13-й император — 3

Я сидел в своём кабинете на месте посетителя и смотрел на книжную полку. Пылающий огнём первый том уже несколько раз за последние полчаса сменил название, стараясь привлечь моё внимание. Когда я не среагировал на пафосное «Путь творца», буквы сложились в «Слабак». Потом сменились на «Трус». А затем внезапно поменяли тактику и написали: «Ваня хороший». И вот, наконец, последнее заглавие «Первостихия» меня зацепило.

От моего четырёхтомника осталось три книги, и остальные две вели себя прилично. Последняя так вообще была точно такой же, как я её помнил, когда увидел в первый раз в хижине травника. Покрытая тонким слоем воды, она гласила «Истоки». Но я не обманывался на её счет. Помню, как она в меня плюнула холодной струёй воды, метко попав в глаз.

Третий том был самым безобидным. Никогда не приносил мне проблем, и всегда делился актуальной информацией. И на этот раз название предлагало какие-то полезные формулы. «Ускорение свободного падения» звучало приемлемо и безопасно.

За столом помимо меня сидел Рыжик. Огненный бельчонок практически прописался в моём кабинете, организовав себе отдельное рабочее место на краю стола. Он сделал для себя полностью магический ноутбук и подсоединил его к общей сети. Он постоянно что-то быстро печатал своими коготками, а на груди у него болталась флешка на цепочке в виде орешка. Стихийный огонь просто фанател от разной электроники. Я видел, какую матрицу он сделал для своего ноута. Гений! Что ещё сказать? Юный гений!

Напротив Рыжика с другой стороны стола на высоком барном стуле возвышался плюшевый рак. Стул он сделал себе сам, не захотел, как Рыжик сидеть на столе, — не солидно, мол. У него и чёрная бабочка была на месте шеи. Земеля шумно пил через трубочку что-то красное из созданного стакана. Жидкость сильно фонила маной воды. Они вместе с Каплей вечно экспериментировали с напитками.

— Да, возьми ты уже эту книгу, — пробасил Земеля. — Ты просто оттягиваешь неизбежное.

Я тяжело вздохнул и подошёл к книжной полке, гипнотизируя заглавие «Первостихия».

В дверь вежливо постучали и вошли, не дожидаясь ответа.

— Я занят! — раздражённо рявкнул я, не оборачиваясь.

— Чем же? — раздался озадаченный голос Корнея, который с любопытством оглядел пустой кабинет. Он поставил на стол поднос и разместил перед моим местом большую чашку с ароматным отваром и две небольшие плюшки.

— Я думаю, — мрачно сообщил я, усаживаясь за стол.

— Полезное занятие, — Корней сел на согретое мною место. — Пей, пока горячее, — он дождался, пока я сделаю первый глоток, и светским тоном осведомился: — И о чём же вы думаете, Ваше Высочество? Позвольте спросить.

— Читать или не читать? Вот в чём вопрос, — хмуро провозгласил я, пробуя плюшку. С мёдом, ммм.

— Определённо читать! — категорично заявил Корней. И Земеля шумно поддакнул, отпив из стакана. — В книгах плохого не напечатают, — назидательно провозгласил он чужую мысль.

— Эээ нет! — я поднял вверх руку с откушенной медовой плюшкой. — Не всякая книга полезна и безопасна. После последней, — я запнулся и покраснел. — Тяжело пошла, в общем, да.

— Это, потому что ты её съел, — с нескрываемой обидой напомнил мой личный повар. Даа, я помню выражение его лица, когда я откусил корешок. Мне стало совсем стыдно.

— Это уже детали, — я сделал большой глоток и зажмурился от удовольствия. — Факт, что после её усвоения я ходить не смог.

Сквозь стену просочился мой секретарь — призрак покойного Ивана III Грозного. Напротив Корнея появился призрачный стул, куда бывший император неторопливо уселся. Надо всё-таки спуститься в алтарный зал и хорошенько порасспрашивать Алтарь. С каких это пор он стал создавать призрачную мебель? Ещё и дистанционно!

— Иван Михайлович, надо свериться с вашим расписанием и уточнить несколько вопросов, — Иван Грозный извлёк из складок одежды призрачный ноут и раскрыл его.

Корней не удержался и провёл руку сквозь прозрачный ноутбук, чем заслужил от Ивана III укоризненный взгляд.

— По поводу экзаменов, — начал призрак, и Корней хохотнул.

Иван Грозный замолчал и сурово уставился на моего личного ученика.

— Простите, Иван Владимирович, — вежливость была отличительной чертой добродетельного Корнея. — Просто, Иван Михайлович всегда заявлял, мол, никаких проверочных работ, только лекции. Потому что студенты Академии наследников должны сразу привыкать к тому, что главу рода никто пинать и подталкивать к сознательности не будет. Они сами должны нести ответственность за свои поступки. И тут вдруг студенты рассаживаются в аудитории по местам и получают на руки экзаменационные листы, — он снова дико расхохотался.

Я безразлично пожал плечами. Надо сделать перегруппировку в конце учебного года и озадачить учеников на лето. А для этого нужно было понять, насколько они продвинулись за восемь месяцев.

— Глава рода часто попадает в непредвиденные ситуации, — встал на мою защиту призрак.

— Так что там не так с экзаменами? — я развернулся в полуоборота, чтобы видеть книги.

— Царевич Михаил жалуется, что студенты предлагают взятки. И по мере того, как он отказывает ставки растут. Он спрашивает, может уступить ученикам? Там есть интересные варианты. Светлов, например, предложил пополнить библиотеку редкими изданиями, — призрак Ивана Грозного вопросительно уставился на меня.

— Взятку за что? Хотят отметку исправить? — я сурово посмотрел на секретаря.

Корней не выдержал и заливисто расхохотался, он достал нагрудный платок и аккуратно вытер выступившие слёзы.

— Простите, Иван Владимирович, простите, — Корней приложил руку к сердцу, когда успокоился. — Ваня, ты же сам запретил оглашать результаты тестирования, заявив, что экзамены для преподавателей и отметки нужны для внутреннего использования, — он снова засмеялся, ну, или скорее заплакал. — Взятки за то, чтобы просто узнать результат!

— Тогда ладно, если что-то полезное для Академии, пусть продаёт, — я махнул рукой и посмотрел на книжную полку. Книга призывно мигнула пламенем. — А результаты уже есть?

— Только те, что сдавали письменно, — Грозный что-то нажал в ноуте и на экране над стихийными книгами загорелся большой экран. — Мора устраивала испытания на реальных больных и данные в общую базу ещё не внесла.

Я повернулся лицом и потянулся к книге, но голос Корнея привёл меня в чувство, и я отдёрнул руку. Плюшевый рак разочаровано втянул воду через трубочку.

— Ваня, можно и я продам? Демидов мне такие ножи предлагал, — мой личный повар закатил глаза.

Я отмахнулся от него и уставился на экран. Обволакивающий книгу огонь стал ярче.

— Ну вот! Отличные же результаты! — я довольно откинулся на спинку стула. Подавляющее большинство написало работы выше 80 баллов. — А у кого это сплошные неуды? Покажи-ка конец списка.

Оценки в основном были выше 60, потом шёл разрыв и часть студентов позорно светилась двадцатками и тридцатками.

Иван Грозный нагнулся над планшетом, выводя последнюю сотню. Раковы! Суки! Внизу таблицы по успеваемости были все дворцовые! Конкретно на этих выродков мне было плевать, но все остальные? Они-то почему показали такой позорный результат?

Раковы стали моей головной болью с самого первого дня преподавания. Я выделил для них понедельник, чтобы отдельно заниматься именно императорским родом.

Ровно в шесть утра все Раковы должны были явиться на берег водохранилища. Стоит ли говорить, что они опоздали? Все остальные студенты уже сонно бегали по спортивным дорожкам и наблюдали, как члены императорского рода неспешно высаживаются с пришедшего парома.

Нееет, паром как раз-таки пришёл вовремя, но эти слишком важные персоны не пожелали выходить, пока не пришёл я. Помнится, что я тогда рявкнул, что если будет ещё одно опоздание, то я лишу их парома, а с дворцового острова они будут добираться вплавь.

Когда же они узнали, что им нужно залезть в осеннюю воду и плавать, то просто отказались, выбесив меня окончательно. Драко подхватил их и забросил подальше в воду, а Капля страховала, чтобы лентяи не утонули. Обозлённые подростки выплыли на берег, и Драко забросил их снова.

Через полчаса, ну я же не изверг мучить их дольше, мы перешли на беговую дорожку, где они принялись вяло ходить, изображая умирающих. Я же высушил на них одежду! Что опять не так? Чтобы заставить их бежать, я стал бить по ступням током.

Даже не знаю, как я их не поубивал в этот день. Суки! Они как будто делали мне одолжение, позволяя себя учить. И это при том, что император настоял, чтобы после бала я снял инкогнито. Я фактически их будущий глава рода! И что?

— Отправь-ка вот эти вот результаты их родителям и императору, — я зло процедил и махнул рукой, случайно задев книгу.

На пол упал четвёртый том «Истоки» и раскрылся. Послышался мелодичный звук текущего ручья.

— Не будешь поднимать? — басовито поинтересовался плюшевый рак.

— Опасаюсь, — признался я.

Я окончательно успокоился, внутренне собрался, настроился на почтение и уважение к книге. Медленно и осторожно я дотронулся до раскрытой страницы кончиком пальца. Ничего не произошло. Тогда я вежливо поднял книгу и уставился на раскрытый раздел.

«Алтарь и взаимодействие с главой рода».

— О, как интересно! А ты знал, — я посмотрел на Алтарь рода Раковых, который был представлен призраком Ивана Грозного, — что для усиления Алтаря глава рода должен каждый день делиться с ним родовой маной и медитировать по часу минимум?

Иван III мрачно покачал головой. Помнится, я обещал Алтарю рассказать правила обращения с Алтарём, если тот признается батюшке, что настоящий Иван погиб во время ранней инициализации, а я чужая душа в его теле. Но даже тогда Алтарь не согласился. Слишком сильно хотел заполучить универсала себе в род.

— Дай почитать, — Грозный мрачно уставился на меня.

Я протянул ему книгу. Сможет взять её в руки или нет? Другие люди стихийные книги не видели. Вон с каким интересом Корней пялится в пустоту.

Грозный взял книгу и раскрыл с самого начала. Вопросов к Алтарю прибавилось. Я озадаченно почесал подбородок, книга стала плеваться в призрак водой, но струи проходили насквозь и уже забрызгали стол, ковёр и сидящего напротив Корнея.

Иван III быстро перелистывал страницы, боялся, что книга сбежит, потому что она уже начала вырываться.

Во все покрытия в моём кабинете были внедрены плетения очищения, поэтому мокрым оказался только Корней, который вскочил из-за стола и с безопасного расстояния наблюдал за жадно читающим призраком.

— Корней, ты уже освоил плетение, с помощью которого можно высушить одежду? — я строго посмотрел на своего ученика.

Корней вздохнул и принялся очень медленно формировать линии.

— Боря, выведи общий рейтинг одарённых детей на большой экран, — попросил я, допивая отвар.

Над книжной полкой с призывно горящим названием зажёгся большой экран.

Все первые 98 строчек занимала Белая сотня. Когда Гео в первый раз назвал поседевших подростков роем, помнится, я пришёл в замешательство. Потому что как-то не интересовался жизнью и поведением насекомых. Кроме общих представлений, я понятия не имел, что такое рой.

Гео объяснил, что седые юноши обладают кроме собственного ещё и общим сознанием, которое позволяет им понимать друг друга без слов. Они постоянно настроены на меня, чуют меня на расстоянии и готовы выполнять все мои желания. А что я? Я хотел получить сильных магов.

То, как впахивала Белая сотня, вызывало шок у окружающих. Они все развили стихийную принадлежность до сотки. Мало того, все они не взирая на протесты глав родов отказались от родовых стихий, потому что враждебная стихия тормозила прогресс. Они выбили максимальные показатели во всём!

Уже в январе я был вынужден организовать для них отдельную группу «Белая сотня» и начать полноценно обучать по всем предметам. Отношение других студентов к ним было неоднозначным. В большинстве своём они их тихо ненавидели, потому что они являлись живым доказательством, что добиться результата можно, и ставили под сомнения их собственные усилия. Так или иначе они послужили хорошей мотивацией для остальных учеников.

Дверь в кабинет шумно распахнулась. Плетение Корнея распалось, а Иван Грозный ускорился. Мальчик лет четырёх вбежал и шустро забрался ко мне на колени.

— Па! Я хочу ещё одно тело! — требовательно заявил пацан.

Корней заулыбался, а плюшевый рак что-то одобрительно буркнул.

— Как? Ещё одно? — я не сумел сдержать улыбку. Собственно, за счет того, что он уже завёл себе несколько тел, он и подрос так быстро.

В самый первый раз когда только зашёл разговор про дополнительное тело, маленький мальчик заявил:

— Жаль, что ты уйдёшь!

Оказалось, он уже просчитал, что моя душа не останется на перерождение, и он не сможет использовать мой богатый тысячелетний опыт. Поэтому он решил, что должен взять за мою короткую жизнь максимум.

Первое дополнительное тело он завёл, чтобы учиться магии у меня в малой башне, и успешно продвигался по этажам, обогнав всех, даже батю с будущей мачехой.

Потом он прибежал и заявил, что хочет играть и учиться в Потешной школе вместе с другими детьми. Учителя поворчали, что он слишком мал, но его упёртому характеру можно было только позавидовать. Он быстро сдал тесты по чтению, счёту и каллиграфии и влился в текущую группу начальной школы, быстро нагнав тех по предметам. Дети, кстати, считали его просто гениальным ребёнком. Моим сыном.

Пожалуй, только император и Мора знали правду. Они испытали шок, когда я заявил, что это душа планеты, которую они топчут ногами. Гео завёл очередное тело и сказал, что хочет жить в полноценной семье, как настоящий ребёнок. Конечно, родителями стали отец и Мора. Девушка вообще в нём души не чаяла.

Потом он прибежал зарёванный, весь в слезах и заявил, что ему одиноко. Он один-одинёшенек в этой звёздной системе, а я скоро уйду. Ну по его меркам, сколько бы я не прожил, будет скоро. В общем он хочет осваивать космос. Да, сам он никуда не полетит, но жители его планеты будут возвращаться из других мест, и он будет знать, что там происходит у других таких, как он.

Я не стал ему рассказывать, что все души других планет девочки. Вместо этого предложил ему простой вариант. Боря строит межгалактический ретранслятор, и сюда прилетит космический корабль.

Гео даже обиделся на меня за такое предложение и заявил:

— Я сам! Я сам хочу!

На моё резонное замечание, что у него нет ни людей, ни технологий, он отмахнулся. Типа он уже всё продумал и вырастит поколение умников. Мне стало очень интересно как. Рецепт оказался до безобразия прост. Берёт душу успешного учёного и помещает в благоприятную среду. Какую? Ооо, тут у него был целый план. В качестве примера он привёл мне Берра и Аффу. Оба талантливые маги, она еще и магоинженер.

Я сказал ему, что обычно такие женщины посвящают себя работе, а не воспитанию детей. На что он загадочно улыбнулся и заявил, что есть методы.

Я сделал для него очередное тело и он убежал к космическим исследователям Магилану и Федерику. Перенимать опыт, как он сказал.

И вот сейчас он сидел у меня на коленках и требовал новое тело.

— Зачем?

Не, понятное дело, что когда он подрастёт, сам сделает себе столько тел, сколько захочет. Просто любопытно.

— Я хочу продвигать технологии! — серьёзно заявил малыш. — Па, я всё продумал и пришёл к выводу, что идеальный инструмент для быстрого технологического роста — Белая сотня.

Я даже опешил от такого заявления, и не только я.

— Почему? — спросил Корней.

— Ну, сам смотри, — принялся объяснять Гео. — Они же наследники великих родов. Многие из них, а кто ещё не стал, так с поддержкой других членов роя они возвысятся. Они слаженный механизм. Представляешь сотня родов, который функционируют как единой целое на благо мира? — воодушевлённо закончил он.

— А они захотят? — засомневался я.

— Конечно! Я же твой сын!

Я прикрыл глаза и рядом с нами появился ещё один мальчик Гео. Они оба радостно заулыбались. Потом новый Гео закрыл глаза и напрягся. Видно было, как тяжело ему даётся преобразование. Однако, уже минут через пять волосы мальчика стали белыми, как и его одежда.

Он чмокнул меня в щёку и открыл дверь, за которой уже стоял седой парень. Тот вежливо поклонился, взял мальчика за руку и они ушли.

— У меня от них мурашки, — признался Корней.

— Не у тебя одного, — заявил Иван Грозный, не отрываясь от чтения.