Дебби Мэкомбер Нора

Глава 1

Ковбой был слишком молод, чтобы умереть!

Нора Блумфилд всматривалась в лицо человека, лежащего без сознания в отделении неотложной помощи больницы городка Орчард-Вэлли. У него был сильный шок, множественные ушибы и серьезный перелом правой берцовой кости. И все же он был счастливчиком: он остался жив.

Бригада врачей суетилась над ним, делая все возможное, чтобы сохранить ему жизнь. Несмотря на обилие работы. Нору разбирало любопытство. Не каждый день с небес на задний двор падают молодые люди. Кто бы он ни был, но он пережил авиакатастрофу. Как она слышала, он заводил на посадку маленькую одномоторную «сессну», но крыло коснулось земли и самолет несколько раз перевернуло. Каким-то чудом летчика вытащили живым из груды перекореженного металла.

Она обернула руку молодого человека манжетом тонометра и громко сообщила цифры его давления. Доктор Адамсон, дежурный врач, тут же приказал ей сделать инъекцию.

Пациенту было лет тридцать. Красивый: темноволосый, с упрямым подбородком — пожалуй, даже чересчур упрямым. Судя по одежде — вернее, по тому, что от нее осталось, — ковбой. Наверно, он выступал в родео, и — судя по тому, что он летел на своем собственном самолете, — успешно.

Взгляд Норы задержался на его левой руке. Слава Богу, на ней не было обручального кольца. Нора с ужасом представляла, как молодая жена мечется по комнате, с нетерпением ожидая его возвращения. Но ведь могло оказаться, что он все равно женат. Многие мужчины не носят обручальных колец, особенно если работают руками. Слишком опасно.

У него была сломана нога. Когда состояние стабилизируется, его будет необходимо прооперировать… У Норы был небольшой опыт работы, но, видимо, он проведет в больнице несколько недель. Перелом настолько сложный, что пройдут месяцы, может быть, годы, прежде чем ковбой полностью войдет в норму.

Сегодня Нора не должна была дежурить, ей позвонили неожиданно. Ей необходимо было быть дома и готовиться к свадьбе своей старшей сестры Валерии. Приглашено полгорода — эта свадьба считалась событием года. А через пять недель выйдет замуж за Чарлза Томазелли ее вторая сестра — Стеффи, но уже не в такой торжественной обстановке.

Что-то особенное витало в воздухе этим летом: обе ее сестры собрались замуж так неожиданно.

Одна Нора не подпала под влияние Любви, растворенной в воздухе. Ни один мужчина в Орчард-Вэлли не покорил ее сердца. Ни один.

Она радовалась за сестер, но не могла не чувствовать себя обойденной. Если о ком-нибудь из них можно было сказать «из нее выйдет хорошая жена», то это о Hope. Она была наиболее домашней и верной старым обычаям. Еще подростком Нора решила, что первой выйдет замуж, хоть она и самая младшая. Валерии редко назначали свидания, даже в колледже, а Стеффи была столь импульсивна и непредсказуема, что вряд ли могла кем-нибудь надолго увлечься. Или, во всяком случае, так казалось…

Теперь обе ее сестры выходят замуж. Все случилось за последние два месяца. Еще несколько недель назад Нора сильно бы удивилась, если бы кто-нибудь сказал ей, что Валерия скоро станет чьей-то женой. Ее старшая сестра была типичной деловой женщиной и успешно работала в ЧИПС — техасской корпорации по производству программного обеспечения для компьютеров. Там она и жила и прилетела домой только тогда, когда у их отца случился инфаркт. Совершенно неожиданно для Норы она без памяти влюбилась в доктора Колби Уинстона.

Нора так и не поняла, что послужило причиной этой любви Как она ни старалась, ей не удавалось вообразить свою сестру Валерию в роли супруги. Валерия была так похожа на отца, такая деловая. Она работала в отделе продаж и меньше чем за четыре года выбилась в ведущие менеджеры. Она была энергичной, смелой и обладала сильной волей. Если уж Валерии необходимо было влюбиться, Нора не могла понять, почему она выбрала своим предметом доктора Уинстона. Он был так же, как и Валерия, погружен в свою работу и так же упрям. По мнению Норы, у них было мало общего, за исключением взаимной любви. Наблюдая за их отношениями, Нора по-новому взглянула на любовь и на жизнь. Они оба старались создать хорошую семью, шли на компромиссы, общались, пытались понять интересы друг друга.

В роли мужа Валерии Нора представляла кого-нибудь вроде Рауди Кэссиди — владельца ЧИПС. В течение многих месяцев письма Валерии переполняли восторженные отзывы о таланте и энергии ее босса.

Он взял Уолл-стрит приступом, ошеломив всех новыми идеями, и очень скоро стал первым в своей области. Валерия восхищалась им. И вдруг она оставила свое место в ЧИПС без всяких сожалений. Есть другие места, сказала она, но Колби Уинстон только один. И если ей приходится выбирать, как того потребовал от нее Рауди Кэссиди, — решение совершенно ясно. Никогда Нора не видела никого более влюбленного — за исключением Стеффи.

Когда ее вторая сестра приехала, чтобы побыть с отцом, с ней случилось то же самое.

Она повстречалась с Чарлзом Томазелли, издателем и редактором «Вестника Орчард-Вэлли». Раньше они все время ссорились, но вдруг их отношения изменились. Очень скоро Нора узнала, что именно из-за Чарлза Стеффи решила учиться в Италии. Оказывается, еще три года назад Стеффи была безумно влюблена в него. Нора точно не знала, что у них тогда не задалось, но Стеффи страшно переживала. Нора подозревала, что они не на шутку поругались, однако никто не объяснил ей, в чем дело. Но это не важно. Важно то, что они наконец осознали свои чувства и рассказали о них друг другу.

Как было свойственно Стеффи, она намечала абсолютно нетрадиционную свадьбу. Обмен кольцами должен был состояться в яблоневом саду, среди деревьев, усыпанных спелыми плодами. Столы расставят на ухоженной лужайке перед домом и пригласят музыкантов для исполнения камерной музыки. Свадебный пирог явится шедевром кулинарного искусства.

Таким образом, с разницей в несколько недель обе ее сестры выйдут замуж. В отличие от Валерии Нора не повстречала прекрасного незнакомца. И в отличие от Стеффи она не прятала в душе тайной любви, зародившейся годы назад. Если не считать Майкла Йорка. Она смотрела все фильмы с его участием, наверно, по десять раз. Но было не похоже, чтобы знаменитый киноактер явился похитить ее. К сожалению.

Час спустя Нора мыла руки, готовясь идти домой. Состояние ковбоя, хоть и по-прежнему оставалось тяжелым, несколько стабилизировалось. Как бы он себя ни чувствовал, ему чертовски повезло, что он остался жив. Правда, его еще ждала операция, но, когда она будет, Нора не знала.

Нора направлялась к двери, когда услышала, как кто-то упомянул имя ковбоя.

Она замерла на месте от удивления.

— Как, вы сказали, его зовут?

— Судя по документам, его зовут Рауди Кэссиди.

— Рауди[1]! — Сьюзен Парсонс, другая медсестра, рассмеялась. — Ему очень подходит это имя, не так ли? Лично я не хочу оказаться рядом, когда он придет в себя. Спорю на два доллара, что он задаст нам жару.

Рауди Кэссиди. Нора глубоко вздохнула. Босс Валерии. Бывший босс, если быть точной. Наверно, он летел на свадьбу, когда произошел этот несчастный случай.

Нора не могла решить, как ей поступить. Валерия, хладнокровная как замороженная рыба, когда дело касалось бизнеса, безумно нервничала из-за своей свадьбы.

Любовь застигла Валерию Блумфилд врасплох, и она до сих пор не оправилась от потрясения. Не стоило рассказывать ей о несчастном случае с Рауди, у нее и так хватает поводов для беспокойства. Но скрыть правду было бы не слишком красиво.

Кому бы ей рассказать, размышляла Нора, направляясь к стоянке машин. Должен же кто-нибудь что-нибудь об этом знать…

Когда она вошла в дом, было уже за полночь. В доме горел свет, но никого не было видно. Меньше чем через двенадцать часов, в полдень, состоится свадьба.

Втайне Нора надеялась, что отец еще не спит, но не слишком на это рассчитывала. Последнее время он рано ложился и поздно вставал, набираясь сил после инфаркта и долгой, изнурительной операции.

— Привет, — встретила ее Стеффи. Она спускалась по лестнице. Ее длинные черные волосы были распущены и доставали до середины спины. — Я все думала, когда же ты наконец вернешься.

Нора задумчиво посмотрела на нее. Она посоветуется со Стеффи и послушает, что скажет ей сестра.

— Что случилось? — встревоженно спросила Стеффи.

— Небольшой частный самолет разбился, — сообщила Нора. — Слава Богу, на борту был только один человек.

— Он остался в живых?

Нора задумчиво кивнула и прикусила губу.

— Валерия спит?

— Кто ее знает, — выдохнула Стеффи. — Никогда не думала, что Валерия будет так нервничать из-за свадьбы, ведь она ворочала миллионами.

— Пошли со мной на кухню, — предложила Нора, поглядев наверх. Ей совсем не хотелось, чтобы их услышала Валерия.

— Так что же все-таки случилось? — еще раз спросила Стеффи, последовав за ней в другую комнату. Прямо над ними располагалась комната Валерии, но вряд ли она сможет их услышать.

— Человек, который попал в авиакатастрофу…

— Ну?.. — подгоняла Стеффи.

— ..это Рауди Кэссиди!

Ошеломленная, Стеффи схватила табуретку и уселась.

— Ты уверена?

— Абсолютно. Он, наверно, летел на свадьбу.

— Вернее, чтобы ее расстроить, — язвительно произнесла Стеффи.

— Расстроить? Что ты имеешь в виду? Стеффи уверенно закивала:

— Ты знаешь, что, когда Валерия заговорила с ним об открытии филиала на Западном побережье, идея ему понравилась, но он решил поручить ее осуществление кому-нибудь другому. Он отказался дать ей работу, если она не сможет уделять ей двадцать четыре часа в сутки. Иными словами, если она не предпочтет бизнес и Рауди Кэссиди семье и Колби. Похоже, он решил, что может заставить ее поступить подобным образом.

— Что за мерзкая идея?

— Валерия была в бешенстве, — согласилась Стеффи. — Она надеялась продолжать работать в ЧИПС после замужества. Рауди заявил, что она должна остаться в Техасе, если хочет остаться в ЧИПС. Выбора у нее не было: она объявила об увольнении и о свадьбе с Колби. Очевидно, Рауди ей не поверил — и до сих пор не верит. Ему кажется, что это просто женская уловка, чтобы заставить его признаться в любви.

— Похоже, мистер Кэссиди просто плохо знает Валерию, — с улыбкой сказала Нора; ее сестра отличалась крайней прямотой. Никогда Валерия не стала бы разыгрывать подобное представление, чтобы заставить мужчину признаться в своих чувствах.

Когда у их отца случился инфаркт и Валерия прилетела домой, Нора подумала, что она влюблена в своего босса. Сейчас Нора поняла, что, хотя Валерия восхищалась и интересовалась Рауди, она отнюдь не испытывала любви к нему. Ее отношение к Колби доказывало это.

— Почему ты думаешь, что он хотел расстроить свадьбу? — спросила Нора. Если Рауди действительно любит ее сестру, то почему он ждал до последней минуты, чтобы совершить что-то подобное?

— Он звонил несколько дней назад… Я взяла трубку, — призналась Стеффи с виноватым видом. — Я не сказала Валерии, я просто не могла.

— Что не сказала?

— Что Рауди просил ее не спешить, пока они не поговорят.

— Не спешить? — переспросила Нора.

— Не спешить со свадьбой.

— Он шутил?

— Не думаю, — усмехнулась Стеффи. — Он был очень серьезен. Он заявил, что должен сказать ей что-то очень важное и что ее сильно заинтересует его предложение.

— И ты не сказала Валерии?

— Нет, — ответила Стеффи, избегая взгляда Норы. — Знаю, что должна была, но когда я рассказала папе…

— Папа знает?

— Он даже не удивился. — Стеффи обхватила плечи руками. — Он просто улыбнулся и сказал одну очень странную вещь.

— Это у него в обычае, — сказала Нора. Стеффи кивнула, улыбнувшись.

— И что на этот раз?

Стеффи молчала некоторое время, потом подняла глаза и выпалила:

— Что Рауди объявился как раз вовремя. Нора тоже сочла высказывание отца странным.

— Ты думаешь, что Рауди уже звонил раньше и говорил с папой?

— Кто знает? — пожала плечами Стеффи.

— И папа посчитал, что тебе не следует говорить Валерии о звонке Рауди? — допрашивала Нора.

— Да, — кивнула Стеффи. — Он сказал, что она и так достаточно нервничает. С этим трудно не согласиться. Насколько я понимаю, у Кэссиди было достаточно возможностей завоевать ее сердце. Он согласился ее уволить, что позволило Валерии уделить достаточно времени организации свадьбы. Недавно она говорила, что сможет работать как консультант. Сейчас многие компании устанавливают новые компьютерные системы.

— Прекрасная идея. Валерия всегда найдет выход!

— Валерия нервничает вовсе не из-за приготовлений к свадьбе, — проговорила Стеффи тоном знатока. — Во всем виновата любовь.

— Виновата любовь? — не поняла Нора.

— Валерия раньше никогда не влюблялась, потому она и переживает. А вовсе не из-за свадьбы, не из-за банкета и не из-за работы.

— Меня больше всего удивляет, что, когда Колби рядом, она абсолютно спокойна, — проговорила Нора, думая о событиях последних нескольких недель.

— Просто он занимает все ее мысли, — уверенно ответила Стеффи. — Так же как Чарлз — мои…

— Мне следует рассказать Валерии про Рауди Кэссиди? — прервала ее Нора.

— Конечно, — согласилась Стеффи, — но мой совет — подожди, пока они поженятся. Нора молчала, нахмурившись.

— Он сильно пострадал? — спросила Стеффи.

— Он был в критическом состоянии, и ему будут оперировать ногу. Какое-то время придется полежать на вытяжке. Есть еще несколько внутренних повреждений, но они не так серьезны.

— То есть он пока вне игры?

— О да. Думаю, он пробудет без сознания до завтрашнего дня — если не дольше.

— Тогда не будем будить спящую собаку, — рассудила Стеффи. — Не похоже, чтобы визит Валерии пошел ему на пользу — по крайней мере сейчас.

— Ты уверена, что мы поступаем правильно? — Нора не разделяла убежденности своей сестры. У Валерии было право знать о несчастном случае с ее другом.

— Нет, — подумав, ответила Стеффи. — Я совсем не уверена. Но я просто не хочу расстраивать Валерию перед свадьбой. Тем более что Кэссиди все равно не узнает, если она придет сейчас навестить его.

Нора не знала, что ей делать. Очевидно, у Рауди были веские причины, чтобы звонить ее сестре и даже прилететь в Орчард-Вэлли. Может быть, он любит ее. Если это так, то он опоздал.

На следующий день, в полдень, Нора стояла в церкви вместе с остальными приглашенными на свадьбу. Все, за исключением Валерии, нервничали и напряженно улыбались. Валерия же совсем не беспокоилась. Теперь, когда настал день, которого она так долго ждала и из-за которого переживала, она совершенно успокоилась и была безмятежна.

У Норы же кружилась голова. Она не впервые присутствовала на свадьбе. Три раза даже выступала подружкой невесты. Но никогда она не была так… возбуждена. Это было точное слово. Она была возбуждена и по-настоящему счастлива за двоих людей, которых так любила.

Хотя она ничего не говорила Валерии и тем более Колби, доктор нравился ей самой. А кому он мог не понравиться? Он был сдержан и вежлив и вместе с тем необыкновенно обаятелен. Он был не из тех, кто избегает женщин. Его роман с Валерией доказывал это.

Старшая сестра Норы хорошо поработала при подготовке своей свадьбы, и ее старания окупились. Церковь выглядела изумительно. Гирлянды белых гардений обвивали колонны и спинки скамеек. Алтарь оформляли свечи белого воска и букеты цветов: больше всего было гардений, белых и чайных роз и розовых яблоневых веток.

Подружки невесты, одетые в платья разных цветов, держали букеты под цвет одежды. Нора в длинном нежно-розовом одеянии прижимала к груди букет розовых яблоневых цветов, а Стеффи, одетая в бледно-зеленое, несла букет лимонно-желтых розовых бутонов.

Цветочный аромат наполнял церковь и выливался из распахнутых дверей наружу, подхваченный легким ветерком.

Все было прекрасно. Цветы, венчание, любовь, которая связывала Валерию и Колби, то, как они обменивались кольцами. Несколько раз на глаза Норы наворачивались слезы. Она ругала себя за сентиментальность и чувствительность, но ничего не могла поделать. Это была самая прекрасная, самая трогательная свадьба, которую она когда-либо видела.

Валерия вся светилась. Никакими другими словами не выразить выражение ее лица, когда она улыбалась мужу.

Прием, обед и танцы должны были состояться в городском клубе Орчард-Вэлли. Но сначала нужно было еще сфотографироваться, и это тянулось целую вечность. Нора не могла понять, почему вдруг ее охватило нетерпение. Она куда-то заторопилась. Это было так на нее не похоже!

Когда все наконец закончилось, отец взял ее под руку, и они направились к лимузинам, выстроившимся вдоль улицы, чтобы отвезти гостей в клуб.

— Я слышал про Кэссиди, — произнес он шепотом, — как он?

— Я звонила в больницу утром, — ответила Нора. Этот человек всю ночь не выходил у нее из головы. Ей не спалось, и времени подумать о Рауди Кэссиди было предостаточно. Она объяснила свою бессонницу переживаниями накануне предстоящей свадьбы. Она не думала звонить в больницу, ведь у нее было полно дел: Валерия все утро отдавала приказы по-военному; однако Нора чудом выкроила минутку для звонка. — Дежурила Кэрол Фрэнклин. Она сказала мне, что ему уже сделали операцию.

— И?

— И что он чувствует себя лучше, чем ожидалось.

— Думаю, будет хорошо, если кто-нибудь из нас заглянет к нему попозже, — тихо сказал Дэвид Блумфилд. — Я сам расскажу Валерии и Колби о несчастном случае, после приема. Думаю, они тоже захотят его повидать.

— Я заскочу к нему, — предложила Нора с готовностью, удивившей ее саму.

Отец кивнул и вложил ей в руку ключ от машины:

— Сматывайся, когда представится возможность. Если кто-нибудь спросит о тебе, я найду что сказать.

Он ушел, прежде чем Нора смогла спросить его о чем-нибудь. Почему-то отец был уверен, что она захочет оставить свадьбу собственной сестры — главное событие года, — чтобы посетить незнакомца в больнице.

И это было правдой. Сама того не понимая, она искала достаточно вескую причину, чтобы поступить так, как сейчас предложил ей отец. Именно поэтому она чувствовала нетерпение, не могла спать ночью. Что-то внутри нее стремилось назад, в больницу. Назад, к постели Рауди Кэссиди.

Между танцами и обедом был небольшой перерыв. В это время разбирали столы, музыканты настраивали инструменты. Ей вполне хватит времени, чтобы уехать никем не замеченной.

Она встретилась глазами с отцом. Похоже, он думал о том же, так как незаметно кивнул ей.

Hope пришлось собрать все свое терпение, чтобы довести машину без происшествий, и это ей удалось вполне.

В больнице было тихо и малолюдно. Если кто-нибудь и счел необычным ее наряд: длинное, до полу, розовое платье, длинные белые перчатки и соломенную шляпку с лентами, то никто ничего не сказал.

— В какой палате лежит Рауди Кэссиди? — спросила она у дежурной.

— В двести пятнадцатой, — ответила Дженис Уилсон, взглянув на экран компьютера. Было видно, что Дженис хочет спросить о Валерии и ее свадьбе, но Нора искусно увильнула от нее и быстро направилась вдоль по коридору.

Поднявшись на нужный этаж, она пошла прямо к его палате. Немного постояла в дверях, давая глазам привыкнуть к полумраку.

Правая нога Рауди была вытянута и закреплена неподвижно. Лицо повернуто к стене. Нора вошла в комнату и подошла к его медицинской карте, укрепленной на спинке кровати. Она читала историю болезни, когда вдруг интуитивно поняла, что он не спит. Он не производил ни малейшего шума и не двигался, чтобы показать, что он в сознании. И все же она поняла это.

Нора подошла к кровати осторожно, чтобы не побеспокоить его.

— Здравствуйте, — тихо сказала она. Веки его дрогнули, он открыл глаза.

— Хотите воды? — спросила Нора.

— Пожалуйста.

Она взяла стакан и соломинку и поднесла к его рту. Напившись, он поднял глаза на нее.

— Я уже умер?

— Нет, — тихо ответила она, нерешительно улыбнувшись. Очевидно, еще действовали обезболивающие, иначе Рауди бы почувствовал, насколько он жив.

— А должен бы, — прошептал он с видимым усилием.

— Вам очень повезло, мистер Кэссиди. Он попытался улыбнуться, но это ему плохо удалось.

— А вы кто? Мой ангел-хранитель?

— Не совсем. Я — Нора Блумфилд, сестра Валерии. Я — медсестра. Меня вызвали, когда вас привезли сюда прошлой ночью.

— Необычная форма.

Нора обнаружила, что улыбается.

— Я сегодня была на свадьбе сестры. Теперь он окончательно пришел в себя.

— Так, значит, Валерия все-таки решилась на это в конце концов?

— Да.

В комнате воцарилась тишина.

— Чертова идиотка, — пробормотал он через минуту. Он отвернулся, но Нора успела заметить, что рот его скривился от боли. Глаза стали пустыми.

Нора не знала, что у него болит: тело или душа.

Загрузка...