А жизнь-то налаживается!

Вешаться дома Вася не захотел.

Неэстетично.

Висишь такой люстре, жене и детям ходить мешаешь, родителям телевизор закрываешь. Непорядок! А если сразу не поймут, что мёртвый – ещё и завоняться можешь. Лето, жара.

Прихватив бельевую верёвку (держит на разрыв 120 кг) и кусок хозяйственного мыла (так, обмылочек, за новый-то брусок жена догонит и переубьёт по-своему), Василий бодро зашагал на вокзал. Купил билет в пригородной кассе и сел в электричку. Ну как сел – встал в тамбуре. Ехать недалеко. Там, всего в десятке километров от города, есть чудесное живописное место: лесок, лужок, ставок. Жабки квакают, кузнечики стрекочут, птички поют. Благодать! Вот там и повеситься не грех!

Висишь себе на веточке, колышешься на ветру, как сухой листочек, и никаких тебе проблем: долги-кредиты не беспокоят, увольнение с мизерными выплатами не светит, да и жене с детьми в глаза смотреть не стыдно. И родителям.

Выпрыгнув из поезда на пыльном полустанке, Вася весело побежал по нагретой летним солнышком дорожке к зеленеющему вдали лесу. Вокруг знойно пахло луговыми травами, особенно полынью, жужжали пчёлки и шмели с мухами – место и время прямо-таки созданы для смерти!

Выбрав в чаще подходящее дерево – крепкое и старое, Василий намылил верёвку и умело скрутил петлю (всю ночь учебные видео на ютубе смотрел!). Вскарабкавшись повыше, крепко прикрутил верёвку к ветке. Надев удавку на шею, с весёлым «Ю-х-х-хууу!» подпрыгнул и поджал ноги.

Петля дружески стиснула горло. Что-то хрустнуло, и Вася с грохотом рухнул на землю. Следом рухнула и ветка.

В ушах зазвенело.

Не сразу, но Вася вдруг понял, что до сих пор живой и даже почти здоровый. Вот только звон в ушах продолжался, становясь всё громче и мелодичнее.

Почесав ушибленную веткой голову, неудавшийся самоубийца увидел вдруг поток золотых монет, бьющий из щели в древесном стволе.

Ого… Клад?.. Клад!!! Да ещё какой!

Стащив удавку с шеи, Василий тщательно собрал золото в рюкзак и потопал на станцию.

В мыслях царил полнейший сумбур и хаос. Но, кажется, «вешалка» пока отменяется.

– Эй, парень! – окликнул вдруг Васю бритый плечистый здоровяк, покрытый загаром и пылью. – Слушай, у тебя, случаем, верёвки не найдётся? Я тут в канаву влетел, машина, вроде цела, а вот бампер оторвался. Подвязать нужно, а нечем!

«Надо же, как всё повернулось!» – думал Василий, мягко покачиваясь на сидении роскошного джипа. – «Вот и верёвка пригодилась! А ведь хотел её в лесу бросить…»

– Ты у нас кто? Инженер? – сосредоточенно крутя руль, спросил Анатолий, владелец джипа. – Это хорошо. Мне на фирме как раз инженер нужен. Возьми в бардачке визитку, и в понедельник с утреца набери. Ты мне помог, попробую и я тебе помочь. Чем могу, как говориться!

Высадив Васю у подъезда, он укатил в закат.

Вечерело.

Стрекотали сверчки.

На улицах зажглись фонари.

Вдохнув полной грудью ароматный вечерний воздух, Василий поплёлся домой.

Рюкзак с золотом оттягивал плечо, визитка приятно грела карман, а ноги трусились от осознания того, что едва с собой не сотворил.

Ведь жизнь… Жизнь – она налаживалась!