2 эпизод. Кто спасает спасителей

VK Audacity NBT-01917

– Ну наконец-то, - угрюмо сказал Кью. - Возможно, я переоценил людей. Все, решительно все видят в Борг только угрозу для собственной драгоценной задницы. А ведь каждый раз, когда им случалось деассимилировать одного из Борг, им не приходилось жалеть об этом. Но сколько таких случаев было за тридцать лет? Единицы!

– Был проект массовой реабилитации Борг, - сказала Седьмая, словно оправдываясь. - Счёт шел уже на десятки.

– Напомните мне, что случилось с проектом? - резко спросил Кью.

Седьмая не ответила. Видимо, это был риторический вопрос.

– Расскажите подробнее, - попросил Пайк.

– Один из ульев Борг… это гигантские корабли кубической формы, - заговорила Седьмая, - один из ульев вышел из строя после того как ассимилировал ромуланский корабль-разведчик. “Рабочие пчёлы” впали в стазис. Ромуланская империя объявила улей трофеем, чтобы исследовать технологии, собранные Борг. “Пчёлы”, из которых были вырезаны импланты, их больше не интересовали.

– А кого интересовали?

– Одного из граждан Федерации, такого же экс-Борг, как я. Он предложил ромуланцам свою помощь в изучении технологий взамен на то, что они сделают частью проекта адаптацию экс-Борг к нормальной жизни.

– Чувствую, финал нам не понравится, - проворчал Чехов.

– Этот вундеркинд скрывал кое-какие технологии улья и спалился на том, что увел парочку беглецов из-под носа у ромуланской разведки, - мрачно ответил Кью. - Как долго, по-вашему, он прожил после этого?

– Меньше часа! - сказала Седьмая. - После его гибели проект фактически прекратил существование.

– Кью, почему вы не можете воскресить этого человека, как меня? - спросил Чехов.

– Я не воскрешал вас! - воскликнул Кью. - Я только снизил до ничтожного значения вероятность вашей случайной гибели.

– То есть, здесь проблема в том, что это была не случайность, а намеренное убийство? - нахмурился Пайк.

– Именно! Я не отменяю акты чужой воли. Для этого мне пришлось бы отменить свободную волю как явление.

Воцарилась полная тишина. Даже сам Кью приобрел смущенный вид после такого откровения.

– А то, что я сознательно подставился под выброс радиации, не считается волевым актом? - наконец спросил Пайк.

– Глупый вопрос! - сказал Кью. - Вашим сознательным выбором было спасти людей, а не пострадать самому.

– Благодарю вас, - сказал Пайк, задумчиво подняв брови. - Экипаж, примите вышесказанное к сведению и не давайте никому себя убить. Это приказ.

VK Audacity NBT-01917

– Вернемся к теме экс-Борг. Улей по-прежнему под юрисдикцией Ромула?

– Нет, он под защитой Федерации, - сказала Седьмая. - Но вопрос о гражданских правах экс-Борг не решён. Они фактически недееспособны, им нужна реабилитация.

– Думаю, мы должны увидеть это своими глазами, - решил Пайк. - Седьмая, передайте координаты улья командору Чехову.

– Есть.

– Павел Андреевич, рассчитайте курс и идите отдыхать. Я сменю вас за штурвалом.

– Капитан, разрешите мне пилотировать! - попросила Седьмая. - Тем более, только у меня есть допуск в закрытую зону.

– Вам тоже не мешало бы сейчас отдохнуть, - покачал головой Пайк. - Я позову вас, когда потребуется пропуск.

– Я экс-Борг, я могу подолгу не отдыхать, - сказала она с интонациями ребенка, который не хочет идти спать.

Пайк подумал, что отказ огорчит её, и склонил голову в знак согласия:

– В таком случае, место рулевого ваше. Что у вас, Павел Андреевич?

– Курс проложен, капитан, - сказал Чехов, улыбаясь.

– Спасибо, командор. Рулевой, максимальный варп. Доставьте нас к этому улью.

Пайк отвернулся от панели управления и увидел, что Кью стоит, скрестив руки на груди.

– Ну, я пойду? - полувопросительно сказал он, встретив взгляд капитана.

– Вы так и не сказали, зачем пришли, - напомнил Пайк.

– Да неважно, - сказал Кью.

“Так выглядит пассивная агрессия…”

Пайк вдруг задумался, что Кью выглядит одиноким и несчастным, и высказал вслух шальную идею, которая внезапно пришла ему в голову.

– Что бы вы сказали, если бы я... предложил вам роль советника в моём экипаже?

– ЧТО? - ошарашенно переспросил Кью с гримасой отвращения на лице. - МНЕ? Роль в ВАШЕМ экипаже?

Пайк сделал выразительное движение бровями, улыбнувшись уголком рта.

– Какова наглость! - продолжал возмущаться Кью. - СОВЕТНИК?

И добавил немного тише, но все так же агрессивно:

– Может быть, я хотел быть офицером по науке?!

– Офицер по науке - это должность, которая требует соответствия некоторым стандартам Федерации, - серьёзно сказал Пайк. - А советника я могу назначить властью капитана, принимая во внимание личные качества кандидата.

– КАНДИДАТА?!

Пайк молча кивнул. Годы работы со Споком и Уной научили его видеть глубже поверхностного слоя эмоций. Кью выглядел взбешённым, но - Пайк был уверен - только выглядел.

– Такая роль накладывает на меня ограничения, - обвиняюще сказал Кью.

– Но также наделяет определенными правами.

– И всё равно это ни в какие ворота.

– Значит, если бы я предложил вам роль советника, вы сказали бы вот это, - подвёл итог Пайк.

– ВОЗМОЖНО, - сказал Кью.

– Даже не знаю, стоит ли пробовать, - доверительно сказал Пайк, наблюдая периферическим зрением, как команда смотрит на него округлившимися глазами, и только Чехов за спиной у Кью краснеет, с трудом сдерживая смех.

– Не попробуете - не узнаете, - проворчал Кью.

– Хорошо, попробуем, - сказал Пайк. - Я предлагаю вам роль советника в моём экипаже.

– Я подумаю, - сказал Кью и исчез во вспышке света.

– Пап, как ты думаешь, он разозлился? - тревожно спросил Филипп, подбежав к отцу.

– Обычно люди не обещают подумать, когда злятся, - сказал Пайк. - Но Кью не человек. Может быть, он никогда не злится в привычном нам смысле. А какое у тебя впечатление?

– “Королева драмы”, - тихо сказал Филипп, как будто Кью мог услышать. - Мне показалось, что он проверял, испугаешься ты или нет.

– И как ты думаешь, я испугался? - поддразнил Пайк сына. Филипп с улыбкой посмотрел на отца, наклонив голову набок:

– Кажется, немножко. Но если честно, пап, мне показалось, что ты притворялся.

– Я ПРИТВОРЯЛСЯ? - Пайк сделал страшное лицо, имитируя Кью. - И кстати, никто не должен видеть, как юнга смеётся над капитаном…

– А смеяться, чтобы никто не видел, можно? - заинтересовался мальчик.

– Бери пример с командора Чехова, - сказал Пайк вместо прямого ответа. - Вот образцовый офицер.

VK Audacity NBT-01917. Артефакт Борг

Гигантский куб, висевший посреди пустого пространства, производил тяжёлое впечатление. Пайк обратил внимание, что Седьмая побледнела после выхода из варпа и не может отвести взгляд от громадины, тускло подсвеченной зелёными огнями. Помимо этого потустороннего свечения не было заметно никаких признаков жизни.

– Капитан, на диспетчерских частотах ничего, - сказал Филипп, уже освоившийся за консолью связиста.

– Другие корабли в зоне действия сканеров отсутствуют, - добавила Вина. - Внутри улья детектируются многочисленные жизненные формы.

– Хорошо, команда. Седьмая из Девяти, мы должны начать с обычной процедуры приветствия?

– Не вижу необходимости, капитан. Улей неактивен, вряд ли кто-то дежурит в диспетчерской, - сказала Седьмая, и в этот момент на ее коммуникатор пришел вызов. Она выхватила прибор из кармана, быстро нажала несколько кнопок и замерла в удивлении:

– А он что здесь делает?

– Не хотите ответить на вызов? - спросил Пайк.

– На той стороне экстренный маяк без приёмника, - ответила она. - Вызывают с Куба. Разрешите транспортироваться к источнику сигнала?

– Разрешаю и иду с вами, - он ожидал возражений, но Седьмая кивнула, вводя координаты в транспортную установку челнока, и добавила:

– Подготовьте оружие. Я не знаю, с какой угрозой столкнулся Эльнор, и почему это случилось именно сейчас!

– Командор Чехов, мостик ваш! Отправляйте нас и будьте готовы поднять троих.

– Есть, капитан!

– Как выглядит Эльнор? - спросил Пайк на всякий случай.

– Высокий молодой ромуланец.

“Исчерпывающе. Конечно, я узнаю ромуланца, как только увижу…”

Пайк знал о ромуланцах только, что этот вид родственен вулканцам. Федерация вступила в открытый контакт с Ромуланской Империей уже после его изоляции на Талосе IV. Он встал спиной к спине с Седьмой, подняв перед собой фазер, и закрыл глаза, ожидая резкой смены освещения.

После вспышки транспортации они и в самом деле погрузились в темноту.

– Эльнор! - негромко позвала Седьмая, пока Пайк пытался разглядеть что-нибудь вокруг.

– Я здесь, всё в порядке! - радостно отозвался молодой голос. - Как ты так быстро?

– Номер Один, непосредственной угрозы нет, - сказал Пайк. Он увидел наконец ромуланца - высокого бледного юношу, который бесшумно спрыгнул с груды контейнеров и двинулся к ним.

Темнота внутри Куба не была полной, вокруг мерцали всё те же тусклые болотные огоньки. Ромуланец подошел вплотную и поклонился, сперва сложив перед собой ладони, а затем раскрыв их как створки раковины. Пайк, уже настроившийся на вулканское приветствие, ограничился легким ответным поклоном.

– Эльнор, это капитан Пайк, - сказала Седьмая. - Он взял на себя практически безнадежную миссию, и я теперь в его экипаже.

Пайк не подал виду, что удивлен такой формулировкой. Даже при слабом освещении он заметил, что к любопытству в широко раскрытых тёмных глазах Эльнора прибавилось уважение.

– Капитан Пайк, - торжественно сказал ромуланец. - Седьмая мой друг. Если она с вами, то и я тоже.

– Я вам признателен, - ответил Пайк. - Но скажите, почему вы подали сигнал тревоги?

– Да, - Эльнор посмотрел на Седьмую очень смущённо. - Мне кажется… А, ладно! Я запеленговал коммуникатор Хью.

Женщина вздрогнула, как от удара:

– Повтори.

– Я нашел резервный планшет Хью в его кабинете, - начал объяснять Эльнор. - Послал вызов на его комм. И теперь комм активен и пеленгуется, - он протянул ей планшет. Седьмая взяла в руки прибор и пояснила для Пайка:

– Хью - так звали директора проекта. Его убили в этой секции Куба год назад, и мы потом не нашли тело.

– Значит, он мог выжить? - с надеждой спросил Пайк.

– Без шансов, - Эльнор мгновенно помрачнел и, опустив глаза, сдавленно договорил: - Он истёк кровью у меня на руках… А я обещал его защитить!

– Не всё в нашей власти, - с сочувствием сказал Пайк и положил руку ему на плечо, не сразу сообразив, что для ромуланца такое выражение чувств может оказаться так же неприемлемо, как для вулканца. Впрочем, Эльнор тут же развеял его сомнения, благодарно обняв его в ответ. Определённо, юноша не обладал сдержанностью своих вулканских родичей, чего нельзя было сказать о силе, - у Пайка едва не хрустнули рёбра от его хватки. В опасной близости от глаз мелькнула перемотанная кожаным ремнем рукоять меча, висевшего в ножнах за спиной у ромуланца.

– Эльнор прав, - сказала Седьмая. - Коммуникатор детектируется где-то в запечатанной части секции. Это не значит, что он рядом с телом Хью, но давайте проверим.

Седьмая принялась простукивать стену изящными пальцами, и только сейчас Пайк обратил внимание, что ее левая кисть затянута в ажурную металлическую перчатку. Она нащупала и отодвинула панель, и набрала код, сверяясь с планшетом. Через несколько секунд одна из плит стены поползла в сторону, открывая такой же тусклый коридор, как тот, в котором они находились.

– Семнадцать метров вперед и одиннадцать влево, - сказала она.

Эльнор сорвался с места. Пайк шагнул за ним и остановился в замешательстве.

– Это “пчёлы” Борг в стазисной спячке, - сказала Седьмая, заметив его растерянность.

Через равные промежутки в стенах виднелись ниши, подсвеченные мертвенным зеленоватым светом. И почти в каждой из ниш стояло одно из тех киборгизированных существ, которых он видел на записях. Бледность, отсутствие волос и импланты-окуляры делали их почти одинаковыми на лицо. Пайк остановился, чтобы рассмотреть одного из них поближе. Собственный глаз “пчелы” был закрыт, словно существо спало, но блестящая линза окуляра создавала впечатление, что оно неодобрительно наблюдает за ним. Пройдя мимо десятка таких же существ, как первое, Пайк ощутил, что начинает задыхаться, словно весь Куб навалился ему на грудь. Каждый из этих изувеченных гуманоидов был личностью со своей историей, мыслями и мечтами, пока его не поглотил колоссальный бездушный рой, как будто в насмешку названный Коллективом. В теории, каждого из них можно было вернуть к нормальной жизни. Но очевидно, что разбуженные “пчёлы” могут получить приказ от своего коллективного сознания и обрушиться на новую цель…

Пайк зажмурился на минутку, пытаясь избавиться от страшного видения. А когда открыл глаза и подошел к следующей ячейке, то понял, что видит Хью.

Артефакт Борг

В отличие от остальных людей в ячейках, у директора проекта были густые чёрные волосы, обрамлявшие бледное лицо, и не было протезов. На то, что у него когда-то тоже был имплантированный окуляр, недвусмысленно намекали металлические детали вокруг глазницы и грубые хирургические швы по всей левой половине лица. Очевидно, этому парню не повезло с врачом так, как Седьмой. С ним не церемонились, кое-как прирастив куски искусственной кожи на место удаленных имплантов. Но несмотря на зловещие шрамы, лицо экс-Борга казалось добрым.

“Он не выглядит мёртвым”, - осознал Пайк, и окликнул Эльнора и Седьмую.

Эльнор вывернул из бокового коридора совершенно расстроенный:

– Я нашел коммуникатор на полу, - крикнул он издалека. - Хью там нет.

– Взгляните сюда, - позвал его Пайк.

Он предусмотрительно сделал шаг в сторону, чтобы Эльнор, бросившись к ячейке, не сбил его с ног.

– Это он! - выдохнул ромуланец, заглянув в ячейку. - Как вы догадались?

Пайк неопределённо пожал плечами. Он перевел взгляд на подходившую к ним Седьмую из Девяти и теперь по-настоящему удивился мастерству хирурга, который восстановил ее лицо. Даже остатки имплантов выглядели как стильные украшения.

– Вы нашли тело Хью? - недоверчиво спросила она.

– Посмотри, - возбужденно перебил ее Эльнор. - Я не вижу признаков разложения!

– Стазисное поле, - сказала она. - Наверно, включилось, когда я реанимировала Куб. Тело могло сохраниться в целости…

– А что насчет сознания? - нетерпеливо спросил Эльнор. - Память могла уцелеть? Я слышал, что нанозонды могут поддерживать работу мозга даже если человек умер...

– Эльнор! - казалось, Седьмая хотела накричать на юношу, но ее ярость угасла так же быстро, как вспыхнула. Она тихо договорила: - Я была в слиянии с коллективным сознанием и не слышала его голоса...

– Прости, - смутился Эльнор. - Просто Кью сказал, что ты однажды вернула погибшего человека из мёртвых с помощью нанозондов Борг.

– Кью был здесь? - насторожилась Седьмая.

Эльнор кивнул и наивно спросил:

– Ты тоже его знаешь? Он навёл меня на мысль, что надо продолжить поиски.

Седьмая не ответила.

– Я не хотел бы отравлять ваши души бесплодной надеждой, - осторожно вмешался Пайк, - Но мне кажется, что Кью не стал бы разводить активность вокруг безнадёжно мёртвого тела.

– Вы правы, - сказала Седьмая. - Мы должны проверить все возможности.

Она повернулась к Эльнору и добавила:

– В тот раз я только стабилизировала пациента в состоянии клинической смерти. Чтобы его реанимировать, у нас был лучший врач в Дельта-квадранте.

– Что случилось с вашим врачом? - спросил Пайк, рискуя вызвать новую эмоциональную бурю.

– Его забрали для изучения в научную секцию Звёздного Флота, - грустно ответила Седьмая. - Доктор был их собственностью - экстренной медицинской голограммой. Я не знаю, что с ним сейчас.

– Мы обязательно выясним, - твердо сказал Пайк, хотя у него что-то перевернулось в желудке при мысли о том, что голограммы начали захватывать мир. - А сейчас кто-нибудь может помочь с реанимацией?

Он ощутил сигнал вызова и дотронулся до своей инсигнии:

– Пайк на связи.

– Капитан, я умею обращаться с реанимационным оборудованием, - сообщил Чехов.

– Командор Чехов, есть что-то, чего вы не умеете? - спросил Пайк, невольно улыбнувшись.

– Затрудняюсь ответить, сэр, - по голосу было слышно, что Чехов тоже улыбается.

– Седьмая, мы можем припарковать тут челнок? - обратился Пайк к женщине. Та кивнула, перебирая что-то на планшете, и сказала:

– Капитан, медицинский отсек функционален. Ангар для челнока на две палубы ниже медотсека. С вашего разрешения, я передам командору схему Куба.

– Отлично, Седьмая! Я предлагаю вам переместиться в медотсек и проверить готовность оборудования, - затем Пайк снова обратился к Чехову: - Номер Один, загрузите схему Куба. Транспортируйте Седьмую из Девяти в медотсек. Поставьте челнок в ангар. По сигналу готовности от Седьмой транспортируйте меня, Эльнора и Хью. После этого жду вас и специалиста Дельмонд в медотсеке.

Артефакт Борг

Когда транспортация завершилась, Эльнор и Пайк одновременно подхватили тело Хью, оставшееся без опоры.

– Сюда, - скомандовала Седьмая. Они осторожно уложили тело на медицинскую кушетку. Система жизненного контроля немедленно подняла вой, сообщая об отсутствии сердцебиения у пациента.

Почти сразу же транспортер сработал второй раз, и в помещении материализовались еще две фигуры. Пайк отступил в сторону, пропуская к кушетке Вину с медицинским трикодером.

– Бедняга! - вырвалось у нее при взгляде на Хью. Она прикусила губу, смутившись своей эмоциональной вспышки, и протянула к нему руку с сенсором, считывая показания.

– Командор Чехов, - сказала она сдержанным тоном, поворачивая трикодер экраном к нему, - вы видите то же, что и я? Биохимический цикл поддерживается несмотря на отсутствие кислородного снабжения.

– Что это значит? - нервно спросил Эльнор. - Вы можете его стабилизировать?

– Его не нужно стабилизировать, - ответил Чехов, вглядываясь в экран трикодера и сопоставляя показания с тем, что отображалось на большом дисплее над кушеткой. - Он и так стабильнее некуда.

– Но он не дышит!

– Ему не нужно, - подала голос Седьмая. - Когда он умирал, активировались нанозонды и перехватили прямой контроль над биохимическими процессами. Ему не нужен кислород и другие элементы для поддержания жизни, - только прямой приток энергии. И ты поместил тело в энергетический контур ячейки, которая обеспечила этот приток.

Голос Седьмой вибрировал от напряжения, как будто она была на что-то обижена. Вина подумала, что у неё перехватывает горло от волнения.

– Так он жив? - с мольбой в голосе спросил Эльнор.

– Паттерны мозговой активности соответствуют четвертой стадии комы, - сказал Чехов. - Он на пороге смерти, но благодаря нанозондам не умирает. Седьмая, мы можем сейчас зашить рану и перелить ему кровь?

– Это возможно, - сказала она, и снова обратилась к Эльнору: - Послушай, я не могу сейчас обещать, что Хью восстановится. Судя по данным сканирования, его мозг функционален и память не пострадала, но…

– Но - что?

– Он не реагирует на внешние раздражители, - тихо сказала Седьмая.

– Обычно люди не реагируют на раздражители уже на третьей стадии комы, - отрывисто сказал Чехов, разбирая хирургические инструменты. - Поверьте мне, я там был. Если он не воспринимает болевые ощущения, значит, обойдемся без анестезии. Седьмая, проследите за активностью нанозондов. Дельмонд, прошу вас ассистировать мне.

Пайк взял за плечо Эльнора, который завороженно смотрел на Чехова и тихо сказал:

– Отойдём, чтобы не мешать.

– Да, конечно, - юноша позволил увести себя в сторону от операционной зоны. - Если бы я умел вот это всё… Как вы думаете, у них получится?

– Я не знаю, - честно сказал Пайк, присев на кушетку у стены. - Но если не получится, у нас будет сколько угодно времени для скорби. Давай пока поговорим.

Эльнор кивнул и сел рядом, подтянув колено к груди и обхватив руками плечи.

– Ты не мог бы рассказать мне о своем народе? Я реликт другого времени, для нас ромуланцы были совершенной загадкой.

– Вряд ли я вам много расскажу. Я был ребёнком, когда Ромул взорвался. Мне повезло попасть в первую волну эвакуации, но я потерял семью…

Что-что, а слушать Пайк умел. Подбодренный сочувствием в его взгляде, Эльнор заговорил охотнее:

– Меня приютили адептки Коват Милат... Это орден защитниц правды. Я никому больше не был нужен, поэтому они вырастили меня и научили меня тому, чему они учат девчонок…

– Это чему? - спросил Пайк.

– Драться за правду! Мы всегда встаем на сторону того, за кем есть правда, но недостаточно силы.

– И Седьмая сказала тебе, что наш случай как раз такой?

Эльнор кивнул и тихо добавил, мотнув головой в сторону операционной бригады:

– Я не допущу подобной ошибки снова.

– Многие думают, что допустили ошибку, когда на самом деле от них ничего не зависело, - мягко сказал Пайк. - Почему ты думаешь, что это была твоя ошибка?

– Я попался на обманный трюк, - мрачно сказал Эльнор. - Я поверил врагу, и это стоило жизни другу.

– Знакомая песня, - задумчиво произнес Пайк, вздернув брови. - Еще один перфекционист, готовый загрызть сам себя за то, что не смог предотвратить трагическую случайность.

– А кто ещё? - спросил Эльнор.

– Я, - сказал Пайк.