1984, Сан-Франциско

Крис задерживали не в первый раз, и процедура давно уже утратила для неё ореол тревоги или новизны. Сценарий хорошо был известен. Подойдут офицеры — или, если настроение соответствующее, догонят (хотя Крис никогда не пыталась бежать: глупо это было, да и бессмысленно). Затем крепкие пальцы сожмут запястья, заведут руки за спину, щёлкнут наручниками, и старший офицер без особого энтузиазма пробормочет правило Миранды — про молчание, про адвоката, про всё, что она и так знала назубок. После этого задержанную доставят в ближайший участок, бесстрастно обыщут и сфотографируют на фоне серой стены (эту часть Крис любила: можно было подобрать выражение лица, слегка приподнять подбородок и покрутиться). И, наконец, девушку уведут в камеру временного содержания, в которой она проведёт несколько часов или, если не повезёт, ночь, дожидаясь, пока кто-нибудь внесёт за неё залог.

Чаще всего этим «кем-нибудь» оказывался её парень Алекс. Они были вместе уже два года, а пару-тройку месяцев назад решились съехаться — компромисс между любовью и скукой. Алекс иногда говорил о свадьбе, осторожно, как будто прощупывал почву. Крис слушала его с полуулыбкой, не перебивала, но внутри неё вставал невидимый щит. Ей было всего двадцать, и замуж она, как ей казалось, не хотела. В отличие от многих подруг, мечтавших о кольце и уютной кухне, Крис к браку относилась с лёгким недоверием, предпочитая оставлять незримое окно в свободу открытым.

В общем, процедуру задержания девушка воспринимала как нечто неизбежное, рутинное, несильно приятное, но с чем можно мириться. Что-то вроде месячных.

Однако в этот раз что-то изменилось.

Крис привезли в участок по незнакомому адресу, хотя антураж не изменился: все полицейские участки Сан-Франциско были похожи друг на друга: та же удушливая, стоячая жара, словно воздух в помещении давно умер и разлагался; те же кривые столы, заваленные кипами пожелтевших бумаг; те же потные, хмурые полицейские. За единственным компьютером с пузатым монитором сидел офицер в очках с толстенными линзами. Сквозь них глаза казались комично огромными, почти детскими, но от этого не менее уставшими. Крис даже почувствовала что-то вроде сочувствия. Наверняка эти очки весили немало, зато офицер гордился тем, что у него единственного в распоряжении был компьютер.

Для личного досмотра пригласили молодую женщину-полицейскую. Она принялась за дело с методичной точностью: её цепкие, холодные пальцы будто знали, где человек может что-то спрятать, а её лишённый смущения взгляд едва ли не прожигал ткань. Крис не сопротивлялась, молча разглядывала полицейскую. На лице госслужащей не дрогнул ни один мускул, и Крис не поняла, была ли девушка разочарована тем, что ничего не нашла, или ей кристаллически всё равно.

Отвернувшись от ничего не выражающей маски полицейской, Крис заметила, как двое других офицеров бесцеремонно распотрошили её сумку и вывернули содержимое на ближайший стол. Крис не испугалась, только ухмыльнулась. В основном, потому что там не было ничего, что ещё этим утром принадлежало бы самой Крис.

В этот момент живот заурчал от голода, причём так громко, что это услышала и полицейская.

— Её можно увести в допросную, — к кому-то обратилась она и отошла от Крис.

В допросную? Этого раньше не случалось.

Крис была уличной воровкой с самого детства. Её научили ребята постарше, жившие по соседству. Крис начала лазать по чужим карманам лет в десять, когда мама уже окончательно сдалась бутылке, а отец и вовсе исчез — испарился, будто его никогда и не было. Спальные районы Сан-Франциско знали, как вырастить выживающих, но не тех, кто верит в будущее. Жизнь не предлагала выбора — она просто медленно затягивала, как топкое болото, в котором бороться значило только тонуть медленнее.

Ничего достойного допроса в её поведении не было ни ранее, ни сегодня.

Девушку увели в комнату, усадили на металлический стул перед металлическим столом и приковали руки наручниками к металлическому кольцу посередине столешницы.

Впервые за всё время пребывания здесь Крис не ухмылялась. К счастью, замешательства на её лице никто не видел, а когда в дверь протиснулся детектив, девушка уже взяла под контроль свои эмоции и снова улыбалась — хоть и немного наигранно.

Детектив уселся на стул перед девушкой. Стол для него был низковат, и мужчине пришлось сгорбиться, чтобы руки могли перелистывать какие-то бумаги и делать пометки в блокноте. Из-за вынужденного искривления спины рубашка в едва заметную светлую клетку натянулась на нём до треска в швах.

— Меня зовут детектив Майнер, — медленно сообщил полицейский, не отрываясь от какого-то отчёта, набранного на пишущей машинке. — Мне поручено допросить вас в связи с тем, что были обнаружены…

— А у детектива Майнера есть имя?

Нахальный вопрос смутил полицейского, и он впервые поднял глаза на задержанную. Озёрно-чистый взгляд несколько охладил пыл Крис. Но она продолжила изображать сверхуверенность в своём положении.

— Лео, — в конце концов ответил детектив.

— Лео, — повторила девушка и облизала пересохшие губы.

Мужчина откашлялся и вновь начал свою безэмоциональную речь:

— Мне поручено допросить вас в связи с тем, что были обнаружены подозрительные свёртки в вашей…

— Лео, я хочу пить. Можно мне водички? — Добавив ангельских ноток в голос, попросила Крис, прекрасно осознавая, что не выглядела так невинно, как пыталась звучать. Её светлые волосы были пересушены из-за жаркого воздуха и теперь торчали в разные стороны. Тени наверняка осыпались с век, и теперь блестели её щёки, а не глаза. Лямка леопардового топика немного слезла с плеча — поправить это было практически невозможно из-за скованных рук, но так даже к лучшему: оголённое плечо должно было смущать детектива, а не преступницу.

Майнер молча встал и вышел за дверь. Меньше, чем через минуту, он вернулся со стаканом воды и вложил его в руку задержанной. Пить из скованного положения было опять-таки не удобно, но Крис не постеснялась некрасивой позы. Она сделала два глотка, не отрывая взгляда от детектива, который в этот момент нервно поглаживал свою щетину.

Допив, Крис отставила стакан и ещё раз облизала губы.

— Спасибо, Лео.

— Итак. В вашей сумке были обнаружены подозрительные свёртки, в связи с чем вам вменяется не просто уличная кража, за которую вас задерживали уже… — Детектив полез в бумаги в поисках ответа, но Крис его опередила:

— Три раза.

— Именно. Дело принимает куда более серьёзный оборот, — Майнер должен был звучать сурово, но девушку его слова только позабавили.

Чем бы ей тут не угрожали, она знала, что ей ничего не будет. Алекс вытащит её меньше, чем через сутки. И все продолжат жить, как жили раньше.

— Начнём с простого, — проговорил детектив, доставая формуляр и щёлкая ручкой. — Заполним протокол. Ваше имя?

— Крис. Крис Райт, — отозвалась она, глядя мимо него, будто уже успела заскучать.

— Полное имя — Кристина? — Уточнил Майнер, готовясь вписать буквы в аккуратные клеточки бланка.

— Нет. Просто Крис.

— Почему?

— У мамки моей спроси. — За такие неуместные и глупые вопросы на улице можно было и по роже получить.

Майнер приподнял бровь, но не отреагировал резко — опыт, видимо, был. Только тихо пробормотал:

— Ну, хоть не у моей…

Крис впилась взглядом в детектива. Майнер, судя по всему, умел шутить — редкое качество среди тех, кто привык разговаривать исключительно протоколами.

Интересно.

Девушка терпеливо, почти покорно, отвечала на дежурные вопросы: возраст, образование, адрес проживания… Она называла цифры и улицы, будто диктовала чужую биографию, а детектив строчил в протоколе, не поднимая глаз. Наконец, ручка с негромким щелчком легла на стол — и вместе с этим сменился тон беседы.

— А теперь расскажите, как в вашей сумке оказался кокаин.

Брови Крис взметнулись вверх, прежде чем она успела их остановить. Улыбка исчезла, сердце пропустило удар.

— Его там быть не должно, — голос прозвучал жёстче, чем она планировала.

Крис не связывалась с наркотиками. Никогда. Это была чёткая граница — как разметка на проезжей части, которую она, в отличие от многих, уважала.

— Значит, он должен был быть где-то ещё? — уточнил детектив.

— Нет. К наркотикам я не имею ни малейшего отношения, — голос Крис прозвучал уверенно, но внутри всё уже начинало покачиваться.

— В вашей сумке обнаружены два свёртка, — Майнер невозмутимо протянул ей копию описи задержания. — Согласно экспертизе, это высококачественный кокаин.

— Уверена, ваши коллеги разбираются в сортах, — фыркнула Крис.

Лео никак на этот комментарий не отреагировал и просто продолжил говорить всё тем же ровным, слегка утомлённым голосом человека, который слишком давно работает с дерьмом.

— Если вы не объясните, как он там оказался, вас ждёт не просто пара неприятных часов в камере. Речь идёт о серьёзном сроке.

Крис взяла паузу. Не ради эффекта — чтобы выровнять дыхание и перезагрузить мысли. Ситуация развивалась слишком стремительно, и, что хуже всего, вышла из-под контроля. А ей нужно было вернуться туда, где ей комфортно — в роль. В игру. В улицу. Она вдохнула спёртый воздух, медленно выдохнула и вновь нацепила ухмылку, как маску.

— Лео, милый, поймите. Я воровка. Всю свою сознательную жизнь я тянула кошельки, часы, жвачки, всякую ерунду из карманов прохожих. — Она попыталась поправить чёлку, но наручники ей этого не позвонили. Впрочем, она не расстроилась. — Всё это указано в ваших чудесных бумажках.

— Указано, — кивнул Лео. — Жвачки-то зачем?

— Под руку попадались, — пожала плечами Крис. Она заметила, как взгляд Майнера скользнул по слегка съехавшей лямке топа. Вот и чудесно. — Всё, что было в карманах, я вытаскивала, что не нужно было, выкидывала, остальное оставляла себе. И вы же понимаете, что в карманах свёртки с кокаином не носят. Я не могла их примагнитить к себе даже по ошибке.

— Но он был у вас в сумке, — напомнил Лео.

— Может, ваши коллеги подбросили? Решили отличиться, премии давно не было? — язвительно предположила Крис.

— Или его подкинули вам, — спокойно предложил Майнер.

Крис обдумать такой вариант не успела.

— С кем вы проживаете?

— Что ж вы сразу так? — Крис стрельнула глазами и изобразила очарование с привкусом уличной наглости. — Интересуетесь, есть ли у меня бойфренд, детектив Лео?

— Эта информация у нас уже есть, — ответил он спокойно. — Я уточняю: проживаете ли вы вместе?

— А ревновать не будете? — протянула она, чуть склонив голову набок и вновь скривив губы в фирменной полуулыбке, которая когда-то спасала её из куда более неприятных ситуаций.

Лео коротко выдохнул, как будто сдерживал раздражение, и сделал пометку в блокноте. Крис, прищурившись, попыталась уловить, что именно он там нацарапал. Но почерк у него был врачебно-оскорбительный, а стол — слишком широкий.

Внезапно дверь кабинета приоткрылась, и в проёме возник один из тех самых офицеров, что до этого копались в сумке Крис.

— Шеф хочет тебя видеть.

Лео недовольно поджал губы, собрал бумаги и, не глядя на задержанную, вышел.

— Лео, ну не уходи! Давай поговорим, Ле-еее-о! — Наигранно протянула Крис, театрально подалась вперёд, насколько позволили наручники, и в результате распласталась грудью на столе. Дверь за детективом закрылась, но не захлопнулась. Оставшаяся щель позволила воровке погреть уши.

Кто-то в коридоре отчитывал Майнера за медлительность.

«Я вообще не должен был сегодня работать», — отозвался Лео. Его голос, наконец, треснул и наполнился эмоциями. — «Если вам нужна скорость, зовите Радойчича».

Крис слушала, перестав дышать. Было в этом куске диалога что-то почти интимное — не в смысле содержания, а в том, как человек вдруг перестаёт быть фигурой в форме и становится настоящим. Уставшим. Раздражённым. Живым.

— Он сказал, что заболел, — ответил шеф.

— Из кровати со своей подружкой он не хочет вылезать, вот и всё, — заметил третий голос и грубо расхохотался.

В следующую секунду, видимо, кто-то из них заметил приоткрытую дверь. Раздался резкий щелчок, и щель исчезла. Возникшую тишину нарушило только урчание желудка Крис — девушка сегодня даже не завтракала.

В одиночестве у Крис наконец появилось время подумать. Итак. Кто-то подбросил ей наркотики, и если она не придумает внятное объяснение, то ближайшие лет десять проведёт в местах, где не носят топы на тонких лямках, а за сарказм может нехило прилететь от охранников. Это категорически не входило в её жизненные планы. Причём не входило даже больше, чем, скажем, свадьба с Алексом.

Кстати, об Алексe.

Как ни печально было признавать, но он был первым и самым вероятным кандидатом на роль героя, подкинувшего ей «подарочек». Несколько лет назад, когда они только начали встречаться, Алекс уже делал попытку «расширить её горизонты». Сначала он как бы невзначай предлагал ей попробовать кое-что «для настроения» — Крис категорически отказалась. А чуть позже она нашла в своей сумке невзрачный свёрток. Алекс признался тогда, что хотел использовать её как курьера: по его схеме, в городе к ней подошёл бы его друг, незаметно вытащил бы свёрток — и все остались бы довольны.

Ну, кроме неё, разумеется.

Крис тогда устроила такой скандал, что стены тряслись. И думала, что рассталась с ним на всегда, но он вернулся через месяц, с глазами побитого щенка и клятвенным обещанием, что завязал как с наркотиками, так и с дружком-латиносом.

Похоже, это было брехнёй. Звонить ему сейчас с просьбой о помощи, вероятно, не стоило. В лучшем случае он скажет, что не может приехать. В худшем — приедет и только усугубит ситуацию.

Проблема была в том, что звать на помощь Крис больше было некого.

Когда детектив вернулся, Крис встретила его своей фирменной улыбкой — той самой, за которую её однажды едва не избили в автобусе, но которая всё же спасала чаще, чем подставляла.

— Я соскучилась, Лео, — протянула она совершенно по-кошачьи.

Майнер на секунду задержал взгляд на лице девушки, но даже не улыбнулся. Молча он подошёл к столу и сначала разложил какие-то новые бумаги, а потом достал из-за пазухи валик и чернильницу.

— Мне нужно снять с вас отпечатки пальцев, — сказал Лео буднично.

— Они у вас должны быть в базе, — Крис не пошевелилась. — Меня ведь не первый раз ловят на мелкой краже. И даже не второй.

— Мы пытались их найти, — отозвался детектив, раскручивая крышку на банке с чернилами, — но с компьютером что-то не так. Чтобы не ждать, сделаем по старинке.

Майнер достал маленький ключик и вскрыл наручники. Металл отпустил запястья задержанной, оставив на коже тонкую красную полосу — ещё одну в коллекции уличных украшений. Крис руками даже не пошевелила, оставила их лежать как лежали, предоставляя Лео возможность сделать всё самому.

Полицейский аккуратно взял её правую руку и провёл валиком по подушечкам пальцев. Чёрный пигмент заполнил узоры линий.

— Щекотно, — хихикнула Крис.

Не обратив внимания на жеманство, Майнер приложил пальцы воровки к нужному бланку, прижал, чуть покачал руку, чтобы отпечаток вышел чётче. Затем принялся за левую. Когда дошёл до безымянного пальца, надавил чуть сильнее. Крис ойкнула совершенно искренне.

— Осторожней. Не сломай мне палец, — сказала она недовольно. — А то потом кольцо не надену.

— Ничего. Справлюсь, — пробормотал Лео в ответ.

Крис ощутила, как к щекам приливает кровь. И только пару секунд спустя до неё дошло, что Лео не имел в виду то, что подумало её тело.

Чёрт. Ну и что это было?

— Салфетку? — Майнер протянул девушке коробку. Крис молча кивнула и принялась оттирать чернила. Пока она возилась с чересчур стойкой субстанцией, детектив освободил стол и направился к выходу.

— Я скоро вернусь. Не скучайте, — бросил Лео уже у дверей.

Сколько прошло времени было непонятно. Крис, кажется, даже успела задремать. Когда она открыла глаза, солнце приблизилось к горизонту. Оранжевый луч пробивался сквозь мятые, пыльные полоски жалюзи, оставляя на стене полосатую тень.

Когда дверь снова отворилась, Крис сразу поняла: у Майнера день тоже выдался так себе. Под глазами образовались мешки, волосы растрепались, пуговица на воротнике была расстёгнута — все эти мелочи выдавали усталость покруче любого зевка.

Детектив опустился на скрипучий стул с видом человека и снова сгорбился над столом.

— Похоже, я забыл застегнуть вам наручники, — заметил он без тени тревоги. — Спасибо, что не воспользовались моментом.

Крис лениво обвела взглядом пустую комнату. Даже если бы захотела что-то умыкнуть — не за что было зацепиться. Только пыль, прокуренные стены и ржавые канцелярские скрепки. А на кой они ей сдались?

— Ну мы же не договорили, Лео, — улыбнулась она ласково. — Как я могла тебя бросить?

Она демонстративно держала руки перед собой, подтверждая свою порядочность или хотя бы тот факт, что она не совсем дура.

— Мы установили, — сказал Майнер, перебирая бумаги, — что ваших отпечатков на свёртках с кокаином нет. Похоже, вы действительно говорили правду.

— Лео, я не обманула тебя сегодня ни в одной фразе, — ответила Крис серьёзно.

Детектив вновь наградил её изучающим взглядом, и Крис показалось, что она заметила его скромную попытку улыбнуться.

— Зато мы нашли чужие отпечатки, — продолжил он. — И принадлежат они Алексу Грину.

Крис вздрогнула и нервно закусила губу.

Ну и сволочь же ты, Алекс.

Но поскольку вопросов ей не задавали, то и комментировать она ничего не стала.

— Скажите, вы знаете, где он сейчас? — Спросил Майнер.

Крис молчала. В голове мысли не просто метались — они дрались, ломая мебель и сбивая друг друга с ног. На каждую рациональную мысль приходилась одна эмоциональная, вцепляющаяся ей в горло.

Алекс — козёл и мудак. Бесспорно. Опять занялся старым делом, вновь попытался втянуть и её саму, при этом нагло врал. Ещё ж и поцеловал утром за завтраком, как будто ничего не должно было случиться.

Но всё-таки это был её Алекс. Своенравный, с прибабахом, но ласковый. Он приносил ей кофе в постель (иногда) и кутал её в плед, когда она засыпала на диване. Никогда не бил её и орал на неё крайне редко. В целом, он был неплохим парнем, если закрыть глаза на то, что он чуть не отправил её в тюрьму.

Вот только это короткое «если» было чертовски тяжёлым.

Крис ощутила, как разрывается изнутри. Всё хорошее, что было между ними, вдруг выцвело, как старая фотография.

Обман и предательство должны перевешивать кофе, пледы и шёпот «Ты у меня одна». Должны же?

Крис подняла глаза на Лео и почувствовала: следующий её ответ будет стоить кому-то свободы.

— Мисс Райт, — начал Майнер, и голос его приобрёл нотки сочувствия. — Вы же понимаете, что мистер Грин вас подставил. И, возможно, сегодня — не в первый раз. Сейчас решается ваша судьба. А вам не место в тюрьме. В глубине души вы хорошая девушка.

— С чего ты взял? — спросила Крис, просто чтобы выиграть пару секунд и подольше посидеть в этой комнате, где ещё нет решёток и оранжевых комбинезонов.

— Я верю в людей, — спокойно ответил Лео. — И вижу, когда кто-то может измениться.

Крис закатила глаза и усмехнулась — но на этот раз без вызова, а достаточно горько, чтобы детектив понял: решение уже принято, и девушке оно не нравится.

— Думаешь, я не вижу, как тебе хочется побыстрее закрыть это дело и уйти догуливать заслуженные выходные? — Спросила она.

Майнер приподнял брови, и на лбу его тут же прорезались три выразительные складки. И до Крис вдруг дошло: мужчина перед ней ещё вполне себе молод. Его только работа старит.

— В таком случае, — сказал он, — я бы уже давно повесил всё на вас и не стал бы возиться с отпечатками. У меня был выбор. Я выбрал истину, а не статистику.

Крис медленно кивнула, словно приняла не только информацию, но и факт, что кто-то, впервые за долгое время, увидел в ней человека, а не статью обвинения.

— А ты милый. Жалко, что коп. Могли бы подружиться.

Воровка заметила, как зрачки голубых глаз Лео резко расширились, а мышцы тела напряглись. Она что-то не так сказала? Или наоборот — слишком так?

Но он, разумеется, никак это не прокомментировал.

— Скажи мне, Крис, где сейчас Алекс? — спросил он тихо.

Девушка выдохнула, как перед входом в ледяную воду и продиктовала два адреса: их общий, где она жила с Алексом, и второй — дом того самого его дружка-латиноса. Чтобы и его заодно покошмарили.

Ибо не хрен было её использовать.

Разумеется, после этого Майнер опять ушёл. В этот раз на обыск и задержание. Он запер Крис в допросной, и девушка осталась в компании пыльных жалюзи и собственных мыслей. Её то накрывало отчаяние, то переполняло злорадство. Она то металась по допросной (пять шагов в ширину, семь в длину — не слишком много пространства для истерической паники), то устраивалась поудобнее прямо на столе, чтобы попытаться уснуть. За окном давно стемнело.

Когда Лео вернулся, Крис сидела на краю стола, максимально близко к выходу. В её позе не было ни намёка на усталость.

— Я могу идти? — Спросила она с такой лёгкостью, словно ждала его из ванной, а не со спецоперации.

О том, как прошло задержание, Крис даже не желала знать. В голове уже оформился план: сбежать поскорее из города, сменить причёску (давно мечтала перекраситься в рыжую, да только Алекс был против) и забыть, что её когда-то звали Крис Райт.

— Распишешься в журнале на выходе и свободна, — подтвердил Лео.

Крис моментально спрыгнула со стола и оказалась вплотную к детективу. От неожиданности он чуть подался назад. Разница в росте между ними вдруг стала особенно ощутимой — девушке пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Я полагаю, мою сумку мне не вернут? — Поинтересовалась она.

Майнер чуть покачал головой:

— Мне очень жаль.

— Что ж… — Крис поправила сползшую лямку топика. — Спасибо за всё, детектив Лео. Прощай.

— Тебе нельзя покидать город, пока идёт следствие…

— Ага. Конечно, — бросила она, не останавливаясь. С тем же успехом он мог бы велеть дождю перестать лить, а туману — срочно рассеяться.

Крис буквально протиснулась мимо мужчины и выскользнула за дверь. В коридоре было шумно — задержанных привозили и уводили, телефоны звонили, кофе остывал в пластиковых стаканчиках. Крис же направлялась только в одну сторону — к выходу.

На улице ночного Сан-Франциско было прохладно. Воздух пах чьим-то куревом и остывающим асфальтом, но Крис всё равно сделала глубокий вдох, наслаждаясь хотя бы видимостью свободы, которая сегодня могла от неё ускользнуть.

В животе вновь заурчало, но денег у девушки не было даже на несчастный кусочек пиццы.

— Крис, давай! — Раздалось за спиной.

Крис обернулась. Лео стоял у дверей, освещённый тусклым фонарём. В оранжевых тенях он совершенно не был похож на полицейского.

— Что «давай»? — Прищурилась девушка.

Лео сделал пару шагов к ней, стремительно сократив расстояние между ними.

— Давай дружить.

Крис склонила голову набок, задумчиво цокнула языком. Предложение было несколько странным, но именно поэтому — заманчивым.

— Угостишь пиццей?

Уголки губ детектива дёрнулись вверх.

— С анчоусами потерпишь?

— Сегодня сойдёт.

Они пошли вместе, растворяясь в улицах Сан-Франциско, который всё ещё не спал.

Что ж, возможно, Крис Райт всё-таки задержится в этом городе.