430

До аварии 29 час., 21 мин., 36 сек.

Раньше привычка рано вставать казалась чем-то надоедливым, особенно, когда в детстве, нужно было вставать в школу. Кажется, это было очень давно, да и точно не в Припяти. Сейчас, находясь на службе в Припяти я убеждаюсь, что по утрам город особенно красивый.

Весенние лучи солнца красиво скользили по недавно построенным зданиям. Но даже глядя на всю эту красоту из окон «Волги» что-то никак не давало покоя. Все было так, как и должно быть. Город медленно просыпался: некоторые жители только отправлялись на работу, а кто-то возвращался с ночной смены на станции, родители вели детей в сады и школы, а кто-то спокойно прогуливался наслаждаясь утром.

Но даже глядя на эту привычную по утрам картину, внутри что-то не давало просто расслабиться и насладиться разгаром весны.

Ни в сверхъестественное, ни в бога, ни в другую малообъяснимую чушь я никогда не верил. Но отчего-то именно сегодня что-то подсказывало, что день будет не таким. Раньше такого не было, вернее, конечно, какая-то чуйка и легкая тревога перед предстоящими делами иногда присутствовала, но не такая, какой была в тот день.

Я смотрел на архитектуру за окнами: магазин «Восход», находящийся недалеко от моего дома, за которым скрывается детский сад «Золотой ключик», обычные ничем не примечательные хрущевки, спортивный магазин «Старт», – все это возводилось пока я рос. Да и сейчас город продолжает расти, что не может не радовать. Но даже разглядывая эти родные и, в каком-то смысле, солнечные постройки я никак не мог избавиться от нарастающего чувства тревоги где-то в груди.

Но дорога до Комитета, особенно на машине, не занимает много времени. Несмотря на то, что рабочий день начинается в 9, мне нужно быть у Управление в 7. Все же дежурство никто не отменял. Отдел не большой да и людей у нас не очень много, но некоторую дисциплину все же нужно соблюдать.

К сожалению, открытие дверей и проверка печатей меня не особо успокаивает. В здании больше никого нет, и я спокойно открываю одну дверь за другой, открывая форточки. Нет страха, что где-то в коридорах кто-то прячется. Я знаю, что тут безопасно, но неприятное чувство не отпускает.

Прикусив нижнюю губу захожу в очередной кабинет. Здесь форточки еще и тугие. Но ради такого случая можно найти табуретки. То ли для открытия этих самых форточек, то ли если вдруг все будет совсем плохо использовать ее немного иначе.

Вид из этого кабинета всегда красивый. И неважно это летний вечер или зимнее утро. Панельные 9-этажные дома почему-то всегда, в любое время и любую погоду, выглядят особенно. Не знаю почему, но во время учебы Москве я видел много похожих домов, но почему-то такие чувства вызывали у меня только дома в Припяти. Словно жизни в них было гораздо больше, чем во всех многоэтажках столицы. Словно тут все любили свой город, а он любил их в ответ.

Еще одна странность: форточка открывается с первого раза. Не то чтобы это можно назвать странностью, но сейчас странным мне кажется все.

Убирать табуретку не имеет смысла, когда помещение проветриться нужно будет вернуться и закрыть ее. К тому же пока тут нет она никому мешать не будет. Если задуматься, то будь здесь кто-то она бы тоже никому не мешала: из этого окна удобно смотреть только на дом напротив, но в этом необходимости нет, да и курить в помещении нельзя.

Остальные кабинеты ничем друг от друга не отличаются. Проверить печать, открыть дверь, открыть форточки, повторить действие с другим кабинетом и так пока кабинеты не кончатся. К счастью, самих кабинетом не очень много.

Проветривание не занимает много времени, так что к тому моменту, как я открывая крайний кабинет нужно спускаться и закрывать форточку, а за одно и дверь того кабинета с которого я начинал. Это кажется еще более будничным и скучным. Да пустое здание дает некоторую волю фантазии и даже какой-то свободы. Будто все еще впереди и все возможно. Но все эти ощущения почти сразу меркнут от ощущения чего-то… неправильного. Или будто что-то произойдет неправильное. Или правильное, но очень нехорошее.

Но день идет, а мое странное чувство ничем не объясняется. Абсолютно ничем. Все как всегда: скучная бумажная работа, болтовня там где она нужна и не нужна, обычные поручение и все остальное.

– Чего ты такой суетливый? – спрашивает Костя, мой коллега, во время обеденного перерыва. Отчего-то пошла какая-то традиция обедать в ресторане «Полесье», в самом центре Припяти. Мне всегда казалось чем-то особенным.

Припять – сам по себе красивый город. Знаменитый дворец культуры «Энергетик», которого из окон ресторана не видно, рядом небольшой торговый центр и гостиница «Полесье», ну и сам ресторан, – его сердце. Живое и неторопливо бьющиеся в унисон со своими жителями.

– Я не суетливый, – отвечаю я, стараясь не смотреть на товарища. Не помню, как так вышло, что мы стали приятелями и ездили обедать вместе, но сейчас его присутствие слегка успокаивало. Будто все будет хорошо.

– Да нет, ты обычно сидишь спокойно, а тут будто кого-то высматриваешь, – Костя облокачивается на спинку стула складывая руки на груди. Я чувствую его взгляд, хотя продолжаю смотреть в окно. За стеклом нет ничего необычного, но от этого тревога не проходит. – Или девушку какую?

– Нет, – коротко отвечаю я, резко повернув к нему голову. Смотрю прямо в глаза всем видом пытаясь показать, что он сказал чушь. И я знаю, что он прекрасно это понимает.

– Или думаешь, что после школы тебе снова устроили проверку? – я смотрю на него с недоверием. Вот наружной разведке делать больше нечего, как за мной следить. Уже пару лет прошло, как мы окончили «Лесную школу». Причем вместе с этим самым Костей, на наше общее удивление.

– А может я за тебя так беспокоюсь, – с долей сарказма отвечаю я, смотря на него. Все же, возможно, это мало подходит на «гражданскую» встречу. Два серьёзных человека в костюме ждут свой заказ и обсуждают «проверку». Впрочем, все давно привыкли к таким «встречам», поэтому молодая официантка ни капли не удивляется нашему с Константином виду и ставит на стол заказ. Еще одна причина ее спокойствия – мы заходим сюда почти каждый день на обед, вернее, заезжаем, если, конечно, нет некоторых неотложных дел во время которых пустой желудок меньшее из проблем.

– Сергей, – Костя усмехается и проводив официантку взглядом снова смотрит на меня, явно собираясь сказать что-то еще.

– Не паясничай, а ешь, до конца обеда не так много времени, – сегодняшний день не исключением, поэтому обед наш состоял из того, что можно было быстро приготовиться и особо не наедаться, чтобы весь рабочий день не клевать носом в ожидании скорейшего конца рабочего дня. – Когда я ем я глух и нем.

– Когда я кушаю – я говорю и слушаю, – на его лице усмешка. Но зато весь дальнейший обед проходил в тишине. Только эта тишина не давала успокоится. Будто если она будет продолжаться, то никогда не закончиться. Но каждый продолжает молчать, либо смотря в тарелку, либо в окно, наблюдая за чужой жизнью.

– Сегодня даже быстрее, чем обычно, – произносит Костя, когда с обедом было покончено и мы направились к машине.

– Ты просто молчал и ем быстро, – тут же отвечаю я, усаживаясь на водительское сиденье «Волги». Но тут он прав, обычно мы заканчиваем за 10 минут до окончания обеда, и этого времени вполне хватает, чтобы доехать до здания и приготовиться к рабочему дня. Сегодня мы закончили минут за 15 до конца обеда.

– И после этого ты будешь мне говорить, что все в порядке? – мне даже кажется, что Костя слегка переживает. Но быстро, не мешкаясь, садиться на пассажирское.

Сказать мне особо нечего. Я знаю, что все не в порядке, но что именно не в порядке сказать не могу. Просто что-то не то. Смотрю в зеркало заднего вида. Дорога свободна. Но что-то будто мелькает. Причем мелькает как будто в моих глазах, будто зеленая радужка на едва заметное мгновение сменяется чем-то черным.

– Мы поедем или ты собрался опоздать? – я тут же поворачиваю ключ в зажигании. Машина заводиться сразу. Выжимаю сцепление, первая передача. Все, кажется, даже слишком плавно. Слишком хорошо.

– Задумался, – оправдываюсь я, не смотря на Костю. Только на дорогу, чтобы сосредоточиться. Чтобы хоть что-то контролировать. Хотя ощущение контроля одновременно накрывало с головой и не давало успокоиться от того, что никакого контроля не было и в помине.

Проезжая мимо продуктового магазина «Восход» я ловлю ощущение, что все это уже было. Будто все это я видел. Ну да, видел, как минимум сегодня здесь и проезжал, пока ехал на работу.

Странное наваждение заканчивается также плавно и почти незаметно как и начинается. Хотя неприятное ощущение никуда не пропадает. Всё все еще ощущается как будто за мной следит наружная разведка и я этого искренне не замечаю.

День продолжается. Именно в такие моменты я четко осознанию, что здание КГБ достроено значительно раньше, чем планировалось. Будто его тут быть не должно. Или это уже паранойя?

Ничего не обычного. До 18:00 время течет плавно и размеренно, даже несмотря на внутреннее и необъяснимое чувство тревоги: выполняется бумажная работа, да и не только бумажная, идут светские разговоры, и обсуждения важных дел, – я спокойно существую во всем этом особо не вникая. Просто не могу. Все слишком нереальное, хотя все вполне обычное.

Уходить раньше не принято, позже – тоже. Нет необходимости оставаться в здании еще некоторое время, да и для этого нужно разрешение начальника управления.

Но только время рабочего дня подходит к концу как я отправляюсь домой. Снова по той же дороге. Сегодня это даже слегка раздражает и я не могу понять почему. Каждый день до сегодняшнего дня я как минимум два раза ездил по этой дороге и это не вызывало никаких таких чувств. Что изменилось сегодня? Чем сегодня отличается от другого дня? 25 апреля 1986 года. Что в этой дате не так?

Квартира на третьем этаже встречает тишиной. Я не понимаю успокаивает меня сейчас это или нет. Приятно щелкает выключатель в коридоре. Разуваюсь. Сначала переодеться, поесть. А потом… Потом нет никаких мыслей на свободное время. Нет желания смотреть телевизор или читать книги. Но до сна все равно нужно чем-то заняться.

На все планы не уходит много времени. Все происходит будто на автомате и я не замечаю хода времени.

Захожу из одной комнаты в другую. Вроде бы тут тоже как и всегда. Но что тогда не так?

Вид из одна красивый. Солнце уже зашло за горизонт, уступая свое место луне. Ночные улицы Припяти особенно красивы. Фонари своим присутствием разбавляют плотную пелену темноты, не давая городу в ней утонуть. Я понимаю, что мне нравиться стоять на балконе и наслаждаться. Возможно, именно в этот момент начала проходить неприятное чувство.

Легкий весенний ветерок слегка треплет волосы, а я лишь облокачиваюсь на перила балкона и наслаждаюсь моментом.

Пока есть такая возможность нужно ей пользоваться.