***

I

В этот день было очень яркое солнце, тёплое, настоящее июньское. В загородной резиденции под Веной, в центре просторного поля, окружённого живой изгородью, стоял молодой человек, высокий ростом и широкий в плечах. Умное лицо, аккуратные усики, большой подбородок, серые проницательные глаза и густые брови. Тёмные волосы тщательно уложены. Одет он был в белый военный костюм — мундир с красным воротником-стойкой и офицерским шарфом-поясом, брюки с красными лампасами заправлены в блестящие сапоги. Это никто иной, как кронпринц Австрийской империи, Франц-Иосиф, которому в то время не исполнилось и семнадцати. В его летах юные колдуны сдают лишь вызов тойфелей второго класса (Der Teufel, с нем. «чёрт»), но наследник настоял, к немалой радости фамильяра, на тренировочных боях. Своим оружием, которое сам называл «Костью колдуна», он владел уже весьма неплохо. Сила закипала в его «голубой крови», на огромное удивление всего двора. Ведь колдуны, тем более боевые, не рождались в Габсбургском роде уже давно. Последний, обладающий силой правитель — Карл VI, был довольно слабым и не владел оружием. Так что, когда родившийся у Франца II сын - Франц-Карл, оказался колдуном, никто не мог в это поверить. А уж когда у каждого из четверых его детей проявилось оружие, люди захотели, чтобы наследником стал именно он. Но трон получил Фердинанд I, старший брат Франца-Карла, страшно болезненный и неспособный, по мнению большинства, управлять страной.

В высокой зелёной арке показался человек. У него было скуластое, вытянутое лицо, впалые щеки, сплюснутая переносица и далеко посаженные, большие голубые глаза. Нижняя челюсть сильно выдавалась вперед. Темные волосы, длинные и вьющиеся, были расчёсаны на пробор. Одет он был абсолютно так же, как и наследник, в белый военный костюм с красно-белым шарфом-поясом. Из-за ворота, с блестящими на солнце золотыми нитями, выглядывала искрящаяся массивная цепь, с чёрным двуглавым орлом в короне Карла Великого.
Август, а это был именно он — Императорский тойфель, остановился в центре поля напротив будущего хозяина. Фамильяр еле заметно поклонился. Его большая челюсть, чуть отвисшая, качнулась.
— Доброе утро, Ваше Высочество, — и Август растворился в воздухе.
Закружилась пыль. Кронпринц даже не моргнул. Лишь уголок губы колдуна пополз вверх. Франц-Иосиф не изменил своего положения. Секунда, и он отшатнулся, мимо промелькнуло что-то, а на рукаве белого мундира наследника появились четыре царапины, через которые проглядывала рубашка. Франц улыбнулся шире. И вновь отпрыгнул, но теперь вперёд. На этот раз царапины появились под лопаткой. После серии таких ударов парадный наряд превратился в лохмотья. Но вот из-под манжеты кронпринца блеснула маленькая косточка. Она увеличивалась, превращаясь в большой меч. Постояв и покрутив его в руках, наследник резко развернулся и рубанул, рассекая мечом воздух. На миг на солнце появилась чёрная тень. Отойдя на пару шагов, Франц осмотрелся. Следующий выпад, и на этот раз на кончике меча появился белый кусочек ткани. Поднялась пыль. Август увеличил скорость. Бросив материю под ноги, Франц выставил щит. Но это был не обычный колдовской щит. Он был частью оружия, и как меч — весь состоял из «Кости колдуна». Компактный щит выглядел как рыцарский, с большим и острым шипом в центре. А меч удлинился, обрастая по бокам зубьями, как у пилы.
Август снова ударил. Наследник поднял щит. Послышался звон и две чёрные борозды появились на его поверхности. Франц рубанул мечом, промахнулся, рассекая пустоту. Но тут же щит и меч рассыпались, а кронпринц отскочил, сделав колесо. За его спиной теперь кольцом шла живая изгородь. Новый щит с грохотом опустился на землю. Теперь он был гигантским, как у римского легионера, на внешней части располагалось три пары шипов. Возникший в другой руке меч был короче прежнего.
Франц аккуратно, приставными шагами, направился вдоль кольца кустов. Два сильнейших удара обрушились на щит. Отразив третий, наследник взмахнул мечом, промахиваясь. И тут же, опередив следующий удар Августа, кронпринц толкнул щитом. Послышался хлюпающий звук. Кончики шипов были окровавлены. На площадке появились бордовые пятна, возник фамильяр. Шесть симметричных дыр в его мундире быстро набухали от крови.

— Браво! –глаза Августа блеснули.

И он вновь исчез. На этот раз появился уже настоящий тойфель. Это был сахарский лев с пестрым, потрясающей красоты павлиньим хвостом. Франца-Иосифа всегда завораживал этот первый миг появления боевой формы его фамильяра. Секунда — и лев пропал. Тут же на щит обрушился сильнейший удар, посыпались осколками шипы.
Франц обновил их, чуть уменьшив щит, одновременно увеличивая меч. Его гарда закруглилась, защищая кулак, как у шпаги. Миг — ещё два удара. Но на этот раз кронпринц успел рубануть в ответ. Меч покрылся кровью. Франц по-рыцарски, изящным движением смахнул её. Следующий удар меча не достиг цели, но тойфель налетел на выставленный шипастый щит. Он отскочил, показавшись на секунду, затем снова исчез. В глазах фамильяра молодой человек заметил гордость и… что-то ещё.

От нового удара Франца отшвырнуло. Но, вовремя сгруппировавшись, он успел приземлиться ровно на ноги и вновь выставить щит. Тот отразил удар, а затем толчок пришёлся в спину.
Кронпринц упал, быстро перекатился, но не успел вновь поднять пластину щита, как грудь его придавила львиная лапа. Зверь застыл над ним. Его глаза блестели, грива растрепалась, а хвост распустился. Это было немыслимое великолепие! Несколько сотен синие-зелено перьев, поднялись веером за спиной льва. Он походил на звезду колдуна, а светом и красками — на воронку в Пустошь. Из пасти, чуть приоткрытой, послышалось рычание. И пахнуло самим адом…
Но не прошло секунды, ужас на лице наследника сменился ухмылкой. Тут же в его руке появился костяной меч, который он вонзил в правый висок льва так глубоко, что лезвие вышло из левого, пробивая голову. В каждой руке появилось по кинжалу, он воткнул их тойфелю в глаза и, ударив серебряным острым носком сапога, отбросил льва в сторону. После чего встал и с достоинством поклонился.
— Иди к себе и приведи свой облик в порядок, — спокойно велел хозяин. Щёлкнул пальцами, кинжалы в голове льва рассыпались, из ран хлынул поток крови, но не успел пролиться на землю, как Август исчез.
Из арки появился слуга в дорогом костюме тройке. Волосы были тщательно прилизаны, подбородок выбрит. Он поспешил к Францу-Иосифу и, поклонившись в пояс, сказал:
— Завтрак готов, Ваше Высочество.
Затем критически осмотрел кронпринца, с красного лица которого стекали жирные капли пота, а изодранный мундир пожелтел от пыли.
— Благодарю! — сказал Франц-Иосиф и, пошатываясь, побрёл по направлению к дворцу.

II

Умывшись и переодевшись, Франц-Иосиф спустился в столовую. Это была просторная красная комната, с огромными окнами. Белые рамы которых прикрывали того же цвета шторы, с золотой бахромой, подвязанные к классическим греческим колоннам. Солнце играло яркими огнями на стенах зала, посредине которого стоял длинный стол со стульями и большим креслом во главе. На его спинке был изображён золотой двуглавый орёл, держащий посох, меч и державу. Франц уселся в кресло и взглянул на свой завтрак. Тарелка с пятью хорошо прожаренными ломтиками свинины с разными приправами и специями. Фужер с водой и чашка кофия на блюдце. Венчала натюрморт тарелочка, на которой лежали два аппетитных, свежеиспечённых эклера. Рядом лежала свёрнутая газета.

Хмыкнув, Франц расправил газету, посмотрел на подчёркнутые красным карандашом строки: «Беспорядки в Буде продолжаются», и неожиданная ярость закипела в горле. Он нервно позвонил в колокольчик, немедленно появился уже знакомый слуга.
— Позови Императорского тойфеля. — не отрываясь от газеты проговорил кронпринц.

Через минуту, рядом материализовался Август. Лицо его было непроницаемым, взгляд устремлён в пол.
— Что ты думаешь? — Франц брезгливо кинул газету фамильяру.
— Такое недопустимо. — тихо ответил тойфель, пробежавшись глазами по заголовку.
— Вот… — Франц уже разделался со свининой и наколол на вилку отрезанный кусок эклера, — что это значит?
— Это значит, что Ваш Дядя, Император Фердинанд I, не справляются с обязанностями, возложенными на Них бременем Австрийской монархии, — скороговоркой сказал Август.
— Во-от… — протянул Франц-Иосиф, громко прихлебнул из чашки и поставил ее на блюдце. Затем доел остатки первого пирожного. Второе же многозначительно пододвинул к фамильяру. Эклер тут же растворился в воздухе.
— Почему ты сейчас здесь, а не у этих треклятых мадьяр и не сжираешь Лайоша Кошута со всем его притоном?
— Пушками можно разогнать бунтовщиков, но идеи бунта ими не разгонишь. — процитировал Август.
— Ясно, — проговорил кронпринц, переводя тему и аккуратно отодвинул от себя газету, — Как тебе бой?
На миг глаза тойфеля блеснули, он поднял их, но тут же опустил.
— Я соскучился… по этому чувству… — что-то похожее на стыд промелькнуло в его лице, которое скрывали лёгкие тени, — Вы должны знать - последним боевым колдуном, что был моим хозяином, являлся Карл V, Император Священной Римской империи, Эрцгерцог Австрии, Штирии, Каринтии, Крайны, Тироля; Король Венгрии, Хорватии и Богемии, Герцог Силезии и…
Молчаливо выставленной вперёд ладонью, Франц остановил извергающийся поток титулов.
— Простите, Ваше Высочество, — абсолютно спокойно сказал Императорский тойфель, — просто, думаю, Вам этого не понять, это трудно объяснить даже колдуну.
— А ты попробуй.
— Это очень приятно и интересно, когда твой хозяин — сильный боевой колдун, — проговорил Август, — почти уже триста лет на Габсбургском троне таких не было. А у Вас огромный талант. Да, Вам надо продолжать совершенствоваться в использовании своего оружия, но то, что вы умеете сейчас — уже огромное достижение… во имя трона и народа Австрийского.
Последнее замечание не ускользнуло от Франца-Иосифа, который слушал фамильяра с большим интересом. И, чего греха-то таить, наслаждался такой похвалой.
— А напомни мне пожалуйста, как ты попал к моему роду, императорской династии Габсбургов? — вдруг спросил наследник.
Повисло недолгое молчание. Что-то опять появилось на лице фамильяра, но что именно кронпринц не смог определить. Удивление и энтузиазм? Похоже, тойфель был рад поговорить об этом.
— Меня вызвал Альбрехт II 3 июля 1358 года, ещё бесёнком. Придал мне необходимый облик и вывел в первый класс, наказав защищать свою семью. Но у Габсбургов тогда был фамильяр, Гюго, сильный, по сравнению с тогдашним мной. Поэтому меня привязал самый младший сын покойного герцога, Леопольд III. В июле 1386 года он решил сделать меня фамильяром своей, Леопольдинской линии. В войне, которую мы проиграли, я набрал второй уровень, а когда поглотил хозяина-стал третьим. Потом, во время борьбы за Императорский престол внука хозяина, Фридриха III, я стал четвёртым. В 1453 году пресеклась старшая линия - Альбертинская. Её последний представитель, Ладислав, владел тремя сильнейшими фамильярами Европы — Габсбургским, Венгерским и Богемским. На тот момент Ладислав не мог управлять наследственными владениями. Его опекуном и регентом был мой хозяин, Император Священной Римской империи Фридрих V. Он распоряжался фамильярами юного эрцгерцога. Тогда он и придумал план, которым поделился со мной. Он должен был перехватить тойфелей и приказать им не сопротивляться, когда я буду их поглощать. А потом, просто сожрать Ладислава, разбитого ломкой мальчишку. Из-за поглощения трёх тойфелей и одного колдуна в такой короткий период, я бы совершил серьезный скачок в силе. Но вышло иначе. Из-за болезни, Ладислав умер на месяц раньше запланированного, не дожив до семнадцати лет. Хозяин получил тойфелей вполне законным путём, и скормил мне, как и было задумано…
— У первого императора Священной Римской империи был фамильяр по имени Эрманик. Позже ставший фамильяром всех последующих Императоров … Его ты тоже сожрал? — усмехнулся Франц-Иосиф.
— Да. Только когда я его поглотил он не был фамильяром. После пресечения Саксонской династии, Эрманик просто перепривязывался к каждому новому правителю - уточнил Август и продолжил рассказ.

- Потом был Бургундский тойфель, два испанских, тоже фамильяры и прочие. Во время Войны за Испанское наследство я поднялся до восьмого уровня, — на секунду тойфель затих. — Когда Мария-Терезия вышла за этого обжору и пьяницу Франца Лотарингского… Я сожрал его и его тойфеля, как только Иосиф II смог сесть на трон. Я стал девятым в войне за Австрийское наследство, а десятым — в Семилетней.
— Это сколько же ты сожрал колдунов..? — больше размышляя вслух, спросил кронпринц.
— Семь тысяч пятьсот тринадцать.

— Вот так да… — открыл рот Франц-Иосиф.
После некоторой паузы кронпринц решился задать вопрос, в последние дни не дававший ему покоя.
— А скажи, Август, кого ты считаешь истинным хозяином?
Август вдруг поднял глаза и посмотрел прямо на колдуна, они блеснули:
Вас, Ваше Высочество! — выкрикнул он неожиданно, и голос разнёсся эхом по залу. Франц-Иосиф побледнел, почувствовав, что связь с тойфелем стала крепче. Незнакомое до сих пор ощущение будто разгоралось в груди, словно в просторном камине. И стало очень странно… и хорошо.
А Август в свою очередь понял, что уже почти не ощущает Императора Фердинанда I Габсбург-Лотарингского.