Шери Макгрегор Ловец мечты

Глава 1

Прижимая к себе спящую дочку, Сонни следом за пассажирами самолета вошла в тускло освещенный аэровокзал Альбукерке. Держа на плече пятилетнюю Джесси, она осмотрелась в поисках доктора, который будет ее новым боссом.

Когда толпа поредела, Сонни заметила высокого индейца, стоявшего в тени за стеклянной дверью. Он стоял, прислонившись спиной к стене, и пристально смотрел на нее.

Сонни в панике прижала к себе ребенка и окинула взглядом зал, ожидая увидеть притаившегося в темном углу Клиффа. Но ведь бывший муж не знает, где она! Она сделала все, чтобы на этот раз он ее не нашел!

Сонни прижалась щекой к шелковистым белым волосикам Джесси и тотчас же успокоилась. Еще раз бросив взгляд на индейца, она поняла, что он по-прежнему смотрит на нее. Но неужели ее доктор – это он? Она внимательно посмотрела на него, отметив ярко начищенную пряжку на ремне и бирюзу на запястье. Нет-нет, в агентстве сказали, что доктор Делейни – из Бостона, а этот явно местный.

Тут он наконец вынул руки из карманов и неторопливо направился к ней; он был в джинсах в обтяжку, а его длинные черные волосы, заплетенные в косички, разметались по широким плечам, обтянутым красно-коричневой кожаной курткой, обтягивающей широкие плечи.

А может, он не индеец? Резкие, словно вырубленные из камня черты лица вполне могли принадлежать индейцу, но когда незнакомец подошел поближе, она заметила, что волосы у него не черные, а темно-каштановые, глаза же голубовато-серые.

И он по-прежнему смотрел на нее так пристально, что ей сделалось не по себе. Подавив внезапный приступ страха, Сонни сказала себе, что этот человек не имеет ни малейшего отношения к Клиффу. Никто из тех, кто связан с ее бывшим мужем, не мог бы догадаться, куда она уехала. По крайней мере не так скоро.

Остановившись прямо перед ней, он сказал:

– В агентстве не сообщили, что медсестра будет с ребенком. Ведь вы Сонни Смит, не так ли?

– Доктор Делейни? – Она вздохнула с облегчением.

Он улыбнулся, и на его загорелом лице сверкнули ослепительно белые зубы.

– Здесь меня никто так не называет. Для всех я просто Джозеф.

Осторожно придерживая спящую девочку, Сонни попыталась протянуть доктору руку.

– Давайте я вам помогу. – Он снова улыбнулся и подхватил Джесси на руки.

Вздрогнув от неожиданности, Сонни уже хотела забрать дочку, но доктор сказал:

– Не беспокойтесь. С ней все в порядке.

Сонни постаралась успокоиться, ведь ей просто хотели помочь. К тому же с ее стороны было бы глупо устраивать сцены.

– Пойдемте, – сказал доктор. – Я провожу вас до машины, а потом вернусь за багажом. Надвигается снежная буря, так что нам надо поторопиться.

– Подождите! – Сонни внезапно схватила его за руку, и он, обернувшись, взглянул на нее с удивлением. – Могу я посмотреть ваши документы?

– Мои… что?

– Ваши документы, – повторила Сонни. – Ведь я не знаю, тот ли вы, за кого себя выдаете. – Сонни твердо решила: прежде чем они с дочкой куда-то поедут с этим человеком, она выяснит, кто он такой.

Незнакомец нахмурился и внимательно посмотрел ей в глаза. Затем, придерживая ребенка одной рукой, полез в задний карман джинсов, вытащил кожаный бумажник и, раскрыв его, протянул Сонни.

Взяв бумажник и пытаясь унять дрожь в руках, она постаралась сосредоточиться. Лежавшие в бумажнике водительские права принадлежали Джозефу Тихие Воды Делейни. Имелась и его фотография.

– Тихие Воды? – в растерянности пробормотала Сонни.

– Это мое навахское имя. – Доктор взял у нее бумажник и засунул обратно в карман. Потом опять улыбнулся и вдруг спросил: – Могу я теперь посмотреть ваши документы?

– Нет-нет!.. – в панике вымолвила Сонни. – Я их… потеряла. Придется заводить новые.

– Тогда поехали. Я хочу опередить бурю.

* * *

Дорога заняла больше двух часов. Ночь же была спокойная, тихая, как и человек, сидевший рядом с ней. Но Сонни была рада, что он молчал. Она не хотела пустых разговоров. К тому же ей было о чем подумать. Следовало подумать об анонимности, о безопасности, о дочке… А если много болтать, то рано или поздно придется врать. И сколько бы ни имелось на это оправданий, жить по фальшивому документу было боязно.

Она обернулась и посмотрела на заднее сиденье. Джесси по-прежнему спала, уютно свернувшись под ярким полосатым одеялом. В свете луны, озарявшей ясную ночь, лицо девочки казалось совершенно безмятежным.

Вид спящей дочери придал Сонни сил. Правильно она сделала, что взялась за эту работу под чужим именем. «Ограничительные меры» не действовали, и Клифф продолжал ее преследовать. Но она сделала все возможное, чтобы он не мог осуществить свои угрозы.

Решив, что лучше об этом не думать, Сонни откинулась на спинку сиденья и попыталась успокоиться. От доктора, казалось, исходило какое-то особое тепло, и она вдруг почувствовала, что у нее быстрее забилось сердце. Впрочем, сейчас ей было не до этого – не хотелось разбираться в своих чувствах.

Вскоре пейзаж за окном изменился, теперь фары то и дело выхватывали из темноты сосны, и по мере приближения к горам их становилось больше. Ее окружала почти абсолютная тишина, только глухо урчал мотор и на отдельных участках извилистой дороги изредка шуршали шины. Над зеркальцем же заднего обзора висели две каменные фигурки животных – связанные кожаным шнурком, они мерно постукивали друг о друга.

В какой-то момент Сонни не выдержала и рискнула заговорить:

– Что-то не похоже, что будет снежная буря. – Ей показалось, что в тишине голос ее прозвучал как-то очень странно.

Доктор покосился на нее и ответил:

– Перед бурей всегда бывает затишье.

Его низкий мелодичный голос вызвал у нее дрожь во всем теле. И теперь уже стало совершенно очевидно, что этот мужчина ее заинтриговал. Причем казалось, что в лунном свете он еще больше походил на индейца.

– Вы ведь не настоящий индеец, правда? – неожиданно спросила Сонни.

Повернувшись к ней, доктор посмотрел на нее с усмешкой, и она почувствовала себя идиоткой.

– Наполовину, – ответил он, немного помедлив.

При этом было понятно, что доктор нисколько не обиделся, напротив, он излучал доброту. Но Сонни уже привыкла не доверять первому впечатлению. Ведь когда-то Клифф показался ей ласковым и нежным.

Стараясь не думать о прошлом, Сонни повернулась к окну. Когда же она снова повернулась к доктору, она увидела, что он, поглядывая на нее, едва заметно улыбается. Сердце ее вновь забилось быстрее, и она, чтобы хоть что-то сказать, проговорила:

– Мне сказали, что вы из Бостона. И знаете, я не таким вас себе представляла.

Он рассмеялся:

– Что ж, очень может быть.

Сонни какое-то время молчала. Но ей хотелось как можно больше узнать о своем спутнике, и она задала очередной вопрос:

– Вы давно здесь живете?

– Восемь лет, – последовал ответ.

– А что заставило вас сюда приехать?

Он пристально посмотрел на нее и отрывисто проговорил:

– Я мог бы задать вам тот же самый вопрос. – Доктор перевел взгляд на дорогу и добавил: – Но я воздержусь.

Сонни в смущении пожала плечами.

– Извините, я просто хотела…

– Не стоит извиняться. – Доктор вдруг снова улыбнулся. – Я приехал сюда, чтобы узнать хоть что-нибудь о своем отце-индейце. До этого я ничего о нем не знал. – Немного помолчав, он продолжал: – Увы, когда я сюда приехал, было уже поздно. Но в городе еще живут некоторые из родственников. Приедем домой, и я познакомлю вас с его сестрой, моей теткой.

Последние слова он сказал на выдохе, с ноткой покорности судьбе, и это ее еще больше заинтриговало. Однако на сей раз Сонни удержалась от вопроса. Она и сама очень переживала из-за смерти отца, хотя он умер давно, когда ей было девять лет.

Тут доктор свернул с главной дороги на боковую.

– Пелданьо-Деснудо, – сказал он. – То есть Голая Ступенька.

– Что? – Сонни смутилась.

– Так переводится название города. – Доктор тихо рассмеялся – очевидно, он ожидал такой реакции.

– Странно… – пробормотала Сонни.

– Полагаю, ничего странного. Четыреста лет назад сюда пришли первые испанские поселенцы, и случился большой пожар. Это место стало похоже на ступеньку лестницы, вырезанную в горе Насимиенто, совершенно голую, без деревьев… Отсюда и название.

Тут за окном появились невысокие строения. Вывеска мотеля горела розовым неоновым светом.

– А где же клиника? – спросила Сонни.

– В другом конце города. Возле моего дома. Когда здание перестраивалось под новую клинику, я добавил и дом для себя. Вам там будет удобно.

На встречной полосе появилась машина, и их фары осветили белую с коричневой полосой «бронко». На крыше же красовались лампочки.

– Местный шериф, – проворчал Джозеф Делейни сквозь зубы.

Когда шериф Мартинес остановился, доктор тоже остановил свой «блейзер» и опустил стекло. В теплый салон ворвался холодный воздух.

– Добрый вечер, Джо. – Шериф пристально взглянул на Сонни. Коснувшись пальцами полей шляпы, он изобразил улыбку. – Приветствую вас, леди.

Сонни заставила себя улыбнуться. Этот человек являлся представителем закона, а она со своими фальшивыми документами закон нарушала.

Джозеф посмотрел в ее сторону, и Сонни решила, что он ее сейчас представит. Но доктор перевел взгляд на шерифа и сказал:

– Забирайся под крышу, скоро будет буря.

Шериф кивнул и снова прикоснулся к полям шляпы.

– Доброй ночи.

Шериф уселся в свой «блейзер» и тотчас же умчался. Доктор закрыл окно и тоже тронулся с места. Какое-то время оба молчали. Наконец доктор сказал:

– Почти приехали.

Сонни же вдруг показалось, что ее спутник немного нервничает. А может, это она сама нервничала из-за встречи с шерифом? Интересно, как часто ей придется с ним встречаться?

Доктор подъехал к краю дороги и показал налево:

– Клиника там. Завтра увидите.

Снова вырулив на середину дороги, доктор повернул к дому, окруженному деревьями. Окна дома приветливо светились.

– Мама, – раздался сонный голос с заднего сиденья. – Мама, где мы?

Сонни повернулась к Джесси и улыбнулась:

– Привет, малышка. Наконец-то ты проснулась. Мы уже в Нью-Мексико.

Девочка потерла кулачками глаза.

– Мы в самолете?

Тут послышался тихий смех Джозефа. Он повернулся к девочке и подмигнул ей.

– Крошка, ты уже очень далеко от самолета.

Сонни представила дочь доктору. Он ухмыльнулся:

– Приятно познакомиться, малышка. – Он повернулся к Сонни: – Пойдемте. Похоже, тетка еще не спит.

Взяв сумки, доктор вышел на дорожку и зашагал к веранде.

Дрожа от холода, Сонни шла следом за ним, крепко прижимая одеяло к плечам дочки. Внезапно в дверях проема появилась круглолицая женщина.

– А вот и вы! – воскликнула она с улыбкой, и ее лицо, казалось, стало еще круглее. – У вас дочка? – Индианка наклонилась к Джесси. – Я очень рада, что ты к нам приехала. Меня зовут Анна, а тебя?

– Джесси, – ответила девочка, и ее карие глазенки загорелись любопытством.

– Рада познакомиться. – Анна выпрямилась и закинула за спину толстую черную косу. – Что ж, заходите побыстрее. Я уже развела огонь.

Дом оказался совершенно необычный. Необычное было все – от кафельного пола с шерстяными половиками до украшавших комнаты тыкв, разрисованных замысловатыми узорами. Да, здесь все было уникально – и тем не менее очень по-домашнему. Белые глинобитные стены были украшены ковриками, всевозможными картинками, полками с керамикой и безделушками.

Анна тронула Сонни за локоть.

– Уже поздно. Я провожу вас в вашу комнату. – Улыбнувшись Джесси, она добавила: – Малышка, завтра у тебя будет время, чтобы как следует все рассмотреть.

Шагая следом за Анной, Сонни чувствовала, что позади нее идет рослый мужчина с ее багажом. Проходя через холл, Сонни не удержалась и оглянулась. Доктор вскинул на нее глаза, но не улыбнулся. Сонни невольно поежилась. Возможно, она не согласилась бы жить в доме доктора, если бы заранее знала, какое он произведет на нее впечатление. Они почти не разговаривали, но все же он заставил ее почувствовать то, чего она уже давно не чувствовала.

* * *

Сонни расположилась в одной комнате с дочкой, отклонив предложение Анны – та хотела предоставить девочке отдельную комнату.

Устроившись, мать с дочерью разобрали свой багаж, и Джесси аккуратно положила свои коньки на нижнюю полку большого стенного шкафа.

– Здесь нет катка, – сказала Сонни. Она понимала, что им с дочерью придется привыкать к новому месту. Когда они жили в Сиэтле, Джесси почти каждый день каталась на катке.

Сонни внезапно нахмурилась. Неужели им суждено вечно скитаться? Неужели придется постоянно привыкать к новому месту, а потом убегать, когда Клифф их снова найдет? В памяти возникло лицо бывшего мужа. Ей казалось, она чувствовала на шее его мясистые пальцы и слышала его сиплый шепот. Они с дочкой будут спасаться от него, даже если для этого придется бегать всю жизнь.

Отбросив грустные мысли, Сонни промолвила:

– Что ж, малышка, ложись спать. Завтра мы все посмотрим, как сказала Анна.

– Мамочка, она хорошая. – Джесси, уже в пижаме, плюхнулась на одну из кроватей. – Она похожа на индейскую принцессу.

Сонни невольно улыбнулась. Анне лет шестьдесят, а Джесси так о ней думает! Она подоткнула девочке одеяло, затем сняла туфли и носки, отсыревшие за время короткой прогулки до дома. Ей следовало подобрать гардероб, подходящий к местному климату.

Сонни растерла ноги, чтобы их согреть, легла рядом с Джесси поверх покрывала и накрыла ноги пледом, лежавшим в изножье кровати.

– Спи, малышка. Я побуду с тобой.

– Хорошо, мама. Ты оставишь свет?

– Конечно. – Она поцеловала дочку в щеку, и та повернулась на бок. Вскоре дыхание девочки стало ровным, и она заснула.

По-прежнему лежа рядом с дочерью, Сонни рассматривала комнату. «Какой чудесный дом», – думала она. Над кроватью висел вырезанный из дерева «ловец снов»[1], традиционное индейское украшение. Она видела подобные амулеты в каталогах, одно время у нее даже были такие серьги. А теперь, оказавшись на Юго-Западе, она сама будет спать под индейским символом приятных сновидений. Но Сонни знала, что никакие поверья ничего не изменят и никакие символы не положат конец ее ночным кошмарам.


Жуткий вой разорвал тишину ночи, и Сонни в испуге проснулась. Она долго щурилась, глядя на свет, наконец сообразила, где находится. Причем на ней все еще были джинсы, в которых она приехала.

Спустив ноги с кровати, Сонни выключила свет и прислушалась. За стенами ревел ветер. Дом казался довольно прочным, но и сквозь толстые стены проникал вой бури. И еще казалось, что кто-то стучал в окна дома.

Выходит, доктор был прав – разыгралась снежная буря.

А она не верила, ведь вечером небо было такое чистое.

Сонни вспомнила доктора, и сердце ее забилось быстрее. «А может, сердцебиение – просто реакция на непогоду?» – спросила она себя.

Пытаясь успокоиться, Сонни сделала несколько глубоких вдохов. Затем поплотнее укутала дочку одеялом и взглянула на часы. Уже полночь… Может быть, чашка чая или теплого молока ее успокоит? Вероятно, она сумеет найти кухню, никого не потревожив.

Оглянувшись на спящую девочку, Сонни выскользнула за дверь и пересекла холл. Под босыми ногами был холодный гладкий кафель, и она невольно поежилась.

Из передней комнаты доносились голоса, и Сонни немного помедлила перед дверью, удивляясь, что Джозеф и его тетя еще не спят. Увидев же доктора, она вздрогнула и в панике – к счастью, ее не заметили – отступила в темноту. «Ну почему он такой красивый?» – спрашивала она себя снова и снова.


Положив книгу на кофейный столик, Джозеф вопросительно взглянул на тетю.

– А девочка очень красивая, – сказала она. – Приятно будет иметь в доме ребенка.

– Непривычно, – заметил Джозеф. Ему уже приходилось нанимать медсестер, но они вскоре уезжали, так как им было ужасно одиноко в этой гористой местности. – Полагаю, они недолго здесь проживут.

– Может быть, эта медсестра тебя удивит. – Анна пожала плечами. – Возможно, она захочет остаться.

– Посмотрим еще, какая она сестра, – проворчал Джозеф.

– Ты такой циник… – Анна махнула рукой. – Неудивительно, что у тебя никто не задерживается.

Пробурчав «спокойной ночи», она ушла в другой конец дома.

«Неудивительно, что никто не задерживается?» – со вздохом подумал он. Джозеф никогда не считал себя циником. Но Сонни Смит, конечно, уедет. В ее огромных голубых глазах он безошибочно разглядел страх. Он не знал, чего она боялась, но был почти уверен, что она от кого-то убегала.

Вспомнив ее ангельское личико и чудесный запах каштановых волос, он почувствовал, что ему стало жарко. Да, она очень ему понравилась. Понравилась с первого же мгновения. Как только он ее увидел, ему захотелось обнять ее… и защитить.

– А вы были правы насчет снежной бури, – послышался нежный голосок.

Джозеф поднял глаза и увидел перед собой Сонни – она появилась словно призрак, вызванный его заклинаниями.

Обхватив плечи руками, она прошла в комнату и, усевшись на соседний диван, закинула ногу на ногу так, что блеснули розовые ноготки. Ее голубые глаза возбужденно горели, а щеки раскраснелись.

– Причем буря сильная, – продолжила Сонни. Она уже жалела, что все-таки решилась зайти.

– Вы когда-нибудь жили там, где снег?

– Нет, я выросла во Флориде. Там шторм и ураганы. – Она откинулась на спинку дивана и сложила на коленях свои изящные руки. Руки ее дрожали, хотя она старалась это скрыть.

– Боитесь?

Она кивнула и опустила глаза.

– К сожалению, ничего не могу с собой поделать.

Джозеф пожал плечами, изображая безразличие. Но страх сидевшей напротив него женщины был настолько очевиден, что он решил: надо во что бы то ни стало успокоить ее.

– Вам нужно выпить и расслабиться, – сказал он, немного помолчав.

Поднявшись на ноги, Джозеф подкинул в печку полено, затем взял с полки бутылку текилы и две стопки.

– Это вас согреет. – Он сел рядом с ней на диван и откупорил бутылку. Опрокинув свою стопку залпом, доктор с улыбкой посмотрел на Сонни – она, пытаясь ему подражать, тоже выпила одним глотком. – Ну как, согрелись?

Сонни в смущении кивнула и поставила стопку на столик. Потом вдруг рассмеялась и сказала:

– Спасибо. Наверное, это ужасно глупо, но я боюсь грозы. – Снова откинувшись на спинку дивана, она на мгновение прикрыла глаза. – В детстве я пережила две страшные грозы, но снежная буря – это что-то новое.

– Еще бы, – буркнул Джозеф, наливая себе еще одну порцию.

Выпив, он внимательно посмотрел на собеседницу и вдруг подумал: «Какие у нее изящные руки». И ему тут же вспомнилось, как он увидел ее впервые: стройная и изящная, она вышла из самолета с дочкой на руках; она казалось необычайно хрупкой – и в то же время упорной и сильной.

– Не бойтесь, здесь вы в безопасности, – сказал Джозеф. Потом вдруг спросил: – А вы никогда не видели снегопад?

Сонни покачала головой:

– Только в кино. – Едва заметно улыбнувшись, она добавила: – Там это выглядело очень красиво.

Джозеф мысленно усмехнулся и, поднявшись с дивана, проговорил:

– Пойдемте, я хочу вам кое-что показать. – Он подал ей руку. – Пойдемте же. Посмотрите на снег из окна бассейна.

Поколебавшись, она протянула доктору руку, и он помог ей встать с дивана.

«Ее волосы пахли цветами», – подумал он неожиданно и тут же отступил на шаг – для своего же блага.

– Пойдемте. Сюда, пожалуйста.

Она прошла мимо него, слегка задев плечом, и он чуть не застонал. О, зачем он все это придумал? «Она приехала сюда работать, – напомнил себе Джозеф. – Да, только работать».

Он провел ее через маленькую комнату, где стоял телевизор, и они оказались в стеклянном зале с бассейном. Когда Сонни вошла, Джозеф сразу же захлопнул дверь и проговорил:

– Летней ночью отсюда хорошо видны звезды.

Но сейчас была не летняя ночь. Сейчас за стеклами завывал ветер, и казалось, что слышен даже шорох снега.

Тут Джозеф щелкнул выключателем, бассейн осветился, и по комнате пробежали бесчисленные отражения.

– Как здесь красиво! – воскликнула Сонни.

– Но я хотел показать вам снег, – сказал Джозеф с улыбкой. – Снег иногда тоже очень красивый.

Джозеф прошел вдоль бассейна и снова щелкнул выключателем. На сей раз зажегся свет снаружи. Стекла в зале запотели, и доктор протер одно из них рукавом. После этого стала видна снежная буря и лохматые сосны, гнувшиеся под порывами ветра.

Сонни задрожала – ее охватил какой-то необъяснимый страх. «Но ведь это же не ураган…» – говорила она себе, стараясь успокоиться.

– Идите сюда. – Низкий голос Джозефа эхом разнесся по залу. Он стоял возле огромной стеклянной стены, и его силуэт чернел на фоне снега снаружи.

Сонни обошла бассейн, стала рядом с доктором и тотчас почувствовала, что его близость успокаивала. За стеклом же бушевала буря, и ветер гнал белые облака снега. Сонни машинально прикоснулась к стеклу и тут же отдернула руку – оно оказалось ужасно холодное.

– Приятно войти с улицы в такое тепло, – сказал Джозеф.

Сонни нервно хихикнула. Неужели он читал ее мысли?

– Пользуйтесь бассейном, когда захотите, – продолжал доктор, немного помолчав. – И вообще, все здесь – ваше. Я хочу, чтобы вы с дочкой чувствовали тут себя как дома.

Слова были добрые, но ведь Сонни прекрасно слышала, что доктор, не заметив ее, сказал своей тетке. Он считал, что она пробудет здесь недолго. Почему он так считал? Если Клифф ее найдет, она, конечно же, отсюда уедет. Но не раньше, чем доктор Джозеф Делейни убедится, что она знает свое дело и может приспособиться к любым условиям.

Загрузка...