A Road Tale/Дорожная Сказка

Although all-electronic color was introduced in the US in 1953, high prices and the scarcity of color programming greatly slowed its acceptance in the marketplace. The first national color broadcast occurred on January 1, 1954, but over the next dozen years most network broadcasts, and nearly all local programming, continued to be in black-and-white. It was not until the mid-1960s that color sets started selling in large numbers, due in part to the color transition of 1965 in which it was announced that over half of all network prime-time programming would be broadcast in color that autumn. The first all-color prime-time season came just one year later.

=========================

ТО «MIRISCH 64» PRESENTS:

A Road Tale.

=========================

По заливаемому проливным дождём с мрачного неба чёрно-белому Большому Американскому Городу (говорят, будто это был Хартфорд, столица штата Коннектикут) катился одинокий маленький серый пикап Crosley CD 50. Вот уже шесть лет (с тех пор, как закрылась его родная фабрика в Цинциннати) он колесил по улицам, развозя загружаемые к нему в кузов на нефтеперерабатывающем заводе бочки с топливом и маслом; безусловно, заполненная горючей жидкостью тара была очень тяжёлой, но Crosley был безмерно благодарен судьбе за то, что может заниматься хотя бы этим. Движение — жизнь: в конце концов, лучше уж целый день возить на себе через весь город по два больших цилиндра, чем доживать свой век на задворках. Тем не менее, у пикапа была мечта — попасть в Ипсиланти: городок, где (как сообщал ему сосед по крытой стоянке, бежевый с красной крышей отставной участник гонок по пляжу Hudson Super Wasp Hollywood 53) для каждой «осиротевшей» машины найдутся как место, так и работа... Проблема заключалась в следующем: никто не знал, где находится и как добраться до этого самого Ипсиланти, а также существует ли оный вообще? Во всяком случае, туда явно было лучше не ехать в одиночку: конечно, на дворе уже конец пятидесятых, «космическая гонка», «торжество прогресса», но мало ли, что может приключиться?

В тот день, когда случилась эта история, Crosley, навострив антенну на местную радиостанцию, под шлягер Rocket 88 вёз авиационный керосин. Поскольку с грузом его скорость была небольшой, он предпочёл не пользоваться широкими улицами с интенсивным движением, а поехал через многочисленные дворы, проезды и переулки, стараясь покидать оные максимально редко... Но периодически «высовывать нос» со второстепенных на главные дороги всё равно приходилось. Именно во время ожидания у знака YIELD возможности сделать поворот и влиться в поток мигающий правым сигналом пикап почувствовал, как его слегка подтолкнули сзади: то был вывернувший из подворотни и условно «приклеившийся» к нему на хвост попутно забрызгивающий грязной водой из луж белые стены окружающих домов огромный чёрный (и явно нетерпеливый) самосвал Ford F6 52.

Crosley был пикапом неконфликтным: сложно с кем-то ссориться и выезжать победителем, когда больше тебя даже самый маленький Studebaker и быстрее самый чахлый Metropolitan (не важно, под чьим значком). Именно поэтому серый Crosley, когда его подтолкнули, не стал оборачиваться и сигналить, а молча откатился на прежнее место, пропуская мимо не только несущийся на всех парах Chrysler Imperial Custom 53, но ещё и чинно ползущий за ним Cadillac Series 75 47. Он уже собирался продолжить путь, однако, снова вернулся за белую стоп-линию: мимо пропыхтел потрёпанный American Bantam Model 60 с газогенератором. Толчок сзади повторился (на этот раз — уже сильнее), но Crosley не сдавался: ему из целей безопасности захотелось пропустить ещё и напоминающий деревенскую уборную престарелый American Austin 31 с прицепом и лишь потом двигаться далее... Только вот последнее действие, увы, осуществить не получилось: не выдержав, Ford пихнул Crosley так, что гружёный двумя бочками маленький пикап, завертев, откинуло на другую сторону дороги.

Удовлетворённо погудев, самосвал укатил прочь, напоследок выронив из кузова передний бампер от Willys MB, окатив застрявшего двумя колёсами на размытом газоне наскочившего на поребрик незадачливого Crosley грязной водой из ямы и подрезав довоенный Buick Special Sedanette 41; плотно увязшему же серому пикапу оставалось лишь барахтаться и гудеть в безуспешных попытках вернуться обратно на дорогу. Промчался мимо чопорный MG TC Midget 48; появился и исчез за поворотом Chevrolet Beauville 56 с досками на крыше; стремительно просвистел «низко сидящий» Lincoln Capri Special Custom Coupe 53... Казалось, никто не придёт на помощь бедному трудящемуся, однако, сей мир всё же оказался не без неравнодушных: спустя несколько минут Crosley почувствовал, как кто-то упёрся в его задний борт и активно пытается «снять с мели». Вперёд-назад, вперёд-назад...

Собравшись с силами, пикап поднатужился и с помощью внезапного доброжелателя всё-таки выбрался из грязевой западни; впрочем, как только он попытался прогудеть благодарность, подсобившая ему машина покатила прочь... Но что это была за машина! Сияющая полировкой компактная серебристая Hillman Minx; британка, самая свежая модель, в стиле Audax: спереди — консервативна, сбоку — элегантна, сзади — футуристична... Как тут не влюбиться?

И это случилось: каким-то образом у Crosley вспыхнули чувства. Вспыхнули настолько, что он из серого окрасился в синий, вытряхнул бочки из кузова и бросился следом. Догнал он её лишь через несколько кварталов, едва не заработав себе перегрев и чуть не зацепив импортный Toyopet Crown; уж не знаю, подкреплённую мелодией Earth Angel группы The Penguins радиограмму какого содержания приняла через свою антенну Minx, но одно известно точно: после получения сообщения из серебристого она окрасилась в розовый...

Так они бы и стояли друг напротив друга... Но нет: пока пикап изъяснялся в чувствах к элегантному седану, на улице собралась такая пробка, что обнаружившему дорожный бардак полицейскому Nash Statesman Super 50, дабы достичь места образования вызвавшего задержку препятствия, пришлось вылезать на тротуар и проталкиваться вперёд чуть ли не на двух колёсах. Когда же он наконец-то подрулил к точке возникновения проблемы, там уже никого не оказалось: съехав по пандусам в расположенный рядом парк, Minx и Crosley отправились кататься по заигравшему для них новыми красками и композицией Come Softly To Me в исполнении группы Fleetwoods Большому Американскому Городу.

***

Один известный деятель литературных искусств заявил, будто «счастливые часов не наблюдают»; в данном случае это оказалось действительно так: американский пикап и британский седан неспешно колесили по мокрым от постепенно прекратившегося дождя улицам до глубокой ночи, а когда спохватились — время уже близилось к полуночи. Естественно, Crosley не мог бросить спутницу посреди темноты: он любезно сопроводил Minx до огромного парковочного комплекса, попутно узнав, что ей тоже известно про мифический Ипсиланти (только поведал об оном не отставной спортсмен Hudson, а старенький Terraplane Special Six 34) и аналогично не терпится туда попасть (чисто ради интереса), вследствие чего, не теряя времени даром, условился встретиться с ней утром, дабы отправиться на поиски данного места.

Завершив кавалерские жесты, пикап незамедлительно рванул туда, где застрял днём; прибыв туда, он с трудом (и при помощи фонарного столба) затолкал обе скрепленные между собой бочки обратно в кузов, а после того, как отвёз оные получателям на аэродром, ещё очень долго на позитиве и со счастьем в кабине разъезжал по опустевшим улицам под рок-н-ролльную песню Summertime Blues... Когда же наступило утро, переночевавший в брошенном возле заправки закрытом трейлере Crosley с нетерпением и счастьем под передаваемую по радио бодрую Oh Boy! в исполнении группы The Crickets покатил к месту долгожданной встречи (которое, как известно, изменить нельзя). Впервые за месяц выглянуло солнце и всё стало казаться не таким уж серым и бесцветным; даже недовольное звуковое замечание от случайно подрезанного им важного чёрного Daimler Consort 49 не могло омрачить его настроение...

Minx появилась практически сразу: её цветной силуэт безошибочно угадывался среди серо-чёрно-белых Oldsmobile и Mercury. Поприветствовав британку двумя гудками, пикап выдвинул следующее предположение: если Ипсиланти всё-таки существует — значит, туда по-любому ведёт какое-нибудь шоссе или магистраль. Согласившись с ним, Minx припомнила, что где-то в городе мельком видела въезд на свежепостроенную автостраду, которой почему-то мало кто пользовался.

Что же, сказано — сделано! Прижавшись бортами друг к другу, Crosley и Minx под принимаемый ими транслируемый одной из радиостанций романтичный шлягер известного певца Little Bitty Pretty One Тёрстона Харриса отправились искать мифическую въездную рампу на ведущую из Большого Американского Города магистраль. Они смотрели буквально везде и всюду, но никак не находили нужной дороги... А потом попали в довольно-таки странное и страшное место: одна из улиц в мрачном промышленном районе внезапно оборвалась огороженным забором огромным не то полем, не то двором, по всей площади которого валялись останки крашеных тёмно-зелёным цветом автомобилей с белыми звёздами. Чернел пустыми глазницами выбитых стёкол сломанный пополам International Harvester M-5-6 без колёс и бортовой платформы; лежала на боку ржавеющая кабина Studebaker US6; торчали из кучи металлолома остовы тягачей Federal 604 и Reo 28XS, но апофеоз ужаса произошёл тогда, когда смонтированный на шасси гигантского Diamond T 980 огромный кран-манипулятор, легко подхватив GMC CCKW, превратил его в бесформенное месиво из дерева, металла и резины. Не впечатлившись процессом уничтожения «эха прошедшей войны», наши герои предпочли убраться с локации подобру-поздорову... А следом за ними, прячась в подворотнях, медленно покатилась чья-то большая чёрная тень.

Случайный визит прошёл не зря: на перекрёстке им встретился объяснивший дорогу к въезду на автостраду дряхлый военный Dodge WC 53 Carryall, что, закончив свой короткий рассказ, покатил в дальний конец «улицы ужасов». Пикап с седаном же, воспользовавшись переданными сведениями, вновь прижавшись бортами друг к другу, вырулили на широкую вечернюю авеню с односторонним движением и под мягкую All I Have to Do Is Dream в исполнении дуэта Everly Brothers неспешно покатили в указанном им направлении... Ровно до тех пор, пока сзади не раздался смешанный с диким рокотом восьмицилиндрового двигателя оглушительный гудок, а Crosley, получив чувствительный удар в задний борт, не отлетел на тротуар. Их догнал тот самый чёрный Ford F6; столкнув синий пикап с дороги, он бросился в погоню за беззащитной Minx. Не стерпев подобной выходки, Crosley отряхнулся и изо всех имеющихся сил бросился за обидчиком под энергичную Maybellene в исполнении виртуоза-родоначальника жанра рок-н-ролл Чака Берри.

Мелькает разметка, проносятся мимо дома и автомобили, маячит спереди чёрный силуэт: отважный маленький пикап пытается догнать и перегнать преследующий розовый седан большой самосвал. Никогда ещё Crosley не ездил с подобной скоростью: откуда только прыть взялась? Впрочем, не обошлось и без раздражающих препятствий: на светофоре впереди загорелся запрещающий сигнал; с двух сторон прилегающих улиц пошёл поток...

Как уже упоминалось ранее, Crosley был пикапом неконфликтным и (помимо мирного настроя) всегда старался ничего не нарушать, дабы избежать возможных неприятностей с полицией; тем не менее, при виде того, как успевший проскочить перекрёсток чёрный Ford стремительно уносится вдаль, в нём взыграли долго подавляемые эмоции: невзирая на стоящий у тротуара Nash с красным маяком на крыше, он рванулся вперёд.

Завизжали по асфальту покрышки, заскрипели тормоза, зазвенели стёкла, загрохотал сминаемый металл: вследствие незаконного манёвра яично-жёлтый Buick Roadmaster 49 с мягкой крышей протаранил белый Volkswagen Beetle с номером 53 на борту; оный отбросило на Simca Vedette Beaulieu, которая, в свою очередь, столкнулась с красно-белой Plymouth Fury 58 (последняя вышла из внезапного инцидента без потерь, просто отъехав в сторону и автоматически восстановив свои повреждённые панели прямо на месте). Во всяком случае, всего этого синий пикап уже не видел: прицепившись к задним клыкам универсала Pontiac Streamliner 47, он сумел обойти самосвал и удирающую от оного жалобно гудящую просьбы о помощи в виде сигнала SOS британку, а когда отцепился — встал поперёк дороги прямо перед носом затормозившего от не ожидавшего подобной наглости обидчика... И бесстрашно бросился на него: только бы Minx успела скрыться. Ткнулся в кабину врага один раз, второй, третий, превратил свой корпус в аккордеон, растерял бампера, поломал решётку, разбил стёкла с фарами, искривил геометрию и нарушил сход-развал — а самосвалу хоть бы хны! Сейчас оный отряхнётся, опять зарычит восьмицилиндровым двигателем, погудит, разгонится, да попросту размажет бедного Crosley по асфальту...

Однако, ничего этого не случилось: не успело. Только раздался вражеский рык, как перед обездвиженным синим пикапом, прикрыв его собой, затормозило бойкое купе Willys Americar 41: величиной не больше разбитого Crosley, но с бесстрашием трёх истребителей P-38 Lightning. После гудка и повторного рычания слева к нему подкатился и заслонил своим корпусом остроносый Graham Custom Model 107 40; справа — LaSalle Series 37-50 с мягким верхом. Получилось более-менее внятное заграждение; такое же сформировали перед розовой Minx расписанный рекламой сети универмагов SEARS Kaiser-Frazer Allstate 53, серебристо-чёрно-белый Packard 58L и длинный Jensen Interceptor 1954 года выпуска.

Узрев подобный уровень поддержки, Ford оказался вынужден включить задний ход и спешно отступить в ближайший переулок, оставляя за собой грязные следы. Между тем, моторчик повреждённого Crosley, достаточно густо задымившись, выдал неприятный металлический звук и затих; сам же пикап у всех на виду внезапно побелел и сник. Начался дождь...

***

«CHARLIE'S AUTO WORKS! WE REPAIR: IMPORTS/ORPHANS/EXOTICS/VETERAN/BRASS.» — гласила висящая на окружённом забором промышленном здании огромная вывеска. Звуки с территории оного доносились исключительно индустриальные: визг дрелей, жужжание сварки, стук молотков, а также шипение, пыхтение, треск и много чего ещё.

Crosley не помнил, как его, погрузив внутрь дощатого кузова удачно оказавшегося рядом грузовика Mack A20 50, по испещрённым рельсами брусчатым улицам привезли сюда; не помнил он и как мощные железные руки-автоматы, поставив его на отдельную движущуюся по различным цехам платформу и «раздев» до голого шасси, принялись за ремонт, причём (даром, что машины фирмы Crosley не были особо редкими) заняла данная процедура далеко не один день...

Вы спросите, где же всё это время была Minx? Отвечаем: ждала своего спасителя возле выездных ворот ремонтного гаража и успела порядком истрепать себе нервы, ибо каждый раз, когда слышался звук четырёхцилиндрового мотора и казалось, что сейчас на улицу выкатится её кавалер, из ворот появлялся кто угодно, но только не он. Triumph Standard 10 59, Morris Minor, Renault Dauphine, Sunbeam Rapier, Ford Anglia 57, Lloyd Alexander, Vauxhall Victor, Riley 1.5 58, Borgward Isabella, Simca Aronde, Volvo PV444... Список можно продолжать и дальше, но зачем? С каждым днём ожидания розовый цвет корпуса седана становился всё более блёклым, пока не выцвел окончательно: Minx превратилась в обычный белый Hillman. Когда это произошло, она ещё раз бросила взгляд на огромное здание, моргнула фарами и покатила прочь...

Именно в этот момент на улицу вырулил отремонтированный Crosley: серый внешне, но сохранивший память о своей встрече и поездках с британкой внутренне. Завидев знакомый силуэт, он помчался следом, догнал, обогнал, встал перед капотом, и... Ничего! Недовольно посигналив, седан объехал настойчивый пикап один раз, второй, третий... Crosley уже было совсем отчаялся и опечалился, как вдруг вспомнил один сработавший ранее манёвр: навострив антенну на передачу информации (получилось это дело не сразу: при включении фирменной радиоаппаратуры сразу поймался бравурный марш Jack Tar композитора Джона Филипа Сузы, из-за громкости которого было сложно сконцентрироваться на нужной цели), он начал транслировать в сторону уезжающей машины мелодию Earth Angel группы The Penguins...

И она услышала! Зажглись и сменились белыми огнями красные фонари, заскрежетали покрышки: почти моментально порозовев, британка вернулась к пикапу... Который окрасился обратно в синий! Счастью обоих не было предела: быстро обменявшись радостными радиограммами, Minx и Crosley (мир для них вновь перестал быть чёрно-белым; аналогично прекратился и дождь) выбрались на внезапно обнаруженную (почему-то пустую) магистраль и помчались в загадочный Ипсиланти... Но ровно до границы штата: после таблички «STATE LINE» гладкий асфальт скоростной трассы перед ними внезапно пошёл битыми пикселями, исчезли деревья, а чистое небо, замигав, сломалось; сами же они, по инерции проехав вперёд ещё немного, резко провалились в бескрайнее море зелёных строк из единиц, нулей, букв и иероглифов.

***

СИМУЛЯЦИЯ СФЕРИЧЕСКОГО КОНЯ В ВАКУУМЕ УСПЕШНО ЗАВЕРШЕНА.

ПОПРОБОВАТЬ СОЗДАТЬ ДРУГОЙ АБСТРАКТНЫЙ МИР?

[ДА].....[НЕТ]