4 Стабилизаторы сновидений. Бэнгор маг II

Солнце уже клонилось к закату, заливая небо золотистыми и багровыми разводами, когда четверка друзей начала осторожный спуск с горного уступа. Под ногами хрустел мелкий щебень, а порывистый ветер, то игривый, то пронизывающе холодный, трепал их волосы и развевал полы одежды. Внизу, словно зеленое море, раскинулась долина, а на самом горизонте темной неприступной грядой виднелся Эльфийский лес.

Элька, несмотря на еще не до конца зажившие раны, упрямо шла первой, цепляясь за выступы скал и время от времени бросая через плечо вызывающие реплики.

— Ну что, маги и принцы, дрожите от страха перед высотой? Или ждете, пока я устелю вам путь лепестками роз?

Бэн лишь покачал головой, но в уголках его глаз заплясали знакомые искорки веселья.

— Лепестки были бы весьма кстати. Эти камни под ногами скользят, словно их кто-то нарочно намазал маслом.

— Тогда смотри под ноги внимательнее, — парировала Элька, но в тот же момент ее нога поскользнулась, и лишь цепкая хватка за выступ скалы спасла ее от падения.

Кот, шедший сразу за ней, молча протянул ей руку, но получил лишь сердитое фырканье.

— Не надо! Я сама прекрасно справлюсь.

— Конечно, — сухо прокомментировал Маркус, замыкавший группу. За последние дни он уже успел хорошо изучить строптивый нрав Эльки. — Только не кричи слишком громко, если все же сорвешься.

— Значит, и ты рвешься мне помочь? — девушка бросила на него испепеляющий взгляд.

— Ни в коем случае, — Маркус едва заметно ухмыльнулся. — Просто хочу запомнить точную высоту, с которой ты будешь падать. Чтобы потом на твоих похоронах рассказать со всеми подробностями.

Элька сначала нахмурилась, но потом рассмеялась, но смех тут же перешел в шипение боли, когда она невольно схватилась за еще не заживший бок. Кот мгновенно оказался рядом.

— Эль, ты же еще не полностью оправилась. Дай мне помочь тебе.

— Мне не нужна помощь! — она отдёрнула руку, но после этого ее шаги стали заметно осторожнее.

Создавалось впечатление, будто Элька стыдилась своих ран и теперь изо всех сил пыталась доказать — и себе, и другим — что по-прежнему может обходиться без чьей-либо помощи. Ее поведение напоминало упрямство ребенка, но спутники относились к этому не столько с пониманием, сколько с привычной снисходительностью. Они давно усвоили, что переубеждать Эльку бесполезно — лучше просто дать ей возможность самой убедиться в своей ошибке.

С каждым метром спуск становился все круче, а едва заметная тропинка то и дело терялась среди нагромождения камней, вынуждая их искать новый путь. Кот шел молча, но его зоркие глаза, привыкшие замечать малейшую опасность, непрестанно осматривали местность.

Друзья подошли к краю уступа, и перед ними, впереди, открылся потрясающий вид, извилистая река, сверкающая в лучах заката словно расплавленное серебро, пересекала всю долину. Воздух был напоен ароматами хвои и диких трав.

— Красота... просто неописуемая, — прошептала Элька, завороженно глядя на раскинувшуюся перед ними долину.

— Да, но любоваться будем потом, — практично заметил Бэн, щурясь на заходящее солнце. — Сегодня важно добраться до реки до темноты.

— Кстати, — Элька обернулась к спутникам, — говорят, эльфы не слишком-то любят незваных гостей.

— До эльфов ещё далеко, — Маркус машинально провёл ладонью по рукояти меча. — Сначала надо благополучно спуститься, а там уже будем решать.

Они продолжили путь в молчании, каждый погружённый в свои мысли, но не переставая украдкой любоваться открывающимся видом.

Через некоторое время путь им преградил отвесный обрыв высотой около десяти метров. Скальная стена была настолько крутой, что спуститься по ней без веревки казалось невозможным.

— Можно попробовать так, — предложил Бэн, оценивая ситуацию. — Ложимся на край, беремся за руки, спускаем насколько возможно — и прыгаем. Это уменьшит высоту.

— Метра на два, не больше, — возразил Маркус, склонившись над обрывом. — Все равно высоковато. Да и потом, как спустится последний?

Кот тем временем отошел немного назад, внимательно осматривая местность и внезапно указал в сторону.
— Если вернуться назад, на тот выступ... Оттуда можно разбежаться и прыгнуть на дерево. А потом спускаться по ветвям.

— Опасный прыжок, — покачал головой Бэн. — Высота еще больше. А что, если не зацепишься и сорвёшься?

Маркус молча осматривал предложенный вариант, затем тяжело вздохнул.

— Кот прав, по-моему, это единственный способ.

— Покалечимся, — мрачно констатировал Бэн, хотя и сам понимал, что альтернатив нет.

— Ну и что? — неожиданно весело встряла Элька. Все обернулись к ней. — Бэн нас потом исцелит. Главное — не убиться насмерть, верно?

Элька направились к указанному выступу.

— Да стой ты, давай я первый проверю! — резко сказал Кот, выдвигаясь вперед.

Но Элька и не собиралась прыгать сразу. С хитрой ухмылкой она начала снимать с себя всё лишнее: мешок, оружие, даже кожаный пояс — всё полетело вниз, поднимая облачко пыли внизу. Ребята, переглянувшись, последовали её примеру.

Пока Маркус и Бэн осторожно обматывали тряпками хрупкие магические диски, чтобы они не повредились при падении, Элька уже отступила на несколько шагов назад, глубоко вдохнула — и внезапно рванула вперед.

— Элька, стой! — успел крикнуть Кот, но было поздно.

Она оттолкнулась от края обрыва и полетела к дереву.

— Вот зараза! — выругался Маркус, сжимая в руках незаконченную обмотку.

Элька с хрустом вцепилась в толстую ветку, но инерция была слишком сильной. Ноги ушли вперед, и она, описав опасную дугу, полетела вниз спиной. На мгновение в воздухе мелькнула её перекошенная от ужаса гримаса — но затем тело само собой сгруппировалось, и она, как заправская акробатка, перевернулась в воздухе, чтобы упасть животом на ветку пониже.

— А-а-а-а, блин, как же больно! — её крик разнесся по лесу, вспугнув стайку птиц.

Повиснув на ветке, как мешок с мукой, она несколько секунд тяжело дышала, затем осторожно перевернулась и начала спускаться, крепко впиваясь пальцами в шершавую кору.

— Вы там ночевать собрались? — донесся снизу звонкий голос Эльки. Она стояла и смотрела вверх, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба.

Ребята замерли, словно заворожённые, наблюдая за её рискованным спуском. Их лица отражали смесь страха за неё и восхищения смелости. Каждый невольно представлял себя на её месте. Лишь после этого вызова они словно очнулись от столбняка.

— Ладно, — проворчал Кот, первым стряхнув оцепенение. — Я следующий.

Кот отступил на несколько шагов назад, прищурился, оценивая расстояние, и резко рванул вперед. Его прыжок оказался точнее, он сразу взял чуть левее, на более тонкую часть ветки. Ветка прогнулась под его весом, как лук, мягко погасив инерцию, помогая ему перейти на следующую ветку, на которую он встал ногами.

В тот момент, когда новая опора только начала опасно прогибаться, Кот молниеносно отступив назад, когда ветка была на уровне его лица, он схватил её руками погасив своё падение, дальше ловко качнулся и приземлился на расположенную ниже ветвь. Не останавливаясь, он опять прыгнул вниз. Пролетая мимо очередной ветки, опять ухватился за нее руками.

Его прыжки были настолько отточенными и грациозными, что компания снова замерла, завороженно наблюдая за этой рискованной акробатикой.

— Котик, ты просто супер! — захлопала в ладоши Элька, ее голос звенел искренним восхищением.

Кот нахмурился, сжав губы в тонкую полоску. Он терпеть не мог, когда его называли "Котик". Но, бросив взгляд на сияющее лицо Эльки, лишь тяжело вздохнул, оставив замечание при себе.

Следующим на выступ вышел Маркус. Он на мгновение замер, оценивая расстояние, затем резко толкнулся ногами от камня. Его мощный прыжок получился куда увереннее, чем у Эльки. Он ловко поймал толстую ветку, мускулы рук напряглись под рубашкой, когда он мягко погасил инерцию. Даже хорошо подготовленному принцу до кошачьей грации Кота было далеко. Там, где Кот двигался с естественной плавностью дикого зверя, Маркус демонстрировал выучку тренированного воина - точную, но лишённую лёгкости.

Следующим был Бэн. Он легко допрыгнул до первой ветки, инерция, как и в случае с Элькой, развернула его тело параллельно земле. Однако, в отличие от подруги, он крепко вцепился в ветку своими большими ладонями, пальцы буквально впились в шершавую поверхность. Повиснув на мгновение на ветке, он погасил качание и спрыгнул на другую ветку.

Дальнейший спуск Бэна нельзя было назвать зрелищным — никаких акробатических трюков или грациозных прыжков. Зато каждый его шаг был продуманным и осторожным, сначала прощупать ногой ветку, проверить её прочность, затем плавно перенести вес. Он двигался медленно.

Элька скривила нос.

— Бэн, ну это же так скучно! Мог бы хоть немного попрыгать, например, как мы с Котом.

Её звонкий смех разнёсся по лесу, вспугнув пару птиц в кронах деревьев. Кот, уже стоявший на земле, лишь покачал головой, но в уголках его глаз мелькнула искорка смеха.

Когда Бэн наконец ступил на землю, даже Элька не могла не признать — его метод хоть и выглядел не так эффектно, зато оказался самым разумным. Ни царапин, ни ушибов, ни даже намёка на усталость.

Маркус, тем временем, совершил последний прыжок. Его спуск был точным и выверенным — не столь грациозным, как у Кота, но и далёким от осторожности Бэна. Приземлившись, он отряхнул ладони и окинул всех оценивающим взглядом.

— Ну что, — сказала Элька, расставив руки в театральном жесте, — подводим итоги! Первое место, конечно же, моё! Второе — Котику. Маркус — третье. Ну а ты, — она игриво ткнула пальцем в грудь Бэну, - без места! Ладно, ладно, ты на четвертом месте.

— С чего это я на четвертом? – возмутился Бэн. – И почему это ты на первом.

— Как это почему! — Элька хитро прищурилась. — Пока вы там наверху тряслись от страха, я уже вовсю мастерски спускалась! Видела я ваши лица снизу.

Маркус, до сих пор молча наблюдавший за перепалкой, неожиданно через улыбку сказал.

— Мастерски спускалась? Ты кричала так, будто тебя режут. Весь лес переполошила.

— Это был боевой клич! — возмутилась Элька, но её щёки порозовели.

— Если закончили эти... соревнования по спуску с дерева, может, двинемся дальше? – сказал Маркус, еле сдерживая смех.

Бэн, тоже не сдерживал уже смех, развил тему.

— Элька — первая по скорости боевому кличу, я — по аккуратности, Кот — по грации. Все довольны?

— А я? — нахмурился Маркус, при этом глаза его смеялись.

— Ты? У тебя почетное второе место в каждой категории, — не моргнув глазом, ответил Бэн, вызывая смех у остальных.

Они собрали разбросанные вещи. Бэн достал из мешка целительский диск, бронзовая поверхность которого слабо мерцала в лучах заката. Элька заметила это движение и догадалась для кого.

— Да я в полном порядке! Совсем ничего не болит!

Бэн пристально посмотрел на неё.

— Эль, скажи честно — чего ты так боишься? Это же не больно.

Маркус, поправляя перевязь меча, вмешался.

— Бэн, она права. Если ты сейчас начнёшь её исцелять, ей потребуется отдых. Лучше дойти до стоянки, а там уже перед ночёвкой заняться лечением.

Группа быстро собрала разбросанные вещи, проверяя, ничего ли не забыли.

— Всё собрали? — Маркус окинул взглядом компанию. — Сейчас двинемся к реке. Но, если помните, дальше начинается открытое поле, и у воды может не оказаться дров. Предлагаю задержаться здесь на полчаса, чтобы собрать их. А если повезёт, может, и дичь подстрелим на ужин.

Элька, потирая ушибленный бок, недовольно поморщилась.

— Может, вообще тут останемся на ночлег? Всё равно скоро темнеть начнёт.

— До реки всего километров десять, — покачал головой Маркус, — а вода нам нужна обязательно. Давайте так, двадцать минут на сбор дров, а Кота отправим на охоту.

Кот, услышав своё имя, лишь молча кивнул.

— Подожди, Маркус, — вмешался Бэн, вытирая пот со лба. — У нас ещё есть вода во флягах — хватит и на питьё, и на ужин. А завтра с утра свежими силами дойдём до реки, заодно искупаемся. После сегодняшних приключений всем не помешает отдохнуть.

Маркус задумался, скрестив руки на груди. Под тенью деревьев его лицо казалось особенно серьёзным. Он взглянул на Эльку, которая явно нуждалась в отдыхе, затем на Бэна — и понял, что они правы. Нет смысла упрямиться и играть в командира.

— Ладно, — наконец сказал он, разводя руками. — Остаёмся здесь. Но дрова и дичь никто не отменял — без ужина не ляжем.

Не теряя времени, Кот бесшумно исчез в сгущающихся сумерках, буквально растворяясь в танцующих тенях под деревьями. Его тёмная одежда делала его невидимым уже через несколько шагов.

— Эль, останься тут отдохни, — мягко предложил Бэн, поправляя очки. — Мы с Маркусом сами соберем дрова.

Элька в ответ только фыркнула, демонстративно хлопнула себя по бедрам, встала и направилась к ближайшему сухостою и начала собирать ветки с таким видом, будто доказывала что-то всему миру, а Бэн её обидел.

— Ну и упрямая. Намучается Кот с ней, — пробормотал Бэн себе под нос, бросая взгляд в сторону, где исчез он.

Прошло не больше двадцати минут, когда из чащи бесшумно выскользнула знакомая тень. Кот вернулся, неся в руках двух ещё тёплых зайцев.

— Ужин будет, — коротко сообщил он, бросая добычу к уже собранной куче дров. Его зелёные глаза на мгновение остановились на Эльке, которая, несмотря на все заверения, сидела, прислонившись к дереву и явно борясь с усталостью.

Они разожгли костер, сложив поленья аккуратной пирамидкой. Яркие языки пламени весело заплясали, отбрасывая причудливые тени на их усталые лица. Кот, достав из ножен охотничий нож, ловко освежевал зайцев, снимая шкурку одним точным движением. Шкурки аккуратно свернули — пригодятся для чего-нибудь потом, на реке решил их вымыть.

Бэн наполнил походный котелок водой из фляг и бросил туда нарезанное кусками мясо первого зайца. Когда вода закипела, на поверхности появилась ароматная пенка, которую он аккуратно снял деревянной ложкой. В золотистый бульон насыпал горсть крупы — она разбухала, впитывая в себя все соки и ароматы.

Тем временем Бэн соорудил из гибких веток импровизированный шомпол и насадил на него второго зайца целиком. Тушка, натертая солью и дикими травами, которые он постоянно собирал по дороге, зашипела над углями, покрываясь аппетитной румяной корочкой. Жир капал в огонь, вызывая веселые всполохи.

Когда каша с мясом была готова, они разложили ее по деревянным мискам. Аромат стоял такой, что у всех слюнки потекли. Даже обычно болтливая Элька, молча, с наслаждением уплетая горячую пищу. Бэн между делом не забывал поворачивать зайца над углями — мясо должно было равномерно пропечься со всех сторон, чтобы его можно было съесть на завтрак.

Тишину вечера нарушал лишь уютный треск поленьев да довольное причмокивание, когда голодные путники уплетали горячую похлебку. Пламя, аккуратно разведенное чуть в стороне от жаровни с зайцем, играло бликами на их закопченных лицах, подчеркивая усталость, смешанную с глубоким удовлетворением. После всех сегодняшних испытаний - опасного спуска и изматывающего перехода - этот скромный ужин у костра казался им поистине царской трапезой. Даже обычная каша с зайчатиной пахла как изысканное яство, а жир, капающий с поджаристой тушки на угли, наполнял воздух дразнящим ароматом.

После сытного ужина, когда последние языки пламени догорали, оставляя лишь тлеющие угли, Бэн достал из походного мешка целительский диск. Бронзовая поверхность артефакта тускло мерцала в свете угасающего костра, узоры на ней казались живыми и подвижными.

— Эль, ложись, — мягко, но настойчиво сказал он, расстилая у огня свернутый плащ. На этот раз девушка не сопротивлялась — сытная еда и усталость взяли свое, да и боль от ран давала о себе знать. Она лишь кивнула и осторожно легла, зажмурившись.

Бэн сосредоточился и переключился в магическое зрение, его глаза приобрели характерный блеск, казалось зрачки светились едва заметным голубоватым светом. Пальцы скользили по диску, сверяясь с замысловатым узором и в воздухе между ними начало плестись тонкое кружево из бирюзовых энергетических нитей, постепенно формируя сложную структуру.

— Готова? — прошептал Бэн, и его голос звучал отрешенно, будто из далека.

Не дожидаясь ответа, он плавным движением направил светящуюся паутину к ее груди и пустил в неё энергию. Энергия прошла через плетение и вошло в Эльку.

Её тело немного выгнулось дугой, пальцы впились в плащ, а из груди вырвался прерывистый выдох.

— Ты как? — обеспокоенно спросил он, уже выходя из магического транса. Его собственное дыхание участилось, на лбу выступили капельки пота.

— Ох... — Элька медленно открыла глаза, ее голос звучал устало. — Сначала было... лёгкость и состояния, что все могу. Тепло. А теперь... — она зевнула, — теперь просто хочу спать. Глаза сами закрываются...

Ее веки уже предательски смыкались, дыхание становилось ровным и глубоким. Кот, который наблюдал всё со стороны, подошел и укрыл ее своим плащом. Сеанс прошел успешно. Теперь ей нужен лишь хороший отдых, чтобы силы окончательно вернулись.

— Получилось, — тихо констатировал Бэн, вытирая со лба капельки пота. Магия отнимала силы. — Теперь ей нужно просто выспаться.

Он перевёл взгляд на остальных, поправляя очки:
— Кто следующий?

Маркус лишь отрицательно мотнул головой, похлопывая по рукояти меча:
— Мои царапины подождут не нуждаются в дополнительном лечении. Лучше сэкономь силы.

Кот, уже вернувшийся на своё место у костра, просто показал ладонью отказный жест, его зелёные глаза в свете пламени говорили яснее слов — "Мне это не нужно".

Бэн откинул прядь тёмных волос со лба, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Когда он вновь открыл веки, его зрачки замерцали холодным голубым светом, словно в глубине глаз зажглись крохотные звёзды. В магическом зрении мир преобразился — потоки энергии вились вокруг костра разными цветовыми спиралями, а силуэты спящей Эльки и наблюдающего Кота были покрыты аурой. Напротив костра сидел Маркус и наблюдал за ним.

— У тебя глаза меняют цвет, — в свете горящего костра его скулы казались резче обычного.

Бэн медленно моргнул, и свечение угасло.

— Я решил потренироваться, — ответил Бэн. — Хочу попросить у тебя диски, чтобы попробовать разные плетения.

— Бери, — сказал Маркус и полез в мешок.

— Не сейчас. Уже темно. Завтра днём, когда остановимся отдыхать.

— Хорошо. Давай я с тобой потренируюсь.

Он сжал веки, напрягшись всем телом. На его лице отразилось мучительное усилие, брови сдвинулись, губы подрагивали. На секунду в глазах мелькнула блёклое свечение и тут же погасло. Маркус крякнул от досады, тогда как Бэн даже не дрогнул — сидел с прямой спиной, будто высеченный из камня.

Кот посмотрел на них, зевнул и потянулся.

— Я спать. Разбудите, когда моя очередь дежурить, - он накрыл лицо плащом и перевернулся на бок.

Через некоторое время Маркус вытер пот со лба и потухшим взглядом посмотрел на тлеющие угли. Его тренировки давались с трудом — каждый раз, когда он пытался удержать магическое зрение, в висках начинала пульсировать тупая боль.

— Ладно, хватит на сегодня, — сказал Бэн, глядя на Маркуса.

— Давай я подежурю первым и еще немного потренируюсь, - не сдавался Маркус.

Бэн лишь кивнул, чувствуя, как усталость наваливается тяжелым грузом. Он огляделся в поисках своего плаща и с улыбкой заметил, что Элька, свернувшись калачиком, крепко прижимала его к себе. Ее лицо казалось удивительно безмятежным, совсем не таким, каким они привыкли его видеть днем.

— Ладно, пусть спит, — прошептал Бэн, доставая из мешка сверток с запасной одеждой. Он аккуратно свернул его, сделав импровизированную подушку, и устроился у самого края кострища.

Перед тем как закрыть глаза, он на мгновение задержал взгляд на Маркусе. Тот всё так же сводил брови и выпячивал губы.

— Спокойной ночи, — бросил Бэн в пространство, уже чувствуя, как сознание начинает уплывать.

— Ага. Спи, — ответил Маркус, не прерывая тренировки.

Последнее, что запомнил Бэн перед тем, как провалиться в сон это далекий крик ночной птицы где-то в ущелье.

Бэн резко проснулся от звонкого лязга стали. Сердце бешено заколотилось - инстинкты мгновенно перевели его в состояние боевой готовности. Он вскочил на ноги, одной рукой уже хватая меч, когда сознание наконец прояснилось.

Перед ним Маркус и Кот, освещённые утренним солнцем, решили отрабатывать боевые комбинации. Их мечи сверкали в лучах восхода, рисуя в воздухе дуги. Маркус медленно показывал Коту новую комбинацию.

— И так. Три-четыре! Поворот! Пять-шесть! Теперь блок!

Маркус заметил пробуждение Бэна и, не прерывая движений, крикнул.

— Давай вставай, соня! Солнце уже встало. Разминайся - сегодня нам предстоит долгий путь.

Элька, обычно неохотно просыпающаяся, уже стояла не далеко от них, выполняя серию стремительных ударов по воображаемому противнику. Её волосы, как всегда короткие, развевались на ветру.

Бэн потянулся, ощущая, как после сна затекли мышцы. Медленно, с полузакрытыми глазами, он начал с утренних упражнений на растяжку — сначала разминая шею плавными круговыми движениями, затем прорабатывая плечи и спину. Его движения были точными и выверенными, будто повторяли древний ритуальный танец. Взяв меч, он начал бой с тенью — плавные выпады сменялись резкими ударами, а босые ноги оставляли четкие отпечатки на влажной земле.

Когда тренировка закончилась, все четверо стояли, тяжело дыша, с румянцем на щеках. Усталость приятно покалывала в мышцах, а в глазах читалось удовлетворение от хорошо выполненной тренировки. Воздух, напоенный ароматом хвои и утренней влаги, казалось, заряжал их бодростью. Первые лучи солнца, пробиваясь сквозь листву, рисовали на земле узоры — новый день начинался, и они были к нему готовы.

Кот, вытершись рукавом, направился к потухшему кострищу.

— Предлагаю небольшой отдых, чай и зайца на завтрак, — его голос звучал ровно, но в глазах мелькнула искорка заботы, когда он взглянул на Эльку.

— Заяц — это прекрасно! — оживилась Элька, потирая живот. Целительская магия, восстановившая ее за ночь, отняла много сил, и теперь ее организм требовал восполнения энергии. Она чувствовала волчий аппетит, готовый поглотить все съестное в округе.

После ночного исцеления Элька чувствовала себя превосходно — ни боли, ни дискомфорта, только приятная мышечная усталость после тренировки. Ее тело теперь послушно отвечало на каждое движение. Она уже представляла, как будет уплетать сочного зайца, запивая его ароматным травяным чаем, после чего с новыми силами отправится в путь.

— Только давайте поживее с завтраком, — игриво подмигнула она. — После такого пробуждения я готова съесть всё что угодно.

Кот фыркнул в ответ, но уголки его губ дрогнули в подобии улыбки, пока он ловкими движениями раздувал огонь. Бэн тем временем уже доставал запас трав для чая, а Маркус проверял состояние провизии.

Позавтракав сочным зайцем и запив его душистым чаем из трав, компания собрала лагерь. Дорога к речке заняла около двух часов неспешного хода под уже припекающим солнцем. Когда сквозь деревья заблестела водная гладь, Элька первая сбросила рюкзак.

— Ура! Вода! — воскликнула она, уже расстегивая застежки на походной рубахе. — Я вся в пыли, как полевая мышь!

Речка оказалась неширокой, но с прозрачной холодной водой. Бэн тоже разделся и осторожно ступил босой ногой на скользкие камни у берега.

— Бр-р-р! Ледяная! — он фыркнул, но все же смело вошел по пояс в воду.

Маркус, всегда соблюдавший порядок, аккуратно сложил свою одежду на плоском камне, прежде чем разбежаться и нырнуть с разбегу. Вода всплеснула серебристыми брызгами, озаренными солнцем.

После освежающего купания компания занялась хозяйственными делами. Они выстирали свои пропотевшие за несколько дней рубахи и брюки, энергично выколачивая ткань о гладкие речные камни. Вода в этом месте была на удивление прозрачной - сквозь ее толщу можно было разглядеть каждую песчинку на дне.

Элька, стоя по колено в воде, наполняла фляги.

— Вот это вода! Прямо как из родника.

Кот тем временем устроился чуть поодаль, методично чистя свою кожаную броню мелким речным песком.

— Кто будет чистить шкуры зайцев? — спросил он, подняв голову и окинув взглядом компанию.

Ответом ему стало красноречивое молчание. Бэн делал вид, что полностью поглощен выжиманием своей рубахи, Маркус сосредоточенно изучал облака, а Элька вдруг обнаружила невероятно интересный камушек у своих ног.

Кот тяжело вздохнул, встал, разминая плечи, и направился к берегу, где лежали необработанные шкуры. Вода показалась ему теперь куда холоднее, но он, не моргнув глазом, зашел по пояс и начал промывать мех, выбивая из него остатки жира и запекшей крови. Найдя плоский камень с шероховатой поверхностью, Кот устроился поудобнее на берегу. Он насыпал горсть мелкого песка на шкуру и начал методично растирать ее камнем, совершая круговые движения. Песок скрипел под давлением, постепенно очищая и размягчая кожу.

— А я и не знала, что ты так умеешь, — сказала Элька, наблюдая за этим процессом.

Кот даже не удостоил ее ответом, лишь чуть сильнее надавил на камень. Капли пота смешивались с речной водой на его лбу. В его движениях не было раздражения, только сосредоточенность.

Развешанная на мелких кустах одежда колыхалась на легком ветерку. Элька, растянувшись на плоском камне, жмурилась от удовольствия.

— Вот это жизнь! Солнце, вода, чистая одежда, путешествие, друзья... Чего еще желать?

Кот, сидевший чуть поодаль, вдруг напрягся. Его зрачки сузились.

— За нами наблюдают, — тихо произнес он, не меняя позы.

Бэн настороженно оглядел противоположный берег.

— Я ничего не вижу...

— Вон там, — Кот едва заметно кивнул в сторону высокой травы. — Трава иногда гнется против ветра.

Маркус, делая вид, что поправляет волосы, незаметно оценил ситуацию.

— Тоже не вижу.

Элька внезапно привстала на локтях. Не дожидаясь общего решения, она громко крикнула через реку.

— Эй, кто там прячется? Выходите, поговорим! — ее голос звонко разнесся по воде, спугнув стайку стрекоз.

Все трое невольно вздрогнули от этого внезапного нарушения тишины. Бэн даже инстинктивно потянулся к своему мечу, но остановил себя. Элька же, напротив, выглядела довольной, ее прямой подход часто оказывался эффективнее долгих ухищрений.

Наступила напряженная пауза. Только стрекозы продолжали свой танец над водой, да где-то вдали прокричала птица. Внезапно высокая трава на том берегу зашевелилась сильнее, и они успели заметить, как две небольшие фигурки бросились наутек.

— Интересно, почему они так испугались? Мы же не сделали ничего угрожающего... — задумчиво произнесла Элька, прикрыв ладонью глаза от солнца и всматриваясь в удаляющиеся фигурки.

Маркус, проверяя влажность своей рубахи, лишь пожал плечами.

— Чего гадать. Когда встретим — спросим, — его голос звучал спокойно. — Одежда почти сухая. Еще полчаса — и двинемся.

— Только почему мы сохнем на этом берегу, если нам дальше идти на том? – её голос прозвучал иронично, прерывая общее расслабленное настроение.

Наступила мгновенная тишина. Бэн потрогал свою почти сухую рубаху, осознавая очевидность этого вопроса.

Маркус уже встал на ноги, энергично стряхивая с себя песок.

— Точно, собираем вещи и переправляемся. На том берегу досохнем и сразу в путь.

Они взял вещи и мешки подняли над головой и вошли в реку. Вода снова встретила их прохладными объятиями, заставляя на мгновение задержать дыхание. Солнце, уже поднявшееся высоко, играло бликами на поверхности, слепя глаза. С каждым шагом противоположный берег становился ближе.

Достигнув противоположного берега, они снова развесили одежду на прибрежных кустах.

Элька растянулась на плоском камне, закрыв глаза:

— Ну всё сохнем, — проворчала она, поворачиваясь к солнцу то одним боком, то другим, как ящерица на теплых камнях.

— Я на страже, — сказал Кот, проверяя состояние оружия.

Он занял позицию на небольшом возвышении. Тишину нарушал только шелест листьев да редкие всплески рыбы в реке. Но теперь, после недавнего происшествия, эта тишина казалась настороженной.

Через некоторое время одежда наконец высохла, и они стали собираться в путь. Маркус потянулся, разминая затекшие мышцы, и подбросил мешок через плечо.

— Все готовы? — спросил он, окидывая взглядом компанию.

Элька, уже готовая к дороге, нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

— Готовы, пошли уже, и так задержались долго.

Кот, последним снимаясь с места, бросил прощальный взгляд на реку — вода мирно поблескивала в лучах солнца, но он всё ещё чувствовал лёгкое беспокойство.

Они двинулись в путь. Вдоль поля была тропа, и они приняли идти по ней. Воздух постепенно наполнялся ароматом травы и свежей земли.

Через несколько часов поле с травой неожиданно закончилась, открыв перед ними огромное поле, усыпанное цветами.

Элька замерла на краю поля, широко раскрыв глаза.

— Хранитель… — прошептала она.

Перед ними расстилалось море невероятных красок алые, лазурные, золотистые бутоны колыхались на ветру, переливаясь на солнце. Казалось, будто кто-то рассыпал по траве драгоценные камни.

Бэн нахмурился, почувствовав лёгкое покалывание в кончиках пальцев.

— Странно… — пробормотал он и переключился на магическое зрение. — Странно тут переплетается много магии … необычно.

Кот настороженно принюхался, его зрачки сузились.

— Эти цветы какие-то слишком яркие.

Элька уже сделала шаг вперед, протягивая руку к ближайшему цветку.

— Они же прекрасны! — воскликнула она, улыбаясь. — Мы как будто попали в сказку.

— Подожди, — резко остановил ее Бэн, наблюдая в магическом зрении, — что-то тут не так.

Но было уже поздно. Легкий ветерок поднял с поля облачко пыльцы, и мир вокруг них поплыл. Цвета стали еще ярче, звуки — громче, а мысли — легкими, как пух.

Элька засмеялась, кружась среди цветов.

— Смотрите! Мы летим! — ее голос звучал радостно и беззаботно.

Бэн, всегда такой расчетливый и осторожный, вдруг широко улыбнулся, запрокинув голову к небу. Его глаза сияли детским восторгом.

— Какое красивое облако, — прошептал он, протягивая руку, будто пытаясь дотронуться до небес. — Оно похоже на лошадь! Видишь, Элька? Белоснежная лошадь с золотой гривой... Она машет мне, зовёт покататься...

Его голос звучал непривычно мечтательно, пальцы непроизвольно сжимались в воздухе, словно пытаясь ухватить невидимые поводья. Казалось, он уже представлял себя скачущим по облакам.

Рядом Маркус сидел на траве, беззаботно чертя пальцем узоры в воздухе. Его выправка куда-то исчезла — он раскачивался в такт несуществующей музыке, а на лице играла блаженная улыбка.

— Смотрите-ка... — бормотал он, — воздух здесь... он весь из золотых нитей... Я могу... могу их плести...

Кот стоял чуть поодаль. Его зелёные глаза, обычно такие острые и внимательные, сейчас смотрели расфокусировано. Губы тоже растянулись в улыбке, но вдруг его брови дрогнули. В глубине помутневшего сознания, как далёкий огонёк сквозь густой туман, теплилось чувство тревоги.

— Мы... должны... — прошептал он, но мысль тут же ускользнула, растворившись в сладком дурмане. Его пальцы судорожно сжались — тело помнило опасность, даже когда разум забыл. Но через мгновение он снова улыбнулся, глядя, как пыльца цветов мерцает в воздухе, словно тысячи крошечных звёзд.

Элька между тем кружилась среди цветов, раскинув руки, её смех звенел, как колокольчики:

— Я же говорила! Это же настоящее чудо! Здесь так... так ЛЕГКО! — она поймала пролетающий цветок, похожий на одуванчик и дунула, наблюдая, как белые зонтики разлетаются в разные стороны. — Смотрите, как красиво! Я хочу тут остаться навсегда!

А поле меж тем жило своей жизнью. Цветы покачивались, будто вторя их движениям, а аромат становился всё гуще, слаще, навязчивее. Где-то вдали, на краю этого поля цветов, мелькнула тень, кто-то наблюдал за опьянёнными путниками, терпеливо ожидая, когда пыльца сделает своё дело окончательно.

Бэн пришел в себя в небольшом бревенчатом помещении с низким потолком. Первым ощущением стала пронзительная боль — голова раскалывалась, будто по ней били молотом. Сухой язык прилип к нёбу, а в горле першило, словно они неделю шли по пустыне без воды.

Он открыл глаза и тут же зажмурился от света, пробивавшегося сквозь зарешеченное окно. Когда зрение немного приспособилось, он увидел, что в углу стояло деревянное ведро с водой, а на грубо сколоченном столе стоял глиняная кружка с отбитым краем.

"Пить…" — первая мысль пронеслась в его воспалённом сознании. Бэн взял кружку, зачерпнул воду и жадно пил. Он поставил её на стол. "Где мы? И где наши вещи?" — пронеслась вторая мысль. Ни мечей, ни походных сумок, ни даже поясных ножей — только та же самая одежда, но почему-то липкая от пота.

Элька застонала, поднимаясь с соломенного тюфяка.

— Что за... — она схватилась за голову, её голос звучал хрипло. — Меня будто кто-то пнул копытом по башке... Пить… - она простонала и Бэн взял кружку и зачерпнул воды.

Следующим очнулся Маркус с тихим стоном, его тело содрогалось от каждого движения. Он медленно поднялся на локти, морщась от пронзительной боли, рассекавшей череп пополам. Его выправка куда-то исчезла - сейчас он выглядел как обычный измученный пьяница.

Кот пришел в себя почти одновременно с Маркусом. Его зрачки расширились от боли, когда он попытался сесть. Осторожно ощупав голову, он прошипел сквозь зубы.

Они, словно по команде, потянулись к глиняному кружке, которую уже вернула Элька. Вода была теплой и имела легкий привкус тины, но в их пересохших горлах она казалась нектаром. Они по очереди пили жадно, проливая жидкость на одежду.

— Немного... легче... — хрипло произнес Маркус, вытирая подбородок.

Но головная боль не ушла полностью - где-то в глубине черепа продолжал пульсировать тупой гул, словно далекие удары молота по наковальне.

Бэн, превозмогая тошноту, собрался с силами. Его пальцы начали выписывать в воздухе сложные узоры, запомненные в памяти, сплетая бирюзовые нити магической энергии. Целительное плетение медленно формировалось.

— Элька, держись, — предупредил он, и сразу выпустил энергию.

Энергетический поток коснулся девушки. Её тело резко выгнулось в неестественной дуге, пальцы впились в солому, а из груди вырвался сдавленный стон. Через мгновение она расслабилась, широко раскрыв глаза.

— Ты что?! Предупреждать надо было! — но уже через секунду её лицо озарилось удивленной улыбкой. — Как же хорошо! Будто кто-то снял железный обруч с моей головы.

Бэн, не распуская плетение, повернулся к Коту. Тот молча приготовился, целительная энергия уже окутала его. Его спина выгнулась, а затем из его груди вырвалось довольный выдох.

Маркус наблюдал за этим и когда очередь дошла до него, он лишь вздохнул и расправил плечи. Когда энергия коснулись его, его лицо исказила гримаса боли и тело выгнулось, но почти сразу сменилась выражением блаженного облегчения.

— Как же... это хорошо... — медленно произнес он, осторожно поворачивая голову из стороны в сторону, будто проверяя, вся ли боль исчезла.

Бэн с трудом удерживал дрожащими руками сложное плетение. Капли пота стекали по его вискам, когда он, собрав последние силы, развернул энергетический узор, прижал его к собственной груди и пустил поток энергии.

В тот же момент его тело резко выгнулось в болезненном спазме - мускулы напряглись до предела. Воздух со свистом вырвался из легких, когда целительная энергия ворвалась в его тело.

Плетение в его магическом зрении вспыхнуло ослепительным светом и рассыпалось на тысячи искрящихся частиц. Бэн тяжело рухнул на солому, его грудь быстро вздымалась, но на лице уже появлялось выражение облегчения.

— Теперь можно жить дальше, - прошептал он, осторожно проводя ладонью по лбу. Головная боль, еще минуту назад сжимавшая череп стальными тисками, отступила, оставив после себя лишь приятную прохладу.

Он медленно перевел взгляд на своих друзей, слабая улыбка тронула его пересохшие губы. Теперь, когда боль отпустила всех, можно было подумать о том, как выбраться из этой западни.

Маркус первым подошёл к двери, внимательно осматривая массивные дубовые доски, скреплённые толстыми железными полосами.

— Ну что ж, попробуем, — пробормотал он, упираясь плечом в твёрдую поверхность. Мускулы напряглись, когда он попытался сдвинуть преграду, но дверь даже не дрогнула. — Снаружи явно что-то её держит, наверно замок с той стороны.

Бэн, всё ещё ощущавший лёгкую жажду, вдруг замер. Его магическое зрение, которое он ещё не успел погасить, уловило странное переплетение на двери.

— Подожди, — он поднял руку, останавливая Маркуса. — Интересно.

Подойдя ближе, Бэн увидел, что дверь перед ним в магическом потоке предстала в совершенно ином виде — вся её поверхность была покрыта сложным узором из коричнево-зелёных линий, напоминавших корни дерева, сплетённые между собой.

— Похоже на магию, — прошептал он, осторожно протягивая руки. Его пальцы начали двигаться в воздухе, распутывая изгибы невидимых узоров.

Элька и Кот переглянулись, наблюдая, как Бэн "разматывает" невидимые нити. На его лбу выступили капельки пота, когда он один за другим находил и распутывал узлы магического плетения.

— Последний... — выдохнул Бэн, и в этот момент всё сооружение из магических нитей рассыпалось.

Осторожно, почти не веря в успех, он взялся за железную ручку и потянул. Дверь с лёгким скрипом подалась, открывая проход.