Антон Москвин Повесть о настоящем Колобке

А началась история сия

В тот мрачный день, когда родился я,

Умножив страшных тварей поголовье.

Позвольте небольшое предисловье.


Отец мой был, представь, хороший малый.

Был человеком, что ни говори.

Ещё он был такой кузнец удалый!

И сердце доброе имел в своей груди.

А мать всю жизнь на поле пропадала.

Таких родителей не видел белый свет.

Их житие одно лишь омрачало –

То, что детишек не было и нет.

И стал отец ковать себе сыночка –

Такая вот на них тоска напала.

Как ни старался – ни сынка, ни дочки –

Не вышло человечка из металла.

Года летели, всё шумя крылами,

Их стаи пронеслись над головой.

Вернее, над седыми головами

Всех тех, кого давно уже нет с нами,

Но образ их храним своей душой.


На моё счастье (иль несчастье злое?),

Чрез череду давно минувших лет

Прошли живыми мама, папа, дед.

О дедушке я расскажу немного.

Изобретатель был он мировой,

Все знали – у него талант от Бога.

Куда б ни привела его дорога

Научных изысканий, мой герой

Всегда найдёт познаньям примененье:

То тормоз смастерит он головной

(Ножной, ручной придумал дед мой тоже),

То вдруг изобрести печенье может,

Что ешь его – становишься худей!

За что и получал он от людей,

Ведь худоба в те дни была не в моде.

Но не сдавался он; в таком же роде

Его изобретеньям нет числа,

И наконец – Всевышнему хвала! –

И до меня однажды в непогоду

Мысль гения тихонечко дошла.


Осенний день. Дождливо. Слякоть. Грязь.

А дед сидит, скучая без работы.

Старуха-мать, устало помолясь,

Замешивает тесто для чего-то.

(И этим «что-то» скоро стану я!

Но забегать вперёд, друзья, не будем –

О том ещё не ведала семья.)

Старик-отец (вот-вот отцом он станет!)

Почитывает, сидя на диване,

Последний выпуск «N-ских Новостей».

– Эх, скукота!

– Не говори, ей-ей! –

Заводят диалог мать и отец.

– Неужто своей жизни под конец –

Тут в разговор дедуля мой вступает –

С внучатами я, блин, не поиграю!

– Ты что ругаешься, дедуля, постыдись -

Вдруг нашу сказку дети прочитают.

А коль блинов ты хочешь, то я вмиг

Для них, пожалуй, тесто замешаю.

– Нет, испеки ты лучше колобок, -

Отец с дивана голос подаёт.

– Вот именно, шар – форма совершенства.

Но дело не в еде, а в той беде,

Что нет у вас, родименьких, детей.

– Ты здесь, дедуля, горю не поможешь –

Ты нам ребёночка родить уже не сможешь.

– Смеётесь всё над бедным стариком.

Однако ж вы подумайте о том:

Что если нам усыновить дитятю?

– Ну, вот те раз, отец, и вот те нате!

Не сможем мы ребёнка прокормить.

– Но дальше так уж невозможно жить!

Зачем существование своё

Мы превращаем в жалкое нытьё?

Загрузка...