Огонь пожирал все. Он ревел, как голодный зверь, взбираясь по сухим балкам вверх, к дырявой крыше, через которую равнодушно лил дождь. Капли шипели, испаряясь, не долетая до пола.
В воздухе пахло не просто гарью. Пахло жженым сахаром, паленой шерстью и железом.
Я стоял посреди этого ада. Мои колени дрожали, но не от страха, а от дикой, выматывающей усталости. Руки, черные от копоти и красные от чужой крови, сжимали автомат Калашникова. Ствол был горячим. Настолько горячим, что, казалось, он сейчас приварится к моим ладоням.
Магазин был пуст. Я выпустил всё. До последнего патрона.
Вокруг меня, в странных, изломанных позах, лежали люди. Кто-то из них еще час назад хотел меня убить. Кто-то хотел меня спасти. А кто-то просто оказался не в то время не в том месте. Теперь это было неважно. Теперь они все были одинаково молчаливы.
Я посмотрел на свои кроссовки — когда-то белые, а теперь утопающие в грязи, смешанной с чем-то бурым.
Чтобы понять, как я — простой парень по имени Мага, чьей самой большой проблемой пару недель назад был сигнал машины, — оказался в горящем сарае с автоматом в руках и горой трупов у ног, нужно отмотать пленку назад.
Туда, где все началось с одной глупой, чертовой ошибки.
Дело было в моем родном Маловодном…