Юрий Выборов Ловец экстрима

Книга 1

Вступление

Однажды я решил написать книгу. Сам, без чьей-либо помощи. По зову души, что называется. Возникла, понимаешь, потребность выразить себя, свои мысли, свое отношение к жизни, к людям, меня окружающим… Какое-то время я боролся с этим странным желанием, а потом подумал:

— А что, попробую, чем черт не шутит!

И попробовал. И даже понравилось… Написал даже не рассказ и не повесть, а целый роман в стиле то ли «романтическая фантастика», то ли «магия — фэнтези». Дал почитать жене, родственникам. Жене и родственникам понравилось, кто бы сомневался! А что дальше? Дальше захотелось, чтобы книгу напечатали и можно было бы сказать: «Я написал книгу и ее даже напечатали!»

Кому сказать и зачем — это другой вопрос. Фигура речи, так сказать. Писал я точно не для зарабатывания денег. И не ради славы. Хотя, червячок тщеславия шевелился, точно.

Не знаю, на что я вообще рассчитывал, но ни в одном издательстве моей книгой не заинтересовались. Теперь — то я понимаю, что это закономерно, но тогда сильно расстроился, ведь все, что я написал, было так искренне с моей стороны! А они…

Кстати, я — довольно пожилой мужчина — мне 64 года. Всю свою жизнь посвятил медицине, о чем никогда не жалел. У меня прекрасная семья: любимая жена, дочь и сын. Я всегда был романтиком, но всегда гасил в себе эту ненужную в моей работе и в нашей жизни особенность. Видимо, до конца вытравить не удалось. Да и не жалею…

Так о чем это я? Значит, написал я этот роман довольно быстро, но потом правил его еще почти полтора года до отправки в издательства. Потеряв надежды, что роман напечатают, я несколько остыл к писательской деятельности, хотя и не полностью. Еще не раз, не два и не десять раз я правил и правил свое произведение, но так никогда не остался довольным написанным.

Да вот, кстати, почитайте…

Глава 1 Королевская охота

Живописная группа всадников скакала по редкому лесу с намерением углубиться в чащу и найти, наконец, объект охоты — грозного медведя. Охота на медведя — одно из любимых развлечений короля Лукиана IV-го, коронованного владетеля Союза Трех Миров — Нереи, Актона и Зерса.

Сначала, в течение многих тысячелетий, люди жили только на одной планете, Нерее. Когда началось освоение ближнего и дальнего космического пространства, когда уровень науки и техники позволил это — началось изучение, а затем освоение ближайших планет к Нерее. Это и были Зерс и Актон. Только эти планеты имели кислородную атмосферу, остальные же четыре планеты — нет. Постепенно был освоен и заселен Зерс, затем очередь дошла и до Актона. Именно в связи с этим самой густонаселенной планетой была Нерея, уступал ей в этом Зерс, а Актон только еще пытался развиться до должного уровня (зато какая охота была на этой планете, какие дивные, нетронутые цивилизацией уголки природы были на ней!). За многие тысячелетия человеческая цивилизация не раз меняла государственный строй и формы правления, не раз бушевали войны, были и революции, но вот последние двести с лишним лет сложилось так, что во главе государства был король, власть передавалась по наследству и только по мужской линии и главный представитель королевской династии Севронских как раз скакал по лесу в поисках медведя.

Короля сопровождала личная охрана и ее начальник граф Шилак, давний и верный друг (еще с детства), два егеря, полтора десятка представителей местного дворянства, ну и, конечно, вышколенная свора собак, натасканных на медведя. Это была дань королевским и дворянским традициям в космический век, как и обязательное ношение шпаги, как и право вызвать на дуэль. Король любил охоту не только как вид отдыха, к тому же щекочущего нервы и позволяющего выбросить необходимую порцию адреналина, но и потому, что можно было хотя бы на время отрешиться от сложных государственных проблем.

А проблем хватало… Эта чертова свора политиков и капиталистов из мира Зерс (давно уже заселенные планеты стали называть мирами)! Да, этот более молодой мир, чем Нерея, энергично развивается, там все больше и больше власти подгребают под себя разбогатевшие представители буржуазии, лица недворянского происхождения.

Дворян — опоры трона и королевской династии — так исторически сложилось — на Зерсе было всего 27 фамилий. Капля в огромном людском море! Когда начали осваивать Зерс, быстро выяснилось, что планета просто неимоверно богата своими природными ресурсами. И туда хлынул поток самых предприимчивых людей с планеты-метрополии и лица дворянского сословия явно были не в большинстве, зато назначались на самые важные посты. Когда выросло за последние 120 лет население, когда мир Зерс стал по сути богаче мира Нереи, стали появляться сепаратистские тенденции. Сначала просили больше суверенитета, а когда не получили — перешли к политической борьбе. И вот эта борьба идет уже около ста лет, то затихая, то разгораясь… Королевская администрация не всегда справлялась со своими обязанностями. Часто не хватало гибкости и понимания происходящих процессов в новом мире. Попытки диктовать условия новой, стремительно богатевшей буржуазии, оборачивались не только гражданским неповиновением, но иногда и вооруженными выступлениями. Население Зерса, которому бурно развивающаяся промышленность, разрабатываемые огромные природные богатства позволили значительно повысить средний уровень жизни, открыто поддерживало местную политическую и финансово-олигархическую элиту и также открыто ненавидело королевскую администрацию и военные контингенты, присылаемые с Нереи, считая их «оккупантами».

А местная элита сама хотела править своим миром и, несмотря на постоянную грызню между собой за власть и за первенство, они единодушно объединялись против королевской власти и планеты-метрополии. Им всегда было мало любых уступок, они хотели больше власти, больше доходов, больше денег! Отдавать же до 50 % своих доходов в казну королевства им совершенно не хотелось! И пытались не отдавать. И получалось! Особенно, когда нарастала политическая напряженность, когда случались вооруженные столкновения с королевскими войсками или другие акты гражданского неповиновения…

Его отец, король Лукиан III-ий Севронский, тоже разными путями пытался решить проблему мира Зерс. То шел на уступки, то жестоко подавлял попытки создать самостоятельное государство и выйти из состава королевства, или, по-другому — Союза Трех Миров. Теперь уже он, Лукиан IV-ый, ломает голову над этой наболевшей проблемой! Неужели он действует неправильно? В последнее время его соратник и старый друг герцог Фарагон, умный и опытный политик, настаивает на этом, говоря, что прежними методами сдерживания и ограничений с бывшей колонией справиться будет невозможно (как он говорит: «Они себя давно изжили! И это может привести к краху государства! Рано или поздно надо решаться на оригинальные решения»). Может быть, прав королевский канцлер Фарагон, а он не прав? А если это авантюра? Как цифры не считай, а в основе всего происходящего — политика, хотя, как и обычно, замешанная на экономике. И во что все это выльется, если оставить все как есть — никто не может знать… А если принять предложение Фарагона и ничего не получится, отвечать за все и принимать на плечи придется ему, королю! Советовать — легко, принимать решения — трудно/ Да, нелегкая она, эта королевская доля! Нет, он пока не готов согласиться с идеями Фарагона…

Да еще этот триумвират герцогов, тоже доставшийся в наследство от отца! Они всегда были в оппозиции королевской власти. Это три самые богатые семейства на Нерее. Жаль, что Нереанское королевство расположено на четырех континентах. Это тем более жаль, что королевская власть особенно крепка на Альпене, так сказать, столичном континенте, где у герцогов Севронских всегда были обширные владения, и в мире Актон. А вот на Мелагрийском континенте всегда крепкие позиции были у герцогов Ротшеров. На Мальрике — у герцогов Пинеро. Собственно, вся Мальрика — это их герцогство. Ну а на Кондарском континенте правят герцоги Милторны.

Да, королевская власть, не абсолютна, приходится считаться не только с Зерсом, но и с триумвиратом герцогов. Счастье еще, что им никогда еще не удавалось договориться между собой и сплотиться против королевской власти. А если когда-нибудь, все-таки, удастся? Найдется какой-нибудь «объединитель» и что тогда?

Тем временем, кавалькаду всадников уже окружил густой и дремучий лес. Впереди медленно и осторожно прокладывали дорогу егеря, слева и справа ехала королевская охрана, затем — сам король и рядом с ним Шилак. Потом — все остальные. Король Лукиан спросил одного из егерей:

— И где же этот медведь? Долго нам еще пробираться по этой чащобе?

Тот только собрался ответить, как вдруг голова короля лопнула как спелый арбуз и во все стороны полетели кровавые брызги, костные осколки и теплый липкий мозг.

— Убили! Короля убили! — закричал кто-то из свиты короля.

Справившись со своими рвущимися наружу эмоциями, Шилак стал отдавать резкие приказы. Две пятерки охранников он послал на поиски злоумышленников, двоих — оставил у тела короля, лежавшего у ног всхрапывающей королевской лошади.

Лошадь убрали, тело короля (практически без головы) положили на брезент, заготовленный для медведя. Остальные бойцы из королевской охраны деловито сгоняли на небольшую полянку всех, кто был в королевской свите. Их заставили спешиться. Потрясенные, они не сопротивлялись и покорно сбивались в компактную группу. Но разговаривать им запретили.


К вечеру после описанных событий прибыл из столицы королевства вызванный по космосвязи королевский прокурор маркиз Эмрат вместе с министром внутренних дел бароном Кризанпом, а также следственная группа во главе со знаменитым сыщиком Пиропом.

Все вместе они выехали на место преступления. Пироп со своими помощниками начал тщательное обследование, а маркиз Эмрат подошел к Шилаку и дружески положил руку ему на плечо. Шилак поднял на него полные невыносимой боли глаза и сдавленным голосом произнес:

— Моя вина… Я не смог обеспечить охрану… Только я!

— Да погоди ты с самообвинениями! — перебил его Эмрат, — Следствие разберется, кто виноват, а кто нет. Пироп — лучший следователь в наших трех мирах, он раскрывал все дела, которые ему поручали. Нет причин сомневаться в этом и теперь. Вот только короля нашего раскрытием дела не вернешь к жизни… Ну ничего, тот, кто это затеял, жестоко за это поплатится, я об этом позабочусь, как королевский прокурор! Погоня за убийцами, конечно, ничего не дала? Что, никаких следов? Я так и думал… Теперь скажи, ты высылал охранение на место предполагаемой охоты?

— Да! Высылал двоих за 2 часа до нашего выезда, они вместе с егерями успели вернуться и доложить, что все чисто. Тем не менее, я всегда в таких случаях еще высылаю двоих охранников в передовой дозор и скрытно по одной пятерке в охранение с флангов. Никаких подозрительных лиц и никаких странностей обнаружено не было. Вот только… Я ведь отговаривал короля от этой охоты, предчувствия одолевали…

— Не только у тебя, дорогой друг, были такие предчувствия, они были и у короля. Мы разговаривали за два дня до охоты… И знаешь, что он сказал? Сказал, что если его в ближайшее время убьют, он хочет, чтобы это случилось вдали от его семьи и чтобы расследование дела одновременно началось и в столице королевства. Он сообщил мне, что у него есть подозрения… Я тебе позже, наедине, кое-что расскажу… Но он сказал мне также, что и ты, и я, и Фарагон — вне его подозрений и поручил нам, его друзьям, сделать все, чтобы не произошло еще одного убийства… Ну, ты понимаешь! И никаких откровений с Кризанпом!

К ним подошел Пироп и деловым тоном доложил:

— Никаких следов, никаких людей найти не удалось. Да и темнеет очень быстро… Здесь места очень глухие… Выстрела никто не слышал тоже. Наверняка это был выстрел из снайперской винтовки со сверхдальнего расстояния, есть такое оружие у спецслужб. А сам выстрел мог быть произведен с борта летательного аппарата. В качестве одной из версий, прилетела на орбиту планеты некая космическая яхта, с нее выпустили 2-х-местный бот с убийцей (или убийцами) на борту, а тот, скрытно подлетев на положенное для выстрела расстояние, произвел его и незамеченным вернулся на борт яхты. И никаких следов на земле… Непосредственных исполнителей наверняка уже нет в живых и тел мы их не найдем, можно дать гарантию. Шилак, вы связывались с диспетчерской службой местного космопорта? Да, и что сказали? Только один грузовоз и два пассажирских? А сколько челноков спускалось с орбиты? Странно… Хотя, в принципе, они могли прилететь заранее — за неделю, за две, с хорошей легендой. Конечно, версий сейчас будет много и все они требуют тщательной проверки… В общем, будем работать!


Глава 2. Встреча.

С трудом проснувшись (вернулся домой после суточного дежурства в больнице и проспал приблизительно 2,5 часа), я понял, что и не выспался, и не могу дальше спать, иначе впереди будет ждать бессонная ночь. Я — врач-травматолог, чтобы вы знали… Работаю сутки через двое, иногда через трое… Называется это — «врач — дежурант». Получается 10–11 суток в месяц. Иногда больше, если кто-нибудь из наших врачей заболеет или срочно надо куда-то уехать…Те, кто высыпаются днем, не могут спать ночью, а мой организм из-за частых суточных дежурств в течение нескольких лет потерял ориентиры, когда спать, а когда не спать.

Да, еще сведения о себе: мне 30 лет, рост 182 см, вес 65 кг, у меня серо-голубые глаза, темно-русые волосы, довольно спортивная фигура (а что? Я занимался разными видами спорта — от бокса, тенниса и смешанных единоборств до дельтапланеризма. А еще — футбол, волейбол, баскетбол, плавание. Правда, это больше в школьные и студенческие годы). Что еще: я не курю, не пью и не играю в азартные игры. Самое главное — я не женат. Уже… А раньше… Да, была одна ошибка молодости…

С трудом встав с кровати и бездумно походив по квартире, я решил, что надо заняться важными хозяйственными делами — помыть посуду, прибрать в квартире, купить, наконец, новые туфли взамен старых, которые промокали. Конечно, можно было дождаться прихода Светы, моей нынешней подруги, но я взял себе за правило в отношениях с женщинами — не впадать от них в зависимость по мелочам (и по — крупному тоже) и не проживать в одной квартире.

Через полтора часа я вышел из подъезда и пошел прямо к автобусной остановке. Обувной магазин был через три автобусных остановки, ехать на своей машине совершенно не хотелось, хотелось походить пешком, хотя бы до автобусной остановки. В качестве борьбы с гиподинамией… Да и гулять по нашему тихому и уютному подмосковному городу мне всегда нравилось. Особенно в такой уже довольно солнечный, хотя и не очень теплый апрельский день. И думается хорошо, когда ходишь пешком, и кислородом дышишь одновременно…

Двигаясь по пешеходной дорожке к остановке, я снова задумался о своей жизни. «Что наша жизнь — игра?!» Получается, что мне пока не везет в игре… Скоропалительная и ранняя женитьба на самой первой моей девушке, тоже студентке, потом развод. Зачем? Почему? В общем-то, я и не хотел жениться, мне еще и 20 лет не исполнилось, я еще толком даже и не погулял. К тому же, третий курс, мои родители были против, ее родители тоже не в восторге; но — все свершилось, хотя в день свадьбы я чуть не сбежал из машины, которая следовала в ЗАГС. Почему не сбежал? Сам себя уговорил, вот и сдержался. А подсознание так и вопило: «Не надо тебе жениться!». Зря сдержался! Молод был и глуп — и ей и себе жизнь если не испортил, то подпортил… Я ведь ее не любил, хотя сексом занимался с удовольствием — внове, все-таки, это для меня было, да и процесс не на шутку увлек. Ее, кстати, тоже. Да и что я тогда в любви понимал? Что я вообще тогда понимал? Признаться, льстило мне тогда, что девушка смотрит на меня с обожанием, просто не сводит взгляд и готова на все… Короче, тешил свои комплексы. А, может быть, я таким образом их преодолевал? Не знаю… А ей зачем надо было выходить замуж за меня? Тоже не знаю… К концу 5-го курса мы развелись…

Разведенному мужчине надо самому о себе заботиться. Не то, чтобы у меня не было девушек или женщин, которые бы хотели обо мне позаботиться — всегда были, но я уже был очень осторожен и не позволял себе верить их клятвам и признаниям. И сам их не давал категорически. Как поется в известной оперной арии: «Ласки их любим мы, хоть они ложны…». Вот и меня все время одолевали подобные подозрения — я же понимал, что девушки хотят выйти замуж, а тут я — весь такой опять неженатый. По сути — потенциальная жертва. А ошибаться еще раз мне ну никак не хотелось. Хотя иногда казалось, что вот, вроде бы, в этот раз это та самая девушка. Но по прошествию некоторого времени (которое я сам и затягивал) оказывалось, что это не так. Чаще мне девушка переставала нравиться, иногда желание перестать встречаться приходило в голову нам обоим. Конечно, мне, здоровому, половозрелому мужчине нужен был регулярный секс — как доктор я это прекрасно понимал. И совесть меня особо не мучила, что я использую знакомства с девушками для этой цели. Но на самом деле мне не нужен был просто секс, мне нужна была — Одна Единственная, Та Самая. А ее все не было и не было… И что мне было делать? Уходить в монастырь? Как-то не принято это в наше время без особых причин. Да и шансы у меня еще были, не старик же я, в конце концов! Да и не так уж много девушек у меня на счету было, вместе с первой женой всего-то двенадцать. Кстати, после развода я жил в общаге — там с сексом проблем вообще не было. Да и потом, после окончания института — тоже.

Но мне никогда не нравились девушки с таким имиджем: глупо-пошлые, хамовато-грубоватые, нахраписто-агрессивные. Мне вообще не нравится, когда девушки перенимают у парней их манеру разговора и общения, особенно не лучшую…

Так о чем это я? Ах, да!

Считаю ли я свою жизнь неудачной из-за развода? Да нет, скорее я должен бы благодарить судьбу за ценный жизненный опыт, да и за то, что в результате нашей совместной семейной жизни детей, к счастью, не было. Сначала заводить детей из-за нашей отчаянной молодости было рановато, да и хотели пожить «для себя», ну а потом, когда начались ссоры, взаимонепонимание, точнее, нежелание понимать… Какие уж тут дети…

Работа… А что работа? Работал я до последнего времени с удовольствием и желанием. Правда, в последнее время до чертиков надоело работать врачом-дежурантом (это означает работать в выходные и праздники, сутками или с 16.00 до 08.00, оперировать только мелочевку по экстренным показаниям, то что поступает во время дежурства), а я уже считал себя доросшим до работы в отделении травматологии в день. То есть, стать в один ряд с ведущими и основными травматологами в нашем отделении. Хотелось оперировать каждый день, как они, проводить сложные и серьезные операции, которые требуют высокой техники, опыта и ума. Я, естественно, считал себя готовым… Вроде, не дурак, и опыта уже поднакопил, да и оперативной техники во время ординатуры и последующей работы поднахватался… Но свободного места для меня не было. Увы, на пять дневных врачебных ставок в нашей больнице было ровно пять травматологов. Все как на подбор опытные и в самом работоспособном возрасте — от 35 до 55 лет. Куда уж мне со своим небольшим опытом и стажем!

Тем не менее, я всегда хотел помогать людям, лечить по-настоящему, не по обязанности, а по душе… Получать от своей работы моральное удовлетворение, — многие меня поймут — это вовсе не мало! Хотя, по деньгам — не особо. Да и с чего бы была высокой зарплата у молодого врача? Но мне хватало. Да и на что мне одному деньги тратить?

После окончания медицинского института (медицинской академии имени Сеченова в Москве) поработал на скорой помощи, закончил ординатуру по травматологии, а потом устроился на работу в своем родном городе, в городскую больницу (она в нашем небольшом городе единственная) в отделение травматологии. Мои родители — тоже врачи: отец — травматолог, заведовал в нашей больнице травматологическим отделением, мама — окулист, — уехали по контракту работать в Марокко два года назад. Контракт на пять лет. Двухкомнатную квартиру в пятиэтажной кирпичной «хрущевке» оставили мне, сказали, что после Марокко купят другую, лучше и больше, а эту квартиру заранее оставили мне — перед отъездом квартира была приватизирована и оформлена на мое имя. Да, я пошел по их стопам, в этом нет ничего странного. Даже романтику некую видел в их работе: и днем, а порой и ночью их могли вызвать в больницу. Я же гордился, что у меня такие незаменимые и всем нужные родители…

Все, в общем-то, было хорошо, но последние полгода что-то грызло меня непередаваемым образом. Вот это я и обдумывал на ходу: что же это — то, что меня грызет, не дает жить спокойно?

«Жизнь дала трещину» — известное выражение — являлось в данном периоде жизни для меня хоть каким-то объяснением. Хотя повода для появления этой трещины моя налаженная и привычная жизнь вроде бы не давала. Может быть, просто все дело было в том, что слишком однообразной стала моя жизнь и слишком предсказуемой? Или жизнь меня готовила для чего-то другого? Я не знал ответа на этот вопрос.

В автобусе я увидел Сашу, моего давнего приятеля, с которым мы жили когда-то в детстве в одном дворе и даже тогда дружили. Когда-то в школьном возрасте боксом вместе начали заниматься, но у него не пошло, а я занимался вплоть до 2-го курса института. Саша же увлекся дельтапланеризмом и сделал в этом виде спорта себе имя. Увлек потом и меня, когда я покончил с боксом. Каждое лето Саша со своими друзьями-дельтапланеристами выезжал в Крым, в Феодосию и Коктебель. Там они совершенствовали свое мастерство, проводили соревнования, обучали молодежь, конструировали новые и оригинальные модели дельтапланов. После четвертого курса мединститута я стал ездить с ними в качестве не то фельдшера, не то врача. Этот вид спорта довольно травмоопасный и по всем требованиям врач им был формально нужен. Платить им было нечем, они и сами нуждались в денежных средствах, а тут еще врачу платить! Под девизом — «Может быть, и травм никаких не будет!» — я целых пять лет с ними ездил за свои деньги, а они меня охотно обучали своим премудростям. Так я и стал не бог весть каким, но дельтапланеристом. Потом наши пути разошлись, но мы остались в неизменно приятельских и добрых отношениях.

— Привет, Саша! Как дела?

Саша широко улыбнулся, продвинулся ближе ко мне и пробасил:

— Лешка! Сто лет тебя не видел! О, да ты таким солидным стал! Одно слово — доктор… А я, вот, решил ремонтом заняться, на строительный рынок еду. Летом, как всегда, в Крым… А ты, на работу, что ли?

— Саша, ну какая работа, на работу утром едут, а сейчас… Все, кто ехал на работу — уже давно приехали. Я сутками работаю, сегодня у меня выходной.

— Ну да, ну да! Извини, моя остановка! Захочешь полетать летом, позвони заранее! Все наши ребята там будут. Они частенько спрашивают, почему ты перестал с нами ездить… Ну, ладно, пока! Звони!

— Ладно, ладно, пока! — сказал я и тут увидел Ее. Она сидела впереди на сиденье в левом ряду.

Девушка лет двадцати, русые волосы, серые глаза, изящная фигура, отрешенное, задумчивое и милое лицо. Немногие мужчины в автобусе, делая вид, что и не смотрят на нее, все равно смотрели. Я поначалу тоже попытался так сделать, но она как магнитом притягивала мой взгляд и я даже разозлился на себя:

— Какого черта? Тебе, взрослому мужику, уже 30 лет, а ты все в гляделки играешь? Подойди и познакомься с ней, раз она тебе так понравилась! — сказал я сам себе.

— А, может быть, вблизи она не так уж и привлекательна? Или, может быть, вульгарной и глупой окажется?

Я подошел к ее сиденью и встал рядом. Сердце билось как…. Ну очень часто! Ладони вспотели… И чего я так волнуюсь, как будто внове мне с девушками знакомиться? Н — да, а девушка оказалась и вблизи весьма привлекательной! Да, такие девушки встречаются не каждый день!

— Волнуешься, сосунок? — жестко спросил сам себя, — Волнуешься! Ну да ничего, это даже кстати! Волнение — живое чувство и девушка это, возможно, оценит…

Поймав ее взгляд, я на автомате проговорил заранее заготовленную фразу:

— Извините, девушка, меня зовут Алексей! Я хотел бы с Вами познакомиться, если Вы не против!

Язык с трудом ворочался во рту, как после анестезии в стоматологическом кабинете. Сам ощутил шаблонность своей фразы, даже стыдно стало, что ничего оригинального не смог придумать… Но отступать было некуда, все уже было сказано и оставалось только ждать. Или плохого, или хорошего. Она посмотрела на меня (впрочем, вполне равнодушно и спокойно) секунды две, затем взгляд ее смягчился и просто сказала:

— Наташа!

Тихой музыкой для меня прозвучало ее, в тот же момент ставшее необыкновенно красивым, имя! А голос! Как раз такой женский голос всегда мог тронуть мою душу!

— Вам далеко ехать, Наташа?

— Через две остановки выхожу.

— Я провожу Вас, если Вы не против!

В голове тут же с раздражением зазвучал голос моего «второго я»:

— И что ты заладил: — «Не против, не против»! Других слов, что ли подобрать не можешь?

Но Наташа, казалось, не обратила внимания на мой скудный словарный запас и сказала:

— Как хотите. Я должна заехать домой к маме, она заболела. Потом снова на занятия в институт…

— Тогда наше случайное знакомство будет небесполезным для Вашей мамы. Дело в том, что я врач, так что могу помочь. Правда, чем болеет Ваша мама, Вы еще не сказали.

— У нее высокая температура, 39,5. Участковый врач был, но…

— Понятно. Если Вы меня с собой возьмете, я смогу ее осмотреть, лишний врачебный осмотр ей не помешает.

— Ну, хорошо! Хотя это и не в моих правилах — вести незнакомых мужчин в свой дом…

— Почему незнакомых? — перебил я Наташу.

— Мы же недавно познакомились, Вы знаете, как меня зовут, что я врач… Хотите, покажу документы?

Все это говорилось уже совершенно легко, почти игривым тоном, каким обычно и разговаривают с девушками при знакомствах молодые люди. Но я чувствовал, что мне действительно стало легко и свободно говорить с Наташей, моя некоторая робость и смущение пропали, а чувство, что это Та самая встреча, которую я так долго ждал, осталось. И оно вело меня в разговоре как автопилот.

Она рассмеялась:

— Да нет, не надо, я Вам верю. И нам уже пора выходить.

Мы вышли из автобуса и пошли рядом, почти касаясь друг друга руками.

— Знаете, Наташа, учитывая, что Ваша мама меня не знает, а я вдруг рядом с Вами… Вам что-то надо сказать по поводу меня…

— Поверьте, я знаю, что сказать маме. А это не нарушит никаких ваших планов?

— Ни в коем случае! — совершенно серьезным тоном сказал я.

Глава 3 Врачебная практика и любовь

Дом, где жила Наташа, оказался метрах в 200 от остановки. Мы завернули за угол, вошли в темный и прохладный подъезд 3 — х — этажного дома старой постройки, поднялись на второй этаж и Наташа открыла дверь своим ключом. В коридоре пахло лекарствами, как в больнице. Из дальней комнаты послышался негромкий голос:

— Наташа, это ты пришла?

— Да, мама, я не пошла на вторую пару в институте, решила тебя проведать и вот доктора еще привела.

Мы прошли в небольшую комнату, где лежала на кровати больная.

— Здравствуйте, — сказал я, — я доктор из городской больницы, мне надо Вас осмотреть. Что Вас беспокоит?

Пока я готовился к осмотру Наташа быстро объяснила маме (весьма, кстати, моложавой и симпатичной женщине лет примерно 45, лицом очень похожей на Наташу) кто я и почему пришел.

У Екатерины Дмитриевны, Наташиной мамы, оказалась лакунарная ангина. Вот поэтому была высокая температура, интоксикация, слабость. После осмотра еще раз измерили температуру, она оказалась высокой — 38,8.

Я сказал:

— Да, придется немного еще полечиться. Участковый терапевт вам антибиотики назначал?

— Да нет, — сказала Екатерина Дмитриевна, — все лекарства, которые она выписала, лежат на тумбочке, Наташа купила в аптеке вчера.

— Ясно, видимо вчера еще не было лакунарной ангины, были только катаральные явления.

— Да, она так и сказала: «катаральные явления», только диагноз назвала — ОРЗ!

— Ну вот, оказалось, что не совсем ОРЗ, хотя и близко к этому. Лакунарная ангина тоже начинается с катаральных явлений. Вам надо будет полечиться антибиотиками и лучше, чтобы не внутрь, надо будет делать уколы. Наташа! Я сейчас поеду за одноразовыми шприцами и антибиотиками. Вернусь, примерно через час. Екатерина Дмитриевна, у Вас аллергии на лекарства не было? Хорошо! Наташа! Пока дайте вашей маме таблетку аспирина. Кстати, Вы умеете делать уколы?

Она очень серьезно и немного испуганно посмотрела на меня:

— Нет, конечно, я же будущий историк. Что, так серьезно?

— Скажем так: неприятно и совсем немного опасно, но при нормальном лечении все должно быть хорошо. Так, у меня до следующего дежурства еще 3 дня, как раз должны успеть снять остроту болезни, да и в процессе лечения я научу, как делать уколы.


На максимальной скорости я вернулся домой, переоделся, насколько позволял мой гардероб, завел стоявший на площадке старенький «Ниссан» (подарок отца) и поехал в свою больницу, в родное отделение травматологии. Взяв все, что мне было нужно, через час я уже делал первую инъекцию достаточно сильного антибиотика. Я хотел во что бы то ни стало в кратчайшие сроки вылечить Наташину маму, эту милую и добродушную женщину, которая, несмотря на болезнь, слабость и недомогание уже посматривала на нас с Наташей каким-то особым взглядом. Видимо, ей что-то (может быть, уже все) было ясно про нас.

Тем более, что я, находясь в их квартире, старался быть как можно ближе к Наташе, как бы невзначай прикоснуться к ней, лишний раз, даже без особой надобности, спросить что-то, встретиться с ней глазами…

Да вы и сами знаете, как ведет себя влюбленный молодой человек в таких ситуациях. А что я был влюблен — это было бесспорно, вся сумма признаков была налицо…

Попутно выяснилось, что Наташа с мамой живут в этой квартире одни. Наташин папа пять лет назад умер от инфаркта (в нашей, кстати, больнице), Наташа учится в пединституте на историческом факультете и собирается, как и мама, работать учителем в школе.

В этот день Наташа так и не пошла в институт. Температура у ее мамы снизилась заметно только через 1,5 часа (все это время я провел у них). Сразу улучшилось самочувствие, она попыталась встать и начать хлопотать по дому. Ко мне она отнеслась очень по — доброму, хотя и выспросила все о том, где и кем работаю, где живу, кто и где у меня родители… Узнав, что они живут и работают за границей, в Марокко, предложила почаще приходить в гости…

Потом я сходил в магазин, купил торт и мы вместе пили чай.

Уходил домой я уже поздно вечером и с огромной неохотой. Странно, так не хотелось уходить из этой 2-х-комнатной квартирки и нисколько не напрягало общение с Наташиной матерью. Она больше молчала, чем говорила, тем не менее, умело поддерживала разговор и была настолько деликатной, что ее присутствие не мешало мне абсолютно.

А я смотрел на нее и думал о том, что моя мать говорила мне, когда я женился в первый раз:

— Алеша, ты хочешь жениться на этой девочке, а тебе ее мать нравится?

Я тогда, помню, сказал, что нет, конечно, она же — ведьма! Что моя избранница не такая, как ее мать. На что моя мать сказала:

— Смотри, сын, каждая дочь повторяет свою мать…

И она оказалась права, а я по молодости и по глупости — нет. Увы, но это все дела прошлые. А сейчас я бы был не против, если бы Наташа повторила свою мать…

Когда Наташа провожала меня в коридоре, я не преминул попросить ее номер сотового телефона и заручился ее согласием, что буду навещать ее мать (совместно с Наташей, конечно!) ежедневно, пока не выздоровеет.

Домой я вернулся окрыленным, но тут во весь рост передо мной встала моральная проблема. Если я отдаю себе отчет в том, что, возможно, Наташа — это моя судьба, то со Светой надо расставаться, и как можно скорее, иначе будет очень неудобно. Наш вялотекущий роман протекал уже почти полтора года. Жениться я не собирался и Света об этом знала (я всегда об этом сообщал каждой девушке, с которой у меня бывали близкие отношения). Наверное, это плохо, некрасиво, но зато я и не давал повода при расставаниях укорять меня в том, что я что-либо обещал. Да и по большому счету никто из моих бывших подруг особо и не волновались по этому поводу. И Света тоже. Хорошая девушка, она мне нравилась всем тем, чем ее одарила природа, да и характер у нее был подходящий. Об этом говорила хотя бы длительность наших отношений, ни с кем до нее я не был вместе больше нескольких месяцев.

Но Наташа… Это было явление совершенно другого порядка. Она была совсем другой девушкой (как из произведений русской классической литературы) и я в ее присутствии сам становился лучше, сильнее, благороднее. Я меньше понимал это, больше чувствовал…

Не откладывая в долгий ящик, я решил позвонить Светлане. Для этого мне надо было снова включить свой мобильный телефон, предусмотрительно отключенный дома у Наташи. Не хотелось мне, чтобы Света мне позвонила в самый пиковый момент…

Да, действительно, есть три пропущенных звонка! Надо срочно перезвонить!

И… она позвонила раньше… Выслушав ее первую фразу, я в ответ сказал то, что и собирался. Ощущение после сказанного было отвратительным. Она помолчала и сказала:

— Да я знала, что так и будет. Ты ведь не любил меня…. А я… Сейчас это уже неважно… Прощай!

Еще несколько минут со смешанным чувством стыда и раскаяния я стоял, сжимая в руке телефон. Потом выключил… И сразу стало легче: я — свободен!

И я снова стал думать о Наташе.

Глава 4 Приятное и не очень…

На третий день Наташиной маме стало значительно лучше. Не стало повышенной температуры, слабости, да и гной из миндалин исчез. Я, конечно, ходил туда каждый день, смотрел горло, делал уколы и проводил максимально возможное время в этой семье. Обычно я звонил Наташе и мы встречались у ее подъезда, вместе входили в квартиру, а дальше каждый занимался своим делом — я, так сказать, лечил, мама Наташи — лечилась, а Наташа готовила чай, накрывала на стол. Словом, все было замечательно. И я еще раз сказал спасибо той подготовке, которую получил, работая на «скорой помощи».

Наташа была очень рада быстрому выздоровлению матери, она вообще была очень искренней, прямой и жизнерадостной девушкой. И я уже не раз с удовольствием ловил ее излучающие приязнь и теплоту взгляды.

Да, между нами установились какие-то незримые, волнующие нас обоих связи. Они были невыразимо приятными для меня и, как мне казалось, для Наташи тоже. Я не хотел ничего форсировать в наших только зарождавшихся отношениях, а она…Похоже, она тоже понимала, что даже одно слово, не так и не к месту сказанное, может все разрушить и испортить. Наташа была просто образцом воспитанности, тактичности, обаяния.

Через неделю Наташина мама вышла на работу, а я продолжал навещать это «святое семейство», хотя, уже ни для кого не было секретом, ради кого я туда приходил.

С Наташей мы встречались чуть ли не каждый день, кроме тех, когда я дежурил в больнице. Мы ходили в кино, в кафе, картинную галерею, просто гуляли по улицам нашего города. Я заезжал за ней в институт к концу занятий и мы ехали куда-нибудь, куда нам хотелось в данный момент. Чаще инициатором была Наташа. А я с удовольствием выполнял все ее желания.

Через месяц она спросила меня:

— А почему ты меня не приглашаешь к себе домой? Я хочу посмотреть, где ты живешь…

Я сказал:

— Приглашаю!

И мы поехали ко мне.

Через две недели мы стали жить вместе.

Наташа перевезла необходимые ей вещи и вскоре я уже и не мыслил, что можно жить как-то иначе…


Однажды вечером, я отвез Наташу к ее маме, Екатерине Дмитриевне, а сам заехал в больницу — из отпуска вышел и дежурил в отделении мой лучший друг — Максим Курченко, с которым у нас было почти полное родство душ. Он мне нравился своей открытостью и исключительной добротой, которую он периодически пытался прикрыть совершенно несвойственной ему грубоватостью. Отличался он и тотальным критиканством всея и всех. Я даже иногда шутил: «Твоя фамилии должна быть не Курченко, а Бурченко, потому что ты всегда бурчишь!».

Особенно доставалось нашей больничной администрации и всему руководству медицинской отрасли в стране. Причем, по делу! Но даже ругаться он как — то умудрялся по — доброму! Так что, говорить и просто общаться с ним было приятно, и я не мог не навестить его после трехнедельного отсутствия. От души пообщавшись с Максом (кстати, с ним дежурил еще один наш общий друг — анестезиолог Мишка Симакин, а это еще больше добавило веселья нашему общению, а точнее дружелюбному «врачебному трепу», без которого, впрочем, было бы грустнее жить), я сел в машину и поехал за Наташей. Я уже прилично опаздывал, потому что мои друзья меня задержали (точнее, я сам задержался!) и ехал быстрее обычного. Но дороги не были сильно перегружены в десятом часу вечера (чай, не Москва!) и вскоре я уже въезжал в старую часть города, где жила мама Наташи. Там было заметно хуже с освещением вечерних улиц — фонарей меньше, темных углов больше. Я даже не сразу и увидел их.

Их — это группу юнцов по виду от пятнадцати до восемнадцати лет. Может быть и старше… С этой акселерацией так легко ошибиться! В общем, старших школьников или пэтэушников, что опаснее, учитывая их низкий культурный уровень, но высокий — агрессивности. Они занимались своим любимым делом — били ногами упавшего человека. «Пинали» — так это называли в нашем городе. Ответных действий от упавшего я не увидел. Это могло означать, что они могли его «вырубить». Я свернул с дороги и поехал прямо на них, осветив их фарами.

— Вы что здесь делаете? — Ничего умнее не придумав, я постарался проговорить это как можно более грозным голосом. Странно, но это, похоже, их не испугало…

Самый взрослый и крупный парень их этой компашки, видимо, неформальный лидер, повернулся в мою сторону и лениво проговорил:

— Ехал бы ты, мужик, пока и тебе не перепало!

И спокойно отвернувшись, скомандовал своим подчиненным:

— А этого за руки возьмите и тащите за гаражи!

Юнцы с трудом потащили волоком тело мужчины, видимо, тяжел он был для них. Как же они сумели завалить такого здоровенного? Хотя, вот тот их главарь, тоже здоровый «бык», только что ростом поменьше пострадавшего, да еще двое ребят рядом с ним тоже не подарки в очном поединке…

Только такие банды (а это явно была самая настоящая банда) поединки не устраивают, они нападают стаей, с гарантией своего количественного преимущества…

Но эти мысли шли уже по периферии сознания, потому что меня уже затрясло от стресса и я выскочил из машины, прихватив на всякий случай для собственной безопасности бейсбольную биту и травматический пистолет ИЖ 79 -9Тм (год назад получил разрешение). Я это всегда возил с собой в машине как раз для случаев нападения на себя. И вот, пригодилось! Хотя и не на меня напали, на другого человека, но мне почему — то заранее его жалко стало: ведь убить могут или покалечить! Вроде, и не бандитский наш город особенно, но ограбления, драки и убийства случались. А тут — целая банда подростков (насчитал семь человек) — с самыми серьезными целями!

Увидев, что я, несмотря на угрозу, вышел из машины, подростки явно задумались о своем будущем, особенно когда рассмотрели в моих руках биту и пистолет (фары светили хорошо), весьма похожий на настоящий огнестрел, — и разбежались. Но они и вернуться могли в любой момент (шакалье самое настоящее!), поэтому я был все время начеку. Подошел к мужчине, бегло осмотрел его. Да, он был без сознания. Кстати, здоровее и чуть выше меня. Вполне славянской внешности и моего, примерно, возраста. В темно — синих джинсах, черной кожаной куртке. Волосы светлые, короткая стрижка. А, вот на волосах в области затылка кровь, пальцы ощутили рвано — ушибленную рану сантиметров на пять. Значит, вот как они его «вырубили»: скорее всего, кто-то подкрался сзади и ударил чем — то тяжелым… Вот и часть трубы водопроводной около 1,5 метра длиной валяется недалеко. Я расстегнул на нем куртку, поднял повыше рубашку и осмотрел грудь и живот. Слава богу, ножевых ранений не было. Были только ссадины в области нижних ребер с обеих сторон, но переломов я не выявил. Так, пульс! Пульс хорошего наполнения, ровный, ритмичный. Зрачки! Темно, плохо видно, но, вроде, одинаковой величины, это хорошо!

Постоянно оглядываясь по сторонам (хорошо, что хулиганье не возвращается, но где же нормальные люди ходят? Почему здесь так пустынно, как на Луне?), я постарался привести мужчину в чувство и вскоре он застонал, а потом открыл глаза. Уже хорошо! Так что, у него, видимо, только сотрясение мозга, а не что — то более серьезное. Когда он уже осмысленно начал смотреть на меня, я спросил его:

— Как самочувствие? Встать сможете?

Он прикоснулся рукой к затылку, поморщился и начал вставать. Я помог ему. Не без труда встав, он спросил:

— А где же эти?

— Убежали… Вы как? Скорую помощь надо вызывать и милицию!

Он сразу ответил:

— Вот только милиции мне и не хватало… Да и скорая мне не нужна. Оклемаюсь… Сволочи малолетние! Хотя, и не очень малолетние, двое так вообще… Подошли, попросили прикурить… Пока я доставал зажигалку, кто — то мне сзади и звезданул по голове…

— Так это же обычный бандитский прихват: «Дай закурить, дай прикурить»… Как же вы на него попались? Такой большой, взрослый и сильный…

Он сокрушенно ответил:

— Так, вроде, почти дети… Знал бы, что это бандиты…Ну, пусть только они мне попадутся! Сам с ними разберусь, без полиции… Спасибо вам!

Я кивнул и решил подсказать ему:

— Вы сначала посмотрите, что у вас пропало!

Он тут же сунул руку во внутренний карман куртки:

— Да! Бумажника с деньгами нет! Перстень сняли с правой руки! Деньги — ладно! А вот перстень — подарок отца!

— Ну вот! А Вы говорите, что милицию (тьфу, полицию!) не надо!

— А что, они их найдут?

— Ну, это я не знаю… Положено так!

Он покачал головой и ответил;

— Да нет, ради гастарбайтера с Украины вряд ли они будут стараться. Да и с регистрацией у меня… Уже просрочена. Нет, пойду я. Еще раз спасибо! Как вас зовут, спаситель?

— Алексей! А вас?

— Николай! Поспелов. И давай на ты!

— Очень приятно! Будем знакомы! Кстати, тебе все равно надо рану на голове обработать, зашить и перевязать, потом еще обязательно противостолбнячную сыворотку…

Я сходил за аптечкой в машину, взял бинт и перевязал ему голову.

Николай с некоторым интересом спросил:

— А ты — врач что ли, так все хорошо знаешь, что надо делать?

— Да, врач! Работаю здесь в городской больнице, травматолог по специальности.

— А если я в больницу завтра с утра приду? Это можно — лично к тебе? А то у меня и страхового полиса нет…

— Хорошо, приходи! В травмпункт, он находится на первом этаже, по указателям найдешь. Я подойду туда к 09.00. На всякий случай, моя фамилия Яковлев. Кстати, для таких случаев страховой полис не требуется…

Мы обменялись крепким рукопожатием и разошлись в разные стороны. Он, уже твердой походкой, в одну сторону — его дом был неподалеку, а я, немного подождав для уверенности, что с ним все в порядке, сел в машину и продолжил движение к дому Наташиной матери. Ехал и думал:

— А зачем я, когда выскочил из машины, взял одновременно пистолет и биту? Если бы пришлось пользоваться пистолетом, то бита скорее помешала бы… А если бы пистолет их особенно не остановил? Тьфу! Что за дурацкие послестрессовые вопросы мне в голову лезут! Как будто мне каждый день приходится встревать в разборки с бандитами и я могу знать какой-то четкий порядок действий! Схватил на автомате, не думая, что было в машине, и полез навстречу судьбе… Да, чего — то я слишком смелый стал! Я, вообше — то, по жизни довольно — таки осторожный человек, а тут…

Вскоре меня уже встречала встревоженная Наташа, но почти успокоилась, когда я ей все рассказал, и убедилась, что со мной все в порядке.

Глава 5 Еще один случай из практики

На следующий день мы снова увиделись с Николаем. Он к назначенному времени пришел в травмпункт, сверкая белоснежной повязкой на голове. Но видок имел неважный. Бледный, рвота была два раза ночью. Я забеспокоился и после обработки раны отвел его на компьютерную томографию. К счастью, ничего серьезного не нашли, подтвердился мой первоначальный диагноз: сотрясение головного мозга.

После всех этих дел мы уже были как старые приятели и я спросил Николая, почему же у него так все запущено с регистрацией, со страховкой. Он ответил, что получилось это невольно, из-за его частых деловых поездок. Как он выразился, «для добычи хлеба насущного». В общем, понятно. Не он один такой. Зарабатывает там, где только может. Кто его за это может осудить? Тяжела доля гастарбайтерская!

Я ему сказал, что у меня старый друг работает в местной полиции и если у него будут какие-либо затруднения, то и я, и мой старый друг поможем, чем сможем. Без нарушений закона, естественно…


Дальше опять покатилась привычная жизнь, украшенная совместной жизнью с Наташей. Возможно, я некорректно выразился — «украшенная»! Но как еще можно, как лучше назвать? Не знаю… Но после первой нашей встречи вся моя жизнь изменилась. Или мое отношение к жизни? Видимо, правду люди говорят о том, как важно найти свою половину (ненавижу слово «половинка» в отношении подруги или любимой девушки!). Я как- то сразу понял: «наконец — то, нашел!» И вот — жизнь моя протекает почти так же как раньше, но все это иначе воспринимается. Радостно! С оттенком счастья, рискну сказать… Я немного похудел, в больнице мне сказали, что я чаще стал улыбаться и блеск в глазах появился. Стал гораздо энергичнее, больше дел стал успевать делать, лени — как не бывало! В театре сто лет не был, а с Наташей два раза в месяц стали ездить в лучшие московские театры.

У Наташиной мамы мы бывали чаще всего по субботам (вместе), а сама Наташа успевала еще в будни ее навещать. Между Наташей и ее мамой существовала прочнейшая связь и такие доверительные отношения, что я удивлялся. Можно было иногда подумать, что это не мать и дочь, а две близкие подруги или сестры. Между ними никогда не возникали конфликты или ссоры, даже разногласий особых не было. Всегда ровные, добрые отношения любящих людей. Да и у нас с Наташей тоже прижился почти такой же тип отношений, за исключением того, что помимо всего прочего я еще был страстно влюбленным мужчиной, а она влюбленной женщиной.


С Николаем встречались и не раз. Пришлось напрягать моего друга в полиции, Костю Громова, по поводу регистрации. Николай после этого приехал ко мне домой и мы с ним там выпили коньячку… И тут пришла Наташа после института. Очень странная реакция была у Николая: он как будто испугался ее. Или узнал, а потом испугался… Сразу заторопился уходить, но при этом жадно разглядывал, как будто вот именно ее и не ожидал увидеть. Я потом разговаривал с Наташей об этом, но она сказала, что никогда раньше Николая не видела и ее тоже удивила эта реакция.

А когда спустя несколько дней мы с Наташей встретили Николая в студенческом кафе возле пединститута, куда ходят одни студенты, а посторонние там очень редки (я — не в счет, так как уже всем завсегдатаям примелькался, да и бывал всегда только с Наташей), то мне эта встреча уже не показалась случайной.

Честно говоря, мне все это не понравилось. Ревность это или не ревность, как бы то ни было, но если ты мой друг или хочешь стать им, то тебе не пристало «подъезжать» к моей девушке! Возможно, я был излишне подозрителен, возможно! Я, кстати, никогда не был ревнивым, а тут…. Но беспечным и глупым я тоже не хотел быть…

И я постарался пресечь знакомство с Николаем. Он потом несколько раз мне звонил по сотовому телефону, но я разговаривал очень холодно и звонки прекратились.

И вот наступила очередная суббота, мы с Наташей поехали, как обычно, к ее маме. Мы втроем как раз заканчивали чаепитие, когда в дверь позвонили и взволнованный женский голос сказал:

— Екатерина Дмитриевна, здравствуйте! Я видела, к вам Наташа с женихом приехала? Можно его позвать, он же доктор? А то у меня там дома…

Из взволнованной речи соседки Наташиной мамы по лестничной клетке явствовало, что у нее (соседки) работал на сборке купленной мебели нанятый там же, в мебельном магазине, рабочий, сборщик мебели. И внезапно ему стало плохо: появились боли в желудке, соседка дала ему свое лекарство, которое у нее было в аптечке — суспензию маалокса (она сама его принимала, когда у нее болел желудок). Так вот, маалокс ему не помог. Боли в животе после приема маалокса и обильного питья (он все время просил пить!) стали такими резкими и нестерпимыми, что она испугалась.

— Наверное, «скорую» надо вызвать? Но пусть сначала врач посмотрит…

Делать нечего, пошли мы (вместе с Наташей, конечно) в соседкину квартиру осматривать больного…

Мы зашли в большую комнату и… увидели лежащего на диване и постанывающего от боли Николая. Так вот кем и где он работает! Я выругался (про себя) и предпринял все усилия, чтобы сосредоточиться на больном (ведь он же больной сейчас!) и чтобы не ударить в грязь лицом перед Наташей. Хотя мне было неприятно его видеть… Николай никакого панибратства не проявлял, да и не до того ему было. И я немного успокоился, сосредоточившись на его болезни. К счастью для меня, все оказалось не так уж сложно — у Николая, похоже, была типичная картина прободной язвы желудка. На спектакль, сыгранный с какой-то целью, это не тянуло. Зачем? Хотя, кто знает? Как — то мне было не по себе, дискомфортно. Я опросил его по поводу того, чем он болел ранее, но он сказал, что никогда подобных симптомов не было. Потом осмотрел его, пропальпировал живот. Все вроде бы подтверждало этот диагноз. Но решать, в конце концов, не мне, а хирургам и… слава богу!

Я вызвал по телефону бригаду скорой помощи, потом разъяснил больному и окружающим, что за болезнь я выявил и что ему, возможно, предстоит хирургическая операция в ближайшие часы. Разговаривал я с ним как с совершенно посторонним человеком, да, собственно, таковым он теперь для меня и являлся. Те зачатки дружеских отношений были сожжены и похоронены. Николай воспринял необходимость госпитализации довольно спокойно (тем более, что операция наконец-то избавит его от сильных болей, которые он стоически терпел, лежа на диване с поджатыми к животу ногами).

Вскоре приехала бригада скорой помощи. Я надеялся, что приедет кто-нибудь из старых знакомых по работе, но приехал незнакомый мне доктор с незнакомой же медсестрой. Я не хотел вмешиваться в действия бригады скорой помощи, но когда молодой доктор после осмотра больного стал что-то говорить на тему, что:

— «Ему надо полежать, его надо понаблюдать, — и, типа, — ничего страшного…» я отвел доктора в сторонку и тихо сказал:

— Во — первых, он никому из нас тут не родственник, а просто сборщик мебели, присланный из магазина. Во — вторых, у больного, возможно, картина прободной язвы желудка, лучше бы его вам отвезти в хирургию и пусть уже там хирурги сами наблюдают и решают…

Молодой доктор не стал «лезть в бутылку», что-то сообразил и быстро переориентировался на госпитализацию.

Вскоре Николая, поддерживая под руки (не стали класть на носилки, собаки!), увели в машину скорой помощи. Перед уходом Николай попросил, чтобы его инструменты остались в квартире, а он их заберет после выхода из больницы.

Совершенно опустошенный, недовольный собой и озадаченный происшедшим, я вернулся вместе с Наташей домой и меня долго еще не отпускали мысли. Типа: «а что же все это было»?

Глава 6 Странное устройство

Прошла еще одна неделя. Во время очередного посещения Наташиной мамы, снова зашла та самая соседка.

— Екатерина Дмитриевна! О, да у вас в гостях молодые! Кстати, доктор, Алексей, кажется? Как там мой работник в больнице, ну, я имею в виду сборщика мебели?

— Я не знаю, не узнавал. По срокам лечения он уже должен быть выписан из больницы.

— Странно, а ко мне он так и не зашел. И мебель до конца не собрал, и инструмент свой даже не зашел забрать…

Я сейчас же позвонил в хирургию, попал на хорошо знакомого хирурга и вскоре уже получил озадачившую меня самого информацию. Оказывается, Николай в день поступления категорически отказался от предложенной операции, сказал, что ему стало значительно лучше, а затем просто сбежал… Ну, сбежал и сбежал! Дурак, значит, не хочет заботиться о своем здоровье… Его дело!

На следующий день его попытались активно навестить (так положено) и выяснить его состояние, посылали по его адресу бригаду скорой помощи, но там его не было. Больше о нем никто не узнавал.


Все это я пересказал присутствующим. Соседка, расстроенная всем этим, ушла, а я спросил Наташину маму:

— Может быть, ей помочь? Я мог бы закончить сборку мебели. Когда мы были в ее квартире, я видел, что там оставалось только задние стенки у шкафов сделать и дверцы навесить. Я бы мог вполне справиться с этим. Только мне как-то самому неудобно предлагать, еще подумает, что заработать на этом хочу. А я все это сделаю бесплатно, разумеется, и за один день. Вот завтра я как раз не работаю…

Екатерина Дмитриевна одобрила мое предложение и ушла к соседке. Наташа подошла ко мне, положила мне голову на плечо и сказала:

— Алеша, мой хороший! Слушай, мне просто страшно находиться рядом с тобой! Ты такой добрый, такой отзывчивый! Вот и соседкам помогаешь… А старушек ты через улицу не переводишь?

— Да нет, я больше ориентирован на молодых девушек, таких как ты!

Я обнял ее, крепко прижал к себе и сказал:

— Наташенька! Я хочу быть с тобой, всегда! Ты хочешь быть моей женой?

— Мечтаю! — опять лукаво вымолвила она и, вывернувшись из моих объятий, спросила, глядя мне в глаза:

— Ты серьезно?

— Да!

Остаток времени до прихода Екатерины Дмитриевны мы так и провели, глядя в глаза друг другу. И не было занятия увлекательнее! Ну, почти не было…


На следующий день с утра я уже был в квартире соседки Екатерины Дмитриевны и вскоре приступил к работе, воспользовавшись инструментами, которые оставил занедуживший и исчезнувший так таинственно Николай Поспелов. Что с ним? Почему он сбежал из больницы «Неужели, все — таки, симулировал? С какой целью тогда? Цель — Наташа? Так он даже не взглянул на нее, когда лежал там на диване, — я бы заметил… Ну, да бог с ним! Надеюсь, что он, хотя бы, не относится к криминальным элементам…»

В оставленной Николаем сумке инструментов было много, гораздо больше, чем у меня дома, да и лучше моих. И электролобзик, и шуруповерт, и маленький импортный рубанок, и уровни. А уж всяких стамесок, отверток, пассатижей… Конечно, были и шурупы разных размеров, гвозди, скобы, винты, гайки, какие-то чудные крепления для мебели.

Один странный «инструмент» выбивался из ряда совершенно. Какая-то туба из пластика, чуть меньше обычного фонарика. На детский калейдоскоп похожий — тоже стекла или прозрачный пластик с обоих торцов. Я взял «калейдоскоп» в руки и стал рассматривать внимательнее. Ничего похожего на фонарь, даже лампочки нет. Но и на инструмент тоже не похожа — нет ни режущих, ни зажимающих, ни каких-то других, характерных для инструментария приспособлений. Ну и точно не калейдоскоп! Немногочисленные то ли кнопки, то ли клавиши по бокам, прозрачные панели с торцов.

Через 3 часа я закончил всю работу. В квартире я был один — соседка была на работе, а ключ для меня она оставляла Екатерине Дмитриевне, а мне его передала Наташа.

Я снова стал рассматривать «калейдоскоп». Нет, это устройство ни на что знакомое не похоже! Уж не шпионское ли это снаряжение? Чего в жизни не бывает! А я его еще привечал, чуть не подружился!

С утроенным усердием и совершенно не мучаясь угрызениями совести, я начал рассматривать это устройство так, как если бы оно было подобием сотового телефона. Так уже пошло лучше: я нажимал кнопки на корпусе тубы по одной и в различных сочетаниях, в очередной раз нажав розовую и синюю одновременно, получилось включить это устройство. На одном из торцов загорелась ровным светом панель (дисплей?) и стали видны непонятные и непривычные для сотовых телефонов значки. Конечно, я стал лихорадочно нажимать на эти значки, сочетать нажатия на них с нажатиями на кнопки по бокам «калейдоскопа», все время меняя сочетания. Я хотел только понять, что это за устройство и как оно работает. То, что не было никакой инструкции к нему и никто не мог рассказать, как оно работает, меня ничуть не останавливало. А вы, покупая очередной сотовый телефон новой модификации или какое-нибудь другое чудо электроники сегодняшнего дня, всегда ли вы читаете к нему инструкции? Среди моих знакомых даже появилась такая поговорка-присказка: «Наши люди инструкций не читают!». Типа, разбираются сами, своим умом доходят до всего…

В общем, не буду детализировать как, но мне удалось не только включить, но и вывести на какой-то режим этот аппарат. Только что я азартно нажимал в теплой квартире на кнопки и вдруг….

Трудно описать мои эмоции, поймите, я же вовсе не ожидал, что в результате моих манипуляций с этим «электронным устройством» я окажусь вдруг на открытом воздухе сидящим верхом на какой-то скале. Хорошо, что было светло (хотя солнца я не видел), плохо, что было холодно из-за пронизывающего ветра… Сначала меня одолел совершеннейший ступор, я смотрел на окружающий меня горный массив (Кавказ? Урал? Средняя Азия? Или мне снится все это?) и не верил происходящему. Но жесткий и порывистый ветер бросал мне в лицо свои реалистические аргументы, да и замерз я быстро… Наконец, поверив в происходящее, я сопоставил происшедшее с устройством, которое я стискивал в руках.

— Надо вернуться, надо как можно быстрее вернуться назад! — мысль эта бешено застучала в моем мозгу и я стал пытаться логически мыслить, чтобы быстрее решить задачу. Но уже было страшновато абы как нажимать на кнопки — я не хотел очутиться где-нибудь в открытом море или еще где похуже…Перебрав в уме комбинаций пятнадцать, я отсеял сначала восемь, потом еще пять, осталось две по логике практически равноценных (все-таки десятка два явно, на мой взгляд, неработающих комбинаций я перебрал при попытке заставить работать это устройство). Деваться было некуда — надо было выбирать одну из двух. Обуреваемый сомнениями в правоте решения, я нажал на кнопки и на всякий случай зажмурил глаза… Моментально стало гораздо темнее и еще холоднее, открыв глаза, я увидел бескрайнее, почти ровное снежное поле, посреди которого кое-где виднелись невысокие одиночные деревья и кусты. Мои ноги в комнатных тапочках были по щиколотку в снегу и он уже начал таять на моих ногах.

Да, опять промах! Что же делать? Как правильно запрограммировать возвращение домой? Но паниковать нельзя, от этого будет еще хуже… И что-то мне подсказывало, что и цена следующей ошибки будет очень высокой… Да и где я, в конце концов? Где-то на Земле? На другой планете? В параллельном мире? Да какая разница, мне даже не интересно, мне страшно и я хочу домой! В голову полезли разные сюжеты из прочитанных ранее научно-фантастических книг. Ну, мы же все читали фантастику и так или иначе, веря или не веря, как-то заочно знакомились с подобной ситуацией. И там, конечно, умный и энергичный герой играючи разбирался со всеми проблемами. Но вот я, обычный человек, без выдающихся способностей, как мне-то, хотя бы вернуться в квартиру соседки Наташи!

В общем, надо найти какой-то другой подход к программированию перемещения меня на исходное место…Стал заново осматривать «калейдоскоп» и заметил, что значки на дисплеях изменились, стали какими-то другими. В том смысле, что до второго перемещения были одни символы, а сейчас другие! Паника, паника начала накрывать почти с головой, затряслись ручонки, пересохло во рту…

И тут глаза наткнулись на значок треугольника, подсвеченного зеленым, а рядом квадрат, подсвеченный красным. Раньше на обоих дисплеях никаких треугольников и квадратов не было. Может быть, это подсказка? Зеленый цвет — «включено», а красный — «выключено». Как в сотовом телефоне… Нажать? Надо уже решаться. Да и замерзать я начал — холод градусов 18–20, снег, ветер. А я — в стареньких джинсах, рубашке и в тапочках…

Короче, нажал я на этот квадрат, подсвеченный красным и…

Очутился в квартире, где собирал мебель. Вот так! Так вот оно счастье, вот оно чудо! А говорят, чудес не бывает! Я ведь мог никогда сюда не вернуться, никогда не увидеть Наташу, да и погибнуть даже мог!

Очень осторожно положил «калейдоскоп» в сумку с инструментами, застегнул ее и вскоре уже бодро и радостно шел из подъезда дома к своей машине. От страха и пережитой паники почти не осталось и следа. Но я подумал, что больше я эту штуку в руки не возьму, пусть хоть все авторы романов — фэнтези меня скопом начнут уговаривать и стыдить за то, что не хочу броситься с головой в приключения! А с другой стороны, еще час назад я и подумать не мог, что то, что пишут в фантастических романах, может быть в реальности… А я уже соприкоснулся с этим. Невероятно! Расскажешь кому — не поверят! А если это не фантастика, то шпионаж, вполне возможно… У спецслужб каких только технических новинок может быть в наличии… И не обязательно наших.

Из машины я позвонил Наташе и вскоре (у нее уже закончились к этому времени занятия) мы с ней сидели в кафе возле института.

— Что-то случилось? — сказала она, — на тебе лица нет!

— Чуть было не случилось… И мы могли никогда больше не увидеться… Давай я все тебе расскажу дома…

Глава 7 Поиски владельца устройства

Я все и в мельчайших подробностях рассказал, описал даже свои ощущения. Наташа сказала:

— Даже не верится, но, учитывая, что это рассказал ты и не ради шутки… Да… Никогда не думала, что такое бывает. Так что ты намерен делать? Я не хочу, чтобы ты снова рисковал собой и брал в руки эту опасную штуку. Мне кажется, что надо забыть о ней, как об интересном, но очень страшном сне… Или ты не согласен? А, может быть, сообщить о ней в полицию?

— Да нет, Наташа, мне кажется, что полиция устройством вряд ли заинтересуется, а вот другие службы… А вдруг Николай — шпион? Тогда им будет интересно, зачем я с ним общался!

— Да ну, какой шпион! Не похож он на шпиона! Разве то, что с тобой произошло там в квартире, может иметь отношение к шпионажу?

— Да кто его знает! Может быть, и нет! Тогда, мне кажется, надо попытаться вернуть это устройство хозяину. Может быть, он и не шпион, а изобретатель…

— Надо ли? И как это сделать?

— Лучше отдать и забыть об этом навсегда! У меня есть приятель в нашей полиции, попробую через него.

— Ну ладно, попробуй, только я тебя очень прошу, не рискуй снова, а то переместишься куда-нибудь…Что я без тебя буду делать?

— Одна только мысль об этом меня больше всего и останавливает! — ответил я.


Мой старый приятель Костя Громов ждал меня в городском отделе полиции, стоя на крыльце. Мы обнялись, похлопали друг друга по плечам, по спинам, а разговор о моем деле начали уже в его кабинете.

— К сожалению, ничем не могу тебя обрадовать, этот твой приятель, Поспелов, Николай Иванович, 29 лет, появился в нашем городе в 2013 году, приехал с Украины, родился и жил в Донецкой области. Так вот, он нигде не обнаружился с момента ухода из больницы. Работал он и в нашем городе, а еще раньше в Москве на строительстве, потом начал заниматься бизнесом — разбогател, наверное. Ну, бизнес обычный — где-то купил дешевле, потом продал подороже. Ездил по всей России и не только. У него есть загранпаспорт — бывал в Турции и Египте. По адресу, где он снимает квартиру, его нет. Мы связывались с нашими коллегами из Донецкой области — он там не появлялся уже 7 лет. Никаких проблем с законом у него там отмечено не было, обычный законопослушный гражданин. Вот только настораживает серьезно следующая информация: на позапрошлой неделе, в течение одного дня неизвестным мужчиной (по описанию пострадавших он очень похож на Поспелова) были избиты в разное время и в разных местах пятеро молодых людей. По моей информации они очень похожи на тех лиц, которые напали тогда на Николая Поспелова и соответствуют твоим описаниям. Он их «выловил» поодиночке и отделал так, что они лежат сейчас в твоей больнице с разными травмами: один в отделении челюстно — лицевой хирургии, еще один — в нейрохирургическом отделении, а трое — в травматологическом. Если подробнее, сначала он нашел двоих помоложе и помельче, «поговорил» с ними… В результате он им обоим аккуратно сломал правые руки, а они его вывели на более взрослых и крупных «бойцов». Далее, Поспелов последовательно самому крупному и старшему из них, Нефедову Анатолию, 19 лет, сломал челюсть, другому, Худокормову Евгению, 18 лет, сломал обе руки, а третьему, Гизатуллину Ильдусу, выбил несколько зубов и лежит тот с сотрясением головного мозга…

Помолчав, Костя добавил:

— Да, зря ты, Лешка, не написал тогда заявление, когда…

Я перебил его:

— Это же была конфиденциальная информация! Я просто рассказывал тебе, как другу, что со мной, а точнее, с ним, случилось… К тому же, Николай не стал заявлять о нападении на него этой банды. А мне это надо?…

А сам подумал:

— Так вот, значит, как он с ними расквитался!

Костя осуждающе покачал головой и сказал:

— Леша! Ну почему вы все себя так ведете?

— Кто все? Я — то здесь причем?

— А кто же? И ты причем, и твой Николай очень даже причем… Теперь уже не эти ребята, которые на него напали, являются бандитами, а он — Николай Поспелов! Мститель, твою мать! А я еще, дурак, по твоей просьбе ему помогал! А теперь дело об избиении тех ребят не я буду вести, а наш въедливый капитан Прохоров! А уж он «нароет» чего надо и не надо по этому делу! И про меня, и про тебя, и про друга твоего…

— Да никакой он мне не друг! В том — то и дело!

Я опустил голову, нахмурился, и Костя это заметил.

— Что, еще что-то случилось?

— Слушай, Костя, а по вашим правилам, можно осмотреть его квартиру, может быть это наведет на мысль, что с ним случилось и куда он пропал?

— Не положено по закону. Он никого пока еще не убил, не ограбил и заявления от родственников о его пропаже тоже нет. Нет заявления и от тех, кому он отомстил. Пока. А если он отъехал куда-нибудь по своим делам? Он может появиться в квартире в любой момент. Так что, извини, не могу. Я теперь просто не пойму, на что тебе сдался этот пропавший Николай… Тем более, что он тебе и не друг… Или что-то еще случилось, о чем ты мне пока не рассказывал? Ты мне можешь пояснить сейчас, а не тогда, когда уже будет поздно?

Я покрутил головой, помолчал и, собравшись с мыслями, сказал:

— Два момента есть, которые мне не понравились в общении с ним, с Николаем… Сначала- то, в горячке происшедшего, он мне понравился. А что — нормальный парень! Простой, честный, неглупый, образованный! С ним интересно было разговаривать, я от него не уставал, как от некоторых… Потом — мне не понравилось, как он себя ведет с Наташей и пытается попасть ей на глаза…

— Да ты ревнуешь, друг! — веселым голосом воскликнул Костя, но заметив, что я еще больше нахмурился, стер улыбку с лица и снова стал слушать.

Я продолжил:

— Заметив это, я прекратил с ним общение. Еще: он сбежал из больницы в день поступления, возможно, разыграв меня имитацией тяжелого заболевания. Зачем? Вот это второй момент… Теперь ответь мне на такой, может быть, дурацкий вопрос: Николай может быть шпионом? Или маньяком каким-нибудь? Как он тебе самому показался при общении?

— Ну, ты даешь, Алексей! Из одной крайности в другую! Да нормальный мужик с виду! Да и то, что он нашел этих молодых бандюганов и «отделал» их — только в его пользу, как нормального мужика и говорит. Точно, не маньяк! Это я не как полицейский говорю, а как обычный человек. Дал острастку, молодец! Теперь эти козлы сто раз подумают, прежде, чем напасть на одиноких прохожих… Но вот теперь на него самого будет дело заведено, почти наверняка… А про то, что он может быть шпионом — это что могло тебя подвигнуть к таким подозрениям? И каким шпионом? Украинским?

— Да ничего определенного, в том и дело! Не нравится мне все, что с ним связано. Как — то странно и непонятно…

— Да в нашей жизни еще и не такое странное может быть, что и не в сказке сказать…

Мы оба помолчали.

Он уже с участием сказал:

— Да не волнуйся ты так, если бы была информация нехорошая у нас о твоем знакомом, то уже бы не ты ко мне пришел, а я к тебе… Хотя… Ну да, есть повод попасть в квартиру, которую он снимает, под «соусом» возможной утечки газа или угрозы затопления квартиры снизу. Местный участковый — мой старый знакомый и кое-чем мне обязан, он все организует по линии домоуправления — проверка, проявление бдительности в плане предотвращения взрыва газа, то да се… А мы с тобой будем как сопровождающие лица. Так что все будет вполне законно.

— Спасибо, Костя! Когда поедем?

— Где-то после обеда. Пока созвонюсь, пока сорганизуемся…


Вечером я рассказывал Наташе про мои изыскания. Итог — ничего не удалось найти в квартире Николая Поспелова такого, что могло указывать на его особый статус. В квартире ничего особенного и ничего странного. Обычная однокомнатная квартирка одинокого и небогатого человека, да к тому же «хрущевка».

В общем, бог с ним! Оставим это!


Но время показало, что рано я поставил точку в этом деле. Конечно, было интересно разгадать, как работает устройство по перемещению людей в… не знаю куда, я даже хотел проконсультироваться с одним знакомым инженером- электронщиком, но Наташа была против и я уступил.

Глава 8 Наташа

— Неужели сегодня выходной, и не нужно идти на занятия в институт! Какое счастье!

Я посмотрела в окно: как-то незаметно поздняя весна плавно перешла в лето, еще было не жарко, но уже совсем тепло, стояли погожие солнечные деньки, улучшая настроение. День явно прибавился, за окном на слабом ветру еле слышно шумела молодой зеленой листвой березка. Такая же растет под окнами маминой квартиры, которая совсем недавно была и моей. Ту березку посадил под нашим окном папа, когда мне было двенадцать лет…

Мама уехала на две недели к тете Вере, без нее было бы грустно, если бы у меня не было Алексея.

Все — таки, он необыкновенный! Сильный и одновременно нежный. Добрый, внимательный, умный…. Ой! Я готова все качества идеального мужчины ему приписать. А почему приписать, если все эти качества у него есть? Что, мой Леша не может быть таким идеальным? Или это мне так кажется, потому что я влюблена как…как…никто другая… Или все девушки так думают, когда влюбляются насмерть? Ну и пусть, зато мне от этого очень хорошо! И я счастлива!!! А в конце августа у нас будет свадьба, заявление в ЗАГС мы уже подали!

Но надо съездить к маме на квартиру, я ведь обещала ей поливать цветы и следить за порядком.

Через час я уже была в нашей старой и такой милой сердцу квартире, где мы с мамой (и с папой — до его смерти, как грустно!) прожили много лет. Жаль, что папы уже нет с нами… Мне кажется, он был бы рад за меня, за нас с Лешей…

В дверь позвонили. Потом еще и еще раз…. Кто бы это мог быть? Леша еще не приехал после дежурства, и он всегда звонит по мобильнику перед тем, как приехать… На фоне недавних событий и необычных происшествий стало как-то страшновато…

Я на цыпочках подошла к двери и, затаив дыхание, посмотрела в глазок.

Перед дверью стояла соседка, чего она так трезвонит? Я открыла дверь.

— Наташа, здравствуй! А мама дома?

— Здравствуйте, Нина Павловна! Мамы нет, она уехала к тете Вере в деревню. А я могу вам помочь?

— Да, я, собственно, уезжаю сегодня к родне в Ростов, у моего брата юбилей будет, вся родня соберется…. Так вот я зачем пришла, помнишь, я мебель купила, сборщик мебели работал, которого потом скорая забрала? Потом твой Алексей доделал за него сборку, спасибо ему еще раз передай…

— Ну конечно, я помню, у него еще Леша обнаружил язву желудка, а он почему-то сбежал из больницы..

— Ну вот, хорошо, что помнишь. Так у меня сумка его с инструментами осталась. Надеюсь, он за ней вернется. Я на двери записку оставила, что его сумка в квартире напротив… Наташ, возьми сумку, передай ему, а?

— Да, конечно, оставляйте, я обязательно передам. Если он за ней вернется.

— Ну, вот и замечательно, а то я уже вся извелась. Ну ладно Наташенька, я поехала, спасибо тебе!

— Хорошо вам погулять на юбилее! Счастливого пути!

Я закрыла дверь. Ну вот, опять эта сумка вместе с этим жутким устройством, которое может перемещать людей и чуть было не утащило Лешу неизвестно куда…. Бедный мой, вот натерпелся, поди…

И как странно, преследует эта сумка нас с Лешей, что ли…

Я поставила сумку на пол в коридоре и пошла на кухню ставить чайник, захотелось обдумать все то, что последнее время происходит вокруг этого устройства.

А для ясности в мозгах нет ничего лучше чашечки крепкого кофе.

Леша приехал спустя три чашки.

Сумку с инструментами он увидел сразу, я объяснила ему ситуацию с соседкой и только мы начали собираться уезжать в Лешину (ну, можно сказать, и в нашу с Лешей) квартиру, как в дверь снова позвонили. Я открыла — перед нами, как ни в чем не бывало, стоял и приветливо улыбался тот самый сборщик мебели, Николай Поспелов собственной персоной! Одет был весьма элегантно, не как гастарбайтер. И выглядел этот довольно симпатичный молодой человек не больным, а совершенно бодрым и здоровым. Я даже подумала, что любая из моих институтских подружек, Таня и Марина, озабоченные поиском женихов, вмиг могли бы потерять от него голову. Во всяком случае, затеребили бы меня вопросами: «А кто этот симпатичный молодой человек? Ты его знаешь? Познакомь, пожалуйста, познакомь!». Ну, да бог с ними…

— Проходите, — сказала я.

Леша проводил его в комнату, предложил сесть в кресло и начал его спрашивать:

— Как здоровье? Вижу, что все в порядке. Но, все-таки, почему сбежал из больницы?

Но он перебил Алексея:

— Ты ничего не брал из сумки?

Леша ответил:

— Вот об этом я тоже хотел поговорить и поподробнее.

Я придвинула к ним журнальный столик, поставила на него вазу с фруктами, потом спросила, будут ли они пить кофе. Получив согласие, пошла на кухню и принесла по чашке кофе. В это время Леша говорил Николаю:

— Мне пришлось доделать твою работу и я воспользовался твоими инструментами, Но ты, наверное, хочешь спросить про устройство по перемещению…

— …в другие миры! — подхватил Николай и продолжил:

— Значит, ты кое-что понял… Ну что же, тем лучше. Надеюсь, вы мне оба сможете помочь…

— Ты сказал: в другие миры? Серьезно? А мы — то думали, что в соседний район… — Леша постарался добавить сарказма по максимуму, — Надо же! Но сначала ты должен рассказать о том, кто ты такой и откуда взялось это устройство?

— Я расскажу вам. Хотя, Алексей, нехорошо брать чужие вещи!

— Да ладно тебе, Коля! Я не исключаю даже, что ты шпион! С чего бы мне в таком случае заботиться о правилах приличия? И зачем ты симулировал болезнь? В чем состояла цель того представления?

Николай успокаивающе махнул рукой, улыбнулся и сказал:

— Да успокойтесь вы! Не шпион я, уверяю вас! Возможно, в это трудно будет поверить, но это не розыгрыш, а просто так сложилась ситуация. Если кратко, то я, по- вашему — инопланетянин, то есть, я родом с планеты из другой галактики.

— Ха! — не выдержал Алексей и стал аплодировать Николаю, сопровождая свои действия саркастической ухмылкой.

— Ну, ты горазд на выдумки, батенька! Сочинил бы что-нибудь посвежее, поновее, а то, что ты нам излагаешь в каждой книжке фантастического жанра написано. Или через одну. Думаешь, мы поведемся на такую туфту?

Николай подчеркнуто внимательно посмотрел сначала на Лешу, потом на меня и сказал:

— Конечно, вы не обязаны мне сразу и бесповоротно поверить. Это ваше право и я не настаиваю. Просто прошу спокойно выслушать меня и подумать. А потом — как решите. Так вот, продолжу: ваши возможности пока не позволяют обнаружить нашу цивилизацию, да и наши возможности до недавнего времени тоже многого не позволяли… Мое настоящее имя — Тарг. Наш мир древнее вашего и наши технические возможности несколько выше. Во всяком случае, в наших мирах космос вовсю уже используют. У нас есть космические корабли, которые могут передвигаться в космическом пространстве с субсветовой скоростью. У вас этого пока нет. Это позволило нам заселить дополнительно две планеты в нашей звездной системе, так что люди у нас живут на трех планетах и называется это — Союз Трех Миров. К сожалению, вырваться за пределы нашей системы до недавнего времени у нас не получалось — двигатели космических кораблей постоянно совершенствуются, но пока мы только наладили регулярное транспортное сообщение между планетами в нашей системе. На обжитые планеты перевозим людей и грузы, другие планеты используем для добычи ценных минералов, сырья. А вот это устройство — прорыв нашей науки! Жутко засекречено. Но вам я скажу: это устройство позволяет перемещать людей или грузы до 300 кг в нужные нам точки вселенной, даже за пределами нашей звездной системы (тот, кто создал его, назвал его «Тинкль»). Но дело не в этом. Я прячусь на вашей планете, меня преследовали, но что я так далеко — мои враги еще не знают и не скоро меня найдут…

— Кто?

— Неважно, вам даже лучше не знать, иначе у вас могут быть крупные неприятности. Меня другое волнует: с устройством ничего не случилось, оно в полном порядке? Дайте-ка мне его!

— Бери! Оно мне даром не нужно! Ты нам расскажешь, кстати, как оно работает?

Тарг, в недалеком прошлом Николай, начал проверять устройство и в этот момент запищал какой-то зуммер, лицо Тарга исказилось и он начал отрывисто, резко бросать нам фразы:

— Меня, все-таки, нашли! Сработали сенсоры, выявляющие моих врагов. Я не ожидал, что они найдут меня так быстро. Нам надо переместиться! Вам тоже грозит опасность! Если они ворвутся сюда — вас убьют!

И не успели мы с Лешей опомниться от свалившихся на нас новостей, как Тарг подошел к нам вплотную с «Тинклем» в руках, вокруг нас появилось какое-то голубоватое свечение и…. Вот уже мы втроем стоим на небольшой площади, вымощенной брусчаткой перед внушительным строением с претензией на замок довольно древнего вида. Во всяком случае, зубцы на стенах присутствовали.

— Ну вот, похоже, оторвались, — сказал Тарг с удовлетворением.

— Прошу заходить в мое временное убежище, это — мой замок и хотя его построили не так давно, в нем что-то есть от наших древних замков, а что-то от современных владений или вилл. Как вы поняли, мы — уже на другой планете и даже в другой звездной системе. Для «Тинкля» не существует расстояний самого что ни на есть космического масштаба! О планете Сторн не знают ни на вашей Земле, ни в моем любимом королевстве, а, самое приятное — это то, что о ней мои враги пока ничего не знают. Она разведана по приказу моего отца относительно недавно, этот мир является малонаселенным, что нам на руку, а правителя этого мира заставили отнестись к нам весьма дружественно. Тем более, что ему это приносит немало реальной пользы…Ну, это не важно! Главное, мы здесь в безопасности… Размещайтесь, отдыхайте, управляющий покажет вам ваши комнаты.

Глава 9 Рассказ Тарга

Правильно говорится: «желающего судьба ведет, а нежелающего — тащит».

Мы с Наташей, единственные из землян, оказались на другой, причем — обитаемой планете, причем — без помощи космических кораблей и скафандров. Но сказать, что мы хотели этого — не получится. Мало того, что этот козел, Тарг, даже не удосужился дождаться от нас согласия на перемещение! Хотя, может быть, он прав и нам действительно угрожала реальная опасность? Живя в России, чего только не насмотришься по телевизору и чего только не узнаешь и про преследования, и про убийства… Так что, в первый момент я не только не противился, а даже был рад, что Тарг так радикально избавил Наташу и меня от неведомой опасности. Но кто эти преследователи? Так ли уж они опасны для нас с Наташей? Да и вообще, можно ли верить Таргу — Николаю в принципе?

Да, судьба распорядилась за нас, точнее, Тарг, и вот мы уже невольно стали космическими путешественниками… Если не предполагать, что ради нас двоих устроили такое грандиозное представление с «Тинклем», мгновенными перемещениями и так далее… В другой ситуации можно было бы радоваться и гордиться этим, но ведь мы в бегах… То есть в бегах Тарг, а вместе с ним и мы.

Надо поговорить с ним, чтобы понять, что он будет делать и чего он хочет от нас. В конце концов, почему мы должны верить ему на слово, что за ним погоня, что его и нас хотят убить. С другой стороны, такими вещами не шутят и что, ему надо было дожидаться своих убийц в Наташиной квартире, чтобы мы убедились в правдивости его слов? Да и зачем он нас с собой взял, только ли затем, чтобы нас не убили? Или ему что-то нужно от нас? Это было бы странно…

Нет, скорей всего Тарг — просто благородный человек и хотел нас спасти от возможных неприятностей. Да что я боюсь называть вещи своими именами — просто «кокнуть» нас могли его однопланетники! Кому нужны нежелательные свидетели! И, все-таки, нужно с ним поговорить!

Я позвал Наташу, которая с восторгом и любопытством рассматривала роскошную обстановку апартаментов, которых нам предоставили. Мы вышли в коридор и направились к лифту. Тарг нам объяснил, что живет на самом верхнем этаже. Да, замок был типичным «новоделом», но построили его явно не считаясь с затратами, с размахом и с претензией на роскошь. Нам с Наташей только по телевизору можно было увидеть убранство каких-нибудь современных отелей и президентских номеров. Так было ощущение, что там как-то поскромнее было…

Оказывается, Тарг уже нас ждал. И сразу стал отвечать на наши вопросы. И оказалось, что он…

Сначала я даже не поверил, трудно вот так из маленькой квартиры в подмосковном городке попасть на другую планету (ну, к этому я уже почти привык!), да еще в сопровождении возможного наследника престола! Да, Тарг — один из сыновей умершего относительно недавно короля Лукиана IV-го Севронского, владетеля миров Нерея, Актон и Зерс (так называемый, «Союз Трех Миров»). Тарг рассказал нам о своем прошлом и настоящем…

Он родился в графстве Пармей в мире Актон. Его мать стала графиней Пармейской в возрасте 24 лет. Это был брак по расчету — больше со стороны ее отца, обедневшего барона Тримонского, он настоятельно советовал дочери согласиться на этот брак, что позволило бы их семейству избежать нищеты и позволило бы двоим младшим братьям будущей графини получить достойное образование и неплохие перспективы. Дочь согласилась, тем более, что уже 2 года прошло после гибели ее жениха. Он был профессиональным военным, лейтенантом, погиб при усмирении мятежа на планете Зерс. Граф тоже понес утрату, за 12 лет до этого умерла его любимая жена. Он сильно горевал, но надо было воспитывать двух дочерей… И он их воспитал. А потом они стали взрослыми и вышли замуж, разъехались, а он остался один…Он знал историю несчастной любви дочери своего давнего приятеля, барона Тримонского. После долгих раздумий он предложил ей руку, сердце и титул. Правда, ему было уже 60 лет и разница в возрасте была весьма существенной. Но жили они, к удивлению многих, хорошо. Он привязался к ней, потом полюбил со всей страстью стареющего мужчины, а она — постепенно привыкала к нему, жалела, при этом росло ее уважение к этому немолодому, но умному и благородному человеку.

Детей у них не было. После 10 лет спокойной и размеренной жизни граф скоропостижно скончался. Виной этому была острая сердечная недостаточность. Семейный доктор поставил диагноз: тромбоэмболия легочной артерии. После смерти мужа графиня стала вести еще более уединенный образ жизни. Как и где произошла ее встреча с королем Лукианом — Тарг не знает.

Но спустя положенное время родился он — Тарг и это событие было решено оставить в тайне. О встречах короля и графини, о рождении ребенка — так никто и не узнал, благо, что и усилия для этого были предприняты немалые. Но особо доверенные лица в окружении короля знали. Их было двое: граф Шилак — начальник его личной охраны и герцог Фарагон — близкий друг с давних времен, королевский канцлер. Эти двое обычно сопровождали короля, когда он посещал (иногда с деловыми визитами, чаще — на охоту) самый молодой и малоосвоенный мир Актон. Им и была поручена решить проблему рождения внебрачного сына короля, чтобы не вызвать в будущем проблем с престолонаследием, да и безопасность возможного наследника и его матери могла быть под вопросом… Короче, с согласия короля Лукиана IV-го, при полном несогласии графини Пармейской, ребенка устроили в другую семью. Тарг стал «сыном» одного из местных дворян, баронаа Тильбака (у этой семьи не было детей), они с радостью приняли в «сыновья» внебрачного королевского сына, да и деньги на воспитание сына король, конечно, не жалел. Приемные родители души в нем не чаяли и вряд ли отнеслись бы лучше к родному сыну, будь он у них. Тарг же до самого недавнего времени и не подозревал, что те, кто его вырастил и воспитал, не истинные его родители. Когда ему исполнилось 14 лет, его направили на Нерею в лицей — закрытое учебное заведение для дворянских детей, после окончания которого он поступил в офицерское космодесантное училище. В то самое, которое когда-то окончил бывший жених его матери, графини Пармейской. Возможно, графине это известие показалось зловещим знаком… Хотя, и без этого, графине тяжко далось осознание того, что из — за государственных интересов ее лишили единственного сына, которого она полюбила еще до его рождения… И кто лишил — ее возлюбленный, король Лукиан, отец ее ребенка! Отношения между ними разладились, когда она поняла, что ее мольбы и требования вернуть ей ребенка не будут выполнены. Ей было дано право наблюдать за ним только издали, иногда передавать подарки. И все…. Она страдала все эти годы… И это не прибавило ей здоровья и интереса к жизни. Прожив в печали и меланхолии еще несколько лет, она скончалась…

Вот так Тарг потерял родную мать, в тот момент так и не узнав об этом. После окончания космодесантного училища Тарг служил 3 года в дальнем гарнизоне на планете Зерс, но эти годы были относительно спокойными. Были разрозненные выступления оппозиционных сил, но крупных выступлений не было. После службы на Зерсе Тарг поступил в военную академию, он мечтал о выдающейся военной карьере. Но в день окончания академии пришла весть о смерти короля Лукиана IV-го.

В тот же день его нашел герцог Фарагон и пригласил на борт своей недавно построенной космической яхты. Там, в разговоре наедине, длившемся несколько часов, он и сообщил, что Тарг является еще одним, ранее неизвестным почти никому, звеном в цепочке престолонаследия. Что король умер не своей смертью, его убили. Кто? Пока неизвестные силы. С какой целью? Понятно, что всегда есть силы, которые борются за власть, жаждут ее, не останавливаясь ни перед чем, чтобы ее достичь. Убийство короля явно готовилось долго и тщательно. Была приготовлена засада, когда король приехал на охоту в одном дремучем уголке планеты Актон.

Обычных мер безопасности оказалось недостаточно. Для предотвращения беспорядков в королевстве широким массам населения было сказано не об убийстве, а о «безвременной кончине» короля Лукиана IV-го, — пока не закончится расследование.

Надо сказать, что у короля Лукиана от королевы Сантины было 5 детей: три дочери и два сына. По законам королевства наследниками престола могли быть только лица мужского пола, достигшие совершеннолетия. Младший сын, Троцен, ему было всего 9 лет. Старшему сыну, наследнику престола, Лигонту — 34 года, но король не был уверен в его способности управлять огромным королевством. Лигонт с самых малых лет был ближе к матери, чем к отцу, был мягким, интеллигентным молодым человеком. Военная служба, политика — его не привлекали, хотя положенную подготовку, как наследник династии, будущий правитель, он проходил. Его привлекала живопись, музыка, он пробовал писать стихи. В королевской картинной галерее были выставлены три его картины, — он действительно был самобытным и талантливым художником. Это отмечали многие, в том числе самые маститые искусствоведы.

Фарагон рассказал Таргу о том, что король Лукиан признался ему (это было за 2 месяца до убийства), что часто вспоминает те счастливые дни, когда он встретил и полюбил Зарину, мать Тарга, что она была и осталась любовью всей его жизни. Если бы он не был королем, он бы уже давно развелся и жил бы счастливо в новом браке с Зариной и сам бы воспитывал их сына Тарга. Тем не менее, Лукиан всегда имел полную информацию о Тарге, знал все его увлечения, привычки, был в курсе многих его планов. Целое подразделение с функциями наблюдения и тайной охраны долгие годы работало с Таргом, а он даже и не подозревал об этом.

Лукиан тяжело пережил смерть Зарины, считал виноватым в этой смерти себя, сокрушался, что не принес ей счастья… И тогда-то король приказал Фарагону предпринять меры по легализации факта о наличии еще одного наследника на престол (по законам королевства официально признанный внебрачный сын имеет такие же права наследования). К тому моменту король уже имел откровенную беседу со старшим сыном, Лигонтом. В результате беседы было выяснено:

1-е — сам Лигонт очень не хочет быть королем, но если нет другого выхода, то он….как бы нехотя, чтобы не расстраивать отца, согласен, но если бы был другой вариант…

2-е — сам Лукиан считает, что если наследник не очень хочет стать королем, то он не очень — то и сможет, тем более, что по своему характеру Лигонт никогда не был лидером, зато часто был подвержен чужому влиянию.

— Хорошо! — сказал сыну Лукиан.

— Если не хочешь, то найти другой вариант возможно, но тебе придется официально подписать отказ от престолонаследования, только в этом случае возможны варианты решения проблемы…

В конце той беседы Лигонт и подписал этот отказ, а король поручил Фарагону готовить Тарга к роли первого престолонаследника, а общество — к этим изменениям. Король, очевидно, что-то предчувствуя, советовал Фарагону поторопиться, не затягивать решение этих задач.

Глава 10 Продолжение рассказа Тарга

…Фарагон только начал подготовительные мероприятия по этим вопросам, как вскоре произошло это покушение, закончившееся смертью короля.

По словам Фарагона, неслыханную и никогда ранее невиданную активность проявил после смерти короля начальник королевской канцелярии, младший брат короля, герцог Боркес. Да, эта должность была в королевстве чисто представительской и Боркес не сильно напрягался на этой работе. Да и вообще, не часто посещал данное учреждение. Работа эта гораздо лучше шла, когда он в эту работу не вмешивался. А по факту руководил канцелярией его заместитель — Пареак. Через него проходили все документы огромного государства. Роль его была очень важна в жизни королевства, король доверял ему безгранично. А более 20 лет безупречной работы только укрепляли это доверие.

За месяц до покушения на короля Боркес вдруг устраивает за что-то разнос Пареаку и удаляет его с должности. И начинает менять сложившийся при Пареаке порядок работы с документами: регистрация, обработка документов, засекречивание, рассекречивание, рассылка документов по инстанциям. Разумеется, в результате нововведений и потери четкости в работе — в королевской канцелярии скопилась огромная масса необработанных документов. Боркес обрушился с обвинительной речью на «бестолковых» подчиненных и распорядился, чтобы все документы шли через него. Так никогда не было при Пареаке и даже до него. В результате еще более замедлилась работа королевской канцелярии, что не могло не сказаться на деловой и политической жизни королевства. Но король Лукиан только отмахивался от жалоб и претензий на работу его брата Боркеса, снисходительно замечая:

— Пусть поработает, раз возникло у него такое дикое желание! Вряд ли оно надолго!

Но после смерти Лукиана Боркес сразу забросил руководство канцелярией, заняв все свое время хлопотами организацией торжественных похорон короля Лукиана, утешением вдовы короля и ее детей. Он говорил им, что как брат короля, как родной дядя его детям — он сделает все, чтобы хоть в какой-то мере заменить детям отца, а, самое главное, он лично будет контролировать поиски убийц и охрану королевского семейства. Сама не своя от горя, королева согласилась на эти предложения. Она не хотела быть регентшей при малолетнем сыне, а отказ Лигонта от престолонаследия был обнародован ранее. Она предложила Боркесу стать регентом и тот сразу согласился. Высший Королевский Совет подтвердил его полномочия — триумвирату герцогов, входящих в Совет это очень понравилось! Королеву в качестве регентши они опасались как чего-то совершенно непонятного. Боркес резко взялся за бразды правления. Сразу были заготовлены и подписаны Боркесом указы: об освобождении от должностей и отправки в отставку королевского канцлера Фарагона, королевского прокурора Эмрата, а начальника королевской охраны Шилака решено посадить под домашний арест (до конца расследования).

Вот так самые близкие друзья покойного короля быстро и энергично отстранены от дел.

— Но самое главное, почему я тебя позвал, — сказал Таргу Фарагон, — теперь ты можешь стать мишенью для наемных убийц! Скоро, очень скоро может выясниться, что ты являешься сыном, да еще и законным наследником престола. Я пока не знаю, кто является главным лицом в этих зловещих делах. Я лично, не подозреваю Боркеса, как некоторые мои единомышленники, но Боркес явно делает все, чтобы все мы не имели доступа к власти и управлению государством и не исключено, что это захотят сделать самым надежным способом — убийством. Тебе надо исчезнуть, мой мальчик, из поля зрения явных и скрытых врагов, а мы тем временем попытаемся сделать все возможное, чтобы ты смог вернуться живым и взойти на трон, как хотел твой отец..

Теперь вот что: в королевской секретной лаборатории одним талантливым ученым-изобретателем создано устройство для перемещения… в любую точку вселенной, на любую планету, в любую местность этой планеты. По сути. Это телепортер… Знаю, что изобретатель назвал его «Тинкль» и это название прижилось за время испытаний. Я не ученый и не смогу тебе подробно и толково рассказать принципы работы этого устройства (тем более, что они являются государственной тайной), я знаю только то, что с его помощью ты сможешь избежать гибели, переместившись на одну из вновь разведанных планет. Там ты будешь в безопасности, а здесь тебя будут преследовать обязательно и упорно. Вот оно, это устройство…

…И Фарагон передал Таргу уже описанное ранее устройство, кратко объяснил, как им пользоваться и заметил:

— Твой отец очень сожалел о том, что не мог быть рядом с тобой и твоей родной матерью, это отравляло его жизнь. Он чувствовал на себе вину за это. Но как сильный человек, как великий государь — он принял неожиданное для многих и, надеюсь, правильное для нашего государства решение о передаче власти тебе, его сыну. Ты можешь стать таким же великим и справедливым королем, как и твой родной отец! Это его решение воспринимай и как просьбу о прощении за то, что он не был рядом с тобой, когда ты родился и рос, и как гордость и надежду отца на своего сына, на свою родную кровь! Король Лукиан IV-й оставил тайное письмо-завещание, где он закрепил право на королевский престол тебе, Таргу, как его родному сыну. Это завещание подкреплено соответствующими официальными документами, удостоверяющими, что ты действительно единокровный сын короля, и официально оформленным отказом старшего сына короля, Лигонта, на престолонаследие. Учти, не каждый может быть королем, управлять огромным и мощным государством, хотя многие хотят. Сможешь ли ты? Надеюсь, что с нашей помощью… Королевство ждет опасная и сложная пора после смерти твоего отца, но ты не только его сын, ты еще и военный человек, офицер. Тебе ли бояться опасности, борьбы и вражды? Твой отец надеялся на тебя, я тоже… Это наилучший выход в нынешней ситуации. Лигонт — не лучший выход, да и отрекся он уже. Регентство тоже не сулит королевству ничего хорошего. Борьба за верховную власть в нашем государстве, длительная борьба за власть, как я предполагаю, может привести к катастрофическим последствиям. Поэтому нам так важно как можно раньше вручить власть тебе и исполнить завещание короля.

А теперь — вот тебе еще одно новейшее устройство для связи со мной и с бывшим королевским прокурором Эмратом. Оно работает даже на других разведанных планетах (везде, где нужно в космосе поставлены ретрансляторы, маяки и антенны), а, самое главное, прослушке оно пока не под силу. По другим каналам связи связываться со мной тебе пока нельзя, скорее все мы будем под плотным наблюдением. Встретиться до улучшения ситуации тоже пока невозможно… Зато уже скоро бывший начальник королевской охраны Шилак будет с тобой, он будет твоим наставником, а заодно и начальником твоей охраны. У него — второй «Тинкль». И еще одно: в памяти устройства, «Тинкля», есть несколько планет, которые неизвестны в наших мирах. Они — в других звездных системах… Король Лукиан специально отдал в свое время распоряжение, чтобы в этих, неизвестных нам мирах, подготовить места для возможного в будущем тайного пребывания своих людей. Как знал, что тебе пригодится! Исследование этих планет возглавлял безгранично преданный ему человек; много людей пропало без вести — дело это оказалось очень сложным и опасным… Ну, пора, мой мальчик, мужайся! Тебя готовили как космодесантника, теперь тебе это пригодится, чтобы несмотря ни на что занять свой трон по праву.

Глава 11 Неожиданное и опасное предложение

Тарг помолчал, как бы заново все переживая, затем продолжил:

— И вот мы с Шилаком начали жить на планете Сторн. Фарагон задолго до трагических событий купил замок у правителя планеты Сторн, заключил с ним массу взаимовыгодных договоров. Замок переоборудовали и осовременили, сделали его комфортабельным и удобным для жизни. Шилак со своими ребятами организовал отличную тренировочную базу. Примерно через полгода я впервые посетил вашу планету Земля. Прекрасная планета, только странно, что на одной планете столько народов, столько государств, да еще непрерывно друг с другом соперничающих, а иногда даже воюющих! В вашем Интернете я почитал — ужаснулся! Столько войн, огромные жертвы — по сравнению с нами вы просто безумцы! Или маньяки…

В дальнейшем, с помощью Тинкля, я так и жил на двух планетах попеременно. Несколько дней на Сторне, несколько дней на Земле. А потом в основном на Земле. В отличие от захолустного Сторна, исследовать такую разнообразную, богатую и необычную планету мне было очень интересно! Побывав с помощью «Тинкля» на всех континентах, во всех странах вашей планеты, я остановился на вашей стране, России. И пусть она не самая богатая и не самая комфортная для проживания, но люди… Мне показалось, что люди в России и у нас похожи. По темпераменту, по характеру, по поведению в быту, по нечаянной доброте и так далее…Это трудно объяснить, это чистая психология. Просто я так это чувствовал! Я решил стать простым и незаметным гражданином на вашей планете, в вашей стране. Специально обосновался подальше от столицы, в небольшом подмосковном городке. Документы я себе сделал по принятому у вас образцу. Нас учили в космодесантном училище еще и не такому! С изучением земных языков проблем не существовало: любой язык можно было выучить за пару часов благодаря специальному устройству, которое расшифровывает и переводит любой язык, запоминает все слова и выражения, а во время сна или сеанса гипноза внедряет чужой язык и даже произношение в сознание.

Благодаря информации, получаемой от Фарагона, я был в курсе происходящего в королевстве. Уже около года там был объявлен в розыск опасный преступник Тарг Тильбак, то есть я. За мою голову назначена очень солидная награда. Мое преступление ужасно: я, оказывается, подло и коварно заманивал молодых девушек, дочерей знатных людей столицы королевства на свою съемную квартиру, насиловал их, затем убивал, отрезая им головы, а потом закапывал их в ближайшем сквере, видимо, ночью. Тела выкопаны, «свидетели» найдены (они «видели, как я регулярно выносил из квартиры объемистые свертки». Нашли также орудие убийства (а я никак не мог понять, куда пропал кинжал, подаренный мне на совершеннолетие отцом — Кроном Тильбаком!), кровь одной из жертв на нем и мои отпечатки пальцев. Всего погибших девушек было шесть, но убили их за очень короткое время, за месяц.

В средствах массовой информации меня нарекли «свихнувшимся профессиональным убийцей» — видимо, за мою военно-профессиональную подготовку. Поиски продолжаются и по сей день… Узнал я также и о том, что Боркес стал регентом королевства — до совершеннолетия малолетнего наследника престола — принца Троцена.

Тарг помолчал и добавил, обращаясь в основном ко мне:

— Я до сих пор не знаю, хочу ли я стать королем, выполнить волю моего погибшего отца, отца по крови. Я не знаю, достоин ли я быть королем, нести эту непомерную ношу. Я только знаю, что те, кто замыслил и осуществил убийство короля, моего отца, кто приказал «сделать» улики, указывающие, что убийцей шести девушек являюсь я, не остановятся ни перед чем. Это мои заклятые враги. Или они победят, или я и мои сторонники, старые друзья короля Лукиана. У меня пока мало людей, на кого бы я мог опереться… А что ты, Алексей, думаешь на этот счет?

— Я целиком на твоей стороне, Тарг. Я сочувствую тебе, ненавижу подлость и коварство твоих врагов, считаю, что ты достоин быть королем, но… Мы — люди из другого мира, оказались вместе с тобой чисто случайно и рисковать жизнями даже ради твоего правого дела — это для нас было бы тяжелым решением. Пойми меня правильно, Тарг, я не готовился в герои! Тем более, Наташа… Я — врач, Наташа — будущий учитель, мы — люди мирных профессий, с внешне благополучной планеты, из страны, где долго не было войн, а с терроризмом у нас борются спецслужбы.

Но Тарг прервал мои словоизлияния сначала жестом, а потом словами:

— Неужели ты не понял, что теперь вас не оставят в покое, узнав, что вы связаны со мной? Вас найдут на Земле, если вы туда вернетесь. У моих врагов теперь тоже есть «Тинкль» и теперь у них есть реальная возможность найти и «замочить» (как у вас на Земле выражаются) меня, а попутно и всех, кто со мной контактировал. И что с вами сделают, я догадываюсь. А ты нет?

— Ну ладно, ты прав… И что же ты предлагаешь?

Тарг встал, походил по комнате, заложив руки за спину, потом остановился напротив меня и начал говорить, уже глядя мне в глаза:

— А вот теперь начнется вторая и основная часть разговора. Видишь ли, Алексей, у меня на вас обоих есть определенные планы и виды. Вы с Наташей все равно, как говорится у вас на Земле, «попали»! Или вы вечно будете вместе со мной бегать от преследования, которое рано или поздно закончится для нас плохо — преследуют нас явно представители спецслужб. Они не виноваты — они выполняют приказ! Или вы вместе со мной и моими сторонниками попытаетесь изменить ситуацию, то есть победить моих врагов, возвести меня на престол и получить причитающиеся вам почести и награды! И тогда вы сможете вернуться на Землю! Но прежде я должен рассказать про Пророчество.

Мне рассказал про него опять же Фарагон. В королевской канцелярии, оказывается, давно хранился тщательно оберегаемый и очень хитро упрятанный документ. Ему около 200 лет. В этом документе записано Пророчество. У вас на Земле тоже ведь были и есть всякие прорицатели и предсказатели. Я даже слышал о таком — Нострадамус! Правильно? Вот и у нас такие были. И вот один из них излагает в этом документе (200 лет назад) прогноз развития государства на много лет вперед. В него можно было верить и не верить, но в течение многих лет прогнозы в целом оправдывались. И заселение людьми двух планет, и чудовищное наводнение 120 лет назад и… А вот эти данные давно были засекречены: убийство короля (в наше время) и прибытие в наш мир «Спасителя короны», то есть тебя.

— Я — «Спаситель короны»? — я вложил столько скепсиса в свои слова, сколько смог.

— Да, ты! — с нажимом сказал Тарг.

— Причем, в пророчестве сказано, что ты появишься в нашем мире не один, а с «прекрасной женщиной, наделенной необычайными способностями».

— Наташа?

— А у тебя еще кто-то есть? — с ехидством спросил Тарг.

— Мне сейчас не до иронии, столько всего свалилось, что трудно разобраться… И все, что происходит, кажется нереальным и каким-то несерьезным. Как во сне… Хотя и понимаю умом, что происходящее напрямую касается тебя, меня, Наташи…

— Ну, в отличие от тебя, я живу в своем и абсолютно реальном мире и потому хочу сделать тебе реальное предложение. Я хочу, чтобы ты отправился в столицу королевства, Самбрию, встретился там с нашими сторонниками, помог им организоваться в энергичную боевую группу. В столице создается что-то типа подпольной партии «За законного наследника престола», то есть меня. В этом деле главные лица: бывший королевский канцлер герцог Фарагон и бывший королевский прокурор Эмрат. Ну и есть несколько моих самых верных друзей по училищу и академии. Как их найти — сообщу дополнительно. Наш друг, сыщик Пироп, отстраненный от ведения следствия по раскрытию убийства короля, по нашей просьбе взялся за неофициальное расследование моего «дела» об убийстве девушек…

Его координаты я тебе тоже дам. Ты отправишься в столицу королевства Самбрию после специальной подготовки, которой будешь заниматься под руководством Шилака. Помогать ему готовить тебя будут и другие вполне профессиональные инструкторы. Кстати, в космодесантном училище я был одним из лучших курсантов по рукопашному бою, по стрельбе из разных видов оружия и особенно, по фехтованию. В общем, я тоже все, что я знаю и умею, постараюсь передать тебе. А инструкторы помогут обрести новые умения, закрепить и усовершенствовать их.

Мы с тобой близки по возрасту, надеюсь, сумеем заново подружиться, а самое главное, поверь, твоя роль в грядущих событиях может быть очень значительной. Пока совершенно не представляю себе роль Наташи в грядущих событиях, но будем готовить и ее по специальной программе. Кто знает, в пророчествах ничего просто так не сообщается, хотя они всегда весьма туманны…

Конечно, я и сам бы хотел активно участвовать в этих делах, но меня тут же схватят, едва появлюсь в столице. Я даже не успею, да никто и не позволит доказать свою невиновность.

Многие мои знакомые и друзья наверняка находятся под наблюдением, да и под впечатлением обвинения меня в убийствах. Вряд ли это способно подвигнуть их на оказание мне реальной помощи…

Да, враги постарались на славу! И ведь как умно и точно они все это проделали! Гады! Они за все ответят! — лицо Тарга исказилось гримасой, а в глазах застыла сдерживаемая ненависть.

— Да, — подумал я, — этот молодой человек может стать королем! Если, конечно, его не укокошат, а заодно с ним и нас…

И мы согласились, сами не понимаю как. Бывает так: сначала согласишься, а потом думаешь, почему я так сделал?


Потом, уже после спецподготовки я понял, что Тарг применил к нам психогенное воздействие. Потом и меня этому обучили, но тогда… Сволочь! Знал бы — в тот момент убил бы его!

Глава 12 Подготовка к неведомому

И началась подготовка. Каждый день я вставал в 04.30. Бег вокруг замка, затем водные процедуры, завтрак, потом занятия силовой подготовкой в тренажерном зале, потом занятия с Таргом и другими инструкторами рукопашным боем, потом фехтование и стрельба, потом обед, потом обучение вождению всех видов транспорта, которые есть в этой галактике, включая крупные космические корабли (в замке оказались и такие тренажеры), потом…Кроме Тарга с нами занимались еще 15 специалистов во главе с Шилаком, бывшим начальником личной охраны короля. Кстати, нам с Наташей, как Таргу на Земле, сделали возможность говорить на их нереанском языке и понимать его так, как будто мы всю жизнь его знали.

Не хочу утомлять читателя всем тем, чему мне пришлось учиться. Хорошо еще, что у меня была некоторая спортивная подготовка. А так бы переносить нагрузки было бы еще тяжелее. Но, несмотря на некоторую мою спортивность, подготовка по программе космодесантников давалась мне очень тяжело. Я замечал на себе презрительные взгляды людей из свиты Тарга, они иногда демонстративно тренировались и спарринговали у меня на виду, как бы говоря, «вот видишь, как истинные космодесантники все это выполняют!».

Наташа тоже проходила специальную подготовку. Только упор в ее подготовке был сделан на техническую сторону: средства связи, транспорт, способы «внедрения», различные шпионские приспособления. Кино смотрели про Джеймса Бонда? Так вот, в этих фильмах и десятой части той техники не было… При этом она тоже осваивала приемы рукопашного боя (самые простые и эффективные), тренировалась в стрельбе (не так много, как я) и осваивала курсы выживания в экстремальных условиях.

Тарг и ее подготовку курировал, что давало ему возможность чаще с ней бывать, иногда даже наедине. Моя ревность росла как на дрожжах! После утомительных занятий, в конце дня, в нашей комнате я задавал вопросы Наташе о Тарге. Не пристает ли он к ней, не домогается ли? Наташа успокаивала меня, как могла. Говорила, что Тарг ведет себя как благородный человек и не заслуживает таких подозрений. Но мне уже и Наташиных слов было мало. Что, я не знаю мужскую природу? Я уже несколько раз пытался поговорить по-мужски с Таргом, но дело в том, что в последнее время занятия со мной он передоверил своим коллегам, а сам только иногда издали смотрел, как я занимаюсь. С Наташей же он занимался постоянно наряду с другими инструкторами. Попытки встретиться с ним пресекались уже моими инструкторами. Они говорили:

— Его Высочество занят, он сам с тобой будет разговаривать, когда сочтет это необходимым. Твое дело — заниматься!

И я был вынужден заниматься с еще большим рвением и злостью на Тарга и на себя, что позволил попасть в такую ситуацию, что теперь мы зависим от воли чужого человека, который, кстати, может сделать с нами все, что угодно и никто об этом не узнает! Себя я мог успокоить только одним: если дело дойдет до крайности и Тарг осмелится на что-нибудь серьезное с Наташей, то я плюну на все и или убью его или изуродую! Хотя никого никогда не убивал и не уродовал… Но злой был чрезвычайно!

Иногда, в свободные вечерние часы (хотя их было очень мало!) мы сидели на широком и вместительном балконе наших апартаментов и любовались на природу, слушали тишину, разговаривали обо всем и ни о чем. Я гладил Наташины волосы, а она опиралась на меня спиной и, закрыв глаза, слушала меня или что-то говорила в ответ.

Через 2 месяца от начала подготовки я с удивлением отметил, что легче переношу физические нагрузки. Моя освоенная техника фехтования и рукопашного боя удостоилась похвалы наставников, а в фехтовальных поединках мне все чаще удавалось побеждать всех своих противников. Наверное, злость и ревность мне помогала и подхлестывала. Тарг был удивлен моими успехами, особенно в фехтовании, и снова начал со мной заниматься. И начались уже наши с ним поединки. Конечно, мы были в защитном тренировочном снаряжении, в масках, и рапиры были с утолщенным тупым наконечником, но каждый тренировочный бой становился все ожесточеннее. Особенно, после того, как я ему изложил свои подозрения на его счет по отношению к Наташе. Он в ответ рассмеялся и сказал, что это «только мои подозрения и что я влюбленный и ревнивый дурак». А сам продолжал заниматься с ней, да еще иногда, находясь с ней наедине в учебной комнате! Я бесился, но сделать ничего не мог, а Наташа меня успокаивала, говоря, что Тарг только общается с ней по теме занятий и «иногда они разговаривают с ним о жизни». Нет, мы не поссорились, но впервые в наших отношениях появилось какое-то отчуждение. И винил я в этом только Тарга.

После этого наши учебные бои стали еще более боевыми. Сначала подавляющий перевес был на стороне Тарга — он действительно был великолепным фехтовальщиком! Но чем больше мы проводили поединков, тем чаще уже мне удавалось добиваться побед. Тарга это злило чрезвычайно! Меня это радовало втройне… На наши поединки, по — другому и не скажешь, собирались все обитатели замка (кроме Наташи. — она говорила, что «не может видеть этих петушиных боев»!). После одного из них, когда я чуть не попал тупым концом рапиры в шею Таргу, Шилак вмешался и сказал:

— Так, молодежь! Я уважаю ваше желание подраться, пусть даже на дуэли, но не тогда, когда тебе, Тарг, надо думать о мести за убийство короля-отца и о том, как избавиться от ложного обвинения! Алекс, теперь я лично буду заниматься твоей подготовкой!

И тренировки продолжились. А Тарг, возможно, после вмешательства Шилака, старался не давать мне особых поводов для ревности.

Вскоре все привыкли, что я побеждаю всех партнеров в поединках на рапирах, да и в рукопашных поединках у меня были весомые успехи — только Шилак был меня сильнее, да и то не всякий раз. Отношение ко мне космодесантников тоже изменилось на уважительное.

Тарг был удивлен больше всех:

— Алекс! Я — один из сильнейших фехтовальщиков королевства, участвовал в 14 дуэлях. Как удалось тебе так быстро достичь моего уровня?

— Не знаю… Сам не понимаю… А успехи в стрельбе, борьбе, плавании тебе не кажутся необычными? А то, что под водой я могу находиться более 5 минут? А появление вдруг такой мускулатуры за довольно короткий срок? В нашем мире так не бывает! А в вашем?

— Да, ты феномен!

— Да не феномен я, здесь другое: что-то со мной происходит, хотя, не скрою, приятное! Это, скорее всего, ваша планета Сторн на меня повлияла….

— Ну что же, пожалуй ты прав! Это все необычно и требует детального научного изучения. Я, пожалуй, попрошу Фарагона, если это возможно, прислать сюда небольшую научную группу… А пока — нам надо работать…


Однажды ночью в нашей комнате Наташа разбудила меня, мертвецки уснувшего после очередного дня изнурительных тренировок.

— Леша! Проснись!

— Что случилось?

— Не знаю, но со мной тоже что-то происходит. Кажется, я запоминаю все, что мне говорят, все, что я вижу, слышу, прочитываю. Причем, с одного раза. Раньше у меня такого не было. На этой захудалой планете нет интернета (хотя завезенные с Нереи компьютеры имеются), но есть шикарная замковая библиотека, где хранятся и старинные фолианты и обычные книги в бумажном и электронном вариантах. В моей программе подготовки было много библиотечных дней, я должна была получить большой объем информации о всех сторонах жизни Нереанского королевства. Так вот, раньше я могла запомнить какую-то часть, четвертую часть, ну третью, а теперь я запоминаю целиком все! Что самое странное — могу воспроизвести дословно. Меня это даже слегка пугает! Да еще и прочитываю все раз в десять быстрее!

— Тебя это так сильно тревожит? Вроде, эти происходящие с нами изменения не наносят вреда нашему здоровью? И не похоже, чтобы с нами это делали намеренно. Для Тарга это тоже явилось неожиданным. Я видел. Он не притворялся…

Тут у меня мелькнула одна мысль и я сразу задал вопрос Наташе:

— Слушай, а в этих книгах из библиотеки есть информация о том, используется в их мире дельтаплан или нет? Покопайся в памяти!

Наташа ненадолго задумалась:

— Нет, о дельтапланах ничего нет…

Я, приободренный этой информацией, затих, а потом, опомнившись, сказал:

— Прости, родная, что так получилось, что ты оказалась втянута в эту авантюру… Но мне верится, что все завершится для нас хорошо. При таком-то уровне подготовки… Мы сможем вернуться на Землю, ты увидишь свою маму. И мы будем жить спокойно, долго и счастливо… Я верю в это и сделаю для этого все возможное и невозможное!

Успокоенная, Наташа прикрыла глаза и вскоре уснула, убаюканная в моих объятиях. А я еще долго не мог сомкнуть глаз…


Прошло еще два месяца. Наши успехи в подготовке уже никого не удивляли. А я еще успел за это время потихоньку сконструировать дельтаплан. Материалы для него я добыл с помощью Шилака. Просто попросил его добыть для меня столько-то прочной и легкой ткани типа лавсана, столько-то метров трубок из металла, напоминающего «наш» дюралюминий, столько — то метров крепкого и тонкого троса. К этому еще мне понадобилось… Не буду утомлять читателя ненужными подробностями, но Шилак смог добыть все требуемое… И даже не стал выяснять для чего.

В свободное время от основных занятий я собрал дельтаплан, но ни летать на нем, ни даже испытывать его не стал. Что — то мне подсказывало, что лишний козырь в рукаве мне понадобится…


И однажды на разборе наших действий после очередного дня подготовки Тарг сообщил, что Фарагон и другие руководители заговора считают, что к непосредственным действиям на Нерее кроме меня должна быть привлечена и Наташа. Я воспротивился, но меня жестко осадил Шилак. А Тарг с извиняющимися интонациями в голосе поведал, что он тоже был против прямого участия Наташи, но его переубедили…

Вскоре нам объявили, что подготовка завершена, осталось пройти испытание или, если хотите, экзамен.

Глава 13 Экзамен

И вот наступил он, день экзамена. Накануне я услышал, что в наш замок прибыл важный господин. Спросил Тарга. Тот объяснил, что это еще один участник заговора — граф Рош, главнокомандующий военно-космическими силами. По его словам, в заговор его недавно вовлек Фарагон, но Рош давненько не любил Боркеса, а в последнее время стал не любить еще больше.

Нам объявили условия задания: нам дадут усыпляюший газ, затем забросят на неизвестное расстояние от замка в неизвестную нам местность и мы должны будем в кратчайшие сроки (сутки) пробраться в замок, охраняемый космодесантниками, причем в апартаменты Тарга, скрытно и незаметно (если получится) или как придется. Но космодесантникам будет дана команда стрелять на поражение, если они нас обнаружат до появления в комнатах Тарга… Все будет приближено к боевым условиям. Ребятам будет сказано, что нас разоблачили как шпионов Боркеса и потому они будут злы на нас всерьез… Я только попросил Тарга и Шилака, чтобы к нашему снаряжению добавили вместительный мешок (в нем находился подготовленный для быстрой сборки мой дельтаплан). Я так ничего и не рассказал им о нем. Шилак махнул рукой и сказал;

— Пусть берут! Но только один мешок, а то дай им волю, они еще четыре мешка возьмут!

Все посмеялись и разошлись. А мы пошли готовиться.


Мы очнулись на дне какого-то оврага. Трещала голова, как с перепоя. Наташу рвало в другом конце оврага. Вскоре она подошла ко мне собранная и злая.

— Ну что, Алеша, покажем им, как воюют земляне?

— Погоди, Наташа. Надо подумать, как это все провернуть получше… Да и продумать. Как сохранить жизнь и здоровье, тоже не мешает…

— А ты думаешь, это они всерьез про применение оружия против нас? Я думала, что они шутят…

— Наверняка применят. Им нужно точно знать, на что мы способны. А это можно выявить только в условиях, максимально приближенных к тем, которые нас ждут в будущих событиях на Нерее. В борьбе за власть даже с родственниками никогда не церемонятся. Так что все будет всерьез.

— Так как тогда будем действовать?

— Надо крепко обдумать, но явно нужны оригинальные ходы и нестандартные действия. Давай поставим себя на их место: они явно будут думать, что подойдем к замку мы днем, а попытку проникнуть в замок будем делать под покровом ночи. Так?

— Ну, допустим. И что же оригинального можно сделать против обученных космодесантников?

— Ты говорила мне, что в этом мире не было дельтапланов, так?

Наташа задумалась:

— Так вот зачем ты взял этот мешок! Алеша, но ты его даже не испытывал! Когда ты вообще последний раз летал на дельтаплане?

— Давно! Но это неважно. Я не только увлекался дельтапланами раньше, в той жизни, но и помогал строить и конструировать эти аппараты. Помнишь фильм «Место встречи изменить нельзя»? По аналогии с сюжетом фильма я понял, что если сроки нашего испытания мы не знаем, то место, где будет оно проводиться — это замок! Я предполагал, что они устроят нам что-то типа испытания в боевых условиях и оказался прав. Я заранее облазил весь замок и мне очень понравилась его крыша — большей частью она плоская и довольно широкая, особенно над жилыми помещениями. Вполне подойдет для посадочной полосы!

Наташа покачала головой:

— Нашел аэродром! Любишь ты, Леша, преувеличивать! А башни по краям, а эти декоративные зубцы? Разобьемся при посадке и что тогда?

Она подошла ко мне и прижалась головой к моей груди.

— Может быть, не надо так рисковать? Попытаемся проникнуть на территорию замка загримированными или под покровом ночи, постреляем. Как-нибудь прорвемся! Может быть… Да и боюсь я на дельтаплане…

— Не бойся, Наташа! Полечу на крышу замка я один. Мне и легче одному маневрировать будет. План такой: они будут ждать нападения снаружи замка, а его не будет, сколько бы они не выглядывали за стены замка. Нападение будет изнутри, они к нему будут менее готовы. Главное, незамеченным прилететь на территорию замка. У меня расчет на то, что дельтаплан летает бесшумно, они такого летательного аппарата не знают, значит, не допускают возможности, что я могу к ним «прилететь»… Нужен момент отвлечения часовых. Что можешь предложить?

— Раз нужно отвлечь часовых, я это сделаю, а ты проберешься в апартаменты Тарга. Я все равно бы побоялась лететь на дельтаплане, а ты — тебе и карты в руки. Только будь очень осторожен.

— Ладно, с этим решили. А как ты отвлечешь внимание?

— Алеша, ты придумал хороший план, не знаю, что можно было бы придумать еще в такие сроки, в таких условиях… Нам должно повезти, мы можем сделать все как надо. Я что-нибудь придумаю, покопаюсь в своей ныне обширной памяти и найду что-нибудь нестандартное! Не беспокойся, мой хороший, собирай свой дельтаплан, а я пока буду придумывать…

Через полтора часа я уже собрал дельтаплан.

— Наташа, я готов! — сказал я.

Она сидела задумчивая и сосредоточенная.

— Ты придумала, как ты будешь действовать? Только я тебя умоляю, не лезь под пули, не ходи в замок вообще! Отвлеки охрану и уходи. Ты же не боевик, в конце концов.

Она лукаво улыбнулась:

— Спасибо, дорогой, что ты так обо мне заботишься. Я так рада, что ты не пускаешь меня в опасное место, где меня могут убить. Я — трусиха, конечно… Но сейчас я думаю, что ты, чтобы не подвергать меня опасности, сам полезешь в самое пекло и будешь подвергать себя опасности вдвойне, а я хочу жить с тобой долго и счастливо, вместе с тобой вырастить наших будущих двоих или троих детей…

— Лучше троих!

— Вот видишь! Так что не указывай мне, пожалуйста, где мне следует быть в случае опасности. Я буду действовать по ситуации. Я придумала, как отвлечь охрану замка. Но тебе пока не скажу.

— Ладно, как скажешь. А пока я слетаю на разведку и заодно узнаю, далеко ли от замка мы находимся.

Я долго тащил дельтаплан из оврага на поверхность, потом пришлось тащить его еще метров пятьсот на возвышенность, почти гору. Упарился основательно. Еще подумал, что «еще ничего не началось, а я уже устал как собака».

На вершине горы я заново проверил все оснащение аппарата, потом разбежался, держась за трапецию, и… аппарат поднялся в динамическом восходящем потоке. Как всегда, захлестнуло ощущение восторга, смешанное со страхом. Затем страх прошел, а ощущение радости от полета осталось. Я летел, «аппарат» получился не самый плохой из всех, что я делал. Только первые 10–15 минут я летел неуверенно, вспоминая полузабытые навыки, затем все наладилось. Я сделал круг над тем местом, где осталась Наташа, запомнил его. Затем сориентировался — нас выбросили вдалеке от населенных пунктов. Это и не странно, так как на Сторне население концентрируется вокруг небольших городов, да и их немного, а вблизи замка, я смотрел как — то на карте, была одна небольшая деревушка. Я воспользовался восходящими потоками воздуха и, поднявшись повыше, стал описывать концентрические окружности и вскоре увидел вдалеке… замок!

Совершенно замерзший, я вернулся к Наташе.

— Пешком быстро не дойти. Придется, хотя ты и боишься, лететь вместе до замка на дельтаплане. Благо, наш суммарный вес позволяет. Да я и рассчитывал этот дельтаплан как тандем. Надо оставить все лишнее из снаряжения, с собой — только легкое оружие. Большой вес дельтаплан не потянет. Средствами связи пользоваться нельзя — нас могут прослушивать.

Глава 14 Успех и крах операции

Мы подлетели поближе к замку и я высадил Наташу на более или менее ровной площадке, невидимой со стен замка. Очень боялся разбиться при посадке, травмировать Наташу… Да и за сохранность дельтаплана опасался. Он нам еще должен был пригодиться… Обошлось!

В условленное время я взлетел на дельтаплане, поднялся повыше и полетел к замку по направлению от местного светила. Как и ожидалось, охрана не очень себя утруждала в разгар дня. По крайней мере, вверх никто не смотрел. А потом все присутствующие на площади перед замком кинулись к главным замковым воротам, включая охрану. Я воспользовался этим, сразу перелетев на плоскую часть крыши замка.

— Хорошо, что этот замок не старинный, а «новодел»! — помню, подумал я… «Приземлился» на крышу с трудом, но скорость погасить удалось, да и дельтаплан зацепился за что-то, типа телевизионной антенны — как ни плохо сел, но я сел. Дельтаплан покорежило, погнуло, но при минимальном ремонте он еще должен послужить. Оглядевшись, я не заметил признаков активности охраны или преследования. Видимо, все были заняты происшествием у замковых ворот. Интересно, что же такое придумала Наташа, чтобы их отвлечь? Честно говоря, план мой довольно примитивный и авантюрный. Но что еще я мог придумать? Ну ладно, мне еще ровным счетом ничего не удалось. Хотя, попасть на территорию замка тоже чего-то стоит!

Так, у них здесь что — то типа чердака есть? А, вот вижу дверцу! Заперто изнутри? Естественно! Но теперь-то я, обученный, почти спецназовец, по-здешнему — космодесантник, и мне ничего не стоит быстро и бесшумно открыть любой замок. Чердак или скорее технический этаж — неважно, но помещение было довольно чистым и просторным. У стен стояли какие-то агрегаты. Возможно, один из них электрогенератор, а, может быть, и нет. Так, скорее всего, на выходе с чердака и у комнат Тарга обязательно будет охрана. Да и сенсоров наверняка всяких понаставили, не считая видеокамер! Что я собирался делать? Кинуть свето — шумовую гранату и пробиваться к Таргу? Глупо, вообще-то. И самое главное, нерационально! Подстрелят обязательно… Нужен нестандарт… И почему у меня в снаряжении нет свето-шумовых гранат или с нервно — паралитическим газом? Наверное, специально не положили… Чтобы я получше мозгами шевелил… А с этим проблемы, большие проблемы! Ладно, надо на что-то решаться! Раз меня еще не обнаружили, значит, откуда угодно, но сверху меня не ожидали. Исходя из этого можно что-то придумать… Так, надо сориентироваться, где подо мной наша комната, а где комнаты Тарга. Я снова вылез на крышу и сверху стал высматривать знакомый пейзаж, который я мог видеть из нашей с Наташей комнаты. Увидел! Дальше было уже проще: я снова залез в чердачное помещение и, представляя, как я ходил по коридорам замка к Таргу, прошел весь путь по чердаку.

Вот здесь, только ниже, начинаются его комнаты. Я вытащил из кармана комбинезона маленький плазменный резак — отличная вещица! Все, что угодно может разрезать в считанные секунды! Примерился и, выставив резак на полную мощность, быстро очертил вокруг своих ног окружность. Что-то подо мной затрещало, зашелестело, но я уже летел почти с 5-метровой высоты вниз! В момент приземления, как учили, перекувырнулся спиной вперед и быстро встал на ноги. И слегка оторопел: меня, оказывается, ожидала представительная делегация: четверо совершенно незнакомых парней в незнакомой форме с лучевыми пистолетами в руках — прямо напротив меня и еще двое проявились за моей спиной, как только я обернулся. В этот момент на мою голову обрушился удар и я потерял сознание…

Очнулся я уже в наручниках, на холодном каменном полу, кое-где застеленном соломой. Раскалывалась от боли голова, тошнило, были позывы на рвоту, а при попытке посмотреть все предметы двоились или были нечеткими.

— Сотрясение головного мозга — в лучшем случае или ушиб головного мозга, что гораздо хуже… — подумал я. Ощупал двумя руками затылок — там была кровоточащая ссадина.

— Ты стонал, — произнес Наташин голос. Я вгляделся в полутьму — да, это была Наташа. Тоже в наручниках и тоже на каменном полу, меня от нее отделяла стальная решетка от потолка до пола. Я скрипнул зубами. Похоже, мы были в подвале замка. А я и не знал, что здесь есть что — то наподобие тюремных камер!

— «Происходит что-то непонятное, а, значит, неприятное и опасное для нас. Плохо! Но хорошо, что не пристрелили сразу. Не похоже, что это просто продолжение экзамена. Хотя, если это продолжение экзамена, это хорошо, но жестоко по отношению к нам и особенно к Наташе. Ну, а если, все-таки, Тарга с его единомышленниками выследили и „накрыли“, а он не был готов к такой оперативности? Глупец, что я натворил, ладно бы сам пострадал от своей глупости, за что же ты свою девушку обрек на то, что предназначалось только тебе по праву глупца!» — с горечью подумал я.

В мозгу болезненно метались мысли:

— Да что же, все-таки, случилось! Я проник в апартаменты Тарга, все как надо! А почему там не было его и его людей? Где они? И кто нас схватил? Ладно, надо ждать, выяснится по моим ощущениям довольно скоро.

— Наташа! Прости меня!

— За что, Леша?

— За все, Наташенька! Не знаю, что нам предстоит, но во всем этом виноват я…Мне даже твоего прощения не надо, потому что сам я себя не прощу!

Глава 15 Допрос

Заскрежетал ключ в замочной скважине, потом заскрипела железная дверь и в нашу камеру вошли двое незнакомых мужчин. Один был постарше, лет 45, второй помоложе. Оба были одеты в незнакомые нам мундиры. Старший обратился к нам с вежливой речью:

— Господа, извините за причиненные вам неудобства. Я сожалею… Но после ареста важного государственного преступника Тарга Тильбака и его приспешников мы уже кое в чем разобрались и поняли, что как иностранцы, случайно угодившие в данную запутанную ситуацию, вы не могли действовать заодно с заговорщиками, ведь так? Или?

С трудом преодолевая головную боль и тошноту, я ответил:

— Не понимаю, о чем вы, господин…

— Полковник Гарнет, с Вашего позволения!

— Именно, господин полковник!

— И вы можете доказать свою невиновность?

— Извините, но почему вдруг мы кому-либо, даже вам, должны что-либо доказывать?

Мне чуть полегчало, я как-то вдруг успокоился, несмотря на ситуацию, внутренне мобилизовался и сконцентрировался.

— Хорошо! — сказал полковник, — давайте продолжим разговор в более подходящем месте, чем это…

И они удалились. Тотчас же с нас были сняты наручники вошедшими совершенно незнакомыми нам охранниками (а в замке мы знали всех!) и мы были препровождены в большой зал замка, где раньше мы с Таргом и Шилаком вели беседы и обсуждения после тренировок. Полковник Гарнет уже сидел за большим письменным столом, рядом с ним и сбоку расположился его подчиненный — капитан Вильдор, как он нам представился. По периметру зала, у каждого окна и у дверей стояли вооруженные люди, выглядевшие как спецназовцы..

— Итак, — продолжил полковник Гарнет, — так как мы находимся на территории замка, который является собственностью подданных нашего королевства и его суверенной территорией, а я представляю здесь королевскую власть, вы должны отвечать на мои вопросы. Вы — подданные иностранного государства. Вы с планеты Сторн? Местные жители? С другой планеты? Когда вас завербовали государственные преступники? Какие задачи вам были поставлены?

— Прошу прощения, полковник, но какую службу государства вы представляете?

— Я — командир спецподразделения внутренних войск по борьбе с терроризмом Нереанского королевства или Союза Трех Миров. Если надо, то мы действуем не только в пределах королевства, но и вне его, даже на таких почти неисследованных планетах, как эта. Итак?

— Да, мы с моей женой подданные другого государства. И оно на другой планете, в другой галактике. Как снова туда вернуться, мы не знаем. Как мы оттуда попали сюда — мы тоже не знаем. Нас доставили сюда, видимо, предварительно усыпив. Кто? Вы, определенно, знаете… А зачем — спросите у них, мы их точно об этом не просили. Все происходило без нашего разрешения и согласия.

— То есть, вы хотите сказать, что вы были на положении пленников у этих господ?

— Ну почему, бежать нам было некуда и они прекрасно это понимали. Мы просто здесь жили. Спасибо, что они нас не выгнали из замка. Идти нам было бы некуда.

— Значит, к вам относились вполне по — дружески? И вы были в курсе их антигосударственных планов?

— Да нет, дружескими наши отношения не были, отношение к нам было скорее как к забавным… зверушкам. Им, возможно, было интересно наблюдать за нами, вырванными из привычной среды, растерянным, беспомощным…

— И поэтому они позволили вам изучить наш язык?

— Наверное. Но своих планов они при нас не обсуждали. Да и жили мы в другом конце замка в маленькой комнатушке. Просто нас кормили и не ограничивали нашей свободы. Свои планы они, наверное, обсуждали в своем кругу.

— Хватит говорить ерунду! — Тон полковника стал неприятно резким и властным. Вас захватили в комнате государственного преступника в полном походном снаряжении космодесантника на задании! Как вы это объясните?

Я прикинулся ошеломленным и испуганным. Вжав голову в плечи, пролепетал:

— Мне сказали, что у них мало людей, а им надо постоянно тренироваться. Вот для тренировок меня и привлекли. А мне что? Надо было хоть как-то за приют отблагодарить!

— Значит, вы не хотите говорить правду? Хорошо! Придется с вами говорить по-другому. Но сначала объясните нам, почему вашу жену мы захватили в голом виде, извините, в одних трусиках?

Я с удивлением посмотрел на Наташу — она потупила взгляд с таким выражением лица — типа, «ну а как я еще могла отвлечь внимание часовых?»

Я промолчал. Полковник обратился к Наташе:

— Может быть, Вы сами объясните данный факт?

— Я просто вышла погулять за пределы замка, а день был такой теплый, солнечный, что мне захотелось позагорать. На нашей планете это бы никого не удивило… И я возвращалась в замок, когда меня вдруг грубо и бестактно схватили, надели наручники и бросили в подвал. Хорошо, хоть одеться дали!

— Я вижу, вы оба не понимаете хорошего отношения и не хотите сотрудничать со следствием! Капитан Вильдор! Займитесь пленными, меня позовете, когда будут результаты. Кстати, Алекс! Как видите, мы знаем ваше имя, мы уже имеем некоторые сведения от других участников заговора после предварительной обработки… Их уже отправили на Нерею. И у нас есть в наличии кое-какие захваченные документы. Но вы сами разве не хотите облегчить свою участь чистосердечными признаниями? Ведь вместе с вами может быть подвергнута пыткам и спецобработке ваша жена. Вы ее, наверное, любите?

Не дожидаясь ответа, он вышел. А на нас снова надели наручники и потащили куда-то вглубь замка. Затем нас разделили. Меня положили в какое-то полукресло, тщательно зафиксировав руки и ноги в специальных зажимах, и закатили в большую и очень светлую комнату без окон. Комната напоминала операционную в нашей больнице белизной стен, потолка и немыслимой чистотой. Сходство усиливало полукресло, на котором я лежал, как на операционном столе. Похоже, это у них была пыточная комната. Рядом с моим креслом сел капитан Вильдор, рассматривая меня как интересный экземпляр для своих опытов. Вскоре появились двое служителей в комбинезонах стального цвета. Они везли перед собой столики на колесах с множеством инструментов, напоминающих хирургические.

— Неужели в высокотехнологичном мире имеют склонность к средневековым пыткам? — подумал я. — А почему бы и нет, раз метод доказал свою действенность в веках? Да и для того, чтобы сломить волю изнеженным интеллигентам это как раз то, что надо, грубо и эффективно!

К сожалению, не могу сказать, что я не испугался. Да у меня кровь начала застывать в жилах от предстоящего ужаса! И мне предстояло это перенести… Или подтвердить все, что они захотят? Может быть, это, все-таки, проверка? Если не проверка, нужны ли им мои подтверждения? Похоже, они для начала хотят сломить мою волю, а уж потом начнут разговаривать всерьез… Так что, готовься, парень, к самому худшему!

Вильдор подал знак своим помощникам, они одели резиновые перчатки и выжидательно посмотрели на него.

— Как вы успели заметить, я не люблю много разговаривать с преступниками и подследственными. Это дело полковника Гарнета. Он любит словесные дуэли. Я же человек действия. Ну что, будем говорить о вашем участии в заговоре или мне скомандовать начать физическое воздействие?

Я молчал. Вильдор взмахнул рукой и ко мне приблизились его помощники.

— Впрочем, — остановил он их, — введите молодому человеку препарат!

Один из помощников набрал в шприц лекарство и начал выбирать вену на моей руке.

— Этот препарат, введенный человеку, заставляет его говорить правду практически без передышки. Мне жалко вашу молодую жизнь. Не хочется калечить молодое тело. Вы же не закоренелый преступник?

— Ну, давайте начинать! — это он уже сказал помощнику. Тот ввел препарат, у меня все закружилось в голове и я потерял сознание. Очнулся я уже вскоре, но как-то странно: я не ощущал своего тела совершенно, хотя все видел и слышал отчетливо. Потом понял, почему странно — я «висел» метра на два выше Вильдора и его помощников, но ни рук, ни ног, ни телесной оболочки у меня не было. Было только зрение и слух. Я с удивлением увидел свое тело внизу в кресле. Тело было явно без сознания. Около моего тела суетились оба помощника Вильдора. Появившиеся дополнительно люди в белых костюмах, похожих на хирургические (медики?), спешно выкатывали из смежных комнат дополнительную аппаратуру. Вскочил и беспокойно забегал Вильдор.

А через минуту я был просто поражен: в пыточную комнату входили Тарг, Шилак и незнакомый мне пожилой господин с породистым лицом. И не было похоже, что они здесь в роли арестованных и допрашиваемых. Они вошли по — хозяйски и властно. К ним подскочил Вильдор и доложил:

— Я не знаю, что случилось, он моментально потерял сознание после введения пермерона. Врачи доложили, что жизненные функции его не нарушены, а вот в сознание привести его не могут.

— Так вот, что произошло, вот, что они придумали! — пронеслось в моем сознании, разлученном с телом.

— Сволочи! Проверять нашу стойкость задумали! Гады!

И от возмущения начал летать бестелесной сущностью над всей этой кучкой слегка растерянных от происходящего заговорщиков. Поняв, что я могу летать и, испугавшись, как бы они чего не сделали с моим бессознательным телом, я «влетел» в свою телесную оболочку.

— Господа, он приходит в сознание — доложил один из врачей.

Я медленно открыл глаза. Самочувствие мое особенно не пострадало. Наоборот: тошнило меньше, головную боль почти не ощущал. Руки и ноги (правда, зафиксированные) меня слушались, голова соображала. Главных действующих лиц в комнате уже не было. Рядом по-прежнему сидел Вильдор. Он спокойно посмотрел на меня, сказав:

— Ну что же вы, молодой человек, такой слабенький! Сразу без сознания, хлоп! Ну а теперь давайте говорить правду и по порядку!

— Хватит, Вильдор! Заканчивайте спектакль, уже просто противно! Вам ведь известно про открывшиеся у нас на этой планете способности. Считайте, что у меня открылась еще одна способность — я умею читать мысли! И давно уже знаю, что в смежной комнате сидят Тарг, Шилак и некий важный господин. И они вовсе никем не арестованы, а в очень комфортных условиях наблюдают за этим недостойным действом. Зовите их!

Под конец моей тирады вошел Тарг и с извиняющейся улыбкой обратился ко мне:

— Извини, Алекс! Освободите его из этого кресла! — это уже подчиненным Вильдора.

— Мы же должны были знать, на что вы способны! Как станете вести себя в экстремальных условиях!

— Да что за глупость проверять нас в пыточной комнате! Что думает сейчас Наташа обо всем этом и что она будет думать о вас, когда узнает, что это — инсценировка!

— Ну прости, я думал, что ты поймешь… Вообще, все пошло не так, как мы планировали! Мы думали, что вы нарядитесь какими-нибудь местными крестьянами, попытаетесь незаметно проникнуть в замок — хрен бы вам это удалось! Вас бы поймали уже у любых из ворот замка. Если бы попытались вести боевые действия против охраны замка, то патроны у вас, сам понимаешь, были холостые. Кто знает, что бы вам взбрело в голову, еще бы случайно застрелили кого-нибудь из наших, а у нас каждый человек на счету. Да и по вам был дан приказ стрелять только холостыми! В крайнем случае, если бы вы все-таки проникли в замок, вас бы усыпили и обездвижили еще на первом этаже замка. Там была приготовлена для вас ловушка! Потом был бы разбор ваших неправильных действий и инструкции на будущее. Но, повторяю, все пошло не так! А этот ваш летательный аппарат! Как он называется? А-а, дельтаплан! И хотя мы отслеживали все ваши действия (в ваше снаряжение были вживлены «жучки»), нам стало интересно, а что вы еще сможете придумать? И вот тогда Шилак придумал ваш «захват» и допрос. А ты не от страха, случайно, потерял сознание?

— Нет, конечно! — я возмущенно посмотрел на Тарга. Стоит как ни в чем не бывало, слегка сконфужен, слегка оправдывается, но так, как бы для порядка, как будто вся эта инсценировка для нас пустяк какой-то… А, ладно, лучше сделаю вид, что мне все нипочем и я ничего не боюсь и не боялся. Вот так, знай наших!

— Слушай, Тарг, меня так треснули по затылку, что… По идее, я сейчас под действием вашего пермерона могу говорить только правду. И вот, что я тебе скажу: мы действительно связаны с тобой, Тарг, одной судьбой. Если мы прошли проверку и нас отправят на задание… короче, если у нас получится, тогда и у тебя получится: и королевская корона, и власть, и богатство. У нас не получится — тогда мы погибнем, а у тебя, может быть, будут еще какие-то возможности. А может быть и нет. Мы, конечно, дилетанты, я это прекрасно сознаю. Знаю, что на это у вас и расчет, так как служба безопасности королевства не дремлет, но ждет очень профессиональных действий от вашей группы заговорщиков, а вы им подсунете людей, незнакомых с этими действиями. Может прокатить! Так говорят у нас на Земле! Я даже книги с подобным сюжетом читал и фильмы смотрел. Весь расчет на нелогичность действий дилетантов? В крайнем случае, всегда можете от нас отречься! Так вот! Давай без проверок! Мы знаем, на что идем и идем на это осознанно… Понятно?

— Хорошо, Алекс!

Глава 16 Встреча в столице

Итак, уже три дня мы находимся в столице королевства, красавице Самбрии. Такого красивого города я еще в своей жизни не видел! Да и много ли я видел городов? Да, видел Москву — гигантский, монструозный, разностильный город, не лишенный своеобразного обаяния. Но Самбрия — совершенно не похожа на Москву. Это что-то изящное по архитектуре, воздушное, утопающее в садах и парках, совершенно по планировке, вызывающее восторг и восхищение, радость сердцу и отдохновение душе. Я влюбился в этот город сразу и бесповоротно! Я бы хотел в нем жить! Вместе с Наташей, конечно. А ей тоже здесь очень понравилось.

Транспорта на улицах было меньше, чем в наших городах, да и работал он на концентрированной солнечной энергии. Здесь не на словах, а на деле заботились об экологии! Никаких предприятий, заводов, фабрик, производств в Самбрии не было. Нам очень понравились самодвижущиеся тротуары (как ленты эскалаторов), которые пронизывали улицы Самбрии во всех направлениях и уровнях. Похоже, это был у них самый популярный городской транспорт!

Нам еще очень понравилось, что Нереанское королевство было полностью мононациональным. Да, еще соборов и церквей не было, потому что не было религий, никаких! Почвы для межнациональных и религиозных конфликтов просто не существовало! Поэтому, со слов Наташи, войн в истории их миров было на порядок меньше, чем на нашей Земле!

Нам было поручено для начала вдумчивое вживание в жизнь столицы под видом переселенцев с Актона (советники принца Тарга решили, что так нам будет проще легализоваться, все — таки, мы плоховато ориентировались в реалиях этого мира), и налаживание контактов с единомышленниками Тарга. Кроме того, Фарагон предложил Таргу, чтобы мы с Наташей сыграли главную роль в переговорах с королевской семьей (точнее — с принцем Лигонтом) и в выявлении основных врагов Тарга.

— Ну правильно, чем кем-то жертвовать, так лучше нами! Логика просматривается железная, да и практицизм прожженного политика виден… «Спасителя короны» нашли! Да как далеко искали! И какого великого нашли! — Порой для облегчения души я разговаривал таким образом сам с собой. С Наташей же я не делился своими сомнениями и тревогами — ей и так досталось приключений выше крыши!

До сих пор не пойму, почему мне в голову взбрело напроситься на задание к вящей пользы Тарга? Рисковать жизнями, особенно жизнью Наташи — что же меня заставило пойти на это? Почему- то во время разговора с Таргом мне показалось, что для нас все может сложиться очень плохо. Как-то все произошло в замке нелепо, непрофессионально и нелогично. Что-то не верится, что мы действительно нужны для захвата власти. Ну, не те мы фигуры! А если мы не нужны, то что? Вернуть нас на Землю? А зачем уволокли с Земли тогда? Вот… А если мы не нужны, тогда можно и ликвидировать… Наверное, с перепугу я и предложил нас отправить побыстрее на Нерею.

Мы жили с Наташей на небольшой вилле (так выразились бы у нас на Земле) на склоне небольшой горы, поросшей богатой растительностью, почти на окраине Самбрии. Дом располагался уступами на нескольких уровнях и был необыкновенно уютен и красив. Было видно, что построили этот дом не по стандартному проекту и не простые строители. Это был явно дом для богатых людей. Нам с Наташей это нравилось, но мы на этом абсолютно не зацикливались. Не знаю почему, но страха провала и ареста почти не было. Может быть, у молодых так и бывает: страх — он есть, но где-то далеко, на задворках сознания, а жизнерадостность и оптимизм молодости не позволяли ему выйти на первый план. Мы с Наташей даже открылись друг другу с другой, неизвестной до этого стороны. Адреналин опасности усилил и обострил наши чувства друг к другу. Мы, как будто сошли с ума и предавались любви в любое свободное время с таким жаром, что это еще больше разжигало наши чувства…

Мы ждали встречи с представителями оппозиции существующей власти. Встречу эту организовывал Фарагон, из осторожности действующий через своих доверенных людей, не «засвеченных» еще министерством внутренних дел, местной «охранкой».

А пока их не было, мы наслаждались жизнью в красивом городе, в красивом доме, на прекрасной планете. Иногда у меня закрадывалась мысль: «Зачем я здесь, для чего? Ведь нам это не нужно. Но своей будущей деятельностью мы можем взорвать эту тишину, спокойствие и благолепие… Зачем я хочу разрушить эту красоту? Ради какого-то тщеславного принца, захотевшего власти?»

Такие сомнения меня посещали, но пути назад не было…

И в один из вечеров они пришли, эти представители.

Их было двое. Один — королевский гвардеец из охраны младшего принца Троцена, сына короля Лукиана, второй — один из помощников сыщика Пиропа. Информация, которую они нам дали, прояснила некоторые детали. Оказывается, власть регента Боркеса была не так уж и крепка. За время его правления усилились позиции сепаратистов с Зерса, появилось много недовольных из всех слоев общества и на Нерее, и на Актоне. Это было тем более странно, что эту оппозицию Боркесу никто явно не возглавлял.

Убийц короля Лукиана IV — го искали только до тех пор, пока следствие не уткнулось в след с Зерса. Попытки продолжить следствие на Зерсе вызвали сильное негодование местной общественности и активные выступления с оружием в руках. Королевские воинские контингенты в различных точках планеты в основном оказались блокированными враждебным населением, а иногда и совершенно регулярными воинскими частями «сил самообороны Зерса». Открытых военных действий правительство Боркеса вести не решилось. Властные представители из метрополии везде были изолированы либо смещены самим населением. «Де факто» мир Зерс стал независимым.

«Талантливое» правление Боркеса опротивело многим, если не всем. Он расставил на многие ключевые посты в королевстве полных ничтожеств, зато лично преданных ему. А уж они стесняться не стали, получив власть и возможности к личному обогащению. Мздоимство и казнокрадство расцвело пышным цветом. Люди, далекие от политики, разом ощутили на себе разницу между правлением Лукиана IV-го и Боркеса. Да и далек от искусства управления государством был сам Боркес. Первое время он просто упивался свалившейся на него властью, а когда дела во внутренней политике пошли неважно, просто растерялся. Опереться, по большому счету ему было не на кого. Даже со вдовствующей королевой отношения разладились…

Количество недовольных росло, они пытались организоваться, оставалось только возглавить это движение. И по всему выходило, что если очистится доброе имя Тарга, то можно и обнародовать завещание Лукиана IV-го о передаче прав наследования его внебрачному сыну. Помощник Пиропа принес добрую весть и по этой теме: Пиропу удалось установить истинного убийцу шестерых девушек. Ему помогли его бывшие подчиненные и его следовательский талант. Нет нужды приводить детали кропотливого и многомесячного расследования, но оно закончилось относительно успешно, серийный убийца был найден, изолирован (в том числе и от властей), были найдены захоронения всех его жертв, проведены все положенные исследования, экспертизы и т. д. Собирались последние доказательства его преступлений. Уже было известно, кто так усердно уводил расследование убийств девушек в сторону и обеспечивал улики на Тарга, неясно было только, кто конкретно заказывал и прикрывал эту затею. Подозрения были, не было фактов и улик. Требовалось время, которого было мало…

Тем временем недовольство населения пытались использовать в своих интересах люди Фарагона. Маркиз Эмрат, бывший королевский прокурор, проявил себя незаурядным общественным деятелем после отставки. Он выступал в университетах и в средствах массовой информации с критикой нынешнего руководства государства и люди после его выступлений лучше понимали, кто является главным виновником ухудшающегося положения в стране. Попутно он и его помощники занимались вербовкой сторонников и их количество росло…

Посланцы объяснили нам, как лучше выполнить пожелание Фарагона — попасть в королевский дворец и навести контакты с королевской семьей, а в первую очередь со старшим принцем Лигонтом. Попасть в королевский дворец мы должны будем без проблем, так как будем состоять в свите маркиза Гравельта, главного церемониймейстера королевского двора, которого тоже завербовали в ряды заговорщиков.

И мы попали туда! В королевский дворец! Описать его красоту и великолепие не сможет мой иссушенный медицинской документацией врачебный язык. Но он был великолепен! Оказывается, его строили и украшали на протяжении последних двухсот лет. И недаром здесь его считали самым красивым и роскошным дворцом во всем королевстве, а красивых дворцов здесь хватало!

Но нам надо было попасть к Лигонту и переговорить с ним, желательно, наедине. Но я не зря вытребовал у Тарга «Тинкль»! Узнав у маркиза Гравельта время, когда Лигонт уединяется в своей студии писать картины, я выяснил по плану дворца ее местоположение и в положенное время включил прибор. Мы с Наташей (я специально взял ее с собой для смягчения эффекта неожиданной встречи) в ту же секунду перенеслись в студию и некоторое время любовались изумлением Лигонта. Но вскоре он справился с чувствами и спросил нас:

— Как вы здесь оказались? Я никого не принимаю!

Но вспомнив, видимо, что видел Наташу в свите маркиза Гравельта (ее трудно было не запомнить — в великолепном платье, подчеркивающем ее красоту и специально сшитом для приема в королевском дворце — она вызывала внимание многих мужчин), он несколько смягчил тон и проговорил:

— Господа! Чему обязан? Я не заметил, как вы вошли. И как вас пропустила охрана?

Тут я сделал шаг вперед и с самой добродушной улыбкой взял его за руку — на всякий случай. Подал ему листок бумаги, где крупными буквами было написано: «Буду говорить о важном деле, только если данное помещение гарантированно не прослушивается и не просматривается». А сам быстро заговорил:

— Я давний поклонник Ваших талантов, а потому осмелился дать Вам свое стихотворное произведение на Ваш суд!

Он быстро прочитал то, что было написано на бумажке и сказал:

— Мои комнаты, моя студия не прослушиваются и не просматриваются. У меня есть свои люди, которые умеют заниматься этим вопросом.

— Принц, — сказал я, — у группы людей, которых мы представляем, есть к вам серьезный разговор. Он касается будущего королевства, королевской семьи и вашего дяди Боркеса.

— Я не хочу иметь дело с заговорщиками! — довольно резко ответил принц.

— А если я скажу, что представляю интересы законного и совершеннолетнего наследника престола, которого выбрал ваш отец, король Лукиан IV-й?

— Чем вы это можете доказать? И кто же это, по-вашему?

— Ваш брат, с которым вам еще предстоит познакомиться. Покойный король успел написать завещание, где указал, кого он хочет видеть следующим королем (после вашего отказа от престолонаследия). И это его внебрачный сын, его зовут Тарг. А мы — его друзья.

— Так почему он сам не представит все доказательства Королевскому Совету, королевской семье?

— Одновременно с убийством вашего отца было сфабриковано уголовное дело на Тарга. Кто-то очень осведомленный и могущественный устроил два этих дела почти одновременно. Вывел из большой политической игры и короля, и его законного наследника. И, скорее всего, короля убили, рассчитывая, что он не успеет назначить своим преемником Тарга… Они совсем чуть-чуть опоздали…

— Если это правда… Мне нужны официальные доказательства всего того, что вы мне рассказали. И еще: вы намекаете на Боркеса?

— Может быть он, но могло быть и так, что его мог втемную использовать человек более сильный и умный, чем он. Простите, принц! И более решительный, более беспринципный. Человек, который не остановится ни перед чем ради достижения своей цели. Ваш дядя, кажется, не такой? Но знаете ли Вы такого человека в его окружении?

— Нет, пожалуй, нет. Дядя, конечно, человек тщеславный и эгоцентричный, от власти он бы не отказался. Но убийства… И в его окружении такой человек вряд ли отыщется. Дядя, знаете ли, из породы людей, не жалующих рядом с собой более умных и энергичных, чем он сам…

— Вот и мы ищем этого человека. Возможно, он не на виду, возможно, он не здесь, в столице… В общем, поиск или расследование ведется… И пособничество вашего дяди, все-таки, имеет место. Это ваш дядя, ставший регентом, убрал от ведения расследования убийства короля следственную группу Пиропа. А теперь, после событий на Зерсе, по сути расследование прекращено. Не исключено, что ваш дядя имел доступ к информации о том, кто после вас стал престолонаследником. И дал воспользоваться этой информацией нашим общим врагам. И мне и, думаю, Вам тоже, даже не хочется думать, что ваш дядя, брат погибшего короля — монстр и кровавый злодей. Но вольно или невольно он помог и сейчас помогает нашим врагам! Да еще и по сути узурпирует власть законного наследника престола, принца Тарга! Вы же не хотите потворствовать узурпатору? Кстати, Тарг внешне очень похож на покойного короля, вашего отца! Даже Вы менее похожи, а у него — чистое портретное сходство!

— Что же вы хотите от меня?

— Нам поручено заручиться вашей поддержкой. В назначенное время она должна стать явной, а пока… Сохраните нашу встречу и ее содержание в тайне даже от матери, сестер и младшего брата. А официальные доказательства: официальное признание вашим отцом внебрачного сына, его завещание — Вы получите завтра, передаст его Вам маркиз Гравельт. До свидания!

— Подождите, а как зовут Вашу прекрасную спутницу и кем она Вам приходится?

— Мы все Вам скажем при следующей нашей встрече. А пока, извините, конспирация! Отвернитесь, пожалуйста!

Принц отвернулся и я нажал на кнопку возврата, которую я очень хорошо изучил на «Тинкле». Впрочем, как и все другие кнопки и программы. Тарг очень подробно мне все объяснил и устройство, в целом, оказалось не таким уж и сложным. Была, конечно, мыслишка использовать «Тинкль» для возврата домой, но это было бы нечестно по отношению к Таргу, да и обещали мы этого не делать… А честное слово надо держать! Да и надеялись мы, что в случае экстремальных обстоятельств «Тинкль» нам поможет. Главное, чтобы он был в нужную минуту в наших руках!

Глава 17 Возьмемся за Боркеса!

Мы уже три дня сидели на вилле безвылазно — ждали сигнала от Тарга или от Фарагона. Во время очередного посещения королевского дворца мы имели вторую беседу с принцем Лигонтом. Он уже был ознакомлен со всеми документами. Мы хотели получить от него информацию по дядиному окружению и получили ее. Но она оказалась довольно скудной и ничего нам не прибавила в поисках главного врага. Мы были разочарованы, безусловно, но надо было искать новые пути в этом вопросе. Надо было думать.

И тут выступила с предложением Наташа:

— А что, если мне попробовать добыть информацию непосредственно у Боркеса? Я бы могла задавать ему какие-нибудь наводящие вопросы, глядишь, истина бы приоткрылась…Только в качестве кого к нему подобраться?

— Я — против! — сказал я, предполагая уже в каком качестве она может заинтересовать Боркеса. Я уже знал, что, несмотря на свой пожилой возраст, он слыл большим любителем красивых женщин. Я видел и знал, конечно, что моя Наташа — весьма красивая девушка (недаром она мне понравилась с первого взгляда!), но на Земле таких было много, а здесь — я и не знаю, что случилось: или Наташа стала еще красивее, или здесь не бывает таких красивых.

— Тогда предлагай свои варианты! Сколько мы еще должны здесь сидеть в полном неведении! Ты не находишь, что мы много времени теряем напрасно, а главные задачи так и не решены?

Что же, она была права: время шло, а мы не знали наших конкретных врагов и потому не знали, как их победить. Да, мы влезли в эти инопланетные дела против своей воли, но тут уж ничего не попишешь. Но, похоже, если мы не проявим своей «земной» инициативы, то вряд ли дело сдвинется быстро.

— Ладно, Наташа, ты права. Что ты конкретно можешь предложить?

— Я думаю, меня должен представить Боркесу маркиз Гравельт, сказав, что я его племянница, а «мои родители», его сестра и ее муж, умерли и он просит для сироты какой-нибудь придворной должности. Вот и повод. А дальше уж я что-нибудь применю из своего женского арсенала. Поверь мне, Алеша, женщины абсолютно беззащитны перед мужчинами только если они в них влюблены, а если нет — много всякого оружия у нас имеется!

Утром я сообщил по аппарату связи о нашем замысле Таргу и изложил попутно просьбу: Наташу в королевском дворце должны подстраховывать Гравельт, принц Лигонт и, конечно, я. Тарг сначала заупрямился, особенно по поводу количества подстраховывающих, но затем, под моим давлением, согласился.

Итак, мы снова двинулись в королевский дворец. Гвардейцы на охране дворца нас уже узнавали, особенно Наташу. Она, как и везде, пользовалась успехом. Во дворце наши пути разошлись: Наташа пошла с Гравельтом на прием к регенту Боркесу, а я пошел в студию к принцу Лигонту. Версия моего к нему визита была такая: он пишет мой портрет. В студии мы немного обсудили наши текущие дела и стали ожидать дальнейших событий. Часа через четыре пришла в студию Наташа, весьма довольная собой. Несмотря на то, что ей пришлось долгое время ждать приема (регент королевства — действительно очень занятой человек и его день расписан по минутам), все получилось, как задумывалось.

Ей удалось очаровать Боркеса (догадываюсь, что это было нетрудно!), он предложил ей работу в своем секретариате. Как он выразился — «он не мог отказать в помощи родственнице своего давнего приятеля». Работа в секретариате могла бы дать доступ к так желаемой информации для нас. Лигонт быстро сориентировался и предложил почти такую же работу мне: своим личным секретарем и порученцем.

— Заодно и портрет ваш напишу, да и узнаю о Вас побольше. У Вас необычное лицо, какое-то нездешнее… И в поведении Вы отличаетесь…

— Чем же я отличаюсь? — заинтересовался я.

— Трудно объяснить, это на уровне инстинкта художника. Так — то Вы ведете себя, как все, и, вроде, похожи на остальных, но есть, все-таки, ощущение, что Вы — «ряженый». Может быть, Вы — шпион?

Я рассмеялся.

— Там, где я вырос, на подобные вопросы принято шутить: «Видишь ли, Юра!».

Это из очень известного фильма…

Лигонт недоуменно пожал плечами.

— Причем тут Юра? Кто это, Юра? И, самое главное, опять Вы применили странный способ отвечать на вопросы.

— Не обижайтесь, принц, прошу Вас! Да, я действительно резко отличаюсь от жителей вашей столицы и ваших придворных. Я родился и вырос на другой планете. Я — инопланетянин для Вас. Поэтому, возможно, я такой странный. Прошу меня извинить! Но к делу. Нам надо согласовать наши действия по поиску нужной нам информации и подстраховки тех, кто будет этим занят.

И я выразительно посмотрел на Наташу.

— Кстати, принц, во дворце есть свой архив документов?

— Да, архив королевской династии Севронских. Там практически все документы секретные. Но доступ разрешен только лицам королевской фамилии. Я не могу позволить Вам туда попасть. Это было бы неправильно. Извините.

— Не извиняйтесь, принц! Это я был неправ! Ну что же, возьмемся плотнее за Боркеса!

Глава 18 На выручку!

Дальше события пошли быстрее. Наташа освоилась с работой в секретариате регента. Ее частенько там навещали Боркес и, кто бы вы думали? Гравельт!

И если Боркес вел себя прилично, то Гравельт уже обращался к ней с недвусмысленными предложениями. Мне было очень не по себе из-за всего этого. Но я терпел и призывал на помощь всю свою силу воли. А как хотелось надавать по мордасам и старому козлу Боркесу, и напыщенному индюку Гравельту, да и некоторым гвардейцам из охраны королевского дворца я бы тоже кое-что начистил! Это была не столько ревность (хотя она присутствовала), сколько тревога за Наташу. В случае нашего разоблачения нам бы не поздоровилось, точно! У меня было предчувствие, что мы висим на тонком волоске. Слишком много людей было в деле, возможно, слишком многие уже знали о нас. И, похоже, к конспирации многие относились очень легкомысленно. Вообще, меня поражало, насколько наивными и простодушными здесь были люди. В основном, мне это нравилось. А что? Открытые, добрые, отзывчивые, бесхитростные… Нет, конечно, были и хитрые, недобрые, лицемерные, коварные, но их было мало и с ними я практически пока не сталкивался. Поэтому надо было торопиться, пока не столкнулся…

И мы поторопились. В полном смысле этого слова. Потому что Наташу взяли с поличным в момент, когда она просматривала секретные донесения, получаемые регентом по своему особому каналу. Она только успела подать мне условный сигнал об опасности. Ее арестовали агенты спецслужбы. И увезли в неизвестном направлении. Приходили и за мной: в комнату, где мы жили с Наташей во дворце и в студию Лигонта (после множества извинений и просьбы разрешить осмотр помещения). Получив сигнал, я пытался что-то придумать, но решил сначала попросить совета и помощи от Тарга и Фарагона. Отправившись с помощью «Тинкля» к Таргу, я изложил то, что произошло и попросил его о том, чтобы мне было позволено лично пообщаться с Фарагоном (хотя бы, по закрытой от прослушки связи), понимая, что все нити происходящего находятся у него, как у руководителя заговора. После разговора с Фарагоном стало известно:

— Наташу держат в комплексе зданий министерства внутренних дел.

— Взяли ее люди Кризанпа, министра внутренних дел, которые, оказывается, давно и достаточно незаметно следили не только за ней, но и за мной, за Лигонтом и за Гравельтом. Фарагон не мог нас, по его словам, предупредить, потому что его человек, внедренный к Кризанпу, сообщил ему об этом слишком поздно.

— Накануне был арестован Гравельт, который во всем признался и всех выдал.

— Кризанпа и его спецслужбу очень заинтересовала возня вокруг принца Лигонта (которую мы устроили), странная семейная пара (Наташа и я) в свите Гравельта, наши наивные попытки что-либо разведать. Другими словами, мы все были плотно «под колпаком» как самые настоящие дилетанты.

Фарагон не советовал предпринимать мне меры по освобождению Наташи, пока мы совместно не примем наилучшее решение.

Я выслушал совет и решил не подавать виду, как подобные советы мне неприятны. Тарг «утешил» меня, сказав:

— Ну что ты или даже мы со всеми нашими сторонниками можем сделать! Комплекс зданий министерства внутренних дел — это цитадель, которую не по силам взять штурмом даже корпусу космодесантников! Так что жди, Фарагон что-нибудь придумает! Кстати, «Тинкль» я забираю!

— Тарг! Так нельзя! Фарагон, конечно, мудрый человек и опытный политик, но в данном случае все не так, все по — другому! Если мы сейчас, даже немедленно не придем ей на помощь, для нее все может закончиться очень печально… Ее могут подвергнуть пыткам, в конце концов! Я же знаю, тебе она тоже нравится! Тарг! Дай мне «Тинкль»! Я знаю, как ее выручить!

— Я не могу тебе дать «Тинкль», не могу! Если честно — мне это категорически запрещено! Я еще не король, чтобы принимать решения единолично! Да и стану ли? Фарагон и другие друзья отца-короля и так мне сделали внушение за то, что я тебе, чужаку, один раз уже давал «Тинкль». А этот прибор — важный государственный секрет и может решить исход борьбы за власть… Хорошо еще, что ты Наташе его не отдал, когда она пошла потрошить сейф регента! Представляешь, что получилось бы, если бы не только Наташа, но и «Тинкль» попали бы к Кризанпу!

— Ты же говорил, что у ваших врагов уже есть такой прибор? — перебил я Тарга.

— Мы можем и должны были это предполагать! За мной на Земле была слежка…

Мне стало как-то нехорошо от подозрения, что нас с Наташей обманывал и использовал в своих целях вот этот с виду прямой и открытый парень, пусть даже и принц… Но я решил пока отогнать это подозрение: сейчас не до этого — надо Наташу выручать!

В бесплодных попытках что-то придумать или уговорит Тарга прошло несколько часов. Тарг куда-то уходил, снова приходил, искал какие-то документы, что- то выискивал в сети… В конце концов он предложил такое, что я снова стал считать его благородным человеком:

— Ну, хорошо! «Тинкль» дать тебе в руки не имею права, но я могу с его помощью отправиться вместе с тобой на Нерею, если ты мне расскажешь и докажешь, что сможешь реально ей помочь!

Я с облегчением ответил:

— Да, я расскажу и докажу…


Вскоре мы с Таргом уже находились на Нерее, «в гостях» у старого, вышедшего на пенсию, директора лицея, где Тарг учился до поступления в космодесантное училище. Тарга он встретил как родного, только спросил:

— Ты же не делал того, за что тебя разыскивают?

— Нет, господин Пенборн, это клевета! Я попал в политические разборки и моим врагам надо было меня устранить любыми путями.

— Я тебе верю, потому что знаю тебя хорошо и ты не мог так поступить с бедными девушками… А кто этот молодой человек?

— Это мой друг и соратник! Его зовут Алекс. Запомните это имя: скорее всего, Вы не раз его еще услышите!

Я, смутившись, ткнул легонько Тарга кулаком в бок и сказал, что Тарг очень сильно преувеличивает.

Старенький господин Пенборн проводил нас в наши комнаты, попытался пригласить нас к столу, но мы сказали, что не голодны и отказались, сославшись к тому же на неотложные дела. Он с пониманием кивнул и больше нас не беспокоил.

Сразу после его ухода я извлек свой запас пермерона (создал его после событий, связанных с «экзаменом» и допросом, знал, что он пригодится) и попросил Тарга ввести мне препарат. Он отказался в испуге:

— Ты что? Зачем тебе вводить пермерон? Я тебя допрашивать не хочу! И вообще, не только боюсь, когда мне делают уколы, но и делать другим боюсь тоже!

Тогда пришлось признаться в особом действии на меня этого препарата и о моих необычных возможностях. Поверил он или не поверил, я не знаю, но сделать укол все равно отказался.

Тогда я сам себе ввел двойную дозу (кто знает, сколько времени мне может понадобиться!). Вскоре моя «духовная сущность» уже парила над моим же распростертым и недвижимым телом. Было немного страшно и почему- то весело.

И я рванул по заранее разработанному маршруту, в здание министерства внутренних дел. «Летел» я необычно быстро, хотя и медленнее, чем при перемещениях с помощью «Тинкля» (там вообще — мгновенно!), появилась даже мысль, что моя способность к перемещениям мало уступает их великому изобретению. Хотя я до сих пор не был уверен в безопасности этого метода… Но выбирать не приходилось — на кону была жизнь и здоровье Наташи. Не опоздать бы! Ее вполне могли уже начать допрашивать. А какими методами? Лучше не думать! Скорей! Скорей!

Я залетел в здание, минуя часовых, разнообразные и хитроумные системы и блоки охраны. Ни один индикатор не мигнул, ни один тревожный сигнал не прозвучал.

Где же внутренняя тюрьма министерства? Наверняка в подземных этажах, как водится… В самом нижнем подземном этаже я нашел около двух десятков камер, только примерно в половине из них были узники. Наташи там не было… В коридоре между камер появился один из тюремщиков. Ослепленный злостью, подхлестываемый яростью, я совершенно инстинктивно проник в его тело, точнее, в его сознание. Никакой информации о Наташе в его сознании я не нашел. Окрыленный своими новыми возможностями, полетел дальше, стараясь найти кого-нибудь поважнее. На надземных этажах коридоры министерства были странно пустынны. Наконец, на втором надземном этаже, я наткнулся на кабинет Кризанпа. Не задерживаясь ни на миг пролетел внутрь, обнаружил странно неподвижных то ли помощников Кризанпа, то ли охранников, даму средних лет (секретаршу?), самого Кризанпа, и, о радость! — целую и невредимую Наташу, которая почему-то сидела за столом Кризанпа и деловито рылась в документах, извлекаемых из сейфа, вмонтированного в письменный стол. Не сразу, но меня поразило отсутствие реакции на действия Наташи со стороны присутствующих лиц (я не в счет!). Присмотревшись, я понял, что они полностью обездвижены, ничего не видят и не слышат. Гипноз? Действие каких-то медикаментозных препаратов? Неважно! Потом разберемся! Я выбрал тело Кризанпа, влетел в него — его сознание было полностью блокировано, мне пришлось распоряжаться телом как своим.

— Наташа! — проговорил я речевым аппаратом Кризанпа, — это я, Алексей!

Глава 19 Наташа. Арест и допрос

Меня арестовали в секретариате Боркеса в тот момент, когда я уже думала, что сумела выполнить свое «шпионское» задание. Мне изготовили дубликат ключа от сейфа, который принадлежит Боркесу и открывает его только он сам. Как? Не забывайте про мою нынешнюю феноменальную память! Алексей мне пытался что-то объяснить на своем медицинском языке: про изменение химизма крови и тканей наших земных организмов в условиях действия необычных для землян факторов, которые могут быть на других планетах (другой уровень ионизирующей радиации, иной состав воды, воздуха и т. д.), про то, что даже наша мозговая ткань, то есть, наш мозг может измениться и проявляться эти изменения могут самыми различными способами. В том числе и в плохую сторону (болезнь, вред для организма), но могут и в хорошую! В общем, своими путаными объяснениями он мало что мне прояснил. Да и действительно: он не ученый, а врач — практик. Так вот, я запомнила до мельчайших подробностей размеры ключа, все его зубчики, впадинки и бороздки! Даже на расстоянии и в чужих руках мне это было несложно. То же самое пришлось проделать с ключом от кабинета Боркеса и от зала секретариата, где размещались все сотрудники вроде меня. Нашим друзьям из заговорщиков удалось сделать копии ключей уже на другой день.

И вот наступил момент, ради которого я устроилась на эту работу… Едва дождавшись, когда последние сотрудники уйдут из секретариата — конец рабочего дня, я последняя вышла из-за своего стола, собрала свои вещи и двинулась к выходу. Дойдя до поста охраны, который выпускает сотрудников из здания, я «вспомнила», что «забыла» выключить свой рабочий компьютер, а это было обязательным правилом. Посетовав вслух на свою память, я упросила охранников разрешить мне вернуться в зал секретариата. В виде исключения мне позволили вернуться — я специально выбрала эту смену охранников, они ко мне благоволили. Или даже засматривались на меня, не знаю… Со мной пошел один из них, открыл снова дверь в зал и сказал, что он вернется к выходу, а я — чтобы не задерживалась… Ключи (дубликаты) оказались отменными и я быстро все ими открыла. Бумаг в сейфе было много, а копировать я бы не успела. Пришлось читать их, пользуясь особенностями моей новой памяти. Успела прочитать около половины документов, особенно не вдаваясь в смысл прочитанного — знала, что потом все вспомню, потом и разберемся в их значении.

И тут очень быстро и слаженно ворвались они — сотрудники спецподразделения внутренних войск.

Мне быстро надели наручники, дали вдохнуть через маску какой-то газ… И очнулась я только в кабинете министра внутренних дел барона Кризанпа, которого не раз видела при дворе. Я уже была без наручников, находилась в глубоком и мягком кожаном кресле (из которого очень непросто встать, а уж встать быстро — почти безнадежно). Рядом с креслом находились по два охранника с каждой стороны. Испугаться до сего момента я даже не успела.

Кризанп ласково смотрел на меня, сидя за своим огромным письменным столом. Так ласково, наверное, смотрят крокодилы на свою добычу, говорят, даже слезу пускают…

— Ну что скажете, мнимая племянница маркиза Гравельта? — очень доброжелательно произнес он.

— Не знаю, а что Вы хотите знать?

— По правде говоря, я уже многое про Вас знаю. Но не все, не все! Хотелось бы знать больше!

— Спрашивайте! Что можно рассказать — расскажу, а что нельзя — не расскажу, не обессудьте!

— Дорогая моя, Вы, видимо, плохо понимаете, куда попали и к кому!

— Вы хотите меня напугать?

— Ни в коем случае! Я хочу, чтобы Вы честно и откровенно рассказали мне, как представителю законной власти о деятельности заговорщиков. Имена, конспиративные квартиры, явки, пароли, что там вы еще применяете для свержения законной власти? Воспользуйтесь Вашей феноменальной памятью!

— Вы и про память мою знаете?

— Да, маркиз Гравельт проболтался… Есть на свете болтуны, знаете ли…

— А знаете, ничего я вам говорить не буду! Это может повредить многим хорошим людям, а я этого не хочу!

— Будете, будете! Вы же не хотите, чтобы мы попортили вашу красоту, чтобы Вам было больно, очень больно!

— Делайте, что хотите! А где же ваши пыточных дел мастера, что-то я их не вижу!

— Мы поспорили с Гравельтом и я ему сказал, что Вам будет достаточно пары пощечин, чтобы заставить говорить правду. Вы же домашняя, тихая девочка из интеллигентной семьи и Вам не пристало корчить из себя героиню. Да и не можете Вы знать, какую боль сможете вынести, а какую нет!

До этих фраз я боялась, правда, очень сильно боялась! Но здесь злость и даже ненависть проснулись у меня в сознании, может быть, впервые в жизни. Что он мне говорит? И зачем? Мне, беззащитной девушке, никогда не совершавшей предосудительных поступков? За что? Надо отдать ему должное, он увидел перемену в моем психологическом состоянии. И сразу переменил тактику:

— Вы, наверное, думаете, что мы здесь все садисты и мучители, с наслаждением пытающие свои жертвы? Нет, мы здесь на работе, а работа наша заключается в том, чтобы предотвращать все действия, направленные против королевской власти, короля, государственного строя. Хотим мы этого или не хотим, нам приходится пользоваться различными методами против врагов нашего государства. Вы — милая и хорошая девушка, я это прекрасно знаю, Вас втянули в эту опасную политическую игру. Вы плохо понимаете нашу жизнь, нашу действительность, так зачем Вы на это пошли? Ради вашего мужчины? Ради денег? Выдайте нам информацию про зачинщиков заговора — и Вы свободны, а с Вами и Ваш Алекс! С некоторыми оговорками, правда… Мы знаем, что во главе заговора стоят крупные вельможи, такие, как бывший королевский канцлер Фарагон. Но улик мало, чтобы арестовать его, да и будет большой шум. Он все еще пользуется авторитетом в королевстве. Но он очень опасен и хитер. Он и Вас с Алексом наверняка использует втемную… А вы — наивные и простодушные, поверили во все его измышления? Попались на удочку благородства?


Я немного растерялась, а вдруг все то, что говорит этот седовласый благообразный господин, это правда? И мы с Алешей попались на профессиональные приемы заговорщиков и авантюристов? В некоторой растерянности я произнесла:

— Я не понимаю, о чем Вы говорите…

— Да все Вы понимаете! Ладно, девочка, я не хочу для Вас плохого. Но информация нам очень нужна, поэтому…

Он нажал на кнопку и через минуту вошла дама, похожая на секретаршу с каким-то контейнером в руках. Она ловко надела медицинские перчатки на руки и стала набирать в шприц какой-то препарат из ампулы, извлеченной из контейнера. Охранники приблизились ко мне и крепко фиксировали мои руки. «Секретарша» подошла и очень профессионально сделала мне внутривенный укол. Моя голова закружилась и вскоре все померкло перед глазами…

Но очнулась я тут же. Во рту был какой-то металлический привкус, но головокружение и слабость постепенно отступали.

— Итак, — сказал Кризанп, — отвечайте на поставленные вопросы: Как Вас зовут? Откуда Вы? От кого получили задание добыть секретные документы из кабинета регента? Роль Фарагона в заговоре? Пока хватит…


Я прислушивалась к изменениям, которые должны были произойти после введения пермерона. Естественно, я догадалась… Да еще рассказ Алеши, да еще я в книгах читала, как героям на допросах вводили «сыворотку правды»… Но у меня, почему — то, не возникла потребность тут же все им рассказывать. Наоборот, из глубины поднималась какая-то волна воодушевления и беспричинного оптимизма…

Но на всякий случай я сказала:

— Меня зовут Наташа, — и сделала вид, что запнулась. Пермерон на меня не действовал совершенно! Это осознание и еще неведомая волна понесли меня дальше и я сказала охранникам:

— Сейчас же отпустите мне руки и отодвиньтесь от меня подальше!

Они повиновались мне, даже не глядя на Кризанпа.

— А Вы, — обратилась я к Кризанпу, — дайте мне стул, я уже устала сидеть в этом вашем чудовищном кресле!

К моему удивлению, Кризанп тут же вскочил, подхватил стул, на котором сидел, и ринулся с ним ко мне.

— Постойте, оставьте стул там, помогите мне встать!

Он подал мне руку. Я встала. Прошла к его столу, села на его стул. Кризанп тупо стоял у моего кресла, охранники изображали из себя неподвижные и безмолвные статуи, «секретарша» молча таращила глаза на происходящее и было видно, что это зрелище для нее весьма и весьма необычно. Я еще решила проверить, не ошибаюсь ли я:

— Кризанп, садитесь теперь Вы в кресло, а Вы, женщина, снова наберите тот же препарат в шприц и введите его вашему начальнику!

Все снова беспрекословно подчинились.

— Ура! — подумала я, — если это и не гипноз, то что-то похожее, получается, что и на этой планете со мной опять произошли изменения и введенный внутривенно пермерон произвел (как и говорил Леша) во мне феноменальные и полезные для моей ситуации изменения. Скорее всего, появившиеся гипнотические способности ограничены временем действия препарата, так что надо поторопиться…

— Где ваш сейф, Кризанп? Покажите мне его… Так, откройте! В вашем компьютере есть секретная информация? Нет? Спасибо, можете опять сесть в кресло, отдыхайте пока…

Я извлекла кипу документов из сейфа и начала бегло просматривать… Через некоторое время Кризанп поднял голову и неожиданно промолвил:

— Наташа! Это я, Алексей!

Глава 20 Кое-что проясняется…

Вот так мы встретились с Наташей в кабинете Кризанпа… Она почти сразу распознала мои интонации, хотя говорил я голосом Кризанпа и внешность, соответственно, тоже была его. Мы поговорили, я ей все объяснил и увидел, что ей стало намного легче. Значит, все это время она держалась на пределе своих физических и душевных сил! Бедная моя! Однако, странно, как легко для нас все заканчивается в этих неприятных ситуациях! Вдруг, волшебным образом, то у меня проявляется сверхъестественная способность пребывать вне собственного тела, то у Наташи — гипнотические способности. Да еще, как по заказу, нам вводят в организм именно пермерон! Вопрос: а что им было еще вводить, когда надо добиваться признаний, если это у них единственный препарат для этих целей? Да, но они могли просто применить средневековые пытки, зря, что ли у них существуют все эти приспособления и инструменты? Могли, конечно, но не стали применять — это их проблемы… Наверное, нам повезло! А, может быть, под действием пыток у нас бы тоже что-либо могло проявиться и вдруг даже что-то более сильное… Не знаю, не знаю… Да и стоит ли об этом так уж задумываться? Кстати, сматываться нам давно пора отсюда подальше…

Наташа уже быстренько прочитала все важные документы и мы были готовы отправляться из стен этого «богоугодного заведения».

И вскоре «Кризанп» уже шагал за Наташей по коридорам министерства к выходу. На выходе «он» приказал дежурному офицеру распорядиться отвезти его с «этой дамой» домой.

Через полчаса мы уже подъезжали к особняку Кризанпа. Я тронул шофера за плечо и сказал:

— Пожалуй, домой я не поеду, доставь нас в…. И я указал адрес одной из конспиративных квартир, которые мне были известны. Риск, конечно, был, но наши возможности могли нас выручить в случае чего… Да и не все конспиративные квартиры могли быть провалены. А к Таргу я почему-то не хотел везти Наташу…

Когда водитель остановил машину в указанном месте, Наташа приказала ему забыть все связанное с нами и нас самих, заодно и все, что с ним происходило последние 3 часа.

— Лёшенька! Слава богу! Мы вырвались! — зайдя в квартиру сказала Наташа и разрыдалась…

Я «вышел» из Кризанпова сознания, а «освобожденному» Кризанпу Наташа приказала пройти пешком три квартала и затем только отправляться к себе домой и ничего не помнить о происшедших событиях с утра этого дня…

Еще перед «уходом» из тела и сознания Кризанпа, я рассказал Наташе про мои дальнейшие действия. Поэтому решил сразу отправиться в дом господина Пенборна, в нашу с Таргом комнату, чтобы «забрать» свое тело, сообщить Таргу про успешное избавление и кое — что согласовать, а Наташе надо обязательно отдохнуть, поспать…

Все-таки, я дождался, пока Наташа уснет и только потом отправился к господину Пенборну.

Тарг встретил мое появление в моем же теле с заметным облегчением:

— Знаешь, я все время подходил к твоему телу и проверял, дышишь ты или нет… Видеть твое бледное лицо, недвижимое и ни на что не реагирующее тело — зрелище не для слабонервных!

— Ничего, ничего! — ответил я, — Зато Наташа на свободе и в безопасности!

— Ты смог?! — восхитился Тарг и очень серьезно пожал мне руку.

Я с удовольствием ответил на рукопожатие. Вся подозрительность по поводу Тарга под воздействием благоприятных событий улетучилась из моей головы. Но надо было возвращаться к Наташе! После всего пережитого она там одна, в чужой квартире, в чужом и враждебном мире! Я должен быть рядом!

— Тарг, мне надо поехать к Наташе! Она там одна. Ей, должно быть, страшно и одиноко сейчас!

Тарг покачал головой:

— Алекс! Это опасно! Как же конспирация? Ты же сам мне выговаривал, что мы очень беспечны… Тебя ищут, Наташу ищут. Зачем светиться лишний раз?

Но меня уже было не остановить:

— Хочешь конспирацию — давай мне «Тинкль»! Ах, не можешь! Тогда нечего беседовать о конспирации, когда я Наташе нужен больше всего! Короче, я еду… Да и недалеко это, а я буду очень осторожен. А ты, пока я буду у Наташи, не выходи в город и своего учителя предупреди…

— Не волнуйся, если что, при мне «Тинкль», я всегда успею вернуться на нашу базу в замок!


Со всеми предосторожностями я пробрался, многократно проверяясь от возможной слежки, на конспиративную квартиру. Наташе я дал поспать еще два часа, сидя рядом с кроватью и глядя в ее милое и усталое лицо. Потом разбудил.

— Наташа! Расскажи, что ты выяснила из бумаг Кризанпа?

— Начну с начала событий. Оказывается, Кризанп получил от своего агента, внедренного к Фарагону, сведения о том, что тот о чем-то важном собирается договариваться с главарями оппозиции в мире Зерс. Он решил воспользоваться этим фактом в своей борьбе против Фарагона (у них давнее соперничество и даже вражда, а в борьбе за влияние на короля все средства были хороши). От внедренных агентов в окружении Сомнерса (лидера сепаратистов) он узнал о прошедшей встрече и тайном сговоре. Знал он и о том, что встречу эту Фарагон проводил втайне от короля Лукиана. Он долго ждал последующих шагов Фарагона или Сомнерса, параллельно готовя операцию по добыче того самого договора, который заключили Фарагон с главой сепаратистов. Операция прошла успешно, копия договора уже лежала на столе у Кризанпа, он уже хотел доложить обо всем королю, тем самым «свалить» Фарагона, но не успел — король отбыл на охоту в мир Актон, так печально для него окончившуюся…

Тогда он, видимо, и решил сыграть свою собственную партию в этой политической игре. Кризанп решил сыграть на неприязни Боркеса к Фарагону. Боркес не скрывал, что недоволен тем, что брат, Лукиан IV-й, больше доверяет своим друзьям, а особенно Фарагону, чем кровным родственникам.

После убийства короля Кризанп связался с Боркесом, рассказал ему о роли Фарагона во всех происшедших событиях, связанных с Зерсом, дал ему всю информацию по возможному развитию событий, особо напирая на то, что к убийству короля может быть причастен Фарагон, прямо или косвенно. Не преминул он выдать Боркесу секретную (добытую его агентами) информацию и о новом наследнике престола Тарге.

Также было в сейфе и донесение начальника полиции Самбрии о появлении маньяка, об убийстве шестерых девушек в столице королевства. Было и еще одно донесение начальника полиции, более свежее — о том, что следствие закончено. По данным следствия выходило, что убийца — Тарг! Донесение подписал только что назначенный начальник полиции, а прежний, к тому времени уже был отправлен на пенсию, на почетный отдых… Возможно, сам Кризанп придумал, как «убрать» из политической жизни будущего короля, возможно, устно ему приказал Боркес — на эту тему документов не нашлось… Во всяком случае, не исключено, что, действительно, дело против Тарга сфабриковано и имея контрдоказательства, Тарг может стать королем хоть завтра…

Сначала никакой информации о «Тинкле» у Кризанпа не было. О Тарге — информация почти полная (кроме той ее части, куда он пропал из королевства и где находится сейчас. Но здесь помог арестованный и сознавшийся Гравельт. От него Кризанп узнал, что благодаря телепортеру Тарг скрывается на планете Сторн в другой звездной системе, куда имеющиеся космические корабли доступа не имеют. О нас с Наташей появилась информация только после первого посещения королевского дворца.

Много документов было на тему Зерса. О развале королевской власти на Зерсе, об усилении влияния сепаратистов…

Была еще очень интересная копия донесения Кризанпа регенту Боркесу. Это было даже не донесение, а что-то вроде аналитического исследования всей многолетней деятельности Фарагона. Из него следовало, что, несмотря на давнюю дружбу с королем Лукианом, Фарагон всегда хотел большего, чем имел, будучи на высшей должности в королевстве. С его умом, с его самолюбием! Мог ли он хотеть смерти Лукиана? Утверждалось, что это невозможно исключить, значит, мог… Перечислялось, сколько раз он, в противовес мнению короля, предпринимал действия и решения. В том числе и последнее тайное соглашение с главой сепаратистов Зерса. Но оно последнее, а не единственное. Следовательно, этот человек был недоволен своим очень высоким положением в государстве, а чего же он хотел? Что могло быть выше? Только королевская власть! Будучи умным человеком, незаурядным и хитрым политиком, любящим многоходовые политические комбинации, он мог попытаться использовать в своих личных интересах незаконнорожденного сына короля — Тарга. Под видом борьбы за возведение на престол так называемого «законного наследника престола» — Фарагон мог, а, следовательно, вел борьбу за королевскую корону, но не Таргу, а себе! Приводились многочисленные факты, подкрепленные отдельными документами или свидетельствами (начиная с юношеского возраста) о непомерной, но большей частью скрываемой, амбициозности и желании абсолютной власти Фарагона.

Глава 21 Встреча с Фарагоном

— Какая грязь, если это хоть на пятьдесят процентов правда! Как я могу исключить то, что Фарагон мог действительно нас использовать в своих, далеко идущих целях? А Тарг мог использоваться для прикрытия. Наша земная история знает еще и не такие примеры коварства в борьбе за личную власть… А я в этом абсолютно не искушен. Но что же делать?

Если Фарагон — друг короля, благородный дворянин, верный друг и товарищ, — на самом деле просто умный и коварный враг, умеющий использовать таких простаков как Тарг, Шилак и меня с Наташей… Мог, мог он все ловко подстроить… Опытный, хитроумный царедворец… Хорошо все задумал и почти все задуманное осуществил… Почти…

А ведь еще можно попытаться извернуться и разрушить его планы. Если действительно все обстоит так, как сказано в этой аналитической записке… А если он не виноват? Надо хорошенько все проверить и обдумать… А еще лучше — напрямую выяснить все в личной встрече с Фарагоном.

Я перестал ходить по комнате и подошел к Наташе.

— Наташа, тебе надо еще отдохнуть, твоя помощь мне понадобится, а пока ты отдыхаешь, я «слетаю» на рандеву с Фарагоном. Надо узнать правду! Эти интриги «мадридского двора» мне уже так надоели, что хочется определенности во всем и правды!

— Алеша, подожди, я еще не сказала главного: Тарг нас обманул, когда отправил нас с Земли на Сторн.

— Как?

— Его, а тем более нас, никто не мог преследовать ни на Земле, ни на Сторне. Нерея и Сторн — находятся в разных звездных системах, а Земля — вообще в третьей! Средств межгалактического сообщения у «преследователей» не было и быть не могло, да и в соседнюю звездную систему им пока хода нет… Не было и самих преследователей, из-за которых Тарг переправил нас на Сторн. Только «Тинкль» мог мгновенно перенести (или телепортировать) в любую звездную систему или из галактики в галактику А все «Тинкли» в руках у заговорщиков, точно…

— Однако! У меня тоже уже были такие подозрения — Тарг проговорился, когда сказал мне недавно, что они боятся попадания этого устройства в руки Кризанпа…

Наташа помолчала, потом сказала:

— Может быть, Тарг в обычной жизни и хороший человек, но ради своих целей… Да еще это «Пророчество»!

— Да… Значит, мы с тобой еще совсем недавно, когда отправлялись в королевский дворец, могли отправиться домой, на Землю? «Тинкль» ведь был у меня в руках… Только моральные обязательства нас тогда удержали… А зря — у наших «друзей» с моралью как — то не очень… Так вот почему Тарг теперь не дает мне в руки «Тинкль»? Боится, что мы уже знаем?

— Может быть… Хотя я узнала, что нас некому было преследовать, только прочитав в бумагах Кризанпа…

— Что будем делать?

— Лучше всего сделать вид, что мы по-прежнему ни о чем не догадываемся… Будет благоприятный момент, тогда… Да и то, не надо забывать, Алеша, что скоро у них этих «Тинклей» будет столько, сколько они захотят. Значит, надо быть осторожными и с врагами и с «друзьями»! Они и на Землю могут в любой момент нагрянуть…

— Ты моя умная и разумная девочка! И очень красивая! — С этими словами я начал целовать Наташу и долго не мог остановиться…

Остановила меня Наташа:

— Ты же отправляешься к Фарагону? Может быть, я с тобой?

— Нет, Наташа, сегодня с тебя хватит! Отдыхай, набирайся сил, тренируй свои гипнотические способности! Но сначала сделай мне укол пермерона… Пока без него никак!


Вскоре я уже «влетал» в резиденцию Фарагона и прикидывал, как мне осуществить контакт: появиться перед ним в личине какого — нибудь его помощника или прямиком вломиться в его сознание. Поколебавшись, выбрал первый путь — я не был уверен в его вине… Установив, в какой из комнат находится Фарагон, я дождался, когда кто-нибудь приблизится к его дверям. Им оказался его слуга, несший поднос с напитками. Быстренько внедрился в его сознание, почти не испытав сопротивления со стороны «хозяина». Уже я сам, в обличии слуги, вошел в апартаменты Фарагона.

— Поставь туда! — сказал он «мне» и продолжил, сидя за рабочим столом, просматривать бумаги. Я поставил поднос и некоторое время разглядывал его. Все-таки, вживую я видел его в первый раз, зато как много о нем слышал! Хотелось составить о нем первое впечатление, так сказать, визуально.

Вид у него был не только совершенно домашний, но и несколько меланхоличный. Седой, среднего роста, довольно плотного телосложения, но не толстый, видна сила в руках, воля во взгляде глаз с прищуром.

— Спасибо, Монтег, ты свободен! — сказал Фарагон, по-прежнему не глядя на меня.

— Да я, собственно, и не Монтег! — сказал я.

Фарагон неспешно развернулся ко мне, но в руке он уже держал небольшой лучевой пистолет.

— Это Вы напрасно! Монтег вовсе не виноват, что я без спроса вселился в его тело и сознание и пытаюсь поговорить с Вами на очень важные для меня темы.

Нахмуренный лоб Фарагона тотчас разгладился и в глазах мелькнула искра догадки, а пистолет снова опустился в карман халата:

— Так это Вы, Алекс! Поверьте, я давно уже жду Вас!

— С чего бы это? Простите за грубость, я не придворный, с этикетом у меня не очень, да и обстоятельства не располагают к чрезмерной вежливости.

— Бросьте, Алекс! К чему это? Догадываюсь, что Вы испытываете дефицит времени и у Вас накопилось ко мне немало вопросов!

— Да, это так. Но сначала объясните, почему Вы не удивились, что я к Вам прибыл в теле и сознании другого человека? Разве это для вашего мира обычная вещь?

— Нет, конечно! Но Тарг уже успел рассказать мне о Ваших новых талантах, так что я в курсе. Вопросы?

— Расскажите, кто организатор убийства короля Лукиана? Кризанп пытался уверить Боркеса, что это Вы.

— Ах, вот что! Ну да, ну да, — архив министерства внутренних дел! Архив Кризанпа… Он любит «подбрасывать» такие аналитические записки, только читай! Но вы молодцы, что сумели добраться до его архива!

Глава 22 Ответы на вопросы

— Понимаете, Алекс, я никогда не хотел и не мог хотеть гибели Лукиана. Мы действительно с ним были друзьями, друзьями с детства. И в юности держались всегда вместе. Даже к девушкам не раз вместе ходили… Он доверял мне, а я верил в него и доверял ему абсолютно… Однажды я даже бился на дуэли вместо него, ему нельзя было — не позволяло звание наследника престола. Да, мы тогда были молодыми и совершали много ошибок! Став взрослыми, всегда плечом к плечу отбивали все атаки наших политических противников. Много всего было… Мы всегда были единомышленниками. Лукиан был (Фарагон горько усмехнулся), да был… прогрессивным государственным деятелем. Такое огромное государство! На трех планетах! Пятнадцать миллиардов человек! Вам на Земле такие масштабы и не снились! Я любил его как брата и преклонялся перед ним как перед великим человеком! Да, он ошибался в некоторых вопросах — нет людей, которые никогда не ошибаются! Но он и сделал очень многое — после его отца, Лукиана III-го, ему досталось много проблем, которые ему приходилось решать. И он решал как мог. Я тоже никогда не был непогрешимым… На Лукиана, как на крупнейшего государственного деятеля легла непомерная тяжесть принятия решений. И он их принимал! Только цена ошибок возрастала год от году… Я считал неразумным насильно удерживать Зерс в орбите нашего влияния, советовал Лукиану «отпустить» их! Но он упрямствовал… Объяснял это тем, что все его предки-короли «перевернутся в гробу», если Зерс станет самостоятельным государством!

— Он знал про устройство по перемещению в другие миры и про его перспективы для королевства? — спросил я.

— Да. Он знал про это устройство, но почему-то не придавал ему большого значения при будущих политических раскладах. Он не верил, что удастся перемещать большие объемы и веса в самые отдаленные уголки вселенной, считал «Тинкль» маленькой машинкой для переброски одного — двух человек или небольшого груза куда-нибудь в разведывательных или иных целях. Я пытался ему объяснить грандиозность этого изобретения, объяснял ему, что нам не будет нужно тратить силы и средства на строительство и совершенствование межгалактических космических кораблей, что мы стоим на пороге великой эры в освоении космоса… Он только отмахивался… Иногда ехидно спрашивал: «Ну и где ваше устройство, заменяющее огромный космический корабль?» Устройство, маленький «Тинкль», тогда было только одно, и перемещать могло не более ста килограммов или одного человека, потом сделали еще несколько, тоже не очень мощных (не получались тогда мощные у изобретателя, как он не бился!), одно из них было отдано Таргу — сразу после смерти Лукиана и очень пригодилось… Но я сделал главное: будучи канцлером государства, я своей властью не только создал изобретателю «Тинкля» наилучшие условия для совершенствования аппарата и доведения его возможностей до максимальных, но и потом, когда это стало возможным, удалил изобретателя из нашей звездной системы, подальше от шпионов наших политических противников… Его лаборатория сейчас находится на той же планете, где Вас, Алекс, обучали навыкам космодесантника. На эту планету мы наткнулись при самых первых опытах с «Тинклем», она нам очень подошла по всем условиям. В конце концов, удалось найти контакт и с правителем планеты Сторн, ему было обещано… Ну, это уже детали… Главное, что мы успели до смерти Лукиана вывезти на Сторн ученых и специалистов, создали там великолепную лабораторию и опытный завод. И они дали результат! За последнее время, помимо маленьких «Тинклей», у нас появились реальные проекты устройств по перемещению крупных объектов в другие галактики, большого количества людей, грузов, снаряжения… Еще немного времени для доводки большого Тинкля и мы на пороге чего-то великого…

— И каковы будут возможности?

— В очень недалекой перспективе — до тридцати тонн груза, до нескольких тысяч людей! И это непосредственно с поверхности любой из наших планет! А с планетарных орбит веса и объемы можно увеличить до более впечатляющих цифр! Ученые могут сказать точнее…

— Да! Масштабы впечатляют!

— Удалось хорошо засекретить эти работы. Хотя это было и не трудно: любой, кому открывалась информация по этим работам, отправлялся тут же на Сторн. Просто, но эффективно! Конечно, какие-то обрывки информации имелись у Кризанпа, у наших политических противников, у лидеров Зерса. Но ничего определенного они не знали. Ни имени разработчика, ни конкретно и четко самой идеи, для чего это устройство, где ведутся работы… Хотя знать очень хотели. Понимали, раз так засекречен, значит очень крупный и значимый для жизни государства проект.

— Я понимаю значение этого проекта. Ваше королевство получит огромные ресурсы и богатства при освоении планет соседних звездных систем, галактик, куда вы раньше никак не могли добраться. Это — революция в астронавтике! Остальным придется довольствоваться крошками со стола… Так? И предполагаю, что в этих условиях Вы не намерены удерживать Зерс в Союзе Трех Миров и в составе королевства. Сами будут проситься обратно?

— А Вы уже неплохо разобрались в наших реалиях и кое-что соображаете. Вас этому специально там, на Земле, не учили?

— Вы же знаете, что я врач по специальности. У Вас на меня есть полная информация и я не поверю, что это не так!

— Ну, не сердитесь! Я просто хотел сказать, что в Вашем молодом возрасте в нашем королевстве даже принц крови еще не очень хорошо разбирается в политических хитросплетениях, хотя их уровень образования и подготовки внушает уважение. А Вы, не имея этой подготовки, будучи всего лишь врачом, находясь здесь всего несколько месяцев…

— Простите, Вы не ответили на главный вопрос: почему и кто убил короля?

— Вы подразумеваете, как я этому поспособствовал? Отвечу… Сейчас отвечу… Хотя и трудно отвечать… Я виноват в том, что невольно спровоцировал убийство короля… Это навсегда останется на моей совести, пятном на моей чести… Да, я заигрался в политические игры. А все началось с того, что я «придумал», как убедить упрямого Лукиана встать на мою точку зрения…

Для этого я связался с главой сепаратистов с Зерса, крупным предпринимателем и одним из богатейших людей нашего королевства — Виком Сомнерсом. Это было нетрудно, мы живем в одном государстве, хотя и на разных планетах, и никому не запрещено прибыть на любую планету из нашего Союза Трех Миров! Мы провели тайные предварительные переговоры, суть которых сводилась к следующему:

— В королевстве назрела ситуация, когда излишняя централизация власти вредит развитию как государства в целом, так и различным мирам, таким как Зерс, в частности.

— В ближайшем окружении короля, есть определенные силы, способные поддержать устремления Мира Зерс к самоуправлению и независимости.

— Чтобы осуществить давние стремления мира Зерс к политической и экономической самостоятельности мирным путем — необходима сумма в 800 миллионов ферлонгов (денежная единица в Нереанском королевстве. Состояние самого крупного собственника Союза Трех Миров — короля Лукиана IV- го составляло, к примеру, 25 миллионов ферлонгов). Такая сумма могла убедить короля согласиться с этой идеей.

Затем Сомнерс тайно посетил меня здесь, в моей резиденции. Переговоры проходили в обстановке секретности. О них знали только наши с Сомнерсом доверенные лица. Сумма показалась Сомнерсу непомерной, но я был готов к этому. Сама идея мирного развития событий ему показалась очень здравой и своевременной. После переговоров он признался, что с трудом сдерживал последнее время радикально настроенные организации сограждан Зерса и своих сторонников от враждебных, в том числе военных, выступлений против королевской власти.

— Между нами говоря, — признался он мне, — у нас уже есть и своя (теневая) разведка, контрразведка, силы самообороны и даже своя полиция. Ваш королевский наместник на Зерсе граф Манол Синг если и не знает об этом, то догадывается и старается иметь с нами, истинными хозяевами Зерса, хорошие отношения, и не вмешивается…

И это не было для меня новостью, несколько моих личных агентов, внедренных на Зерс, исправно поставляли информацию по этой теме…

В итоге переговоров сумма «отступных» составила 550 миллионов ферлонгов, причем выплачивать ее должны были в течение 10 лет, но 25 % суммы должны были быть выплачены уже в течение этого года… Сомнерс не мог скрыть своего удовлетворения, а я…. Любая сумма была мне глубоко безразлична в сравнении с выгодами прекращения непрерывного противостояния с Зерсом и будущими доходами от освоения Дальнего Космоса.

В тот момент мне было нужно только одно: эти выплаты и сам факт состоявшихся переговоров могли убедить короля Лукиана IV-го согласиться с решением по Зерсу (тем более, что в королевстве создалась сложная обстановка в экономике, дефицит платежного баланса, падение курса ферлонга — финансы «пели романсы» — и дополнительные финансовые вливания пришлись бы как нельзя кстати — я консультировался с министром экономики и финансов, он обрисовал мне эту неприглядную ситуацию). Да, государственные деятели обычно так не делают! Да, я нарушил все правила и законы, вступив в сепаратные переговоры, но очень надеялся, что Лукиан рано или поздно меня поймет и простит, а выгода от этого перевесит все отрицательные моменты. Рано или поздно он все равно бы пришел к этому очевидному решению, своим поступком я хотел подтолкнуть его, рискуя нашей дружбой и своей репутацией! Так что, моя авантюра была почти обречена на успех, поскольку быстро разрешала сразу три проблемы: политическую, экономическую, финансовую. И тогда можно было бы сосредоточиться на грандиозной и многообещающей задаче — освоении планет в Дальнем Космосе, со всеми их богатствами! Я верил, что изобретателю устройства по перемещению в другие миры удастся усовершенствовать аппарат в ближайшие сроки…

Но… Вмешалась ужасная и непредвиденная мной случайность.

Это я уже узнал потом, после убийства Лукиана. Сомнерс изложил мои предложения своим соратникам, информация начала распространяться… Я, конечно, был готов к этому… А Лукиан IV- ый должен был узнать о состоявшихся переговорах как о свершившимся факте… Уже не было бы у него времени и возможности сомневаться и передумать… Он слишком долго не мог решиться! А введение военного положения на Зерсе (к этому все шло!) могло привести к гражданской войне. Отречься от состоявшихся переговоров? Нет, зная его характер, он не мог! Каким бы он ни был вспыльчивым человеком, но он был еще и опытным правителем и политиком. Да и 550 миллионов для нашего отощавшего бюджета…

Правда, не всем заинтересованным влиятельным лицам на Зерсе показалось справедливым и правильным выплачивать королю 550 миллионов за свою независимость. Некоторые недовольные и непримиримые сочли это грабежом, заведомым обманом, требовали добиваться независимости без всяких компенсаций, не идти с королевским правительством ни на какие компромиссы… Один из лидеров неподконтрольной Сомнерсу «патриотической» группировки, принял собственное решение по этому вопросу, ни с кем его не обсуждая. Он нанял группу наемников (со стороны) и отправил ее на Актон для совершения покушения на короля Лукиана. Люди оказались весьма подготовленными: списанные или уволенные в запас космодесантники. А дальше все было, как и выяснил Пироп: взяли в аренду космическую яхту на подставное лицо… Да, и снайпер был, да… Позже их всех ликвидировали. Но ниточки к задумавшему злодеяние остались… Сомнерс назвал мне его имя…

Все получилось так глупо, страшно и мерзко одновременно… Я не знал, что мне дальше делать… Вся затея показалась мне не стоящей того, чтобы погиб мой давний друг, мой король… Я был в трансе несколько часов, но потом вспомнил, что на мне есть обязательства перед Таргом, сыном моего короля.

— Еще один вопрос: кто организовал улики против Тарга? Я могу хоть сейчас разобраться с этим человеком, но кто он? Кризанп? Боркес? Вы?

— Да нет, не я… Да Вы и сами не очень — то верите, что это я… Так? Не знаю точно, но это вполне мог быть Кризанп. Вы, наверное, составили о нем мнение, что это не очень далекий, прямолинейный и без особых фантазий человек? Я Вас уверяю, что это совсем не так. Да и не мог быть долгое время, 22 года, на таком ответственном посту в государстве подобный человек… Нет, Кризанп очень опытен, очень хитроумен, по — своему незауряден. Педант, скрупулезен, организован, решителен, когда надо. И он очень любит казаться недалеким примитивным простаком — служакой. Очень многие попадались на эту наживку. А разве Вы с ним по поводу улик на Тарга не беседовали?

Я прикусил губу (Монтега). Что-то не хотелось мне объяснять Фарагону, что Кризанп был в моих руках, его можно было «потрошить» как угодно и получить всю нужную информацию, но второпях я не сделал этого.

— И последний вопрос: чего Вы хотите в дальнейшем для государства и лично для себя?

— Алекс, я уже немолод, у меня нет и никогда не было ни семьи, ни детей, а после смерти Лукиана мне нечего хотеть и почти не к чему стремиться — лично для себя. Но я бы хотел, чтобы исполнилось желание короля Лукиана — чтобы на трон взошел его сын Тарг, чтобы мы могли оставить нашим потомкам сильное и богатое государство. Поэтому я собрал и возглавил сторонников Тарга для достижения этих целей. Да, серьезной силой это сборище стать не успело, но тут очень кстати пришлась Ваша помощь… Буду всемерно помогать Таргу, буду ему как отец… Впрочем, чтобы убедиться, что я говорю правду, Вам достаточно войти в мое сознание…

— Я знаю. Но почему- то все это я хотел услышать от Вас, а не рыться в вашем сознании…

— И я Вас благодарю за это… Да, и вот еще что: простите его!

— Кого?

— Тарга! За то, что он обманом увлек Вас и Вашу подругу в наш мир. Это была его личная инициатива, — я к этому отношения не имел. Добровольно Вы бы не согласились прибыть на Сторн… Я ему строго выговорил за это, а он мне сказал, что ему нравится эта девушка, Наташа, и он добьется ее.

У меня при этих словах Фарагона даже дыхание перехватило от возмущения. Увидев мое состояние, Фарагон сделал успокаивающий жест и продолжил:

— Тарг — хороший человек, благородный и честный….

— Ничего себе — благородный! И еще более честный! — запальчиво воскликнул я, но теперь уже Фарагон перебил меня:

— Извините, Алекс, я его не оправдываю, я просто хочу пояснить, что он не подлец, а легко увлекающийся девушками молодой человек. Таких, как он — много. Он же не умыкнул у Вас Наташу одну на Сторн, а забрал и Вас с собой.

— Так это из-за Пророчества только! Я ему был нужен!

— Какое еще Пророчество? — с удивлением спросил Фарвгон.

— А Вы, что, разве не в курсе? Какой-то предсказатель много лет назад предсказал появление Спасителя короны…

Под конец произносимой фразы я, увидев насмешливую улыбку Фарагона, уже не так уверенно произносил последние слова. Так значит… Не может быть!

— Да, молодой человек, как Вас, оказывается легко обмануть-то! Ну, Тарг! Ну, сочинитель! А Вы! Такой взрослый, а все в сказки и пророчества верите!

Совершенно сбитый с толку и раздосадованный, я молчал, а Фарагон продолжал:

— У Тарга его первая любовь внешне была очень похожа на Наташу. Просто одно лицо! Тарг был еще очень молод… Девушка не ответила ему взаимностью, отвергла его. Вскоре она вышла замуж по настоянию родителей за очень родовитого и богатого дворянина. Тарг тогда, естественно, не знал, что является сыном короля. Мы наблюдали за ним, охраняли его, направляли, но в личную жизнь не вмешивались. Может быть, зря… Он чуть не покончил с собой. Только тогда мы поняли, что это было не просто юношеское увлечение, а роковая любовь… Да, такое бывает… Хорошо, что Шилак подобрал добросовестных и квалифицированных телохранителей ему (Тарг даже не догадывался о них). Они успели вовремя, а нам пришлось найти девушку (кстати, лучшая агентесса из спецслужбы, «постельной» разведки), которая сумела его утешить. И то далеко не сразу! Потом было много других девиц и мы уже думали, что он впал в другую крайность — стал бабником. Но нет, как только он случайно на вашей планете увидел Наташу, — все началось снова. По счастью, уже не так, как в его юности… Возможно, он стал старше, спокойнее, сдержаннее.

В этот момент я подумал про себя:

— Ну да! Как же! Спокойнее и сдержаннее!

Все во мне просто кипело от возмущения и обиды.

А Фарагон продолжал:

— Я узнал об этом после вашего появления на Сторне — Шилак рассказал… Хотел было сразу вернуть и Вас и Наташу на Землю, но у вас обоих стали появляться такие успехи и способности, что я решил подождать. Тарг хотел добиться Наташи в честной борьбе с Вами, Алекс. Тем более, он видел, что она Вас любит и не простила бы ему, если бы он похитил ее одну. Он думал, что на Сторне Наташа увидит, что Вы не выдерживаете испытаний трудностями, а именно для этого он заставил Вас заниматься по программе космодесантников. И самое главное, струсите при испытаниях или на «допросе». Да! Увы! Допрос тоже он придумал! Согласен, что это его не украшает… Он рассчитывал, что Наташа увидит, что Вы — хлюпик и трус, тогда Тарг сумеет без помех добиться ее любви… Да, Тарг — мальчик с богатой фантазией, я даже не предполагал, что он на такое способен… Увы, его надежды не оправдались — Вы проявили себя с самой лучшей стороны. Он Вас сильно стал уважать, хотел извиниться и отправить назад на Землю. Но здесь воспротивился уже я. Меня заинтересовали Ваши способности, которым Тарг особого значения не придавал. Это я запретил ему признаться Вам в содеянном и решил воспользоваться тем, что само идет в руки. Да, это я взял грех на душу! Не Тарг виноват, что Вы с Наташей рискуете своими жизнями, а я! Простите старика, если можете! Вы и только Вы сможете помочь ему сесть на престол, выполнить волю его отца. Вы с Наташей уже много дел натворили, а что еще сможете — никто даже не возьмется прогнозировать! Я был бы слишком самонадеян, если бы сказал, что и без Вас у меня было много вариантов сделать как надо… Ваше появление позволило нашей весьма слабой и мало организованной группе сторонников действительно рассчитывать на общую победу!

Я сидел и молчал, не в силах что-либо говорить. Да! Как говорится, нет слов! Тарг — «хорош», но по сравнению с этим монстром — просто ягненок! Но странно, почему-то нет против них злости… Просто, как-то неприятно, что обманули, развели…

Фарагон подошел ко мне, неожиданно обнял за плечи и сказал с чувством:

— Помогите ему! Помогите всем нам! Вы — можете! Только будьте осторожны!

— Хорошо! — обескураженно пробормотал я и приготовился к «отлету».

Глава 23 Муки совести

Тарга мучила совесть… Он понимал, что поступил с Алексом не в соответствии со своим статусом дворянина и благородного человека. Уже не впервые он вел диалог сам с собой:

— Да что там! Бесчестно, коварно и даже подло поступил ты с Алексом! Как это с тобой произошло? Как произошло, что ты скатился так низко? Как ты можешь после этого смотреть Алексу в глаза? Вот Алекс по отношению к тебе всегда поступал благородно: защитил от бандитов, когда ты был без сознания, помог с регистрацией… Стыдно! Какой же ты подлец! Ты — не дворянин, ты — свинья! Ты не достоин стать королем! Ничего не достоин!

Тарг снова вспомнил все события, связанные со знакомством с Алексом и его снова накрыла волна стыда, а душа скорчилась от невыносимой боли…


Ему очень понравился Алекс при первом знакомстве: простой, открытый, дружелюбный, смелый! Не каждый дворянин в их королевстве рискнул бы противостоять бандитам! А на Земле, в их стране, России, — Тарг узнавал, — дворян практически истребили много лет назад…

У них сразу сложились дружеские отношения, какое — то сродство душ способствовало этому… Но потом Тарг увидел Наташу и все…

Наваждение, которое долго не отпускало его в ранней юности, снова одолело его. Как же Наташа была похожа на Мауру! Только взрослее и красивее, чем та семнадцатилетняя девочка в его воспоминаниях!

Тарг тогда потерял голову совершенно! И дело чуть не закончилось самоубийством…

А в этой ситуации он, более взрослый, более выдержанный, нарушил, поддавшись чувствам, правила чести и дворянского достоинства. А Наташа, как и Маура когда- то, тоже его не любит… Да и за что его любить? Ему только с развратными девками дело иметь, но отнюдь не с приличными и благовоспитанными… Эх, не судьба! Хорошо, что в этот раз, не сразу, но гораздо быстрее одумался…

Тарг снова вспомнил ту комбинацию, которую он разработал и осуществил. Да, он стал совладельцем мебельного магазина (фактически, полновластным владельцем — благо, с деньгами не было никаких проблем), потом — придумал акцию: «мебельный гарнитур за смешные деньги», точнее за 33 % от стоимости. И его торговые агенты до тех пор бомбардировали жильцов дома, где жила Наташина мать, пока та самая соседка не решилась на покупку.

Потом сам, в качестве сборщика мебели пришел к соседке, разыграл «болезнь» — прободную язву желудка (подготовился с помощью «справочника врача» и Интернета), подгадав к очередному посещению Наташи с Алексом Наташиной матери. Алекс не очень — то поверил, но, все — таки, направил его в больницу… А он специально оставил «Тинкль» с тремя жестко зафиксированными маршрутами и, на всякий случай — принудительным возвратом на исходное место, для безопасности… Предполагал, что Алекс будет доделывать мебель и заинтересуется «Тинклем» и не ошибся! Алекс проглотил «наживку», а дальше все было уже просто — пришел, напугал, отправил на Сторн…

К счастью, на Сторне наваждение постепенно стало спадать, чему способствовало достойное и безукоризненное поведение Наташи, Алекса, да и Шилак тоже давил на совесть как мог…


— Вот так, Алекс! — мысленно обратился Тарг, — Прости, если можешь… Я действительно не имел права… Но я постараюсь искупить свою вину…

Хотя, ничего плохого, с другой стороны, я им не сделал. Я ни к чему не принуждал Наташу, вел себя с ней вежливо и уважительно. Я их даже не разлучал… И если бы не Фарагон — жизни Наташи и Алекса не оказались бы под угрозой… Да я куда угодно перемещусь для их спасения, хоть на Нерею (да я уже здесь), хоть на Зерс! И никакой Фарагон мне будет не указ! Тем более, что я до сих пор еще ничем не рисковал и ровно ничего не сделал для дела, а ребята уже… Да если бы я вместе с Алексом не переместился сюда, он бы и не смог выручить Наташу!

Опять же он, а не я…

Глава 24 Встречи с Кризанпом и Боркесом

На следующее утро я снова «летел» в министерство внутренних дел к моему старому знакомому — к Кризанпу.

— Да, жаль, что не удалось в прошлый раз порыться в сознании Кризанпа в поисках нужной информации! — думал я.

— Все- таки, мы не профессионалы, увы!

Кризанп был в своем кабинете. С разгона я «влетел» в его сознание, но получил серьезный отпор. Это было неожиданно и тем более неприятно. Около 10 минут мы с ним боролись за главенство в его сознании. Наконец мне удалось подчинить его сознание и я узнал:

1. Кризанп не имел отношения к убийству короля Лукиана IV-го. Это было и для него неприятным сюрпризом. Король Лукиан ценил его, а он не имел никакой информации о готовившемся покушении.

2. Дело против Тарга было сфабриковано по его прямому указанию — появление маньяка в столице королевства оказалось очень кстати! Дальше все было просто: посадить своего человека в кресло начальника столичной полиции и тут же находятся неопровержимые улики против Тарга…

3. Всю жизнь он ненавидел Фарагона и завидовал ему. За его дружбу с королем, за ум, за внешность и манеры, за успехи у женщин…

4. Боркеса он презирал, но хотел его использовать в борьбе за свое возвышение. Тайными желаниями были стать фактическим правителем королевства или даже (чем черт не шутит!) в далеком будущем самому стать основателем династии. Хотя он и понимал, что это слишком смелая и слишком далекая мечта… Но неумелые действия Боркеса, нарастающий кризис в королевстве, активность и возрастающая сила сепаратистов Зерса — могли потребовать появления «сильной руки» в государстве и он был не прочь стать этой «рукой».

5. Он знал о завещании Лукиана IV-го и новом престолонаследнике еще до убийства короля (его агентура сработала на отлично!). После его гибели во главе государства встал «слабый» Боркес, последующие действия Фарагона тоже были на руку Кризанпу, поскольку могли способствовать исполнению его собственных далеко идущих планов. При этом, имея полную информацию о заговорщиках, он не стремился эти силы разгромить, хотя и мог бы…Да и триумвират герцогов тоже надо было иметь в виду. В то же время, он не давал возможности, шанса претендовать на корону Таргу, а вместе с ним снова приблизиться к власти Фарагону… А этот его «фокус» с обвинением Тарга в убийстве шести девушек — как вовремя он был сделан! Еще день промедления — и новый король Тарг был бы на престоле… При новом короле не было гарантии остаться в правящей элите, тем более, что Фарагон направлял бы его первые шаги… Нет, он все сделал очень четко и очень своевременно!


Дальше не было смысла «рыться» в сознании Кризанпа. Мне стало противно и я решил покинуть его не вполне гостеприимное сознание. Подумав, я попробовал «освободить» часть сознания Кризанпа, у меня это получилось — он смог контактировать со мной на уровне «да — нет», «понимаю — не понимаю». Напористо и даже нахально я приказал ему объявить о признании ошибочными действия по обвинению Тарга в убийствах и прекратить все действия против Тарга и Фарагона. Иначе… Он заверил, что понял…


И я полетел «потрошить» Боркеса. Возможно, это было необязательно, но время и желание у меня еще были.

Боркеса я нашел в его кабинете. Он устраивал очередной разнос своим секретарям. Поэтому пришлось ждать, пока он всех не отпустит. Но он еще вел прием посетителей — чиновников крупного ранга. Только через два часа он остался один.

Его сознание подчинилось мне сразу и совершенно. Вот, что я узнал.

Его всегда мучил комплекс неполноценности: его брат Лукиан был умен и энергичен, а он, никогда не отличавшийся особым умом и сообразительностью, был патологически, ужасающе ленив. Нет, он не был глуп. Мечтал о славе, о власти. Но только мечтал. Заставить себя готовиться к этой славе, власти (учиться и учиться!) — было выше его сил. Поражения на всех фронтах его деятельности не замедлили себя ждать.

Он был влюблен в королеву Сантину, жену короля Лукиана, но даже после смерти короля она не сочла его достойным заменить ей мужа. Он признался ей в своей любви, но… Он ей не нравился… Никогда…

А все его активные (против обыкновения) действия после убийства короля были продиктованы желанием понравиться королеве, побудить ее посмотреть на него под другим углом зрения. Увы! Как только он понял, что все его усилия напрасны, он снова стал прежним…


Да! Сюрприз… Вот тебе и Боркес! Я и не думал, что в таком возрасте люди думают о любви… Жалко его…


Во всяком случае, по вновь «изобретенной» методике я приказал сознанию Боркеса отправить в отставку Кризанпа, самому уйти в отставку с поста регента королевства в связи с появлением законного наследника престола, предварительно подготовив регентский указ о снятии обвинений с Тарга.

Я даже остался ждать, пока он снова вызовет секретаря, продиктует «свои» указы. Наконец, все было сделано, указы продиктованы, подписаны… Жаль, что это требовало времени, а я и так уже задержался. Как там Наташа? Переживает, наверное, находясь рядом с моим неподвижным телом…

Все, гора с плеч! Путь к престолу я Таргу расчистил. Теперь мы с Наташей вскоре сможем отправляться домой!

Глава 25 День Кризанпа

Очередной рабочий день министра внутренних дел не задался с самого утра… И не мудрено!

Он сидел за своим письменным столом и предавался трудным размышлениям. Он был зол! Нет, он был в ярости! Произошло что-то непонятное, необычное, никогда с ним не происходившее! Кто — то нагло и властно, как будто имеет право, вламывается в его сознание, роется в его памяти (он ощущал это почти физически!), приказывает ему прекратить все действия против заговорщиков и самое главное: прекратить дело по обвинению Тарга в убийствах девушек как фальсифицированное! Ключевое дело! Пришлось согласиться… Но его извиняет то, что он был сильно напуган, впервые к нему в сознание проник посторонний… Что же это такое, когда это стало возможным? Скажи ему это кто-то посторонний — не поверил бы и счел ненормальным. А теперь что думать? Это что, гипноз, магия, колдовство? Да нет, про магию и колдовство — глупость! Гипноз? Слабо и не похоже — никто не смотрел в его глаза, не усыплял…

Так значит наука? Где? Кто? Когда это изобрели и применили, почему это ему неизвестно? А вот «этим неизвестным лицам» известно! «Они» уже пользуются! Возможно, разновидность гипноза, только дистанционного?

Теперь надо прикинуть, кто же это мог? Интуиция подсказывает, что это тот молодой наглец, Алекс, помощник Тарга и подручный Фарагона… Но откуда такие возможности? А может и не он… Надо посоветоваться с руководителем аналитического отдела, должны же «научники» что-то подсказать…

И еще: он ничего не помнил о событиях почти всего вчерашнего дня! А он всегда все помнил! Все тщательно планировал для себя, для подчиненных, сам выполнял все задуманное и требовал того же от них! Что же вчера произошло? Он нажал кнопку звонка. Через секунду вошел секретарь.

— Срочно в мой кабинет всех сотрудников, которые хотя бы краткое время были вчера со мной!

Поймал непонимающий взгляд секретаря, придал себе еще более свирепый вид и секретарь тут же бросился исполнять.

Кризанп встал из-за стола, походил по просторному кабинету. Его взгляд упал на глубокое кожаное кресло. В мозгу шевельнулось какое-то неприятное воспоминание, но оно было смутным и нечетким. Несколько секунд он пытался извлечь что-либо из своей памяти, относящееся к этому креслу, к этому смутному узнаванию, но после громадных усилий признал свое поражение.

В видеофоне появилось изображение секретаря:

— Господин министр, все прибыли! Можно входить?

— Да!

Они зашли. Четверо из его личной охраны, бывшие спецагенты (он всегда лично отбирал себе охранников), опытные люди, проверенные, испытанные и верные; личный водитель Реклен — тоже весьма испытанный и проверенный кадр; мадам Тегония — ведущий специалист в его ведомстве по работе с женским контингентом, не один десяток лет проработала с ним бок о бок и всегда он мог быть уверен в ней.

Он обвел их сердитым взглядом и рыкнул:

— Рассказывайте!

Увидев, что они в замешательстве, приказал:

— Мадам Тегония, начните вы! Вспомните, все, что с вами происходило с утра вчерашнего дня! И расскажите, особенно — о том, что вам показалось странным и необычным!

— Я полагаю, что вам не особенно будут интересны мои рутинные обязанности в моем женском отделе. Но вот, что касается необычного и странного — я вам расскажу.

В середине рабочего дня из вашего кабинета поступил вызов. Как обычно, для допроса с применением спецсредств. Зайдя в кабинет, я увидела молодую симпатичную девушку, сидящую в этом кресле. После вашего приказа я ввела ей пермерон. Несмотря на солидную дозу препарата, девица практически ни на один ваш вопрос не ответила. Разве что сказала, что ее зовут Наташа. Затем она начала требовать, чтобы ей помогли встать из этого глубокого кресла. Кстати, помогли ей Вы! А потом она села за ваш стол, Вы же почему-то в этом ей не препятствовали! Потом у меня какой-то провал в памяти, осознавать себя снова я начала примерно через три часа, но Вас в кабинете уже не было, зато охрана осталась в полном составе.

И она обвела взглядом всех четырех охранников.

— Ясно, — сказал внезапно успокоившийся Кризанп.

— А что скажете вы?

Охранники переглянулись и молчаливо передали право отвечать начальству самому авторитетному — Колтену. Он встал и спокойно глядя в глаза Кризанпу, сообщил:

— Мы можем сказать примерно то же самое: все странное и необычное случилось после того, как в ваш кабинет доставили арестованную девушку. Вы лично проводили допрос арестованной и все шло, как обычно. Мы тоже ощутили провал в памяти, но у нас он начался вскоре после введения пермерона этой девушке. Дальше — пауза около трех часов, а когда мы пришли в себя — ни вас, ни девушки в кабинете уже не было…

— Реклен! Что скажете?

— Я вообще ничего необычного не помню. Но у меня тоже был провал в памяти и побольше, чем три часа. Говорят, что я куда-то ездил на вашем персональном автомобиле… Но я ничего не могу вспомнить!

— Ясно! — еще раз сказал Кризанп.

— Все свободны!

Оставшись в одиночестве, он снова подошел к окну и стал смотреть на панораму городского пейзажа, но мысли его были далеки от нее.

— С чем же я столкнулся в этот раз?

Да, он уже знал, что неуловимый Тарг спрятался на планете в другой галактике. Только потому и не был арестован его людьми — доступа в другую галактику не было ни у кого, кроме, видимо, Фарагона, Тарга и других засекреченных даже от него лиц. Уже была добыта информация об ученом, исчезнувшем из пределов королевства вместе со штатом своих сотрудников и о теме его исследований. Поздно, поздно он узнал об этом! Конечно, никаких официальных документов нет, все, естественно, «совершенно секретно»! Но почему секретно даже для него? Кто распорядился? Погибший король успел? Мог! Фарагон? Конечно!

Он знал, всегда знал, что они его недолюбливали и никогда до конца не доверяли… А он служил всегда верой и правдой! И вот он, один из самых могущественных людей в королевстве, не был допущен до одного из самых значительных секретов государства! Ладно, об этом потом!

А каким образом сумела загипнотизировать его и его сотрудников эта девчонка? Она — мощный гипнотизер, нанятая Фарагоном? Бред! На мощного гипнотизера она не похожа… И в то же время…. Да, его и его помощников она сумела… Впрочем, никто достоверно вообще не знает, откуда она взялась вместе со своим женихом или мужем… Может быть, здесь «виноваты» какие-то новые изобретения, разработки, тоже не ставшие ему известными?

Но цепь «проколов» очень тесно связана с этой парочкой! А он не относился к ним всерьез, не опасался нисколько! Они и вели себя все, как кучка дилетантов! Все эти заговорщики! Тарг, внезапно исчезнувший, потом внезапно появившийся, но на недоступной планете! Спасибо, агентура работает надежно, он все узнал вовремя! Эмрат, Шилак, кучка космодесантников, королевских гвардейцев и курсантов… Тьфу! Он считал, что опасен только Фарагон!

И вот эта пара, Алекс и его подруга! Это они — опасны, это они — орудия против него, против всех его планов, против его успешного будущего! Хитер Фарагон, нечего сказать! А этот Алекс дорого заплатит, что сумел напугать его и позволил себе рыться в его сознании! До сих пор голова болит!

— Ладно! Алекса не удалось арестовать, подруга его скрылась прямо из моего кабинета… Но почти все конспиративные квартиры заговорщиков моему ведомству известны. Значит…

Нет, он не подчинится наглым требованиям сопляка, даже обладающего такими возможностями! Надо захватить его и его подругу. И как можно скорее… Или убить их на месте, чтобы они не смогли в дальнейшем нарушить его планы! Да, Алекса — обязательно! А его подругу, пожалуй, можно будет попытаться использовать для будущей работы в его ведомстве… Было бы неплохо заманить Тарга с его пока недоступной планеты, хорошо бы захватить живым, добиться от него показаний на Фарагона, а потом устроить суд с последующей казнью… Возможно, обоих… Потом додумаю детали…

Вызвал секретаря. Распорядился:

— Всех руководителей отделов ко мне!

И тут же замигала кнопка защищенной линии на видеофоне.

Кризанп нажал на кнопку, на экране появилось изображение одного из его лучших агентов, но Кризанп, опередив, в раздражении быстро произнес:

— Я же просил не связываться со мной даже по защищенной линии, если ты работаешь с Фарагоном! Если это не что-то сверхважное, ты будешь…

Но его перебили:

— Именно так! Экстренно и крайне важно! Господин министр, я только что подслушал разговор герцога Фарагона с Таргом по их закрытой связи. Я слышал, как Фарагон ругал Тарга за неосторожность. А больше всего за то, что он из безопасного места прибыл сюда, в Самбрию… Тарг — здесь, в Самбрии! У кого-то из своих знакомых. Если…

— Хорошо! — перебил его Кризанп, — Оставайся там, жди распоряжений!

В кабинет вошли приглашенные руководители отделов.

— Прошу садиться! Сегодняшний вечер, господа, ничем не занимайте! Шутка! Мы приступаем к решительным действиям по отношению к заговорщикам. Но сначала прошу доложить о результатах наблюдения за выявленными конспиративными квартирами заговорщиков? Мейнарт, прошу!

Встал худощавый невысокий господин с внешностью бухгалтера и начал докладывать:

— На одной из конспиративных квартир с вечера вчерашнего дня, а точнее, с 19.50 по местному времени, зафиксировано присутствие двух подозреваемых в заговоре против королевской власти…

Кризанп прервал его, спросив от неожиданной радости сразу охрипшим голосом:

— Где?

Мейнарт доложил.

Кризанп встал, походил перед собравшимися по мягкому ковру — это его всегда успокаивало — и обычным голосом стал отдавать приказания.

— Подготовить группу захвата по выявленному адресу. Но одной группы будет мало. Совсем недавно я получил сведения еще об одном заговорщике.

И он четко и сжато сформулировал задачу поиска возможного местоположения Тарга.

— Выявить всех лиц: друзей, знакомых, однокашников, родственников, у кого бы мог остановиться Тарг Тильбак, прибыв издалека. Подготовить вторую группу захвата по выявленному адресу.


Вскоре появились данные: сведения о директоре лицея Пенборне, его адрес.

— Ну, вот и хорошо! — воскликнул Кризанп, — Обговорим детали захвата по обоим адресам.

Глава 26 Как проводятся спецоперации

В парке, прилегающем к дому Пенборна, люди в рабочих комбинезонах ремонтной компании «Трейдант» рассматривали чертежи системы вентиляции и готовили свое оборудование. Под видом рабочих были бойцы спецподразделения по борьбе с терроризмом «Тайфун». Двое уже проникли в вентиляционный колодец и занимались последними приготовлениями перед пуском парализующего газа в дом Пенборна. Часть бойцов скрытно приближались к дому, прячась за постройками, уже из внутреннего дворика, а часть — из фруктового сада. Вскоре командир получил сигнал: «Газ пошел». По команде командира, выждав минуту, бойцы слаженно ринулись в окна и двери. И тут же пошли «ремонтники», некоторые — с большими коробками и ящиками. Внутри дома лежали без движения члены семейства Пенборн во главе с бывшим директором, а также немногочисленная прислуга. Но не они интересовали сотрудников спецподразделения, а особенно их командира. Поднявшись на второй этаж дома, они увидели плотно стоявшую группу бойцов и «ремонтников». Увидев командира, они отодвинулись. На полу лежало неподвижное тело террориста. Командир похолодел: голова того была залита кровью.

— Тарг Тильбак, бывший космодесантник, офицер, серийный убийца — вспомнил он изученное накануне досье на преступника.

— Кто стрелял? — хриплым голосом проговорил он. Перед командиром вытянулся один из бойцов.

— Ренцен, идиот, давно хотел от него избавиться, скрытого полу-психопата! Как он только медицинские комиссии проходил? — пронеслось в мыслях командира, но он не подал вида, насколько он огорчен.

— Так, медиков срочно сюда, пусть осмотрят тело! Он жив? А вот, вроде дышит! Как это произошло? — строго спросил он.

— Командир, по команде мы вошли в дом, я первым прошел на второй этаж, а здесь этот, — непривычно робкий и растерянный двухметровый детина Ренцен кивнул на лежащего Тарга, — зашевелился и начал наводить на меня какое-то странное оружие, я выстрелил… Все по инструкции, я выстрелил, потому что была угроза! Если бы он был недвижим, как другие, кто бы в него стрелял? Вы нас так и инструктировали: захватить живым — по возможности, а если нет…

— Не суетись, Ренцен, много лишних слов! Никто тебя пока ни в чем не обвиняет! Просто объясни, как могло получиться, что на всех газ подействовал, а на этого — нет! Ты уверен, что он шевелился? И что он в тебя целился?

Ренцен оскорбленно поджал губы, голос дрогнул:

— Вы считаете, что я струсил? Да вот и то, что он наводил на меня! — Ренцен показал на странный, в виде трубки, предмет, лежащий около рук Тарга.

Командир носком ботинка подвинул к себе трубку, похожую на детский калейдоскоп, поднял ее. На торце «калейдоскопа» светились разноцветные кнопки…

— Вряд ли это оружие, Ренцен! Тирен, положи осторожно эту трубку в контейнер, наверняка это что-то важное…

— Командир, он жив, но в коме! Похоже, проникающее огнестрельное ранение черепа с повреждением головного мозга. Его надо срочно отправить в специализированную клинику! — доложил один из медиков, прикрепленных к его команде.

— Хорошо, продолжайте оказывать помощь, а я созвонюсь с начальством, заодно насчет санитарного транспорта договорюсь.

И уже про себя:

— Ну что же, могло быть и хуже! Террорист хотя бы жив… Да и невелика потеря для человечества была бы, если бы Ренцен выстрелил точнее! Одним гадом меньше! Ну, а начальство всегда недовольно…


В другом тихом квартале Самбрии, где цветущих садов, казалось, было больше, чем домов, тоже шла подготовительная работа к захвату террористов на их конспиративной квартире. Спецподразделение «Ураган» уже провело всю подготовительную работу, но командир еще раз по внутренней связи напомнил всем бойцам:

— Ни секунды промедления при захвате. Из них двоих живой нужна только женщина. Мужчина крайне опасен. Стрелять на поражение! Газ пустить! Сержант! Отсчитывай готовность!

Бесшумные и быстрые фигуры пробежали мимо командира и скрылись внутри дома. Тишина так и не была нарушена никем и ничем. Вскоре, в подошедшую к дому длинную машину внесли два длинных свертка. Машина резко тронулась с места…

Глава 27 Попытка все исправить

С сознанием выполненного долга я летел «домой», на квартиру, где меня ждала Наташа. Я не спешил, хотел, чтобы она подольше отдохнула от всех передряг. Хорошо бы, чтобы она подольше поспала, пока меня «нет». Говорят, ведь, что «сон — лучшее лекарство». Странно, усталости я не чувствовал, мне даже немного стала нравиться такая жизнь. А что, есть люди, которые мечтают, чтобы их жизнь не была скучной, однообразной и пресной, а вот у нас — и приключения, и риск!

«Подлетая» к нашей квартире я вдруг ощутил нечто странное, какой — то неясный дискомфорт. Странно, с чего бы это? Ведь все так успешно заканчивается!

В квартире было пусто, ни Наташи, ни моего тела там не было. Ощущая нарастающую тревогу, я начал искать собственное тело, но ничего не нашел. И вот тогда меня наконец-то пробил настоящий страх. Я понял, что случилось что-то очень плохое. Наташа! Что с ней? Где она? Кто же это посмел? Где мое тело? В моей бестелесной душе поселилась холодная ярость и бешенство… Убью гадов! Разорву! Если хоть один волос с ее головы!

Нужна была информация. И я незамедлительно полетел к Фарагону. Хотя бы его не тронули! Пусть он будет на месте!

На мое счастье Фарагон был жив, здоров и на месте, в своем поместье. Каламбур, черт бы его побрал!

Не тратя время, как в первый раз на промежуточные варианты, я сразу «вошел» в его сознание. Он вздрогнул сначала, но потом взял себя в руки и безмолвно «произнес»:

— Я снова ждал Вас, Алекс! Но не скажу, что теперь я рад вашему появлению. Вы наделали массу ошибок, которые привели к очень печальному исходу. Разве я не предупреждал вас, с что с Кризанпом надо быть осторожным, что его надо опасаться?

— Что он сделал?

— Вы что, ничего еще не знаете?

— Конкретно, нет.

— Он захватил Тарга, причем тяжелораненого, без сознания и без гарантий, что он останется жив. Как вы могли сманить Тарга на Нерею, зная, что здесь ему угрожает смертельная опасность? Здесь и я виноват, что не настоял тут же вернуться на Сторн, когда он мне позвонил. Но я думал, что Вы надежно блокировали Кризанпа, а Вы… Вы позволили Кризанпу нанести нашему делу почти смертельный удар! Тарга, наследника престола, будущего короля, держат где-то в подвалах министерства внутренних дел, а вы могли с Кризанпом сделать, что угодно и не сделали ничего! А Тарг может умереть от полученного ранения в голову! Немедленно выручайте его! Если это еще возможно!

«Выговорившись» и израсходовав часть нервной энергии, он помолчал и уже почти спокойно продолжил:

— Алекс! Простите старика! Я настолько… Я понимаю, я знаю, что Вы не хотели, чтобы вышло так, как вышло…

Он заплакал… Железный старик, как я его себе представлял, прожженный политикан, а вот, поди ж ты…

Я заверил его, что вот прямо сейчас буду пытаться все исправить, но только меня еще интересует где и что сейчас с Наташей.

— Ее тоже арестовали и держат там же, где и Тарга. По моим сведениям, ее держат в состоянии наркоза, боятся ее гипнотизерских возможностей. Но рассчитывают подвергнуть ее различным научным исследованиям. А потом — возможно, убить. Ваше тело тоже у них. Отправляйтесь, Алекс! Не сердитесь на упреки, тем более, что они справедливы!


И я полетел к Кризанпу, обуреваемый чувством вины и злостью. Я еще не знал, что я с ним сделаю, но с тревогой думал, что там с Наташей, что с Таргом…


Кризанпа я нашел в госпитале, размещенном в одном из корпусов министерства внутренних дел. Он отдавал распоряжения медикам, которые в большом количестве окружали две койки. На одной лежал Тарг с забинтованной головой, из под бинтов торчали прозрачные трубки, окрашенные кровью — похоже, что его уже прооперировали. Он был на аппаратном дыхании. В смежной палате лежала Наташа. Она явно была в наркозе. Вокруг них «пищали» и мигали огоньками множество разных аппаратов, а врачи постоянно забирали пробы крови. Своего тела я не обнаружил.

Я ринулся в сознание Кризанпа, как на приступ, ожидая сильного сопротивления, как в первый раз. Но его не было — видимо, он был уверен, что я погиб? Кризанп был не готов дать отпор моему вторжению и мне удалось подавить его сознание полностью. Сказав себе, что с ним разберусь позже, я (в образе Кризанпа) обратился к врачебным бригадам с требованием прекратить все работы с Наташей и объяснить мне текущее положение дел.

Они объяснили. У Наташи они не нашли никаких особенностей по сравнению с обычными людьми. И сомневаются в ее гипнотических способностях. Тарг же действительно уже был оперирован и находился в глубокой коме. Благоприятный исход они не гарантировали, хотя и не исключали. И на этом спасибо! Пожелав медикам продолжать лечение Тарга всеми доступными методами, я распорядился вывести Наташу из наркоза и сообщить «мне», когда она будет в сознании. Тут же какой — то тип в белом халате начал возражать с возгласами, что «Вы же сами распорядились, что если буду отдавать странные и нелогичные приказы — их не выполнять!».

— Что!? — вызверился я, — не выполнять моих приказов? Да я тебя… Арестовать!

Его тут же взяли за руки двое молчаливых людей в белых халатах и куда — то повели.

— Кто это? — осведомился я, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Это — вызванный Вами профессор Тоннерт, известнейший в столице специалист по гипнозу! — услужливо ответил кто — то из медицинской братии.

— Да, не очень он тебе помог, Кризанп! — подумал я.

Затем поднялся в кабинет Кризанпа. Вызвал через секретаря на совещание всех заместителей министра и всех начальников отделов. Совещание было коротким. Встав перед ними, объявил, что я (Кризанп) добровольно подаю в отставку, но прежде хочу закрыть дело по обвинению Тарга Тильбака в убийстве шести девушек как фальсифицированное нынешним начальником полиции Самбрии. За это преступление начальник полиции должен быть арестован, а после тщательного расследования, наказан. Передать его дело, когда оно будет готово, королевскому прокурору!

После совещания я спустился в госпиталь. Наташа уже была в сознании. Я приказал развязать ее и освободить. Она в удивлении смотрела на меня. Наклонившись к ней поближе, я сказал:

— Мы уже встречались с Вами при похожих обстоятельствах после ареста в моем кабинете, помните? Помните, я сказал: Наташа, это я, Алексей!

Она широко распахнула глаза, но потом поняла и успокоилась. Я подмигнул ей и улыбнулся.

Вскоре вызванный мною шофер отвез Наташу в поместье Фарагона.

В кабинете Кризанпа, в одиночестве, я чуть освободил сознание Кризанпа. Стал внимательно исследовать его память на предмет того, чем он занимался после последней нашей встречи. Выяснил все, заодно и то, что я был убит при захвате, а мое тело находится в тюремном морге. Дальше я не раздумывал: полностью, полностью уничтожил его сознание, его интеллектуальную сферу. А затем покинул его телесную оболочку. Кризанп лежал на полу в кабинете без сознания, только что мог дышать…

На шум падения тела в кабинет вбежал секретарь, но Кризанп уже ничего не понимал, не осознавал, ни на что не реагировал…

Глава 28 «Чудесное» излечение Тарга

Я, все-таки, наведался в морг и попытался вдохнуть жизнь в свое тело. Увы! Ничего не получилось… Я пытался войти в свою телесную оболочку, но как входил, так и выходил, не задерживаясь. Тело не реагировало, действительно было мертвым…

— Это что же получается — я умер? Но я же жив, я мыслю, предпринимаю различные действия! Но тела у меня теперь нет… Я как призрак какой, прости господи! Да, не о таком я думал, когда все это начиналось! Допускал, конечно, что нас могут арестовать, даже убить… Но так? Нет…

Да и вообще, думал ли я всерьез о плохом? Вряд ли… Как всегда, надеялся на лучшее, другими словами — на авось! Вот и пришел мне, авось этот самый… Хорошо, что с Наташей ничего не успели сделать, иначе совсем горько бы мне стало… А кто, интересно, я сейчас — Алексей? Не совсем. И никогда уже Алексеем мне не стать. И для Наташи тоже… Да… Натворил дел… И что самое обидное, так это то, что я сам больше всех и виноват! При моих нынешних сверхвозможностях не просчитал, не продумал, не предусмотрел! Правда, и опыта такой деятельности у меня не было совсем. Но это не оправдание мне… Все равно, все это я прошляпил…

А, нет, есть еще двое виновных: один нас обманом перетащил с Земли, а другой, когда тот одумался, распорядился практически использовать наши внезапно проявившиеся возможности в своей политической игре…

Но хватит ныть, мне сейчас нужно тело… Господи! А мне так нравилось мое собственное тело, я к нему так привык с самого рождения! Парадокс: есть бездушные люди (тела без души), а я — душа без тела…

Расстраиваться было некогда, да и ни к чему. Я же подспудно предполагал такой исход, когда «летел» сюда от Фарагона, казня себя за неопытность, беспечность и самонадеянность.

А Тарг? Ну что же, придется, да и надо попытаться помочь ему!

Я снова «полетел» в госпиталь. Там все было по-прежнему: медики занимались лечением Тарга. Я проник в сознание одного из ведущих специалистов и выяснил, что шансы Тарга отнюдь не увеличились. Слишком мало времени прошло после операции, а степень повреждения мозга можно оценить только спустя несколько суток. Тогда же будут ясны и дальнейшие перспективы. Но есть и опасность, что если будут осложнения, то он может погибнуть в ближайшие сутки или двое, либо его может ждать существование по типу «растения».

Тогда я решил действовать ва — банк: «залез» в телесную оболочку Тарга, точнее, в его прооперированный мозг и попытался войти в контакт с ним. Контакта не получилось, оно и понятно — сознания у него не было, кома, все-таки! Но телесная оболочка Тарга и не отторгла меня, как мое такое родное, но бывшее тело. Я стал пытаться «разбудить» мозговые структуры Тарга: стимулировал, тонизировал, но все было бесполезно. Тогда я начал воздействовать на нервно-мышечный аппарат и начало получаться! Я решил полностью заменить сознание Тарга и попытаться через мое сознание что-то сделать. Через час с лишним титанических усилий постепенно начали двигаться пальцы на руках, стали открываться глаза. Медики сейчас же заметили изменения в состоянии пациента.

Форсировать я не стал, да и предпринятые усилия вымотали меня до изнеможения так, что я уснул.


Проснулся я в теле Тарга, но сначала даже не понял этого. В «мои» легкие аппарат вдувал кислородно-воздушную смесь, а «я» лежал как труп. Когда вспомнил, попытался «вылететь» из его тела, но не тут — то было. «Без пермерона никак» — вспомнил свою же фразу. Пермерон мне, конечно, никто не введет. Наташа, Фарагон — ни за что не догадаются, что я нахожусь в теле Тарга. Что же делать? Я снова стал пытаться двигать руками и ногами и через полтора часа интенсивной работы снова кое-что стало получаться. К тому же мне захотелось дышать самому, а не принудительно получать кислород с воздухом. Аппарат для дыхания стал «пищать» на мои попытки дышать самому и это вновь привлекло внимание врачей.

— Не может быть! — услышал ушами Тарга я их наиболее популярную фразу. К тому времени мне уже удалось полностью открыть глаза, согнуть ноги в коленных суставах и начать трогать руками различные трубки, подведенные ко мне (Таргу). Несколько врачей стали внимательно обследовать меня, затем, после нескольких анализов, провели со мной какие-то пробы и отключили меня от аппарата искусственного дыхания. Потом убрали из горла трубку через которую в меня «дышал» аппарат.

Зрение еще было не очень, но крупные предметы я уже различал.

— Вы нас слышите? — донеслось до меня. — Откройте глаза! Сожмите мои пальцы правой рукой, хорошо! Теперь сожмите левой рукой! Как Вас зовут? Назовите себя!

Я откашлялся и сказал ужасно сиплым и слабым голосом:

— Тарг!

Их это очень обрадовало. Меня, впрочем, тоже. У «меня» снова взяли множество анализов и на какое-то время оставили в покое. Я продолжил проверять функционирование мышц Тарга и выяснил, что сила их возрастает. Это мне позволило сначала привстать, потом сесть на койке. Осторожно отсоединив все оставшиеся трубки и катетеры, присоединенные ко мне, я встал и попытался пройти по палате. Но отсоединенные от меня аппараты снова запищали и ко мне снова толпой ринулись медики. Уложили меня на кровать и запретили без разрешения подниматься.

— Кто у вас здесь главный? — спросил я уже более громким голосом. Один из врачей выступил вперед и представился:

— Доктор Кранкль, к Вашим услугам!

— Дело государственной влажности! Я требую пригласить ко мне немедленно, слышите! Немедленно! Королевского канцлера герцога Фарагона и принца Лигонта! У меня есть важнейшая и совершенно секретная информация!

— Больной, Вам надо успокоиться, Вы еще очень слабы!

— Слушай, ты! Повторяю: это дело государственной важности! Если вы сейчас попытаетесь ввести меня в медикаментозный сон и не вызвать тех, кого я требую, — вам очень и очень не поздоровится! Вы в курсе, что министр Кризанп теперь не у дел? А с меня сняты все чудовищные обвинения? Как видите, я вполне адекватен и отвечаю за свои слова и поступки. Можете вызвать сначала кого — нибудь ответственного из вашего ведомства, способного принимать решения! Выполняйте!

Глава 29 Не все так просто…

Я нежился в постели уже полчаса. Вставать совершенно не хотелось. К тому же рядом на стуле прикорнула Наташа, и я не хотел нарушить ее сон. Да и что я ей могу сказать:

— Ты знаешь, того Алексея, которого ты полюбила, теперь больше нет, а я теперь вовсе не я, а…

А кто теперь я? Ужас! Кошмар! И что остается Наташе? Делать вид, что все замечательно? Боюсь, что здесь будет много сложностей и подводных камней… Нет, лучше я пока притворюсь, что все еще сплю… А там видно будет… Нет, я не боюсь, конечно… Да нет — боюсь!

Но тут распахнулись роскошные двухстворчатые двери и в комнату вошел Фарагон, сияя улыбкой.

— Тарг! Мальчик мой! Как я за тебя волновался! Наташа! Спасибо Вам, что согласились присмотреть за ним, посидеть около моего приемного сына. Да, я считаю его своим приемным сыном!

Наташа вышла из комнаты, а я, открыв глаза, приподнялся на локтях и стал готовиться к разговору с Фарагоном. С чего же начать?

— Тарг! Ты уже лучше себя чувствуешь? Вчера, когда мы тебя привезли из госпиталя, мы подумали, что ты снова потерял сознание, но сопровождавший тебя доктор Кранкль сказал, что ты уснул от эмоциональных и физических перегрузок. Что ты еще слаб и лишние часы сна тебе пойдут только на пользу. Как сейчас?

— Фарагон! Простите меня! Но в этом теле не только Тарг, но и я, Алекс! Как Вы слышали, у Тарга из — за огнестрельного ранения поврежден головной мозг, он в глубокой коме. Пока он в коме, я временно «вселился» в его тело. Тогда, в госпитале министерства внутренних дел у меня не было выбора и других возможностей для существования в теле человека… Грубо говоря, я сейчас — душа без тела, а Тарг — тело без души. Я мог бы существовать в теле другого человека — Кризанпа, например. Но, во-первых, не хочу, а, во-вторых, я пытался и пытаюсь восстановить сознание Тарга. Надеюсь, Вы не забыли, что я по образованию врач, а вовсе не спецагент. И как врач понимаю, что в нынешнем состоянии Таргу я, возможно, больше смогу помочь, чем вся ваша медицина. Поэтому и нахожусь в его теле. Вы должны понять, что это не наносит ему вреда. Наоборот! Без моего вмешательства, уверен, он бы находился на искусственном аппаратном дыхании долгие-долгие месяцы без гарантии благоприятного исхода. Не говоря уже о многочисленных тяжелых осложнениях… Даже не хочу упоминать. Будем считать, что я пока буду сохранять его тело в рабочем состоянии до тех пор, пока не восстановится его сознание и интеллектуальная сфера…

— Вот значит как… А я, старый дурак, обрадовался… Понимал ведь умом, что ранение очень тяжелое и шансы невелики…

Оптимизм Фарагона и приподнятое настроение как ветром сдуло. Он сгорбился, резче обозначились морщины и я увидел перед собой раздавленного горем старика. Даже захотелось его пожалеть и чем-то приободрить… И еще это проклятое чувство вины… Как будто, он передо мной не виноват!

Фарагон еще немного задумчиво и молчаливо посидел у кровати и вышел.

В мою комнату зашел слуга:

— Что-нибудь изволите, Ваше Высочество?

— Да! Пригласи ко мне госпожу Наталью.


Наташа вошла в комнату и присела у моей кровати. В замешательстве, я не знал, с чего начать разговор. Все заготовленные фразы разом вылетели из головы. И, все-таки, начинать надо с правды.

— Наташа, это я, Алексей! — начал я с привычной уже фразы.

Она от неожиданности всплеснула руками и кинулась ко мне на грудь.

— Я же чувствовала, я знала, что ты жив! Мне никто ничего не хотел рассказывать о тебе, говорили, что еще не время…

И разрыдалась… Я нежно сжимал в объятиях самую дорогую и желанную на свете девушку и думал, что же с нами будет дальше…


Днем мне разрешили погулять в саду. Я шел по аллее, слегка поддерживаемый Наташей и вдыхал такой свежий и ароматный воздух. Думать ровно ни о чем не хотелось. Но человек так не может. И я не исключение… Да, наверное, абсолютного счастья быть не может. Но вот, рядом со мной идет самый дорогой и любимый человек и я почти счастлив!

И я так понимаю, что даже если бы пришел к ней в обличье Кризанпа — она бы все равно меня любила! Так о чем мне мечтать еще? Да о многом! Я жив, даже не имея собственного тела, я люблю, любим и у меня все еще впереди!

Глава 30 Меня короновали

К концу недели меня пригласил к себе Фарагон. У нас возник странный уровень отношений: он ко мне относился со смесью неприязни и благодарности, а я к нему — со смесью вины и злости за происшедшее со мной и Наташей.

— Алекс! Извини, Тарг! Ведь мы договорились, что везде и всюду я тебя называю Тарг! Ты не против, что я к тебе обращаюсь на «ты»? Королевство в опасности, безвластие губительно для огромного государства. Я долго думал и решил, что коронацию нельзя откладывать до выздоровления Тарга… Как себя чувствует мой мальчик?

— Пока так же… Гарантий по — прежнему нет, надежды — есть… Правда, появились первые, пока еще неосознанные реакции организма. Еще слишком рано ждать большего. Но некоторый оптимизм его состояние мне внушает. Как врач, я знаю, что его случай не безнадежный.

Фарагон вздохнул:

— Ну, хорошо, ждать, видимо, еще очень долго, а ситуация в королевстве ухудшается… Тебе придется стать королем Таргом I — ым Севронским. Регентство отменено, оглашены законность и право Тарга на королевскую корону, идет подготовка к коронации… Государству нужен лидер, нужна стабильность, нужна цель. Хочу предупредить: я не Алексу отдаю верховную власть, а Таргу… Поэтому, как бы мне не хотелось, придется какое-то время покомандовать мне — через тебя. Надеюсь, не возражаешь?

Напрягшись и не мигая, Фарагон внимательно смотрел мне в глаза и я понимал, как важна ему моя реакция на его последнюю фразу.

— Физиономист хренов! Опасается! — проговорил я мысленно, улыбнулся ему и кивнул.

Видимо, удовлетворившись, он продолжил:

— Помнишь, я рассказывал тебе про освоение планет из других звездных систем? Научные группы уже исследовали несколько десятков планет, обозначили через оставление вымпелов как собственность нашего государства. Пять кислородных планет со временем будем колонизировать. Насчет твоей Земли не волнуйся, мы туда не стремимся. Тем более, что это может быть для нас чревато — гипнотизеры, мнемоники, да еще такие индивидуумы, как ты! Нет уж, увольте! С такой планетой опасно связываться! Я тебя успокоил? Но сначала ответь, ты считаешь уместным и правильным наказание того, кто виноват в убийстве Лукиана IV — го? Что казнь преступника должна быть неотвратимой? И только после этого дать независимость Зерсу?

— Да! — твердо ответил я.

Что — то во мне изменилось за эти месяцы, проведенные в Нереанском королевстве. Видимо, экстремальные обстоятельства способствовали развитию моего характера… Ловец экстрима, блин, подневольный, правда. Ну что же, похоже, я повзрослел… Может быть, стал умнее? Хотелось бы надеяться…

Конечно, я выполню просьбу Фарагона. Заказчик убийства короля Лукиана IV-го не должен уйти от ответа. Но это не главная задача… Наташа! Как бы не был я уверен в том, что она меня любит в любом облике, но это… Неправильно это: сейчас я — полу- Алексей — полу- Тарг, а я должен быть для нее единым… Да и очнется, наконец, Тарг — что мне останется делать? «Линять» из его тела… Ситуация не столько двусмысленная, сколько двуличностная…

Короче, формулирую первоочередные задачи (себе):

— «Развязаться» с Таргом, вылечив его.

— Найти подходящее тело (желательно, похожее на мое прежнее). Поискать среди тяжелобольных, травмированных и безнадежных как Тарг. Или среди преступников, осужденных на смертную казнь… Ничего, найду!

— Стать для Наташи почти прежним Алексеем. Насколько это будет возможным…

— Вернуться на Землю вместе Наташей. Или забрать ее маму, моих родителей и жить здесь? Надо посоветоваться с Наташей…

Как говорится: «меня ждали трудные дела и свершения, борьба и дальнейшие приключения»! Ну, что же, я не против!


Конец 1-ой книги.

Загрузка...