Наталья Перфилова Я покупаю эту женщину

Глава 1

– Хватит дрыхнуть, поднимайся давай.

– Отвали. – Ольга, не открывая глаз, натянула одеяло на голову.

– Я сказал, вставай! – В голосе отчима сквозило явное раздражение. – Сколько можно испытывать наше терпение? – Мужчина резко сдернул с Ольги одеяло.

– Ты чего, совсем одурел, что ли?! – Девушка вскочила. – Иди из моей комнаты на фиг, понял? Что тебе от меня надо? – Она вырвала одеяло из рук отчима и снова улеглась на диван, демонстративно повернувшись спиной.

– Опять всю ночь шлялась? – продолжал наступать мужчина. – Сколько можно?!

– Я тебя не трогаю, – лениво отозвалась Ольга, – тебе-то какая разница? Неужто волновался, папаша?

– Я не позволю тебе превращать наш дом в притон! Если хочешь здесь жить, будь добра соблюдать элементарные правила приличия! Тебе только-только шестнадцать исполнилось, а ты уже позволяешь себе не приходить домой ночевать!

– Слышь, хватит орать. Голова болит от воплей. Можно подумать, тебя хоть немного колышет, где я и с кем…

– Хоть бы мать пожалела, – брезгливо поморщился мужчина. – Думаешь, ей приятно, что у нее такая дочка растет…

– Какая?! – Ольга резко села. – Ну, какая?!

– Потаскуха! – Слова отчима прозвучали резко и хлестко, как пощечина. – Какой пример Маше подаешь, подумала?

– Вот ты о своей доченьке и думай, а я уж как-нибудь о себе. Ладно? Обо мне-то подумать некому… Короче, сваливай давай из моей комнаты и спать не мешай.

Ольга снова легла и закрыла глаза. О сне, конечно, речи уже не шло. «Вот гад! – зло подумала она. – Нашел время привязаться…»

– Лена! Иди послушай, как твоя дочка со мной разговаривает! – возмущенно воскликнул отчим.

– Ну, что вы опять не поделили? – горестно вздохнула появившаяся в дверях женщина. – Что ты так кричишь, Олег, с самого раннего утра?

– Да какое раннее, Лена! Все нормальные люди встают уже, кто на работу, кто на учебу, а твоя обожаемая Олечка только-только с гулянки явиться изволила.

– Вот и шел бы на свою работу, – проворчала девушка. – А то орет тут как резаный.

– Ну, слышишь, Лена, как она со мной разговаривает! – Голос Олега звучал почти торжествующе. – А ты все время говоришь, что я придираюсь…

– Не надо, Олег… Давай потом поговорим.

– Потом… потом… – раздраженно отозвался мужчина. – Когда потом-то, Лена? Раскрой глаза, ты уже все, что можно, в воспитании своей дочери упустила. Она давно не только меня, но и тебя ни во что не ставит! Что ты за мать такая! А у нас ведь еще Машка растет, какой пример она каждый день перед глазами видит? Чему ее может такая сестрица научить?! Я уже сомневаться начинаю, глядя вот на эту… – он снова брезгливо поморщился, – чему ее ты можешь на учить…

Елена вздрогнула, когда за ее спиной резко и громко хлопнула дверь.

– Слава богу, свалил. – Ольга подтянула колени к подбородку и обхватила их тонкими длинными руками. – Разорался тут…

– Господи! Ну как же я устала… – Елена присела на краешек стула, заваленного снятой впопыхах Олиной одеждой. – Когда все это кончится… – Она тихо заплакала.

– Мам! Ну, мам… ну чего ты… – Ольга смущенно подскочила к ней и обняла за плечи. – Не обращай ты внимания, пусть болтает что хочет… Наплюй и забудь. Мы-то с тобой знаем, что ты самая лучшая и самая добрая мамочка на свете!

Лена аккуратно высвободилась из объятий дочери и поднялась. Вытерев глаза тыльной стороной ладони, она печально посмотрела на Ольгу.

– Он прав. Я никудышная мать… – Лена помолчала, собираясь с мыслями, потом вздохнула: – Нам нужно серьезно поговорить с тобой, Оля… Так больше продолжаться не может. Мы все уже на пределе. Еще немного, и Олег просто уйдет…

– Ну и фиг с ним, – сердито отозвалась Ольга. – Подумаешь! Без него как-нибудь проживем…

– Как-нибудь, конечно, проживем. Только я не хочу как-нибудь, – холодно заметила Лена. – Ты уже не маленькая девочка, Оля, и должна понимать, что семья без мужчины – это и не семья вовсе, а так… Я не хочу жить одна!

– Мам, да ты что, как это одна!.. – не слишком уверенно воскликнула девушка. – Ты у меня красавица! Да ты сотню таких Олегов еще найдешь… в сто раз лучше даже…

– Мне не нужно сто. И лучше не надо. – Лена внимательно посмотрела на дочку и отвела глаза. – Я люблю Олега, а он меня… У нас семья, мы уже десять лет вместе живем, и до последнего времени все было прекрасно…

– Ты хочешь сказать, что я вам мешаю жить? – напрямик спросила Ольга и хмуро посмотрела на мать. – Между собой у вас все хорошо. Семья у вас! Муж, жена, любимая дочка Машенька… И только я всю эту вашу идиллию нарушаю? Картину порчу и наслаждаться жизнью не даю? Все понятно! Этот гад, твой муж, меня просто ненавидит и мечтает побыстрее куда-нибудь сплавить… Тогда все будут просто счастливы!

– Ты несправедлива, Оля, – вздохнула Лена, опускаясь на диван рядом с дочерью. – Олег тебя любит, да и не может он тебя не любить. Сама подумай, с самого детства воспитывает, заботится, переживает…

– Вот только про любовь не надо, мам, – поморщилась Ольга. – И ты, и я прекрасно знаем, кого он на самом деле любит, а кого соизволяет терпеть. Мам! Ну скажи ты ему, пусть просто в покое меня оставит, и все! Я ведь его не трогаю…

– Но так не бывает, дочка! Как ты не понимаешь! – с досадой воскликнула Лена. – Когда люди живут вместе, они должны уважительно друг к другу относиться, считаться с интересами других, соблюдать элементарные нормы.

– Но он-то меня не уважает! – насупилась Ольга. – Почему я его должна уважать?

– А за что тебя уважать? – поинтересовалась Лена, еще более холодно посмотрев на дочь. – Даже школу не смогла закончить, за прогулы выгнали, та же история с училищем. Олег уйму сил приложил, кучу людей на уши поставил, тебя ту да в середине семестра пристраивая, чтобы год не потеряла… Мало того что ты даже спасибо ему не сказала, так еще и подставила самым настоящим образом. Ты прогуливаешь, а он за тебя краснеет.

– Я его не просила… – пробурчала девушка. – Я сразу сказала, что в эту шарагу не пойду. Можно подумать, маляр-штукатур – мое призвание…

– Никто не заставлял тебя маляром идти работать, – вздохнула Елена. – Ты могла хотя бы год доучиться… Призвание! – горько усмехнулась она. – Да ты хоть знаешь, что это такое – призвание-то? Может, поделишься, как ты его себе представляешь?

– Да уж не так, как ты. Всю жизнь жить с таким слизняком и неудачником, как этот Олег, с копейки на копейку перебиваться!

– Замолчи! – Лена зло посмотрела на дочь. – Не смей так говорить о человеке, который тебя кормит, поит и одевает! Ты пока ни копейки не заработала, только нервы мотать научилась и хамить по любому поводу. – Она посмотрела на часы и торопливо пошла к двери. На пороге обернулась: – Чуть на работу из-за тебя не опоздала. Знаешь что, дорогая, ты подумай над своим поведением. Имей в виду, наше терпение не безгранично, долго так продолжаться не может…

– И что тогда? – хмуро поинтересовалась Ольга. – Неужели на улицу выгоните?

– А ты думаешь, что будешь каждый день нам нервы на кулак наматывать, издеваться, шляться где попало, а мы должны утираться и терпеть? – Лена бросила на дочь почти неприязненный взгляд. – Ты чего добиваешься, сама-то хоть знаешь? Или просто развлекаешься за наш счет?

Она вышла, плотно закрыв за собой дверь.

– Развлечение выше среднего, – пробурчала девушка, снова укладываясь на диван. – Весело, прям не знаю куда деваться… А все этот гад. Даже мать настроил против меня. – Она прислушалась к тому, что происходит за стеной. Олег продолжал возмущенно выговаривать Лене все, что он думает о ее старшей дочери. Слов было не разобрать, но Ольга была уверена, что он говорит именно про нее. Таких злобных интонаций отчим больше ни в чей адрес не позволял. Мать еле слышно отвечала, оправдывалась, похоже. Маша спросонья по обыкновению капризничала, отказываясь есть на завтрак кашу…

«Вот зануда, – злобно подумала Оля. – Все вокруг нее чуть ли не на одной ноге скачут, а она только и знает, что ныть! И эти тоже хороши, дали бы по шее, и все… Не хочет она, видишь ли, кашу, ананасов ей подавай, кривляке…» Девушка с досадой накрыла голову подушкой.

Минут через пятнадцать, наконец, хлопнула входная дверь, и в квартире стало тихо. Ольга не слишком охотно выбралась из-под одеяла. Спать хотелось зверски, но и поесть было бы неплохо. Мать придет поздно, а этот придурок запросто может на кухню потом не пустить, с него станется…

«Сколько там у меня наличности осталось в кармане? – мысленно прикинула девушка. – А ни шиша, похоже… Рублей сорок, наверное, наберется, не больше…» Заработать вчера удалось совсем немного, а то, что все-таки заплатили, она не удержалась и потратила на колбасу, хлеб и пиво…

Ольга, зевая, открыла холодильник, быстро отрезала пару толстых кругов колбасы, отломила почти половину батона и юркнула обратно в свою комнату. В этот момент в дверь позвонили.

На пороге стоял ее приятель Сашка и улыбался во весь рот:

– Приветик! Чего такая хмурая?

– Привет. – Ольга посторонилась, пропуская товарища внутрь квартиры. – Да этот козел, папаша так называемый, опять все нервы вымотал.

– Чего хочет-то? – поинтересовался Сашка, примостившись на широкий подоконник в Ольгиной комнате. – Говорила ж вроде, что ты ему по фиг. Вообще не замечает.

– По фиг-то по фиг, – проворчала девушка, усаживаясь с ногами на диван, – это если что-то путное для меня сделать. А если нервы помотать, это он всегда пожалуйста. Вон видишь, колбасу приходится и то втихаря тырить, пока слинял из квартиры. Хочешь бутерброд? – Она протянула другу половину хлеба и один из кусков колбасы.

Сашка ломаться не стал.

– Пасиб! А то я со вчерашнего утра без маковой росины. Так чего не поделили с отчимом-то?

– Вчера до трех ночи во «Фришке» была тусовка, пришлось до закрытия торчать, Филя сказал, тем, кто раньше слиняет, не заплатит. Ну, проторчала там до трех, а этот гад все равно три копейки отстегнул всего. Вычел стаканы побитые, два штрафа за то, что курить уходила не вовремя. Короче, жлоб. Больше там не работаю… Ну и вот, домой пришла уже в пятом часу, на тачку денег, сам понимаешь, не было, пожрать едва хватило. Пёхом пришлось добираться. Прихожу, а тут этот соловьем разливается. Да мать еще настраивает. Жизни никакой не дает, свалить бы отсюда на фиг, да некуда.

– Да, надо тебе валить, – с набитым ртом согласно закивал Санька. – Вот станешь богатой, известной, пусть эти придурки потом локти себе кусают…

– Да ну, Саш, откуда богатству-то взяться, – печально вздохнула Ольга. – Мама правильно говорит, не умею я ничего.

– Ни фига себе! – возмущенно фыркнул приятель. – Да ты так поешь, что заслушаешься. Ты талант, Оль! Да если бы я так петь умел!..

– И что? Ну, умею я петь. А толку? Что в нашей жизни можно добиться без денег и блата? Да ничего! Вон во «Фришке» разве петь за пару-тройку сотен. Да и те норовят зажать.

– Филя козел. И жлоб, – согласно кивнул Сашка. – Это всем известно. А у меня для тебя подарок, между прочим. – Парень хитро улыбнулся. – Есть у меня для тебя путевка в красивую и богатую жизнь.

– Да ладно! Скажешь тоже, – без особого энтузиазма отозвалась Ольга, стряхивая крошки с дивана. – Ты бы себе сначала такую путевку организовал, а то живешь на трехразовом питании – понедельник, среда, пятница…

– Я ж и говорю, если бы я, как ты, умел петь… – Сашка сунул руку в карман и протянул девушке небольшой картонный квадрат: – Вот смотри, что я надыбал.

– Что это?

– Читать, что ли, не умеешь? – с довольной физиономией отозвался он. – Приглашение на «Фабрику звезд». Видишь, там прямо написано «Приглашаем Вас принять участие в телепроекте «Фабрика звезд». Это там, где молодых певцов раскручивают. Видала, по телику недавно прошлый сезон закончился? Там и адрес написан, куда приходить.

– Ты где это взял?! – Глаза у Ольги загорелись надеждой.

– Украл, – просто ответил парень. – Там одна фифа около «Спара» растележилась, пока шмотки в багажник грузила, дверку переднюю оставила открытой, ну я и спер сумочку. Денег было маловато, едва хватило на сигареты и долг Косому отдать, вот еще тебе оттуда кой-какие прибамбасики женские: помада, духи, кулончик маленький, но самое главное – там было это приглашение. И так удачно, без имени, без фамилии. Просто приглашение и адрес.

– Но ведь на «Фабрику звезд» надо на кастинги ходить, отборочные туры проходить… я пробовала попасть на кастинг, но не смогла. Ведь не меня же выбрали, а эту девушку, у которой ты сумочку спер…

– Ну и что, та девка и без этого обойдется. У нее и шмотки, и тачка крутая… короче, она и так в шоколаде. А для тебя это шанс. Сама же говоришь, хотела к ним попасть, но не смогла. А тут приглашение. Придешь, послушают тебя. Да даже если они поймут, что приглашение не твое, то глаза-то у них не нарисованные, увидят, что ты талантище настоящий. И красавица. Ну и возьмут тебя. Согласна?

– А что я скажу, если спросят, где билет взяла? – нерешительно отозвалась Ольга. Видно было, что ей очень-очень хотелось поверить в такую необыкновенную удачу. – Ведь ты же его украл. Вдруг та девушка в милицию заявила…

– Да просто скажи – нашла. Я украл, а потом выбросил за ненадобностью. Ведь если бы не ты, я б так и сделал – взял деньги, а остальное выкинул вместе с сумкой в мусорный бак.

– Ну… я даже не знаю…

– Чего знать-то? – пожал плечами парнишка. – Такой шанс раз в жизни бывает. Тут и думать нечего. Давай одевайся, собирайся, марафет как следует наводи, у тебя еще часа полтора есть в запасе на всякие там женские штучки. Я тебя во дворе в беседке ждать буду. Провожу на всякий случай, посмотрю, что там и как…

– Ладно. Сейчас, пока отчим не вернулся, чего-нибудь приличное у матери из шкафа стяну. – Щечки у Ольги раскраснелись от волнения. – Она недавно такую блузочку прикольную купила… Туфли ее мне малость великоваты, но не особо видно, сойдет…

В этот момент хлопнула входная дверь.

– Блин… – Ольга закусила губу. – Не успела. Теперь фиг проберешься к матери в шкаф.

– Я его отвлеку маленько, – предложил Сашка, слезая с подоконника. – А ты иди давай, в темпе бери свою блузочку.

– Ольга! – раздался из кухни недовольный голос отчима. – Я сколько раз говорил тебе, не отламывай хлеб?! Для этого ножик есть! Отрезать надо! Неужели даже этого твоя куриная голова понять не может?!

Дверь в комнату резко распахнулась, и на пороге появился Олег.

– Ну… ну ты же просто обнаглела! – Он чуть не задохнулся от возмущения, увидев в комнате рядом с разобранным диваном Сашку. – Уже прямо здесь мужиков своих принимать начала?! Потаскуха!!!

– Ну ты, дядя, поосторожнее в выражениях! – Блеснувшие бешенством глаза парня не предвещали ничего хорошего. – Ты кого потаскухой обозвал?

Краем глаза он увидел, что Ольга благополучно выскользнула из комнаты.

Сашка стал агрессивно начал наступать на слегка оторопевшего мужчину, оттесняя его в глубь комнаты к окну.

– Тебя не учили, что за базар отвечать нужно? Ты чего-нибудь видел, козел, чтобы такую пургу нести? Я к Ольге на минутку по делу зашел. Поговорить надо было. И все. Поговорить! Усекаешь?

– Ну, так и говорили бы на улице, – немного сбавил обороты Олег. – Негоже парню с утра к подруге в спальню заваливаться, когда она еще ни одеться, ни кровать прибрать не ус пела.

– Знаешь, дядя, каждый думает в меру своей испорченности. Мне вот как-то в голову даже такие грязные мыслишки, как тебе, не прибежали. Надо было зайти, и зашел.

– Оставь его, Сань. – На пороге появилась раскрасневшаяся довольная Ольга. – Чего ты ему пытаешься объяснить, он же тупой как валенок, ему что в лоб, что по лбу. Все равно будет как попка свое твердить.

– Что?! – Отчим аж задохнулся от возмущения. – Да ты!.. Да как ты смеешь?! Кто дал тебе право со мной так разговаривать?! Какой я тебе попка?!

– Уж лучше попка, чем потаскуха, – спокойно парировала Ольга. Ей сейчас было плевать на выкрики и оскорбления. – Саш, ты иди, подожди меня в беседке. Я сейчас оденусь и выйду. Этот все равно своими воплями нормально поговорить не даст.

– Ладно, выходи, – пробурчал парень, направляясь к выходу. – А ты имей в виду, если что, если хоть пальцем ее тронешь, можешь с лобовым стеклом на тачке распрощаться. Усек?

Когда уличная дверь хлопнула, Ольга насмешливо посмотрела на отчима.

– Ну что, так и будешь тут торчать? Прикажешь прямо при тебе раздеваться? Я могу в принципе. Только платок иди возьми, слюни чтобы утирать было чем.

– Какая же ты дрянь! Вечером буду серьезно разговаривать с матерью. В конце концов, пора кончать этот фарс. Пусть выбирает! Или мы с Машей, или ты! Вместе нам в этом доме не жить.

– Да скатертью дорога, – пожала плечами девушка. – Мне абсолютно по фиг. Квартира эта по закону моя, ты здесь ноль без палки. И поверь, выпереть меня отсюда тебе не удастся. Захочу, сама уйду. А ты как хочешь. Можешь бежать вещички паковать. Только фиг ты уберешься. Идти-то тебе некуда! Вот и присосался к нам с мамой.

Загрузка...