20. Пугало на рассвете

Автобус подпрыгнул на очередной выбоине, и Кира крепче схватилась за сиденье, чтобы не удариться головой о стекло. За окном мелькали бесконечные поля, изредка прерываемые небольшими перелесками. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в оранжево-розовые тона.

— Следующая остановка — Ольховка! — прокричал водитель, перекрывая шум мотора.

Кира вздохнула с облегчением. Ещё пять минут тряски, и она наконец-то доберётся до бабушкиной деревни. Три часа в душном автобусе казались вечностью.

Когда автобус остановился, Кира схватила свой рюкзак и поспешила к выходу. Ей исполнилось четырнадцать, и это было первое лето, когда родители разрешили ей поехать к бабушке одной. «Ты уже достаточно взрослая,» — сказала мама, целуя её на прощание. Кира гордилась этим доверием, хотя что-то подсказывало ей, что родители просто не смогли отпроситься с работы.

Бабушка ждала её у остановки, опираясь на старую деревянную трость.

— Кирочка! — воскликнула она, раскрывая объятия. — Наконец-то приехала! Я уж думала, автобус совсем не придёт.

От бабушки пахло свежевыпеченным хлебом и какими-то травами. Кира крепко обняла её, чувствуя, как напряжение от долгой дороги постепенно отпускает.

— В городе, небось, духота? — спросила бабушка, беря внучку за руку. — А у нас тут благодать! Воздух чистый, еда настоящая. Поправишься за лето, а то худая совсем.

Кира улыбнулась. Бабушка всегда считала, что она недоедает, хотя Кира была совершенно обычного телосложения.

Они шли по единственной деревенской улице, и Кира с любопытством рассматривала знакомые дома. Ольховка почти не изменилась с прошлого года. Те же покосившиеся заборы, те же гуси, важно шагающие по обочине дороги, те же старушки на лавочках, провожающие их любопытными взглядами.

— К нам гостья из города приехала! — гордо объявляла бабушка каждой встречной соседке.

Когда они подошли к бабушкиному дому — маленькой аккуратной избушке на краю деревни — солнце уже почти скрылось за горизонтом. Последние лучи золотили крышу и превращали окна в огненные квадраты.

— Иди, умойся с дороги, а я ужин разогрею, — сказала бабушка, открывая скрипучую калитку.

Кира пошла к умывальнику во дворе, но вдруг замерла. Что-то привлекло её внимание. За домом раскинулось широкое поле, и в его центре, словно одинокий часовой, стояло огородное пугало.

Оно было странным. Не как обычные пугала, которые делают из старой одежды и вешают на палку. Это было… почти человеческим. Высокое, в длинном тёмном пальто, с широкополой шляпой, скрывающей лицо. Кира не могла разглядеть его черты, но даже на расстоянии было видно, что это не просто мешок с соломой.

Пугало стояло абсолютно неподвижно, но у Киры возникло непреодолимое ощущение, будто оно смотрит прямо на неё. По спине пробежал холодок.

— Бабушка, — позвала она, не отрывая взгляда от пугала, — а что это за странное пугало в поле?

Бабушка вышла на крыльцо и прищурилась, глядя в сторону поля.

— А, это… — она на мгновение замялась. — Это не просто пугало, Кирочка. Это караульник.

— Кто?

— Караульник. Хранитель деревни. Стоит там с незапамятных времён. Отгоняет всякую нечисть от наших домов.

Бабушка перекрестилась и добавила уже строже:

— И ты, Кира, запомни главное правило: никогда не подходи к нему близко, особенно ночью. И уж тем более не трогай его одежду. Поняла?

Кира кивнула, хотя и не поняла, почему бабушка так серьёзно говорит о каком-то огородном чучеле. Наверное, просто деревенские суеверия.

Но когда она обернулась, чтобы ещё раз взглянуть на пугало, ей показалось, что оно немного повернуло голову, словно следя за ней. Солнце уже почти село, и в сумерках фигура казалась ещё более зловещей.

— Иди в дом, — поторопила бабушка. — Скоро стемнеет, а ты ещё не поела.

Кира послушно пошла в дом, но что-то подсказывало ей, что это лето будет не таким спокойным, как она ожидала. В воздухе пахло не только цветами и травами, но и чем-то ещё… Предчувствием чего-то странного и тревожного.

Перед сном Кира подошла к окну своей комнаты. Из него было прекрасно видно поле и пугало, чёрный силуэт которого чётко вырисовывался на фоне звёздного неба. И снова ей показалось, что пугало смотрит прямо на неё.

«Глупости,» — подумала Кира, задёргивая занавеску. — «Это просто плод воображения. Пугала не двигаются и не смотрят на людей.»

Но почему-то она всё равно не могла отделаться от ощущения, что в этой тихой деревне её ждёт что-то необычное. И это необычное как-то связано с молчаливым стражем в поле.

Кира легла в постель и закрыла глаза, пытаясь уснуть. Но каждый шорох, каждый скрип старого дома заставлял её вздрагивать и прислушиваться. А где-то далеко в поле стояло пугало, неподвижное и молчаливое.

По крайней мере, ей хотелось верить, что оно оставалось неподвижным.