Варшавский Илья Призраки

Илья ВАРШАВСКИЙ

ПРИЗРАКИ

Придя домой, он снял обувь, костюм, белье и бросил их в ящик утилизатора.

Эта процедура каждый раз вызывала у него неприятное чувство. Странная привязанность к вещам. Особенно жаль ему было расставаться с обувью. Он страдал плоскостопием, и даже ортопедические ботинки становились удобными только к вечеру, когда их нужно было выбрасывать. Однако пункт первый санитарных правил предписывал ежедневную смену одежды.

Приняв душ, он облачился в свежую пижаму. Старая, вместе с купальной простыней, тоже отправилась в утилизатор.

Несколько минут он в нерешительности стоял перед установкой искусственного климата. Затем, поставив рычажок против надписи "Берег моря", лег в постель.

Ему смертельно хотелось спать, но он знал, что эта ночь, как и предыдущие, пройдет без сна. Стоило ему закрыть глаза, как все, что он пытался подавить в себе днем, опять овладевало его помыслами.

Очевидно, он всё-таки уснул, потому что когда снова открыл глаза, стрелка на светящемся циферблате показывала три часа.

Больше ждать он не мог. С тяжело бьющимся сердцем он подошел к пульту и нажал кнопку вызова.

Возникшее в фокальном объеме изображение девушки улыбнулось ему, как старому знакомому.

- Слушаю!

- Одежду на сегодня! - сказал он хриплым голосом.

- Микроклимат номер двадцать шесть. Одежда восемь или двенадцать.

- Нельзя ли что-нибудь полегче?

- Рабочую одежду?

- Да.

- В котором часу вы выходите из дома?

- Сейчас.

- Я вам дам комбинезон и свитер. На улице еще прохладно. В десять часов сможете свитер бросить в ближайший утилизатор.

- Хорошо.

Он открыл дверцу контейнера и взял пакет с одеждой.

- Что вы хотите на завтрак?

"Сейчас, - подумал он, - именно сейчас!".

- Почему вы молчите?

- Я вас люблю.

- Я не поняла, что вы любите. Заказные блюда-с семи часов утра. Ночью я вам могу предложить только то, что есть в программе.

- Я вас люблю!

Он шагнул вперед, но вместо белой полоски шеи с каштановыми завитками волос его губы встретила пустота, напоенная горьковатым запахом духов.

На пульте вспыхнул красный сигнал. Методично пощелкивая, автомат отсчитывал секунды.

- Время истекло! Повторите вызов через пять минут.

Изображение исчезло. Он еще раз вдохнул запах ее духов и начал одеваться.

* * *

Он шел мимо зданий с темными окнами по бесконечному, пустынному тротуару. Загорающиеся при его приближении светильники сейчас же гасли, как только он проходил мимо. Небольшое, ярко освещенное пространство впереди, и дальше - таинственный полумрак.

Он подошел к темной витрине магазина, вспыхнувшей ярким пятном, когда его фигура пересекла инфракрасный луч, падающий на фотоэлемент.

- Вам что-нибудь нужно?

- Нет... то есть... вообще нужно.

- Заходите!

Он поднялся во второй этаж. Изображение белокурой продавщицы приветливо ему улыбнулось.

- Вам нужен подарок?

- Да.

- Женщине?

- Да.

- Украшения? Цветы?

- Нет. Духи...

- Какие духи она любит?

- Не знаю... Забыл название.

- Не беда, найдем по каталогу. Садитесь, пожалуйста!

Он никогда не подозревал, что на свете существует такое разнообразие запахов. И всё не те, что нужно.

- Подобрали?

- Нет.

- Сейчас я сменю пленку.

Опять не то. От пряных ароматов слегка кружится голова.

- Вот эти.

- У вашей дамы отличный вкус. Это фрагменты вступления к двенадцатой симфонии запахов. Один флакон?

- Да.

Лента конвейера вынесла из мрака шкатулку и остановилась. Он открыл пробку и вылил на ладонь несколько капель янтарной жидкости.

- Спасибо! До свидания!

- Вы забыли взять флакон.

- Не нужно, я передумал.

Он стоял у решетки, отделявшей тротуар от автострады, прижав ладони к лицу, вдыхая горький, терпкий запах духов. Маленький, островок света опоясывал место, где он находился.

По автостраде мчались автомобили, темные и стремительные. Он сделал несколько шагов вдоль решетки. Пятно света двигалось за ним. Он снова попытался уйти, и снова оно его настигло. Он побежал. Пятно двигалось вместе с ним. Ему казалось, что попади он туда, в темноту, и весь этот бред, не дающий спать по ночам, кончится сам собой.

Перебросив ноги через решетку, он спрыгнул на шоссе.

Вой сирены. Скрежет тормозов. Огромный транспарант осветил ночное небо: "Внимание! Человек на дороге!" Исполинское изображение лица с гневно сжатыми губами стремительно надвигалось на одинокую фигурку в комбинезоне.

- Немедленно назад!

- Хорошо.

Теперь, кроме фонарей, загоравшихся при его приближении, каждые сто метров вспыхивали и гасли фиолетовые сигналы Службы наблюдения.

У перекрестка в решетке был проход. Он невольно отпрянул назад, когда перед его лицом захлопнулась дверца.

- Автомобиль заказан. Ждите здесь.

- Не нужно. Мне... некуда ехать.

- Заказ отменен. Выйдите из поля зрения фотоэлемента.

Только сейчас он вспомнил, что два дня ничего не ел.

В кабине автомата его встретило знакомое изображение толстяка в белом поварском колпаке.

- Могу предложить только омлет, кофе и яблочный пирог. Завтраки отпускаются с семи часов.

Он протянул руку к пульту, и вдруг ему расхотелось есть. Сейчас он нажмет кнопку, и повторится то, что было уже тысячи раз. Сначала в автомате что-то щелкнет, затем закрутятся многочисленные колеса, и на лотке появится заказанная пища. После этого последует неизменное "приятного аппетита", изображение исчезнет, и он в одиночестве будет есть.

- Хорошо Я возьму кофе.

Вместо того чтобы нажать кнопку, он отогнул щиток лотка и взял дымящуюся чашку.

Сигнал неисправности. Автомат отключился от сети.

Внезапно кабина осветилась фиолетовым светом Службы наблюдения. Теперь перед ним было строгое лицо человека в белом халате.

- Кто вы такой?

- Сальватор.

- Это мне ничего не говорит. Ваш индекс?

- Икс эм двадцать шесть сорок восемь дробь триста восемьдесят два.

- Сейчас проверю. Поэт?

- Да.

- Сто сорок вторая улица, дом двести пятьдесят два, квартира семьсот три?

- Да.

- Вы на приеме у психиатра. Постарайтесь отвечать на все вопросы. Почему вы не спите?

- Я не могу. У меня бессонница.

- Давно?

- Давно.

- Сколько ночей?

- Н-н-не помню.

- Вас что-нибудь мучит?

- Да.

- Что?

- Я... влюблен...

- Она не отвечает вам взаимностью?

- Она... не может... это... изображение.

- Какое изображение?

- То, что у меня дома, на пульте обслуживания.

- Сейчас, минутку! Так! Биоскульптор Ковальский, вторая премия Академии искусств, оригинал неизвестен. Вы понимаете, что нельзя любить изображение, у которого даже нет оригинала?

- Понимаю.

- И что же?

- Люблю.

- Вы женаты?

- Нет.

- Почему? Какие-нибудь отклонения от нормы?

- Нет... наверно... просто... я ее люблю.

- Я дам указание станции обслуживания сменить вам изображение.

- Пожалуйста, только не это!

- Почему вы пошли на шоссе?

- Мне хотелось темноты. Смотреть на звезды а небе.

- Зачем вы сломали автомат?

- Мне трудно об этом вам говорить. Вы ведь тоже... машина?

- Вы хотите говорить с живым врачом?

- Да... пожалуй, это было бы лучше.

- До тех пор пока не будет поставлен диагноз, это невозможно. Итак, почему вы сломали автомат?

- Я не люблю автоматы... мне кажется, что зависимость от них унижает мое достоинство.

- Понятно. Поедете в больницу.

- Не хочу.

- Почему?

- Там тоже автоматы и эти... призраки.

- Кого вы имеете в виду?

- Ну... изображения.

- Мы поместим вас в отделение скрытого обслуживания.

- Всё равно... я не могу без нее.

- Без изображения?

- Да.

- Но ведь оно - тоже часть автомата.

- Я знаю.

- Хорошо. Отправляйтесь домой. Несколько дней за вами будут наблюдать, а потом определят лечение. Я вам вызываю автомобиль.

- Не нужно. Я пойду пешком, только...

- Договаривайте. У вас есть желание, которое вы боитесь высказать?

- Да.

- Говорите.

- Чтобы меня оставили в покое. Пусть лучше все продолжается, как есть. Ведь я... тоже... автомат, только более высокого класса, опытный образец, изготовленный фирмой Дженерал Бионик.

Загрузка...