3. Повесть о Дамаикрыхтааре

Калльёшь иртмаах! Да простят меня считающие себя богами, если они существуют. Угораздило моих родителей назвать меня высокородным. Damaaik-ryhtaar, если быть точным, что в переводе на общее наречие означает «следующий высокородный». И когда меня называют высокородным Дамаикрыхтаром, меня просто корчит. Масло масленое, вот что подобное обращение ко мне означает. Утро обещало быть не особенно приятным, тем более что, Ссартих – глава службы личной безопасности Повелителя, с утра принялся доставать меня «высокородным гроо Дамаикрыхтааром». А это могло означать только одно: «хватит грызть ногти и валяться на кровати. Появились дела, требующие твоего непосредственного вмешательства». Повадки своего телохранителя и верного друга (девяносто лет вместе – это вам не шутка!) я изучил хорошо.

Тяжело вздохнув, я направился в личный кабинет, где государственные дела выстроились в многочасовую очередь, терпеливо ожидая, когда же Повелитель вампиров соблаговолит за них взяться. Соблаговолил наконец-то. Дела и в самом деле оставляли желать лучшего. После недельной попойки, в которой участвовали эльфы и люди (если магов можно назвать людьми), и которая была посвящена одному знаменательному событию, я дня три не показывался никому на глаза. Ссартих терпеливо составлял и вывешивал коммюнике для подданных: о состоянии драгоценного здоровья, не менее драгоценного Повелителя.

В дверь постучали. Ссартих вошел, как всегда, не дожидаясь приглашения, и вывалил на стол кучу бумаг. Почтительно отошел на два шага назад и слегка поклонился. И придраться не к чему. Я уныло поворошил документы. Все как обычно: записки, докладные, договоры и прочая ерунда. И из-за этого… Я вопросительно глянул на своего помощника.

- Это все мелочь, – немедленно ответил Ссартих, – на границе появились люди.

Я подскочил как ужаленный.

- Как? Когда?! Сколько?!

Сколько себя помню, ожидание вторжения в Иммергал никогда меня не покидало. Ни огромная пустыня, ни скалистый хребет не давали нам гарантии безопасности. От людей можно было ожидать чего угодно. Синедол… Это внешне мирное и благополучное государство людей, на самом деле в первую очередь угрожало вампирам. Ежегодно служба разведки вылавливала до двухсот лазутчиков. По нашим данным, в Синедольском магическом совете существовало специальное подразделение магов, специализировавшихся на создании псевдо-вампиров. Бедняг подвергали частичной магической трансформации, в результате чего они переставали быть людьми, только вот… и вампирами не становились. Вампир вампира всегда почует, а выветрить человеческую суть гораздо сложнее, чем кажется. Однако…. В последние несколько лет, синедольская политика резко изменилась. Синедольские и потынакские послы ратовали за мир, дружбу и открытую границу, чему ни один вампир, разумеется, не верил. И все же, притворные улыбки людей давали нам некоторые гарантии безопасности, и Совет год за годом терял позиции в «дружеском» противостоянии с человеческими государствами. Соглашение об обмене переселенцами было подписано более десяти лет назад, но до сих пор не выполнялось ни одной из сторон. Попасть в Иммергал людям было сложно, а вампиры не желали рисковать своей драгоценной и единственной жизнью, переселяясь в Синедол. С момента моего последнего пребывания в Синедоле, ситуация резко ухудшилась. Перестали поступать сообщения от наших агентов. Затем пошли слухи, что вампиры там пропадают целыми семьями. Слухи, пришедшие из Пустоши, оказались ещё более страшными. Всех не-людей вырезали специально обученные команды хранителей. Оставшихся в живых – заперли в специальных поселениях, откуда и шагу нельзя было ступить. Дело шло к войне. Однако наши мудрейшие даршогааны (darshogaan – большой палец, вамп.) и слышать не хотели об этом. «Sweestaan moorda miraas daarsho, hatroo sweestaane moord tchilaa – стрела убьет одного, перо этой стрелы может убить тысячу», - говорили они мне, и подсовывали на подпись многочисленные соглашения и договоры, уже заранее ратифицированные Синедолом. Временами я почти соглашался со своими советчиками. Войны не будет. Война уже идет. Без свиста стрел, без лязга мечей, без топота человеческой конницы. Мне не нравилось только одно – не мы, а люди понадергали перьев со стрел. И теснили нас по всем пунктам. Сообщение Ссартиха стало последней каплей. Если люди появились в Иммергале, значит последняя преграда – пустыня и горы, рухнула. Нет, не сейчас. Лет через пять (что по нашим меркам не так уж и много), может быть через десять – они придут.

- Несколько десятков, – ответил Ссартих.

Я рванул со стула куртку и поискал глазами меч. Куда ж я его засунул? Вроде бы ещё и месяца не прошло… Ссартих, со своей неизменной ухмылочкой, протянул мне перевязь. И когда уже успел?

- Коня…

- Уже оседланы.

- Я еду один.

- Я приказал оседлать двух лошадей.

- Собираешься ехать со мной?

Телохранитель отрицательно помотал головой.

- Не собираюсь. Еду.

Я невольно хмыкнул. До чего упертый вампир.

- Пошли.

- А что делать Совету?

- То, для чего он создан. Не все же им умничать. Пошли, расскажешь по дороге, что там и как.

Лето в разгаре, но солнце Иммергала особо не выпендривается. И светит и греет. Я бы даже сказал, что лето выдалось прохладным. И это притом, что на небе ни облачка. А прошлым летом палило так, что кровь сворачивалась. Лошадиные копыта звонко цокали по гордости моей – выложенной булыжниками дороге. Жаль только, что тянулась она всего пару стадней. Потом Совет подсчитал затраты и возроптал. Повелитель вампиров и правитель вампиров – это совсем не одно и тоже.

Мы свернули на обычную грунтовую дорогу.

- Ты долго будешь молчать? – спросил я, наконец.

Ссартих как будто ждал моего вопроса.

- Их сорок или пятьдесят. Не воины. Не вооружены. Десяток телег со скарбом. Есть лошади. Есть женщины. Детей нет.

- Гм, и чего же им тогда надо?

Телохранитель пожал плечами.

- Вам виднее, ryhtaar. Приедем, спросите.

- А своих мыслей у тебя нет, – пробурчал я, – или делиться не хочешь?

- У каждой головы свое предназначение, – уклончиво ответил Ссартих, – моя думает только о безопасности Повелителя.

- Угу. А моя должна думать обо всем остальном? – с шутливой обидой спросил я.

- Если бы у Повелителя была голова, он бы давно уже завел наследника, – с непроницаемым лицом ответил Ссартих, – и, разумеется, при помощи законной жены.

- Это ты случайно не про Микаэлу говоришь? – я скривил рот.

- Гроо Микаэль – не самый худший вариант. Она молода, имеет неплохой общественный статус.

- А мне она напоминает бесноватую жрицу-пророчицу.

- Возможно, что покойный муж повлиял на неё…

- Не в самом хорошем смысле этого слова, – я сплюнул набок, чудом не попав самому себе на сапог.

- Но, если Совет решит ради всеобщего блага выбрать вам жену…

- Когда придет время, я сам решу.

- Из семьи Правителя Синедола…

Я подавился слюной и принялся откашливаться.

- Ссартих, ты что – спятил? Оттуда такие мысли? Человеческую женщину… или… или ты что-то разузнал? Давай, колись немедленно!

Телохранитель неторопливо взглянул на меня.

- Да нет, ничего конкретного…

- Ага, ничего конкретного. Эти даршогааны меня достанут. Что они задумали?

- Откуда ж мне знать? – с раздражением ответил Ссартих, очевидно уже пожалевший о сказанном.

- Они что – с ума сошли? Брак с человеком ничего не даст. Или они собираются всадить ещё один нож в сердце Иммергала?

- Женщина и нож – интересное сравнение, – усмехнулся он.

- Или шпионка, или бедная дура на заклание, – пробормотал я. – Сведения верные?

- Не знаю. Спросите сами у Совета, – с досадой ответил телохранитель и умолк.

Я все не мог успокоиться.

- Бгдучьи дети! Шалак лехайя оракар! (поганые коварные орки (гобл.))! Нет, ну это ж надо – решать за моей спиной мою же судьбу!

Ссартих возвел глаза к небу, но ничего не сказал.

- Что ты молчишь? Не ты ли, только что, обозначил предназначение своей головы как «обеспечение безопасности Повелителя»? Я тебя уверяю – сейчас самое время ею воспользоваться!

- Судьба Повелителя ноормирас – в руках его народа, – туманно ответил изворотливый вампир.

- Только не надо мне…

- Калльёшь иртмаах! Неужели я должен напоминать вам о том, что с пеленок вдалбливается в голову каждого вампира? Tee-ar, повелитель страны и народа – тот первоисток, хранитель сущности ноормираас. И только сами ноормираас могут защитить его, так же как tee-ar защищает ноормираас. В этом наша сила.

- И слабость тоже, – ответил я, – а если вы не способны защитить, как ты говоришь – сущность, тьфу, хранителя своей сущности, то бишь меня? Или я не стану соблюдать традиции? Что тогда станет с Иммергалом – развалится?

- Я думаю, наш разговор не имеет конечного смысла, – после недолгого молчания, упрямо заявил Ссартих, – просто трата сил и воздуха.

- Поговоришь с тобой, – фыркнул я, крайне недовольный, – с кем же мне говорить тогда? С Верховным Советом? Имрсаат превратился в курятник какой-то.

- Вы предлагаете открытую войну? – иронически осведомился Ссартих. – Люди не способны захватить Иммергал, в силу природных препятствий. А мы не способны захватить даже Великую Пустошь, я не говорю о Синедоле, Потынаке и других человеческих государствах. В силу нехватки собственных сил.

- Им и не нужно собирать огромную армию, – усмехнулся я, – достаточно всучить нам десятка два соглашений и договоров – и вот наши права ущемляются на вполне законном основании. Ты знаешь, что в Синедоле не осталось ни одного вампира? А в Пустоши осталось всего два поселения, где проживают noor-miraas, да ещё бок о бок с tee-ar-noor, этими остроухими! Одной рукой люди режут нам горло, а другой сжимают нам дружелюбно правую руку. Дружелюбно и очень крепко, чтобы мы не пытались достать меч.

- У вампира тоже две руки, – Ссартих слегка оскалился, показывая кончики клыков, – тот, кто попытается перерезать вампиру горло – может не заметить кинжала, всаженного в бок.

- Спасибо. Утешил, – буркнул я и в свою очередь замолчал.

Не такое уж большое государство – Иммергал. К полудню мы проскакали чуть меньше половины пути. К счастью, не было необходимости направляться к границе. Пограничная стража отправила людей в Таануок – небольшой городок, расположенный на пути в Имрсаат. Я рассчитывал попасть туда к следующему полудню. И попал.

На въезде нас встретила группа вооруженных горожан. Один из них, стриженный в кружок мужчина, выступил вперед и слегка поклонился.

- Мое имя – Иллираас Дамгат. Я – предводитель местного совета. Догадываюсь, что привело Повелителя вампиров в наш скромный городок.

- Меньше слов, Иллираас, – оптимистично бросил я, спрыгивая с коня.

- Полностью согласен с вами, Повелитель, – Иллираас почтительно склонил голову, – меньше слов – больше дела. Так, кажется, говорят? Мы готовы.

- К чему? – я передал поводья спешившемуся Ссартиху и повернулся к главе.

- Мы готовы немедленно уничтожить чужеземцев, вторгшихся на нашу землю, – патетично начал он, – мы готовы оставив наши семьи и взяв в руки оружие грудью встать на защиту отчизны, мы готовы…

- Изложите все по пунктам, на бумаге, – устало перебил я, – рад лицезреть подобную решимость в вашем лице. Но, сейчас меня интересуют задержанные люди.

Предводитель с трудом проглотил неиспользованные слова и выражения, справился и немедленно перестроился.

- Мы разместили их в трех домах, неподалеку от городской ратуши. Я счел преждевременным, говорить им о том, что они в плену.

Я одобрительно хмыкнул.

- Это здравая мысль, гроо Иллираас. Не стоит волновать их. Где находятся эти дома?

- Я и мои люди проводим вас туда. Городские стражи оцепили это место и никого не пропускают вовнутрь периметра.

- Гм… вы их хотя бы покормили?

- Постоялый двор в тридцати шагах от них. Хозяин поначалу был недоволен сложившейся ситуацией, но эти… люди – платят. Пять десятков вполне платежеспособных клиентов не могут быть в тягость.

Дамгат позволил себе засмеяться, приглашая последовать его примеру. Кто-то в окружившей нас толпе одиноко захихикал и испуганно смолк. Не понимаю, почему мое присутствие всегда повергает иммергальцев в робость и смущение. Ссартих объяснял это влиянием моего безграничного обаяния, которое не действует только на тех, кто достаточно давно и близко со мной общается. Почему-то я ему не верил. В свое время, я примерно так же объяснял ему, отчего его не любят жеребцы и почему ему доверяют кобылы.

Предводитель учтиво развернулся, изо всех сил стараясь не показывать мне спину, и пошел показывать дорогу. Я последовал за ним. Шагов через пятьсот, когда большая часть местных достопримечательностей была мне продемонстрирована, Иллираас свернул куда-то влево и остановился. Из-за угла ближайшего дома тенью взметнулся рослый вампир, и почтительно зашептал что-то на ухо. Предводитель с любезной улыбкой обернулся ко мне.

- Они недавно поели и теперь отдыхают в комнатах.

Я поморщился. Он говорил о людях, словно о каком-то чуде. Страшно неудобном, почти кошмарном, но все же – чуде. Осторожно выглянув из-за угла, я поймал себя на почти мальчишеском любопытстве. Мысленно отвесил затрещину. Все-таки Повелитель ноормираас, а не шантрапа какая-то. Дома, в которых разместили людей, находились на краю площади. Сама площадь была заставлена телегами, и щедро удобрена конскими лепешками. Я скривился. Не могли что ли найти им местечко поскромнее?

- Нехорошо заставать гостей врасплох. Скажите им, что я буду у них через минуту.

- Гости?! – брови Дамгата удивленно взлетели вверх, но он немедленно взял себя в руки, – как будет угодно Повелителю…

Крови возжаждал, гроо Иллираас? Или решил проявить себя государственным деятелем? Я ничего не сказал вслух. Просто махнул рукой Ссартиху, чтобы шел за мной. Один из людей Дамгата рысью вынесся вперед нас и заскочил в один из домов. Я неторопливо двинулся к входу. В окнах показались любопытные лица и я, с трудом, поборол искушение вытянуть клыки. Замечательный получился бы эффект. Дверь распахнулась и из дома выпала приличная куча народа. Впереди вышагивал крепкий мужчина, лет… э-э-э, тридцати. Человеческих, разумеется, а не наших вампирских. Он остановился в пяти шагах от меня и слегка поклонился.

Я втянул поглубже клыки и кивнул в ответ.

- Я – Дамаикрыхтаар, правитель Иммергала (ну не правитель, а представитель правительства…).

- Мое имя – Адомир Рогов, – парень слегка замялся, но потом все же добавил, – я представляю тех, кто пришел со мной.

Я понимающе кивнул.

- И что же…э-э-э… привело людей на наши земли?

- Мы пришли искать новой доли, и возможно лучшей доли.

- Откуда вы?

- Мы все – жители центральной Пустоши. Жить там стало просто невозможно. Поэтому мы и решились на подобный отчаянный шаг.

- Очень интересно… и каким же образом вам удалось пересечь пустыню?

Он едва заметно дернул уголком глаза, но, не колеблясь, ответил:

- Нам удалось узнать местонахождение одного из новых порталов. Хранителям удалось далеко продвинуться. Мы потеряли пятнадцать человек, прежде чем погиб последний из друанов, охранявших портал. От конечной точки до границы мы шли неделю.

- Нелегко вам пришлось, – усмехнулся я, – и для чего же хранителям понадобилось пробивать путь в пустыню?

Адомир пожал плечами, и я уже решил, что он переигрывает. Однако человек тут же добавил:

- Скорее всего, они тоже пытаются добраться до ваших земель. В своих интересах, конечно.

- Что же это за интересы? – я пристально уставился Рогову в глаза. Тот не отвел взгляда.

- В Пустоши не осталось воздуха, который не освятили бы хранители. Не осталось ни эльфов, ни гномов. Даже гоблина встретить – редкость. Покончив с маэнами, сати взялись за людей. Достаточно сказать что-то вольное в трактире, как на следующий день тебя волокут на допрос в ближайшее отделение сэренсати. Нам не мешают зарабатывать себе на хлеб, но никогда не знаешь, проснешься ли ты завтра в своей постели… или тебя разбудит сэрениш-сати.

- Седьмой лепесток? – я попытался вспомнить иерархию хранителей, – ага, младший из сати.

- Совершенно верно, – подтвердил человек, – знал бы легендарный Сати, как используют его благородное имя – в гробу бы перевернулся... или в чем там его похоронили.

- Как гласят ваши же легенды – мастер Сати вознесся на небо, минуя установленные человеческими обычаями порядки, – Ссартих даже не потрудился скрыть злорадную усмешку.

Адомир метнул в его сторону странный взгляд.

- Все может быть. Я не настолько стар, чтобы оспаривать это предположение, – ответил он, пожимая плечами.

Я расхохотался.

- А здорово он тебя уел, Ссартих?!

Вампир только оскалился.

- Будем надеяться, что он не все свои мозги израсходовал на яд. Крупица здравого смысла ему не помешала бы.

Я принял самый серьезный вид и с достоинством сказал:

- С этим я согласен. Понимаете ли вы, что в Иммергале вы – гости незваные, и более того – нежелательные? До сих пор равновесие между нашими мирами сохранялось за счет огромного расстояния, разделяющего нас. Теперь все может измениться. И, скорее всего вас выпроводят за пределы нашей страны. И можете не ссылаться на крайнюю усталость, на то, что среди вас женщины и дети.… Кстати, а почему…?

Адомир в останавливающем жесте протянул ко мне руку. Ссартих тут же тенью качнулся наперерез. Я небрежно удержал его. Не настолько уж глуп человек, чтобы лезть на острие меча. Чувство самосохранения присуще не только вампирам. Люди тоже им обладают… до определенного момента.

- Мы не собираемся причинять вам беспокойство. Но нам необходимо место, где мы смогли бы поселиться и жить спокойно. Мы просим принять нас не как пришельцев и чужаков, а как подданных. Что касается отсутствия детей, то мы не стали брать их в дорогу, грозящую опасностями. Как я уже говорил – до границы дошли не все.

От удивления я открыл рот и невольно выпустил клыки. Язык у человека подвешен конечно неплохо, но залепить такое…?! Подданные Иммергала – не-вампиры. Я обернулся к Ссартиху за подмогой. Тот ответил скептической гримасой.

- Совет не согласится… – пробормотал я.

- И прикажет от них избавиться… – зловеще проскрежетал телохранитель.

Иногда решения приходят быстрее, чем мысли.

- Ноэраанса. Вас поселят там.

- Повелитель, – шепотнул потрясенный Ссартих, – вы с ума сошли?! Это же ваши личные владения!

Я тяжело вздохнул, признавая всю справедливость его удивления и резонность вопроса.

- Было бы с чего сходить.

Гроо Дамгат был потрясен ещё больше. Вытаращив глаза, он смотрел на меня как на…, короче – если бы я был не я, Дамгат тут же вызвал бы меня на swoo-dark-noor – поединок равных. Однако слово произнесенное Повелителем, решается оспорить только Верховный Совет Имрсаата. Иллираас слегка поклонился, как бы подтверждая получение приказа, и отошел в сторону. Я немного помялся, но на сегодня было сказано достаточно слов и предложений. Адомир, казалось, тоже жаждал окончания разговора. Кто знает, может у него там жареная курица стынет? При мысли о курице у меня просто слюни потекли.

- Даю вам два дня на сборы. Затем, гроо Дамгат позаботится о том, чтобы вы благополучно достигли своего нового места жительства, – я выразительно взглянул на Иллирааса, выделив слово «благополучно». Вампир пожал плечами, как бы удивляясь моей недоверчивости. Woork tee-ar-nu luish waaskwoo parke duish – слово, данное Повелителю, держат даже женщины.

Я хмыкнул и, выслушав официальные благодарности Адомира, с облегчением отпустил его собираться. Человек с не меньшим облегчением направился к дому. Один Иш знает, чего ему стоила эта выдержанная размеренная походка. И он ни разу не оглянулся, пока я взглядом сверлил ему спину, раздумывая над тем, какую глупость только что совершил.

- Надолго ли tee-ar задержится в наших краях? – церемонно обратился ко мне Дамгат, усиленно делая вид, что ничего особенного не произошло. Ну, подумаешь, приехали люди. Ну, пустил их Повелитель вампиров в собственные владения. Мало ли чего за долгую вампирскую жизнь происходит? То ящур ополовинивает поголовье скота, то deear, основная монета Иммергала обесценивается на глазах…

Мне стало неловко оттого, что не оправдал его ожиданий. Но затевать предложенную им резню было глупо и бессмысленно. И более того, рано или поздно слухи дошли бы до Синедола, до Пустоши точно бы дошли. Прекрасный повод для вторжения. В искренность миролюбивых намерений человечества верили только кошки, которым все равно из чьей миски пить молоко.

- Найдется у вас что-нибудь перекусить? – спросил я, делая простодушное лицо, – говорят, что кухня в Таануоке – совершенно особенная.