Дэбби Мекомбер На пороге любви

ПРОЛОГ

Джессика Келлерман оглянулась по сторонам и тихонько скользнула за угол огромного гаража Драйденов. Прижимаясь спиной к стене, девочка начала осторожно, крошечными шажками, продвигаться вдоль нее. Только бы никто ее не заметил!

Эван оставил свой экстравагантный спортивный автомобиль снаружи, у самой стены гаража – и на виду у всего дома. Ей придется поторопиться.

Она поспешно присела на корточки перед боковым зеркальцем, вытащила из кармана тюбик ярко-красной помады, открыла его и густо-густо намазала губы. Затем достала из джинсов мягкую белую тряпочку, протерла зеркальце и несколько раз приложилась к нему губами. Четкие отпечатки рта заалели на стекле.

Джессика удовлетворенно вздохнула, с величайшими предосторожностями открыла дверцу и забралась на место водителя. На очереди было зеркальце над ветровым стеклом. Сердце ее оглушительно колотилось, и не только от страха.

Просто, когда она думала об Эване Драйдене, сердце начинало учащенно биться.

Хоть весь Бостон обойди, такого, как Эван, не найдешь. А она столько лет жила рядом с ним и до недавнего времени не замечала, какой он... красивый мужчина. Самый красивый в мире!

Джессика хранила в памяти то мгновение, когда поняла, что Эван ее судьба. С тех пор она считала себя взрослой. Усадьба Драйденов была расположена по соседству с усадьбой ее родителей, и девочка частенько шпионила за драйденовскими сынками. Джессика была единственным ребенком в семье и привыкла сама заботиться о своих развлечениях. Слежка за братьями Драйден – Дамиан учился в юридической школе, а Эван в колледже – была главной ее забавой.

Однажды, забравшись для лучшего обзора на дерево, Джессика увидела, как к пруду подошел Эван и остановился на висячем мостике, бросая камешки в воду. Он стоял к ней спиной, и девочка затаила дыхание, в страхе, что он заметит ее сквозь густую крону.

Должно быть, она хрустнула веткой, потому что Эван резко обернулся и уставился на дерево.

– Джессика?

Она не смела не только пошевелиться, но даже вздохнуть.

Подняв голову, он не сводил с дерева глаз. Солнечный луч, внезапно прорвавшийся сквозь листву, ярко осветил его лицо. Красивое. Самое красивое в мире. Именно с той минуты Эван стал для нее не просто соседским парнем, а идеалом мужской красоты. Божеством. Адонисом.

Целые дни она теперь проводила в грезах. Эван в нее непременно влюбится, они поженятся, и у них... пойдут дети. Да, дети – когда люди женятся, у них всегда идут дети. После недели любовных дум она была твердо убеждена, что они предназначены друг для друга роком. Дело было за малым – привести Эвана к такому же убеждению.

Джессике недавно исполнилось четырнадцать, а Эван был гораздо старше – на целых шесть лет, а казалось, что на добрую сотню, так мало он обращал на нее внимания.

Джессика решила взять свою судьбу в свои руки. Она женщина светская, а светские женщины всегда получают, чего хотят. Она хотела получить Эвана Драйдена.

Однако, приступив к действиям – атака на первых порах велась по телефону, – Джессика с сожалением обнаружила, что ей не хватает светской непринужденности. Заслышав голос любимого мужчины, она ни словом не отзывалась, а только молча сопела в трубку. Каждый звонок заканчивался поражением – она тихонько опускала трубку на рычаг и долго потом на себя злилась.

Тогда она обратилась к перу и принялась писать ему любовные письма, изливая свою роковую страсть на бумаге. Одно из таких посланий она показала подружке, и та признала, что таких клевых писем никогда еще не читала. К сожалению, Джессика была трусовата и отсылала свои послания без подписи.

На этот трюк с зеркалами она возлагала огромные надежды: разгадав таинственный шифр любви, Эван тут же бросится к ней – и они помчатся на его спортивном автомобиле... к горизонту, где поднимается заря.

Намазав губы очередным ярко-красным слоем, Джессика собралась было чмокнуть зеркальце над ветровым стеклом, как вдруг дверца машины резко распахнулась.

– Ага, так я и знал, что это твои проделки.

Сердце у нее ушло в пятки. Очень медленно она повернула голову, и глаза ее встретились с глазами Дамиана Драйдена. Он был выше брата, смуглый и тоже... красивый мужчина. Джессика всегда ему желала добра, от души надеясь, что скоро и его кто-нибудь осчастливит роковой любовью.

– Привет, – произнесла она, делая вид, что ничего в этом особенного нет – сидеть в чужой машине и целоваться с зеркалами.

– Стало быть, по ночам тоже ты названиваешь?

– Вовсе не по ночам. Позже десяти я еще ни разу... – Она тут же осеклась, сообразив, что о звонках лучше вообще не заикаться.

– А амурные писульки на ветровом стекле, скажешь, не от тебя?

Оправдываться она не стала. Чувствуя себя в машине Эвана как в ловушке, рывком развернулась и вывалилась наружу.

– Наябедничаешь на меня?

– Не знаю, – задумчиво сказал Дамиан. – Сколько тебе лет?

– Четырнадцать, – горделиво сообщила она. – Эван, конечно, постарше, но скоро я совсем вырасту, и можно будет вести меня под венец.

– Под венец?

В устах Дамиана это слово прозвучало насмешкой, и Джессика ощетинилась.

– Да, под венец! – с вызовом повторила она. – Когда любят, всегда ходят под венец.

– Никого ты еще не любишь, – мягко сказал он. – Ты для этого слишком маленькая. Просто тебе надоело играть в куклы, и ты решила поиграть в любовь.

– Не поиграть – нет! – взревела она, яростно запихивая тюбик помады в карман. Такого оскорбления она даже от Дамиана не ожидала. Да, ей всего четырнадцать, , но сердце ее вполне созрело, а главное, она сделала свой выбор. Эван Драйден – ее судьба. Они предназначены друг для друга. Роком.

– Повезло же моему братишке, что его любит такая...

– Конечно, повезло. Мужчина, который на мне женится, будет счастливейшим из смертных, – очень кстати припомнилась ей фраза из романа.

Дамиан расхохотался.

Джессика уже собиралась простить ему предыдущие насмешки, но этот хохот ее взбесил. Уперев руки в бока, она испепелила его негодующим взором.

– Ты хоть и взрослый парень, Дамиан Драйден, а в любви ничегошеньки не смыслишь.

Он развеселился еще пуще.

– В любви, чтоб ты знал, главное – сделать выбор, а я свой выбор уже сделала. Эван моя судьба! Я буду любить его вечно.

– Вечно?

Дамиан уже не смеялся.

– Вечно, – заверила она. – Вот увидишь, Дамиан Драйден. Время докажет, что я права.

– А мой брат имеет право на выбор?

– Конечно, имеет.

– А вдруг он выберет не тебя?

– Н-не... меня? – Он угодил в больное место. Джессика и сама сильно опасалась, что Эван убежит под венец с другой, прежде чем она успеет прибрать его к рукам.

– То-то же. Всякие могут быть помехи.

– Какие еще помехи?

Дамиан усмехнулся.

– А вдруг мне самому захочется сводить тебя под венец?

Загрузка...