Олег Моисеев Вне добра и зла


Глава 1

Мой дар и проклятие.


Комната на втором этаже придорожной гостиницы, в которой он остановился, была обставлена так же скудно, как и миллионы других в похожих ночлежках. Выцветшие обои, возле стены, видавший лучшие дни, небольшой стол на металлических ножках, два расшатанных скрипящих деревянных стула возле него, потертое кресло напротив громоздкого лампового телевизора в углу и неудобная одноместная кровать, чистота простыней которой вызывала большие сомнения. Единственное окно комнаты, на котором, ко всему прочему, отсутствовали шторы, выходило прямо на ярко светящий фонарь над парковкой. Правда для Виктора самое главное было, что в этом номере можно курить. Остальное его не волновало, ему приходилось ночевать в местах и похуже, в которых даже не было крыши над головой.

В момент, когда его мобильник тихо завибрировал, начав ползать по столу, Виктор чистил свой старый дробовик. Мужчина отложил в сторону оружие, вытер руки об просаленную тряпку и взял телефон.

– Виктор, есть работа, – раздался мужской голос в трубке.

– Слушаю, – ответил он.

– Есть подозрение, что в небольшом городке завелась Община, которая нарушает правила, – продолжил голос.

– Что-то конкретное?

– Пропадают люди. Большего пока сказать не могу.

– Больше и не надо, – спокойно ответил Виктор. – Кто-то всё скучает по старым временам?

– Видимо да. Хотя это первый случай за последние лет пять, – ответил его собеседник.

– Высылай координаты, – сказал Виктор и повесил трубку.

Утром он уже был в дороге…


День начинался просто замечательно. Робкий лучик солнца, пробившись сквозь щель в занавесках, мягко погладил Алису по лицу. Девушка лениво открыла глаза и потянулась за своим смартфоном, который валялся на полу возле кровати. С удивлением она обнаружила что на часах уже было полдвенадцатого. Мама всё-таки дала ей выспаться. Девушка сладко потянулась в кровати, наслаждаясь моментом. Мама знала, что Алису изрядно вымотал этот первый месяц лета после окончания школы – вступительные экзамены в университет и их резкий переезд в другой город, потому-что папа получил хорошую должность на местном комбинате. Проверив все социальные сети и просмотрев все более-менее «важные» новости, Алиса решила, что пришло время отложить смартфон и вставать. Тем-более что с кухни уже доносились заманчивые запахи свежезаваренного кофе и фирменной маминой выпечки.

Девушка откинула одеяло и села на постели, окинув взглядом свою новую комнату. На полу вдоль стены стояла куча не распакованных коробок с вещами, единственной мебелью была кровать, на которой она сидела, и стул, на котором была аккуратно сложена её одежда. Переезд они закончили только вчера.

Алиса неторопливо оделась и направилась прямиком в ванную. Девушка какое-то время изучала своё заспанное лицо, смотрящее на неё с поверхности зеркала висящего над раковиной, после чего умылась прохладной водой и тщательно почистила зубы. Закончив, она тихонько прошла на кухню.

За столом уже сидел её семилетний брат с кружкой какао в одной руке и свежеиспеченной булочкой в другой. Попутно он ещё активно дрыгал ногами и пытался напевать какую-то песню с набитым ртом.

– Александр, – раздался строгий голос мамы, – сначала кушаем, а потом уже играем.

Не то чтобы это сильно успокоило мальчугана, петь он перестал, а вот ногами дрыгать не прекратил.

– Ну что мне с тобой поделать? – вздохнула мама, ставя тарелку с новой партией булочек на стол. – Доброе утро, солнце моё, – сказала она, повернувшись к Алисе.

– Доброе утро, мам, – улыбнулась девушка.

– Алиса! – ахнула женщина. – О чём мы с тобой всё время говорим?

– Мам, мне так нравится, – всё еще улыбаясь ответила девушка.

– Ты на швабру какую-то похожа. Ладно, сейчас я возьму расческу, – покачивая головой ответила ей мама и вышла из кухни.

К тому моменту, когда она вернулась, Алиса уже успела налить себе большую кружку какао, ответить младшему брату, показав ему язык, и взять себе пару булочек.

– Ну что за ребёнок, – сказала мама, начав расчесывать длинные светлые волосы Алисы.

– Мам, ну я же уже не маленькая…

– Не мамкай, раз сама ленишься придется тогда мне, – последовал мягкий ответ девушке.

На самом деле Алисе нравилось, когда мама расчесывала её волосы. Собственно, поэтому она по утрам иногда и не делала этого сама. Девушке казалось, что ей снова лет семь, у неё новое платьице и её собирают в школу. Сейчас Алисе особенно сильно хотелось это испытать, ведь в конце лета она уедет в университет и не сможет часто видится с родителями. И мама тоже об этом знала.

– Завтра ты у нас станешь совсем взрослая, – нежно поцеловав её в макушку, сказала она.

– А что вы мне подарите? – подал голос её младший брат.

– Тебе? – засмеялась мама.

– Ну… Это же праздник! – ответил мальчуган.

– Нашей Алисе исполняется восемнадцать, – сказала мама. – Она станет совсем взрослой. Это ты должен подумать, что ей подарить.

– Я обязательно тебе что-нибудь подарю, – улыбаясь сказала Алиса брату.

– Правда?

Девушка кивнула.

– Это супееер! – радостно закричал мальчуган и бросив недоеденную булочку убежал в свою комнату.

– Ну вот что мне делать с этим ребёнком? – смеясь спросила мама.

Алиса в ответ только улыбнулась. После целого месяца постоянных поездок и стресса, ей было радостно просто посидеть этим солнечным днём на кухне с мамой.

Раздался звук открываемой двери. Послышался звук шагов и цокот когтей по старому паркету. Это папа и их пёс Тоби вернулись с прогулки. Собака ворвалась на кухню как ураган. Сначала пёс рванулся к маме, активно виляя хвостом, в надежде получить что-нибудь вкусного. Быстро сообразив, что его завтрак ещё не готов, Тоби обратил своё внимание на Алису. Пёс взгромоздил свои увесистые рыжие лапы к девушке на колени и энергично принялся лизать ей лицо.

– Спасибо, Тоби, я уже умылась, – смеясь и пытаясь отстраниться сказала Алиса. – Хороший пёс, хороший.

Она наконец-то освободилась от порыва бесконечной любви Тоби и уговорила его посидеть спокойно. Девушка ласково погладила пса по голове и воспользовавшись моментом, когда мама отвернулась чтобы налить папе кофе, скормила ему кусок своей булочки.

С того момента, как Алиса нашла на улице промокшего худого рыжего щенка, прошло около года. Она никогда не забудет этих грустных собачьих глаз, в которых сквозило одиночество и безысходность. А родители вряд ли забудут её слёзы, когда Алиса уговаривала их оставить этого бедолагу у них дома…

– Доброе утро, мои красавицы, – поздоровался папа, заходя на кухню. – Кого тут нужно умолять о чашке кофе?

– Как-будто что-то меняется, – ответила мама, протягивая ему чашку.

Папа уселся поудобнее за столом, отхлебнул кофе и взглянул на маму.

– Я тут встретил наших новых соседей, пока мы с Тоби гуляли, – сказал он, откусывая кусок булочки.

– Ройзманы? Или как их там? Которые помогали нам вещи заносить? – спросила мама.

– Да, они самые, – кивнул папа. – Хорошие такие. Я решил пригласить их на завтрашний пикник. Чем больше народу, тем веселее. Тем более они сказали, что знают чудесную полянку в местном лесу.

– Пикник? Завтра? – удивилась Алиса.

Папа осекся и сделал большие глаза, медленно переводя их на маму.

– Теперь я знаю в кого наш сын такой болтливый, – с улыбкой сказала она. – Это же должен был быть сюрприз!

– Алиса, – мужчина повернулся к девушке, – ты ничего не слышала. Ты меня поняла? НИЧЕГО!

– Конечно, пап, – улыбаясь ответила она. – Я совсем ничего не слышала.

Они еще немного посмеялись, обсудили папину новую работу, переезд, новых милых соседей, завтрашний пикник.

– Ладно, – хлопнув ладонью по столу, сказал папа, – всё это хорошо и весело, но нам еще кучу вещей разбирать. Дамы, вы со мной?

Остаток дня они всей семьёй провели в хлопотах. Папа, иногда тихо ругаясь, собирал мебель и расставлял её по местам. Мама с Алисой занялись разбором кучи коробок с вещами. Маленький Александр, большую часть времени, просто носился по квартире с фигурками двух каких-то суперсолдат в руках, и устраивал между ними жестокие схватки, разбавляя всё это цветастыми комментариями, в духе крутых боевиков, и громкими звуковыми эффектами. Места для этих битв он выбирал, конечно же, самые неподходящие и, в основном, просто путался под ногами. Спустя пару строгих замечаний мамы, папа подозвал его к себе на помощь в собирании «особенно важной» мебели и вручил ему отвертку. В квартире сразу стало намного тише.

Ближе к вечеру, когда они усталые, но довольные, закончили обустройство их нового дома, папа подошел к Алисе.

– Слушай, доченька, – сказал он. – Тут неподалёку есть магазин. Я тебе дам небольшой список продуктов, можешь быстренько сбегать туда? Я думаю мы заслужили небольшой праздник, – папа протянул ей листок бумаги и деньги.

– Конечно, – кивнула Алиса.

Девушка решила, что не стоит менять свои уютные домашние спортивные штаны, в которых, как ей казалось, она выглядит очень даже неплохо, на джинсы и просто накинув легкую куртку поверх футболки и надев кроссовки отправилась за покупками.

На улице стоял тихий летний вечер. Такие бывают только в маленьких провинциальных городках. Одинокие пешеходы на улицах, редкие машины на дорогах, приглушенная музыка из чьих-то окон. И тёплый воздух, который еле-еле тревожил слабый ветерок. Обычный июльский вечер маленького городка. Алисе это нравилось.

Девушка прошла мимо большой детской площадки, которая была во дворе её дома, про себя отметив что её брату здесь точно понравиться и пройдя через небольшую арку вышла к дороге, вверх по которой она увидела яркую неоновую вывеску продуктового магазина. Алиса быстро перебежала на другую сторону, не став искать пешеходный переход, и быстрым шагом направилась к универмагу.

Внутри магазина в такой час уже почти не было покупателей. Только какая-то обнимающаяся влюбленная парочка напротив витрины с алкоголем. Алиса быстро набрала покупок по списку и уже направилась было к кассам, как увидела на витрине игрушечную фигурку супергероя из нового любимого мультфильма её брата. Цена немного кусалась, но у девушки были скромные сбережения, на которые она хотела когда-нибудь купить себе новый смартфон. «Но ты же обещала ему подарок», – уговаривая себя подумала Алиса и положила упаковку с игрушкой к себе в корзину.

По дороге обратно, уже подходя к своему двору, девушка услышала звуки какой-то шумной компании. На лавочке возле входа в её подъезд расположились четверо парней, немногим старше самой Алисы. Одеты они вроде бы были прилично, насколько можно было судить в сгущающихся сумерках и слабом свете одинокого уличного фонаря неподалеку. Однако их скабрезная манера разговора и разнузданное поведение не вызывали у девушки особых иллюзий на счет их порядочности. Она немного занервничала. Сердце забилось чуть чаще, а ноги стали слегка ватными, но она не сбавила темпа и уверенным шагом двинулась в сторону подъезда.

– Ого, смотри какая красотка, – картавым голосом сказал один другому, тыкая пальцем в сторону приближающейся Алисы.

– А какие ножки! – откликнулся второй.

– И попка в поряде, – сказал картавый после того как Алиса прошла мимо него.

Вели они себя откровенно мерзко.

– Ух, я её на шишке бы прокатил, прям во всех позах, чтоб визжала как сучка, – раздался мечтательный третий голос.

– Не не, – прервал его картавый, – надо на рот сначала дать.

Алиса сталкивалась с похожим поведением и раньше, но эти ублюдки вели себя совсем уж откровенно. Девушка начала рыться в карманах куртки в поисках ключа от домофона.

– Эй, детка, – картавый встал с лавочки и двинулся в её сторону, – как насчет посидеть с нами? Тебя как зовут?

Отвечать Алиса не собиралась, таким как они вообще не стоило ничего говорить, дабы не спровоцировать никому не нужный диалог, тем более что образцом галантности никто из них явно не являлся. Да и ключ был уже у неё в руках…

– Слышь, шкура! – картавый подошел к ней и шлепнул её по заду. – Отвечай когда с тобой разговаривают!

В этот момент дверь подъезда распахнулась и оттуда с рыком вырвался Тоби. Поводок вовремя натянулся, не дав ему схватить ублюдка. Алиса с облегчением поняла, что папа вышел на вечернюю прогулку.

– Сдриснули отсюда, – раздался угрожающий голос её отца.

– Ладно ладно, дядя, – картавый попятился, правда не было заметно что его что-то напугало.

Тоби всё продолжал скалится даже когда папа завёл его в подъезд и закрыл дверь.

– Не надо было отправлять тебя так поздно, – сокрушаясь сказал отец.

– Ничего страшного, пап, – ответила Алиса. – Просто кучка неудачников с недотрахом. Я уже про них забыла.

– Просто ты у нас очень красивая, – папа погладил её по щеке. – А для членоголовых дебилов это как красная тряпка. Ладно, пойдём домой. Маме только не слова.

Алиса кивнула.


Виктор приступил к работе. Он знал, что в таких случаях ехать в сам город бесполезно. Местные, как правило склонны оправдывать всё происходящее рядом с ними самыми разнообразными версиями. Начиная от нападений животных и заканчивая простыми несчастными случаями. Любая из этих версий ошибочна, но так спокойнее. Ведь всем хочется жить без лишних страхов за свою жизнь… Поэтому лучшим источником информации сейчас были окрестные заправки и придорожные забегаловки. Слухами земля полнится, и многие из этих слухов достаточно правдивы. Тем более, что основной контингент подобных заведений, составляют люди, проезжающие мимо, по большей части никак не связанные с местным окружением и им ни к чему искать логичное объяснение странных событий, происходящих рядом.

Из разговоров дальнобойщиков и официанток в одной из придорожных закусочных, Виктор понял, что в прилегающих лесах пару лет как начали пропадать люди. Доказательств ни у кого, конечно же, не было. Просто страшные сказки про целые семьи, которые уходили в поход и бесследно исчезали. Или истории про охотников, которые не возвращались домой. Кто-то говорил, что это медведь-людоед, кто-то винил во всём болота. Виктор, в отличии от праздных сплетников знал правду, его только насторожило, что всё это длиться уже пару лет.

– А я вам говорю упыри это! – раздался чей-то пьяный дребезжащий голос. – Кровососы блядские!

Виктор взглянул на говорящего. Старый забулдыга-дальнобойщик в застиранной одежде, неизвестно как до сих сохранявший свои водительские права.

– Совсем ебанулся старый, – усмехнулся кто-то. – Кровососы, ага! Ты хорош бухать уже, у тебя же рейс.

– А мне по хер, – сказал старик. – У меня фура уже пустая. Могу себе позволить.

Виктор поднялся со своего места за одним из столиков в углу закусочной и подошёл к старому дальнобойщику.

– Выпить хочешь? – спросил он старика.

Дальнобойщик смерил Виктора оценивающим взглядом.

– А кто спрашивает? – слегка прищурившись спросил старик.

– Хочу послушать твою историю про кровососов, – ответил Виктор, усаживаясь напротив.

– Аааа, тоже слышал, да? – ухмыльнулся дальнобойщик.

Виктор подозвал официантку и заказал у неё литр водки для своего собеседника и большую чашку кофе для себя.

– Ну, рассказывай, – сказал он старику, закуривая.

– Да что тут говорить, – наливая себе очередной стакан, ответил старик. – В городке, тут неподалеку, упыри завелись. Целая толпа. И туристов всяких по лесам ночью ловят и жрут.

– А ты откуда знаешь? – стряхивая столбик пепла с сигареты, спросил Виктор.

– Дык как же! – старик будто оскорбился. – Ездил я туда груз сдавать пару раз. Знакомый кладовщик и рассказал за маленькой, когда я там на стоянку на ночь встал. Он сам то не местный, на подработку туда ездил. Говорил, что мутные там все какие-то, а по ночам, шпана всякая по городу шастает, которую днём нигде не видно и им все в ножки кланяются, а народ про вампиров по углам шепчется.

– Шпана?

– Ну уёбки малолетние, господи прости! -ответил старик. – Лет по двадцать наверно. Видал я их – топтались возле фуры моей, когда я на боковую собирался. Знакомый мой сказал мол, творят что хотят, а им все только улыбаются. Как он понял это дети местного главнюка какого-то.

– И причем тут кровососы? – спросил Виктор, делая очередную затяжку.

– Так это, к утру их не видать нигде. И церквей в городе нет ни одной. А ночам, – старик наклонился к нему и продолжил заговорщицким тоном. – По ночам из окрестных лесов вопли человеческие слышно. Пару раз в месяц где-то, мне знакомый сказал. И кто-нибудь из приезжих пропадает. А местным всё по херу, как будто и не было ничего.

– И это всё? – Виктор затушил сигарету и взялся за чашку кофе.

– А че ещё надо то? Люди пропадают, церквей нет, местные молчат, а по ночам эти ублюдки малолетние по городу шарятся, которых к утру не видно. Точно тебе говорю кровососы, – старик умолк и сделал большой глоток из стакана.

– А знакомый твой где теперь?

– Да шут его знает, – пожал плечами дальнобойщик. – Пропал куда-то. Может подработка закончилась, и он свалил оттуда.

– Не слушайте вы его, – сказала подошедшая официантка. – Я в этом городе всю жизнь прожила и никаких упырей не видела.

– Ну конечно не видела, – буркнул старик.

– У меня папа охотником был, – продолжил женщина, бросив короткий презрительный взгляд на дальнобойщика, – медведей у нас в лесах много и болота кругом. Там сгинуть, не зная тропок проще простого.

– Логично, – кивнул ей Виктор.

– Конечно, – улыбнулась официантка. – А у этого просто крыша поехала на старости лет, как ещё права то не отобрали.

– У меня опыта за баранкой больше чем тебе лет, – обиженно отозвался старик. – Таких как я нигде не найдешь.

– Все вы тут такие ездите, – ответила женщина, – опытные прям не докопаться…

Виктор поднялся со своего места.

– Ладно, старый, – он протянул дальнобойщику руку, – бывай. Спасибо за разговор.

– Звать то тебя как? – спросил старик, отвечая крепким рукопожатием. – А то неудобно как-то. Бутылку мне взял, а я даже и имени твоего не знаю.

– Виктор.

– И тебе не хворать, Виктор, – сказал дальнобойщик.

После этого старик потерял всякий интерес к собеседнику и снова уткнулся в свой стакан. Для Виктора старый пьяница стал уже бесполезен – история его была сомнительной и почти без фактов, но небольшое зерно истины в ней имелось. Расплатившись у той самой официантки, что прервала их беседу, мужчина направился к выходу на парковку.

На улице уже начинало темнеть. В небе загорались первые звезды, а в воздухе стояла легкая вечерняя прохлада, да и гул машин, с пролегающего неподалёку шоссе, уже не был таким плотным. Стоянка возле закусочной была довольно густо заставлена грузовиками самого разного калибра, терпеливо ожидающими своих хозяев. Виктор быстрым шагом прошёл к своему автомобилю, слегка потрёпанному черному седану с заляпанными грязью номерами, который он, по привычке, оставил в самом дальнем углу парковки. Открыл багажник и извлёк оттуда длинный брезентовый свёрток. После чего уселся на водительское место, кинув перед этим свою ношу на соседнее сидение. Мотор завелся, как и всегда, с первого оборота. Виктор съехал с подъездной дороги к закусочной и направил машину в сторону от шоссе. Ближе к цели его маршрута. К этому злосчастному городу и его окрестным лесам. Он искренне надеялся, что в эту ночь там не будет слышно криков.


Проснувшись, первое что увидела Алиса, это мерно покачивающиеся шарики с поздравляющие её с восемнадцатилетием, над своей кроватью. Каждый её день рождения родители устраивали для неё нечто подобное. Девушка до сих пор не понимала, как им удавалось делать всё это так бесшумно, потому-что ни разу за все эти годы они не разбудили её устраивая эти маленькие приятные сюрпризы. Алиса не торопясь оделась. К своему удивлению, под своей одеждой, аккуратно сложенной на стуле возле кровати, она обнаружила небольшую коробочку, завернутую в подарочную бумагу и перевязанную яркой ленточкой. Девушка, предвкушая всю радость, медленно развернула подарок. Внутри ничем не примечательной коробочки лежал небольшой кулон на цепочке в виде золотого дракона с изумрудными глазами и новенький смартфон, который она так давно хотела себе купить. Алиса тихо ахнула и взяла в руки украшение. Прикоснувшись к кулону, девушка ощутила волну какой-то необъяснимой любви и заботы, на короткий момент, ей даже померещилась улыбка мамы. Алису немного смутил этот прилив чувств, но она не стала придавать ему много значения. Девушка одела цепочку на шею и подошла к зеркалу, которое папа вчера повесил на одну из стен её комнаты. «Ну не может же уважающая себя девушка обходится без зеркала» – приговаривал он, посмеиваясь, прикручивая крепления. Алиса взглянула на своё отражение. Дракон на её нежной шее красиво поблескивал в лучах утреннего солнца, падающих тёплой волной из окна.

– Теперь ты мой защитник, когда Тоби и папы не будет рядом, – улыбаясь тихо сказала Алиса и поцеловала кулон, вновь ощутив странный прилив чувств.

Девушка вообще не понимала всего ажиотажа вокруг этой даты. Ведь это даже не её точный день рождения. Мама с папой приблизительно высчитали месяц и случайным образом выбрали день. Алиса была приёмной. В приюте откуда родители забрали её, совсем крошечную, никто не знал, когда она родилась – одним утром кто-то из персонала просто нашел двухмесячную девочку с ярко-голубыми глазами, бережно завернутую в синее одеяльце, на крыльце. Наверно тот, кто бросил её там – специально подгадывал момент. Когда маленькую Алису нашли, она совсем не замерзла и даже не плакала, а тихо посапывала во сне. Маме с папой, из-за каких-то проблем со здоровьем, тогда не удавалось завести своих детей, и они решили подарить свою любовь и заботу, ребёнку, который волею судеб этого был лишен. История маленькой девочки, брошенной на крыльце приюта, как ненужная игрушка, глубоко тронула сердца её будущих родителей, и они ни секунды не сомневаясь ввязались в долгий и мучительный процесс удочерения. Семь лет назад, пройдя кучи тестов и процедур у разных врачей, мама смогла наконец забеременеть и в семье появился маленький Александр. Это нисколько не изменило их отношение к Алисе, она по-прежнему оставалась для них родным ребёнком. Пару лет назад родители, с почему-то грустным видом, ей об всем этом рассказали. Девушка и так об этом подозревала, потому-что ни у кого в их семье не было таких светлых волос и ярко-голубых глаз. Папа был кареглазым брюнетом, мама зеленоглазая с тёмно-каштановыми волосами, да и на старых фотографиях с бабушками и дедушками не было ни одного блондина или блондинки.

– Если ты захочешь найти своих настоящих родителей мы всё поймём и даже готовы помочь, – сказал тогда папа.

Мама фыркнула.

– Мы её настоящие родители! – сказала она. Глазах у неё проступили еле заметные слёзы.

Ни смотря на свои догадки Алису всё-таки была немного шокирована. Но ответ пришёл сам собой, как будто он всегда и был с ней.

– Зачем? – улыбнувшись спросила девушка.

– Разве тебе не интересно? – спросил папа.

– Нет, – качнув головой ответила Алиса, – я их не помню. За то я помню, как мама пела мне перед сном, как расчесывала мне волосы, как собирала меня в школу, как обнимала меня и засыпала вместе со мной, когда мне ночью снились страшные сны. Как ты, папа, читал мне сказки, относил меня сонную на руках в мою кровать, как называл меня маленькой принцессой, как я держала твою руку, когда вы в первый раз вели меня в школу. Помню, как мы вместе ходили в походы, на пикники, как мы играли и смеялись. Помню, много светлого и доброго, и ту любовь и заботу что вы мне подарили. Но знаете, что? Я не помню того человека, который оставил меня на крыльце приюта. Он для меня чужой. Как и я для него, раз он смог так поступить. И мне неважно кто мои, так называемые, биологические родители, потому-что мама права и мои настоящие родители здесь. Со мной, – по её щеке прокатилась одинокая слеза.

Мама подошла к Алисе и крепко обняла её.

– Девочка моя, – тихо сказала она, а по щекам уже обильно текли слёзы.

Папа отвернулся, смахнул что-то с лица и тоже подошёл к ним, заключив их обеих в свои широкие объятия.

– Красавицы мои, как я вас люблю, – тихо сказал он, уткнувшись лицом в мамины волосы…

Алиса улыбнулась от нахлынувших тёплых воспоминаний. Постояла ещё несколько секунд перед зеркалом любуясь своим новым кулоном, красиво переливающимся в солнечном свете, и взяла в руки расческу, лежавшую на полке у зеркала. «Сегодня обойдемся без мамы», – усмехнулась про себя девушка и принялась за дело.

Открыв дверь своей комнаты, Алиса почувствовала привычный запах свежезаваренного кофе. Такой бодрящий и густой с лёгкими нотками корицы и ванили, который получался только у мамы. По экспертному мнению, папы, конечно же. Алиса не любила пить кофе, но этот аромат оно просто обожала. Запах семейного завтрака, маминой заботы о папе. Как же Алисе будет его не хватать, когда она уедет учиться в университет.

Умывшись и почистив зубы, девушка заметила, что в квартире подозрительно тихо. Не было слышно ни звона посуды с кухни, ни тихо бубнящего телевизора, ни папиных утренних шуточек, ни топота ножек её маленького брата. Только легкий щебет птиц за окном, радующихся солнечному летнему утру. Алиса вышла из ванной и тихонько, чуть ли не на цыпочках, прошла на кухню, ожидая увидеть там всё своё семейство, готовящее ей громкий сюрприз с поздравлениями. На удивление, там тоже было пусто. Только, не успевший остыть завтрак на столе из яичницы, какао и пары фирменных маминых булочек, и небольшая записка. «Паешь, выглини в акно». – гласила надпись на бумаге, старательно выведенная маленьким Александром корявыми нестройными буквами. Ему в этом году ещё только предстояло пойти в первый класс, так что, по его меркам, это было очень даже грамотно. Алиса сразу представила себе сколько черновых вариантов этой записки мама выкинула в мусорное ведро, пытаясь добиться от неугомонного мальчугана максимальной аккуратности. Девушка не стала торопить события и перечить написанному в коротком послании маленького Александра и послушно принялась за еду. Закончив с завтраком, Алиса отправила грязную тарелку в раковину, где увидела еще одну записку на жёлтой самоклеящейся бумаге, разместившейся прямо на кране. «Не вздумай мыть посуду! У тебя сегодня особенный день.» – аккуратным ровным почерком было написано на ней. Это уже была мама. Видимо нервов чтобы заставить написать такое длинное послание маленького Александра у неё явно не хватило. Алиса улыбнулась, перечитывая ещё раз записку, и, захватив с собой кружку с недопитым какао, подошла к окну и глянула вниз.

– Смотрите, смотрите, – раздался снизу, с улицы, голос её младшего брата.

– Наша ты спящая красавица, – с облегчением вздохнул папа, держащий в руках большой букет цветов.

Он вместе с мамой стоял прямо посреди большой красочной надписи на асфальте. «С Днём Рождения, доченька!» – говорили Алисе яркие буквы, аккуратно выведенные на асфальте краской. Рядом с мамой послушно сидел Тоби, который начал активно стучать хвостом по земле, поднимая небольшие облачка пыли, когда увидел Алису в окне.

– Наша любимая девочка! – торжественным тоном и сияющей улыбкой на лице начала мама. – Мы все хотим тебя сегодня поздравить с твоим восемнадцатилетием. Мы все очень тебя любим и рады что ты есть в нашей жизни. А теперь – песня!

После этих слов её младший брат начал вприпрыжку бегать вокруг мамы с папой и напевать какую-то свою версию песни «С Днём Рождения тебя!». Тоби эта игра явно понравилась, и он хотел было присоединиться, но натянувшийся поводок не дал ему это сделать. Откуда-то снизу, видимо из-под подъезда, из вне поля зрения Алисы, в воздух взмыла целая куча разноцветных воздушных шариков. Девушка радостно рассмеялась, а на глазах у неё проступили слёзы счастья.

– Спасибо вам большое! – вытирая глаза, ответила она. – Я тоже вас очень сильно люблю.

– Мы тут, честно говоря, немного заждались, – улыбаясь сказал пап. – Нам уже пора ехать на пикник.

– Пикник? – попыталась изобразить удивление Алиса.

– Ой да ладно, – рассмеялся папа. – Одевайся мы ждём.

Девушка закрыла окно и, всё еще улыбаясь, отправилась собираться. Она быстро нашла в своём шкафу лёгкие спортивные брюки, свою любимую походную кофту с капюшоном, которую держала специально на случай пикника, и старенькие, но ещё крепкие, потертые кроссовки. Перед самым выходом, она вспомнила про купленную вчера игрушку для маленького Александра и захватила её с собой. Этот день начинался ещё лучше, чем вчерашний. Она даже напрочь забыла про вечернюю встречу с местными «кавалерами».

На улице, помимо мамы с папой и маленького Александра, Алису ждали так же и Ройзманы, их новые соседи. «Видимо они и запустили те воздушные шарики», – подумала девушка. Это была милая пара – оба лет под пятьдесят, он невысокий, лысый, с небольшим пивным брюшком, в лёгком спортивном костюме цвета хаки, и она, приблизительно одного с ним роста, полноватая, с рыжими волосами, стянутыми в небольшой хвостик резинкой, в просторной зелёной кофте и чёрных спортивных штанах. Ройзманы очень тепло приняли всю семью Алисы, и абсолютно бескорыстно помогли им при переезде. Дружелюбные и улыбчивые люди, прожившие в браке много лет. Сейчас они вдвоём горячо поздравляли Алису с днём рождения. Даже вручили ей небольшой подарок – браслет с её именем. И продолжали улыбаться. Но почему-то именно сегодня эти улыбки казались ей фальшивыми. От четы Ройзманов веяло какой-то аурой тревожности, как будто слабый ветер принёс Алисе это ощущение, ей даже на секунду привиделась лёгкая дымка бледно жёлтого цвета вокруг лиц этих людей. Девушка моргнула и всё это пропало. «Что за странное чувство?» – промелькнула мысль у неё в голове.

– Алиса, ты в порядке? – спросила её мама.

– Всё хорошо, – ответила Алиса. – Просто не проснулась ещё наверно.

– Я смотрю тебе понравился наш подарок, – сказал папа, показывая на кулон.

– Очень, – улыбнувшись ответила Алиса и прикоснулась к кулону, и, как и в прошлый раз, ощутила волну любви и заботы.

– Мы хотели, чтобы что-нибудь напоминало тебе о нас, когда ты уедешь на учебу, -сказала мама.

– А это что? – воскликнул маленький Александр, тыкая пальцем в коробку в руках Алисы.

Девушка присела рядом с ним на корточки.

– А это, мой юный друг, – сказала Алиса, протягивая подарок мальчугану, – мой подарок тебе. Как я вчера и обещала.

Глаза мальчишки засветились от радости, увидев внутри фигурку одного из своих любимых героев.

– Александр, – раздался голос мамы, – что надо сказать?

– Спасибо, сестричка, – выпалил он.

– Не за что, братишка, – ответила Алиса и обняла мальчугана. – Теперь этот… – она замялась, – супер-пупер-солдат будет тебя защищать, когда рядом не будет твоей старшей сестры.

– Правда?

Алиса кивнула.

– Круууто, – выдохнул маленький Александр.

– Ладно, давайте уже выдвигаться, – скомандовал папа.

Минут через десять они всей компанией погрузились во вместительный внедорожник Ройзманов. Их соседи всю дорогу наперебой рассказывали о том какое чудесное место для пикника они знают в лесу, рассказывали какая там прекрасная полянка, и что там есть ручеек и беседка, и что они сами рады бы туда почаще выбираться, но сами понимаете, не всегда есть возможность. Алиса их почти не слушала, машина уже давно покинула пределы города и за окном развернулся величественный лес, близко подступающий к самому краю дороги. Девушка с интересом разглядывала пробегающие вдоль борта автомобиля высокие сосны и ели. Ей необходимо было отвлечься, потому-что ощущение тревожности и фальши от этой парочки, периодически, накатывало на неё. Это немного пугало девушку. Раньше она за собой такого не замечала. Да и Ройзманы, ещё позавчера, казались ей вполне себе милыми и доброжелательными людьми, а сейчас их присутствие тяготило Алису. Поэтому девушка упорно продолжала смотреть в окно.

Место, о котором говорили Ройзманы, действительно было чудесным. Уютная полянка на краю небольшого пригорка, хорошо освещаемая солнцем, на которой кто-то из местных соорудил вместительную беседку со столом внутри. В неё, при желании, могли уместиться человек пятнадцать. Вниз от пригорка спускалась аккуратная деревянная самодельная лестница, заканчивающаяся прямо возле маленького ручейка. Судя по всему, место и впрямь было популярно. Рядом с беседкой стояла почерневшая от копоти, вкопанная в землю, металлическая жаровня, а в центре поляны был небольшой круг из невысоких пеньков, притащенных бог весть откуда, в центре которого виднелась чёрная клякса, оставшаяся от многочисленных костров. Видимо далеко не все посетители этого места любили сидеть за столом в беседке. По краям поляны кое-где виднелись небольшие ямки в земле, явно оставленные от креплений палаток. Кому-то место настолько нравилось, что он даже оставался здесь с ночевкой. В кронах деревьев беззаботно щебетали птицы. На первый взгляд всё было просто замечательно, только вот Алиса, едва ступив на эту поляну почуяла что-то неладное. Вокруг всего этого места витала какая-то странная аура. Беседку окутывала такая же лёгкая дымка какую девушка видела вокруг лиц Ройзманов. Она чувствовала, что происходит что-то очень неправильное, но не могла понять своих ощущений. Пока что…

– Красота какая… – восхищенно вымолвил папа.

– А я что говорил, – ответил ему Ройзман.

– Ладно, пора приниматься за дело! – хлопнув в ладоши, сказал папа. – Девочки, займитесь пока закусками, а мы установим палатки и пожарим мясо.

Алиса удивилась.

– Пап, ты не говорил, что мы останемся с ночевкой, – сказала она.

– Ну не мог же я совсем испортить сюрприз, – усмехнулся он.

Девушке идея остаться ночевать на этой поляне отчего то совсем не нравилась. Чувство тревоги по-прежнему не покидало её.

Тоби эта поляна понравилась с первого взгляда. Как только папа отщёлкнул карабин поводка с его ошейника, большой рыжий пёс сразу же ринулся на зазевавшуюся белку у корней одной из сосен. Маленький зверёк тоже был не промах и юрко вспорхнул на дерево и сердито застрекотал на собаку откуда-то из кроны. Тоби не стал долго слушать беличьи оскорбления в свой адрес и принялся радостно носиться по поляне, валяться в траве, в некоторых местах рыть землю. Алиса невольно улыбнулась, глядя на счастливого пса. Нечасто ему удавалось побывать на природе. Ощущение тревоги, преследовавшее её от самого дома, понемногу рассеивалось.

Мужчины, включая маленького Александра, уже установили две больших палатки рядом с кругом из пеньков и принялись разводить огонь для жаровни. Алиса присоединилась к своей маме и жене Ройзмана, имя которой она никак не могла вспомнить, которые нарезали овощи для салатов и раскладывали пластиковые тарелки и вилки на столе в беседке.

– Солнце моё, мы всё сами сделаем, – мама замахала руками на Алису. – У тебя сегодня особенный день. Отдыхай, возьми фрисби и поиграй с Тоби, а то он уже весь слюной изошёл рядом с мясом.

Пёс и правда сидел совсем рядом с жаровней и пристально наблюдал, иногда наклоняя свою большую светло рыжую голову, как папа укладывает поперёк неё шампуры с нанизанными на них небольшими кусочками маринованного мяса. По поляне начал распространяться аппетитный аромат. Тоби нетерпеливо заерзал на своём посту.

– Его сейчас ничем уже не отвлечь, – махнула рукой на пса Алиса. – Тоби любит шашлык намного больше какого-то фрисби.

– Это да, – улыбнувшись ответила мама, – об этом я что-то сразу и не подумала. Ну тогда можешь пока нарезать хлеб.

Стол, который они накрыли в беседке, отнюдь не ломился от обилия еды. Пара овощных салатов в больших прозрачных мисках, маринованные огурцы и помидоры, несколько видов соуса для мяса, свежий хлеб и немного алкоголя. Для трапезы на природе обычного большего и не надо. Самое главное блюдо, в виде ароматного жаренного на углях маринованного мяса, папа уже нёс от жаровни на большой тарелке. От запаха шашлыка рот невольно Алисы невольно наполнился слюной. Она знала с каким трепетом её отец подходит к приготовлению этого блюда и уже предвкушала этот неповторимый вкус. Если мама знала толк в варке кофе, то папа несомненно был мастером шашлыка.

– Налетай пока горячее! – громогласно объявил папа, ставя свою ношу в центр стола.

Как ни странно, никто даже не подумал возражать и все послушно расселись за столом и принялись за еду. Они шутили, смеялись, Ройзманы начали рассказывать истории из жизни города, маленький Александр гонял по столу своего нового суперсолдата, периодически прерываясь на то чтобы съесть кусок мяса, бережно порезанный для него матерью. Даже то ощущение тягости от присутствия их новых соседей на этом пикнике Алиса уже не чувствовала. «Это чудесное место, ясный солнечный день, а они милые люди. И что на меня вообще нашло?» – подумала девушка, откусывая очередной кусок шашлыка. И надо отдать должное, в этот раз папа превзошёл сам себе. Мясо было сочным и мягким, буквально тающим во рту.

– Папа, ты волшебник, – проглотив очередной кусок шашлыка, сказала Алиса.

– Что ты, дочка! Я только учусь, – по-дружески подмигнув, ответил ей папа.

Алиса особо не вникала в суть разговоров, ведущихся за столом, наслаждаясь едой. Мужчины, как всегда, говорили о политике, даже слегка поспорили, потом о новой работе папы, потом о спорте. Женщины, в основном, обсуждали будущее Алисы, поступление в университет, её отъезд в конце лета.

– Глядишь и замуж скоро выдадите, – подшутила жена Ройзмана.

– Алиса умная девочка, – качнула головой мама, – сама решит, когда ей это будет нужно.

Девушка знала, что за этой маминой фразой стоит нечто большее, чем стоило знать их новым знакомым. Отношения с парнями у Алисы не складывались. Возможно потому-что из-за папиной работы (он был каким-то редким узкоспециализированным техническим консультантом) им приходилось часто переезжать, и она просто не успевала завести длительных знакомств, а возможно потому-что из-за её внешности многие боялись к ней подойти, считая, что неё уже есть ухажёр. Красивые девушки часто пугают парней, вгоняя их в неуверенность. А те, кто совсем бесстрашные обычно имеют эмоциональный диапазон как у чайной ложки. И приблизительно такое же количество мозгов, большая часть из которых сконцентрирована у них в промежности. Алиса уже не раз сталкивалась с нелепыми подкатами, в духе «Эй, детка! В твоих глазах целый мир!» или «Эй, крошка! Я новый зять твоей мамы». Список был достаточно объемный. Алиса была далеко не глупой и понимала, что такие парни для неё точно не вариант. И вчерашний эпизод возле подъезда с четырьмя «кавалерами», возможно был одним из самых мерзких и нахальных, но совсем не новым. Маму очень тяготило это одиночество Алисы, которая большую часть времени проводила за книгами и учебой, ей хотелось увидеть дочь в кругу друзей-сверстников с общими интересами, хотелось увидеть свою девочку влюбленной в какого-нибудь симпатичного мальчика из класса, но все эти надежды, раз за разом, разбивались об очередной переезд в другой город. Девушка пару раз слышала, как родители спорили по этому поводу. Папа тоже был не рад, но его работа приносила не малый доход. К слову, этот переезд должен был стать последним. Отец всё-таки сдался и согласился вести более оседлый образ жизни – маленький Александр в этом году первый раз идёт в школу, да и возраст у папы уже был не тот – ему исполнился 51 год (мама была младше на 10 лет), здоровье уже давно начало пошаливать и каждый переезд давался всё с большим трудом. Поэтому он в прошлом году с радостью принял предложение крупного горно-перерабатывающего комбината занять одну из главных руководящих должностей.

– Ну думаю пузо все набили, – сказал, поднимаясь из-за стола, папа. – Теперь пора и повеселиться! Маэстро! – он подал жест Ройзману, – музыку!

На столе появилась портативная USB-колонка, из которой плавно полилась музыка прошлого десятилетия.

– Мадам, – галантно протягивая руку маме, сказал папа, – не откажите мне в чести пригласить вас на танец? – его щеки уже слегка порозовели от небольшой порции выпитого алкоголя, а в глазах играл озорной блеск.

– Что вы, сударь, как можно? – подыграла ему мама и протянула ему руку в ответ.

– Вы только что сделали меня самым счастливым человеком на этом балу, – уже смеясь сказал папа, увлекая её прочь из беседки.

Алиса с улыбкой наблюдала за своими родителями, спустя столько лет в браке сохранившими этот юношеский задор влюбленных.

Спустя какое-то время, танцевали уже все. Чета Ройзманов пытались поспевать за темпом родителей Алисы, но получалось у них, мягко говоря, с трудом. Маленький Александр, подражая папе, галантно протянул девушке свою ручонку, приглашая на танец. Алиса не могла отказать такому вежливому кавалеру, и они присоединились к остальным. Даже Тоби, чувствуя общее настроение, казалось, был готов пуститься в пляс. Быстрые танцевальные мелодии сменялись более плавными и романтичными, иногда динамик даже начинал разрываться от задорного рок-н-ролла из прошлого столетия, что приводило в восторг папу и он начинал мастерски кружить маму в танце. Время летело незаметно…

Начинало смеркаться. Последние остатки еды уже были убраны со стола в беседке, мусор собран в мешки. Немного уставшие, но по-прежнему весёлые, они собрались у костра в центре поляны. Вечерняя тьма уже мягко окутывала лес, где-то вдалеке начала ухать одинокая сова, а в небе явила свой бледно-серебристый лик луна. В считаные минуты уютная солнечная поляна превратилась в место из страшных сказок для маленьких детей. Тени, в свете пляшущих ярких языков пламени костра, отбрасываемые на окружающие их деревья, принимали причудливые, а иногда и пугающие очертания. Папа решил сменить атмосферу и достал из палатки свою старенькую, купленную ещё в молодости, гитару. Не смотря на свой возраст и потрепанность звучала она вполне себе прилично. Алиса любила слушать песни под гитару. Особенно как пел её папа. Играть он толком так и не научился, но его приятный чувственный баритон заставил все разговоры затихнуть. Папа рассказывал, что в молодости у него была мечта стать настоящим музыкантом, но заработать хотя бы на кусок хлеба песнями всегда было непросто и поэтому музыку он забросил. Но любовь к ней навсегда осталась с ним. Начал папа с песни про неразделенную любовь одного парня, сбросившегося со скалы чтобы доказать своей возлюбленной кого она потеряла, потом перешёл к песни про солдата – покалеченного ребёнка войны, потом запел про пару влюбленных в лесу, которые возле ночного огня стали друг другу половинками. Следующей стала песня его собственного сочинения, написанная специально для мамы, когда он только начинал за ней ухаживать. Алиса, убаюканная чувственным пением папы, совсем не заметила, как Тоби, сидящий рядом с ней, начал нервничать и с тревогой поглядывать в сторону леса.


Виктор припарковался на обочине рядом с другой машиной, на самом краю леса. Захватив с собой длинный брезентовый свёрток с пассажирского сидения, он вышел из своего автомобиля. Луна уже взошла ярко, освещая своим мертвенно-бледным светом дорогу. Виктор закурил. Он подошёл к другой машине, новенькому поблескивающему в лунном свете спорт кару, и потрогал капот. Ещё тёплый. Кто бы не приехал сюда слишком далеко он уйти не мог. Вереница следов вела прочь с дороги к еле заметной лесной тропинке. Виктор присел чтобы лучше рассмотреть следы. Четверо человек. Он выбросил окурок и двинулся следом. Лес встретил его угрюмым молчанием, изредка прерывавшимся на крик одной из ночных птиц, вышедших на охоту. Темнота переплела ветви деревьев в страстных объятиях, как любовников, создавая из них единое целое. Виктора не смущала прогулка по ночному лесу. Он прекрасно видел в темноте и, по привычке, передвигался почти без шума. Следы уходили глубже в лес, уводя его всё дальше от дороги. Виктор приехал сюда для поиска следов Охоты, но похоже наткнулся на самих «охотников». Удачно для него, однако это значит, что кто-то уже в опасности. Он надеялся успеть раньше…. Душераздирающий человеческий вопль разорвал ночную тишину, разбив все надежды Виктора вдребезги. Потом ещё один крик уже другой, кричала женщина. Виктор двинулся в сторону звука….


Из легкого транса, навеянного пением папы, Алису вывел знакомый мерзкий голос.

– Хорошо поешь, дядя, – насмехаясь сказал картавый.

Никто не заметил, как четверка вчерашних ублюдков объявилась возле их костра. Даже Тоби, который вообще куда-то пропал. Они как будто возникли из темноты.

– Спасибо – отложив гитару, медленно сказал папа, – вам чего? – голос его не был особо дружелюбным.

– Да послушать пришли, – ответил кто-то из четвёрки, остальные после этого загоготали.

– Послушали? – всё так же глядя на картавого спросил папа.

– Ага, – кивнул тот, – поёшь нормально, только песни хуёвые.

Снова гогот. По телу Алисы медленно начал расползаться страх, сковывая руки и ноги. В этот раз эти четверо так просто не отстанут. И куда подевался Тоби?..

– Вы двое, – картавый ткнул пальцем в сторону Ройзманов, – валите отсюда. Завтра с утра получите свою награду.

«Что? Награду?» – подумала про себя Алиса.

– Передайте Старейшине… – начал было сам Ройзман.

– Да да да, – отмахнулся от него картавый, – пиздуй уже отсюда.

Ройзманы спешно подскочили со своих мест. Было видно, что они бояться четверку этих ублюдков. Страх явно читался в их глазах и дерганных движениях, пока они собирали свои вещи.

– Быстрее давайте, толстожопые! – прикрикнул на них картавый.

– Молодые люди, что происходит? – подала голос мама.

– Скоро узнаешь, шкура, – ухмыльнулся кто-то из ублюдков.

– Ты как разговариваешь с моей женой, – поднимаясь со своего места, злым тоном спросил папа.

Картавый пристально уставился ему в глаза.

– Сядь и закрой рот, – приказал он папе.

Отец Алисы молча повиновался. «Что происходит?!» – с ужасом подумала девушка.

– А теперь! – победоносным тоном изрёк картавый, когда Ройзманы покинули поляну. – Будет веселуха!

– Мама, мне страшно, – дрожа всем телом, сказал маленький Александр.

– Дуло залепи, сопля! Тут взрослые разговаривают! – крикнул один из ублюдков и наотмашь тыльной стороной ладони влепил мальчугану пощечину, с такой силой, что тот потерял равновесие и упал на колени.

– Ах ты, подонок, – мама подскочила с места и попыталась вцепиться в нападавшего, но тут же получила такую же пощечину и рухнула рядом с сыном без сознания. События развивались слишком стремительно, а папа всё это время продолжал неподвижно сидеть на своём месте…

– Подожди её разукрашивать, придурок! – отдернул картавый своего друга. – Смотри она какая красотка.

– Ага, – подал голос третий. – На училку мою бывшую похожа. Всегда её трахнуть мечтал.

– Вот и трахнем твою училку сегодня, – хмыкнул картавый, – а блондиночку на десерт оставим.

Папа продолжал сидеть как статуя. Только глаза продолжали жить на его лице. В них читалась бессильная злоба и ужас.

– Ты специально выбираешь побольше слов с буквой «р» чтобы все поняли, что ты картавое чмо? – спросила Алиса, неизвестно откуда набравшись смелости.

– Дерзкая сучка? Мне нравиться, – картавый подошёл к ней и пристально посмотрел ей в глаза. – Ты тоже будешь послушной. Сиди и не рыпайся.

Алису как парализовало, неизвестно почему, но она повиновалась. Его голос закрался к ней в сознание и принялся метаться там, разнося эхом одну и ту же фразу – «Будешь послушной». Она хотела влепить картавому пощечину, но тело отказывалось ей повиноваться. При каждой попытке шевельнуть хотя бы пальцем в голове раздавался мерзкий голос этого ублюдка – «Будешь послушной. Не рыпайся». Происходящее начинало напоминать жуткий сон, в котором Алиса была безвольным наблюдателем. Мама по-прежнему лежала на земле без сознания, рядом сидел маленький Александр, держа её за руку и тихо всхлипывая, и папа, сидящий как изваяние, с бессильной яростью в глазах.

– А теперь у меня для тебя будет подарок, блондиночка, – всё с так же мерзко ухмыляясь сказал картавый, – закрой глазки.

Алиса снова повиновалась. Что-то тяжелое с шелестом упало в невысокую траву у её ног.

– Можешь посмотреть, – разрешил ей картавый.

Девушка открыла глаза и взглянула вниз… Это был Тоби. Её вечно весёлый и преданный пёс – лежал у её ног мёртвый, с неестественно выгнутой шеей и остекленевшим взглядом, теперь он больше напоминал тряпичную куклу с силой брошенную капризным ребёнком на пол. По щекам Алисы невольно потекли слёзы. Видимо пёс почуял непрошенных гостей и пошёл к ним навстречу чтобы отогнать. Попытался защитить свою семью, но не смог. Тоби… Хороший пёс…

– Нравиться? – с издёвкой спросил картавый.

Алиса молчала.

– Да в общем то и неважно, – продолжил он. – Ладно, парни, – махнул он своим друзьям, – начинаем веселье.

– Это, – подошёл к нему один из ублюдков, – с малым их тоже пообщайся, чтоб сидел тихо. А то начнёт ещё визжать.

Картавый кивнул и развернулся к маленькому Александру, который тихонько сидел, держа лежащую без сознания маму за руку.

– Слышь, сопля, – пристально глядя в глаза мальчугану, сказал он, – чтобы не звука от тебя. Сиди тут и не дёргайся.

Мальчик застыл, так же, как и папа. Живыми остались только глаза полные страха и непонимания. Всё происходящее на поляне перестало поддаваться хоть какому-нибудь логическому объяснению.

Двое мерзавцев подняли маму Алисы на ноги, сорвали с неё походные джинсы, обнажив стройные длинные ноги и шёлковое нижнее белье. Кто-то из ублюдков тихо присвистнул, осматривая женщину сзади. Недолго думая, они потащили её безвольное тело в ближайшую палатку. Алисе даже не хотелось думать, что они там собираются делать. Картавый остался в палатке первым, остальные трое расселись возле костра. Алиса пыталась разглядеть их лица, хотела их запомнить, но в свете затухающего пламени это было непросто. Блики света плясали на их физиономиях, превращая их в какие-то звериные маски. Алисе даже на секунду показалось что она видит блестящие клыки, когда кто-нибудь из ублюдков заходился смехом. Из палатки начали доноситься равномерные шорохи и легкие постанывания. Потом короткий всхлип – это была мама. Следом невнятное бормотание картавого, приглушенное трёпом троицы у костра, и шорохи со стонами снова продолжились. Алиса не хотела верить в происходящее. Пускай это будет сон, пускай она сейчас проснется… Картавый вальяжно вышел из палатки, застегивая ремень на штанах. На его лице поблескивали капельки пота. Он, довольно улыбаясь, подошёл к костру и махнул следующему ублюдку. Тот поднялся со своего места и исчез в палатке. Снова шорох и стоны. Потом следующий мерзавец заменил его… Последний ублюдок, закончив своё надругательство, вытащил абсолютно обнаженную женщину, держа её за волосы, из палатки и поставил на колени у почти потухшего костра. Мама, безмолвно плача, пыталась прикрыть грудь руками. Папа всё так же сидел не двигаясь, правда теперь на его щеках еле заметно блестели слёзы.

– Пора перекусить, парни, – торжественно сказал картавый, – а потом займемся десертом из блондиночки.

– Ты же помнишь, что Старейшина сказал про неё? – отозвался кто-то из троицы.

– Помню, помню. Но трахнуть то её нам никто не запрещал, – внутри Алисы всё съежилось после этих слов. – С кого начнём? – картавый оглядел всех пленников. – Хотя какая разница?

Он подошёл к сидящему папе сзади и положил ему руки на плечи. От костра остались только тлеющие угли и единственным источником хоть какого-то света стала луна. И тут в её тусклом сиянии Алиса увидела, как лицо картавого главаря шайки ублюдков изменилось. Глаза превратились в чёрные провалы, рот стал шире и ощерился в хищном оскале, выставляя на показ блестящие… клыки… Картавый ухмыльнулся и с нечеловеческой силой вцепился ими в папину шею. Брызнула кровь… И тут папа закричал. Его вопль был настолько громким и полным боли и отчаянья, что Алиса перестала слышать мерзкий голосок у себя в голове, уговаривающий её быть послушной. Два ублюдка вцепились в горло маме. Кровь обильно струилась вниз по её груди, заливая живот и колени. Раздался ещё один крик… Последний приблизился к маленькому Александру и поднял его на руки… Тут в голове у Алисы что-то вспыхнуло. Поляна и лес исчезли. На их место пришло разноцветное марево, застилающее глаза. Силуэты её родных превратились в пылающие ярко красные фигуры, из которых высасывали жизнь чёрные тени, заменившие ублюдков. Вся поляна была погружена в бледно жёлтое свечение от которого веяло страхом и неуверенностью. Пришло осознание того что такое в этом месте происходило не впервые. Кто-то приводил сюда жертв на растерзание этим тварям. Алиса увидела и остальных – мужчин, женщин, детей, расположившихся в разных местах поляны. Все они смотрели на неё остекленевшими глазами, кое-кто даже пытался говорить, но не получалось. Только кровь булькала в разодранных горлах. Алиса увидела и убийц. Холоднокровных и жестоких, насиловавших уже мертвых женщин, сворачивающих голову мужчинам и детям, насыщающиеся их тёплой кровью. Порождения ночи, клыкастые голодные и безжалостные звери… Четверка во главе с картавым была здесь не впервые. Алиса видела их в этом разноцветном тумане, как будто прошлое и будущее перемешались у неё в глазах. Но по сравнению с другими эти ублюдки были просто шпаной. Алиса видела силуэты других убийц, уверенных и расчетливых, наслаждающихся процессом с извращенными, блестящими в лунном свете, улыбками… Жизнь её родных угасала, постепенно перетекая в нутро чёрных теней, быстрее всех угасал маленький Александр. Он даже не кричал… Алиса поднесла руки к лицу чтобы закрыться от этого ужаса… И поняла, что её тело снова повинуется только ей. Видения рассеялись вместе с голосом картавого в голове. Твари слишком увлеклись убийством её родных и не заметили этого. Алиса вскочила со своего места и, не чувствуя ног, бросилась в чащу леса, окружавшего поляну. За спиной раздался звериный рык кого-то из этих тварей. Они заметили её бегство…

Алиса до сих не верила в происходящее. Страх гнал её вперёд по ночному лесу, ветки нещадно хлестали по лицу и рукам, но боли не было. Только желание убежать, желание выжить. Она знала – что за ней идут, чувствовала их холодные хищные взгляды у себя за спиной, ощущала их ужасную жажду и голод всей своей кожей. Её преследователи были бесшумны и незримы для неё, но они там – крадутся в темноте леса, выжидают, наслаждаются этой погоней. Они были похожи на людей, когда подошли к их костру, но потом… Бледные вытянутые лица, глаза черные как бездна и этот хищный клыкастый оскал… Она продолжала бежать, совсем не ощущая своих ног и издавая много шума, продираясь сквозь кусты и ветки деревьев. Ей казалось, что всё это не по-настоящему, это всё напоминало какой-то дурацкий дешёвый фильм ужасов. Только вот эти существа действительно убили всех кроме неё, всех кто собрался на этот пикник: ей родителей, брата, даже собаку. Эти твари выпотрошили всех. Вампиры? Нет! Нет нет! Вампиры – это страшная сказка, они существуют только в ужастиках или в этих сопливых девчачьих книжках про любовь. Или нет?.. Недавние события убеждали её в обратном.

Она бежала, особо не разбирая дороги и абсолютно потеряв счет времени. Неожиданно нога зацепилась за торчащий из земли корень. Алиса потеряла равновесие и…


Виктор слышал, как кто-то бежит ему навстречу, слышал, как хрустят ветки под ногами бежавшего, как трещат кусты. Мужчина спрятался за деревом выжидая. Из кустов выскочила молоденькая светловолосая девушка и не смотря под ноги рванула в его сторону. Виктора она вряд ли заметила, как и корень дерева у себя под ногами. Девушка споткнулась и полетела головой вперед. Виктор ловко подхватил её и притянул к себе, прижимая её к дереву и прикрывая ей рот ладонью.

– Если хочешь жить, ни звука, – шепотом сказал он.

В её больших голубых глазах читался дикий страх. Она кивнула.

– Спрячься и не высовывайся, – продолжил Виктор, отпуская девушку…


Алиса забилась под ближайший куст, села на землю и обняла колени руками. Незнакомец пугал её, но от него веяло спокойствием и уверенностью. Она почему-то чувствовало это. И верила ему…


Они приближались. Виктор слышал легкие шаги неподалеку. Четверо. Он размотал брезент свёртка в своих руках, освобождая из него меч в ножнах, лямку которых перекинул через плечо и вышел навстречу преследователям девушки. Они уже пристально наблюдали за ним из темноты.

– Ну? – сказал Виктор. – Долго в гляделки играть будем?

Четверка вышла из своих укрытий и обступила его полукольцом, держась на небольшом расстоянии. Виктор бросил беглый взгляд на них. Совсем сопливые вампиры, трое обратились пару лет назад, а одному было уже лет десять, явно главарь всей шайки. По сути они еще не умели ничего, приобрели только грубую силу и, сжигающую их изнутри, жажду крови, которой они не могли, пока, противиться. Даже не удосужились скинуть свои вампирские личины. Окровавленные вытянутые лица, опьянённые недавней «трапезой», с клыков капает свежая кровь, черные провалы глаз, буравящие Виктора с презрением и интересом.

– Да у нас сегодня праздник! – подал свой картавый голос старший. – Жратва сама вышла к нам.

– Погоди… – попытался вставить слово кто-то из шайки, увидевший рукоятку меча за спиной Виктора.

– Слушай сюда, придурок, – пристально глядя ему в глаза, начал картавый. – Стой и не двигайся.

Виктор слегка улыбнулся и впечатал свой кулак прямо между глаз главарю. Голова картавого запрокинулась, и он медленно осел на землю. Его друзья среагировали не сразу, никто из них не ожидал такого поворота событий. Картавый пытался загипнотизировать Виктора. Вся шайка явно уже привыкла так решать большую часть проблем. Им понадобилась пара секунд чтобы сообразить, что произошло, после чего все трое кинулись в драку. Виктор слегка отступил в сторону, меч плавно выскользнул из ножен за спиной, раздался еле слышный свист рассекаемого клинком воздуха. Один из троицы упал в траву лишившись головы, остальные двое неуклюже столкнулись между собой, не застав Виктора на том месте куда они бросились. Он не стал давать им времени опомниться. Следующий взмах клинка отсек голову второму. Третьего Виктор ударил рукояткой меча в лицо, выбивая ему передние зубы. После чего схватил его за горло и швырнул к дереву. Тело вампира с глухим стуком ударилось спиной об ствол. Воздух с шумом вырвался у него из легких. Виктор ринулся к нему и пронзил его мечом, воткнув острие прямо в вампирскую пасть. Лицо кровососа начало принимать человеческий вид, глаза закатились, тело задергалось в предсмертной судороге. Виктор выдернул меч и развернулся к картавому. Тот уже почти пришел в себя и поднимался с земли держась за лицо.

– Ты охуел, дядя? – из носа у него текла кровь. – Ты в курсе вообще, что ты натворил сейчас?

Тут он увидел бездыханные тела своих друзей, валяющиеся вокруг.

– Чистильщик… – выдохнул он. – Я думал вас тварей не осталось, – после этих слов он бросился на Виктора.

Атака была неумелой. Вампир был слишком неопытен, да и сопротивление он обычно никогда не встречал. Виктор небрежно увернулся от картавого, схватил его за волосы и впечатал того лицом в ствол дерева, ломая ему нос и лишая всех передних зубов. Кровосос рухнул в траву без сознания. Виктор вздохнул и поднял его. После пары крепких пощечин, картавый начал приходить в себя. Лицо его напоминало кровавую кашу, один глаз заплыл, губы были разбиты, из сломанного носа ручьем лилась кровь, кожа на лбу лопнула. Через пару часов всё кроме зубов у него восстановится. Но у вампира уже не было этого времени.

– Кто выдаёт разрешения? – закуривая, спросил Виктор.

– Ты… – булькнул в ответ картавый. – Пиздец тебе. Тебя найдут, сучара!

Виктор тяжело вздохнул и воткнул меч в ногу вампира. Раздался нечеловеческий крик.

– Мразь! – взвыл картавый. – Наш отец… Старейшина… Он решает… Но сунешься к нему, и ты труп.

– Ясно, – ответил Виктор и вонзил меч вампиру в горло.

Картавый обмяк и завалился на бок. Виктор вытащил меч из его тела, резким взмахом смахнул с лезвия рубиновые капли крови и отточенным движением убрал клинок в ножны.

– Кто вы? – раздался дрожащий голос у него за спиной.

– Неважно, – ответил он, поворачиваясь к спасенной девушке. – Иди за мной. И без вопросов.

Виктор направился обратно к тому месту где бросил свою машину. Девушка последовала за ним.


Алиса покорно шла за своим спасителем. Уже который раз за эту ночь она не верила своим глазам – видения на поляне, вампиры, этот незнакомец убивший всех четырёх тварей, орудуя коротким мечом, с такой небрежностью и мастерством. «Наверно я схожу с ума», – подумала Алиса. Девушка, в глубине души, даже была рада что четверо ублюдков умерли. Они заслужили это за то, что сделали с её семьёй… В этот момент Алиса даже не задумывалась, что может делать в лесу ночью этот незнакомец, одетый во всё чёрное и с мечом за спиной. Она выжила… но страх всё еще липкими лапами держался за неё

Минут через двадцать они вышли на освещённую лунным светом дорогу, на которой стояла машина. Старый чёрный седан с кое-где облупившейся краской и заляпанными грязью номерами. Алиса смогла наконец-то рассмотреть своего спасителя – это был высокий поджарый мужчина, с коротко стриженными тёмными волосами, одет он был в чёрную куртку и джинсы, на ногах красовались тяжелые армейские ботинки. Незнакомец открыл заднюю дверь и закинул ножны с мечом на сидение, после чего неторопливо уселся на место водителя.

–Ты хочешь здесь остаться? – спросил он у девушки.

Она молча помотала головой и тихонько залезла на заднее сидение.

–Доедем до заправки, переночуем в машине, утром решим, что делать дальше, – сказал незнакомец, поворачивая ключ в замке зажигания.

Тихо заурчал мотор и автомобиль, шурша шинами, развернулся и двинулся на едва заметный вдалеке свет фонарей, стоящих вдоль шоссе. Девушка развернулась и взглянула в темноту, удаляющегося от них леса. Страх всё еще не отпускал её.

– Они мертвы, – со спокойной уверенностью сказал ей незнакомец, – больше они никого не тронут.

– Кто они? Вампиры? – с дрожью в голосе проговорила девушка. – А как же кол в сердце?..

Незнакомец усмехнулся и посмотрел на неё в зеркало заднего вида.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Алиса…

– Постарайся уснуть, Алиса, – он отвёл от неё взгляд и снова сконцентрировался на дороге.

– Извините, – тихо сказала девушка, – и… спасибо вам.

Незнакомец промолчал.

То ли пробежка по лесу так вымотала её, то ли мерное покачивание машины было таким убаюкивающим или тон её странного спасителя был слишком спокойным, но страх начал немного отступать и Алисе жутко захотелось спать. Она даже не стала сопротивляться и свернувшись калачиком на заднем сидении моментально забылась сном…


Виктор ехал обратно к той забегаловке в которой встретил старика-дальнобойщика. Девушка на заднем сидении заснула, под действием лёгкого убеждения. Виктору не нравилось использовать магию (да и владел он ей не очень умело), но иначе бедняжка не смогла бы сомкнуть глаз. Четверка вампиров в лесу сказала ему больше чем требовалось. Местная Община действительно решила вспомнить старые времена и снова открыла охоту на живую кровь. Для Виктора это значило только одно…

Вскоре его седан плавно въезжал на уже знакомую парковку забегаловки. Грузовиков к этому времени немного прибавилось. Виктор поставил свою машину всё в тот же дальний угол стоянки, заглушил мотор и выскользнул с водительского сидения, попутно бросив взгляд на спящую девушку. Та мирно спала, обняв во сне колени, растрепанные от пробежки по ночному лесу светлые волосы, золотистым одеялом раскинулись вокруг её головы. Виктор тихо закрыл дверь машины, прислонился к ней спиной. Он взглянул на стоящий неподалеку знак с перечеркнутой сигаретой, едва слышно фыркнул и закурил. Глубоко затянувшись, он выпустил в ночное небо плотный сгусток дыма и достал из кармана мобильник.

– Виктор? – раздался знакомый голос. Трубку взяли после первого гудка.

– Всё плохо, старик, – выдыхая очередной клуб дым, ответил Виктор.

– Насколько? – голос был, как и всегда, максимально сдержанным и терпеливым.

– Они охотятся уже пару лет, а мы об этом ничего не слышали, – Виктор стряхнул столбик пепла с сигареты. – Местная Община, по ходу, заправляет всем городом. Какому Клану они могут принадлежать?

– Насколько я помню это ничейная земля. Значит это какие-то отщепенцы, – подытожил его собеседник. – Тогда ясно откуда такое бесстрашие.

– Ты понимаешь, что это значит? – Виктор был спокоен.

– Да, – на том конце провода раздался тяжёлый вздох. – Будь осторожен.

– После этого я приеду домой, – добавил Виктор. – Хочу немного передохнуть.

– Буду только рад, сынок, – голос на этих словах немного потеплел, а после раздались короткие гудки.

Виктор убрал телефон, выкинул окурок и вернулся обратно в машину. Нужно было немного вздремнуть. Завтрашний день будет непростым. Он откинулся на сидении, закрыл глаза и мгновенно забылся сном.


Запах табачного дыма вперемежку с запахом кофе разбудил Алису. Она медленно открыла глаза, ей всё еще хотелось, чтоб всё произошедшее ночью оказалось страшным сном… Незнакомец, спасший её вчера, сидел в водительском кресле и задумчиво курил, приоткрыв окно. Рядом с ним стоял небольшой поднос с двумя бумажными стаканами кофе и закрытым пакетом с какой-то едой из придорожной забегаловки, возле которой они остановились на ночлег.

– Проголодалась? – не поворачивая головы, спросил незнакомец.

– Нет, – тихо ответила Алиса.

– Понятно, – сказал он, туша сигарету. – Куда тебя отвезти?

– Мне некуда ехать, – всё так же тихо ответила девушка. – Они всех убили там в лесу, – она чувствовала подступающие слёзы. Чувство горечи, одиночества и утраты начали захлестывать её.

– Никаких родственников? Даже в другом городе?

– Нет, – всхлипнула Алиса. – Была бабушка, но она давно умерла…

Незнакомец тяжело вздохнул.

– Сколько тебе лет? – спросил он.

– Восемнадцать, – слёзы уже вовсю застилали Алисе глаза, голос надломился. – Можно вас попросить?

Мужчина молча кивнул.

– Можно вернутся туда?

– Это ещё зачем? – спросил он.

– Я хочу похоронить своих близких, у меня никого кроме них больше нет, – Алиса уже рыдала. – А потом я уйду от вас честно-честно.

– Возвращаться туда не самая лучшая идея… – покачав головой ответил он.

– Я очень вас прошу! – заливаясь слезами умоляла Алиса. – Можете даже бросить меня там в лесу… Всё равно мне больше некуда идти…

– Ладно, – вздохнув ответил незнакомец. – Но я тебя предупреждал. И выпей хотя бы кофе, —он протянул ей стакан.

Алиса аккуратно взяла его и отпила глоток. Горячий напиток прокатился по горлу успокаивающим теплом. Она вытерла слезы рукавом и повернулась к окну. Всю поездку обратно в лес девушка не проронила не слова, только тихо плакала.


Их машина остановилась на обочине. Покидая заднее сидение Алиса снова ощутила подступающий страх. Она боялась того что может там увидеть. А вдруг там ещё остались эти твари? Вдруг её вчерашние видения стали реальностью? Незнакомцу она, конечно же, не хотела говорить об увиденном на поляне. Алиса и сама не была уверена, что именно она видела в этом мареве и правда ли это. Скорее всего это было лишь галлюцинации, вызванные увиденным её ужасом… Однако перед её глазами вновь предстали глаза мертвецов из вчерашнего видения – белёсые, остекленевшие, смотрящие на неё с удивлением и укором, ведь Алиса была жива. «Мёртвые не любят живых», – раздалось у неё в голове. Алисе стало еще больше не по себе. Девушка зажмурилась, пытаясь отогнать это наваждение.

– Уверена? – спросил её незнакомец, подкуривая очередную сигарету.

Алиса молча кивнула и двинулась по тропинке к месту их неудачного пикника. Идти было совсем недалеко, но это расстояние показалось ей бесконечно длинным. Вот ещё один поворот и там их полянка с беседкой, костром и… Пустота…

На том месте где вчера они расположились своей дружной компанией было пусто. Только выжженный след на земле на том месте где её папа разводил костёр. Ни палаток, ни вещей, ни мертвых тел. Не было даже следов крови.

– Я не понимаю… – растерянно пролепетала Алиса.

Незнакомец встал в центр поляны и окинул беглым взглядом окружающие их лесные заросли.

– Выходи не стесняйся, – сказал он, повернувшись к густой чаще.

Из кустов выступил высокий седой мужчина в полицейской форме.

– День добрый, – дружелюбным голосом сказал он. – Чудесное утро, не так ли?

Алиса узнала его. Он был в тех видениях, был одной из тех тварей, бесновавшихся на поляне вместе с шайкой картавого ублюдка, только он был старше и опытнее. И в несколько раз опаснее.

Спаситель Алисы молча закурил очередную сигарету.

– Ну что за манеры? – сокрушаясь спросил полицейский. – Я же вроде поздоровался.

– Я видела… – оцепенев вымолвила Алиса. – Он один из них… Только старше… – взор девушки снова начало заволакивать разноцветное марево.


Виктор стоял посреди поляны и молча курил, до сих пор не понимая почему он здесь. Что-то в блеснувшее в больших ярко голубых глазах Алисы, заставило его приехать сюда. Последняя фраза девушки, после которой она погрузилась в некий транс, тоже слегка его озадачила. Откуда Алиса могла знать, что вышедший на поляну полицейский – вампир, да еще и старший? Чутьё подсказывало Виктору, еще на подходе к поляне, что тут кто-то есть, но девушка вряд ли могла это знать. Теперь он стоял и пристально разглядывал вышедшего к ним кровососа. Вампир был намного старше вчерашней шайки, он уже умел справляться со своей первобытной жаждой крови, преодолел страх перед дневным светом. Опытный и осторожный, даже пришёл не один. Чуткий слух Виктора уловил легкий шелест в кустах вокруг поляны. С полицейским пришло ещё пятеро. Но Виктора это особо не заботило.

– Подчистили уже? – выпуская колечко дыма, спросил он.

– Нам ни к чему лишние трупы, – ответил полицейский. – Твою работу мы тоже убрали.

– Вы нарушаете свои же правила, – с легким пренебрежением, сказал Виктор.

– Правила, со временем, меняются. И очень удачно что вы вдвоем вернулись сюда, – улыбнувшись ответил вампир. – Слушай, сынок, – в его голосе заиграли отеческие нотки. – Ты свою работу сделал, мы претензий не имеем. Профессионализм мы уважаем. За пацанов конечно немного обидно, хоть они и давно нарывались. Теперь другой молодняк впредь будет аккуратнее, пускай наконец поймут, что чистильщики не просто страшная сказка, – он сделал паузу, – а теперь садись в свою машину и езжай отсюда. Нам ни к чему привлекать к себе лишнее внимание других твоих коллег. Будем считать, что конфликт исчерпан. Только одно условие.

Виктор знал какое оно будет ещё до того, как вампир его озвучил.

– Девушка остаётся у нас, – продолжил полицейский. – Старейшине она нужна и даже не вздумай спрашивать зачем.

– А если я откажусь? – всё с тем же пренебрежением в голосе, спросил Виктор, выкидывая окурок.

Вампир подошёл к кучке пепла, оставшейся от вчерашнего костра, ковырнул золу носком ботинка и раздосадовано вздохнул.

– Меньше всего нам здесь нужен заносчивый чистильщик, – сказал он куда-то в сторону. – Вас и так немного осталось… Ну тогда вариант всего один – мы пустим тебя на корм, – после этих слов полицейский мрачно ухмыльнулся.

Виктор убрал руки в карманы куртки и равнодушно взглянул на своего собеседника.

– Я говорю что-то непонятное, сынок? – от прежнего дружелюбия в голосе вампира не осталось и следа.

– Сколько тебе лет? – спросил его Виктор.

– 143, – вопрос явно был для него неожиданным. – Это имеет значение?

Виктор, ничего не говоря, извлёк из-под воротника куртки овальный потертый медальон с искусным изображением змеи, об вившейся вокруг устрашающего вида косы. Полицейский переменился в лице.

– Ты… – медленно выдохнул он. – Но я думал это всё слухи…

– Ты знаешь кто я, – спокойным тоном сказал Виктор. – Это хорошо. И ты понимаешь, что будет дальше, не так ли?

По лицу вампира пробежала нервная судорога, на лбу выступили капли пота.

– Да, – медленно кивнул он, из кустов за его спиной вышли ещё пятеро, так же одетых в полицейскую форму. – Никогда бы не думал, что встречу самого Жнеца на этой поляне, – обреченно продолжил вампир.

– Ты сказал – что у вас ко мне претензий нет, – равнодушно пожал плечами Виктор. – А у меня к вам есть.

В следующее мгновение вампир, оскалившись уже оказался рядом с ним. Быстро, но недостаточно. Виктор отразил его атаку уйдя влево и нанеся кровососу сокрушительный удар правой в челюсть. В кармане куртки он всё это время сжимал старинный кастет. Полицейский рухнул в траву. Его приспешники не были такими же быстрыми. Виктор напал на них сам. Первому он, перехватив встречный удар, сломал руку в локте и отбросил его в толпу остальных. Это внесло легкую сумятицу, давая ему время извлечь из-за пазухи револьвер. Прогремело пять выстрелов… Сзади уже пришел в себя пришел в себя старший вампир и попытался повторить свою атаку. Виктор не поворачиваясь прострелил ему ногу и вытряхнул дымящиеся гильзы из барабана револьвера. Он неспешно перезарядил свою оружие и повернулся к лежащему в траве вампиру, тихо постанывающему от боли. Пули были не простым свинцом. Виктор подошел ближе и закончил мучения кровососа выстрелом в голову. Алиса всё это время стояла в оцепенении на краю поляны с невидящим взглядом. Её глаза как будто чем-то заволокло. Возможно страх парализовал девушку. Но почему-то Виктору так не казалось.


Поляна как будто бы стала отдельным клочком мира, отгороженным от реальности стеной бледно жёлтого тумана, источающего страх. Самый первобытный и древний из всех страхов – страх смерти. Алиса чувствовала это, чувствовала боль и ужас всех умерших на этом клочке леса с беседкой людей, чувствовала их отчаянье, их горечь и… Ненависть… Фигуры мертвых, бесконечно истекающие кровью из разорванных, глоток кольцом окружили поляну, в их потухших взглядах читалась дикая злоба. «Мертвые не любят живых», – снова эхом раздалось в голове. Но еще больше они ненавидели полицейского, стоящего напротив незнакомца, спасшего её. В этот момент Алиса уже не видела форменной одежды, седых волос, не слышала самоуверенного голоса, остался только чёрный силуэт с оскалившимися зубами, блестящими при каждом его слове. Вокруг спасителя девушки, молчаливо курящего в центре поляны, кружилась зыбкая серая дымка, непохожая ни что из увиденного ей. Он не боялся своего собеседника, где-то даже презирал его, сквозь ткань куртки, девушка заметила, как он сжимает в кармане раскаленный до бела предмет. Её спаситель что-то спросил у вампира, но Алиса не могла расслышать, звуки голосов доносились до неё как из-под воды. Потом достал на свет из-под воротника куртки медальон. Девушку покачнуло от исходящей от безделушки волны теплоты, как и от кулона Алисы в виде золотого дракона, подаренного ей родителями. Тёмный силуэт вампира сжался от увиденного, блестящие клыки вздрогнули, за его спиной возникли ещё пять фигур кровососов. «Тварь… боится?» – удивилась Алиса. Кто же этот незнакомец, раз он вызывает у него такой страх? И тут она услышала одно слово, произнесённое тварью – «Жнец». Мёртвые, окружившие поляну, всё это время безмолвно наблюдавшие за происходящим, возликовали. Им было знакомо это имя, и они знали, что оно значит для вампира. Гул булькающих мёртвых голосов заполнил уши Алисы. Они радовались и жаждали крови, смерти, возмездия. Девушка могла разобрать только отдельные слова, но и те она тут же пыталась забыть, потому-что они буквально сочились злобой.

Для Алисы всё происходило как в замедленной съемке. Старший вампир, не смотря на весь свой страх, стремительно бросился к её спасителю. Но тот оказался быстрее. Раскаленный предмет в его руке прилетел твари прямо в лицо, окрасив тёмный силуэт жёлтой краской, такой же, как и туман вокруг поляны. Пятеро оставшихся как подкошенные рухнули под градом молний из руки её спасителя. Потом незнакомец вернулся к старшему и добил его. Мёртвые уже не стояли вокруг поляны. Они бросились к поверженным вампирам. Раздались пронзительные крики. Жертвы стали палачами. Они буквально выдергивали из ещё теплых тел души вампиров и тут же рвали их на части, оставляя от них только легкий дымок недолго висящий в воздухе над поляной. Алиса не хотела на это смотреть, но не знала, как это прекратить. Не знала, что это за видения и откуда они взялись. И тут в смешавшейся толпе мёртвых она увидела свою семью… Маленький Александр стоял, с хмурым лицом держась за руку мамы, его голова свешивалась набок, тварь убившая его была настолько жадной что почти разорвала ему шею. Папа стоял, понурив голову, когда он на короткий момент поднял свой взгляд, Алиса прочитала в нём всё то же бессилие. Он не простил себя, хоть и не мог тогда ничего сделать. Алису будто пронзило его чувством боли и безысходности. Она хотела заплакать, но не смогла. Мама, по-прежнему обнаженная, почти полностью покрытая коркой засохшей крови, смотрела прямо в глаза Алисе. Губы её шевелились, но девушка не слышала ни одного слова в общей вакханалии беснующихся мертвецов вокруг убитых вампиров. «Я люблю тебя», – неожиданно раздался в голове такой родной и тёплый мамин голос, – «уходи отсюда с Виктором. Он сможет защитить тебя. Живи дальше… Без нас… Не нужно больше боятся, солнце моё… Уходи и не возвращайся… Мёртвые не любят…», – голос оборвался вместе с расступающимся туманом. Видение покидало Алису. Щёки были влажными от слёз, она всё-таки заплакала, но даже не почувствовала этого. На миг в глазах всё потемнело и мир снова вернулся к ней. Деревья тихо шуршали своими раскидистыми кронами поддаваясь лёгкому ветерку, щебет птиц в листве, яркое солнце, слепящее глаза. Алиса сжимала в руке кулон в виде золотого дракона, подарок родителей, всё так же висящей у неё на шее. Она сама не помнила, как вытащила его. Незнакомец стоял напротив неё и внимательно смотрел ей глаза. Во рту у него дымилась очередная сигарета.

– Что ты видела? – спросил он после короткой паузы.

Алиса вытерла слёзы рукавом своей кофты.

– Я… – её голос был растерянным. – Я не знаю…

Незнакомец глубоко затянулся сигаретой, выдохнул облако едкого дыма и продолжил:

– Но ты же знала кто этот полицейский. Как? – его тон был всё таким же спокойным, как и прежде.

– Я… – Алиса не знала, как правильно описать всё увиденное. – Просто увидела его. Чёрную тень с клыками. Темнее чем те четверо вчера. Он был и раньше на этой поляне убивал людей… – она осеклась, в голове возникли вчерашние видения.

– Тень с клыками? – мужчина задумался. – Больше ты ничего не видела?

– Их жертв… – голос Алисы дрожал. – Всех, кого они тут сожрали… В этом жёлтом тумане из страха…

– Нужно уходить отсюда, – сказал незнакомец, выбрасывая окурок. – Тебе нельзя здесь находится.

Он аккуратно взял Алису под руку и повел прочь с этой злосчастной поляны. Через пару минут они уже ехали по дороге в сторону города.

– Я не хочу туда возвращаться, – тихо сказала Алиса, поняв куда они направляются.

– Придется, – ответил ей незнакомец. – Нужно закончить начатое.

Тут девушка вспомнила имя, напугавшее вампира на поляне.

– Он назвал вас… Жнец? – спросила Алиса.

Её спаситель поморщился.

– Это прозвище… – он явно был не в восторге. – На самом деле меня зовут Виктор.

Алиса судорожно сглотнула комок в горле, образовавшийся у неё после того как он представился. Именно о нём ей говорила мама, там на поляне…

– Всё в порядке? – спросил Виктор, прервав её оцепенение.

– Да… – голос девушки не прозвучал уверенно. – Да, извините, – уже с большей уверенностью.

– Тогда перестань называть меня на «вы», – ответил Виктор и снова закурил, приоткрыв окно.

– Хорошо… – Алиса слегка замялась, – Виктор…

Он одобрительно кивнул. Остальную часть дороги до города они провели в полном молчании, погруженные каждый в свои мысли.


Этот городок больше не казался Алисе таким очаровательным. Весь провинциальный шарм выветрился всего за одну ночь. Серые угрюмые дома, слепо смотрящие на дорогу, глазницами занавешенных окон. Хмурые люди на улицах, спешащие по своим маленьким делам. Грязные вывески магазинов и редких кафе. В Алисе что-то изменилось. И это «что-то» не было скорбью по родным, однако оно сняло пелену с её глаз. Теперь девушка видела всё фальшивое нутро этого города, прячущееся за оболочкой провинциального обаяния. Лживые улыбки людей на улицах, притворный смех и… страх… Весь город был объят жёлтым туманом. Он сочился из его грязных подворотен, окон домов, из людей. Всё тот же туман что и в лесу, на той поляне, только не такой густой. Теперь Алиса могла его разглядеть, даже из окна их машины, неспешно катящейся по тихим улочкам.

– Что ты видишь? – раздался голос Виктора, прервав её видения.

– Они боятся, – тихо ответила Алиса. – Здесь повсюду их страх…

– Скоро это закончится, – его голос был спокойным и уверенным. – Где ты живешь?

Алиса моргнула, отгоняя остатки видений.

– Это уже не важно, – ответила она.

– Тебе нужно собрать вещи, – всё тем же спокойным тоном продолжил Виктор. – Здесь тебе оставаться больше нельзя. Да ты и сама не захочешь. Придется взять хотя бы одежду. Не будешь же ты всё время ходить в этом?

Он был прав. Вся походная одежда Алисы была грязной и рваной, после ночной пробежки по лесу. Да и ей самой не мешало освежится. После событий этой ночи, мысль о тёплом душе показалась девушке какой-то фантастической. Алиса вздохнула.

– Здесь налево, – сказала она Виктору, направляя его в сторону её дома.

Спустя минут десять машина остановилась во дворе, рядом с большой детской площадкой. Ещё недавно Алиса размышляла о том, как здесь понравиться её младшему брату. Для девушки с того момента как будто бы прошла целая вечность. Сейчас Алиса стояла напротив двери, ведущей внутрь многоквартирного дома, в который они буквально на днях заселились всей семьей, и сжимала в руках ключ от домофона, не в силах открыть её. Алиса знала, что дома ещё не выветрился запах маминого кофе и булочек, что на полу кухни стоят металлически миски с надписью: «Тоби». То тут, то там она увидит разбросанные игрушки младшего брата, а в прихожей на вешалке так и остался папин пиджак, пропитанный запахом его бессменного одеколона. Алиса знала обо всём этом и потому мешкала. Слишком много воспоминаний… Образ её мертвых родителей, в толпе призраков на той поляне, всё еще стоял у неё перед глазами и это отнюдь не добавляло решимости.

Виктор подошёл к ней и мягко забрал ключи из её рук, после чего направился к двери. Домофон пронзительно пискнул, впуская их внутрь. Алиса побрела наверх по лестнице к дверям своей квартиры. Виктор терпеливо шёл следом. Поднявшись на нужный этаж Алиса развернулась к мужчине.

– Дальше я сама, – сказала она, забирая у него ключи. Голос немного дрожал.

Виктор кивнул, отошёл к стене, прислонился к ней и закурил. Алиса вставила ключ в замочную скважину и повернула. Раздался глухой щелчок, она потянула ручку на себя и торопливо зашла внутрь, захлопнув за собой дверь и оставшись наедине сама с собой в тишине пустой квартиры. И тут вся её скорбь накатила на неё… Алиса прислонилась спиной к двери и медленно сползла на пол. Обняв колени, она тихо заплакала. Больше ничто уже не будет как прежде – не будет семейных завтраков, мама больше не расчешет её волосы утром, она не услышит больше папиных шуток, не увидит, как её брат пойдёт в школу, Тоби больше не лизнёт её в лицо, приходя с очередной прогулки. Все они остались там в лесу, не вернулись с того пикника в честь её дня рождения. Были убиты… Стали частью той толпы призраков, погибших на той поляне… Даже их тела кто-то забрал…

Виктор, стоя за дверью, слышал плач Алисы. Он не собирался её прерывать и уж тем более торопить. Девушке нужно было оплакать свою утрату. Виктор знал, что ей пришлось увидеть гибель всей своей семьи и видел, как стойко она держалась почти всё время с самого начала их встречи. Оставалось ещё понять, как Алисе удавалось видеть мёртвых на той поляне. Но это позже, сначала нужно завершить дела с местной Общиной. Плач за дверью стих, а Виктор всё продолжал обдумывать дальнейший план действий, куря одну сигарету за другой. Нужно было сделать всё быстро и точно. Как и всегда.

– Молодой человек, у нас не курят, – раздался чей-то мужской голос, отрывая его от раздумий.

Одна из соседних дверей была открыта и на пороге стоял невысокий толстоватый мужчина с лысой головой и подозрительным взглядом осматривал Виктора, совсем потерявшего счёт времени утонув в своих расчётах.

– Вы к кому-то пришли? Или кого-то ждёте? – не унимался лысый.

Виктор молча затушил сигарету и спрятал окурок в карман. Лишние скандалы с жильцами этого дома ему были ни к чему.

– Что-то я вас раньше здесь не видел, – лысый подошёл ближе, внимательно осматривая Виктора. – Вы приезжий?

Его любопытство немного раздражало. Виктор пригляделся к нему. Вампиром этот мужчина не был. Просто любознательный гражданин?..

Позади лысого открылась дверь в квартиру Алисы. На пороге стояла она сама, переодевшаяся в легкую белую куртку и обтягивающие джинсы, на ногах красовались новые чистенькие кроссовки. Ещё немного влажные после душа светлые волосы она стянула в хвост на затылке. Её глаза ещё были слегка красные от слёз, но в целом выглядела девушка изрядно посвежевшей. В руках Алиса держала небольшую дорожную сумку. Увидев лысого мужчину её лицо дрогнуло.

– Ты… – выдохнула Алиса.

Услышав голос девушки, глаза лысого округлились, подбородок испуганно дёрнулся. Он явно не ожидал такого. Виктор всё понял без лишних слов. Он схватил лысого одной рукой за горло и с силой припечатал к стене. Мужчина пытался сопротивляться, но делал это очень вяло и не умело.

– Как вы могли?! – в голосе Алисы промелькнули нотки ненависти.

– Они? – вопросительно поднял бровь Виктор.

– Они нас заманили туда, – ответила девушка. – Четверо ублюдков обещали им какую-то награду.

– Я задам тебе всего один вопрос, – Виктор смотрел лысому прямо в глаза, всё так же держа его за горло. – Где мне найти Старейшину?

Мужчина сразу обмяк в его руках. Он уже не сопротивлялся, а просто стоял, опустив глаза.

– Как?.. Почему ты живая?.. – промямлил лысый. – Тебя не должно здесь быть…

Алиса влепила наотмашь влепила ему пощечину… Потом ещё одну… Следом ещё… Лысая голова только безвольно дергалась из стороны в сторону от каждого удара. В какой-то момент Виктор поймал руку Алисы на замахе. Девушка обернулась, на щеках снова блестели слёзы, а в глазах полыхала неприкрытая ненависть. Виктор покачал головой.

– У него вряд ли был выбор, – сказал он Алисе, отпуская её руку.

Лысый поднял голову. Губа у него была разбита, из носа сочилась тонкая струйка крови. Алиса явно не жалела сил.

– Я расскажу… – сказал он. – Всё что знаю. Только давайте уйдём отсюда.

После этих слов он медленно побрел в сторону открытой двери в свою квартиру, по пути вытирая краем своей футболки кровь с лица. Виктор с Алисой последовали за ним. Лысый закрыл за ними двери и пошаркал на кухню, где буквально рухнул на стул, стоящий возле окна.

– Угостите сигаретой, – попросил он, охрипшим голосом.

Виктор достал из кармана пачку и протянул ему.

– Десять лет как бросил курить, – усмехнулся лысый, подкуривая сигарету, – а тут такое…

– Рассказывай, – оборвал его Виктор.

– Не лезьте туда – мой вам совет, – лысый глубоко затянулся и сразу закашлялся.

– Я не за советами пришёл, – непреклонным тоном ответил Виктор.

Лысый выдохнул густое облако дыма и прикрыл глаза от удовольствия.

– Как же мне этого не хватало… – он ещё раз затянулся, – тогда начну сначала, чтобы ты понял, что – чтобы ты не задумал это будет гиблое дело.

И лысый рассказал всё что помнил. Примерно пять лет назад в город приехал новый глава администрации. Ещё тогда всем показалось странным, что это человек со стороны. Обычно эту должность занимали местные шишки с горнопромышленного комбината, за счет которого этот город и выживал, и вокруг которого и был построен. На этом странности не закончились. Новый глава администрации приехал вместе со всей своей семьёй. И вроде бы всё логично, но складывалось впечатление что он привёз всю свою родню вплоть до пятого колена. Бабушки, дедушки, двое сыновей, три дочери, жена, двоюродные и троюродные родственники и их дети. Все взрослые – от двадцати лет и старше. Человек пятнадцать не меньше. Городок маленький и слухи разлетаются быстро, однако никому так и не удалось узнать откуда они все приехали и чем занимались до этого. Люди продолжали судачить, до тех пор, пока под руководством нового главы администрации не начались перемены. Открывались центры для молодёжи, кинотеатр, закрывшийся лет пятнадцать назад, отремонтировали и там снова начались кинопоказы. В местную больницу закупили современное оборудование, по всему городу начали открываться новые магазины и кафе. Старые дома реставрировались, улицы облагораживались. Откуда новый глава администрации привлекал такой поток инвестиций – одному Богу известно. Но люди после этого были готовы носить его на руках. Все благополучно забыли про сплетни касательно его семьи и его самого. Но это были далеко не все перемены…

Вскоре сменился городской начальник полиции, а вместе с ним и весь штат полицейских, вплоть до самых низших чинов. Все до единого были приезжими. На это уже внимания никто не обратил, тем более что уволенные местные полицейские сами были рады отдать свои места, как они выражались – более квалифицированным коллегам. Следом за полицией начало меняться правление комбината. Весь совет директоров градообразующего предприятия, буквально за пару месяцев, сменился на очередную порцию приезжих. Большинство жителей города и старых то начальников комбината в глаза не видело, так что и этому никто не удивился. И буквально, за пару лет, все мало-мальски значимые должности в городе перешли в руки пришлых людей. Кое-кто начал задавать вопросы… Первым стал журналист местной газеты. Он заметил странные перемены в правлении городских структур и пошёл напрямую к главе администрации. Больше его никто не видел, как и его жену с двумя детьми. Прошёл слух, что он получил предложение работы в крупной газете и переехал. Следующим стал один из местных следователей, вернувшийся из долгой командировки. По приезду ему выразили благодарность за верную службу и сообщили что больше в его услугах местное управление полиции не нуждается. До сих пор непонятно почему этот следователь не остался доволен, как все остальные уволенные из управления, и почему он начал копать информацию на нового шефа полиции и главу администрации. Никто так и не узнал, что ему удалось выяснить, потому-что он тоже пропал. Число любопытных неуклонно продолжало расти, как и количество пропавших без вести. По городу начали расползаться слухи про связь нового главы администрации с организованной преступностью.

Последней каплей стало открытие большого ночного клуба на окраине города с броским названием «Склеп». Заведение было оборудовано по последнему слову техники и приманивало своими яркими огнями местных молодых парней и девушек. И все снова затихли. Громкие имена приглашенных в клуб звёзд и его неоновые огни, на какое-то время заставили забыть о всех странностях. А потом… Потом некоторые из завсегдатаев «Склепа» перестали возвращаться домой. В основном это были совсем юные парни и девушки. Позже их стали замечать по ночам, слоняющимися по улицам толпой. Своих родных и близких они не узнавали (или делали вид?), и просто проходили мимо. На этот раз жители всполошились и организовали пикет на площади возле здания администрации, с требованием закрыть клуб. И вот тогда всё и произошло… Глава администрации вышел к толпе протестующих вместе с частью своей семьи, выходы с площади, незаметно для всех, оцепила полиция. И он всё объяснил… Рассказал, что теперь их город во власти общины вампиров, и что если они хотят и дальше спокойно жить, и процветать, то им стоит сотрудничать. Естественно ему никто не поверил. Вампиры? Да это же страшные сказки! Тогда им всё наглядно продемонстрировали, растерзав пару людей прямо на глазах у толпы. И тут было началась паника, но крик главы администрации всех остановил. Неизвестно почему, но все повиновались его властному голосу. Когда толпа затихла, он поведал что он Старейшина этой общины вампиров и что любой, кто угрожает её безопасности будет убит, но если жители города готовы сотрудничать, то им ничего не угрожает. Никто больше не будет пропадать без вести, и все будут возвращаться домой из «Склепа», а сама администрация будет по-прежнему не покладая рук трудиться на благо горожан.

После этого многое изменилось. Всех несогласных – кого внушением, кого простым запугиванием заставили подчиниться воле Общины. Многие жители, в страхе за свою жизнь и жизни близких, были готовы сами пресекать все отчаянные попытки любых смельчаков противостоять вампирам. Толпы молодежи, гуляющие по городу по ночам, оказались новообращенными кровососами. После того как вскрылась вся правда об Общине, вести они себя стали слишком вызывающе, чувствуя своё превосходство над обычными людьми. Брали что хотели, грубили, иногда, потехи ради, кого-нибудь избивали до полусмерти. Перечить или мешать им запрещалось. Правда после пары жалоб, избиения прекратились. Старейшина даже прилюдно отчитал молодых кровососов за их поведение. Но ни смотря ни на что, по сути, всё сотрудничество с Общиной заключалось в том, чтобы сидеть тихо. По вечерам – люди боялись выходить из дома, днём – стороной обходили любые места скоплений вампиров, детей больше не выпускали играть во дворы и на детские площадки, каждый спешил домой с работы чтобы не задерживаться на улице. Немало было и тех, кто, бросив всё, сбежал из города. Их никто не останавливал. За пару недель город погрузился в пучину страха.

Видимо таков и был план Старейшины. Не внушением, а страхом заставить город подчиниться. Чтобы люди не просто безвольно следовали его указаниям, чтобы ЗНАЛИ кто он на самом деле. Чтобы страх за свою жизнь сковывал их по ночам, чтобы знание того что милостивый господин в администрации может одним словом перевернуть их мирное существование заставляло их молчать. Да и кто поверит в сказки про вампиров? Конечно были и те, кто подчинился Общине добровольно – стали глазами и ушами Старейшины в городе. Вампиры щедро вознаграждали повиновение. Деньги у Общины водились немалые, поэтому люди, прислуживающие им, быстро обогащались. Высшей же наградой было обращение в вампира. Численность Общины начала неуклонно расти.

Буквально за какой-то год, вампиры стали привычными, стали частью города. Бояться их не перестали, нет. Просто горожане научились жить с этим страхом. Стали смиренными. Старейшина держал своё слово, и никто из жителей больше не пострадал от рук вампиров, а сам город продолжал развиваться. Простому обывателю этого было достаточно. Ну и подумаешь вампиры? Страшновато, но жизнь в городе то налаживается. А потом началась Охота…

Первыми жертвами стала семья одного работяги, приехавшего на заработки. Горнопромышленный комбинат, давший ему работу, великодушно предоставил ему так же и квартиру в недавно отстроенном доме. Его соседями стала пара прислужников Общины. Через несколько дней новые соседи, под давлением вампиров, выманили этого работягу вместе со всей его семьей из пяти человек на приснопамятную поляну в окрестном лесу, где их и выпотрошили молодые кровососы. Тогда это ещё было похоже на какую-то извращенную версию охоты, потому-что гипнотическим внушением из вампиров-сопляков никто не обладал, поэтому они попросту загоняли своих жертв, выматывая их. И когда жертвы окончательно выдыхались они настигали их, разрывали им глотки и жадно высасывали всю кровь. Это только было похоже на охоту. У обычного охотника всегда есть шанс упустить свою добычу. У простого человека возможностей уйти от вампира нет. Ни единой.

Общине вошла во вкус с первого раза и стала заманивать предложениями о высокооплачиваемой работе на местном комбинате всё больше новых людей. Приглашали обычно тех, кого вряд ли кто хватиться – бывших сирот, иностранцев, или просто тех, у кого почти не осталось родни. Тех, кого не будут искать. И тут в сотрудничество с Общиной горожан вошло немыслимое – выманивать приезжих на верную смерть в лес. Старшие вампиры могли без особых усилий делать это гипнозом, но Старейшина хотел, чтобы жители города таким образом проявляли свою верность. Да и нападать на ничего не подозревающих жертв молодым вампирам было куда веселее, чем убивать покорных марионеток под внушением. Многим горожанам это не нравилось, но повиновение Общине вознаграждалось. Щедро вознаграждалось… Поляна для пикника стала загоном для убойного скота, а жители города заводили этот скот внутрь и закрывали ворота, с другой стороны. Некоторые не смогли жить с таким грузом вины за чужую смерть на плечах и по городу прокатилась волна суицида… Но спустя ещё один год и это стало привычным. Подумаешь, пару раз в месяц из окрестных лесов раздаются истошные крики жертв, бьющихся в предсмертной агонии. Главное, что мы все в безопасности, покуда слушаемся Старейшину. Ведь так?..

Семья Алисы стала очередной жертвой. Схема была уже отлажена. Место в правлении комбината для её отца, просторная квартира в уютном районе. Роль выманивающих в этот раз выпала чете Ройзманов, которые долго пытались оставаться в стороне от дел Общины и им это даже удавалось. Но у них был единственный сын, который жил и работал в столице, иногда приезжая навестить своих родителей. В телефонном разговоре с одним из вампиров Ройзману-старшему ненавязчиво об этом упомянули, безмолвно намекая на последствия его неповиновения.

– Мне жаль… – понурив голову, закончил свой рассказ Ройзман. Он уже почти выкурил всю пачку сигарет, которую дал ему Виктор.

Алиса молчала. Она даже не смотрела в его сторону.

– То есть Старейшина в здании мэрии? – спросил Виктор Ройзмана.

– Большую часть времени, – кивнул мужчина. – Что вы собираетесь делать? Зачем вам это знать?

– Вы долго живёте рядом с вампирами, – Виктор выудил сигарету из изрядно похудевшей пачки и закурил. – И скорее всего слышали об чистильщиках.

– Слышал, – Ройзман тоже закурил. – Это те, кто охотится на вампиров? Я знаю, что сюда даже пару раз такие заезжали. И их тоже больше никто не видел.

– Те, кто убивает вампиров, если они нарушают правила, – поправил его Виктор. – И это касается не только вампиров.

– А есть ещё кто-то кроме них? – глаза Ройзмана округлились.

– Вам этого лучше не знать, – Виктор поднялся со своего места. – Нам пора, – повернувшись к Алисе продолжил он. Девушка по-прежнему молчала, видимо переваривая всё услышанное от Ройзмана.

– Стойте! – уже в дверях настиг их окрик лысого хозяина квартиры.

Виктор повернулся.

– То есть вы хотите убить Старейшину? – голос Ройзмана был немного взволнованным и испуганным.

Виктор ничего не ответил и вместе с Алисой вышел за дверь, захлопнув её прям перед носом у лысого мужчины, оставив того стоять одного в недоумении и растерянности.

– Ты ведь правда убьёшь этого Старейшину? – тихо спросила его Алиса, спускаясь следом за ним по лестнице.

– И всю его Общину, если понадобиться, – спокойно ответил девушке Виктор.


Виктор остановил свою машину прямо перед входом в здание мэрии. Оно представляло из себя небольшую двухэтажную кирпичную постройку светло-коричневого цвета. Рядом со входом, на высоких столбах, обычно развивались флаги страны, но здесь их не было. Община не подчинялась никому и решила даже так это продемонстрировать. На парковке неподалеку стояла целая вереница дорогих авто, видимо принадлежавших приближенным Старейшины, занявшим все руководящие места в городском правлении. Виктор это было только на руку.

Алиса же видела всё окружение немного по-другому. Жёлтый туман, окутывавший город, высокой стеной окружал мэрию. Густой и плотный, даже на поляне он не был таким насыщенным. Но территория самого здания была не тронута. Туман создал почти идеальное кольцо вокруг мэрии, создавая своеобразный глаз бури во всём этом грязно-жёлтом безумии. Всё было просто – Община никого не боялась. Они чувствовали себя хозяевами этого маленького мира кошмара, который они создали в этом несчастном городе. А Старейшина был их местным божком. Вокруг самой мэрии стояла чёрная дымчатая аура, голые столбы возле входа превратились в блестящие клыки, а оконные проёмы будто налитые кровью глаза впились хищным взглядом в дерзнувшую посмотреть на них Алису. Девушка тряхнула головой отгоняя видения, которые становились всё более привычнее и привычнее, но она уже перестала их бояться.

– Что ты собираешься делать? – тихо спросила она у Виктора. – У тебя есть какой-то план?

– Он мне не нужен, – ответил он. – Нам и так уже повезло, – Виктор кивнул головой в сторону кучи припаркованных автомобилей возле мэрии. – Так что всё произойдёт быстро.

– Ты собираешься просто так туда войти? – спросила девушка.

Ответа она не услышала. Холодная спокойная решимость в тёмно-зеленых глазах Виктора сказала ей всё без слов. И тут Алиса поняла, что ей больше не страшно. Рядом с этим странным мужчиной в чёрном, по прозвищу Жнец, она чувствовала себя защищенной. Одному Богу известно почему.

Виктор вышел из машины и открыл багажник. У него в руках появился длинный брезентовый свёрток и потёртый дробовик. Захлопнув крышку багажника Виктор уверенным шагом направился в сторону входа в здание мэрии. Алиса поспешила следом за ним.

На первом этаже за стойкой приемной их встретила миловидная девушка, немногим старше Алисы. Она была человеком. Вид вооружённого Виктора её явно сильно испугал, но она всё равно выдала дежурную фразу слегка дрожащим голосом:

– Чем могу помочь?

– Мэр у себя? – как ни в чем не бывало спросил Виктор.

– Вам назначено? – стоило отдать должное её стойкости, хоть она уже и была готова сбежать из-за стойки куда глаза глядят. – Если так, то вы можете подождать здесь. Господин мэр в данный момент проводит совещание.

Виктор не удостоил её ответ особым вниманием и двинулся к лестнице на второй этаж. Девушка за стойкой медленно опустилась на свой стул, дрожа всем телом, и схватилась за телефонную трубку.

Здание было небольшим. Спустя пару минут неспешных поисков Виктор с Алисой уже стояли напротив закрытой двери кабинета главы администрации, за которой слышались приглушенные голоса. Раздался громкий треск. Мощный удар ногой вырвал дверь с петель, впуская их внутрь. За длинным дубовым столом сидело человек двадцать в высоких кожаных креслах. Виктору действительно повезло и тут собрался весь цвет Общины – старшие вампиры. Вальяжные и бесстрашные, считающие себя вершиной пищевой цепочки в этом городе. Весь важный вид сидящих испарился от одного взгляда на Виктора, возникшего в дверном проёме, сменившись удивлением. Они ещё не представляли, что их ждёт…

– Чем обязаны? – раздался с другой стороны стола чей-то невозмутимый голос, с легким неуловимым акцентом.

Это был Старейшина. Высокий импозантный мужчина, одетый в дорогой итальянский костюм тройку, темноволосый, с посеребренными сединой висками и аккуратными усиками на лице. Эдакий гангстер их двадцатых годов. Только без шляпы и автомата Томпсона.

Виктор без лишних слов открыл огонь из дробовика. Первые мощные выстрелы разнесли головы ближайшим пяти кровососам, густо орошая красными каплями и ошметками мозгов светлые стены кабинета, стол и сидящих рядом. Остальные среагировали моментально. Хищный оскал, чёрные глаза, ловкие и быстрые, как тени они бросились к нападавшему. Старейшина лишь нахмурился и сложил руки на груди, оставаясь сидеть на своём месте. Прогремело ещё несколько выстрелов. Четверо вампиров рухнуло с развороченным дробью животами так и не добежав. Виктор отступил назад, выталкивая Алису обратно в коридор и одним умелым движением освободил свой меч из брезентового свертка. Засвистел рассекаемый сталью воздух. Алиса, будучи сторонним наблюдателем, не могла уловить всего происходящее, настолько молниеносной была схватка. Меч Виктора, оставляя за собой красный кровавый след в воздухе кромсал наступающих на него кровососов. По полу покатились головы и отрубленные конечности. Стены кабинета начали напоминать картину в стиле экспрессионизма, выполненную исключительно в красных тонах… Вскоре всё было кончено. Последний вампир рухнул к ногам Виктора, рассеченный от плеча до самого пояса. Пол в кабинете стал скользким от крови. Старейшина ещё не был древним вампиром, но был близок к этому. Он за секунду очутился рядом с Виктором и нанёс ему мощный удар в висок. И промахнулся… Сжатая в кулак рука Старейшины ударила пустое пространство перед собой и сразу упала на пол, отсеченная Виктором. Вампир не издал ни звука и не теряя времени попытался нанести удар другой рукой. За что получил пинок стопой в диафрагму и был отброшен к стене. В глазах Старейшины мелькнуло удивление и страх. Алиса моментально уловила это. Тварь не ожидала получить такой отпор. Виктор опустил клинок, ожидая следующую атаку. Старейшина со звериным рыком бросился на него. Виктор снова увернулся и умелым ударом подсек ноги вампира. Старейшина с гулким стуком упал на залитый кровью пол кабинета. На его лицо сразу же несколько раз опустился тяжелый армейский ботинок Виктора, дробящий все зубы, ломающий нос и скулы вампира. Старейшина попытался ухватиться уцелевшей рукой за ногу мужчины, но клинок тут же отрубил её. Старый кровосос остался безвольно лежать на полу, тяжело дыша. Виктор схватил его за грудки и грубо поднял на ноги. Лицо вампира превратилось в кровавое месиво, из которого на чистильщика с бессильной ненавистью таращился единственный уцелевший глаз.

– Да кто ты такой?! – прохрипел Старейшина.

– Шагай, – с присущим ему спокойный тоном ответил Виктор и толкнул вампира в сторону двери.

На выходе из здания их уже ждали несколько полицейских машин и небольшая толпа взволнованных горожан из ближайших домов, привлеченная звуками выстрелов. Кровососы в форме уже было приготовились к атаке, но увидев расквашенное лицо Старейшины застыли на своих местах в растерянности. Толпа за ними тихо ахнула. Виктор ударил Старейшину по ногам, поставив его на колени и взглянул на собравшихся. Алиса тихонько встала за своим спутником.

– Вы уходите, – обратился он к вампирам. – И не возвращаетесь. Ваша Община больше не существует.

– Да кто ты такой?! – снова бессильно взревел Старейшина.

– Я тот, кого вы называете Жнецом, – Виктор поморщился от произнесенных слов.

После этих слов Старейшина зашелся диким хохотом, а вампиры возле полицейских машин попятились. Им было знакомо это прозвище.

– Вы уходите из этого города, – вновь сказал Виктор вампирам, – или я за вами вернусь, – он не угрожал, он констатировал факт, и кровососы это поняли. За спокойным голосом Виктора крылась сила, которую они ощущали и которой боялись.

Смех, стоящего на коленях Старейшины, сменился кашлем. Виктор поднял его с земли и двинулся к своей машине. Алиса тенью последовала за ним. Вампиры, опустив головы, расступились перед ними. Кровососы даже боялись поднять глаза. Виктор, не обращая на них никакого внимания, открыл багажник своего седана и без особых церемоний затолкал внутрь Старейшину.

– Что вы с ним сделаете? – раздался чей-то голос из толпы. Вопрос сразу подхватили остальные любопытные. Вампиры, к этому времени уже разъезжались от здания мэрии.

Виктор не ответил и уселся за руль. В этот раз Алиса села рядом с ним на пассажирское. Виктор завел мотор и, разгоняя толпу зевак, покинул площадь перед мэрией. Он мог бы убить Старейшину на месте, но этот вампир заслуживал нечто другое… Минут через десять машина покинула город и поехала в сторону окрестных лесов.


Старейшина догадался, что его ждёт, как только Виктор открыл багажник. Алиса заметила, как жёлтая дымка страха начала окружать покалеченного кровососа. Виктор одной рукой выдернул Старейшину из багажника, поставил его на землю и ткнул ножнами своего меча, который держал в другой руке, в спину между лопаток, направляя его в сторону леса:

– Шагай.

– Только не туда! – взмолился вампир, от былой невозмутимости не осталось и следа.

– Шагай, – тон Виктора был непреклонен.

Вампир повиновался и медленно поплелся вперед.

Через пару минут они снова были на поляне. Алиса с облегчением отметила, что в этот раз видения не обрушились на неё. Хотя стойкое ощущение страха, пропитавшего каждый сантиметр этого места, волнами накатывало на девушку. Старейшина вышел в центр поляны и остановился, оглядывая трупы полицейских, так и лежащие в разных её частях.

– Прошу тебя! – снова взмолился он. – Только не здесь! Я расскажу тебе всё что хочешь! Дам всё что пожелаешь! Только не убивай меня ЗДЕСЬ!

– Зачем вам была нужна эта девушка? – спросил Виктор.

– Я расскажу! Всё расскажу! – затараторил Старейшина. – Она особенная. Мы искали её восемнадцать лет. Точнее мой бывший Клан, пока меня не изгнали. Её мать спрятала её перед своей смертью, чтобы никто не смог ей воспользоваться. Но мне повезло, и я нашёл её первым, чтобы эти ублюдки из правления Клана утерлись на хер.

– Воспользоваться? – Виктор вскинул бровь.

– Ты ещё не понял? Или она ещё не пробудилась? – вампир был в лёгком замешательстве. – Она сильный медиум-эмпат. Видит эмоции, видит события, видит мёртвых…

Выстрел из револьвера прервал рассказ вампира, раскурочив ему полголовы. Старейшина упал прямо в оставшуюся от многочисленных костров золу, подняв в воздух лёгкое облачко чёрной пыли. В голове Алисы моментально раздался истошный вопль. Мёртвые добрались до души вампира и не собирались расправляться ней быстро, как было с полицейскими. Они хотели вкусить его страданий, его боли, его страха… Алиса инстинктивно схватилась за свой кулон в форме дракона, и тёплая волна ощущения материнской любви заглушила все крики. Виктор заметил это.

– Пора уходить, – сказал он.


Спустя приблизительно час, Алиса, сидящая в машине рядом с Виктором, повернулась к нему. За окном пролетали деревья и дорожные указатели, злосчастный город, принесший ей только боль и потери, был уже далеко. В прошлой жизни… Девушка понимала, что теперь всё будет по-другому. Совсем.

– Медиум-эмпат? – спросила она Виктора.

– Я тоже не знаю, как это понимать, – не отвлекаясь от дороги ответил он.

Загрузка...