Адам

Как он в квартиру забрался, я не понял. Вижу, выходит тощий хмырь из-за буфета. Из-за буфета! Где глухой угол, раньше оттуда только плесень и выползала. Вор? Да-а, не повезло ему меня встретить. Из подъезда на четырёх ногах выйдет. Если сможет. Но не стал сразу бить, что-то остановило, рожа его очень уж знакомой показалась.

Он в дурачка играет, улыбается, и говорит дружелюбно:

– Здравствуй, прапрадед.

Прапрадед, говорит. За такое точно в морду, но я опять сдержался – не юноша, чтоб в рыло, не разбираясь. А он ситуацию не просекает:

– Долго здесь пробыть не могу, сразу к делу. Ты – Адам.

Надо было бить.

– Я твой потомок. Про машину времени слышал?

– Слышал, – цежу. Идиотов не бьют.

– Смотри, – отрывисто говорит, действительно спешит куда-то.

И вдруг фокусы начал показывать – над полом полетел, Люськину вазу опрокинул – вода, вроде, вылилась, но шаром в воздухе повисла. Пасту зубную выдавил и обратно вдавил. Потом к зеркалу подплыл. Я встал. Ничего особенного – хмырь и я за его плечом, оба видны. И тут дошло, почему он знакомым показался, – похож он на меня, одно лицо, только тощий.

– Ладно, - соглашаюсь, - уговорил, что надо?

– Ты в отпуск через два дня уезжаешь?

– Ну?

– Собрался в тур "Остров древних славян", вдвоём, турбюро пустое, никто в славян играть не хочет, – незваный гость даже и не спрашивает уже, утверждает.

Киваю. Чё дёрнуло эту путёвку взять? На дешевинку повёлся.

– Ищи людей, уговаривай вместе поехать, человек двадцать с собой увезёшь, а может, и больше.

– Нафига?

– Третья мировая вот-вот начнётся. На острове не было… не будет… бомбёжек. И от голода не умрёте – там лошади, соха, топоры. Славяне, в общем. Начнёшь человечество с начала. Согласно истории… нашей истории – ты лидер и основатель.

Я даже и не уловил, куда он делся после этих слов, – в воздухе растаял или в дверь вышел. Только открытку бросил. Обычная фотография, люди, но все на него – на меня – похожи. Ведь, в любом Фотошопе склеить можно, а убедило. Сзади надпись "Не вешайся, время потеряешь и всё". Нашли дурака самоубиваться, мало там, в будущем, о предке великом знают. Хотя… точно просчитали, как пронять. И мужик похож, и фокусы, и вообще. Поверил ему, а почему поверил непонятно.

Звоню:

– Турбюро? Я у вас поездку на двоих брал. Ещё места остались? Сколько?

Не соврал потомок, путёвок завались, не идут дела у славян. Теперь друзья. Кто? Николай, конечно. Не отвечает, жму домашний:

– Коля в командировке, из-за роуминга телефон выключает.

Вот как сложилось, облом. Родители? Их не уговоришь. И вдруг мыслишка, даже не ожидал. Я парень прямой, но всегда себя парнем хорошим считал, а тут в голове "много пользы от стариков"? Аж тошно. Открыл окно продышаться – чикса по улице коляску катит, девчонка совсем. У нас-то с Люськой детей нет. Пока. Как раз хотели после отпуска вопросом заняться. Смотрю вниз на девчонку – с собой не возьмёшь. И в глазах темно.

Дальше – хуже. В голове все, кого обидел. Кого зря обидел. Ольга всплыла. Тогда, сколько уж лет назад, бросил, "для её же блага". Она постарше, ей замуж, а какой из меня муж в двадцать три? Теперь хоть вой – и Люську люблю, и Ольгу сегодня б спасал, если б иначе тогда решил.

Всех не возьмёшь. По улице с криком не побежишь, не поможет. Выбирать, кому под бомбами оставаться? Записка "не вешайся" в тему, как ни крути. Стою у окна, минуты тикают, мне решать.

Решу. Потомок прилетал, значит, сложилось всё. Выберу, погружу на ковчег. Не Адам, получается, а Ной. Может, потому и бухал Ной по-свински на Арарате своём, что забыть не мог? Тех, кого оставить пришлось.