#2 ХАОС на пороге!

Загадочный космический объект на расстоянии в 4,24 световых года от Солнечной системы находится Проксима Центавра.

Где-то в ее пределах постепенно движется загадочный космический объект, изучить который до сих пор не удалось.

Да что там изучить! Даже разглядеть не удалось. Лишь по косвенным признакам был составлен примерный силуэт, выглядящий как нагромождение кубов и ромбов.

Из-за сложностей с изучением и начавшихся проблем на Земле никто не заметил, как объект начал внезапно и очень быстро приближаться в сторону Солнечной системы.

Это было невероятно быстро по меркам космоса, однако до непосредственного контакта с обитаемыми планетами осталось примерно пол года.

***

Где-то далеко на планете Земля, за много километров от цивилизации, в защищенном бункере для совещаний, происходил важный отчет, в ходе которого решалась судьба одного секретного объекта.

Объект имел кодовое название «Зверинец-4» и являлся одним из немногих подобных владений Церкви и Инквизиции.

Зверинец-четыре, являлся очень необычной тюрьмой для людей, существующей на самой дальней границе солнечной системы. Логистика припасов для нее была очень большой головной болью, однако эта космическая станция приносила весьма своеобразные результаты.

Далеко не прямо, но проект приносил плоды, окупая сложности. Например, туда отправляли тех, кто столкнулся с Хаосом и сохранил разум, — это была мягкая мера сдерживания «тьмы». Находящимся там людям даже позволялось периодически связываться со своими родственниками, если таковые оставались.

В общем, до сих пор существование Зверинца считалось целесообразным, позволяя применять «мягкие» меры безопасности.

Однако недавно там начали происходить странные и опасные вещи, поднявшие вопрос о целесообразности дальнейшей поддержки проекта.

— Предлагаю начать протокол ликвидации проекта "Зверинец-2" при первых признаках угрозы, — припечатал докладывающий господин-церковник, не имеющий духовного сана. - А еще лучше уничтожить базу сейчас, плавно выведя оттуда важных специалистов и оборудование.

Их вообще после событий, начавшихся полтора года назад, сильно упростили. Хотя казалось бы куда дальше.

— Это последняя подобная лаборатория! — возразил другой человек, являвшийся представителем инквизиции. — Где нам, по-вашему, брать данные?!

И да, он тоже не имел духовный сан.

Троица Святых Отцов взирала на всё происходящее и не спешила принимать какую-либо сторону.

Они взирали на всё происходящее и очень внимательно слушали свои мысли.

— Проявления Тьмы могут захватить эту станцию! — обернулся к командованию Церковник. — Вы же видите, что творится вокруг! Нам уже пришлось уничтожить две предыдущие лаборатории! Две! У нас нет специалистов, способных справиться с этой ситуацией иным способом

— Мы можем провести плавное внедрение, разведку… — начал возражать инквизитор.

— Мы не можем так рисковать! Это… Да если они вдруг вновь призовут какую-нибудь тварь или даже хотя бы выберутся на свободу, наступит конец света! А представьте себе, что случится, если они призовут нечто размером с планету?!

— Не всё так критично, — заметил один из святых отцов, — на станции нет двигателей, способных сдвинуть ее с места. Даже если там вдруг поднимется бунт, мы сможем провести ликвидацию. Больших ритуалов там не провести благодаря системам безопасности.

— В конце концов, вокруг них чистый космос. — вмешался еще один Отец. — Даже если у такой твари есть особенность, позволяющая не умереть в нем, добраться до обитаемых планет все равно невозможно. Впрочем, на ЭТОЙ станции сложный ритуал провести невозможно.

Благодарно кивнув, представитель Инквизиции счёл нужным добавить:

— Обратите внимание, у нас ведь еще есть… Гласиас Дрейк. Мы могли бы пообещать ему титул паладина и еще что-нибудь и отправить туда как внедренного агента.

— Чисто технически он достоин этого титула уже сейчас, — заметил молчавший до сих пор Святой. — Та работа, которую он выполняет, и совершенно беспрецедентное геройство в злополучном отеле год назад…

— Вот именно, — теперь уже кивнул Церковник, — рисковать столь ценным кадром мы не можем. Да и ко всему прочему это может значительно сказаться на его лояльности. Вы же знаете, насколько он слабо заинтересован в служении.

— Но не до крайности, — возразил Инквизитор и нахмурился, — в конце концов, у него же есть какие-то желания! Мы можем пообещать, не знаю, еще одну виллу возле моря и парочку слуг!

— Это противоречит нашей вере, — укоризненно покачал головой Святой. — Но будет приемлемым в крайних случаях.

— Вот! Вот! Сейчас именно такой случай! Обычные люди не справятся, а его личность неизвестна ни одному сотруднику на станции! Он может стать полноценным заключенным Зверинца на время работы!

— Предлагаете выдать его особенности за… влияние Хаоса? — деловито уточнил Церковник. Кажется, ему не нравилась эта идея, но он вынужденно признал, что в ней есть некое зерно.

— Именно. Обычные люди не смогли вычислить культистов во всех прошлых случаях, а здесь… Здесь у нас есть шанс.

— Вы же понимаете, что в случае провала нам не удастся его эвакуировать? Он также попадет под программу зачистки.

— Не попадет, там же есть эти… старые криогенные установки и эвакуационные капсулы. Изменим программу зачистки. В крайнем случае признаем его великомучеником. — не слишком удачно пошутил говоривший. А следом добавил: — Мы не должны строить слишком много планов, рассчитывая на Дрейка.

— Это имеет смысл, — тяжело вздохнул Церковник, — но в таком случае можно внедрить еще нескольких агентов. У нас есть лояльные люди, подходящие для данной работы? Но помните, я категорически против! В случае неудачи мы же… лишимся воистину уникального союзника! Пусть ненадежного, но полезного!

— В самой тюрьме содержится Феникс, — напомнил о себе Святой Отец, проигнорировав последние предложения, — и есть один двойной агент, работающий на корпорации. Если не разглашать всех деталей, то они смогут помочь.

— В таком случае решено! Нам необходимы данные, получаемые со станции, план принимаем в разработку. — согласился еще один Отец, а последний просто кивнул. — Все детали обсудим позже, на создание плана отведите две недели. Попрошу к следующему совещанию подготовить…

***

Где-то далеко от последнего места происходили иные примечательные события.

Высокий многоквартирный чуть в отдалении от центра города оказался поспешно эвакуирован, словно при пожаре или риске отравления газом. Однако ни то ни другое не служило причиной эвакуации, потому что внутрь дома заходил экстренный отряд Инквизиции.

Это была тройка безликих бойцов с автоматами и символами веры везде, где можно было. В центре отряда стоял молодой на вид человек со светлыми взлохмаченными волосами. Его тяжелый и усталый взгляд вовсе не портил идеального пропорционального лица, а также правильно сложенного тела.

Судя по его походке и всё тем же умным и внимательным глазам, для него всё происходящее являлось рутиной. Самой обычной и не самой приятной.

Гражданские, наблюдавшие, как эта странная процессия входит в здание, были крайне озадачены. Кто этот человек, носящий обычную одежду и пренебрегший почти всей защитой, кроме самой легкой? Почему его вводят в столь опасное место?

Ответов, естественно, никто не давал, однако все участвующие в операции люди выглядели уверенно, так что вскоре и перешептывания зевак немного стихли. Никто не спешил возмущаться.

Внутри странного человека встретил мужчина-офицер, испещренный шрамами. Он был опытным демоноборцем и искренне радовался тому, что сегодня большая часть работы будет лежать не на его ребятах. Он вышел вперед и протянул руку для пожатия:

— Гласиас Дрейк, полагаю? — уточнил офицер и чуть улыбнулся.

— Давайте не станем тратить ни ваше время, ни уж тем более мое. — пренебрег рукопожатием Дрейк и властно махнул рукой. — Ведите к месту.

Было очевидно, что он считал себя выше любого из присутствующих. И дело было даже не в росте, который был примерно таким же, как и у опытных и сильнейших инквизиторов, прошедших не только армейскую подготовку, но и специальную программу обучения. Нет, он считал себя банально важнее всех этих людей.

Проглотив оскорбление и убрав руку, чуть посмурневший (но все еще вполне довольный) офицер провел прибывших людей по лестнице на самый верхний этаж дома.

Судя по неудовольствию, появившемуся на лице Гласиаса, у него были связаны не самые приятные воспоминания с верхними этажами больших домов.

Подъем по лестнице был долгим… Очень долгим. Здание было настолько высоким, что никто всерьез не полагал, что кому-то придется идти пешком на самый верх.

Пятьдесят пятый этаж оказался буквально переполнен людьми инквизиции. Они стояли грамотно, так, чтобы в случае чего не перекрыть обстрел друг другу и иметь возможность отхода, но солдат было черезчур много для обычной силовой операции.

Шестьсот тридцать вторая квартира выделялась тем, что большая часть оружия и внимания была сосредоточена именно на ее двери.

— Вот там, — остановившись, сообщил инквизитор-офицер, указывая на искомое помещение. — Описание у вас уже есть. Обычными методами не… выводится.

Кивнув, Дрейк прошел к двери и уверенно потянул за ручку, входя внутрь. Его сопровождение осталось снаружи.

На крохотную секунду глаза странного инквизитора ослепли, потому что окно этого дома находилось очень неудачно — в конце холла, прямо напротив ярко светящего летнего солнца.

Однако его зрачки пришли в себя быстро, и вскоре он спокойно оглядывал представшую перед ним однокомнатную квартиру.

Короткий холл и комната справа (не считая туалета, объединённого с ванной, находящихся слева). Комната была прикрыта дверью, и оттуда несло запахом, напоминавшим цветочно-медовый аромат.

Не спеша и удивительно спокойно, Гласиас Дрейк оглядел ванную, потолки и заглянул в каждый шкафчик. Не поленился даже залезть под стульчак (делал он это двумя пальцами и сморщив нос) и открыть крышку сливного бака.

Только потом, уверившись в том, что лишних сюрпризов не предвидится, направился к комнате, из которой доносился чудесный запах.

Итак, комната. Единственное полноценное помещение квартиры представляло собой не слишком просторный квадрат, в котором по углам разместились три единицы мебели: шкаф для всех пожитков, одноместная кровать и рабочий стол с компьютером.

В данный момент центр комнаты был бы совершенно пустым, если бы не торчащий по самому центру «прыщ».

Всё свободное пространство занимал демонический холм, состоящий из жира, кусков кожи и волокон мяса. В центре живописным цветком раскинулись человеческие рёбра.

Именно эта штука источала из себя столь приятный цветочный запах совершенно не вяжущийся с внешним видом.

— Каждый раз что-то новое, — вздохнул инквизитор, которого зрелище тронуло совсем на капельку.

Еще раз, куда более внимательно осмотрев новообразование на полу, Гласиас Дрейк приметил новые детали.

Так, например, обнаружилось, что весь цветок состоит из одного человека, хотя объема биомассы явно было бы недостаточно. Просто некоторые запчасти сохранили свой прошлый вид.

Два глаза находились в странном отдалении друг от друга, но довольно резво двигались, осматривая доступное пространство.

Еле заметно вздрагивая, бугорок дышал и пульсировал.

Почесав щеку, Дрейк подошел ближе, достав большой стальной крест, и заглянул в центр бутона. Там лежал мозг, от которого во все стороны отходили нитки нервов.

— Больно, наверное, — поёжился инквизитор и принялся искать следы ритуала.

Они нашлись на полу под бывшим владельцем дома. Чуток проглядывали края рисунка.

— Ну, с богом! — подбодрил себя Дрейк и приготовился к другому, противоположному ритуалу.

Изгнание, как и любое убийство демона, не было чем-то конкретным. Это почти творческий процесс, во время которого изгоняющий мог делать практически что угодно.

Вот и сейчас, не собираясь тратить ни секунды, Гласиас достал бутылек святой воды и, приоткрыв крышку, начал брызгать на все части демона.

Зашипела плоть, которую, словно кислотой, разъедала обычная, — с точки зрения химии и физики, — вода.

Бугорок начал содрогаться от боли, но, по всей видимости, не мог сдвинуться. Однако чем ответить, ему нашлось.

Несколько волокон мяса начали набухать. Разрывая изнутри своего «родителя», во внешний мир начало вылезать существо, напоминающее… бутон розы?

На коротких ножках из лепестков это, с позволения сказать, существо обладало длинными, уходящими вовнутрь рядами острых зубов.

Цветок шипел и беспрерывно двигал зубами, нацелившись на Инквизитора, однако сделать что-то он не успел.

Утяжелённый ботинок с дополнительной защитой раздавил тварь одним ударом. Раздался чавкающий звук, и на месте потенциально опасного существа осталась подергивающаяся лепёшка.

Для любого, кто работал в Инквизиции хотя бы половину года, было очевидно, что давить даже мелких созданий, как правило, опасно. Зачастую у монстров Хаоса оказываются весьма острые части тел (зубы, когти, клювы… иногда всё вместе), и они спокойно прогрызают подошву даже специализированных ботинок.

И это не говоря о том, что кто-то из них может иметь кислотные железы, разъедающие металл!

Но… Наверное, этого человека не зря так уважают? Он, видимо, знает, что делает?

Тем временем Гласиас, поморщившись, посмотрел на оставшуюся липкую вязь на подошве и, подумав, начал сковыривать ее крестом.

Кажется, он не испытывал никакого пиетета перед символом веры.

Когда он покончил с шипящими лепестками роз, мешающими ходить, демон в центре комнаты уже начал вываливать из себя новых противников.

— Заливайте тут всё! — разочарованно сказал Инквизитор и затянул унылую молитву.

В этот раз растворяться начали не отдельные куски демона, а он весь целиком.

Пока шло отпевание и обрызгивание особо ретивых «розочек», несколько солдат снаружи комнаты провели вовнутрь комнаты длинный пожарный шланг и, дождавшись подтверждения, врубили поток воды, затапливая квартиру.

Поднялся визг, от которого у Гласиаса заложило уши, а солдаты потерялись в пространстве. Вот для таких случаев и нужен Гласиас Дрейк. В том числе для таких.

Он, посекундно морщась и продолжая кричать молитву (громкость оценить было трудно, но эффект был заметен), направился к шлангу, начавшему не очень эффективно затапливать ванную и коридор.

Подхватив его, он направил слабый напор в самый центр цветочного монстра, залив торчащий оттуда мозг.

Вскоре визг прекратился, а вместе с этим и вся квартира стала напоминать кипящий бульон из грязи, в которую обратился демон.

Вот только кипела лишь расплавленная плоть демона, в то время как очнувшиеся солдаты и Гласиас не испытывали никакого дискомфорта.

— Теперь ждем группу зачистки, — сообщил голосом офицера дрон, влетевший в комнату.

Когда угроза прыгающих лепестков исчезла, появилась возможность внимательнее провести анализ.

— У меня нет времени! — пнул какой-то стул Дрейк. — Я здесь проездом! И до сих пор никак не пойму, почему вы просто сразу всё это не сделали?

Говорил он словно в никуда, однако по контексту было ясно, что обращается к «дрону».

— Вас обработают первым, — пообещал офицер, — а причины уже были озвучены.

— Ну-ну, — хмыкнул Инквизитор, стоя уже по щиколотку в освященной воде, по которой, кроме кусков демона, плавали немногочисленные вещи владельца квартиры.

Причины… были. Но совсем не весомые, как казалось Дрейку. Если сократить всю ту «воду», которую налили крючкотворцы-менеджеры, то кому-то захотелось еще раз проверить возможности Дрейка (все события снимались на камеры, вмонтированные в бронежилеты и дроны).

Так сказать, чтоб уж точно.

Вскоре пришли специальные люди, которые уничтожили малейшие куски демона, засосав их вместе с остатками воды в специальный контейнер.

Глядя, как с ног стекают капли, Гласиас Дрейк вздохнул, погружаясь в воспоминания о том, как он здесь оказался…