптана или примята площадка или даже три, и все в форме ровных кругов. Даже был показан вид сверху, от которого всем, даже Машиным родителям, стало не по себе.

«Я тебе всегда говорила, что мы не одни на этой планете, — сказала перепуганная мама папе, глядя завороженно на экран. — Мы — биологический посев… Нас кто-то посеял, как семена, на наш маленький шарик… Нет, Борис, ты только посмотри… Какие ровные круги, это же настоящий след от летающих тарелок… Они ведь еще и пробу грунта взяли, видишь отверстие в земле? И странно, что на этот раз не удалось им от нас скрыть следы своего пребывания!»

И Маша, и Никита поняли, о чем идет речь. Дело в том, что Машину маму всегда раздражала позиция соответствующих органов, постоянно делающих вид, что вокруг ничего сверхъестественного не происходит. Словно никто и не видит летающих тарелок, а все свидетели подобных паранормальных явлений — обыкновенные сумасшедшие.

«Не бери в голову», — как обычно ответил ей папа, относящийся к этой теме более чем равнодушно. Очевидно, ему не нравилась мысль, что и он — как часть этого мира, являет собой «биологический посев».

— Ну слышала и видела этот репортаж. Дальше-то что? Тарелка в нашей комнате приземлилась?

— Пока еще нет, но все может быть… — испуганно вращая глазами, прошептал Пузырек, и Маша за него испугалась. Даже пощупала его лоб:

— Никита, радость моя, ты не перегрелся на солнышке случайно?

— Ты, Машка, как и все женщины, несерьезная. С тобой можно только на определенные темы говорить. А ведь я не зря, наверное, спрятался под кроватью, как ты думаешь?

— Ты действительно боишься инопланетян?

— Боюсь. Откуда мне знать, что у них на уме? Тем более что они уже и своих-то начали уничтожать…

— Своих? А ты-то откуда знаешь?

— Видел труп инопланетянина. Маленького такого, с крыльями. Немножко похож на летающего кролика.

«Все, хватит…» — и Маша, у которой от фантазий брата разболелась голова, лишь махнула рукой и пошла на кухню. Она ждала гостей, и потому надо было хотя бы достать из холодильника компот.

А спустя несколько минут рассказ Никиты забылся. Пришли Сергей с Сашкой, и Дронов услышал от друзей потрясающий рассказ о том, как сразу же после окончания учебы, в первых числах июня, когда самого Сашку родители увезли в Испанию, Маша с Пузырьком и Сергеем совершили путешествие на стареньких «Жигулях» Серегиного отца в Саратов. История выглядела невероятной: как это они могли без документов, на свой страх и риск отправиться за тысячу километров, да еще и найти там клад?! И он бы, наверное, не поверил, если бы Сергей не рассказал ему о встрече с маленьким беспризорником по прозвищу Соломон — правнуком бухгалтера известной ювелирной фирмы Карла Фаберже, и его историю. Его настоящее имя — Михаэль Бауэр. И это именно его мать, Ева Бауэр, посоветовала ребятам часть принадлежащих им по праву сокровищ оставить у нее, а часть превратить с ее же помощью в деньги. Дронов, увидев в руках Сереги доллары, лишь покачал головой. А Маша, скрывшая ото всех подарок Соломона — настоящее золотое яйцо Фаберже, — тихонько вздохнула от досады… Представляя себе лица ребят в тот момент, когда они увидят яйцо, Маша чувствовала такое блаженство, что всякий раз спрашивала себя в подобные минуты, а правильно ли она сделала, что до сих пор держала подарок в тайне. И сама же себе отвечала: да, правильно, ведь это тайна не только ее, но и Соломона…

— Фантастика! — только и сказал Дронов, выслушав рассказ до конца. — Но это же куча денег. И как вы собираетесь их потратить? Ты, Горностай, попросишь, наверно, отца отвезти тебя на Мадагаскар… — Сашка знал о мечте друга побывать на острове и увидеть собственными глазами дикую редкую кошку — фоссу.

— Мадагаскар никуда не денется, — важно и вполне серьезным тоном ответил Сергей. — У нас вообще-то были несколько другие планы. Мы собираемся открывать детективное агентство «Фосса».

— Детективное агентство? — удивился Дронов и даже зауважал Серегу за то, что тот молчал обо всем этом до настоящего момента, хотя мог все новости выдать на-гора уже сегодня утром, еще до звонка Машке. — Ну вы, ребята, даете! И чем же таким будет заниматься агентство?

— Скажи сначала, ты с нами или нет? — спросила Маша, с любопытством глядя на ошарашенного Дронова. — Ты будешь с нами работать в этом агентстве или же считаешь все ерундой?

— Ничего себе — ерунда! Да вы только возьмите меня!

Вот именно о такой реакции Дронова и мечтала Машка, представляя себе еще там, в Саратове, как они все вместе будут расследовать преступления. И хотя она имела обо всем этом самое смутное представление (ну, на самом деле, какие преступления, ведь они же еще дети?!), все равно — планы их были смелые и требовали проявления вполне взрослых качеств.

— Но только что мы будем расследовать? — этот самый главный вопрос, который даже Маша (из нежелания быть непонятой или показаться смешной) не осмеливалась задать Сергею, был поставлен Дроновым. И вышло это так естественно, так здорово, что теперь, слушая ответ, адресованный Сергею, Маша и сама обратилась в слух.

— Я уже все продумал, — ответил Сергей и, чувствуя, что все вокруг только и ждут, когда же он скажет что-то важное, вдруг расхохотался: — Вот умора! Вы бы посмотрели на себя! Для начала скажу сразу: навряд ли преступления, о которых сейчас пойдет речь, будут столь уж серьезными, а во-вторых, я не уверен, что они вообще будут. Это я назвал наше агентство детективным, но оно может быть и просто сыскным. Вот, к примеру, надо найти человека. А где его искать и как? Вот для этого-то мы и будем существовать.

— Ив школе тоже узнают о нашем агентстве? — осторожно спросила Маша, которой меньше всего хотелось бы этого. Она вообще не любила смешивать — как она любила выражаться — «свою личную жизнь с общественной».

— Необязательно, — ответил Сергей. — Что же касается того, каким образом мы будем искать людей или что-то, что нас попросят найти, то над каждым заданием будем думать сообща и вместе принимать решения.

— Ну если нет преступлений, то это неинтересно, — вдруг сказал Дронов. — Если уж работать, то по-крупному. Браться за серьезное расследование.

— Но как же мы узнаем о настоящих преступлениях? — пожала плечами Маша. — Ты что, решил сотрудничать с милицией? Да они, если только узнают о том, что мы собираемся вмешиваться в их дела, сразу же нас самих арестуют.

— А Машка права, — тихо вставил Пузырек, — налоги мы платить не собираемся, потому что агентство будет тайным, насколько я понял, а потому нашу деятельность надо будет скрывать. И действовать в интересующих нас целях только в обход милиции.

— Ну тогда я вообще ничего не понимаю! — воскликнул Дронов. — Чем же мы тогда заниматься собираемся? И как узнаем, что кому-то требуется наша помощь? И еще, даже если мы и найдем заказчиков, то работать будем бесплатно или как?

— Об этом я тоже подумал. В зависимости от того, что представляет собой этот заказчик. Если это, к примеру, человек состоятельный, то почему бы не взять с него немного денег, чтобы окупить расходы на содержание штаб-квартиры, оргтехнику, телефон…

— Да! — вдруг вспомнила Маша. — Серый же купил новенький компьютер и теперь собирается подключиться к Интернету…

— Что-то я, ребята, ничего не понимаю. Сначала вы говорите, что надо все держать в тайне, а теперь оказывается, у вас уже есть компьютер… А как же родители, а, Сергей? Они все знают?

— Нет, — ответил Сергей. — В том-то и дело, что они пока ничего не знают, и я еще не решил, что им можно рассказывать, а что — нет. Представь, что будет, если они узнают о том, сколько у нас денег?!

— Думаешь, придется отдавать? — спросил невинным тоном Никитка.

— Во-первых, они ни за что не поверят, что мы действительно нашли клад Фаберже, а во-вторых, попытаются связаться с Евой Бауэр, а то и вовсе в них взыграет патриотизм, и они решат вернуть сокровища государству.

— Они могут… — это уже сказала Маша, которая была категорически против огласки всего, что касалось денег и клада.

— Так вот, о компьютере, — продолжил Горностаев, — наша знакомая, Тамара Саржина, вот уже полгода как живет в Англии, работает там по контракту. А мои родители, ее друзья, присматривают за квартирой, что находится в нашем же подъезде, только этажом выше…

— Она будет нашим «штабом»? — догадался Дронов, и веснушчатое лицо его расплылось в улыбке.

— Правильно, ты потрясающе догадлив. Но самое главное, родители уже давно разрешают мне бывать там, а потому все будет шито-крыто…

Там полно цветов, за которыми мне придется ухаживать, — сказала Маша, которая уже бывала в этой квартире. — Но вообще-то квартирка — класс! Там кожаные диваны, кресла, а в буфете до сих пор стоит банка кофе и сахар…

— Вот только жаль, что табличку нельзя на дверь повесить: «Детективное агентство „Фосса“, — подмигнул Сергею Пузырек. — Ты еще не раздумал купить эту свою фоссу?

Речь шла о том, чтобы купить или заказать чучело фоссы, о чем также мечтал Сергей. И Пузырек никогда не упускал случая, чтобы «подколоть» своего старшего товарища этим смешным и недостойным мужчины, на его взгляд, пристрастием ко всему экзотическому, « прикольному ».

— Нет, я даже съездил в Зоологический музей и записал фамилии всех известных чучельников…

— «Чучельники»! — передразнила его Маша. — Их называют по-другому, — Маша поморщила лоб, но так и не вспомнила. — Что-то такое, связанное не то со спиртом, не то с формалином…

— Чучельники — они и есть чучельники, — пожал плечами Дронов. — Так проще запомнить.

— Ладно, — милостиво разрешила Маша, — пусть будут чучельники. Ну и что же ты, Сережа, будешь делать с этими фамилиями? Разыщешь такого вот чучельника и попросишь его сделать чучело фоссы?

— A y тебя есть другие идеи? Мы сейчас живем в такое время, когда за деньги можно купить и заказать практически все, — уж совсем по-взрослому убеждал ее Сергей. — Даже смерть можно заказать, сама знаешь…

Маша покачала головой:

— Ну ты, Серый, даешь… Ты сейчас так это сказал, словно я — профессиональный убийца. Киллер.

— Вы все не о том говорите, — прервал их практичный Дронов. — Ну заказал ты эту фоссу, дальше-то что?

Это его коронное «дальше-то что?» было тем действенным рычагом, который приводил в движение все вокруг, и это Маша уяснила себе давно. Казалось бы, простым и немного грубоватым вопросом Дронов словно давал сигнал к последующему действию. Так произошло и на этот раз. Только на его вопрос ответил, как ни странно, не Горностаев, а сообразительный и явно нестандартно мыслящий Пузырек.

— А дальше мы дадим объявления в газету, — сказал он так, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

Даже Сергей посмотрел на него несколько озадаченно. Он и сам не раз думал о том, каким образом привлекать клиентов, но чтобы дать объявления в газету?!. Нет, это будет более чем дерзко. К тому же еще недавно они пришли к выводу, что их агентство будет тайным. А тут вдруг газета… Но с другой стороны, Пузырек был прав. Каким еще образом они смогут узнать, где требуется их помощь? Разве что случайно, от знакомых или друзей, от родителей. Правда, есть еще и телевизионные передачи, которые просто кишат информацией о совершенных где-то преступлениях. Но каким образом чисто практически влиться в расследование — это Сергей представлял себе с трудом. А потому принял неожиданное для себя решение поддержать Никиту в том, что касалось обращения в газету.

— А что, думаю, это выход, — сказал он и ободряюще взглянул на Пузырька. — Дадим объявление приблизительно такого содержания: «Детективное агентство. Телефон такой-то…» Все. И поверьте мне, что те, у кого в это время возникнут какие-то проблемы, обязательно позвонят. Люди в отчаянии способны еще и не на такое. К тому же вам прекрасно известно, что в случае, если пропадает человек, милиция начинает поиск лишь на третий день. Вы представляете, что должны чувствовать, к примеру, родители какой-нибудь девчонки, которая пропала и не появилась уже через сутки… Вот ты, Маша, предположим, пропала. И что же, твои родители будут целых три дня сидеть сложа ручки и ждать, пока это милиция очухается и примется тебя искать? Да они перероют все газеты и будут искать именно такое объявление.

— Сплюнь, — возмущенно покачала головой Маша. — А то еще накаркаешь. Но в принципе ты прав. Мои родители — народ деятельный. Они сделают все, что от них зависит, чтобы только найти меня. И вполне возможно, что позвонят в детективное агентство. Деньги — это тоже рычаг, и еще какой…

— А у меня тоже есть идея, — сказал Сашка Дронов. — Но перед тем как ее изложить, я должен кое-что объяснить. Дело в том, что даже если нам кто и позвонит, а это будет наверняка взрослый человек, то услышав в трубке детский голос, он подумает, что либо ошибся номером, либо его разыграли… То есть он бросит трубку и уже больше никогда не позвонит. Я только удивляюсь, как это вам раньше не пришло в голову…

— Уж не такой у меня и детский голос, — сказал Сергей.

— Трубку могу взять я. У женщин часто бывают детские голоса, а потому я запросто смогу сойти за секретаршу. Между прочим, наши с мамой голоса тоже постоянно путают.

— И все же… даже если ты, Маша, выполнила свою миссию секретарши, что последует дальше, после звонка?

Я назначу клиенту встречу, и он придет. Причем встречу лучше всего назначать где-нибудь в нейтральном месте, чтобы не засветиться с квартирой Сережиной знакомой.

— И кто придет на встречу? Ты, Сережа? — усмехнулся Дронов.

— Можешь и ты… — ответил несколько раздраженно Горностаев, который понимал, куда клонит его друг. — Думаешь, ничего из нашей затеи не получится?

— Что касается того, чтобы встречаться непосредственно с клиентом, то, думаю, не получится. Представь, у человека горе, кого-то убили или украли, он ищет человека, профессионала, на которого надеется, и вдруг, придя на встречу, видит перед собой мальчишку…

— Да уж… — тут и Машка скисла.

— А теперь моя идея, — тоном человека, явившегося, чтобы спасти ситуацию, произнес Дронов. — Нам нужен телефон с определителем номера. Клиент позвонил, и мы уже будем знать, кто попал в беду. С помощью Интернета мы выясняем, кому принадлежит телефон, и сами, понимаете, сами начинаем расследование. Разумеется, для того чтобы внедриться в среду и быть в курсе всего, что происходит, нам надо быть рядом с этим человеком. Но мы сможем войти в его дом другими способами. И уж в этом плане Маше нет равных… Существует великое множество способов добиться того, чтобы тебе поверили.

— Ладно, Дронов, это уже мой хлеб, — хмыкнула в каком-то творческом экстазе Маша, представляя себя главным действующим лицом в предстоящей драме. — И вообще, мне то, что вы говорите, начинает нравиться все больше и больше! Я даже готова пожертвовать личной жизнью, но чтобы только все поскорее началось. Никита, доставай газеты, вырезай купоны, и давайте все вместе писать объявление…

Она на мгновение закрыла глаза и увидела себя в темном переулке с пистолетом в руке. Раздался выстрел — ив кустах кто-то дико заорал. Это был убийца, тот самый маньяк, за которым охотилась милиция всей Москвы…

— Машка!

Она открыла глаза и увидела брата, делающего ей какие-то знаки. За столом Дронов с Горностаевым писали объявления. Словом, работа закипела. И только она на какое-то мгновение перенеслась из комнаты куда-то в ночь, в опасность…

Маша тряхнула головой и вернулась в реальность. «Надо бы купить кожаные брюки, в них удобнее…» — пронеслось в голове вместе с образом длинноногой девчонки, с легкостью перелетающей через забор…

— Машка, — Никита показывал ей взглядом, чтобы она пошла за ним куда-то в сторону ванной комнаты.

Маша нехотя поднялась с кресла и поплелась вслед за братом.

— Как ты думаешь, показать им то, о чем я тебе говорил?

И Маша, напрочь забыв об их разговоре накануне прихода Дронова с Сергеем, ничего не подозревая, кивнула головой: «Валяй».

Никита взял ее за руку и потащил за собой в ванную комнату. Там на полу стояло пластмассовое ведро, прикрытое сверху полотенцем.

— Ты готова к тому, чтобы увидеть то, что там находится? — вполне серьезно спросил Никита и даже побледнел от волнения.

— Слушай, что ты мне морочишь голову? Открывай… Что ты там еще придумал?

— Труп инопланетянина… Помнишь, я тебе говорил? — с этими словами Пузырек откинул полотенце, и Маша увидела на самом дне ведра черное обугленное тельце непонятного существа с обгоревшими крыльями. «Маленький археоптерикс», — только и успела подумать она и потеряла сознание.

Загрузка...