2022 ландыша - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Jelena Rodtschenkowa (самиздат)

Улыбка Земли

Елена Родченкова

В лучших духах из восточных масел -
Отзвук подсолнуха, дёгтя, грибов.
В лучших стихиях из знойной страсти -
Суровая северная любовь.
Западный ветер о розе лепечет,
Сушит на солнце её лепестки.
Южные ветры и рвут, и мечут,
Сок выжимают и льют в духи.
Крутят стихии, словно шаманы
Ручку шарманки, бьют в бубны свои,
И лишь вызывают улыбку Земли:
В лучших стихах не бывает обмана.
В худших стихах не бывает любви.

Ландыши

Елена Родченкова

Благословенна неприкосновенная леса душа.
Даже не решаюсь полной грудью дышать.
Ох, и надышала ландышами леса душа!
На тонкой тропке-стебельке в шарах чаш
Ладони листьев держат каждый мой шаг.
Я иду, не спеша...

ЭтРусская идея

Елена Родченкова

Русская идея - идеал:
Речь сама в себе - источник нации.
Мир стихий астрал обосновал
Вне проекций мнимых декораций.
TNK - trans nazion corpus ratio,
Где русская идея - идеал.
Русская идея - сам язык.
Чудо, порождающее космос.
Мир к самосознанию привык,
В форму будущего воплощая голос,
Переходит с шёпота на крик.
В хаосе есть всё, кроме венца.
Русское пространство беспредельно.
Верность Слову - как любовь в сердцах,
Ни начала не имеет, ни конца.
Мощь стихий - мир Rusticus ideae -
Et russia idem ideo ideal -
И вмещают русские сердца -

Идеально - русскую идею.

***

Елена Родченкова

Рабы желают иметь рабов,
А господа - господ и гОспода.
Наслаждаться досыта чтоб
И оправдываться чтоб досыта.
Вне сомнения - подчинение -
Только временное упражнение,
А вечное уравнение -
С тремя неизвестными X,Y,Z -
Тренд с вычитанием перед делением,
И сложением до умножения.
После знака "=" ответ
Да или нет.
Над зигзагом - микс
Как зиплайн завис
Из исчисленных Z,Y,X.
Молния расстегнута на зип лайне.
Привет Швейцарии - из Тайваня от Вани

Или даже от двух Ваней – твикс.

Тише, тише...

Елена Родченкова

Тише, тише... уши слышат.
Не буди чужих зверят.
Время новым небом дышит.
Выше шпиля, ниже крыши -
Люли-люли - тише-тише - баю-баю -
Бомбы спят.
Кто из Вавилона вышел,
Строил Новый Вавилон.
В Москве ситцевые крыши
Сторожат мышиный корм.
Тише, тише, не тронь мышек,
Корм заперт на сто замков.
На счета нули припишет -
Гекатомба - в сто быков.
Остаются в банках мыши,
Корму кворума служа.
Закрывают банки крышки.
Тише, тише, души слышат.
Если ты из банки вышел,
Значит, ты пришёл в себя.

Серые армии

Елена Родченкова

- Какое-то странное, пестрое войско вдали...
За ними - солдаты, орудия, танки... Смотри!
Смотри, командир! Вот их жертва великой любви!
Они прикрываются женщинами и детьми!
Они их погнали вперед, беззащитных, как щит!
Мужчины - за спинами жен...

Командир молчит...

- Смотри, командир, как их скорбные лица бледны.
Как крепко к груди малышей прижимают они.
Они - Богородицы, сошедшие с древних икон...
Спокойно, спокойно идут под прицельный огонь...
Не надо стрелять в них...

- Рука не поднимется... Но
Жена и три сына - мой мир за моей спиной.
Я душу за мир отдаю, я их должен спасти.
А трусы прикрыли живот свой живыми детьми.
Своих Богородиц на бойню послали, как скот.
Животные так не поступят. Они - не народ.
Огонь, батарея!
- Там дети!

- Огонь! Огонь!
И кто-то стрелял, кто-то выл и кричал: "Не тронь!"
И там, где недавно живая пустыня была,
Кровавым цветастым узором земля расцвела.
И яростно, ярко серели в узоре ковра
Две серые армии грязи, предательства, зла.

Слетелись все ангелы к подлому полю войны,
Цветастым ковром окровавили крылья они,
И, деток к груди прижимая, всех ввысь понесли.
Так мир завершился звериною битвой с детьми.
Две серые армии жизнь погубили свою.
Живым не остался никто в том последнем бою.
2019

Серая война

Елена Родченкова

Земная война - это способ солгать
И крови невинной отведать,
А также возможность весь мир обобрать
И зло оправдать днем победы.
За женщинами, стариками, детьми -
Жиреют в тылах генералы.
Война - это способ сбежать от вины
В изящную пену гибридной войны,
Минуя бесцветные мирные сны -
Попасть в океаны астрала.
Там свет балансирует сбоку у тьмы.
Там тоже война в отраженьях Зерцала
Меж теми, кому стало вечности мало,
Там тоже бои. Там всегда полыхало...
Никто не вернётся с астральной войны.

144000

Елена Родченкова

Жертва блокадной крови -
Сто сорок четыре тонны -
Умножена на сто сорок четыре тысячи
Спасающихся неспасённых,
Через двенадцать колен разделенных -
Сумма будет зависеть от источника перевода,
Способа перехода и момента входа
В точки огня на воротах черных.

Бомба не попадает в одну воронку два раза.
Бомба взрывается многотонно и сразу.
У Европы рот пересох и загнил от жажды.
Голубая дивизия разорвала плод,
Изменив генетический код
Прелестными квантами кровавой сажи.

Ленинград переплавил все свечи на воск всесожжения.
Освободилась энергия тюремного тления и брожения,
Сотворенная иерархами потребления
И номенклатурой блокадного города.
Под землёй теплее, чем в морской воде.
С исторической точки зрения
Грабитель ограбленный
Стерег процесс ограбления,
Спасатель спасаемый лишился спасения.
Лишь осталась незыблемой
Красота ледяного города,
Да на черном бархате - проколотом шпилями золота ледяного река изогнутая,
Да неоплаченный миром долг - в провале пьедестала падения
И молния вознесения - наглухо расстегнутая.

ZIP-cod

Елена Родченкова

Холокост Ленинградской блокады -
Неоплаченный долг оглашенной вины.
У меня не было бабушек из-за войны,
А у мамы - не было мамы.

Раскрываются архивы - как молнии на мундирах тьмы.
У бессмертия свой порядок.
Все мёртвые живы. Они - в праведных жилах страны.
Жизнь вскрывает архивы лживых жрецов войны,
Чтобы бабушки были рядом, и чтоб бабушками были мы.

Время - провода

Елена Родченкова

Ни шагу вперёд, ни шагу назад.
Время - оголённые провода,
Почти прозрачные, как слюда,
Схватить умами - не составит труда.
Если у армии плохая вода, -
Тех, кто не додал, не надо винить.
Если у флота дурная еда, -
Тех, кто не додал, не надо винить.
Этих, с бульдожьими рожами,
Что о героизме русских галдят,
Продав смерти девятьсот тысяч солдат,
Зачем их казнить?
Их не нужно словами тревожить.
Им не нужно мешать визжать.
Они на электрических стульях сидят,
Плюют на эфира электропроводность,
И писают на провода.

Знамя

Елена Родченкова

Не вразумили Веды - вразумят беды.
Не вразумила Тора - вразумит море мора.
Не вразумил Коран - вразумит султанов обман.
Не вразумила Библия - вразумит мирная гибель.
Замерла цивилизация.
Цивилизация на распутье.
На перекрёстке Креста есть указатель дороги в небо.
А кто же был Путин?
А где же был Путин?
А Путина не было.
Как не было цели и не было сути,
Как не было Трампа и не было Байдена.
Но были бесчисленные жертвы
Ради грабежа украденного.

А где же Израиль?
Израиля тоже не было.
Как не было формулы оправдания,
Как не было Америки в глобусе-ребусе,
И Ватикана в Европе с евреями.
Есть лишь бессмысленные названия
И непрощённые жертвы,
Принесённые во имя ложного оправдания.

Люди забыли, что Землю любили,
Высшей наградой детей принимая,
Их на руках высоко поднимали,
Несли как жезл спасения, как знамя -
Живое Знамение - сладкое знамя,
Смысл рождения и продолжения.

И что же здесь будет?
А будет, как было.
Только как было - мало кто знает.
Никто не помнит, за что время судит.
Если бросают спасения знамя,
Топча его и калеча...
Время - дорога в исходную вечность.
Это теперь уже все понимают.

Мелодия

Елена Родченкова

Сильных мира сего много -
Каждый создал себе бога.
А все слабые - сильным служат.
Если в выборе слуг сел в лужу,
Значит бог твой с другими дружит,
И служить ему больше не нужно.
Почему это происходит?
Отгадай с одной ноты - мелодию.
Вот, к примеру, дед Байден-повеса
О славянских поёт интересах.
И британская мутная пресса
О славянских поёт интересах.
И еврейский трусливый агрессор
О славянских поёт интересах.
Так любой, кто живёт в фазе стресса,
О славянских поёт интересах.
Бог того отдаёт, кто его предаёт.
Кого бог отдаёт - тот нестройно поёт,
Не в своих интересах - на семь русских нот...
Ну, а как тут не петь, если складный куплет?
Или петь - или плакать. Иных путей нет.

Миф о прощении

Елена Родченкова

Когда люди были ещё людьми,
Они учились здесь выживать
И спрашивали Высшего разрешения:
Боже! А можно нам лгать, воровать,
Воевать, блудить, убивать,
Приносить человеческие жертвоприношения?
Ответы были в Законе даны
И веками, и языками - сохранены.

Индульгенция - миф о прощении.

Когда люди забыли, что были людьми
И утратили мудрость и осторожность,
Они спрашивают сами себя: Боже!
А можно ли лгать, воровать?
И отвечают себе: - Можно!
- Боже! А можно ли нам воевать?
- Можно, конечно, можно.
- Боже! А можно блудить, убивать
И приносить человеческие жертвоприношения?
- Можно, конечно, всё теперь можно.

Индульгенция - миф о прощении.

Безответственность - краеугольный камень.
Всё можно. Не будет суда и тюрьмы,
Безнаказанность - то, что просили веками.
Есть фамилия, имя у всякой вины.
Есть причина, цель даты рождения.
Есть единое мнение света и тьмы:
Без следствия и обвинения -
"Все будете казнены."

Вездесущая

Елена Родченкова

У человечества - две руки.
Правая - простаки, левая - дураки.
В правой - свет, в левой - тьма.
Обе - друзья одного ума.
У дурака тоже есть две руки.
Правая берёт, а левая раздаёт.
У простака тоже есть две руки.
Правая раздаёт, а левая берёт.

У человечества - две ноги.
Права - умники, левая - резаки.
Правая левую волочёт из дерьма.
Обе - друзья одного ума.
У умника тоже есть две ноги:
Правая - идёт вперёд, левая - назад ползёт.
И у резака тоже есть две ноги.
Правая - идёт назад, левая - ползёт вперёд.

Земля - человечества голова,
Двумя полушариями управляет.
Правое - цифры, левое - слова.
Сердце смыслы в мысль направляет,
Царица рукам и ногам - голова.
И когда мысли в любви пребывают,
Тогда голова постоянно права,
Поскольку они её - вдохновляют.

А что же - душа?
А душа так мала,
Так быстра, так скора,
Что везде, всё, всегда успевает.
Вездесущая! - каждую мысль оформляет.
Раньше в совести пребывала.

Потом в сердце места ей стало мало,
И теперь призвала её - голова.

Сражения

Елена Родченкова

Когда старые с молодыми сражаются,
То побеждает не опыт, а честные годы.
Когда богатые с нищими сражаются,
То побеждает не золото, а цена свободы.
Когда идиоты с умными сражаются,
То побеждают не знания, а достоинство рода.
Когда женщина с мужчиной сражается,
То побежденными погибают оба.
Поэтому: в корне свободного и опытного народа
Женщина к сражающимся даже не приближается,
Лишь издали наблюдая,
До чего же тонка и неосторожна человеческая природа!

Поле перекати

Елена Родченкова

Катится осень - верблюжьих колючек ком.
Воду уносят горы - в горбах - верхом.
Падает лист и в пустыне песками шуршит
Перекати-поле, поле-перекати...

Катится осень - прекраснейшее из блюд.
Что не попросит, - то и получит верблюд.
Что не увидит, - то ему и подадут.
Что не услышит, - то и запомнит верблюд.
Что не ухватит, - то и свободно в пути.
Ношу приросшую не тяжело нести.
Перекати-поле, поле перекати.
А не испив долю, волю не обрести.

Корзина

Елена Родченкова

Поели, поспали,
Корзину взяли
И в лес пошли.
Грибов набрали,
Домой пришли.
Поели, поспали,
Корзину взяли
И в лес пошли.
Ягод набрали,
Домой пришли.
Поели, поспали,
Корзину взяли,
И в лес пошли.
Орехов набрали,
Домой пришли.
Поели, поспали,
Корзину взяли,
На почту пошли.
Посылки послали,
Домой пришли.
Поели, поспали,
Корзину взяли
И в лес пошли.
Клад нашли.
Весь собрали,
Корзину сломали,
И новую не сплели.
Как плести - не узнали,
А мастера не нашли –

Мастера потеряли.

ДЕЛО

У каждого дела - душа, дух и тело.
Все трое - на равных владеют строкой.
Вот видно:
Здесь сердце беспечное пело.
Вот видно:
Дышала душа, как хотела.
Вот чувствуется:
Над строкою летела
Незримая власть, управляя рукой.

Душе, искупленной от тлена и плена,
В дыхании неба - приют и покой.
Вот видно:
Писала сердечная Лена.
Вот видно:
Писала блаженная Ева.
Вот чувствуется:
Через бренное тело
Обычное дело: в строке - Дух Святой.

Уйти и остаться

Елена Родченкова

Порою труднее уйти, чем остаться.
Остался - живёшь и живи.
А если уходишь, то нужно собраться,
С собой взять любви
И оставить любви,
Чтоб было к чему возвращаться.

А может, трудней не уйти, а остаться.
Поехал - и скатертью путь.
А если остался, то нужно дождаться
И жить как-нибудь, как-нибудь.

Живут как-нибудь те, кто ждать остаётся,
Чтоб встретить и снова обнять.
Я помню, как мама стоит у колодца,

Нам машет, смеётся...
Как будто смеётся,
А слёз не унять.

Земля о мудрой силе спросила

Елена Родченкова

Иные желают на ёлку забраться
И яйца не ободрать.
Иные - с горы ледяной покататься
И не отморозить зад.
То вправо, то влево, то криво, то прямо -
Под землю ведёт лабиринт.
На гладкой дороге - канавы и ямы,
Картиной тупик прикрыт.
Немые глухим указали дорогу,
Хромые ведут слепых.
Где много - там мало, где мало - там много.
Где всякие - нет никаких.

ххх

Арабы - это Земли пророки,
Персы - это Земли поэты,
Тюрки - воины: вместе - сила.
Точно такая же, как и Россия.
Вот поэтому, только поэтому
Души от ужаса не голосили,
А поднялись по тревоге
И вместе пошли по своей дороге.
О! Это путь красивых!

Как в сказке о лебеде, раке и щуке,
Где силы безумные ВОЗ не стащили,
Земля претерпела великие муки
От тех, кто прекрасные отрубал руки,
От их бессовестных и бесчестных их усилий.
Земля о мудрой силе спросила...

ххх

Пророк - предваряет,
Поэт - отворяет,
А воин - собою в бою прикрывает.
Пророк - спокоен,
Поэт - непокорен,
А воин - великого боя достоин.
Жизнь человека после сражения
Сложнее, чем до него.
Душа не потерпит своё поражение
И не желает в бою ничего,
Кроме невинного освобождения.
Роза встречает шипом унижение
И не цветет в соли слёз.
Не уповая на личное мнение,
Душа принимает мгновенно решение
И воспринимает поле сражения
Как поле отцветших роз.

Маржа

Елена Родченкова

Война - это цифры.
В них смысл и маржа.
Две армии уничтожены -
Гешефт - двадцать армий.
"Око за око",
"Вождя за вождя",
"Зуб за зуб" -
Никого не судя,
Всё на десять умножено.

Веретено

Елена Родченкова

"Хитростью и обманом ты должен вести войну" -
Лозунг Моссада наполнил карманы
И напоил кровью тьму.
Должен - так должен. Веди, если можешь
По бездорожью шумеров ко дну -
Стадом и по одному.

Вот, над Москвой чуть прищурился глаз.
Мосты Мос-парковки мурчат обесточенные,
Мос-дума с Мос-цирком мочатся молча:
Ашкеназы - Мос-сад, сефарды - Ха-мас.

Вертится, крутится веретено веры.
Всё бесконечно здесь, кроме войны.
Вьётся веревочка рваного нерва.
Венера без рук, но с веретеном Венера!
Руки Богини Веретекау сильны.

Моссад - на Хамас, Хамас - на Моссад.
Крутая петля с узлом - от Веретекау.
Ведь даже в отрубленных божьих руках
Веретено никогда никуда не упало.

Империя

Елена Родченкова

Пределы России установил Пушкин.
Границы её - указал Достоевский.
И пушки без масла оставил Тютчев,
Измерив размер ритма русского сердца.
Забор вдоль границы построил Есенин.
А мы охраняем лишь двери владельца.
Кто ищет спасения - находит спасение
В бескрайних пределах русского сердца.

Но, может, пошёл ты вдруг через Японию,
По ямам морей к островам океана,
Где веер в ладони - как солнце на троне,
Где солнечный Дом над горой Фудзияма, -
И где ослепленные солнцем японцы
Разгонят все тучи распахнутым веером...

Пределы России - сокровище Солнца,
В веках растворённое светом рассеянным.

Лучи преломляя, сияя вершинами,
Восходом встаёт Славословья Империя.
Умом не понять. Не измерить аршином.
Россия - тот свет, что рождает материю.

ВОВ
(аббревиатура ВОВ - Великая Отечественная Война)

Вов, ты будто силён, как бог.
Ашкеназы продули ВОВ.
Проиграл и Китай, друг Германии.
Вов, откуда же деньги в кармане?
Если нет ничего, кроме матерных слов,
Кто оплачивает заклинания?
Ведь в Китай просто так не летают,
Не страдая китаеманией.

Ашкеназы берут реванш,
А сефарды берут Украину,
Увязая по горло в транс-
Национальные супер-руины.
Ты ж не маленький Буратино,
Ты же всё-таки, Вов, - махина!
А твой враг - Карабас-Барабас.

Золотой не растет из земли.
Деньги сеют и пашут - для хлеба.
И зерно - не муку в своём теле таит.
Дело, Вов, в трёх кусочках неба.
Есть незримые точечки слева, вдали...
Чуть повыше от метра картёжной земли...
Даже если продуть три Китая,
Ничего не изменится здесь без любви.
Без любви ничего и нигде не бывает.
И на этом Земля стоит.
Дело в том, Вов, что души устали.
А твоими устами
Постоянно болтает,
Врёт игрушка пустая -
Made in China - на детской крови.

Гекатомба

Елена Родченкова

Небо льётся, свивая в торнадо
Водопады живой Гекатомбы.
Не взорвётся душа, как граната,
А взорвется загнившая бомба,
Сто быков разорвав в катакомбах
Рыжей, ржавой от крови Гранады

В центре ромба.

Шумеры

Елена Родченкова

Видимо, в чёрной дыре пробой...
В лживой истории нет примеров.
В каждой эпохе есть пионеры.
А пионер - свой - в эпохе любой.

Ах, ну куда же исчезли шумеры?
А никуда не исчезли шумеры.
И не поверишь, себя не проверив:
Часть расползлась, превратилась в евреев,
Часть притаилась. Рулят три-в-одном.
Жертвы людские - кровь жизни шумеров.
А кто им верит, играть не умея,
Всё же играют, не ведая меры,
Копят, стенают - довольны собой.

Все остальные следят за игрой.
Пока душа живёт в космосе тела,
Люди прозревшие - не богатеют,
А развивают в душе Любовь.

Спросишь: как Бог позволяет шумерам
Разум мутить нам, испытывать веру?!
Места им нет на Земле!
Место их - в чёрной дыре!
В самой глубокой из всех чёрных дыр!
Я не отвечу. Хоть нет в том секрета,
Где и почём продаются билеты
В этот театр.
И кто их купил.

Всевидящее Око

Елена Родченкова

Для Всевидящего Ока ночь светла.
Кто-то бусинки стеклянные собрал,
Кто-то ночью эти бусы разорвал,
Вновь собрал, но несколько украл...

Раскидал калейдоскоп по зеркалам
Горстку стёклышек, бренчащих по углам.
Осторожно глядя в щёлочку, как вор,
Открываешь восхитительный узор.

Тот узор - обыкновенные слова.
Геометрия зеркал всегда права.
Для познания Земли - жизнь коротка.
Бьют века стеклом в гранёные бока.

Для познания веков - Земля мала.
Укрепив в калейдоскопе зеркала,
Крутит, бережно держа его в тисках,
Чтоб в узорах человек себя искал.

Для Всевидящего Ока ночь светла.
Человек лишь в красоте не видит зла.
А для света - красота -
Как для зеркал -
Горстка острого, колючего стекла.

Стада клопов

Елена Родченкова

Легко загнать в один вагон,
Свезти на бойню иль в загон
Стада баранов - трафиком.
А кто ведёт стада клопов
По тропикам вдоль ледников, -
Стёр карты мягким ластиком
И насмешил Закон.
В Европе или в Африке
Уже давно всем пофигу,
Какие машут шарфики,
Какие мажут гольфики
И кто построил графики
Для отдыха и досуга,
Поставив кон на кон.
Как утверждает классика:
Не постели матрасика
И не ложись без трусиков,
Не падай в сладкий сон.
Когда стада пустых клопов,
Чтоб нахлебаться досыта,
Ведут антенны-усики -
Туда, где пахнет кровь.

Перед прозой

Елена Родченкова

.
Мы и с облаками дружили,
И с тучами не воевали.
Не выживали, а жили,
Мысли свои развивали.
Землю свою любили,
Время ей отдавали.
Не выживали, а жили,
На небеса уповали
И на себя уповали.
Знали слова спасения,
Не горевали о тленном
И возвращались степенно,
Как и пришли, - откровенными -
В полные вены Вселенной,
Дверь за собой не закрывая.
Видишь?: повсюду осень...
Ещё зелены берёзы,
А ветер уже разносит
Листы превосходной прозы,
Густой, поэтичной прозы...
Ещё до двери не доросли
Незрелые летние мысли.
Зелёные листья и желтые листья,
И красные листья, и чёрные листья...
Очистятся до белизны листы
Для прозы хрустального смысла.

БОБ

Елена Родченкова

"Я спросил сегодня у менялы,
Что даёт за полтумана* по рублю,
Как сказать мне для прекрасной Лалы
По-персидски нежное "люблю".
И ответил мне меняла кратко:..."
Сергей Есенин

Я спросил вчера у ашкеназа,
Почему не ростовщик он, а меняла.
И ответил ашкеназ: чтоб сало
Согревало эскадрильи спецназа.

Я спросил сегодня у сефарда,
Почему он ростовщик, а не меняла.
И ответил мне сефард: чтоб сало
Выдавать спецназу в знак награды.

Оба лгали - по рублю - за полтумана.
Я не понял сколько стоит весь туман?
Кто и как заплатит за обман?
Понял, что оплаты будет мало.
Бездна ненасытна, и причалов
Не видать в тумане кораблям.
Привидения кочуют по морям,
Привидения скользят в волнах эфира
Как стручки бобовые для мира
Отражения подлодок, кораблей
Не оплатят уничтоженных людей.

И я понял: соблюдается баланс.
Войны держат в шахе, вводят в транс.
Самолёты жгут - бабосы крутятся,
Падают дома - лавэха мутится.
Время лютое, какао мутное,
Образ боба - привидение валюты.

Я спросил тогда у ашкеназа:
Сколько стоит боб последней фазы?
Сколько душ?
И он сказал: какао мутно,
Полный боб - прозрачная валюта.
Бобы - босым, а бабосы - боссам.
Кожура и мякоть - не отбросы.
Мякоть плода - это смысл бобов.
Мякоть сушат для вина богов.
Кожурой мы машем вам под носом,
Чтобы было кем оплачивать вопросы
Про культ шкуры, туры, курс валют...
Дань - традиционная работа,
И азартная, как ночь или суббота.
Про бобы индейцы Майя - лгут.
Сам спроси. Индеец вечно тут.

И кивнул, смеясь, индеец: "Боб -
Это не оброк, не дань.
Боб - космос.
Мало кто и мало что поймёт,
Сидя в капсуле и исходя поносом.
Ставки сделав, кости сухо бросив,
На бобах останутся все гости,
Раз на стол хозяина блюют.
Участь игрока не безобидна.
Но, однако, есть бобы иного вида.
Боб-на-боб - не баш-на-баш, однако.
Царь напрасно никогда не скажет: "Боб!"
О! Боб - космос!
Если Царь произнесёт
Перед верноподданными: "Боб!"-
Объявляется атака.

-------------------------
* полтумана - туман (томан) - официальная денежная единица Персии c 1825 по 1932 год.С 2020 года - денежная единица Ирана.

Суд

Елена Родченкова

Идея жизни души в теле - есть:
Вечности Честь.
Чтоб жизнь перед Вечностью оправдать,
Мы приходим на суд сюда.
Одним суд долгий, другим короче,
Одних судят днём, других судят ночью,
Кому тяжелее, кому чуть проще,
Но ни одна душа приговора не хочет.
Иногда происходит чудо,
И душа неподсудная
Без суда уходит отсюда,
Если некого ждать и некого освобождать.

Открытые и закрытые

Елена Родченкова

Человек с закрытым сердцем ищет хлеб.
Не находит и мгновенно прозревает.
Человек с закрытым сердцем - слеп.
Зрячий своё сердце открывает.

Человек с закрытым сердцем груб
Он себя не слышит, слух пугает.
Человек с закрытым сердцем - глух.
Слух открывший - сердце открывает.

Человек с закрытым сердцем говорлив.
И открытые сердца - в ответ - немеют.
Как для зрячих - откровения слепых,
Как для слышащих - мычание глухих,
Так для говорящих - жест немых -
Смысла без ответа не имеет.
А с открытым сердцем говорить
Мало кто желает и умеет.

Доктор

Елена Родченкова

Любое лихое время
Поможет пройти Иван-чай.
Он нормализует давление
И вмиг утоляет печаль.

Как выпадут белые росы, -
Иди собирать Иван-чай.
Как первые грянут морозы, -
Иди собирать Иван-чай.
Распустятся первые розы -
Иди собирать Иван-чай.
А всё остальное время
Пей чай и один не скучай.

Печка

Елена Родченкова

Печь не топится впустую,
Печка требует горшки,
Что ухватом за боки
Поднимаются, ликуют,
Дном садятся в угольки
И кипят напропалую...
Нынче вот варю уху я -
Печке хочется ухи.
Завтра будут пирожки.
Печь попросит - напеку я.

Не твоего ума дела

Елена Родченкова

Не твоего ума дела -
Других умов дела.
Коль не находятся слова,
То не найдёшь слова.
Сума не каждому дана,
Но каждому - тюрьма
В застенках личного ума.
И камер рядом - тьма.
И на чужих умов дела
Зря не ищи ответ.
В застенках личного ума
Одна есть радость - свет.
Откуда он? Из камер бьёт?
Или внутри горит?
Он мир даёт, покой даёт
И жизнь благодарит.
Порой дела чужих умов
Усиливают свет.
А в нём - небесная любовь.
Ей объясненья нет.

Начало движения

Елена Родченкова

Гриб то ль есть, то ли нету?
Ветерок в гуще веток
Мастерит хитрый клип.
Игры тени и света
Превращаются в гриб.
Спорит воображение
С цветовой гаммой дня.
Суть начала движения -
И желание принять,
И стремленье понять,
И застыть в изумлении…

Вина и совесть

Елена Родченкова

Вина впереди ума бежит,
Брюзжит, визжит, голосит, блажит,
Гнусавит, скулит, обижается,
Хнычет, мурлычет, жалуется.
У вины - обвиняющий голосок.
Металлом скребёт стеклянный висок.
И заглушает совесть.
А совесть - молчит, как флакон с духами.
Раскроешь - и легче дышать станет.
А расплескаешь -
Заблагоухаешь.

Ашкеназы и сефарды

Елена Родченкова

От воров рождаются воры,
От лжецов - лжецы.
Детям подписывают приговоры
Их матери и отцы.
Это больше похоже на правду,
Чем пустые приказы:
Ашкеназы бомбят сефардов,
А сефарды бьют ашкеназов.
Дом, внутри пополам расколотый,
В мире не устоит.
Не помогут ни гривны, ни доллары,
Ни рубли.
Никого не жалей.
Нынче добрые
Мрут от хохота.
Унижают - униженные,
Обижают - обиженные,
Проклинают - проклятые.
Жалость, как чёрная плесень, рождалась
От оскопления.
Тварь сотворённая пестует жалость
Для поражения.
Гога попёр на Магогу парадом
Взаимной заразы.
Ашкеназы убьют сефардов,
Сефарды убьют ашкеназов.
Никого не жалей.
Победителем будет -
кнут,
Похожий на пряники.
Нелюдей судит не время, не люди, -
А праведники.

Много и мало

Елена Родченкова

Те, которых мало,
Истину жизни знают:
Те, которых много,
Ищут себе вождя.
Те, которых мало,
Изредка наблюдают,
Как те, которых много,
Снова вождя победят,

Угрохают, размоздят,
Свергнут его под ноги, -
Чтобы найти вождя!
У них порядок строгий.
Им без вождя нельзя.

Пилот

Елена Родченкова

Последние осенние грибочки
Крепки, красивы, но как будто не нужны.
Так и в стихах, где заключительные строчки
Для смысла общего не так уж и важны,
Хотя бывают неожиданно сильны,
Как боровик, стоящий мощной точкой
Возле осины и сосны
Иль восклицательные знаки - три березы
На горочке...
Мой лес - поэзия, он прост, как проза.
В моём лесу - стихийные прогулки
Без поясных поклонов лысым мхам,
Невидимы, тихи...
Но как стихи, они особо гулки,
Когда предзимье дарит дрожь стихам,
И ритм знобит тревожно, неуютно,
Сбивается волна, на всех парах
Летит в туман турецких рифм вдоль Петербурга,
Минуя океаны и моря,
Туда, где тихий вечер, гул в горах,
Сок апельсинов, тонкий домик в переулке,
Восход, закат - коврами облака устлали небо, накрывая Пулково
И обнажая Внуково…
Строка...билет, трап, турникет, плед, мир в мирах
И новый самолёт.
Пилот, как Сивка-Бурка, устало шепчет: "Здравствуй. Как дела? Чай будешь пить?"
Строка...
Всего одна строка...

Из замысла немого драматурга…

И новая глава: Полёт…

Не бойся, не проси

Елена Родченкова

Не бойся, не проси, но веруй,
Что всё дано, что всем владеешь.
Обида - дно, а вера - двери,
Которые открыть не смеешь,
Пока в душе твоей темно,
Пока затягивает дно,
Пока ты ищешь, где окно?
И самому себе не веришь,
Но точно знаешь: всё равно
Дверь есть иль нет, но ты откроешь двери.

ххх

Елена Родченкова

Не увидят капитаны кораблей -
Ни направо, ни налево нет морей.
Не увидят капитаны короля -
Впереди и позади порты горят.
А как смоет океаны в водопад,
Так объявится Священный Арарат.
Тот, кто порты жжёт, - не видит корабля.
И обнимет королева короля.

Бывшая тайна

Елена Родченкова

Мыслить стихами,
Чувствовать стихами,
Говорить стихами,
Управлять рифмой лет,
Растворяя в логике хаос, -
Это - духа питание,
Краеугольный камень,
В темноте мироздания свет.
Эта тайна - бывшая тайна.
Тайна, которой нет.

Полярная звезда

Елена Родченкова

Карабкалась на третьи полки переполненных поездов,
Сучила пятками в падающих самолётах.
Я пришла сюда, чтобы найти любовь.
И я нашла ее. Вот она.
Найдешь - не отдашь, не продашь, не предашь
Ни за какие коврижки.
Без любви человек на земле - лишний.
А лишнему не захочется никогда
Карабкаться на третьи полки переполненных поездов,
Сучить пятками в падающих самолётах.
Даже если ему чуть-чуть повезёт
И самолёт будет с пилотом.

Тяжело человеку искать любовь на земле.
Это в небе открыто сияют бриллианты-алмазы,
А здесь алмазы лежат в угле,
Горят в огне, остывают в золе,
Потом у ювелира на грубом столе
С них заживо сдираются грязные стразы,
И крошки летят, карабкаясь на третьи полки переполненных поездов,
Сучат пятками в падающих самолётах,
Блестят, обозначая будущего пилота,
Зная, что не станут его Полярной звездой.

Нет осмеянной любви

Елена Родченкова

Нет осмеянной любви,
Есть позорная ущербность,
Для которой слово "верность"
Льдом гуляет по крови,
В узел связывая вены.

Нет распятой чистоты,
Есть разлитые помои.
Их не чистят и не моют,
Их льют в ямы с высоты,
Для того и ямы роют.

Нет в блаженном благородстве
Ни одной пустой мечты.
Нет убитой красоты.
Есть убитое уродство.

Корень

Елена Родченкова

Зри в корень:
Один день - целый год кормит.
Один час стал кормить целый век.
Изменяется глубоко в корне
Время и человек.
Изменяется сам корень.
Снаружи чёрен, внутри бел, как снег,
Он сам себе лишь покорен,
Не покорён и спокоен,
С виду груб, а внутри нежным соком исполнен,
Рос вширь и вглубь, оказалось, что - вверх.
Этот мир так устроен:
Корень времени - человек.

Сверхцель

Елена Родченкова

К примеру, боб...
А проще - итальянский мой горох.
Он рос, как плющ, обвив чертополох,
Но я ему подставила опору
Из троицкой сухой березки.
И он окреп, стал ввысь расти и скоро
Ветвей берёзовых достиг
И цель поставил - расцвести,
Достигнув купола небес,
Стать выше и прекрасней всех.
И он расцвёл, благоухая
Царил и рос с опорой на березку.
Сосредоточенный, серьёзный,
Он всю округу восхищал
И радовал цветеньем ближний лес.
А к осени достиг сухой макушки.
Достиг и замер...

Смысл движенья - цель.
И если цель достигнута, -
Сверх цели идти приходится без палки, одному.
Здесь выбор: либо продолжать
С сухой опорой состязаться,-
(Любому может показаться,
Что небо веселит твой пышный цвет)-
Либо сверхцели нет.
Цветенью лета радуется лес,
А осень - только купол всех небес.

Как дела?

Елена Родченкова

Жили-были, не горевали,
Летом розочку поливали,
И к зиме она расцвела.
А у вас как дела?
Пировали?
Воровали и воевали?

Хорошо торговали?

Мало времени цвести розе.
Войны - цифры, торговля - проза.
А поэзия - солнце в глаза,
Никогда не приходит поздно.
Ни в жару, ни в морозы...
А у вас как дела?

Если будет необходимо,
Мы отсрочим осень и зиму,
Чтобы роза цвела.

Грибы

Елена Родченкова

Белые грузди крепки.
Прячутся в хвою, в пески.
А рыжики, как дураки,
Горят, обжигая мхи.
Волнушки-крепышки дружны, как дурнушки.
Выставились на торги
В траве на лесной опушке.
С рыжиков крайнюю плоть отрезают,
С волнушек - кудряшки-махнушки,
Грузди скоблят, грубо шкуру сдирают.
Всех солят в одной кадушке.

Перевод

Елена Родченкова

Один бог, говорят, сказал: "Плодитесь и размножайтесь",
Двоитесь, троитесь, как кролики или как зайцы.
Другой бог, говорят, сказал: "Растите и расползайтесь",
Катитесь, летите, как с Красной Горки яйца.
Третий бог, говорят, сказал: "Размножайтесь и растворяйтесь",
Как соль в воде, проливайтесь сквозь пальцы.
Четвертый бог, говорят, сказал: "Плодитесь и разлагайтесь".
Так как всем живым умереть полагается.

Сколько переводчиков - столько "богов".
Сколько "богов", - столько книг для рабов.
Сколько рабов - столько пустых лбов.
А кто в господа записался,
Тот рабом всех рабов остался.
Язык Бога - Любовь.
Он бумаги почти не касается.
"Являйтесь и развивайтесь" -
На всех языках день и ночь поет планета-красавица.

Больше не попадай сюда

Елена Родченкова

Время, как ветер.
Душа, как семя.
Через века занесло сюда
Смотреть, как в Божьем царстве растения
Строят семьи, а не города.
Как лютые люди, желая спасения,
Крошат растения, служа своим ртам.
Как сквозь города прорастает семя,
Как сквозь семьи растут учения -
Лютых людских городов еда.
Кажется с виду, что это - борьба,
Слагается и разлагается время
На радость покоя и тяжесть труда,
На тяжесть покоя и радость труда,
Что так расцветают мгновенья в годах,
Сжимается вечность в одно мгновение...
Нет, не борьба, это - света течение.
Суть любого учения:
"Больше не попадай сюда"

Лесная честь

Елена Родченкова

С пустой корзиной нас встречает лес.
Со всеми честен, честных любит лес.
А что такое есть - лесная честь?
А честно собирай, чтоб честно съесть.
И благодарно уноси всё, что нашёл.
Если нашёл, - всем очень хорошо.
А если не нашёл, - то зря пришёл.

Прикосновения

Елена Родченкова

Маргиналы и пассионарии
Подменили понятия в серпентариях.
Все они - цари на мгновение.
Это - неприкасаемые.
А вне серпентариев - неприкосновенные.
К неприкасаемым не прикасаются.
От неприкосновенных ждут прикосновения.
И опасаются портить им настроение,
Поскольку одно прикосновение от другого прикосновения
Иногда весьма отличается.

Приметы

Елена Родченкова

Кому: "много грибов - много гробов".
Кому: "много грибов - леса любовь".
Кому приметы - не в глаз, а в бровь,
Кому приметы - не в бровь, а в глаз.
Кто ищет гробов - получит гробов,
Кто ищет любовь, - получит любовь.
Лес - это наука смыслов без слов
И без сюжета бескрайний рассказ.

***

Елена Родченкова

ххх
Никакой нет разницы,
Кто съест эти яблоки:
Зайцы или ёжики,
Птицы или я.
Никакой нет разницы,
Кому небо радуется,
Кому солнце радуется,
А кому - Земля.
Всем всего достанется.
Лишних не останется.
Лишние уйдут.
И Земля-красавица
На века прославится,
Возблагодарив Отца
За любовь и труд.

Отдельно

Елена Родченкова

Грусть - отдельно, я - отдельно.
Грусть - туча, а я - река.
Боль - отдельно, я - отдельно.
Боль - облако, а я - земля.
Страх - отдельно, я - отдельно.
Страх - падение, а я - вершина горы.
Есть разные миры:
Предельные и беспредельные.
Усталость - гром, а я - молнии свет.
Всё неприкосновенное - всполохи обыкновенные.
А в моем уделе - земном теле -
На страх - запрет,
На боль - запрет,
На грусть - запрет,
На усталость - запрет.
А кому доверия нет, те - отдельно.

В мире знаний

Елена Родченкова

- Я научил тебя выживать, любимая.
В руки брать только необходимое.
А ты меня жить научила,
Не теряя, а умножая силы,
Жить легко, широко, красиво.
В этом царстве земном, роскошном и пышном,
Я не чувствую себя лишним...

- В это царство земное мы пришли не гостить,
А заниматься царственными делами.
В мире знаний все учатся сами.
Я научила тебя никого не учить.
Я научила тебя никого ни о чём не просить.
Всё имея в божественном храме под небесами.

Самокат

Елена Родченкова

Мудрый не всегда идет пешком,
Мудрый мчится иногда верхом.
Самый верный конь - людская жадность.
Хитрость - самый преданный осел.
Самый пышный лимузин - людская злоба.
А ещё есть самокат особый,
Что летит смелее ветра, скор, как весть.
Самый быстрый самокат - людская зависть.
Мудрый не всегда идет пешком.
Мудрый скачет иногда верхом.

Лес

Елена Родченкова

А по вечерам шепчет лес: "Не ходи туда,
Где упали деревья, откуда ушла вода
Где росла земляника и больше уже не растёт,
Из поваленных сосен смола в мои вены течет.
Где лисички росли и больше уже не растут,
От сухих кустов силы в жилы мои текут.
Не ходи в бурелом.
Там, где буря с ломом прошла,
В молодой лесок стежка по свежей траве легла.
Не ходи туда по утрам и по вечерам.
Где беру я сам,- там я вам ничего не дам.
Где я сам беру,- будут новые рощи, боры...
Так живёте все вы
И любые другие миры.

Дорога

Елена Родченкова

Путь бесконечен, хоть короток век.
Ровная скорость.
Аист посмотрит, как человек,
Вздрогнет, как совесть,
Крылья расправит и полетит -
Верх совершенства.
Нет на земле абсолюта блаженства,
Кроме блаженства пути.

День души

Елена Родченкова

В день рождения нового дня
Первый утренний час - самый знатный:
Пахнет дымом печи и мятой,
Он наполнен движеньем огня,
Кочерги, дров, горшков, ухвата...

Час второй весь искрится водой
Из реки - из святого колодца,
Что струёй в горшки с руки льётся
И в огне сверкает слюдой...

В третьем часе - дыхание ума:
Выдох чистый, вдох полный истины.
Эта истина - независима,
В ней причина и цель сама.

Час четвертый приходит с душой:
Кому радостью, кому тоской.
Кому полный, кому пустой,
Кому грешный, кому святой.
Каждый сам выбирает
Одинаковых отношений души с красотой
Не бывает.

Пятый час, как и шестой примерно такой,

Как седьмой и восьмой,

А девятый – самый понятный, никакой.

И так далее
..................

Алави Аль-Хашими Выход из круга обморока - перевод

Елена Родченкова

Алави Аль-Хашими
Выход из круга обморока

перевод Е. Родченковой

Моя память тяжела от суеты
Вечер.
Столики в углу кафе пусты.
Где влюблённые счастливые сидели,
Там собрания калек и толпы геев
И совсем немного чистых, мудрых лиц.
Там, как маятник, официант с подносом
К каменным зрачкам дары подносит
И уходит...
Лик эпох стареет иногда
Почему любимых лица молоды всегда?

Беглый взгляд скользит по кромке сна.
Мчит автобус, на проспектах тишина.
Замер маятник-официант: пришёл-пропал.
И Мансур устало задремал.

Осень, ветер листья спелые срывает,
А неспелые на время оставляет.
Разве это осень?
Разве - вечер?
Я не помню, для чего срывает листья ветер?
Почему они, как маятник, скользят,
Почему их сразу все сорвать нельзя?
Разве тяжесть памяти души
День грядущий мой спокойствия лишит?
Сущее не спрячет от меня
Откровения будущего дня.
Как Адам, забывший свою силу.
То, что рядом, - не зависит от того, что было.
Моё время - вне пространств, вне расстояний,
В близком пробуждённом состоянии,
Я не помню самого себя,
Сны безликие сквозь явь - листвой - скользят...

На кончиках слипшихся, длинных ресниц
Трепещет зелёная тонкая нить.
Она расширяется, пухнет, как семя,
Как клетки деревьев, впитавшие время.
И клетки меняются, как танец маятника,
Как тело дерева, как ночь и день.
Вот, солнце светит... Вот, летит облако...
Вот, Земля падает в облака тень...

Видишь, деревья не умирают.
Они изменяют всё и изменяются.
Разве осень бывает?
Разве вечер - бывает?
Я, как Адам, который имена забывает.
В суете кофейни - серые тени,
Каменные зрачки бродяг и геев,
Безработные, новые влюбленные,
Автобус ползет по тишине улицы сонной.
Мансур открывает глаза и хмурится.
Сознание просыпается и застаёт его на улице,
Голос официанта:
"Вы хотите что-нибудь выпить?"
Заставляет из небытия выплыть.

Автобус бредет по уличной тишине.
Всё видимое медленно тает во мне.
Всё стирается, уже почти ничего нет.
Никого, никогда и нигде нет,
Только бледные, вялые толпы людей.
Моя ладонь превращается в сухой лист.
Вокруг преломляется свет. Ничего нет. Мир чист.
Люди тают, как призраки, будто их не было никогда.
Пальцы мои тянутся, как нити, блестят, как слюда.
Как тонкие ростки вырываются из тьмы на свет,
Но к ним нельзя прикоснуться, потому что их нет.

Буйная река пламени поднимается внутри меня
И, бушуя, ползёт к прозрачному хрусталю глаз.
Я весь из жара, я весь из огня
И был всегда, миллиарды раз.
Какая-то отчаянная, сильная птица
В моё сознание грубо стучится,
Крыльями полосует меня,
Клювом пробивает насквозь виски
И заглядывает внутрь памяти...
Какая-то птица заняла всего меня,
Захватила голову и тело,
Прижала к стулу, силу отняв.
Какая-то вещая птица в меня влетела!

Я Мансур и Адам, прекративший, как древо, меняться, расти...
Моя память тяжела от былой суеты,
Автобус ползёт по проспектам пустынным,
А я не помню ни одного названия, но одного имени.
Как маятник, официант пришёл-ушёл.
Между сном и обмороком там хорошо!
Мансур один.
Эта битва отчаянная с самим собой
Двери неба в сердце печальном открыла, чтоб увидеть любовь
И вытащить ту звезду, что упала на дно кофейной чашки.
Между сном и обмороком кровь кипит страшно, тяжко...

Мансур словно в тюрьме,одинок, и окно сознания
Через падение в глубину, разорвало круг.
Так в сердцах открываются вдруг небес письмена.
В них - слова и предметов названия,и явлений и сущностей имена...
А что это такое - "осень"?
А что это такое - "вечер"?
И я вспомнил суть, я узнал,
Что на всё и за всё ответил...

Моя память тяжелая от суеты.
Перекрестки улиц пустынны, чисты,
Даже пламя сердца в слёзах потушив,
Пепел не разгорится внутри души.
Очередь печальная за мной длинна.
И уныла и темна, как ночь, она.
Грусть закрыла памяти границы.
Кровь моя кипит, не охладится.
Я зажег на тихой улице её.
Память воду на огонь льёт, льёт, льёт, льёт...
Обморок прошёл вокруг меня.
Как Адам, суть вечности храня,
Я вернул утраченные имена.

Я называл их, и говорил с ними.
Они отвечали:
- Привет!
Кто привёл тебя в эти времена?
Ты - узник своих задач, тюремщик своих карманов.
Ты приговорённый родиной пленной своей,
Которая спит в подвалах султана.
Кто освободил тебя от тяжкого сна?

- Я пришёл сам.
Я осмелился. Я был слаб, как старый раб.
Но я отрекся от слабости, я отменил все свои грехи.
- Кто пришёл с тобой?
Кто в этой длинной очереди - из твоих снов и видений?
-Это влюблённые. Все влюбленный мира пришли со мной.
Их привели мои стихи.
Эта длинная очередь горячих сердец - моё сердце.
Кровь в нём вновь загорелась, она светится!

Я опустил в синие волны руку, как дерева лист,
Из сердца хлынул мощный поток живого огня.
Сердце сияет, волна горит.
Вот, белый парус трепещет,
Белая чайка парит,
Как пылинка,как легкий пепел
Между землёй и морем,
Соединяя их собой.
Здесь всё - Любовь.
Мы все - Любовь.
Я вспомнил слова!
Я перечислю их.
Я говорю с ними.
Это я давал возлюбленным своим имена.
Все влюблённые - это "Я".
Все возлюбленные - это мое имя!
И распахнулся над шелковой гладью бескрайней сини
Кованный круг бытия...

Новая шторка

Елена Родченкова

Дождь прольется с небес,
Будут молнии жалить иголками
Беззащитную плоть -
Тело нежное сонной Земли.
Дрожью гром загремит...
Я повешу веселую шторку,
Хоть во время дождя
Наша печка немного дымит.
И огонь по березе ползет,
Как по дубу иль ёлке,
Потому вместе с жаром дымок заползает в избу.
Будет печка лелеять роскошную новую шторку,
И поднимется смелый огонь, дым направив в трубу.
Ах, какая волшебная шторочка - дочкин подарок!
Ах, какая волшебница-дочка, подарок судьбы!
Благодарная печка колышет цветы чистым жаром
И огонь не стесняется больше небесной воды.
Это только так кажется, будто во время грозы
Наша печка пугается грома и грезит угаром.

История ущербных

Елена Родченкова

Историю слагают идиоты,
Чтоб никогда не поумнели дураки.
Скрипичный ключ - басовому - три ноты
Позволил досыта кормить с руки.

Дурак не знает нот. Но в них идея,
Стара, как этот мир, как мир, нова:
Скрипичный ключ - басовому - глава.
Басовый у скрипичного - в халдеях.

И горсти ноток, как на нитях бусы,
Хорь режь, хоть рви, не ссыплются с листа.
Историю себе слагают трусы,
Чтобы герой ее не прочитал.

И два ключа фанфарами для бедных
Бренчат и предвещают торжество.
Под коду пышную- историю ущербных.
Презренней не бывает ничего.

Речь

Елена Родченкова

Когда я растопляю печку,
То слышу предков голоса:
"Мы потому ушли в леса
И заселили эту речку,
Чтоб не давились небеса
Чужой инопланетной речью.
Бывает речь - всечеловечья.
Земное слово, как роса -
Незримо, непременно, вечно.
И речь, как речка, - бесконечна,

В ней повороты – на басах.

Почесуха

Елена Родченкова

Против почесухи
Не помогут ногти,
Не помогут пальцы,
Не помогут руки,
Не поможет скальпель,
Не поможет меч им.
Почесуху напрочь удаляет - печень.

Странный камень

Елена Родченкова

Одних - сорок лет вокруг Лысой Горы,
Других - целый век вокруг Ганиной Ямы.
Над Поросёнковым Логом игры -
Дремлет две тысячи лет странный камень.
"Сраный камень".
Не ласковый, а ласкается.
Всех касается, кто хороводом идёт, прикасается.
Что камню тому отдают - мало, кто ведает,
А берут - всё, что кому следует.

Холст

Елена Родченкова

Бог ведает, кому кого любить.
Руно судьбы прядет невидимая пряха.
Счастливый случай скручивает нить.
И суть ее - навек соединить
И мудреца, и побираху,
Чтоб пряхе - прясть,
Ткачихе - ткать,
Кравчихе - шить,
Свободной - пышный сарафан носить,
Невольной - в царской мантии форсить,
А холст и для картин, и для рубахи
Родится, чтоб веретено крутить

И, светлый день украсив, веселить

Дыхание пряхи.

Штиль

Елена Родченкова

Плыть против течения
Смысл есть тогда,
Когда по течению -
Больше некуда.

Солнце золотистое
Правит тишиной.
Слово правит мыслями,
Океан - волной.

Волны обесточены.
Штиль царит в морях.
"Вопреки" закончено
Для "благодаря".

За малое - много

Елена Родченкова

Человека не должно быть слишком много,
Иначе его присутствие тяжелее, чем отсутствие Бога.
И еды не должно быть слишком много, и воды.
От излишка еды - много вражды,
От излишка воды - жди беды:
Всё отмокнет, затухнет и загниёт.
Дождь раз в месяц прошёл - вот и хорошо!
И скажи: "Слава Богу!"
Тот народ хорошо живёт,
Который за малое - благодарен много.

Стрелки

Елена Родченкова

Мерно, медленно раскачивается маятник
И стреляют стрелки в цифры Вселенной,
Как стреляют стрелы Амура,
Несоединимое соединяя непременно,

Например так примерно:
НЕПРИКОСНОВЕННУЮ С НЕПРИКАСАЕМЫМ,
НЕПРИКАСАЕМУЮ С НЕПРИКОСНОВЕННЫМ

Топор

Елена Родченкова

Тот добр топор, что рубит без рубля.
Всё временно, как скошенное поле,
Засеянное поле,
Дикие поля...
Не вечна и сама Земля.
Но вечен только Круг СверхВоли,
Который движем ты и я.

Русская шутка

Елена Родченкова

У русских есть шутка, смешная слегка:
Считать облака и валять дурака.
Дурачиться - альтернатива в веках.
Считаться - не значит быть в Божьих руках.
В пустыне мираж - словно мель сквозь туман.
Бесхитростность - самый ужасный обман.
Бесхитростный всех обведёт вокруг пальца,
Как будто бы палец - гора средь саванн, -
Посадит в калошу, на мель, и, как зайцев,
За уши подняв, сложит в Божий карман.
Бесхитростность - самый коварный дурман.

***

Елена Родченкова

Душа, как выжженное поле,
Одной надеждою живёт,
Что будет чудо, и на волю
Единственный росток взойдёт.
Один - не воин в чёрном поле.
Один - не сила и не власть,
Когда он не по-русски скроен.
А если он по-русски скроен,
То может в поле не пропасть,
И с чистой совестью героя
Пред Честной Вечностью предстать.
И Вечность будет уж решать,

Чего достоин...

Елена Родченкова

Рим пал. Арт-Рим - тень возле трона Этрурии.
Артемовск предстал Арт-Москвой перед Уни.
Минерва мир нави открыла, ткачи свили нить,
Чтоб прошлое с будущим гладко соединить.

Сверкают секиры, как острые крылья орла.
Пучки гибких розг восстают против похоти зла.
Царица срывает священный paternum с руки,
И полосы свитого льна превращаются в прутья-штыки.

Под флаг флагелляции падает вражья напасть.
В двенадцати-градии - фасции - сила и власть.
Слова Лукумона - суд, истина, право, судьба.
Всесильно оружие веры: secura, verba.
И девам отважным, ведущим коней под уздцы,
Разбитые розги, как вожжи, вручают отцы.
Гаруспик над чашей возвысил неполный кувшин
Haustus - Единственный, с кем пьет вино Высший Тин.

Tinie-Uni-Minereva -ave renuM inUeiniT/
Om qua, Tom qua, Mop qua, Polus qua, Praese qua...
12 чаш-чакр: rus cukur, sel cukur... - зенит.

Одинаково

Елена Родченкова

Птицы с юга на север весной улетают -
Вот, домой вновь летят журавли из Китая.
Аист раньше летит, он гнездо проверяет,
Поправляет и в нём аистиху встречает.
Птичье правило жизни крылатыми знаками
Облака в небе пишут:
"Всем - всё - одинаково."

А я в клетке своей под запретом - немая.
И, как птица бескрылая, - невыездная.
Все мои иллюминаторы
Зачехлили совсем не пернатые.
А как вы - так и мы: не скулили, не плакали,
Не бросали своё и чужого не алкали.
Жизнь проста: если всем - значит - всем - одинаково".

На златом крыльце

Елена Родченкова

Saraot emanuel - sarat e Manual - мост в руке Всевышнего
soter helian - ячейки подсолнуха
usion teragrama - terra gramin - использование земли измельченной
onagia caluaet - дикие звери седло кошелька

ro. tas. a. repotenet. o. per. a. sotar
ratas. arepa tenet. a per as. atar

ххх
На златом крыльце сидели
Негр, француз, цыган с евреем.
На другом крыльце сидят
Англичанин и араб,
А на третьем на крыльце -
Все подряд - в одном лице.
Расползлись.
И вот остались
Русский, немец и китаец.

Мчится тройка темным лесом
За каким-то интересом.
Интер-интер-интерес
Выходи на букву ЕС.
Буква ЕС не подошла,
Выходи на букву А.
Все дороги шли на Рим,
А потом пошли в Берлин,
Дальше вывели в Пекин,
Из Пекина на Нанкин,
От миноры до мажора
Из Чанджоу на Ганджоу
Привели в Иерусалим.

Русский, немец и китаец
Обнялись и распрощались.
Раз два три четыре пять
Я иду тебя искать.
Рось, рысь, троя,
Роз, рать, русь.
Эни бени рики факи
Турба урбо деус маки
Деус деус гут матеус
Бус.

Русь-рысь

Елена Родченкова

Прокрустова лажа: всё сложное - ложно.
Поднимется сажа
И нож ляжет в ножны.
Душа Слово скажет -
И смажут подножье
И дряблую кожу
Прокрустовой лажи -
Масонские ложи.

Среди Земли - море,
Сады Артемиды,
Дуб древний на взгорье -
Ликия Изиды.
Ни лика Русалки,
Ни лука не видно.
Невидимой пряхой
Нить жизни дана.
Неслышно движение веретена...

Там, у Лукоморья
На древе познания
Есть цепь золотая
Для рыси в изгнании.
Кует рысь подковы своим рысакам.
Там, у Лукоморья - разрушенный храм.
Царя Лукумона священные птицы
Поют в ожидании богини столицей.
По звеньям цепи мягко движется рысь.
Со сказкою - вверх, с песней русскою - вниз.
А то с песней - вверх, а со сказкою - вниз.

Священный Олимп - око мира доныне.
О, боги! Где имя разбитой богини?
Где руки, держащие Рог изобилия,
Лавровый венец превратившие в крылья?
Где руки с куделью и веретеном,
Прядущие нить меж вершиной и дном?
Для умного лука - умна и стрела.
Крестом буква "херь" - арка-дверь и игла.
Ось рыси - Христос,
Ось Руси - ИИсус.
Тугой тетивой натянулась ось-Русь...

Русь - рысь!
Напряженная нить тетивы
Горячей стрелою пронзает миры,
Неслышным движением веретена
Расти начинает клубочек Луна.
Русь - рысь!
И рысцою ее рысаки
По твёрдому знаку разбитой руки,
По мягкому знаку разбитой руки -
Терновые топчут венки.

Арт-темы

Елена Родченкова

Арт-тема Бахмута
Арт-тема Артёмовска -
ВСУ съело.
Per asperа ad astra -
На Астрахань тема пошла.
Но что Архи-важно:
Новейшая astra-art-thema
Архангельск затронет по краю,
Москву - из нутра.
Game over пришел в Лихтеншнейн, Будапешт и Гановер.
Ovechkin, конечно, частично вернулся в Израиль.
А ёлочки больше не будет рубить детвора,
К позорным столбам постепенно крадется гемовер,
Чтоб тень отличить от камней двух иль трёх "Николаев"
И шёпотом грянуть: "Ур-ра!"

Чаша и венец в руках Афродиты

Елена Родченкова

Битве с богами Олимпа
Начала не видно.
Только конец предрешен.
Наступает пора:
Ради богатства пиратов
Дворец Артемиды
Грабил и рушил кувалдой
Святой Николай.

Кроткий наследует землю,
Спесивый - пещеры.
Верный наследует время,
Неверный - мрак дней.
На половине арены - актеры премьеры.
На половине арены - премьеры теней.

Сатан Лукас,Санта Клаус,Никола-начальник...
Суд приближается тихо, как шорох дождя.
Боги! Какая беда: Афродита в печали!
Боги! Какая печаль: Артемида в слезах!

Вот, поднимается арка-рука Афродиты.
Вот, возникает под аркой-рукою причал...
Боги! Рассыпались карты, колода разбита.
Чаша Вселенской любви на руках Афродиты.
Да не прольются на лживый, кровавый алтарь,
Там, где кувалдой разбита душа Артемиды,

Слёзы Давида…

Боги, верните нас снова к началу начал…

Краски слова тишина

Елена Родченкова

Краски Слова "ТИШИНА"
Божественная благодать - спокойствие.
Лучшая музыка - безмолвие.
Блаженный полет - одиночество.
Высшая награда - тишина.
Мудрый ответ - молчание.
Могучая сила - безмятежность.
Трудное испытание - отсутствие.
Полезный урок - безразличие.
Справедливое наказание - отверженность.
Тяжелое искупление - потеря.
Важная наука - разлука.
Дорогая плата - пустота.
Единственное спасение - прощение.
Великая Победа - примирение.
Любое преодоление - воскресение.
Истинное счастье - мир...
А что такое - Любовь, Бог не сказал.
Бог только тихо раскрасил слово "тишина" разными красками...

Коллайдеризация

Елена Родченкова

Бренд утилизации -
Вызов Высшим силам.
Рушат корпорации
Господа дебилы.
За вратами царствия
Богачами были,
Почесались в санкциях
И 3D забыли.

Вот, за три девять земель,
Вот, за три девять морей -
На четвертом море,
В три десятом царстве змей,
Три десятка королей -
В Дураковом поле -
Под приватизацию
Пробурили дыры,
Но коллайдеры дыры
Не колонизировали.

На большой дистанции
Близ Ultima Tule
Сторож спал в локации:
На сто рож - сто стульев.
И летать над ним привык
Сон из космодрома:
"Абырвылк!", "Абырвылк!" -
Шарик от Газпрома.

Анненербе- Абрене
Идентифицировали.
На сто рож - нет сто монет.
Сторож есть, а в стуле нет
Того самого, в цене...
Не национализировали.

Всё с умом надо решать.
Ум имеет силу.

Стул не стоит ни гроша,

Стул – анализ мира.
Но выбор делает - душа,
Также, как последний шаг,
Господа дебилы.

Эфир

Елена Родченкова

Кооперация ростовщиков с врачами
Ухмылку прятала под маской на лице.
Фальсификация истории в начале
Влечет ревизию истории в конце.

Кремлю до цели - как свинье до неба.
Пил кровь детей дряхлеющий кумир,
Исполнить обещал земные требы:
Крестьянам - землю, а голодным - хлеба,
Народам - волю, недра, небо, мир...

Власть слова равнозначна власти мысли,
Вес слова равноценен духу сил.
Бессмысленный, гнилой церковный клир
Визгливым хором прославлял пустые числа
И получил геенну лжи в свой тир.
Аминь.
Уму младому рад эфир.
Эфир всегда для будущего - чистый.

100

Елена Родченкова

Как на море-окияне
Стоит Камень-Алатырь.
В камне - свет, над камнем - пламя
Разлилося вглубь и вширь.
Покатилися столицы.
Всяк столица - на сто лиц:
"Сотни" правят, сотник злится,
Вместе чавкают в корытце,
Строят стройные таблицы -
Пирамидой рылом ниц.
Распустилися столицы,
Что царицы без царя:
Исполняет роль патриций,
Веселит своих ворят.

Эх, яблочко,
Мы покатилися!
Золотые в голубых
Превратилися.
Сотня желтая,
Как оранжевая,
Своё стадо повела
В море Красное.
Сотня желтая с сотней синею
Сыплют в блюдечко зерно
Над Россиею.

Эх, яблочко
Моё зеленое!
Биогазом био мяса утомлённое.
Сотня черная
С сотней красною
Ремонтирует за "СТО"
Шины разные.
В заповедниках,
Да в заказниках
Лбом об стенку бьют горох,
Богам приказывают.

Оробелая
Сотня белая,
Во гробу хрустальным сном
Спит дебелая.
Намела тьмы тьма
Над планетою.
Не оставь на склоне дня
Нас средь тьмы – искра огня!
Остальная вся фигня -
Фиолетово.