Утро началось ровно без пяти восемь — именно тогда автомат с тихим урчанием выплюнул чашку кофе. Джош привычно кивнул самому себе: всё по расписанию. Кофе за пять минут, поезд через десять, а через час его поглотит толпа вестибюля бизнес-центра. Всё идеально, всё вовремя — как всегда.

Он отвёл глаза от ленты новостей, которую методично пролистывал последние семь минут. Ответственному гражданину необходимо быть в курсе событий — Джош отводил на это ровно полчаса в сутки: семь минут утром, тринадцать в обед и десять вечером. Оптимальный график: ничто чрезвычайное не ускользнёт от его внимания более чем на восемь часов.

Вчера, правда, ничего экстраординарного не случилось. Пара сотен протестующих вышли на улицы требовать запрета на занятие госдолжностей для нейрохьюманов. Джош невольно улыбнулся: глупость. Вот Ван, его сосед по поезду, сказал бы: «Оценочное мышление, пережиток старых имплантов. Нейро превосходят обычных людей по всем параметрам». Ван вообще всегда видел мир ясным и чётким, как вычисления первых моделей.

Джошу повезло с его имплантом: поздняя серия, многовекторная. Ему не составляло труда одновременно учитывать несколько точек зрения. «Протесты — это демократия, множественность мнений, здоровое общество», — говорил он вчера в ответ на скептицизм соседа.

Люди, прошедшие нейронизацию, давно выработали собственные правила жизни. Замена мозга, создание сознания по слепку с оригинала, строгие моральные и социальные настройки — всё это привело к формированию сообщества нейро, идеально сбалансированного, рационального и социально ориентированного. Обсуждение новостей, работы, инфлюенсеров — чёткие, строгие беседы без малейшего намёка на сплетни и домыслы.

— Эй, Джош! Снова идеально вовремя пьёшь свой идеально горький кофе? — Джереми ворвалась в его обеденный перерыв, небрежно бросив планшет на стол. Джош привычно начал подбирать ответ, но она даже не подумала ждать:

— Я тут на одну штуку наткнулась. Хочешь обсудить парадокс?

— Привет, Джереми. Конечно.

— Знаешь корабль Тесея? Если постепенно заменить все детали корабля новыми, это будет всё ещё тот корабль или уже другой объект?

Джош мгновенно выдал несколько классических подходов: материальный, функциональный, нарративный. Однако Джереми вдруг прервала его:

— А ты сам? Ты прежний Джош после всех замен? Или он уже давно исчез, и передо мной кто-то совсем другой?

Джош замолчал. Впервые его алгоритмы дали сбой. Он вспомнил: последняя органическая часть была заменена ровно год назад. Сначала глаза, потом сердце, потом пищеварение — новая система избавила от всех неудобств биологического тела. Он мог больше не думать о еде, зрении или здоровье. Но мозг…

Когда он решил заменить мозг, было страшно. Год сомнений, исследований, отзывов. Но результат превзошёл ожидания: колоссальная продуктивность, ясность, чёткие социальные и моральные ориентиры. Теперь он — лучший работник, лучший гражданин.

Но, если верить парадоксу, прежний Джош умер в момент замены последней детали. С точки зрения материальной — его больше не существовало. А функционально? Его прежняя функция — искать смысл, творить его, мучиться неопределённостью — была полностью заменена на простую и чёткую: быть достойным гражданином.

Осознание собственной «смерти» поразило его систему, вызвав перегрузку. Джереми удивлённо наблюдала за ним. Джош не отвечал целых две минуты — полторы минуты сверх стандарта.

Наконец, он вздохнул, поднял глаза и спокойно, почти по-человечески произнёс:

— Знаешь, Джереми… Я думаю, что мы все — корабли Тесея. Вопрос лишь в том, насколько нас это беспокоит.

Джереми опустила взгляд.

От автора

Этот цикл – сборник моих размышлений и фантазий на тему парадоксов, рассмотренных из оптики недалекого будущего, а иногда и далекого прошлого. Присоединяйтесь ко мне в этом путешествии!

Загрузка...