Станислав Романов Психопат в доме

Так себе была идея — пытаться завести разговор по душам в «Старбаксе». Просто сработала привычка: кофейня была неподалёку от школы, на соседней улице, они и раньше частенько туда заглядывали. В общем, Карен предложила, а Джемма не возражала, сегодня ей было всё равно.

Они сели за столик у окна. Атмосфера была напитана аппетитными ароматами кофе, шоколадных пончиков, ванили. Карен, метившая в королевы бала и строго считавшая каждую калорию, заказала два латте с обезжиренным молоком, больше ничего. А затем требовательно спросила:

— Что там у вас с Патриком? Колись давай.

— Мы расстались, — сказала Джемма тусклым голосом.

— Как расстались? — не поверила Карен. — Что, насовсем?

— Ага. — Джемма сидела, не поднимая глаз, пальцем чертила на столе невидимые фигуры. Или писала проклятия, быть может.

— Что случилось-то?

— Долго рассказывать. И не хочется…

Джемма закусила губу, отвернулась, стала смотреть в окно, на оживлённый перекрёсток авеню Солано и Колуза. Но от Карен невозможно было отделаться просто так. Она взяла подругу за руку и произнесла самым проникновенным тоном:

— Рассказывай.

Джемма уже была готова поддаться на уговоры. Но тут на сиденье рядом с Карен плюхнулся Билли, как обычно полный уверенности, что ему всегда и всюду рады.

— Привет, девчонки. Что такие серьёзные? Помер кто?

Карен картинно закатила глаза. Мол, этот Билли, что ты с ним поделаешь. Однако просто взять и отшить своего парня она не хотела.

— Слушай, — сказала Карен многозначительно, — мы тут хотели поговорить…

Намёк до Билли вроде как дошёл.

— Так я вам помешал что ли?

— Ну, как бы да, — сказала Карен с очаровательной улыбкой. — Немножечко.

— Мы с Патриком расстались, — повторила Джемма всё тем же безжизненным голосом.

Таить секрет не было смысла, всё равно же все скоро узнают.

— А, так вот отчего ты как в воду опущенная, — сообразил Билли. И немедленно выдал простодушный совет: — Забей. Он придурок. Он тебя не стоит.

Джемма в ответ только кисло улыбнулась. Что уж там, утешение было слабое. Тем более, что Патрик точно не был придурком, в школе он учился на отлично и на будущий год явно метил в университетские стипендиаты. Но вот характер у него и вправду в последнее время сделался невыносимый.

— У меня идея, — сказал Билли. — Идём с нами в кино сегодня вечером. Развеешься.

— Что за фильм? — спросила Карен.

Билли ухмыльнулся.

— «Крик». Тебе понравится.

— Это ужасы что ли? — с подозрением осведомилась Карен. — Романтические комедии так не называют.

— Да ты что? — горячо возразил Билли. — Это офигенское кино. Там маньяк сперва звонит кому-нибудь по телефону и только одними разговорами запугивает до усрачки. А потом ещё оказывается, что он уже прокрался к жертве в дом, и когда выскакивает с вот такенным ножом…

— Кончай! — оборвала Карен. — Чёрт, Билли, ты ничего получше придумать не мог?

Она красноречиво вытаращила глаза и указала взглядом на Джемму. Билли нисколько не смутился.

— А чего такого? Хорошая нервная встряска может быть даже кстати. Это как холодный душ.

— Спасибо, но не сегодня, — сказала Джемма. — Вечер у меня уже занят. Миссис Казински просила посидеть с её сыном. Так что меня ожидает встряска от просмотра удивительных приключений Человека-Паука.

— Да это же настоящая пытка, — сказала Карен.

Джемма покачала головой.

— Нет, пытка была в прошлый раз, когда он чуть не выбесил меня своим карманным диктофоном, который ему папочка подарил на день рождения. Ходил и записывал за мной каждое слово, совсем как тот чёртов Кевин из «Один дома».

Билли опять ухмыльнулся.

— Хорошо, что ему не подарили видеокамеру. Ох…

Карен пихнула его в бок и уточнила у подруги:

— Но ты ведь в порядке?

Джемма натянуто улыбнулась.

— Более-менее.

— Главное — не отвечай на подозрительные звонки, — посоветовал Билли. — А то мало ли что…

— Заткнись, — сказала Карен. — Думай, что говоришь.

— Ну ладно, чего ты? — сказал Билли извиняющимся тоном. — Я же просто пошутил.

— Это было не смешно, — отрезала Карен. — Вот ни чуточки.

Джемма была с ней полностью согласна.

* * *

Семья Казински жила в двухэтажном доме на Шеттак-авеню. Мужа миссис Казински звали Теодор. Он был то ли какой-то исследователь, то ли репортёр, постоянно пропадал в разъездах. Джемма даже была не уверена, что хоть однажды видела его воочию. Только фотографию в гостиной, сделанную, судя по всему, в Индейском парке самой миссис Казински. На фотографии был улыбающийся мужчина с комом сахарной ваты в руках и мальчуган лет пяти, хмуро глядящий исподлобья. Сейчас Оуэну было девять, и он был всё такой же угрюмый.

Сама миссис Казински работала фармацевтом в аптечном отделе супермаркета «Сейфуэй». С прошлого года у неё прибавилось поздних смен, потому что одного фармацевта уволили, а другого так и не взяли. Спасибо президенту Клинтону с его реформами. В общем, время от времени обоих родителей не оказывалось дома, и Оуэну требовался присмотр на вечер. Миссис Казински платила Джемме шесть долларов за час — неплохая подработка за то, чтобы включить Оуэну кассету с мультиками, сделать сэндвич, налить стакан молока и, наконец, в положенное время отправить в кровать.

И всё равно Джемма каждый раз сомневалась, стоит ли соглашаться. В доме семьи Казински ей было не по себе. Снаружи-то дом выглядел неплохо, а вот внутри… Какой-то он был мрачный — то ли из-за тусклого освещения, то ли из-за плотных штор на окнах и тёмных панелей на стенах. И все двери в доме скрипели. А ещё в доме попахивало чем-то нехорошим. Плесенью. Протекающей канализацией. Сдохшей в подвале крысой. Но слабо, едва ощутимо.

Джемма думала, что сама, по доброй воле, не согласилась бы жить в таком доме. А если бы пришлось?.. Неудивительно, что Оуэн такой хмурый.

И характер у него немного странный. В отца, наверное. Натянутая улыбка мистера Казински на фотографии особых симпатий не внушала.

А ещё, судя по всему, больше самого Человека-Паука Оуэну нравится гадкий страшила Веном.

На втором эпизоде противостояния Человека-Паука и Хобгоблина Джемма спохватилась, что час уже поздний. Оуэн хотел досмотреть кассету до конца, оставалась ещё одна серия. Но Джемма строго сказала, что ему давно пора спать, забрала у него пульт и выключила магнитофон. Оуэн спорить не стал, только зыркнул исподлобья и ушёл на второй этаж, в свою комнату.

Джемма попереключала телевизионные каналы, остановилась на том, по которому как раз шёл повтор пропущенной на прошлой неделе серии «Нас пятеро». Роль Джулии исполняла Нив Кэмпбелл, актриса из фильма «Крик». Глядя неё, Джемма попыталась представить, как за ней гоняется маньяк с острым ножом, а эта стервоза пронзительно верещит и швыряется тарелками…

В гостиной вдруг зазвонил телефон. Джемма вздрогнула, убавила звук телевизора, сняла телефонную трубку.

— Алло.

Ей никто не ответил. Слышалось только какое-то сопение и непонятный шорох.

— Алло, — повторила Джемма. — Слушаю вас. Говорите.

В ответ из трубки донеслось сдавленное хихиканье. У Джеммы по коже побежали мурашки. Это был смех ненормального.

— Что вам нужно?

Псих не ответил, лишь продолжил давиться своим омерзительным смехом.

Джемма грохнула телефонную трубку на аппарат — так, что внутри звякнуло.

— Придурок!

Она взглянула на часы. До возвращения миссис Казински оставалось ещё больше часа. Может, позвонить ей? Или не стоит беспокоить по пустякам?..

Пока она раздумывала, телефон затрезвонил опять. Джемма помедлила, потом всё же ответила:

— Алло.

И опять тот же безумный смех. Истерический, вызывающий нервный озноб.

У Джеммы внезапно появилась догадка, кто бы это мог быть.

— Билли, это ты?

В ответ всё то же гнусное хихиканье.

— Прекращай! Это не смешно!

Она снова швырнула трубку. Вот же идиот!

Потом подумала, что вряд ли это был Билли. Он же сейчас вместе с Карен, так что ему не до этого. К тому же откуда ему знать телефонный номер семьи Казински? Но если это не Билли, кто тогда?..

Сериал закончился, по телевизору шёл какой-то древний, чёрно-белый триллер про маньяка: чьи-то руки в кожаных перчатках приотворили дверь, в щёлку была видна фигуристая блондинка, что разгуливала по комнате неглиже, не подозревая о чужом присутствии…

Джемме сделалось по-настоящему страшно. Она затравленно огляделась, ей казалось, будто подглядывают за ней. Она собралась было позвонить в полицию, даже набрала экстренный номер, но тут же повесила трубку. Подумала, что попросту не знает, что сказать. Не знает, как объяснить вызов. Полицейские — они ведь такие въедливые. Так, значит, кто-то звонит по телефону и хихикает в трубку? И только? Девушка, вам действительно нужна помощь полиции?

Она смотрела на телефонный аппарат, чёрный и блестящий, как лакированный гроб. Кусала губы. Ждала нового звонка. И боялась его. Заклинала, чтобы чёртов телефон больше не зазвонил. Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста…

Но он всё-таки зазвонил.

Джемма схватила трубку, чтобы услышать тот же жуткий смех безумца.

— Зачем вы это делаете? — выкрикнула Джемма. — Прекратите!

Проклятый псих как будто и не слышал, что ему говорят. Кажется, хохотал уже взахлёб.

Телефонная трубка вывалилась у Джеммы из рук. Повисла на упругом шнуре, раскачиваясь между ножек стола. И из неё по-прежнему доносился зловещий клекочущий смех.

Нет — всё, хватит с неё. Дальше так продолжаться не может.

Прежде чем подобрать трубку, Джемма нажала на рычажок, прервав торжество психопата. Потом быстро набрала рабочий номер миссис Казински. Номер оказался занят. Джемма положила трубку, и телефон тут же зазвонил. Она сбросила звонок и набрала номер оператора телефонной компании. Отозвалась женщина с тёплым, задушевным голосом доброй тётушки. Джемма едва не расплакалась, услышав нормального человека.

— Вы можете мне помочь? — спросила она умоляющим тоном. — Мне названивает какой-то псих, и я просто не знаю, что мне делать. Прошу вас, пожалуйста…

Она всё-таки не удержалась, всхлипнула.

— Спокойно, милая, спокойно, — проговорила оператор. — Для начала скажи мне, как тебя зовут?

— Джемма.

— Хорошо, Джемма. А меня зовут Хелен. Я здесь, я слушаю тебя очень внимательно, Джемма. Постарайся успокоиться и объясни, что происходит.

Джемма вздохнула и путаными, торопливыми словами постаралась пересказать свою проблему. Она боялась, что женщина на другом конце провода прервёт её, не дослушав, и посоветует обратиться в полицию. Или просто ответит, что это всё ерунда, и она напрасно себя накручивает. Вопреки опасениям Джеммы, Хелен отнеслась к её словам очень серьёзно.

— Значит, тот человек, что звонит по телефону, он ничего не говорит, не угрожает?

— Нет, он только смеётся. Просто смеётся как заправский псих. Думаете, это какой-то дурацкий розыгрыш?

— Не знаю. Всякое бывает. Не хочется тебя пугать, но это может оказаться настоящий сумасшедший.

— Так что же мне делать?

— Давай поступим так: когда этот человек позвонит снова, не бросай трубку, поговори с ним, спроси о чём-нибудь. Постарайся удержать его на линии хотя бы пару минут. Я попробую определить, с какого номера звонят.

— По-моему, этому ненормальному всё равно, что я говорю. Он только смеётся.

— Две минуты, Джемма. Когда я определю номер и сообщу в полицию, ему станет не до смеха.

— Хорошо. Давайте сделаем по-вашему.

Доверительная поддержка Хелен помогла Джемме немного совладать с собой. Но ей по-прежнему было страшно. Этот хихикающий безумец, он ведь может оказаться где угодно. Что, если он совсем рядом? Скажем, в доме через дорогу. Сидит в тёмной комнате, подглядывает в бинокль за соседскими окнами, строит зловещие планы…

Телефонный звонок грянул как гром, хотя она и ожидала его. Вздрогнув, Джемма сняла трубку.

— Алло. — Она старалась изо всех сил, чтобы не выказать свой страх. — Слушаю вас, говорите.

Пару мгновений в трубке была тишина. У Джеммы даже появилась надежда, что наконец-то дозвонился кто-то другой. Но в следующий миг послышался негромкий смешок, от которого по коже побежали мурашки. И вот её уже снова начало трясти, а пугающий смех становился всё громче, всё отвратительней, всё безумней…

— Да скажи уже что-нибудь! — выкрикнула Джемма. — Сколько можно меня изводить!

Хихикающий псих не унимался. Джемма терпела, сколько хватало сил, потом шмякнула трубку на аппарат. Тыкая в кнопки дрожащими пальцами, набрала номер оператора.

— Хелен?

— Джемма, девочка, — в голосе Хелен звучала нескрываемая тревога, — уходи из дома. Сейчас же!

— Почему? Что случилось? Вы определили номер?

— Да. Звонок был с дополнительного номера.

— Что?

— Тебе звонили из этого же дома, понимаешь? Где стоит другой телефон?

— На втором этаже… — Джемма почувствовала, что её охватывает ужас. Безумец не прятался по соседству. Всё это время он был прямо здесь.

— Уходи из дома, — повторила Хелен. — Быстро!

— Но там же Оуэн, — сказала Джемма растерянно. — Его комната как раз на втором этаже…

— Я вызову полицию, они разберутся, — сказала Хелен. — Джемма, ради бога, не мешкай!

Джемма посмотрела на лестницу, ведущую на второй этаж. Прислушалась. Наверху, кажется, было тихо. Но это ничего не значило. Она была уверена: псих затаился и ждёт. Поджидает её. Беззвучно хихикает. Корчится в припадке безумного веселья.

Ну что, в самом деле, она может тут поделать? Не станет же она бросаться на психа с голыми руками? Вдруг у него нож. Или пистолет…

Джемма положила телефонную трубку на стол. Тихонько, на цыпочках, пробралась к выходу. Чёртова дверь в этом проклятом доме пронзительно заскрипела, как последняя сволочь. Джемма на мгновение обмерла, у неё натурально оборвалось сердце. А затем она кинулась со всех ног — прочь от дома, не оглядываясь назад. Бежала по обочине дороги, вниз по холму.

Навстречу красно-синим вспышкам полицейских мигалок.

* * *

Патрульные выехали на Шеттак-авеню сразу после первого звонка на экстренный номер. Хотя Джемма ничего и не сказала тогда, лишь позвонила и повесила трубку — всё равно, полицейские должны были проверить вызов. Один из полицейских сказал Джемме, что у них такие правила. Ещё он накинул ей на плечи свою куртку, а то у Джеммы до сих пор зуб на зуб не попадал. Пока полицейские осматривали дом, Джемма сидела на заднем сиденье «краун-виктории», смотрела в окно и думала о том, что скажет миссис Казински. Как ни крути, она бросила Оуэна одного и сбежала…

Полицейский, который дал Джемме куртку, вернулся буквально через пять минут.

— Где вы живёте? — спросил он. — Пожалуй, надо отвезти вас домой.

— Недалеко отсюда, на Оксфорд-стрит, — ответила Джемма. — А вы схватили того психа, что звонил по телефону?

Полицейский отчего-то хмыкнул, потом сказал:

— Ну да, в общем. Мой напарник за ним присмотрит.

Его ответ показался Джемме немного странным, но больше её беспокоило другое.

— А как там Оуэн? С ним всё в порядке?

— С мальчонкой-то? — Полицейский вздохнул, медля с ответом. Джемма затаила дыхание, боясь услышать ужасный ответ. — Знаешь, — сказал полицейский наконец, — это ведь он тебе и звонил.

Джемма не могла поверить своим ушам.

— Кто? Оуэн?

— Да. Он самый.

— Нет, не может быть. Ему же всего девять, он просто не мог… — услышанное никак не укладывалось у Джеммы в голове. — Вы бы слышали тот жуткий смех…

— Да слышал, — сказал полицейский. — Смех он записал на диктофон с какого-то фильма ужасов по телевизору. Мелкий паршивец. Стоило бы отвезти его в участок и на часок закрыть в клетке в воспитательных целях. — Он обернулся, посмотрел на дом семьи Казински, покачал головой. — Это же надо было до такого додуматься. Боюсь даже представить, кем станет этот пацан, когда вырастет.

Загрузка...