Ибн Джубайр Путешествие

ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ

Сочинение, перевод которого предлагается вниманию читателя, написал средневековый арабский автор испанского происхождения по имени Абу-л-Хусайн Мухаммад ибн Ахмад ибн Джубайр ал-Кинани. Ибн Джубайр принадлежал к старинному арабскому роду, предки которого в 740 г появились в Испании с армией полководца Балджа. Отец Ибн Джубайра был человеком литературно образованным, крупным чиновником, принадлежавшим к категории «атибов и адибов, игравших большую роль в развитии арабской литературы[1].

Родился Ибн Джубайр в Испании (в Валенсии или Хативе) в 539 или 540 г.х. (1144 или 1145 г), получив традиционное образование, он служил секретарем одного из Альмохадов Сеуты, а затем в канцелярии наместника Гранады, приобретя в то же время некоторую известность как поэт и писатель.

1 февраля 1183 г. он покинул Гранаду и отправился в хадж. Путь его проходил через Сеуту и Александрию, затем через Каир вверх по Нилу до Куса; пройдя через пустыню, Ибн Джубайр достиг Айзаба, откуда по Красному морю прибыл в Джидду, а затем в Мекку, где провел более восьми месяцев и совершил обряды паломничества. Побывав затем в Медине, Ибн Джубайр с караваном паломников через Аравийскую пустыню направился в Багдад и Мосул. Оттуда он достиг Северной Сирии и, пройдя через Халеб, спустился в Дамаск, где находился два месяца. Затем Ибн Джубайр направился в Иерусалимское королевство, посетил Тир, сел на генуэзский корабль в Акке и в декабре 1184 г. после долгого и трудного плавания, завершившегося кораблекрушением, попал в Мессину. Три с половиной месяца, ожидая попутного ветра, он пробыл в Сицилии, затем достиг Картахены, а оттуда 25 апреля 1185 г. вернулся в Гранаду. Путешествовал он вместе со своим другом, врачом Абу Джафаром Ажададом ал-Кудаи.

B 1189—1191 гг. Ибн Джубайр совершил второе паломничество, подробностей о котором не сохранилось. Третий раз он отправился в хадж в 1217 г., но, по всей вероятности, не пошел далее Александрии, где и умер в том же году.

Основной труд Ибн Джубайра, давший ему почетное место в арабской литературе, — путевые записки, относящиеся к его первому паломничеству, представляющие собою дневник, который он вел изо дня в день и по возвращении обработал. Точное название его труда неизвестно; наиболее принятым является «Рихлат ал-кинани» [(«Путешествие кинанита», кинана — племя, к которому принадлежал Ибн Джубайр).

Сочинение Ибн Джубайра — один из наиболее замечательных образцов жанра описания путешествий (рихла), начало которому в испанской литературе положил Ибн Араби (1076—1148) и который представляли также авторы, происходившие из других областей мусульманского мира; из них наиболее известны Саллам ат-Тарджуман, купец Сулейман, Ибн Вахб (IX в), Ибн Фадлан, Ибрахим ибн Иакуб, Бузург ибн Шахриар (X в.), Ибн Баттута (XIV в.).

«Путешествие» Ибн Джубайра отличается от большинства ему подобных своим объемом, широтой охвата жизненного материала, несмотря на то что значительную часть книги он — паломник, человек своего времени — посвятил описанию хаджа и достопримечательностей Мекки и Медины Другая характерная черта «Путешествия» — большая достоверность Книга Ибн Джубайра написана на основе его собственных наблюдений и сведений, полученных из бесед с раллчнымч людьми — жителями египетских городов, йеменским законоведом, главой священнослужителей Мекки, слугой короля Гильома в Сицилии и др. Ибн Джубайр использует все возможности для проверки и подкрепления добытых им сведений и с этой целью прибегает иногда к сочинениям ал-Азраки по истории Мекки, Ибн ал-Асакира и Ибн ал-Муачла ал-Асади о достопримечательностях Дамаска и некоторым другим, но письменные источники имеют для него лишь подчиненное значение

Треть книги занимает подробнейший рассказ о церемониях хаджа а также о «священных» городах, являющийся уникальным в мусульманской литературе, «Путешествие», таким образом служит основным источником наших знании о ритуале паломничества в средние века При этом религиозность Ибн Джубайра не заслоняла от него вымогательств и обмана служителей Мекки, стремившихся к обогащению за счет паломников

Чрезвычайно ценны и остальные разделы, в которых нашли свое отражение общественно политические процессы, переживаемые странами, которые посетил Ибн Джубайр.

Халифат Аббасидов находился в то время в состоянии упадка. Ибн Джубайр пишет, что Аббасиды живут в своих дворцах как в заключении, располагая лишь назначенным им Сельджукидами содержанием. Он дважды видел халифа ан-Насира (1180—1225) и оставил его живой портрет

Магриб и Испания находились под властью атласских берберов Альмохадов, образовавших свое государство путем завоевания, подготовленного проповедью реформы ислама в духе строгого единобожия и установления «царства божьего» на земле Первая половина путешествия Ибн Джубайра приходилась на правление альмохадского халифа Абу Иакуба Иусуфа (1163—1184), когда Испания переживала культурный подъем. Обычное при предшественниках Альмохадов — Альморавидах варварское уничтожение книг научного содержания было запрещено, при дворе халифа находили покровительство ученые естествоиспытатели и философы, разрабатывавшие систему философии неоплатонизма Ибн Туфейль, автор знаменитого философского романа, и Ибн Рущд (Аверроэс), комментатор трудов Аристотеля.

На страницах книга, относящихся к началу путешествия, отразилась вера Ибн Джубайра в реформаторскую миссию Альмохадов, которых он считал носителями истинной веры и справедливости, способными восстановить единство мусульманского мира Однако позже, видимо узнав об отказе халифа Абу Иусуфа Иакуба ал-Мансура (1184—1199) от попыток реформировать ислам и гонениях на ученых, он стал усматривать свой политический идеал в Салах ад-дине

Большой интерес представляют разделы, отражающие положение в Иерусалимском королевстве, образовавшемся в результате крестовых походов, незадолго до его разгрома Салах ад-дином (1187 г). Своей беспристрастностью описание Ибн Джубайра резко отличается от трудов западных хронистов и историков крестовых походов — основных источников по истории Иерусалимского королевства[2].

Путешественник направился на территорию этого королевства из Дамаска, выйдя из него в тот момент, когда в город входили с добычей войска Салах ад-дина после похода на Карак — крепость крестоносцев, расположенную к востоку от Мертвого моря Он с возмущением рассказывает об унижениях, которым франки подвергают пленных мусульман, иерусалимского короля Балдуина IV (1174—1185) именует Боровам Однако это не мешает Ибн Джубайру сообщать о благополучном, по его мнению, существовании мусульманских крестьян в округе Тибнина и по всему сирийскому побережью и о свободном движении купеческих караванов через территории воюющих сторон. Очень интересно его описание Акки — крупнейшего в то время центра морской и сухопутной торговли. Ибн Джубайр описывает и Тир — другой значительный порт крестоносцев — его мощные укрепления, подробности его захвата, услышанные от одного старика мусульманина, церемонию увиденной здесь христианской свадьбы.

Эпоха Ибя Джубайра была эпохой усиления суннизма; проявления этого не ускользнули от его доброжелательного внимания, ибо и сам он был суннитом. Ибн Джубайра восхищает пятничная проповедь в одной из мечетей Каира, где проповедником был «истинный суннит», службы суннитских имамов различных толков, с преобладанием шафиитского, в мекканской мечети. Чтобы оценить значение этих сведений, следует иметь в виду, что суннитское вероисповедание в качестве господствующего было восстановлено в Египте немногим более чем за десять лет до прибытия туда Ибн Джубайра. До того времени в течение двух веков в Египте правили шииты-Фатимиды, влияние которых было преобладающим и в Хиджазе.

Описывая Манбидж, Ибн Джубайр с удовлетворением отмечает высокие нравственные качества его жителей, суннитов-шафиитов, благодаря которым, по его мнению, в этом городе не распространены «нечестивые толки»: «ясная и широкая дорога их веры не дает им свернуть на окольный путь». Почти так же характеризует он и жителей Харрана и Бузаа.

В «Путешествии» много упоминаияй о суннитских училищах нового по тому времени типа — медресе: Ибн Джубайр видел их в Рас-ал-Айне, Харране, Халебе, Химсе, Насибине, Александрии, Дамаске (около двадцати), в Багдаде, где лишь в восточной части он насчитал их около тридцати. Медресе Багдада он называет подобными дворцам и считает самым славным из них медресе ан-Низамийа, основанное Низам ал-Мульком. В Дамаске наибольшее впечатление на Ибн Джубайра произвело медресе Hyp ад-дина.

Характерным для того времени процессом было и распространение мистического направления в исламе — суфизма, который благодаря ал-Газали вошел в систему официального суннитского богословия. Мусульманский мир покрылся сетью суфийских обителей. И эта существенная черта эпохи также отразилась в книге Ибн Джубайра, проявлявшего большой интерес к мистицизму. Он обнаружился в рассказе о встрече его товарища по путешествию Ахмада в Мекке с персом, впавшим в состояние мистического экстаза, — Ибн Джубайр повествует об этом с большим сочувствием. Он сообщает о суфийских обителях, встречавшихся на его пути, — в Мекке, Рас-ал-Айне, Мосуле. Особенно интересно его описание дамасских «ханака», — совершавшихся в них радений, принадлежавших им богатых мифов.

Ибн Джубайр сообщает и о религиозных собраниях багдадских шейхов, на которых он присутствовал. Судя по тому, что их участники «совершали зикр», описываемые сборища также носили суфийский характер. Это подтверждается и тем, что одно из собраний возглавлял выходец из Ирана, где суфизм нашел особое распространение, — шейх имам Ради ал-дин ал-Казвин и, на другом присутствовал глава улемов Хорасана.

Интерес нашего автора к мусульманскому мистицизму выразился и в том, что он посетил шейха-аскета Абу-л-Иакзана в Насибине, а также аокетов Харрана, города, который характеризуется как «место пребывания благочестивых аскетов, пристанище бродячих отшельников, отрешившихся от мира».

Несомненное ослабление в рассматриваемый исторический период шиизма на Арабском Востоке засвидетельствовано и сообщением Ибн Джубайра об уничтожении суннитами за несколько лет до его паломничества исмаилитов, обосновавшихся в селении ал-Баб, между Халебом и Бузаа. Однако в Сирии, особенно в дамасской провинции, шиизм был еще силен. Ибн Джубайр находит шиитов здесь более многочисленными, чем сунниты; из их сект он называет имаматов, заидитов, исмаилитов, нусайритов, гурабийа. Крепости сирийских еретиков-исмаилитов, по его словам, продолжали существовать на склонах Ливана; их главного шейха — Рашид ад-дина Синана он называет «дьяволом в человеческом образе».

В «Путешествии» нашло отражение и столь значительное явление эпохи, как существование множества государственных образований, возникших на развалинах империи Великих Сельджуков, что явилось заключительным этапом тюркизации Ближнего Востока. Ибн Джубайр неоднократно упоминает Изз ад-дина Кылыч Арслана II, султана малоазийских Сельджукидов (1156—11188); его дочь совершала паломничество одновременно с нашим автором. Как известно, эта ветвь тюрок утвердилась в Малой Азии в конце XI в., сделав своей столицей Конью и распространив власть к югу до Киликии, а к северу — до Анатолии.

В записках Ибн Джубайра неоднократно говорится и о султане сирийских Сельджукидов — атабеке Hyp ад-дине Занги (1146—1174), которому он весьма симпатизировал по причине успешной борьбы султана с крестоносцами, а также его благочестия и великодушия. О прочих, мелких сирийских и иракских правителях, чьи звучные титулы не соответствовали, по мнению Ибн Джубайра, их действительным качествам, он отзывается с презрением.

Большой интерес представляют известия Ибн Джубайра о положении мусульман в Сицилии, завоеванной норманнами в 1071 г.

Кроме упоминавшихся сведений по экономике Иерусалимского королевства в книге Ибн Джубайра можно найти и другие факты экономического характера: он подробнейшим образом рассказывает о снабжении Мекки продуктами питания и не забывает упоминать о рынках в городах и селениях, через которые проезжал. Особенно большое впечатление произвели на него рынки Халеба и Дамаска.

Поразительна способность Ибн Джубайра к тонким наблюдениям природы — особенно морей и пустынь Верхнего Египта и Северной Аравии — свойство, не характерное для средневековья, будь то в христианской или мусульманской литературе[3]. Обстоятельные описания плавания по Средиземному морю на генуэзских кораблях интересны и в другом аспекте: они свидетельствуют о господстве на нем в ту эпоху европейцев и дают представление о тогдашнем техническом уровне мореходства; к сожалению, с этой точки зрения труд Ибн Джубайра еще недостаточно изучен[4].

Книга написана в основном ясным, выразительным языком, лишь отдельные ее места — рифмованная проза, витиеватая и синтаксически сложная; иногда Ибн Джубайр включает в книгу собственные стихотворные строки.

Однако — на что в свое время обратил внимание М. Годфруа-Демомбин — когда Ибн Джубайр употребляет технические термины, обозначающие столбы или колонны, мраморные украшения, мозаику, имитацию мрамора или дерева и т.п. (причем неизвестно, местные ли это слова, андалусские или авторские), переводчик не всегда в состоянии найти им точный эквивалент[5]. Это относится прежде всего к описанию мечети Омейядов в Дамаске, особенно ее купола и знаменитых часов, некоторых деталей мекканских святилищ, лагеря иракских паломников.

Значение «Путешествия» в том, что автор рисует перед современным читателем яркую картину жизни Арабского Востока в конце XII в. в ее политическом, идеологическом и в меньшей степени — экономическом аспектах, а также в области искусства, архитектуры, исторического быта и нравов.

Ценность книги и в том, что в ней получила отражение незаурядная личность автора — человека эпохи средневековья с присущей ему религиозной системой представлений о мире, но одновременно и человека наблюдательного, пытливого, тонко чувствующего красоту и сохраняющего при этом критическое отношение к действительности. Все эти его качества позволяют считать Ибн Джубайра причастным к тому жизнерадостному свободомыслию, какое находил у средневековых арабов Ф. Энгельс[6].

В Европе «Путешествие» Ибн Джубайра сделалось известным в середине XIX в. Арабский текст разделов, относящихся к Сицилии, и их французский перевод были опубликованы М. Амари в 1845—1846 гг.[7]. Полный текст по лейденской рукописи был впервые издан английским арабистом В. Райтом в 1852 г.[8]. Перевод описаний Акки, Тира и движения каравана в Верхнем Египте дан Ш. Шефером в приложении к его переводу Насира Хосрова[9]. Фрагменты, относящиеся к Сирии, вошли в известное издание «Историки Крестовых походов»[10]. В 1887 г. вышел в свет новый французский перевод разделов по Сицилии, принадлежавший Г. Кролла[11].

(В 1906 г. появился итальянский перевод всего «Путешествия», осуществленный Ч. Скиапарелли[12]. В 1907 г. было опубликовано второе издание текста «Путешествия», исправленное и дополненное на основе цитат из Ибн Джубайра, содержащихся в сочинениях позднейших арабских авторов (в том числе Ибн Баттуты и Макризи), принадлежавшее голландскому востоковеду М. Я. де Гуэ[13]. Отрывки, относящиеся к крестовым походам, сравнительно недавно были вновь переведены Р. Груссэ[14]. В 1952 г. появился английский перевод Р. Бродхурста[15], а в 1965 г. (посмертно) закончена начатая в 1949 г. публикация французского перевода М. Годфруа-Демомбина, в котором были учтены разночтения по фесской рукописи, не имеющие, правда, существенного значения[16].

Имеются также два каирских издания Ибн Джубайра — 1908 и 1955 гг.[17]. В последнее время стало известно о существовании в Марокко еще трех рукописей «Путешествия», причем все они неполны в сравнении с уникальной лейденской рукописью и находятся в плохом состояния[18].

Из-за невозможности использования марокканских рукописей данный перевод основан на классическом тексте де Гуэ, представляя собою первый перевод «Путешествия» Ибн Джубайра на русский язык.

Загрузка...