Синтия Иден Отдай мне свою кровь

Глава первая

Черт, как же низко пали великие.

Аполлон одним глотком осушил свой бокал виски и с громким стуком опустил его на исцарапанную барную стойку, которая уже была частично залита чьей-то порцией горячительного. Люди копошились рядом с ним, смеясь, болтая и чувствуя себя как дома, в этой лачуге, которую его брат Арес назвал баром.

Когда-то Аполлон жил роскошно, малейшая его прихоть выполнялась на раз-два-три тысячами тех, кто почитал и поклонялся ему, да что там говорить, одна только его статуя была вылита из чистого золота. А что сейчас? Люди поклоняются своим технологиям, боги канули в Лету, а их силы очередной миф… или, по крайней мере, так думают люди.

Бар в Нью Олимпе, Флорида, на первый взгляд абсолютно ничем не выделялся среди прочих подобных ему мелких стрип-клубов. По крайней мере, это место походило на Гадес, конечно для тех, кто не знал, как он выглядит на самом деле. Да, место было переполнено людьми, но среди посетителей мелькали и магические существа. О, да! Боги и богини частенько проскальзывали в «Гадес», наслаждаясь возможностью смешаться с толпой и потрахаться с людишками. Быть может последние и забыли о древних могущественных божествах, но это еще не означало, что и боги последовали их примеру.

«Мы действительно любим позабавиться с вами».

И Аполлон был как раз в том настроении, чтобы немного развлечься. К несчастью, судя по всему, эта ночь станет такой же скучной, как и все предыдущие последнего столетия. Бесчисленное количество дней, несчетное — ночей.

Сидя на стуле, он опирался одной рукой о барную стойку, а вторая свободно покоилась у него на бедре. Неожиданно его взгляд начал медленно скользить к входу в заведение, тело напряглось словно струна, а энергия загудела в нем, отдаваясь покалыванием на коже, словно кто-то тыкал в него тысячами мелких иголочек.

И в следующий миг в двери «Гадеса» вошла она. Ее черные волосы были сродни полуночной мгле, а губы — ярко-красными. Одного взгляда хватило, чтобы Аполлон понял, что хочет ее. А то, что бог хотел, он получал. И так было всегда. Устоявшиеся привычки не меняются, сколько бы времени не прошло. Так ведь?

Женщина неспешно направилась вглубь заведения, плавно ступая по полу ножками в черных туфлях на двухдюймовой шпильке. Черное платье обтягивало ее стройное сексуальное тело, как нельзя лучше подчеркивая высокую аппетитную грудь и так тесно облепляя округлые бедра, что неизменно притягивало взгляд к укромному местечку между ее ног. А идеальная длина этих самых ножек соблазняла и возбуждала его. Такие бледные и идеальные. Ножки, которые уже совсем скоро обхватят его бедра и будут удерживать до тех пор, пока он будет погружаться в глубины ее тела.

Проклятье. Она была горячей штучкой. Огромные темные глаза, манящие своей глубиной, высокие точеные скулы, прямой маленький носик. Ее подбородок был вздернут достаточно, чтобы она не казалась совершенной. Аполлону никогда не нравились идеалы. А ее губы… такие красные, такие пухленькие и сочные. Ее нижняя губка была немного полнее верхней, и у него было твердое намерение пересечь комнату и припасть к ней в поцелуе, чтобы немного пососать ее. Он спрашивал себя, каково будет ощущать ее губы под своими губами.

«Хмм… какова она вообще на вкус?»

Возможно, он должен пойти и выяснить это.

Аполлон оттолкнулся от барной стойки и последовал за ней, словно хищник. Другие мужчины уже заприметили ее и начали приближаться, в надежде отхватить этот лакомый кусочек для себя. Однако он, на самом деле, и мысли не допускал о каком-либо соперничестве. Как только леди в черном увидит его, она тут же позабудет всех остальных. Он был уверен в этом. Женщины всегда хотели его. Просто жаждали получить то, что он им предлагал. Да он, мать твою, не просто так был богом солнца.

Проходя сквозь толпу, Аполлон взмахивал пальцами, отгоняя всех со своего пути лишь силой мысли. Оказавшись достаточно близко к ней, на расстоянии менее фута, он уловил легкий аромат жасмина, обволакивающий ее тело. Аполлон преднамеренно медленно растягивал губы в улыбке, демонстрируя свои ямочки. Несколько нимф говорили ему, что у него просто потрясные ямочки.

− Привет, любовь моя. Добро пожаловать в «Гадес».

Ну, или настолько близко к преисподней, насколько это вообще было возможно в данной ситуации. А он как раз планировал оказаться в Элизиуме[1]

в ближайшее время благодаря этой цыпочке.

Женщина моргнула, уставившись на него, но выражение ее лица осталось до безобразия пустым.

«О неужели?».

Его член напрягся.

«Вызов!»

Ему так давно не бросали вызов.

Она слегка наклонила голову:

− «Гадес»… это твой бар?

Ее хриплые слова были окрашены легким южным акцентом. Ему понравился звук ее голоса. Аполлон уже представлял, как он будет звучать в полумраке спальни.

− Ах…

«О чем она спросила?»

− Это местечко принадлежит моему брату.

Как хорошо, что он решил немного поошиваться этой ночью именно здесь. Скука — вещь не из приятных, и она ему, порядком, поднадоела.

Женщина кивнула. Обычный, неопределенный, вежливый жест. И попыталась обойти его.

«Ммм, не так быстро…»

Схватив ее за руку, он мгновение наслаждался ощущением ее мягкой шелковистой кожи под своими пальцами.

− Я — Аполлон.

Она выгнула бровь, и опустила взгляд… сначала он подумал, что ее глаза черные, но сейчас, разглядев поближе, понял, что они глубокого насыщенного темно-синего цвета… к его руке.

− Мне не нравится, когда меня трогают, Аполлон.

Он и не подумал отнять свою руку, предполагая касаться ее еще более интенсивно и удостовериться, что она насладится ощущением его рук на своем теле.

− Скажи мне свое имя.

Склонив голову набок и взглянув на него, она снова приподняла бровь в немом вопросе.

− Тереза. Тереза Лафитт.

− Отлично, Тереза… — Его пальцы аккуратно поглаживали ее руку, медленно скользя то вверх, то вниз. — Позволь предложить тебе выпить.

Ее зрачки расширились, а на лице промелькнуло выражение абсолютного голода. Однако оно исчезло также быстро, как и появилось, и ее лицо снова стало безмятежно прекрасным.

− Не уверена, что ты можешь предложить мне то, что я хочу.

Она снова попыталась уйти, но Аполлон только крепче сжал пальцы на ее руке.

− Ты бы удивилась.

− Нет, — она покачала головой и в ее голосе прозвучала категоричность. − Удивился бы ты!

На этот раз она действительно ускользнула. Аполлон рассмеялся.

Охота началась.

* * *

Тереза Лафитт глубоко вздохнула и попыталась побороть дикий голод своей хищной натуры, бушевавший внутри, словно смерч, и грозивший смести все на своем пути. Блондинистый лакомый кусочек, случайно подвернувшийся ей, все еще был поблизости, наблюдая за ней и посылая дрожь по всему ее телу.

Парень точно не собирался мириться с тем, что она ему отказала. Черт, когда ты выглядишь настолько божественно, то, возможно, не часто сталкиваешься с отказом. Он был… великолепен. Другого слова подобрать было просто невозможно. Эти его мужественные черты, словно вышедшие из под руки опытного скульптора, вероятно, заставляли женщин… и ее в частности… трепетать. Идеально очерченная квадратная челюсть, высокие точеные скулы, широко посаженные небесно-голубые глаза, упругие чувственные губы. Даже его слегка взъерошенные волосы вились густыми светлыми волнами и казались мягкими даже на вид. Она видела такие только в рекламе шампуня.

А его тело…

Она сглотнула.

Говоря об идеальной упаковке, парень был невероятно высок, его широкие плечи сплошь были покрыты тугими мускулами, а кожа — золотистая, с глубоким насыщенным загаром. Счастливчик похоже по несколько часов в день проводил на солнце.

О, да! Он был абсолютно неотразим. Просто пиршество для глаз. Жаль вот только, что она никогда не относилась к тому типу женщин, которые упадали за красавчиками. Не тогда, когда была жива, и тем более не тогда, когда… окей, мертва было неверным словом. Потому что, технически, она не была мертва.

Она была — вампиром. Ее сердце все еще билось, а легкие по-прежнему насыщались кислородом. Она уставала, испытывала голод… ну, крови, конечно, но, в любом случае, голод. Ее тело было по-прежнему идеальным, за исключением дополнения в виде клыков. Однозначно, она не была мертва. Пока нет, по крайне мере. Но если в ближайшем будущем она не отыщет какой-нибудь объект готовый к употреблению, то, вполне вероятно, будет.

Ее взгляд блуждал по бару. Столько представителей сильной половины человечества. Терезе необходимо выбрать слабое звено, мужчину, которого она способна будет контролировать. Если что-то пойдет не так, ей нужно будет в срочном порядке делать ноги. А она, ой, как, не хотела попасться на горячем.

Так много мужчин. Тереза могла слышать биение их сердец, почти ощущала поток крови, струящийся по их венам, и… он снова коснулся ее.

Повернувшись влево, Тереза снова натолкнулась на мистера Совершенство взглядом, который медленно и беспомощно опустился к его горлу. Она сглотнула, уставившись на размеренно бьющийся пульс. Девушка даже могла расслышать мелодичное движение этого живительного нектара, что перекачивало его сердце. Он не был тем типом мужчин, которых она могла контролировать. А Тереза не могла позволить себе такую роскошь как неосторожность.

− Ищешь кого-то?

Его чувственный голос лаской прошелся по ее телу. Она с трудом кивнула.

− Забудь о нем.

Он поднес ее руку к губам и прижался поцелуем к костяшкам пальцев, а его язык скользнул по коже, оставляя за собой влажную дорожку.

− Я могу подарить тебе ночь, которую ты никогда не забудешь.

Ага, она подарит ему такую же. Сущий кошмар, забыть который просто нереально.

Ее сердце стучало словно бешеное, колени дрожали. Ладно, он отнюдь не был легкой добычей, но, возможно, это и к лучшему. Судя по тому, как парень огромен, он должен быть силен, как бык, и ей не придется беспокоиться о том, что укус слишком сильно навредит ему. Ведь большому парню вроде него… конечно же, с ним все будет в порядке, если он потеряет несколько пинт крови?

− Почему бы тебе не пойти со мной?

Он склонился к ней и провел пальцами по ее щеке.

«Ух, ты, такой горячий».

− Я удовлетворю все твои… потребности.

Ее клыки заныли. Сейчас он был в какой-то паре дюймов от нее. Так близко. Вот дерьмо, если она в скором времени не утолит жажду крови, то сломается. Тереза была ведомой голодом, который пронзил все ее существо, словно копье. Руки сжались в кулаки, а ногти вонзились в ладони, оставив небольшие отметины на нежной коже. Этот лакомый кусочек просто обязан утолить ее голод, потому что она не была уверена, что сможет сдерживаться еще хоть, сколько бы то ни было. Пора действовать!

Полуобернувшись, Тереза осторожно прижалась боком к его телу и стала слегка двигать бедром, возбуждая его.

− Я хочу тебя, — выдохнула она, преднамеренно понижая голос на пару октав, в надежде, что это прозвучит сексуально.

Она понятия не имела, как использовать принуждение, и едва ли могла похвастаться хоть каким-нибудь умением из всех тех бесчисленных вещей, будь они прокляты, что, как предполагалось, делали вампиры. Поэтому ей пришлось положиться на свои женские хитрости и просто плыть по течению.

Аполлон глянул на нее сверху вниз.

− Правда?

Он не казался удивленным.

«Вот засранец».

Его светлая бровь приподнялась.

− Ну, и что мы предпримем по этому поводу?

Он снова улыбнулся, демонстрируя ямочки.

«Отлично. Теперь моя очередь».

Она взяла его руку, поднесла к своим губам и немного пососала его указательный палец, на что он сжал челюсти.

− Не знаешь ли ты… местечка, где мы сможем побыть… наедине?

«Гадес» был переполнен людьми. Сигаретный дым окутывал помещение, словно туман, а музыка была оглушительной и рокотала будто гром. Сейчас, когда она отыскала свою жертву, ей хотелось уйти в другое место, туда, где потише… туда, где никто их не побеспокоит. Где никто не услышит его крики. На тот случай, если он из тех, кто кричит.

− Наверху, — развернувшись, он схватил ее за руку и потащил за собой. − Идем.

Добродушный юмор исчез из его голоса, оставив лишь темную жажду желания. Толпа расступалась пред ними, словно по волшебству, и Аполлон провел ее мимо черной барной стойки к тяжелой металлической двери. Сильным толчком распахнул ее и пропустил Терезу внутрь.

− Что…

Перед ней была старая винтовая лестница, ведущая наверх. Войдя следом, Аполлон захлопнул за собой дверь. Громоподобная музыка и шум толпы тут же стихли. Она медленно стала продвигаться вперед, в то время как голод, предвкушение и леденящий душу страх наполнили ее. Способна ли она на это?

− Не передумала? — спросил Аполлон низким рокочущим голосом.

Тереза почувствовала, как он прижал свою напряженную плоть к ее попке, одновременно медленно покачивая бедрами. Аполлон определенно продолжал играть соблазнителя и, по правде сказать, она тоже. Ее пугало только то, что придет после соблазнения.

− Я клянусь, — прошептал он ей на ушко, − ты не пожалеешь, что пошла со мной.

Нет, но вот он точно пожалеет, что пошел с ней.

Аполлон скользнул руками в декольте ее платья и сжал грудь. Дрожащий стон сорвался с ее губ.

− О, да! Великолепно.

Его проворные пальцы мяли, поглаживали и слегка пощипывали нежную плоть, теребя соски.

− Я хочу тебя, обнаженной. Хочу увидеть тебя. Хочу узнать какова ты на вкус.

Она-то определенно собиралась его попробовать.

Его член подрагивал рядом с ее попкой и она задалась вопросом, каково это будет: ощутить его внутри себя, почувствовать, как он погружается в нее. Боже, это было так давно. Безумно давно, если быть точной.

В последний раз легонько сжав ее грудь, он убрал руки. Тереза двинулась вперед, ступая ногой на нижнюю ступеньку. Подняв голову вверх, она осознала, что как только поднимется с ним, возврата назад уже не будет.

Ступенька скрипнула под ее весом. Хриплый выдох Аполлона заполнил пространство. Тереза еще яснее ощутила мягкое, повторяющееся эхо биения его сердца и этот непрерывный жизненный поток крови, взывающий к ней и соблазняющий ее. Она сделала еще шаг. Пути назад нет. А у нее что, мать его, есть выбор?

Клыки горели и уже начали удлиняться. Но прежде, она должна подготовить его и убедиться, что он так глубоко погряз в наслаждении, что не почувствует, как ее зубы пронзят его кожу, что он, надо надеяться, не ощутит ни капли боли.

Она все быстрее поднималась вверх по ступенькам. Ее тело дрожало от голода. Новая, тянущая потребность наполнила ее. Она нуждалась в его крови. Нуждалась в нем. В Аполлоне. Тереза жаждала его прикосновений. Хотела ощутить эти сильные, теплые руки на своем теле, ласкающие ее и доводящие до исступления. Его теплый рот на своей груди, а дразнящий язык на сосках.

Поднявшись по лестнице наверх, они оказались перед деревянной дверью. Протянув руку, Тереза обхватила пальцами серебряную ручку.

− Смелее, — побуждал ее Аполлон. − Ты ведь не передумала…

«Нет! И не сделаю этого».

Она открыла дверь и вошла внутрь. Комната была большая и просторная, выполненная в ампирном стиле с греческим уклоном. Справа от нее в углу стояла небольшая кушетка, обитая желтым бархатом. В центре располагалась королевских размеров кровать из темного дерева, застланная золотым шелком, а по бокам стояли маленькие тумбочки.

Все это великолепие разбавляла небольшая кухня, примыкавшая к комнате. Обстановка помещения была богатой и изысканной, но Тереза была почти уверена в том, что это временное пристанище, хотя могла и ошибаться.

Ногой захлопнув за собой дверь, он схватил ее и грубо прижал к жесткому дереву. Ухватив за бретели, Аполлон сдернул платье вниз, обнажая грудь, и резко втянул в себя воздух, пораженный и обрадованный одновременно открывшимся ему великолепием. Ее грудь была полной, подтянутой, упругой, с маленькими торчащими коралловыми сосками, которые так и манили его, словно пламя мотылька.

«Да, черт возьми!»

И Аполлон, опустив голову, прижался к ней губами. Его язык стал дразнить сосок, омывая его грубой лаской, а его пальцы, тем временем, отыскали другую грудь и начали мять, пощипывать и сдавливать ее второй сосок. Он все сильнее посасывал ее…

Тереза ощутила жар внизу живота и почувствовала, как увлажнилось лоно. Его нога вклинилась ей между ног и подол задрался. Еще теснее прижавшись к его сильному бедру, она стала тереться о него, выгибая спину дугой.

Аполлон отстранился, и она заметила влагу, блестевшую на его губах. Не убирая рук, он уставился на нее своими сияющими голубыми глазами.

− Я собираюсь трахнуть тебя, Тереза.

Она сглотнула. Да, в этом и состоял план. Ну, часть плана.

Он двинул бедром вверх, и твердые мышцы потерлись о ее нежную плоть.

− Ты влажная для меня, не так ли?

Тереза медленно кивнула. Да что тут сказать, ее трусики можно было выкручивать. А он всего лишь прикоснулся к ней.

− Отлично, — та улыбка мелькнула снова. − Ибо, я тверд, как камень, для тебя.

Сомкнув вокруг нее руки, он с легкостью поднял ее и осторожно понес к кровати. Аполлон мягко уложил Терезу на покрывало и одним резким движением сорвал с нее платье. Бросив его на пол, он оставил ее одетой лишь в черные кружевные трусики. Облизывая губы, отстранился и начал раздеваться.

Ее глаза расширились, когда она увидела его грудь. Парень без одежды выглядел просто потрясающе. Тугие изгибающиеся мускулы, темные плоские соски, меж которых завивались маленькие золотистые волоски. Эта легкая поросль спускалась вниз по его груди к рельефу живота.

Он быстрым движением сорвал брюки и освободил свой огромный напряженный член. Вены на нем вздулись по всей длине, а на широкой головке поблескивала влага.

Аполлон склонился над ней, уперев одно колено в матрас, а его пальцы нежно прошлись по внутренней стороне ее бедра. Тереза облизала свои губы, глядя на него. Она не могла припомнить момента, когда прежде мужчина смотрел на нее вот так. В его взгляде было столько неприкрытого вожделения, что она задохнулась. Благодаря этому Тереза чувствовала себя красивой. Сексуальной. На протяжении последней пары месяцев она чувствовала себя монстром, но с Аполлоном она снова была обычной женщиной. Желанной женщиной.

Его пальцы продолжали поглаживать ее бедро.

− Раздвинь свои ножки для меня, Тереза.

Она подчинилась, полностью открываясь для его прикосновений. Рука Аполлона проникла в ее трусики и, отыскав центр ее наслаждения, он легонько надавил на него и стал поглаживать, в то время как вторая рука прошлась меж ее грудей и, обхватив одну, стала мять нежную плоть. Тереза застонала и выгнула бедра навстречу его руке, прижимаясь настолько тесно, насколько это вообще было возможно. Слабый приглушенный стон сорвался с ее губ.

«О, да!»

В то время как большим пальцем он настойчиво поглаживал средоточие ее наслаждения, один палец проник в нее и она вскрикнула.

«Божественно».

− Такая тесная, — выдохнул он. − Это будет чертовски хорошо.

Аполлон чувствовал ее возбуждение и ощущал, что она приближается к финалу. Он точно знал, как касаться ее и где надавить…

Еще один палец скользнул в нее. Он растягивал ее, почти полностью извлекая свои пальцы, опустошая ее, а затем с силой погружая их обратно. Тереза зажмурилась, голова металась по подушке, а из горла вырывались стоны. Она была так близка к оргазму… всего лишь от прикосновения его руки.

Он опустил голову и провел языком по ее соску, от чего тот еще сильнее затвердел. Аполлон больше не мог сдерживаться и его рот полностью завладел ее грудью, посасывая, нежно прикусывая и вбирая эту гладкую плоть все глубже к себе в рот. Его пальцы все интенсивнее продолжали двигаться в установленном ритме, доводя ее до кульминации.

− Аполлон! — голос Терезы осип, и в нем слышалась жажда, тело извивалось на кровати в диком танце страсти.

«Так близко…»

− Посмотри на меня, — приказал он.

Его голос звучал резко и даже грубо.

Она приподняла дрожащие ресницы, и ее взгляд остановился на нем. Тереза задыхалась, тело сотрясала крупная дрожь, жажда огнем обжигала ее внутренности. Почему он остановился? Она хотела…

Ухватив пальцами резинку ее трусиков, Аполлон дернул за нее, разрывая их. Мягкая ткань ленточками упала на кровать, открывая его взору темные вьющиеся волосы у нее между ног и блестящие влагой складочки ее лона. У него расширились зрачки, и в них полыхнул огонь.

− Ты хочешь ощутить мой рот у себя между ног?

Тереза кивнула, неспособная выговорить ни слова.

«Да. Определенно, да!»

Руками сжав ее бедра, он отодвинул ее чуть дальше и опустился на кровать всем своим телом, а его золотистая голова оказалась у нее между ног. Она напряглась в ожидании, пока его дыхание ласкало ее клитор, то долгое мгновение, показавшееся ей вечностью. Затем он медленно облизал ее, проведя языком снизу вверх, и припал губами к клитору. Тереза уперлась каблуками в постель, оставляя отметины на шелковой ткани. Погрузив свои пальцы в его волосы, она с силой сжала их и притянула его голову еще ближе к себе. Аполлон зарычал, и она ощутила рокочущие вибрации его голоса на своей коже.

− Аполлон…

Его язык проник в нее, и Тереза закричала, потерявшись в долгом горячем потоке наслаждения. Он продолжал ласкать ее плоть языком, облизывая, пробуя на вкус ее нектар, и нежно бормоча что-то, в то время как ее тело содрогалось и извивалось под ним, омываемое волнами оргазма.

Как только Тереза стала возвращаться с небес на землю, Аполлон, приподнявшись, расположил свои мускулистые бедра меж ее и прижал толстую головку члена к ее входу.

− Моя очередь, — прорычал он и ворвался в ее глубины одним мощным толчком.

До упора заполнив, он схватил ее руки и, запрокинув их ей за голову, прижал к кровати. Аполлон врезался в нее, снова и снова. Его голова уткнулась ей в шею, а рот оказался на ее плече, посасывая его. Зубами он слегка оцарапывал нежную кожу и ей нравились эти восхитительные покусывания.

«О, да…»

Он отпустил ее руки, и она впилась ногтями ему в спину, царапая упругую кожу и оставляя отметины своей страсти. Новый оргазм зарождался внутри нее, также как и все возраставший голод. Его голова откинулась и шея, эта сильная загорелая шея, оказалась всего в нескольких дюймах от ее рта.

− Ты такая тугая… — Его ноздри раздувались. − Так хорошо…

Он снова ворвался в нее, погружая свой член еще глубже в ее лоно, растягивая и наполняя до предела. Его мускулистая шея… как раз в пределах досягаемости…

Она сомкнула руки вокруг него и резко перевернулась, от чего они оба покатились по кровати.

− Что за…

Тереза оседала его, обхватив ногами его бедра, а его огромный напряженный член все еще был внутри нее, разжигая удовольствие.

− Моя очередь, — выдохнула она и стала раскачиваться на нем.

Вверх-вниз. Сильнее. Быстрее.

Вверх. Вниз.

Он сжал зубы. Его пальцы впились в ее бедра, и он с силой опустил ее на себя в то же время, мощным толчком вонзаясь в нее. Стон удовольствия зародился в ее горле. Она ощущала его так глубоко внутри себя, так глубоко. Тереза уперлась руками в его грудь, распластав на ней пальчики, крутнула бедрами и стала объезжать его, как норовистого жеребца, со всей опытностью и страстью.

Вверх. Вниз.

Сильнее, быстрее.

Ее голова опустилась к его горлу, а язык метнулся наружу и облизал гладкую кожу.

Сильнее. Быстрее.

Его член погрузился еще глубже в нее, руки сжимали ее талию, руководя и направляя.

Вверх.

Она приоткрыла рот и припала к его шее губами. Ее зубы, легонько царапая кожу, прижались к вене, в которой бешено бился пульс.

Вниз.

Сильнее…

Она вонзила свои клыки в его горло одним быстрым аккуратным укусом.

− Тереза! — его голос огрубел от эмоций и накатившего наслаждения.

Аполлон задрожал, его тело напряглось, когда он кончил внутри нее, и семя вырвалось горячим стремительным потоком. Его теплая ароматная кровь наполнила ее рот, скользя вниз по языку. Сладкая, богатая, как дорогое французское вино, намного-намного божественнее, чем она когда-либо себе представляла. Сила наполняла все ее существо, словно перетекая из него в нее с этим живительным нектаром. Не ограниченная. Дикая. Могучая.

В последний раз опустившись со шлепком на его твердый член, Тереза ощутила, как ее пронзил еще один мощный оргазм. И как только волны удовольствия стихли, она стала пить его теплую, богатую на вкус кровь, делая ритмичные движения своим ртом. Отнимая ее, забирая ее…

− Тереза… — ее имя прозвучало еле слышно. Мягкий, слабый шепот.

«Слабый?»

Она отстранилась и в ужасе уставилась на него. Что она натворила?!

«О Господи, только не это! Пожалуйста, только не умирай…»

Она не могла припомнить, как долго пила из него. Не могла вспомнить, как много крови взяла. Она знала лишь то, что полностью потеряла контроль.

Монстр вырвался наружу.

Загрузка...