Дарси МАГУАЙР РАДУГА ПОСЛЕ ГРОЗЫ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

— Ты не поверишь, — Кэт швырнула на стойку бара раскрытый женский журнал.

Джесс Томпсон медленно опустила высокий стакан с коктейлем и уставилась на фотографию, занимавшую всю страницу. У нее перехватило дыхание.

Не может быть!

Она потрогала глянцевитую бумагу и, покачивая головой, провела пальцем по имени, жирным шрифтом напечатанному на развороте. Когда же этот тип перестанет мучить ее?

— Александр Кэлехен, — прощебетала Кэт ей на ухо.

Да, это он. Человек, который занимает все ее мысли последние четыре года.

Она внимательно рассматривала фотографию.

Он шире в плечах и намного красивее, чем ей казалось.

На свете нет справедливости. Этот субъект обладает большей привлекательностью, чем заслуживает, учитывая, какой он человек и что сделал.

Она задумчиво пожевала нижнюю губу. Возможно, Кэлехен приказал отретушировать фотографию, чтобы никто не заметил зубного камня, бородавок, которыми усеяно его лицо, и рогов, торчащих из густых темных волос, потому что он дьявол во плоти! Ни одна женщина не наняла бы этого типа в рекламных целях своей компании, если бы его внешность отражала его мерзкое внутреннее содержание.

— Это сегодняшний номер. — Кэт разгладила ярко-красное платье, облегавшее ее пышные формы, и опустилась на стул. — Увидела его, когда шла сюда. Не могла не купить для тебя.

— Спасибо, — рассеянно пробормотала Джесс, отводя от лица выбившуюся прядь каштановых волос. Меньше всего ей хотелось увидеть в журнале фотографию этого мужчины, но тем не менее она не может отвести от нее глаз.

Часы у него на руке, похоже, золотые; галстук из итальянского шелка, а костюм, сшитый на заказ, вероятно, стоит больше, чем машина ее отца.

Гладко выбритый, безупречно одетый, он производил бы впечатление пай-мальчика, если бы не напряженный взгляд дерзких синих глаз.

— Я знаю, что ты занята по горло, не говоря уже о Дине и всем остальном. — Кэт подняла руку и, пригладив коротко подстриженные черные волосы, сделала знак бармену. — Наша компания отчаянно борется за то, чтобы держаться на плаву, она с силой ударила ладонью по журналу, и браслеты у нее на руке сердито зазвенели, — но это настоящая катастрофа.

Джесс оставила без внимания взволнованные слова коллеги, продолжая разглядывать ненавистное лицо.

— А он вовсе не так красив, как говорят.

Кэт лишь вздохнула, привалившись к стойке бара.

— Почему бы тебе не сказать это ему? — она ткнула пальцем в фотографию Александра Кэлехена, который чарующе улыбался им с журнального разворота.

Джесс вздернула подбородок.

— Я могла бы сделать это.

— Ну, так давай. Сбей спесь со знаменитого короля рекламы.

Ей следует высказать этому самонадеянному типу все, что она о нем думает, но какую пользу это принесет? Он даже не подозревает о ее существовании, не говоря уже об их небольшом агентстве «Кингстон и компания», которое делает отчаянные попытки привлечь к себе внимание делового мира, несмотря на то что на рынке рекламных услуг господствует империя Кэлехена.

Кэт заказала коктейль и повернулась к Джесс.

— Ты не можешь допустить, чтобы этот вульгарный трюк сошел ему с рук, — заявила она, гневно сверкая глазами.

Джесс встряхнулась. Какой еще трюк? Она заставила себя перевести взгляд на надпись под фотографией.

«Холостяк без вредных привычек ищет невесту», — медленно прочитала она, чувствуя, как эти слова эхом отдаются у нее в голове. О нет!

— Неужели он выставляет себя на продажу?

— Нет, черт подери! — Кэт указала пальцем на статью. — Это просто способ расхвалить себя и привлечь женщин-рекламодателей, для того чтобы захватить еще большую часть рынка, на котором он и так занимает ведущее место, — пояснила она и, сокрушенно покачав головой, добавила:

— И таким образом погубить нас.

Джесс открыла рот, но с ее губ не слетело ни слова. Она чувствовала, как к голове, словно кипящая лава, приливает кровь. С нее хватит того, что он уже бесчестно использовал все мыслимые и немыслимые приемы и уловки.

Она вскочила, разгладила серо-коричневый жакет, из-под которого виднелся жилет из белой органзы. Сердце у нее бешено колотилось. Она несколько раз сжала и разжала пальцы. Надо предпринимать какие-то неотложные меры.

Кэт пододвинула к ней стакан.

— Итак, что же мы будем делать? Позовем газетчиков и попытаемся забросать его грязью? Или предадим гласности мотивы этой саморекламы?

Джесс продолжала разглядывать фотографию, пытаясь разобраться с обуревавшими ее чувствами.

Что она хочет?

Она вновь опустилась на стул и сжала пальцы в кулак. Ее самое сокровенное желание — согнуть этого типа в бараний рог и, пока он будет обездвижен, незаметно переманить его самых выгодных клиентов, потому что он заслуживает этого, как и того, чтобы все узнали, какой он хитрый лжец.

Кэт тщательно причесала растрепавшиеся волосы.

— Или попытаться обвинить его в фальшивой рекламе? Думаю, просто так он не остановится.

— Все эти идеи хороши, — стараясь сохранять спокойствие, сказала Джесс и сделала глубокий медленный вдох, обдумывая предложенные варианты. Она перевернула страницу и быстро просмотрела статью. — Но мы мало что можем сделать.

— Только не говори мне снова, что не упадешь духом! — Кэт залпом опустошила стакан Джесс и со стуком поставила его на стойку бара, одновременно сделав жест бармену. — Когда ты наконец вздуешь его?

Джесс покачала головой. Ей мало вздуть его.

Она хочет в пух и прах разнести компанию Кэлехена, а потом собственным каблуком растереть в порошок жалкие остатки его «эго».

Но до этого еще очень далеко, и, судя по тому, как им «везет», ей, возможно, никогда не удастся увидеть поверженного Кэлехена у своих ног.

Рассеянно глядя в зеркало за стойкой бара, Джесс смотрела, как завсегдатаи заполняют зал.

Внезапно она замерла.

— Неужели это…

Кэт быстро повернулась на стуле.

— Да. Он здесь. Александр Кэлехен собственной персоной, — прочирикала она, расплываясь в безумной улыбке.

— Ты знала, что он здесь будет? — слабым голосом спросила Джесс, пытаясь осознать важность этого события.

— Конечно! Я подумала, что тебе пора облегчить душу. — Кэт схватила журнал и яростно потрясла им перед лицом Джесс. — А тут еще этот последний удар, который он наносит нам!

Джесс внимательно посмотрела на отражение в зеркале. Сомнений нет, это он. Человек, мысли о котором не оставляют ее долгие годы, находится с здесь, дышит одним воздухом с ней, слышит ту же тихую музыку, что и она, и собирается ознакомиться с тем же меню.

Глухие удары сердца оглушали ее, в то время как разум пытался постичь значение последних слов подруги.

— Что ты сказала? Ты хочешь, чтобы я поговорила с ним?

Кэт прижала журнал к груди, и на ее губах заиграла победоносная улыбка.

— Преподнеси ему, душечка, то, что он заслуживает. Дай выход своим чувствам. Облегчи душу.

Вредно носить такую тяжесть на сердце. В конце концов, тебе нечего терять!

Джесс круто повернулась и устремила взгляд на предмет их разговора, который был поглощен беседой с группой мужчин в деловых костюмах, направлявшихся в обеденный зал.

В жизни он выглядит еще привлекательнее, чем на фотографии: гладко выбритое лицо с точеными чертами, небольшая ямочка на подбородке и решительная складка губ, которые сулят… У нее нет ни малейшего намерения узнавать, что именно они сулят.

От нее не ускользнуло, что женщины кокетливо поглядывают на него с улыбками, которые показались ей тошнотворными.

— Ну же, давай! Скажи ему, что ты думаешь о нем, — понукала ее Кэт.

Сможет ли она? Джесс решительно вздернула подбородок. Почему бы нет?

Она поднялась и сделала шаг вперед, едва дыша и чувствуя, как напряжено ее тело. Кровь, превратившаяся в неудержимый поток раскаленной лавы, бежала по жилам, опаляя уши, желудок и лицо.

Кэт права. Почему бы ей не сделать это сейчас?

Этот тип, одаривая руководство подарками и шампанским, лишил их будущего, уведя из-под носа ведущую косметическую компанию. Он ухитрился стать темой статьи в женском журнале и на фотографии излучает искренность и добросердечие, которых на самом деле у него нет. А теперь в шикарном костюме входит в ресторан, где она собиралась насладиться заслуженным отдыхом, и размахивает перед ней толстенной пачкой денег!

Терпение у нее лопнуло. Он сам напросился на хорошую выволочку, так что пора ему узнать горькую правду о себе Джесс направилась к противнику, лавируя среди окружавших его людей. Она не предполагала, что он такой высокий. На фотографии этого не было видно. Должно быть, он на голову выше ее, а ведь на ней туфли на высоком каблуке. Тем не менее она решительно вздернула подбородок.

— Кэлехен! — приблизившись, резко проговорила Джесс, крепче сжав стакан, который продолжала держать перед собой.

Что она делает?

Он резко повернулся к ней, глядя на нее дерзкими голубыми глазами.

У нее замерло сердце.

Он невероятно красив, черт побери!

Джесс проглотила внезапно вставший в горле ком, прищурилась и заставила себя приблизиться к нему. Теперь понятно, почему он имеет такой успех у женщин, несмотря на вопиющие недостатки своей личности.

Осмотрев ее с ног до головы, начиная от больших зеленых глаз, отражавших кипевшую в ней ярость, красных губ, которые она крепко сжала, чтобы не разразиться проклятиями, и заканчивая женственными линиями фигуры.

Кэлехен поднял на Джесс яркие голубые глаза.

Ее охватило минутное замешательство.

— Чем могу быть полезен вам, мисс… — вкрадчиво осведомился он бархатным, ласкающим голосом, от которого по ней пробежала дрожь.

Джесс вспыхнула, но, не обращая внимания на предательскую реакцию своего тела, не моргнув, выдержала его взгляд. Вот он — момент, который она предвидела и миллионы раз проигрывала в уме.

Она открыла рот, но гневные слова замерли у нее на губах.

Так не должно быть — одних только слов мало.

Он заслуживает большего, намного большего за тот вред, который причинил ей и ее семье.

Чувственные губы Кэлехена тронула улыбка, отразившаяся в его дерзких глазах.

— Что скажете?

Глотнув воздуху, Джесс снова посмотрела на него и увидела, что его глаза искрятся весельем.

Это было как удар под ложечку. Он смеется над ней! Подумал, вероятно, что она готова боготворить землю, по которой он ступает, или что она еще одна красотка, жаждущая вступить в клуб его почитательниц.

Последнее предположение подстегнуло ее.

Нетвердой походкой она преодолела оставшееся между ними расстояние, затем споткнулась, и ее рука дернулась. Фруктовый коктейль Кэт оросил ему грудь и обрызгал лицо.

Джесс судорожно вздохнула.

— Вы мерзкий, своекорыстный, злобный, лживый, заносчивый подонок!

Загрузка...