Михаил Задорнов СЕМЕЙНЫЙ СОВЕТ

Накануне моего ухода на пенсию у нас дома состоялся семейный совет.

— Мать, ты слышала? — недовольно спросил отец. — Наш мальчик собирается уходить на пенсию!

— Ну и что? Ему скоро 60 лет… И, по-моему, он уже достаточно взрослый, чтобы самому себе выбирать дорогу в жизни, — ответила мама.

— А по-моему, надо немного повременить, — вмешался в разговор дедушка, — подождать, пока он встанет на ноги, окрепнет, обретет самостоятельность… На что он будет жить, если уйдет на пенсию? К тому же у него того и гляди правнуки пойдут… Няньку и ту не на что взять будет!

— Я с его правнуками сидеть не буду! — из глубокого кресла отозвалась бабушка. — У меня еще есть свои интересы…

— А по-моему, мы бы могли ему на первых порах помогать, — вступилась за меня мама, — пока он не устроится на полставки вахтером или сторожем!

— Мой сын — вахтер! — взмахнул руками отец. — Этого еще не хватало! Да как я своим знакомым в глаза смотреть буду? Неужели для этого я давал ему техническое образование?

— Хорошо, я могу устроиться лифтером, — сказал я, обидевшись. — Там как раз техническое образование требуется.

— Еще лучше! — уже не на шутку рассердился отец. — Разве об этом мечтали мы с тобой, мать, когда хотели иметь мальчика? Или потом, когда нанимали ему репетиторов по английскому, музыке и рисованию? Наконец, с таким трудом устраивали в один из лучших вузов и распределяли как можно ближе к дому, чтобы всегда был рядом на случай, если понадобится наша помощь! И вот это — плата за всю нашу заботу! А ведь когда-то мы по утрам всей семьей так дружно собирались вот в этой комнате, вот за этим круглым столом, завтракали, он сидел вот на этом стульчике, дул на ложку с горячей кашей, а мы все смотрели на него и мечтали, что он станет великим ученым или писателем!

— В конце концов, папа, — вспыхнул я, — не всем учеными или писателями быть! Кому-то и работать надо!

— Что он говорит, мать? Нет, вы слышали?! — уже не на шутку рассердился отец. — Кто тебе это сказал? Чьи это слова? Опять Афанасия Кирилловича? Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не смел с ним дружить!

— Больше чем уверена, что это его идея, чтобы наш внучек пошел на пенсию! — снова отозвалась из кресла бабушка. — Не с кем по утрам играть в домино…

— Не смейте трогать моих друзей! — закричал я, топнув ногой. — А не то я сейчас же уйду из дома навсегда!

— Я тебе уйду! — погрозил пальцем отец. — Вот сейчас в угол поставлю, тогда научишься с бабушкой разговаривать! Совсем распустился, молокосос! А тоже туда же! Пенсию ему, видите ли, подавайте! Ремня тебе надо, а не пенсии! Почему вчера так поздно домой вернулся? А ну, признавайся, где был?

— Где-где! На каток ходил! — всхлипнул я. — Совсем ноги без спорта слабеть начали… Пока в очереди стоял, коньки сдавать, вот и опоздал…

— Не плачь, сынок! — погладила меня по голове мама. — Просто мы за тебя все очень переживаем. Ты ведь у нас единственный. Мы всю жизнь тебя так любили, лелеяли… А шаг ты хочешь сделать серьезный. Он большой продуманности требует. В жизни один раз на пенсию выходят… В наше время к этому шагу годами готовились! Присматривались, взвешивали… Не то что вы — нынешняя молодежь… Раз- два, и… на пенсии!

— А я и так уже все взвесил! — сказал я, вытирая кулаком слезы. — У меня действительно правнук намечается… Кто о нем заботится будет? Родители его? Так ведь они сами еще ничего не умеют! А я все-таки английский знаю, музыке его обучить могу, рисованию… И потом, если бы я ушел с работы, мы бы снова могли по утрам собираться и завтракать не на кухне, а в этой комнате… все вместе… как в детстве!

— А маленький? — уже более уступчиво спросил отец.

— А маленький сидел бы вот на этом стульчике, — улыбнулся я сквозь слезы. — Мы бы все смотрели, как он дует на кашу, и дружно… мечтали о том, что со временем он станет великим ученым или писателем!!!

…На семейном совете воцарилась единогласная тишина…

Загрузка...