Король умирает

Перевод с французского Ольги Ильинской


Действующие лица:


Беранже Первый, король

Королева Маргарита, первая супруга короля Беранже Первого

Королева Мария, вторая супруга короля Беранже Первого

Доктор, также хирург, палач, бактериолог и астролог

Джульетта, служанка, сиделка

Страж


Тронный зал готического стиля. Стрельча­тые окна. Посредине, на возвышении, трон короля. По бокам два небольших трона для обеих королев. Справа, в глубине сцены, дверь, ведущая в апартаменты короля. Сле­ва, в глубине, другая, небольшая дверь. Бли­же к зрителям большая дверь. Около нее стоит Страж. Музыка.


Страж (объявляет). Его величество король Беранже Первый. Да здравствует король!


Король быстрой походкой пересекает сце­ну. Он выходит из маленькой двери и ухо­дит в правую дверь. На нем красная ман­тия, на голове корона, в руке скипетр.


Страж (объявляет). Ее величество короле­ва Маргарита — первая супруга короля. В сопровождении служанки Джульетты. Да здравствует королева!


Маргарита, сопровождаемая Джульет­той, выходит из правой двери и уходит в большую дверь.


Страж (объявляет). Ее величество короле­ва Мария — вторая супруга короля, но пер­вая в его сердце! Да здравствует королева!


Мария, сопровождаемая Джульеттой, входит через дверь слева и уходит в правую дверь. На ней корона, пурпурная мантия,много драгоценностей. Она моложе и красивее Маргариты.


Страж (объявляет). Его высокопревосходительство господин королевский доктор, хирург, бактериолог, астролог и палач.


Доктор доходит до середины сцены. Потом, что-то вспомнив, поворачивает обратно и уходит в ту же дверь.


Страж (прислоняет алебарду к стене и пытается согреть руки у радиатора). Отопление не работает. (Снова берет алебарду.)


Маргарита вновь появляется в сопровождении Джульетты. На ней корона и пурпурная мантия. У нее несколько суровый вид.


Страж. Да здравствует королева!

Маргарита. Здесь мусор и пыль!

Джульетта. Я только что доила корову, ваше величество. Она почти не дает молока. У меня не было времени убрать все это.

Маргарита. Как здесь холодно.

Страж. Я пытался развести огонь, ваше величество. Дрова отсырели. Небо в тучах. Солнце задерживается. А ведь я слышал, как его величество король приказал ему по­явиться.

Маргарита. Вот как? Солнце больше не слушается.

Страж. Сегодня ночью раздался грозовой удар. На стене появилась трещина.

Маргарита. Как, уже? Так быстро?

Страж. Мы с Джульеттой пытались ее замазать.

Джульетта. Он разбудил меня среди ночи. А я так хорошо спала.

Маргарита. Не стоило труда. Эту трещину не замазать. Где королева Мария?

Джульетта. Она, вероятно, ещё одевается.

Маргарита. Наверняка.

Джульетта. Она проснулась ещё на рассвете.

Маргарита. И тем не менее...

Джульетта. Я слышала, как она плачет у себя в комнате.

Маргарита. Смеяться и плакать – вот все, что она умеет. Пусть она немедленно придет. Приведи мне ее.


Входит Мария.


Страж. Да здравствует королева!

Маргарита. У вас красные глаза, дорогая.Это вредит вашей красоте.

Мария. Знаю.

Маргарита. Не начинайте с рыданий.

Мария. Мне трудно удержаться.

Маргарита. Не безумствуйте. Это ни к чему не приведет. Все происходит как должно.

Мария. Тем не менее, я надеюсь. Вы видели доктора? Что он говорит?

Маргарита. Только то, что вы уже знаете.

Мария. Может быть, он ошибается?

Маргарита. У вас снова приступ надежды? Объективные признаки не обманывают. Вы это знаете.

Мария (смотрит на стену). Ах эта тре­щина!

Маргарита. Вы ее видите? Этого уже до­статочно. Ваша вина, что он не подготовлен. Вы устроили ему сладкую жизнь. Ваши ба­лы, званые обеды, ваши спектакли, шествия, фейерверки и свадебные путешествия. Сколь­ко свадебных путешествий вы совершили с ним?

Мария. Это чтобы отметить дату нашей свадьбы.

Маргарита. Вы ее отмечали четыре раза в год.

Мария. Он так любит праздники!


Пауза.


Маргарита. Все люди знают, что умрут, но забывают об этом. Но он — король! Он не имеет права забыть. Его долг — смотреть вперед, точно рассчитывать все этапы пути. И видеть его конец.

Мария. Мой бедный милый король!

Маргарита. Вы плохо на него влияете. Но что поделать? Он вас предпочел мне. Я не была ревнива. Я давно поняла, что ревновать глупо. Теперь вы уже ничем ему не можете помочь. И вместо того, чтобы поддержать меня, обливаетесь слезами. Вы уже не смотрите на меня с вызовом. Куда делась ваша беспечность, ваши иронические улыбки, ваши насмешки? Ну, возьмите себя в руки. Займите ваше место. Ага! На вас все надето бриллиантовое колье.

Мария (садясь). Я не смогу ему сказать.

Маргарита. Я это беру на себя. Я при­выкла выполнять самое трудное.

Мария. Нет! Нет! Не говорите ему! Я вас прошу. Не говорите ему ничего. Я вас умо­ляю!

Маргарита. А я вас прошу мне не ме­шать. Но ничего не поделаешь. Мы нужда­емся в вас, чтобы обеспечить все этапы це­ремонии. Вы ведь любите церемонии?

Мария. Только не эту.

Маргарита. Она, конечно, менее забавна, чем ваши детские балы, ваши балы для ста­риков, балы для молодоженов, балы для спасшихся при кораблекрушении, балы для женщин-писательниц, балы для награжден­ных, балы для устроителей балов и всякие другие балы. Этот бал будет проходить в ин­тимной обстановке. Без танцоров и плясок.

Мария. Бессердечная вы!

Маргарита. Нет. Оно бьется.

Мария. Вы бесчеловечны.

Маргарита. Разве?

Мария. Но это ужасно. Он же ничего не подозревает.

Маргарита. А это — ваша вина. Он как путник, застрявший на постоялом дворе, ко­торый забыл, что цель путешествия не по­стоялый двор. Когда я вам напоминала, что королевский долг выше радостей бытия, вы говорили про меня, что я синий чулок.

Мария. Раз уж это неотвратимо, надо ска­зать ему об этом возможно мягче, со всеми предосторожностями.

Маргарита. Он должен был быть всегда готов к смерти. Он мог вспоминать об этом каждый день. Сколько времени потеряно зря! (Джульетте.) Что ты смотришь на нас растерянными глазами? Надеюсь, что ты не растечешься в слезах. Можешь уходить. Но недалеко. Тебя позовут.


Джульетта уходит в правую дверь.


Мария. Я вас очень прошу, скажите ему это осторожно. Не торопитесь.

Маргарита. У нас нет времени не торо­питься. Кончились ваши безумства. Вы до­тянули до последнего момента. Мы не можем больше терять ни минуты как раз потому, что они последние. У нас всего несколько мгновений, чтобы сделать то, что должно было делаться годами и годами. Когда по­надобится оставить меня с ним наедине, я скажу. Успокойтесь. Вы тоже доиграете свою роль.

Мария. Как это будет тяжело.

Маргарита. Так же, как мне и ему. Не хнычьте. Повторяю вам. Советую. Прика­зываю!

Мария. Он откажется.

Маргарита. Сначала.

Мария. И я его поддержу.

Маргарита. Пусть он не увиливает. Ина­че и вам будет плохо. Надо, чтобы все про­изошло пристойно. Чтобы была победа. Три­умф! Давно уже у него не было побед. Его дворец — руины. Его земли разорены. Го­ры оседают. Море прорвало плотины и за­топляет страну. Он больше не может его удержать. Вы заставили его обо всем поза­быть в ваших нежных объятиях.

Мария. А что он должен был делать?

Маргарита. Он мог укрепить почву, са­жая на песках хвойные леса. Цементировать угрожаемые участки. Но нет. Теперь коро­левство полно дыр, как огромный швейцар­ский сыр. А что говорить о последних про­игранных войнах?! Пока его пьяные солда­ты дрыхли после сытой казарменной еды, соседи теснили границы. Национальная тер­ритория сузилась. Наши солдаты не хотели сражаться.

Мария. Они отказывались по религиозным убеждениям.

Маргарита. Да, так у нас говорили. А враги называли их трусами, дезертирами и расстреливали в упор. В результате горо­да, стертые с лица земли, зараженные водое­мы, сожженные кабаки. Молодежь эмигри­рует массами. В начале его царствования у нас было девять миллиардов жителей.

Мария. Это было даже слишком много.

Маргарита. А теперь осталась какая-ни­будь тысяча стариков. И они мрут, пока я вам это говорю.

Мария. Кроме того, есть сорок пять моло­дых людей.

Маргарита. Это те, которых не пожела­ли принять соседние страны. Их насильно выдворили к нам обратно. Кроме того, они страшно быстро стареют. Двадцатилетним юношам через два-три дня исполняется шестьдесят. Вы же не станете утверждать, что это нормально.

Мария. Но король. Он еще совсем молодой.

Маргарита. Да. Вчера был таким. И сегодня ночью. А вот посмотрим на него сейчас.

Страж (объявляет). Его высокопревосходительство господин доктор.


Входит Доктор. Он одет в красное, как палач, на голове у него остроконечный колпак астролога, на шее подвешена подзорная труба.


Доктор (Маргарите). Здравствуйте, ваше величество! (Марии.) Здравствуйте, ваше ве­личество! Ваши величества извинят меня за опоздание. Я прямо из клиники, где сделал ряд хирургических операций, представляю­щих интерес для науки.

Мария. Короля нельзя оперировать.

Маргарита. В самом деле. Нельзя.

Доктор (смотрит сначала на Маргариту, потом на Марию). Я знаю. Его величество — нельзя.

Мария. Доктор! Не правда ли, ему стало немного лучше? Ведь улучшение не исклю­чено?

Доктор. Основная ситуация остается не­изменной.

Мария. Неужели нет никакой надежды? (Смотрит на Маргариту.) Она не хочет, что­бы я надеялась. Она мне это запрещает.

Маргарита. Мне за вас стыдно. Не взду­майте снова заплакать.

Доктор. Все новое лишь подтверждает прежние заключения. Солнце потеряло более пятидесяти процентов своей силы. Марс и Са­турн столкнулись.

Маргарита. Этого следовало ожидать.

Доктор. Обе планеты взорвались.

Маргарита. Так и должно было быть.

Доктор. На северном полюсе солнца идет снег. Млечный путь свернулся. Ближайшая комета вертится вокруг своего хвоста, как смертельно раненная собака.

Мария (Доктору). Вы преувеличиваете. Да-да! Вы преувеличиваете.

Доктор. Посмотрите в трубу. Хотите?

Маргарита (Доктору). Не стоит труда. Вам верят. А еще что?

Доктор. Весна, которая была здесь еще вечером, покинула нас два часа назад. Сейчас у нас ноябрь. А за нашими границами показывается первая трава. Там зеленеют деревья и все коровы телятся два раза в день – один утром, другой после полудня. А у нас листья засохли и падают. Деревья вздыхают и умирают. Вся земля в трещинах.

Страж (объявляет). Метеорологический ин­ститут королевства отмечает, что погода пло­хая.

Мария. Я слышу, как трескается земля. Увы! Слышу.

Доктор. Молнии застывают в небе. Тучи дождят лягушками. Гром громыхает. Но его не слышно, потому что он беззвучен. Двад­цать пять жителей утонуло, а двенадцать обезглавлено. На этот раз без моего вмеша­тельства.

Маргарита. Это, конечно, — знамения!

Доктор. С другой стороны...

Маргарита (прерывая). Не продолжайте. В этих случаях всегда так бывает. Мы знаем.

Страж (объявляет). Его величество король. (Музыка.) Внимание! Его величество. Да здравствует король!


Король входит. У него босые ноги. Джульетта следует за ним.


Маргарита. Где он оставил свои туфли?

Джульетта. Государь! Вот они.

Маргарита (Королю). Королям не подо­бает ходить босиком.

Мария (Джульетте). Наденьте ему скорей туфли. Он простудится.

Маргарита. Простудится он или нет, не имеет значения. Просто это очень некрасиво.


Пока Джульетта надевает туфли на ноги ко­роля, а Мария идет ему навстречу, играет музыка.


Доктор (кланяясь). Позволю себе пожелать доброго утра вашему величеству. Примите Мои самые лучшие пожелания.

Король (Марии). Здравствуй, Мария! (Мар­гарите.) Здравствуй, Маргарита! Как дела? Мои неважно. Болят ноги. Хочу сменить туф­ли. Может, я вырос? Я плохо спал. Эта зем­ля, которая все время трещит. Скот мычит. Сирены воют. Что-то уж слишком шумно. Придется мне навести порядок. Я жду одного инженера-иностранца. Наши ничего к стоят. Им все безразлично. Кроме того, их у нас нет. Почему закрыли политехническую школу? Ах да. Она же рухнула под откос. Зачем строить другие, если они все подряд разрушаются. Мне что-то не по себе. И эти тучи. Я же запретил тучи. Довольно дождя. Я говорю — довольно! А он тем не менее идет. (Джульетте.) Что ты на меня уставилась? Ты сегодня какая-то красная. У меня в спальне полно паутины. Иди убери ее.

Джульетта. Я ее всю сняла, пока вы спали, ваше величество. Не знаю, откуда она взялась снова.

Доктор (Маргарите). Видите, ваше величество? Все новые подтверждения.

Король (Марии). Что с тобой, моя Красавица?

Мария. Не знаю. Ничего.

Король. У тебя круги под глазами. Ты плакала. Почему?

Мария. Боже мой!

Король (Маргарите). Я запрещаю ее огорчать. Почему она сказала «боже мой»?

Маргарита. Ну просто так. Это распространенное выражение. (Джульетте.) Ступай, вымети паутину из спальни короля.

Король. Эта паутина отвратительна. Она вызывает кошмарные сны.

Маргарита (Джульетте). Торопись же! Что ты еле тащишься? Может, ты забыла, как обращаться со шваброй?

Джульетта. Моя швабра вся стерлась. Нужна новая. Нужна дюжина швабр. (Уходит.)

Король. Почему вы все на меня так странно смотрите? Разве что-нибудь вышло из нормы? Не может быть ничего ненормального, потому что все ненормальное давно стало обычным.

Мария (бросаясь к Королю). Мой король, вы хромаете?

Король (делает два-три шага, слегка прихрамывая). Я хромаю? Я не хромаю. Я хромаю совсем немного.

Мария. Вам больно. Я вас поддержу;

Король. Мне не больно. Почему мне должно быть больно? Разве совсем чуть-чуть. Это ничего. Я не хочу, чтобы меня поддерживали. Впрочем, поддержи меня, пожалуйста. Я всегда рад, когда ты рядом.

Маргарита (направляясь к Королю). Го­сударь! Я должна ввести вас в курс дела.

Мария. Нет! Молчите!

Маргарита. Это вы молчите.

Мария (Королю). То, что она сейчас ска­жет, это неправда!

Король. В курс чего? Что — неправда? Мария! Почему у тебя такой отчаянный вид? Что с вами со всеми?

Маргарита (Королю). Государь! Вас ста­вят в известность, что вы умрете.

Доктор. Увы. Это так, ваше величество.

Король. Но я давно это знаю. Само собой разумеется. Мы все это знаем. Вы мне об этом напомните, когда придет время. Что за странная манера у вас, Маргарита, гово­рить мне неприятности с раннего утра.

Маргарита. Уже полдень.

Король. В самом деле, уже двенадцать. Но это не важно. Для меня еще утро. Я по­ка ничего не ел. Пусть принесут мой завт­рак. Откровенно сказать, я не очень голо­ден. Доктор, надо, чтобы вы дали мне пи­люли для возбуждения аппетита. У меня, наверное, обложен язык. (Показывает язык Доктору.)

Доктор. В самом деле, ваше величество.

Король. Я ничего не пил вчера вечером, а у меня во рту дурной вкус.

Доктор. Королева Маргарита сказала правду. Вы умрете, ваше величество.

Король. Опять! Вы мне надоели. Я умру. Да. Это несомненно. Через сорок-пятьдесят лет. Через триста лет. Позднее. Когда захо­чу. Когда у меня найдется для этого время. Когда я решу это сделать... А пока займем­ся делами государства. (Пытается подняться по ступеням к трону.) Что-то происходит с ногами. Я простудился в этом холодном дворце с оторванной черепицей на крыше и дырявыми полами. Больше никто не рабо­тает. Надо, чтобы всем занимался я сам. (Марии, поддерживающей его). Нет. Я сам взберусь. (Опирается на скипетр, как на палку.) Этот скипетр еще на что-то годен. (С трудом взбирается на трон при помощи королевы Марии.) Нет. Нет!.. Я и сам могу... Наконец-то. Уфф! Этот трон стал ужасно жестким. Его надо подбить мехом. Как об­стоят дела в стране сегодня утром?

Маргарита. В том, что от нее осталось?

Король. При любых обстоятельства надо заниматься делами государства. Это дисциплинирует наши мысли. Пусть позовут моих министров.


Появляется Джульетта.


Король (Джульетте). Иди позови министров. Они наверняка еще спят. Воображают, что больше нет никакой работы.

Джульетта. Они уехали на каникулы. Правда, недалеко. Ведь земля сузилась. Они на другом конце королевства, в трех шагахот опушки леса на берегу ручья. Надеются наловить рыбы, чтобы накормить население.

Король. Отправляйся к ручью и приведи их.

Джульетта. Они не придут. У них отпуск. Все же пойду посмотрю. (Идет и смотрит в окно.) Они упали в ручей и тонут.

Мария. Постарайся их вытащить.


Джульетта уходит.


Король. Если бы я имел взамен двух других специалистов по управлению государством...

Маргарита. Других не найти.

Мария. Может, поискать среди школьников, когда они подрастут?

Доктор. В школе остались только кретины, монголоиды, гидроцефалы и неизлечимо больные базедовой болезнью.

Король. Раса не в очень хорошем состоянии. Это верно. Надо, чтобы они выучили хотя бы четыре-пять первых букв алфавита. Прежде таких убивали.

Доктор. Ваше величество не может больше себе этого позволить. Иначе вы останетесь без подданных.

Король. Тогда лечите их.

Маргарита. Уже нельзя кого-нибудь вылечить. Даже вас.

Доктор. Государь! Вас вылечить невозможно.

Король. Я не болен.

Мария. Он хорошо себя чувствует. (Королю.) Не правда ли?

Король. Если не считать небольшого недомогания. Но сейчас мне гораздо лучше.

Мария. Видите. Видите. Он говорит, что ему гораздо лучше.

Король. Даже намного лучше.

Маргарита. Ты умрешь через полтора часа. Ты умрешь в конце спектакля.

Король. Что вы говорите, дорогая? Это даже не остроумно.

Маргарита. Ты умрешь в конце спектакля.

Мария. Боже мой!

Доктор. Да, государь. Вы умрете. Вы не будете вкушать ваш завтрак завтра утром. А также обедать сегодня вечером. Повар выключил газ и возвратил свой фартук. Он сейчас укладывает скатерти и салфетки в стенной шкаф для музея и вечности.

Мария. Не говорите так сразу. Не говорите так жестоко.

Король. Кто посмел отдать такие распоряжения, не спросив моего согласия? Я чувствую себя прекрасно. А кругом ложь. Из­дательство. (Маргарите.) Ты всегда хотела моей смерти. (Марии.) Она всегда мечтала, чтобы я умер. Я умру, когда захочу. Я — король, и я решаю.

Доктор. Вы утратили способность решать единолично, ваше величество.

Маргарита. Ты не можешь приказать даже самому себе стать здоровым.

Король. Я не болен. И я по-прежнему красив.

Маргарита. А твои боли?

Король. У меня их больше нет.

Маргарита. Попробуй подвигайся. И ты увидишь.

Король (пробует привстать). Ай! Это потому, что у меня не было времени для самовнушения. Король вылечивает себя сам. Да, сам. Я просто был слишком занят государственными делами.

Маргарита. А в каком состоянии твое государство! Ты не можешь им управлять. У тебя нет власти над стихиями. Ты не можешь больше противиться деградации. У тебя нет власти над нами.

Мария. Ты всегда будешь иметь власть надо мной.

Маргарита. Он утратил власть даже над вами.


Входит Джульетта.


Джульетта. Министров не спасти. Ручей, который их подхватил, утек в море вместе с берегами и деревьями на опушке леса.

Король. Понимаю. Это заговор. Вы хоти­те, чтобы я отрекся.

Маргарита. В самом деле, это было бы лучше. Отрекайся по доброй воле.

Доктор. Отрекитесь, государь.

Король. Чтобы я отрекся?!

Маргарита. Да. Отрекись морально и ад­министративно.

Доктор. И психологически.

Мария. Не соглашайся! Не слушай их!

Король. Они сумасшедшие или преда­тели.

Джульетта. Государь! Бедный государь!

Мария (Королю). Их надо арестовать!

Король (Стражу). Страж! Арестуй их.

Мария. Именно так. Отдавай приказы!

Король (Стражу). Арестуй их всех и за­точи в башню. Хотя нет. Башня обвалилась. Запри их на ключ в погребе в одиночных камерах. Я приказываю.

Страж (недвижим). Именем его величест­ва... Я вас... арестовываю.

Мария (Стражу). Да шевелись же.

Джульетта. Он не арестовывает их.

Король (Стражу). Сделай это! Сделай это!

Маргарита. Ты же видишь, он не может больше двигаться. У него удар или ревма­тизм.

Доктор. Государь! Армия парализована. Неизвестный вирус пробрался в ее мозг и саботирует приказы.

Маргарита. Подумай. Твои собственные приказы его парализуют.

Мария. Не верь ей. Она тебя провоцирует. Все зависит от силы воли.

Страж. Я вас... именем короля... Я вас... (Замирает с открытым ртом.)

Король (Стражу). Что тебя разобрало? Го­вори! Двигайся! Ты же не статуя.

Мария (Королю). Не спрашивай. Не спорь. Приказывай. Подчини его силе твоей воли.

Доктор. Страж не может больше двигать­ся и говорить. Видите, ваше величество, он вас не слушает. Это характерный симптом. Медицине все ясно.

Король. Сейчас мы увидим, имею я власть или нет.

Мария (Королю). Докажи, что ты ее име­ешь. Ты можешь, когда ты хочешь.

Король. Я всегда могу, когда хочу.

Мария. Прежде всего встань.

Король. Я встаю. (С гримасой делает ог­ромное усилие.)

Мария. Ты видишь, как это просто?

Король. Вы видите, как это просто? Вы, узурпаторы, заговорщики, большевики.


Он шагает к Марии, которая хочет ему по­мочь.


Нет! Нет! Я сам. Я могу сам. (Падает.)


Джульетта бросается к нему, чтобы его под­нять.


Я поднимусь сам. (Действительно поднимает­ся сам, но с большим трудом.)

Страж. Да здравствует король!


Король снова падает.


Король умер.

Мария. Да здравствует король!


Король с трудом поднимается, опираясь на скипетр.


Страж. Да здравствует король!


Король снова падает.


Король умер.

Мария. Да здравствует король! Да здрав­ствует король!

Маргарита. Какая комедия.


Король с трудом поднимается.


Джульетта. Да здравствует король!


Король снова падает.


Страж. Король умер!

Мария. Нет! Да здравствует король! (Ко­ролю.) Ну, поднимайся же.


Король с трудом поднимается.


Страж. Да здравствует король!


Вся эта сцена должна быть сыграна в духе трагического гиньоля.


Мария. Вы теперь видите, что ему стало лучше?

Маргарита. Это улучшение — признак конца. Не правда ли, доктор?

Доктор. Да. Конец близок.

Король. Я просто поскользнулся. Это мо­жет случиться с каждым. Это бывает. Где моя корона? (Когда Король падал, корона свалилась. Мария надевает корону на голову Короля.) Это плохой признак.

Мария. Не верь!


Скипетр Короля падает.


(Подает Королю скипетр.) Держи его крепче. Зажми руку в кулак.

Доктор (Королю). Ваше величество! Не прошло десяти лет, точнее, трех дней, с тех пор, как ваше государство было цветущим.За три дня вы проиграли все войны, которые прежде выиграли, а проигранные проиграли еще раз. После того как сгнили на корню все посевы и засуха охватила наш кон­тинент, овощи стали поспевать лишь в со­седних странах, которые до последнего чет­верга были пустынями. Ядра ваших пушек, вылетев, сразу плюхаются на землю. Король. Технические неполадки.

Доктор. Прежде их не бывало. И затем ваши болезни. Ваша хромота...

Король. Я же поднялся. Вы лжете! Я встал!

Маргарита. Надолго ли? Способен ты вообще что-нибудь сделать? Дать прика­зание, которое будет выполнено. В силах ли ты изменить что-нибудь? Попробуй-ка.

Король. Страж, двигайся. Приблизься сюда!


Страж неподвижен.


Маргарита. Он тебе более не подвластен. Теперь он будет слушаться только других. Страж! Сделай два шага.


Страж приближается на два шага.


Страж. Отступи!


Страж отступает на два шага.


Король. Пусть голова стража упадет.


Голова Стража склоняется немного вправо и немного влево.


Она сейчас упадет!

Маргарита. Нет. Она просто слегка качается.

Король. Пусть голова доктора падает. Пусть она падает сейчас же. Ну! Ну же!

Маргарита. Никогда еще голова доктора не держалась столь прочно на его плечах.

Доктор. Мне прямо неловко. Я в полном смущении, ваше величество.

Король. Пусть корона королевы Маргариты упадет на пол.


Падает корона Короля. Маргарита ее подни­мает.


Маргарита. Так и быть, я тебе ее под­ниму. На, держи.

Король. Что за колдовство?! Каким образом все ускользает из моей власти? Я найду причину этих беспорядков. Что-то заржавело в государственном механизме. Какая-нибудь мелкая деталь.

Мария (Королю). Прикажи мне сделать что-либо. Я сделаю. Приказывай, государь, приказывай. Я послушаюсь. Маргарита (Доктору). Она думает, что то, что она называет любовью, может совершить невозможное. Сентиментальный предрассудок.

Мария. Прикажи, мой король! Прикажи, любовь моя. Взгляни, как я хороша. Прикажи, чтобы я подошла. Чтобы я тебя поцеловала.

Король (Марии). Подойди ко мне. Поцелуй меня.


Мария остается неподвижной.


Ты слышишь?

Мария. Да. Я слышу. Я сейчас это сделаю.

Король. Иди ко мне.

Мария. Да, государь.

Король. Приблизься ко мне улыбаясь.

Мария. Я не в силах. Я вдруг забыла, как это делается.

Маргарита (Марии). Сделайте несколько шагов к нему.


Мария несколько подвигается к Королю.


Король. Вот видите. Она подходит.

Маргарита. Она слушается меня. (Марии). Стойте. Остановитесь же.

Мария (вновь неподвижна; Королю). Простите. Это не моя вина.

Маргарита. Неужели тебе нужны еще доказательства?

Король. Я приказываю, чтобы деревья росли из паркета. (Пауза.) Я приказываю, чтобы крыша исчезла. (Пауза.) Ничего не происходит. Я приказываю, чтобы загремела гроза и в моих руках оказался бы пучок молнии. (Пауза.) Опять-таки ничего не про­исходит. Я приказываю, чтобы листья снова зазеленели. (Пауза.) Снова ничего. Я при­казываю, чтобы Джульетта вошла сюда через правую дверь.


Джульетта выходит из левой двери.


Я приказываю, чтобы она осталась здесь.


Джульетта уходит через правую дверь.


Я приказываю, чтобы затрубили в рога и ударили в колокола. Я приказываю, чтобы раздалось сто двадцать орудийных залпов в мою честь. (Прислушивается.) Ничего! Ах нет, я слышу что-то...

Доктор. Это у вас шумит в ушах, госу­дарь.

Маргарита (Королю). Не пробуй больше. Ты делаешься смешным.

Мария (Королю). Ты утомился, мой милый король. Не отчаивайся. Отдохни немного. Мы снова попробуем через час. И через час у нас все получится.

Маргарита (Королю). Ты умрешь через час двадцать пять минут.

Доктор. Да, государь. Через час двадцать четыре минуты пятьдесят секунд.

Король. Мария!

Маргарита. Через час двадцать четыре минуты сорок одну секунду.

Мария. Не сдавайся.

Маргарита (Марии). Не пытайтесь его отвлечь. Не протягивайте к нему руки. Вы не сможете его удержать. Программа будет выполнена от точки до точки.

Страж (объявляет). Церемония начинается.


Общее движение. Все занимают свои места. Король на троне. Мария рядом.


Король. Если бы время вернулось назад...

Мария. Хотя бы на двадцать лет...

Король. Если бы сейчас была прошлая неделя...

Мария. Если бы сейчас был вчерашний вечер... Время! Вернись назад! Время, оста­новись!

Маргарита. Больше нет времени. Его время тает.

Доктор. В мою трубу можно заметить пустоту, образовавшуюся в небе над местом королевского присутствия. В реестрах все­ленной его величество уже числится как по­койник.

Страж. Король умер. Да здравствует ко­роль!

Маргарита (Стражу). Идиот! Уж лучше бы ты молчал.

Доктор. Действительно, его величество скорее мертв, чем жив.

Король. Нет. Я не хочу умирать. Я вас прошу, не дайте мне умереть. Будьте добры, не позволяйте мне умереть. Я не хочу.

Мария. Как укрепить его дух для сопро­тивления? Я сама слабею. Он мне больше не верит. Он верит только им. (Королю.) Все же надейся. Еще есть надежда.

Маргарита (Марии). Не смущайте его. Вы только ухудшаете его положение.

Король. Я не хочу! Не хочу!

Доктор. Этот кризис можно было предви­деть заранее. Все идет нормально.

Мария. Кризис пройдет.

Страж (возвещает). Король пройдет!

Доктор. Мы очень сожалеем, ваше вели­чество. Но так предрешено.

Король. Я не хочу умирать.

Мария. Его волосы белеют. На лице воз­никают морщины. Он стареет. О, как он ста­реет!

Король. Короли должны быть бессмерт­ными.

Маргарита. У них временное бессмер­тие.

Король. Мне обещали, что я не умру, по­ка не решу сделать это сам.

Маргарита. Надеялись, что ты решишь­ся на это гораздо раньше.

Король. Меня обманули. Меня должны были предупредить.

Маргарита. Тебя предупреждали.

Король. Ты предупредила меня слишком рано, а теперь слишком уже поздно. Я не хочу умирать. И не захочу. Пусть меня спасают, если я не могу сделать это сам.

Маргарита. Ты, как все люди, был при­говорен к смерти. Надо было думать об этом. Сначала по пять минут в день. Это не так уж много. Затем по десять минут, по чет­верть часа, по часу...

Король. Я думал.

Маргарита. Никогда серьезно, до глубины души. Всем существом.

Мария. Он жил.

Маргарита. Ты давал себе отсрочки.В двадцать лет ты говорил, что дождёшься сорокалетия, чтобы думать о смерти, в сорок лет...

Король. Я был здоров. Я был так молод.

Маргарита. В сорок лет ты решил дожидаться пятидесяти. В пятьдесят...

Король. Я был полон жизни. Ах, как ябыл полон жизни!

Маргарита. В пятьдесят лет ты хотел дождаться шестидесяти, затем восьмидесяти, затем ста и более лет.

Король. Я как раз сегодня утром решил начать готовиться. О, если бы у меня было полстолетия впереди. Тогда бы у меня хва­тило времени.

Доктор. У вас остается немногим более часа, государь. Надо сделать все за один час.

Мария. Это невозможно. Надо дать ему больше времени.

Доктор. Хорошо употребленный час сто­ит столетия лени и нерадивости. Пяти ми­нут достаточно. Десять секунд подойдут. А ему дают целый час. Но ведь в часе шестьдесят минут или, что то же самое, три тысячи шестьсот секунд. Подумать только! У него еще есть возможности.

Маргарита. Он слишком много фланиро­вал по бульварам.

Мария. Мы царствовали, а он работал.

Страж. Труды Геркулеса!

Маргарита. Чепуха.

Джульетта (входя). Бедное его величе­ство. Он бездельничал.

Король. Я чувствую себя как школьник, который пришел в класс, не приготовив урока.

Маргарита. Поздно беспокоиться. Сей­час это не имеет значения.

Король. Как актер, не знающий своей ро­ли в день премьеры. В памяти которого од­ни дыры. Как оратор, выпихнутый на три­буну, не знающий, о чем говорить и к кому обращаться. Вот в каком я состоянии.

Страж (объявляет). Король делает намеки на свое состояние!

Доктор. Вы ничего не можете, ваше величество, и мы ничего не можем. Здесь медицина бессильна.

Король. Знает ли об этом народ? Предупредили ли вы его? Я хочу, чтобы все знали, что король умирает. (Бросается к окну, с большим усилием открывает.) Добрые люди! Я должен умереть! Слушайте меня! Ваш король умирает!

Маргарита (Доктору). Не надо, чтобы это слышали. Не давайте ему кричать.

Король. Не трогайте короля! Я хочу, чтобы весь мир знал, что я умираю.

Маргарита. Это же скандал.

Король. Народ! Я должен умереть!

Маргарита. Это не король. Это боров, которого режут.

Мария. Это всего лишь король. Это всего только человек.

Доктор. Ваше величество. Подумайте о смерти Людовика Четырнадцатого, Филиппа Второго, Карла Пятого, который двадцать лет проспал в гробу. Обязанность вашего величества умереть достойно.

Король. Умереть достойно... (В окно.) На помощь! Ваш король умирает!

Мария. Мой бедный король!..


Издалека доносится эхо: ...король умирает.


Король. Вы слышите?

Мария. Я слышу. Слышу!

Король. Мне отвечают. Быть может, меня спасут.

Джульетта. Там никого нет.


Вновь слышно эхо: ...на помощь!..


Доктор. Это всего только эхо, которое откликается с большим запозданием.

Маргарита. Здесь все разладилось и запаздывает. Это нормально для нашего королевства.

Король (отходя от окна). Я боюсь! Мне страшно!

Маргарита. Он воображает, что ему первому приходится умирать.

Мария. Все люди умирают впервые.

Джульетта. Он плачет.

Маргарита. От страха он банален. А я надеялась, что он скажет несколько предсмертных афоризмов. В крайнем случае мы ему припишем чужие красивые слова.

Доктор (Маргарите). Мы вырастим легенду о нем. (Королю.) Мы создадим легенду о вас, ваше величество.

Король (снова подходит к окну). Народ! На помощь!

Маргарита. Ты напрасно себя утомля­ешь.

Король (в окно). Кто хочет отдать за ме­ня жизнь? Кто хочет умереть за короля? За доброго бедного короля?

Маргарита. Как это непристойно!

Мария. Пусть он использует все шансы. Даже такие.

Джульетта. Тем более что в стране-то никого нет. (Уходит.)

Маргарита. Есть шпионы.

Доктор. Есть вражеские уши на границах.

Маргарита. Его страх нас позорит.

Доктор. Эхо больше не отвечает. Его кри­ки застывают рядом с ним, не достигая да­же ограды сада. Теперь слышим его только мы.

Король (отойдя от окна). Мне холодно. Мне страшно. Мне плачевно.

Доктор (Маргарите). Может, сделать укол, чтобы его успокоить?


Джульетта появляется с большим крес­лом на колесиках. На его спинке корона и королевский герб.


Король. Я не хочу укола.

Мария. Не надо укола.

Король. Я не дам это сделать. (Джульет­те.) Я не приказывал прикатывать это крес­ло. Мне хочется погулять, подышать све­жим воздухом.


Джульетта ставит кресло в угол и вы­ходит.


Маргарита. Сядь в это кресло. Иначе ты упадешь.

Король (шатаясь). Я не согласен. Мне хо­чется стоять.


Джульетта возвращается с одеялом.


Джульетта. Вам будет комфортабельнее в кресле с одеялом на коленях и грелкой. (Выходит.)

Доктор. Он скоро устанет и послушает нас.


Джульетта возвращается с теплой одеж­дой и грелкой.


Король (Джульетте). Я тебе запрещаю.

Маргарита. Садись! Сейчас же садись!

Король. Я протестую! (Хочет взойти по ступеням на трон. Это ему не удается. Но все же он садится на трон одной из коро­лев.)

Маргарита (Джульетте). Возьми у него скипетр. Для него он слишком тяжел.

Король (Джульетте, которая направляется к нему с ночным колпаком). Я не хочу это­го колпака.

Джульетта. Это корона, только менее тяжелая.

Король. Оставь мне мой скипетр.

Маргарита. У тебя нет больше сил его держать.

Доктор. Вам незачем на него опираться. Вас поддержат или будут катать в кресле.

Король. Я хочу сохранить мой скипетр.

Мария. Оставь ему скипетр, если он это­го хочет.


Джульетта вопросительно смотрит на Мар­гариту.


Маргарита. В конце концов, я не про­тив.


Джульетта отдает скипетр Королю.


Король. Может, это все неправда. Ска­жите мне, что это ложь. Дурной сон.


Все молчат.


Может, есть хоть один шанс из ста? Один из тысячи?


Все молчат.


Я часто выигрывал в лотерею.

Доктор. Ваше величество!

Король. Я не могу больше никого слу­шать. Я слишком боюсь.

Доктор. И все же, государь...

Король. Я не хочу ваших слов. Не надо, чтобы кто-нибудь говорил. (Марии, которая приближается к нему.) И ты не подходи. Твоя жалость меня пугает.

Мария. Он как маленький ребенок. Он снова стал ребенком.

Маргарита. Бородатый ребенок.

Джульетта (Маргарите). Побыли бы вы на его месте.

Король. Нет. Наоборот, говорите со мной. Говорите! Окружите! А то я убегу отсюда(С трудом поднимается, идет и садится на другой небольшой трон справа.) Какая боль во всем теле. Может быть, это уже начинается? Зачем я родился, если родился не навсегда. Проклятые родители! Какая глупая и подлая шутка! Пять минут назад я родился, три минуты назад — женился.

Маргарита. Это составляет двести восемьдесят три года.

Король. А на трон я взошел две с половиной минуты назад.

Маргарита. Прошло двести семьдесят лет и три месяца.

Король. Не успеешь даже передохнуть. У меня не было времени узнать жизнь.

Маргарита (Доктору). Он не сделал для этого ни малейшего усилия.

Мария. Это была всего лишь короткая прогулка по цветущей аллее. Не сдержанное обещание. Улыбка, которая угасла.

Маргарита. А ведь в его распоряжении были лучшие ученые и книги, которых он не прочел.

Король. У меня не было времени. У ме­ня не было времени.

Джульетта. Он повторяется.

Маргарита (Доктору). Все одно и то же.

Доктор. Нет, пожалуй, получше. Он сто­нет, плачет, но начинает понемногу рас­суждать. Он себя жалеет, он себя объясня­ет, он протестует. Это значит, что он начи­нает примиряться.

Король. Я никогда не примирюсь!

Доктор. Его отказ от капитуляции — при­знак примирения. Он делает из примирения проблему.

Маргарита. Наконец-то.

Доктор. Ваше величество! Вы много развоевали. Во главе ваших армий. Вы участ­вовали в двух тысячах сражений. Сначала на белом коне с красным султаном на голове — очень заметным. И вы не боялись. Затем, когда вы модернизировали армию, вы воевали стоя на танке или на крыле самолета во главе больших подразделений.

Мария. Он был героем!

Доктор. Тысячи раз вы и Смерть были рядом.

Король. Я только к ней прикасался. Она была не для меня. Я это чувствовал.

Мария. Ты был героем. Слышишь? Помни это.

Маргарита. Ты убил моих родителей руками этого доктора и палача, здесь присутствующего.

Король. Казнить не значит убить.

Доктор. Я выполнял приказ. Я был инструментом наказания, а не убийцей. Я это делал антисептически. Кроме того, я об этом очень сожалею. Простите.

Маргарита (Королю). Ты приказал казнить своих братьев — твоих соперников, всех своих кузенов, их семьи, их друзей. Ты выжег их земли.

Доктор. Ваше величество говорили: так или иначе, им всем все равно когда-нибудь придется умереть.

Король. Я делал все это во имя государ­ственной необходимости.

Маргарита. Ты умрешь сегодня также по государственной необходимости.

Король. Но государство — это я.

Маргарита. Несчастное государство. В каком же оно состоянии!

Мария. Он был законом над всеми зако­нами.

Король. Я больше не закон.

Доктор. Он это признает. Дело идет на лад.

Маргарита. Это облегчает нашу задачу.

Король. Я уже больше не стою над за­конами.

Страж (оповещает). Его величество король больше не стоит над законами.

Джульетта. Бедный старик. Он похож на моего дедушку.

Мария. Бедный малютка. Мое бедное дитя.

Король. Дитя?! Значит, все начинается снова. Я хочу быть бебе. (Марии.) И ты будешь моей мамой. Я еще не умею читать и писать. Пусть меня поведут в школу с моими маленькими товарищами. Сколько будет дважды два?

Джульетта. Дважды два будет четыре.

Маргарита (Королю). Ты, оказывается, это знаешь.

Король. Это она мне подсказала. Увы! Никак нельзя сплутовать. Сколько людей рождается в эту самую минуту! Сколько бесчисленных рождений в мире!

Маргарита. Только не в нашем краю.

Доктор. Рождаемость у нас сведена к нулю.

Джульетта. Даже салат не растет.

Маргарита (Королю). Всеобщая стерили­зация. И все из-за тебя.

Джульетта. Может, потом все снова нач­нет расти?

Маргарита. Когда он согласится. Уже без него.

Король. Без меня?! Без меня люди будут смеяться. Они будут шутить и танцевать на моей могиле. Словно я никогда не сущест­вовал. Так нет же! Пусть обо мне помнят, пусть плачут. Пусть отчаиваются. Пускай увековечат мою память во всех исторических трудах. Пусть весь мир знает мою жизнь наизусть. Пусть все переживут ее вновь. Пускай у школьников не будет других пред­метов, кроме меня, моего царствования и моих мероприятий. Пусть сожгут все другие книги и разобьют все статуи. А мои изобра­жения воздвигнут на всех площадях. Мой портрет должен висеть во всех министерст­вах, во всех бухгалтериях, во всех больни­цах. Пусть дадут мое имя всем самолетам, кораблям и яхтам. Я хочу, чтобы все дру­гие короли, философы и поэты были забыты. Одно имя, одна фамилия для всего мира. Чтобы младенцы, учась говорить, называли мое имя: Бе-бе. Бе-ран-же. Чтобы я был на иконах, на миллионах крестов во всех хра­мах. Пусть служат мне мессы. Пусть я буду причастием. Пусть извивы рек в долинах образуют мой профиль. Пусть меня все име­нуют, упрашивают, умоляют...

Мария. И быть может, ты возвратишься.

Король. Может быть, я возвращусь. Пусть сохранят во дворце мое тело нетленным. Пусть туда приносят пиршественные дары. Пусть там играет музыка и девственницы валяются у моих охладевших ног. (Король стоя произносит эту тираду.)

Джульетта (Маргарите). Это какой-то бред, мадам.

Страж (оповещает). Его величество бредит!

Маргарита. Нет еще. Он в сознании, но чрезмерном и недостаточном.

Доктор. Согласно вашей воле, ваше тело набальзамируют и будут хранить.

Джульетта. До тех пор, пока это будет возможно.

Король. Ужасно! Но я не хочу лежать в виде этого трупа. И я не желаю, чтобы меня сожгли, бросили диким зверям или закопали в могилу.

Джульетта. Он не знает, чего хочет.

Маргарита. Мы решим за него. (Марии.) Не падайте в обморок.


Джульетта плачет.


И эта ревет. Обе одинаковы.

Король. Обо мне будут помнить. Но надолго ли? Пусть помнят до конца времен. И даже после конца времен. Но нет, меня забудут, и очень скоро. Все эгоисты и дума­ют только о своей жизни, а не о моей. Так и будет навеки — все то же самое. То, что должно кончиться, уже кончено.

Маргарита. Все уже стало вчерашним.

Джульетта. Даже сегодня — это вчера.

Доктор. Все уже прошло.

Мария. Мой дорогой король. Нет ни прошлого, ни будущего. Есть только настоящее до самого последнего конца. Живи в настоящем!

Король. Увы! Я настоящее в прошедшем.

Мария. Это неправда. Жизнь и смерть только слова. Освободись от определений. Растворись в громаде бытия – и ты станешь безграничен и вечен. Стань бесконечно вопрошающим. Невозможность ответа и есть сам ответ. Будь удивлен, будь ослеплен, как в то июльское утро, когда мы с тобой на берегу моря встречали зарю. Ты весь светился радостью и говорил, что жизнь плодоносна и безгранична. Огненная заря проникла в тебя, она была тобою. Если она была в тебе, она была навсегда, она есть и сейчас. Найди ее вновь.

Король. Но как это сделать? О солнце! Помоги мне! Проникни в меня. Войди в мое тело, в мои глаза. Зажги вновь в них гаснущий свет. Защити меня. Если тебе нужна взамен жертва, сожги и уничтожь всю земную планету. Пусть все умрут, лишь бы я жил вечно. Один. В безграничной пустыне. Уж я как-нибудь справлюсь с одиночеством. Я сохраню воспоминания о других людях и буду их искренне жалеть. Я смогу жить в грандиозной прозрачной пустоте. Лучше оплакивать других, чем самому быть оплаканным. Светило дня, на помощь!

Доктор (Марии). Вы говорили совсем о другом. Он вас не понял и не может больше понять. Бедный угасший разум.

Король. Пусть я существую даже с зубной болью. Века и века. Увы! То, что должно кончиться, уже кончено.

Доктор. Тогда, государь, чего же мы ждем?

Маргарита. Ничего не осталось, кроме его длинных монологов, которые никак не кончаются. (Показывая на Марию и Джульетту.) И этих плаксивых женщин. Они его задерживают, позволяя ему увязнуть в мыслях о себе.

Король. Нет! Недостаточно плачут вокруг. Мало меня жалеют. (Маргарите.) Не надо мешать плакать, вопить, жалея о короле. О юном короле. О бедном маленьком коро­ле. О старом короле. Я испытываю жалость к тем, кто меня жалеет. Ведь они не уви­дят меня больше, они будут покинуты, ког­да останутся одни. Пока есть еще я, который думает за всех. Войдите в меня вы – другие. Станьте мною. Влезьте в мою шку­ру. Я умираю. Вы слышите? Я хочу сказать, что я умираю, но не могу это выразить. У меня получается все слишком литературно.

Доктор. Все эти речи недостойны записи. Ничего нового.

Король. Все кругом чужое. Я куда-то по­гружаюсь, перевоплощаюсь, растворяюсь... Я ничего не знаю, меня никогда не было.

Маргарита. Это и есть литература.

Доктор. Он будет жить в ней до послед­ней минуты. Жизнь всего только повод для литературы.

Мария. Если бы это могло его облегчить.

Страж (возглашает). Литература несколько облегчает короля.

Король. Ничто меня не облегчает. (Без декламации, словно он тихо жалуется.) Вы, бесчисленные, которые умерли до меня. Помогите мне. Скажите, как вы достигли того, чтобы согласиться. Научите меня. Чтобы ваш пример меня утешил. Протяните мне свои братские руки. Помогите мне проникнуть в ту дверь, в которую вы прошли. Вернитесь с той стороны на минуту. Помогите мне те, которые боялись и хотели жить. Как же это происходило? Что вас поддерживало?Боялись ли вы до самого конца? И вы, которые были сильны и смелы, вы, которые согласились умереть с безразличием и безмятежностью. Научите меня примирению.


Эта сцена, должна идти как ритуал, торжественно, почти певуче. Все следует сопровождать соответствующими жестами: протянутые руки, коленопреклонения и т. п.


Джульетта. Вы, древние, вы, тени, вы, владыки...

Мария. Научите его безмятежности...

Страж. Научите его безразличию...

Доктор. Научите его примирению...

Маргарита. Заставьте его прислушаться к разуму. Успокойте его.

Король. Вы, самоубийцы. Внушите мне отвращение к жизни. Наградите меня уста­лостью...

Мария. Вы, воспоминания!..

Страж. Вы, старые образы...

Джульетта. ...которые существуют толь­ко в памяти...

Страж. Мы вас умоляем...

Мария. Вы, туманы... Вы, ночные росы...

Джульетта. Вы, дымы... Вы, тучи...

Мария. Вы, святые, мудрецы и безумцы... Помогите ему, потому что я сама не могу ему помочь.

Король. Вы, храбрецы, совершавшие под­виги и радостно встретившие свой конец...

Джульетта. Помогите королю!

Мария. Помогите ему вы все. Помогите ему, я вас молю!

Король. Вы, умиравшие счастливыми. Ко­го вы видели возле себя? Чья улыбка поддержала вас и заставила в ответ улыбнуть­ся? Откуда шел последний луч, который вам светил?

Джульетта. Помогите ему вы, мириады успокоившихся.

Страж. О великое Ничто! Помоги коро­лю!

Король. Мириады мертвых! Они умножают мою агонию. Я — их агония. Моя смерть бесчисленна. Сколько вселенных гаснет во мне!

Маргарита. Жизнь — это изгнание.

Король. Я знаю... Я слышал об этом.

Доктор. Одним словом, ваше величество, вы возвращаетесь к себе на родину.

Мария. Ты уйдешь туда, где ты был до того, как родился.

Король. А мне нравится изгнание. Я по своей природе изгнанник. Я не хочу возвра­щаться. Каков он, тот мир?

Маргарита. Вспомни его. Сделай уси­лие.

Король. Я не помню ровно ничего.

Маргарита. Вспомни! Это нужно. Ну по­размышляй. Подумай! Думай же! Ты никог­да не думал.

Доктор. Он никогда больше не будет ду­мать.

Мария. Другой мир. Утерянный, забытый, мир затонувший, поднимись на поверхность.

Джульетта. Другие леса, другие горы, другие долины.

Король. Ничего не помню об этой родине.

Джульетта. Он не помнит свою родину.

Доктор. Он слишком ослабел. Он не в со­стоянии...

Король. Я никогда не страдал ностальги­ей, даже в самой легкой форме.

Маргарита. Углубись в свои воспомина­ния. В отсутствие воспоминаний. За воспоми­нания. (Доктору.) Он жалеет только об этом мире.

Доктор. Подумайте, как трудно ему по­грузиться.

Маргарита. Однако это необходимо.

Страж. Его величество никогда не был подводником.

Джульетта. Жаль. Вот он и не может погрузиться.

Маргарита. Ему придется изучить это ремесло.

Король. Самый маленький муравей отби­вается, когда ему угрожает смерть. Он по­кинут. Он внезапно вырван из бытия. В нем ускользает вселенная.

Джульетта. Он хочет всегда быть. На этом он стоит.

Мария. Он всегда был.

Король. Доктор, ведь это не началось еще? Я есмь. Я здесь и вижу эти стены, ве­щи, лица. Слышу голоса. Я вижу и слышу! Вот раздались фанфары.


Слышен слабый звук фанфар. Король встает.


Страж. Король идет. Да здравствует ко­роль!


Король падает.


Страж. Король падает. Король умер!


Король поднимается.


Страж. Он встал. Да здравствует король!

Джульетта. Он хочет сесть на трон.

Мария. Он царствует. Он царствует.

Доктор. Вот теперь уже пошел чистый бред.

Мария (Королю, который пытается взойти по ступеням трона). Ступай тверже. Дер­жись! (Джульетте, пытающейся помочь Ко­ролю.) Не мешай ему. Он взойдет сам.

Доктор. Нам остается тридцать две мину­ты тридцать секунд.

Король. Я еще поднимусь.

Доктор (Маргарите). Это последнее усилие.


Король, отступив назад, падает в кресло с колесиками, которое подкатила Джульетта. Она закрывает его пледом и кладет грелку.


Король. Я еще поднимусь.

Мария. Ты тяжело дышишь. Ты устал. От­дохни. Ты еще успеешь подняться.

Маргарита (Марии). Не лгите. Это ему не поможет.

Король (в кресле). Я любил музыку Мо­царта.

Маргарита. Ты скоро ее позабудешь.

Король (Джульетте). Почистила ли ты мои панталоны? Может, ты думаешь, что теперь уже не стоит? Пришила ли ты пуго­вицу к моей пижаме? Отдала ли починить мои башмаки?

Джульетта. Нет. Я не подумала об этом.

Король. Ты не подумала. А о чем же ты думаешь? Расскажи, что делает твой муж.

Джульетта (надевает чепчик сиделки и белый фартук). Я вдова.

Король. О чем же ты думаешь, когда за­нимаешься хозяйством?

Джульетта. Ни о чем, ваше величество.

Король. Откуда ты? Какая у тебя семья?

Маргарита (Королю). Тебя это никогда не интересовало.

Доктор. Он хочет выиграть время.

Король (Джульетте). Расскажи мне твою жизнь. Как ты живешь?

Джульетта. Я плохо живу, государь.

Король. Жить плохо нельзя. Ты противоречишь природе.

Джульетта. Жизнь у меня неважная

Король. Все равно. Это — жизнь.

Джульетта. Зимой, когда я вскакиваю кровати, еще ночь. Я замерзаю.

Король. И я тоже. Но это разный холод.

Джульетта. Летом, когда я встаю, лишь занимается заря. Свет еще тусклый.

Король (с восхищением). Свет тусклый! Сколько разных сортов света: голубой, розовый, зеленый, белый, тусклый...

Джульетта. Я стираю белье в прачеч­ной. У меня болят руки и трескается кожа.

Корольвосторгом). Это больно. Чувст­вуешь свою кожу. Разве тебе не купили сти­ральную машину? Маргарита, почему во дворце нет стиральной машины?

Маргарита. Ее отдали в залог в счет го­сударственного долга.

Джульетта. Я выливаю ночные горшки, затем стелю постели.

Король. Она стелет постели. В них ложат­ся, засыпают, пробуждаются. Заметила ли ты, что просыпаешься каждый день? Какое блаженство просыпаться ежедневно! Каждое утро рождаться вновь!

Джульетта. Я натираю паркет, мету по­лы. Это никогда не кончается.

Король (с восторгом). Это никогда не кон­чается!

Джульетта. С тех пор как у нас больше нет садовника, я копаю, разрыхляю землю, засеиваю ее.

Король. И посев вырастает!

Джульетта. Я погибаю от усталости.

Король. Ты должна была нам сказать об этом раньше.

Джульетта. Я говорила.

Король. Верно. Но я не все знал. Я был повсюду. Моя жизнь могла быть более полной.

Джульетта. В моей комнате нет окна.

Король (с тем же восхищением). Нет окна! Зато, когда ты выходишь на улицу, навстречу бьет ослепительный свет. Чтобы войти, ты поворачиваешь ключ в замочной скважине. Уходя, ты снова поворачиваешь ключ. Где ты живешь?

Джульетта. На чердаке.

Король. Чтобы спуститься, ты выходишь на лестницу, сначала на одну ступеньку, потом еще и еще. Ты берешь корзинку и идешь за покупками. Ты вынимаешь свой кошелёк и платишь, тебе дают сдачу. На рынке есть зеленый салат, красные вишни, золотистый виноград, синие баклажаны. Целая радуга цветов. Волшебная сказка.

Джульетта. Потом я возвращаюсь той же дорогой.

Король (восторженно). Два раза в день о­дной и той же дорогой! С небом над головой! Ты можешь смотреть на него дважды в день. Ты дышишь. Ведь ты никогда не думаешь о том, что ты дышишь. Всегда помни об этом. Ведь это чудо.

Джульетта. А потом я мою вчерашнюю посуду, тарелки, полные жира. Он прилипает к рукам, и затем мне надо готовить обед.

Король. Какая радость!

Джульетта. Наоборот. Это очень скучно. С меня хватит.

Король. С нее хватит. Прекрасно все: ску­чать и веселиться, радоваться и страдать. Какое счастье идти в толпе: спрашивать, от­вечать, ругаться, испытывать толчки и тол­каться в ответ! Ведь это феерия. Бесконеч­ный праздник. Джульетта. Действительно, это никогда не кончается. Потом я должна прислуживать за столом.

Король (с тем же восхищением). Ты по­даешь на стол! Что же именно?

Джульетта. Еду, которую я приготовила.

Король. Ну, например, что?

Джульетта. Суп. Дежурное блюдо. Жар­кое.

Король (мечтательно). Жаркое...

Джульетта. Полный обед.

Король. Я так любил жаркое. С овощами: с картошкой, капустой, морковью. Во всё это кладут масло и размешивают вилкой, чтобы получилось пюре.

Джульетта. Ему можно принести пюре?

Король. Пусть мне принесут.

Маргарита. Нет.

Джульетта. Но если ему это доставит удовольствие?

Доктор. Он на диете.

Король. Я хочу жаркого.

Доктор. Оно не рекомендовано для здоровья умирающих.

Джульетта. Может, это его последнее желание.

Маргарита. Надо, чтобы он его преодолел.

Король (мечтательно). Бульон. Горячая картошка. Поджаренная морковь.

Джульетта. У него еще есть аппетит.

Король (устало). Я никогда прежде не за­мечал, что морковь — это так прекрасно. (Джульетте.) Иди и убей двух пауков в моей спальне, я не хочу, чтобы они меня пережили. Нет, постой, я передумал, пусть живут. Может, они будут помнить обо мне. А жаркого больше никогда не будет. Оно исчезло из вселенной. Возможно, его никогда не было.

Страж (оповещает). Жаркое запрещено на всей государственной территории.

Маргарита. Наконец! Одно дело сделано — он отказался. Ему надо подавлять все, даже самые незначительные желания. Надо помочь ему в этом. Да. Можно начать.

Доктор (Маргарите). Его температура сни­зилась. Волосы легли гладкими прядями. Он еще не привык к своему положению. Но уже может смотреть на него изнутри. Поэтому он осмеливается закрывать глаза. Его лицо уже не искажено ужасом. Оно спокойно. Морщины исчезли. У него еще могут быть рецидивы страха, но не столь постыдные. Правда, надеяться на образцовую смерть нельзя. Но она будет вполне пристойной. Он умрет естественной смертью, а не от страха. Все же следует ему помогать, ваше величе­ство. Быть с ним до самой последней мину­ты, до последнего вздоха.

Маргарита. Я ему помогу. Я заставлю его уйти.

Король (открывая глаза, приподнимаясь). Мария, где ты?

Мария (Королю). Государь! Пока ты здесь, смерти нет. Когда она придет, тебя уже не будет. Ты с ней никогда не встретишься.

Маргарита. Старый надоевший софизм. Смерть всегда была здесь. Она сопутствовала тебе со дня рождения. Жить — значит умирать.

Мария (Маргарите). Это тоже всем извест­ное общее место.

Маргарита. Это первая истина и последняя. Не так ли, доктор?

Доктор. Обе формулы истинны. Все зависит от точки зрения.

Король. Я умираю.

Мария. Я теряю свою власть над ним.

Маргарита (Марии). Ваша красота и ваш шарм больше не действуют.

Страж (оповещает). Очарование королевы Марии больше не действует на короля.

Мария. Ведь ты меня еще любишь? Я люб­лю тебя всегда, даже таким.

Доктор. Любовь безумна.

Мария (Королю). Если ты любишь безум­но, непрерывно, всецело, то смерть удаляет­ся. Если ты полностью поглощен любовью, то страх отпускает тебя. Вселенная наполня­ется. Пустота исчезает.

Король. Я полон дыр. Меня разъедает. Дыры растут, и они бездонны. У меня кру­жится голова. Я кончаюсь. Мария. Конца нет и не будет. Другие бу­дут страдать и любить. Другие увидят небо за тебя.

Король. Я умираю.

Мария. Войди в других.

Король. Я умираю.

Мария. Юные поколения расширят все­ленную. Отважные раскроют врата небес.

Король. Пусть они их закроют.

Доктор. Того гляди, они изобретут элик­сир бессмертия.

Король (Доктору). Невозможно. Почему ты не изобрел этот эликсир раньше?

Мария. На небе родятся новые звезды.

Король. Будь они прокляты. Меня это со­вершенно не интересует.

Страж (возглашает). Ни старые, ни новые созвездия не интересуют его величество ко­роля Беранже Первого.

Мария. Рождается новая наука. Иная мудрость заменяет старую. Пусть тебя это утешит. Пусть тебя это радует.

Король. Мне все равно.

Мария. Но ведь ты сам подготовил все это.

Король. Я этого не сознавал. Мария. Ты был предшественником, эта­пом, элементом. Ты внес свой вклад. Тебя помянут.

Король. Меня не надо учитывать. Я уми­раю.

Мария. Все то, что было, будет. Все то, что будет, есть. Все то, что будет, было. Ты навсегда вписан в итог вселенной.

Король. Кто будет заглядывать в архивы? Я умираю. Пусть и все умрет. Нет! Пусть останется.

Страж (провозглашает). Его величество король хочет, чтобы все оставалось по-прежнему.

Король. Нет! Я хочу, чтобы все погибло.

Страж (возвещает). Его величество король требует гибели всего мира.

Король. Я хочу, чтобы все погибло вме­сте со мной. Нет! Чтобы все осталось. Или пусть гибнет...

Доктор. Он не знает, чего хочет. Его мозг дегенерирует. Это слабоумие.

Страж (объявляет). Его величество стано­вится сла...

Маргарита (Стражу). Замолчи! Не давай бюллетени для прессы. Это вызовет хохот тех, кто еще может смеяться. Это обрадует наших зарубежных врагов.

Страж (объявляет). Бюллетени о здоровье короля отменяются по приказу ее величест­ва королевы Маргариты.

Мария (Королю). Мой король! Мой милый король!..

Король. Когда у меня бывали кошмары и я плакал во сне, ты меня будила, целова­ла и успокаивала.

Маргарита. Она больше не сможет это­го делать.

Король (Марии). Когда у меня бывала бес­сонница, ты тоже просыпалась и приходила искать меня в тронный зал в твоей розовой рубашке с цветами. Ты уводила меня за руку и укладывала спать.

Джульетта. У меня с моим мужем бы­ло то же самое.

Король (Марии). Я делил с тобой насморк и грипп.

Маргарита. У него не будет больше на­сморка.

Король (Марии). Мы одновременно откры­вали глаза по утрам и думали об одном и том же. Ты произносила фразу, которую я сам только что хотел сказать. Я тебя звал, чтобы ты потерла мне спину в ванной. Ты выбирала мои галстуки. Правда, они не всег­да мне нравились. Мы ссорились из-за этого. Никто об этом не знал и никогда не узнает.

Джульетта. Как все это трогательно и грустно.

Король (Марии). Ты смахивала пыль с моей короны и чистила жемчужины, чтобы они сильнее блестели.

Мария. Ты любил меня. Я знаю. Но любишь ли ты меня сейчас, в это мгновение? Ведь я здесь. Посмотри на меня как следует.

Король. Я люблю тебя как прежде. Я тебя еще ощущаю. Я на тебя смотрю. Я тебя вижу.

Маргарита (Королю). Довольно! Не гля­ди на нее больше. (Марии.) Вы только ухуд­шаете его состояние. Я уже вас предупре­ждала.

Доктор (смотря на часы). Он уже запазды­вает. Он все время возвращается.

Маргарита. Это ничего, господин док­тор, господин палач. Не беспокойтесь. Все эти возвраты, кружения предвидены. Они включены в программу.

Доктор. При хорошем инфаркте у нас не было бы стольких осложнений.

Маргарита. Инфаркты. Это для деловых людей.

Доктор. Ну хотя бы двустороннее воспа­ление легких.

Маргарита. Это для бедняков, а не ко­ролей.

Король. Я мог бы решить не умирать.

Джульетта. Вот видите, он не выздоро­вел.

Король. Если бы я решился не хотеть. Если бы я решил не решаться.

Маргарита. Мы заставим тебя решиться.

Доктор. Это наш долг.

Король. Какое право имеете вы решать за короля, да еще именем короля?

Маргарита. Нам дала его сила обстоя­тельств, а это высший закон. Сейчас мы ко­мандуем и отдаем приказы.

Страж (выступив вперед). Государь! Мой главнокомандующий! Это он украл огонь у богов, и все подчинилось ему. Он воздвиг первые кузницы на земле. Он придумал об­работку металлов. Я ему помогал, и это было трудно. Он был суров и работал по восемнадцать часов в сутки. А нас, остальных, он заставлял работать еще больше. Он изобрёл порох, первый воздушный шар, потом дирижабль. Затем своими руками он создал первый аэроплан. Это было нелегко и не сразу получалось. Первые пилоты-испытатели Икар и многие другие падали в море. Это продолжалось до тех пор, пока он сам не сел за штурвал. Я был его механиком. Рель­сы, железная дорога, автомобили — тоже его изобретения. Он создал план Эйфелевой башни. Он спроектировал телеги, сеялки, тракторы. (Королю.) Вы это помните, ваше величество?

Король. Тракторы? Нет, я забыл.

Страж. Он гасил вулканы и зажигал но­вые. Он воздвиг Рим, Нью-Йорк, Москву, Женеву. Он основал Париж. Он устраивал революции и контрреволюции. Он пропове­довал религии, проводил их реформы и контрреформы.

Джульетта. Вот уж не подумаешь, на него глядя.

Страж. Он написал «Илиаду» и «Одиссею».

Король. Что такое авто?

Джульетта (продолжая катить кресло с Королем). Это экипаж, который движется сам, без лошади.

Страж. Он составил лучшие комментарии к Гомеру и был знатоком его эпохи.

Король. Неужели правда, что все это сделал я?

Страж. Он написал трагедии и комедии под псевдонимом Шекспир.

Джульетта. Так это он был Шекспиром?

Доктор (Стражу). Вам следовало бы рас­сказать об этом давно, чтобы ученые не ло­мали головы над установлением личности гениального драматурга.

Страж. Это был секрет. Он мне запретил. У него приоритет на телефон и телеграф. Он впервые сделал их собственными руками.

Джульетта. А потом он уже ничего не умел делать сам. Для любой починки он вы­зывал водопроводчика.

Страж. Командор мой, вы все умели!

Маргарита. Он разучился одеваться и раздеваться.

Страж. Еще недавно он расщепил атом.

Джульетта. Сейчас он не может зажечь и потушить лампу.

Страж. Ваше величество! Мой командор! Учитель! Великий кормчий! Хозяин! Госпо­дин президент!

Маргарита. Мы все хорошо знаем его былые профессии и заслуги.


Страж занимает свое место.


Король (пока его прогуливают в кресле вокруг сцены). Что такое лошадь? Вот сте­ны, вот окна, вот пол. Джульетта. Он узнает стены.

Король. Я создавал вещи. Но что имен­но я сделал? Забыл.


Его провозят мимо трона.


Вот трон.

Мария. Ты помнишь обо мне? Я здесь. Я существую!

Джульетта. Он забыл даже, что такое лошади.

Король. Я помню маленькую рыжую ко­шечку.

Мария. Он помнит о кошке.

Король. Я нашел ее в поле, дал ей по­есть и приласкал. Она была еще котенком, а ее мать — одичавшей кошкой. Ей было дней пятнадцать, но она умела царапаться и кусаться. Дома она приручилась и стала очень ласковой кошкой. Когда мы поздно возвращались, она выходила навстречу, а по­том, мурлыча, уходила спать. По утрам она нас будила, вскакивая на постель. Однажды ее нечаянно заперли в чулан, и она обиде­лась на целую неделю. Она боялась пыле­соса. Ей купили заводную игрушечную мышь. Она тревожно смотрела на нее и, когда мышь завели, удрала и спряталась в ящик. Когда она выросла, вокруг дворца стали ходить ко­ты. Это приводило ее в ужас. Однажды ее посадили на тротуар перед окном. Она при­пала к земле, и ее окружили голуби. Она с отчаянием звала меня, прижавшись к стене. Другие кошки были для нее опасными чу­довищами. Хорошо ей было только с нами. Мы были ее семьей. Она прыгала мне на плечо и лизала волосы. Один раз она все же решилась выйти, и большая соседская со­бака разорвала ее. Она была похожа на по­ломанную куклу. Угасшие глаза, оторванная лапа...

Мария (Маргарите). Это вы оставили тогда дверь открытой. Я же вас предупреждала.

Маргарита. Я ненавидела это сентимен­тальное трусливое животное.

Король. До чего же я ее жалел! Она была добрая, красивая и умная. Она меня любила. Бедная моя кошечка. Моя единственная кошечка.


Монолог о кошке произносится совершенно безразличным тоном. У Короля рассеянный вид. Только последнюю фразу он произносит с тоской.


Доктор. Я повторяю. Он задерживается.

Маргарита. Я за этим слежу. Он ещёв допустимых пределах.

Король. Я видел эту кошку во сне. Мне привиделось, что она улеглась в камине на горячих углях. Мария удивилась, что она не горит. Я ответил: кошки не горят. Они огнеупорны. Громко мяуча, она вылезла из камина, от нее валил густой дым. Но это бы­ла уже не та кошка. Какое превращение! Другая, злая, огромная кошка, как ее ди­кая мать. Она была похожа на Маргариту.


Джульетта выкатывает кресло с Королем на середину сцены лицом к публике.


Джульетта. Какое несчастье! Как жаль! Он был такой хороший король.

Доктор. Он не был удобным королем. Зло­памятный и жестокий.

Маргарита. Тщеславный.

Джульетта. Были и более злые.

Мария. Он был кроткий. Он был нежный.

Страж. Армия обожала его.

Маргарита. Он слушал только короле­ву Марию.

Доктор. Он был тверд и строг, но неспра­ведлив.

Джульетта. Он окружал себя тайной, скрывался, но его видели достаточно часто.

Страж. Он был могуч. Он бестрепетно приказывал рубить чужие головы, правда.

Джульетта. Не так уж много.

Страж. Он это делал ради общественного блага.

Доктор. И в результате мы окружены врагами.

Маргарита. Все летит в бездну. У нас больше нет границ, вместо них дыры, отделяющие нас от соседних стран. Джульетта. Да рвы и пропасти даже лучше стен.

Доктор. Это его вина. Он ничего не хотел оставить после себя. Он не подумал о своих наследниках. После него хоть потоп. Хуже, чем потоп. После него — ничего. Он неблагодарный эгоист.

Джульетта. Он был королем великой державы.

Мария. Он был его центром, его сердцем.

Страж. Территория государства распро­странилась даже по ту сторону его границ.

Джульетта. Оно не было ограничено в пространстве.

Маргарита. Но ограничено во времени. Одновременно могучее и эфемерное.

Джульетта. Он был главой страны и ее первым гражданином. Он был ее отцом и сы­ном. Он был коронован в момент рождения королевства.

Мария. Они росли вместе, и королевство и он.

Маргарита. Они и исчезнут вместе.

Джульетта. Он был королем и хозяином целой вселенной.

Доктор. Условный хозяин. Он совершенно не разбирался в экономике своего королев­ства.

Маргарита. Он знал ее плохо.

Мария. Территория была слишком про­странна.

Джульетта. А вдруг земля растает вме­сте с ним, звезды погаснут, вода исчезнет? В каком амбаре, в каком погребе, в какой камере хранения можно все это спрятать?

Доктор. Когда короли умирают, они хва­таются за стены, за деревья, за луну.

Джульетта. Они стараются все увлечь за собою в бездну.

Мария. Надо помнить о его заслугах. Он не был полным хозяином вселенной, но мог им стать. Он умирает слишком рано. Начало было прекрасно. Он разделил год на четыре сезона: зиму, весну, лето и осень. Он открыл запахи и цвета.

Страж. Целый мир по воле короля!

Мария. Он придумал океаны и горы. Монблан, высотой в пять тысяч метров.

Страж. И Гималаи, высотой более восьми тысяч метров.

Мария. Листья падали с деревьев, а затем снова вырастали.

Джульетта. Это было хитроумно.

Мария. Родившись, он сразу сотворил солнце.

Джульетта. Это не удовлетворило его. Он создал еще и огонь.

Мария. Он учредил пространство без гра­ниц, где были звезды, планеты, горы, океа­ны, долины, где были города, люди, учреж­дения, комнаты, кровати. Где был свет и бы­ла ночь.

Страж. И там был трон.

Мария. Где он сидел, говорил, думал, ды­шал...

Джульетта. Он всегда дышал.

Мария. Он дышит потому, что я здесь.

Маргарита (Доктору). Дышит ли он еще?

Доктор (осматривая Короля). Да! Это по­трясающе! Он еще дышит. Кровь циркулиру­ет. У него крепкое сердце. Маргарита. Зачем сердце без разума?

Доктор. В самом деле. Сумасшедшее сердце. Вы слышите?


Слышно биение королевского сердца: оно за­медляется и снова начинает бешено биться. Удары сердца разрушают дворец. Трещины на стенах растут и появляются новые.


Джульетта. Боже мой! Все рушится!

Доктор. Сердце в панике.

Маргарита. Оно успокоится... Вскоре.

Доктор. Я знаю все фазы. Так бывает всегда, когда гибнут вселенные.

Маргарита (Марии). Вот доказательство, что его вселенная не единственная.

Джульетта. Он в этом не сомневался.

Мария. Он меня забывает. Я это чувст­вую. Держись крепче! Сожми руки изо всех сил. Не отпускай меня!

Джульетта. У него больше нет сил.

Мария. Я даю жизнь тебе, а ты — мне. Понимаешь ли ты? Если ты меня забудешь, я не смогу больше существовать.

Доктор. Он станет страницей книги, сре­ди миллионов томов, в одной из библиотек среди миллионов других.

Джульетта. Трудно будет найти эту страницу.

Доктор. Придется искать в алфавитном или предметном каталоге до тех пор, пока вся бумага истлеет. Кроме того, в библиоте­ках постоянно случаются пожары.

Джульетта. Он сжимает руки. Он прихо­дит в себя.

Мария. Он возвращается ко мне.

Джульетта (Марии). Его пробудил ваш голос. У него открылись глаза. Он на вас смотрят.

Доктор. Да. Его сердце еще сопротив­ляется.

Маргарита. Не думай больше о ней, тебе будет легче.

Доктор. Ваше величество, откажитесь от нее.

Джульетта. Отрекитесь, если это уж так необходимо.


Останавливает кресло с Королем перед Ма­рией.


Король. Я слышу, я вижу. Кто ты? Ты моя мать? Или моя сестра? Моя жена или моя дочь? Я знаю тебя, но не могу припом­нить точно.


Кресло поворачивается к Маргарите.


Почему ты, злая, остаешься около меня? За­чем ты ко мне наклоняешься? Уходи. Уби­райся прочь!

Мария. Не смотри на нее. Взгляни на ме­ня. Вспомни, это я — Мария.

Король. Мария?!

Мария. Если ты все забыл, запомни меня заново. Заучи вновь мои глаза, мои волосы, мои руки.

Маргарита. Вы причиняете ему боль. Он не может больше учиться.

Мария (Королю). Я здесь. Сохрани мой об­раз. Унеси его с собою.

Маргарита. У него не хватит сил. Вы слишком тяжелы. Его тень будет кровото­чить и не сможет подняться вверх. Он дол­жен стать легким. (Королю.) Освободись! Сбрось все лишнее.

Доктор. Освобождайтесь, ваше величе­ство.


Пауза.


Король (встает с кресла и делает несколь­ко шагов, с недоумением). Мария?

Маргарита (Марии). Он понемногу забы­вает вас.

Джульетта. Он не помнит больше ваше имя.

Страж (как всегда, провозглашает). Его величество не помнит больше имени королевы Марии.

Король. Мария! (Произнося это имя, он протягивает к ней руки. Они падают.)

Мария. Все же он назвал мое имя.

Доктор. Он повторяет его не понимая.

Джульетта. Как попугай.

Король (Маргарите). Я тебя не люблю, я тебя не знаю.

Джульетта. Он знает, что значит не знать.

Маргарита. И все же он уйдет с моим образом в памяти. Мой образ его не отяжелит и покинет его, когда будет надо.

Мария. Он больше меня не замечает.

Маргарита. Он вас уже не видит.


Мария внезапно исчезает.


Король. А между тем что-то существует... существует.

Маргарита. Не гляди на то, что существует.

Джульетта. Он же ничего больше не видит.

Доктор (осматривая Короля). Действительно, он больше не видит. (Зажимает свечу, проводит ею перед лицом Короля.) Взгляд его не реагирует.

Джульетта. Он не видит больше. Доктор это констатировал официально.

Страж. Его величество король официально ослеп.

Маргарита. Он будет смотреть во внутрь себя.

Король. Во мне зеркало. Оно все отражает. Я вижу мир и жизнь, которая уходит.

Маргарита. Загляни дальше.

Король. Я вижу себя. Я есмь. Повсюду. Я — земля. Я — небо. Я — ветер. Я - огонь. Мое «я» во всех зеркалах, или, может быть, я — зеркало всего.

Джульетта. Он слишком себя любит.

Доктор. Психическое заболевание, всем известное. Нарциссизм.

Маргарита. Иди сюда.

Король. Здесь нет дороги.

Джульетта. Он слышит. Протягивает вперед руки.

Страж. Он хочет что-то схватить.

Джульетта. Он ищет опоры.

Король (движется ощупью, неуверенными шагами). Где тронный зал? Где двери, окна, люстры?

Джульетта. Стены на месте, ваше величество. Мы все здесь. Вот люстра. (Ведет Короля и помогает ему ощупать стены.)

Король. Стена здесь. Дайте скипетр.

Джульетта (дает ему скипетр). Вот он.

Король. Страж, где ты? Ответь.

Страж. Всегда в вашем распоряжении, ва­ше величество.

Король (делает несколько шагов к Стражу и дотрагивается до него). Да. Ты здесь.

Джульетта. Ваши апартаменты с той стороны, ваше величество.

Страж. Вас не покинут, ваше величество. Я вам клянусь! (Внезапно исчезает.)

Джульетта. Мы здесь около вас и нику­да не уйдем. (Внезапно исчезает.)

Король. Страж, Джульетта... Ответьте! Я больше вас не слышу. Доктор, может, я оглох?

Доктор. Нет, ваше величество. Пока еще нет.

Король. Доктор!

Доктор. Простите меня, ваше величество. Но я должен уйти. Это совершенно необхо­димо. Мне очень жаль. Я извиняюсь. (Уда­ляется, пятясь, с лицом, обращенным к Ко­ролю, все время раскланиваясь и повторяя: «Простите... Простите...»)

Король. Его голос удаляется. Звук шагов слабее. Его больше нет.

Маргарита. Он доктор медицины. У него есть другие пациенты.

Король. Где остальные? Они ушли. Они меня заперли.

Маргарита. Они толпились вокруг тебя и во всем мешали. Теперь дело пойдет луч­ше, у тебя осталось четверть часа.

Король (ходит с большей уверенностью). Я нуждаюсь в их услугах.

Маргарита. Я их замещу. Я — королева на все руки.

Король. Я никого не отпускал. Заставь их вернуться, позови!

Маргарита. Они не могли бы уйти, если бы ты этого не захотел.

Король. Я не хотел.

Маргарита. Ты не можешь их больше вернуть. Ты позволил им исчезнуть.

Король. Пусть они вернутся.

Маргарита. Ты больше не помнишь их имен. Как их звали?


Король молчит.


Сколько их было?

Король. Я не люблю, чтобы меня запирали. Открой двери.

Маргарита. Потерпи немного. Скоро все двери будут широко раскрыты.

Король (после паузы). Двери... Какие две­ри?

Маргарита. Были ли двери? Жил ли ты?

Король. Я есмь!

Маргарита. Не двигайся больше. Тебя это утомляет.

Король. Я существую... Какие-то звуки всплывают из глубин. Они удаляются. За­тихают. Я глух.

Маргарита. Меня ты услышишь. Ты бу­дешь слышать меня хорошо.


Король стоит недвижим и безмолвен.


Иногда видят сон и проникаются его прав­дой. А утром, открыв глаза, смешивают два мира: яви и сна. Но свет стирает ночные ли­ки. Их хотелось бы запомнить, удержать. Но они ускользают... Грубая реальность дня их отбрасывает. «Что мне приснилось? — спра­шивают себя. — Что происходило? Кого я целовал, кого я любил? Что мне говорили и что отвечал я?» И все, что было или при­грезилось, оставляет лишь смутное сожале­ние. А затем уже не помнят вовсе, что бы­ло вокруг.

Король. Я не знаю больше, что было во­круг. Помню, что был погружен в мир. Этот мир окружал меня. Я знаю, что это был я, но что же было еще? Что же было еще?..

Маргарита. Путы, привязывающие тебя к земле, еще не разрезаны. Я тебя освобожу от них. (Обходит Короля кругом, разрезая пустоту, словно у нее невидимые ножницы.) Ну вот. Теперь ты уже не тот, кем был. Все, что мешало тебе, исчезает. Твои плечи еще согнуты. Это тебя старит. Ядра, привязанные к ногам, отяжеляют твой шаг. (Наклоняется и снимает невидимые ядра.) Тонны! Это ве­сит тонны! Как ты мог тащить эту тяжесть всю жизнь?


Король пытается выпрямиться.


Я спрашиваю тебя, почему ты так согнулся? Это из-за этого мешка? (Делает вид, что сни­мает с плеч Короля невидимый мешок и от­брасывает его.) Из-за этой сумы?! Из-за этих тяжелых башмаков? Тебе не понадобятся больше эти башмаки. Не будет нужен этот карабин, ни пулемет, ни этот ящик с инст­рументами. (Делает вид, что отнимает эти невидимые предметы, несмотря на протесту­ющие жесты Короля.) Отдай и эту старую заржавленную саблю. Теперь тебе нет нуж­ды защищаться. (Как бы отнимает ее вопре­ки сопротивлению Короля.) Позволь мне дей­ствовать. Будь умным.

Король. Я...

Маргарита. Итак, сновидец выбирается из своего сна и освобождается от воспоми­наний. Тебе все еще кажется, что весь мир — это ты. Не беспокойся, ты уйдешь — мир останется. Все будет сохранено в памяти, но без воспоминаний. Крупинка соли, тающая в воде, не исчезает, она делает воду соле­ной. Вот ты и выпрямился. У тебя не болят больше ноги. Не правда ли, как легко? Ты выздоровел и можешь двигаться. Иди же. (Плечи Короля снова слегка опускаются). Не горбись больше, на тебе уже нет груза. Остались лишь одни условные рефлексы. Я же тебе говорю: ты невесом. Выпрямись! Не сжимай руку в кулак. Что ты там дер­жишь? Ты зажал в кулак все свое королевство. Разожми пальцы. Я тебе приказываю разжать пальцы! Выпусти равнины, горы, реки... Вот так. Это всего только пыль. Идем. (Держа за руку Короля, выводит его на авансцену.) Не оборачивайся, не пытайся взглянуть на то, что ты больше никогда не увидишь. Сосредоточься.

Король (с закрытыми глазами, стоя на авансцене). Империя! Видел ли кто-нибудь такую империю? Два солнца, две луны и сверкающий небесный свод. А вот еще другое, третье солнце. Когда одно солнце садится, другие восходят. Одновременно заря и сумерки. Эти владения раскинулись за пределами океанов, вне океанов, поглощенных океанами.

Маргарита. Пересеки их.

Король. Кругом все голубое, голубое...

Маргарита. Его память еще сохраняет цвета, но не звуки. Он не музыкант, скорее, — художник. Его воображение зрительно. (Королю.) Отрекись и от этой империи.Забудь о сиянии красок. Ты не можешь больше задерживаться. (Отходит от Короля.) Теперь иди один. Не бойся. Иди же. (Стоя в одном из углов авансцены, издали направляет движения Короля.) Сейчас не ночь и не день. Больше нет дня и ночи. Время исчезает. Иди за колесом, которое вертится пе­ред тобой, но не очень близко. Оно раскалено. Слева от тебя пропасть, обойди ее. Не пугайся старого воющего волка. Его клыки из картона (Воображаемому волку.) Волк исчезни! Не бойся крыс. Они не могут тебя укусить. Крысы и летучие мыши, прочь от­сюда! (Королю.) Не жалей нищего, хватаю­щего тебя за руку. Внимание! К тебе при­ближается старуха. Не бери стакан воды, ко­торый она тебе протягивает. Ты не хочешь пить. (Воображаемой женщине.) Он не жаж­дет, добрая женщина. Он не хочет пить. Не стой у него на дороге, исчезни!


Король направляется к ступеням трона.


Выше, еще выше!


Король стоит возле трона.


Повернись ко мне. Смотри сквозь меня. Держись прямо. Теперь отдай мне свои ноги: правую, левую. Дай мне твой палец, два, три, пять, десять пальцев. Отдай правую и левую руки, грудь, оба плеча, голову!


Король делается недвижим, застывшим как статуя.


Вот так. Ты видишь, у тебя нет больше слов, твоему сердцу не надо биться и нет нужды дышать. Теперь ты можешь занять свое ме­сто. (Исчезает.)


Король неподвижно сидит на троне. В течение финальной сцены постепенно исчезают стены, двери, окна тронного зала. Теперь на сцене нет ничего, кроме Короля на троне в сероватом свете.

Король, сидящий на троне, должен быть видим некоторое время. Затем все погружается в туман.


Занавес


Загрузка...