АДминистрация

Доподлинно не известно, с какой целью нужно было переносить здание Администрации в мир людей. Возможно из-за возросших энергетических расходов на межпространсвенные переходы в сороковых, может еще почему, но факт в том, что большая часть адептов тьмы в регионе последние полстолетия занимала серое унылое четырехэтажное здание в центре славянской столицы.

Здание было самым обычным: серые стены, исписанные местами незатейливым граффити, множество окон. Отсутствие балконов подчеркивало офисную специфику здания, добавляя ему тоскливости.

Первый этаж полностью занимало отделение местного СберБанка. Назначением остальных трех никто никогда не интересовался. Прохожие скользили безразличным взглядом по желтым оконным проемам, блестящим змеям водосточных труб, залысинам в штукатурке и проходили мимо, тут же выбросив из памяти бесполезные детали.

Здание выбрано не случайно. Нижний этаж всегда был связан с большим движением денег. Просто со временем худые, услужливые, неприметные евреи-ростовщики сменились худыми, услужливыми банковскими клерками в однотонных костюмах и галстуках. Впрочем, во главе их по-прежнему стояли изрядно подобревшие евреи.

Черти любили банкиров. Те, в свою очередь, обычно легко расставались с душой. Говорили, она мешает работать. Говорили - душа болит из-за денег. И все знали, что нет ничего более хрупкого и неблагодарного чем больная душа. В любом случае, отмечали банкиры, работалось без нее гораздо продуктивней и спокойней.

Ливень разогнал случайных прохожих. Поэтому молодой человек в элегантном костюме, лакированных туфлях и без зонта не привлекал к себе никакого внимания. А внимательный наблюдатель обязательно бы заметил, что капли дождя казалось избегают касаться его, оставляя безупречно подобранный костюм абсолютно сухим. А еще более внимательный человек обязательно бы приметил что, человек не пользовался транспортом и не пришел пешком, а секунду назад просто появился посреди улицы и неспешной походкой направился к неприметной двери в тени яркой неоновой вывески банка.

Дежурный амбал на входе равнодушно осмотрел его документы и открыл турникет. Порталы не работали внутри здания, а любому самому уютному лифту в мире, черт предпочитал лестницу. И теперь, неспешно поднимаясь ступенями на третий этаж, у него появилось время подумать. Он не любил вызовы в Ад - у Тьмы не принято хвалить, а вот раздать молодым чертям взысканий было любимым делом руководства. Особенно дурной славой пользовался зловещий кабинет «313», перед дверью которого он и застыл в нерешительности.

Табличка на двери черным по белому информировала «Виктор Иванович Йонду. Отдел аналитики и предсказаний.» Черт выдохнул и резко потянулся к ручке, с досадой отметив что некоторые вещи со временем не меняются – пальцы слегка дрожали.

В приемной сидела молодая хорошенькая ведьма, одетая как пресс-секретарь одного из французских домов моды и вышивала. Точнее аккуратно пришивала к берестяной фигурке человека маленькое красное сердце из ткани. Присмотревшись лучше, черт заметил на голове фигурки маленькие аккуратные рога и сглотнул.

- Привет! О, - ведьма заметила его недоуменный взгляд и ослепительно улыбнулась. - Это не для тебя, милый. Дипломная работа. Хотя, ты тоже ничего…

Черт почувствовал себя неуютно под похотливым взглядом секретарши. Он в принципе недолюбливал ведьм за методы их работы. Они казались ему, мягко говоря, нечестными. Бегаешь по миру, договариваешься, принимая порой довольно рискованные решения, а кто-то, имея просто смазливое лицо и примитивные навыки вязания делает план раньше.

- Я к Виктору Ивановичу. Вызывали. - неуклюже отрапортовал черт, протягивая документы.

- Подожди тут, милый. - ведьма взяла бумаги и, улыбнувшись напоследок, призывно виляя бедрами, продефилировала в соседнюю комнату.

В Аду было не так много существ, которые вселяли ужас в самих сотрудников. И даже среди них Виктор Иванович пользовался непререкаемым авторитетом. Его истинное имя думали шепотом, а советоваться приходил Сам.

Никто не знал истинный возраст главы аналитиков, последние упоминания о нем терялись в темных веках. Самые смелые шептались о его родстве с самим темным владыкой, но черт не верил в подобные глупости и старался не участвовать в подобных обсуждениях. Его отношение к Виктору Ивановичу было изначально простым и понятным: жить так, чтобы у старика не возникло повода лишний раз вспоминать о его скромной рогатой персоне. Получалось не всегда. От тревожных раздумий черта отвлек чарующий голос секретарши:

- Входи, милый. Будь умницей.

Ведьмочка тихонько вынырнула обратно в комнату, оставив двери открытыми, и подбадривающе подмигнула напоследок.

Кабинет Йонду был очень консервативен, наполнением напоминая кабинет важного советского партийного работника – теплые тона, кожаный диван, глобус, тяжелый длинный стол. «Страшный суд» Босха выбивался из общей картины, и что-то подсказывало черту, что это мог быть оригинал.

- Присаживайся! Если хочешь выпить, не стесняйся. Где бар знаешь. - раздался глубокий тягучий голос хозяина кабинета.

Виктор Иванович сидел в огромном дорогом кожаном кресле и сдержанно улыбался, излучая радушие и гостеприимство. Это был полноватый лысеющий мужчина в неброском коричневом костюме, вместо часов какой-то причудливый браслет из янтаря и ракушек, аккуратно подстриженная бородка. Внешне он мог бы походить на главного бухгалтера какой-нибудь средней фирмы, если бы не дорогущие солнцезащитные очки от Maybach, плотно скрывающие глаза, хотя в комнате и без того свет был достаточно приглушенный.

Черт поздоровался и занял стул напротив, решив обязательно разбавить этот день алкоголем, но только когда все закончится. И в случае с Виктором Ивановичем слово «если» тоже не стоило исключать.

- Я просматривал твои отчеты и знаешь, - грустно вздохнул Йонду. - Это полное дерьмо. Так не пойдет, дорогой. Это черт знает что, а не показатели.

- Виктор Иванович, это был не простой месяц. И, если откровенно, есть большой вопрос к выбору самих целей…

- Молчи! Я обещал твоей матери, что выведу тебя в люди. Ты, кстати, знал что это наше выражение? И чем ты мне отплатил? Вот этим?! Твои "цели" гибнут как мухи на морозе. Ад несет убытки. Ты думаешь, это копеешное удовольствие содержать вас, армию бездарей?

Шеф аналитического отдела смял в кулаке несколько бумаг и с силой бросил их в сторону вжавшегося в стул черта. Затем нажал кнопку на коммутаторе, резко бросил “Зайди” и сложив руки под подбородок спокойно продолжил:

- Я хочу точно знать, что с тобой происходит. Людочка, - за спиной послышалась легкая поступь ведьмы и черт с ужасом осознал что сейчас должно произойти. Он как завороженный смотрел на свое перепуганное отражение, застывшее в здоровенных стеклах очков. - Подними мне веки.

Черт проводил взглядом аккуратно перекочевавшие на стол очки. Затем сделав над собой усилие, посмотрел на лицо Вия.

Даже если бы человек не спал год, сидя исключительно на кофе и энергетиках, он вряд ли сумел бы заполучить настолько уставшие глаза. Ведьма Людочка, встав за спиной шефа аккуратно подняла вверх его тяжелые оплывшие веки. Свет заморгал, десятки теней заплясали по комнате, казалось глаза Вия состояли из десятков зрачков, каждый из которых был немного больше предыдущего. Ощущение было такое, будто хирург без наркоза погрузил обе руки черту в голову и стал не спеша перебирать и рассматривать ее содержимое.

Возможно он кричал. По крайней мере кричать черту очень хотелось. Когда способность нормально соображать вернулась, Виктор Иванович снова сидел в очках, а ведьмы не было в комнате. Черта скрутило пополам и вырвало на пол.

- Сомнения - враги Тьмы. Грезы и смерть идут рядом с тобой. А еще ты получишь подарок. - торжественно провозгласил Вий.

- Все?! И что, черт возьми, это значит? - огрызнулся черт, массируя дрожащими руками голову. Ему было очень плохо.

- Не имею ни малейшего понятия. Будущее в тумане. Так бывает, когда судьба не определена либо замешаны вечные силы. - задумчиво ответил Виктор Иванович. - В конце концов, дорогой, эта судьба твоя и тебе с ней разбираться. Что могу предсказать тебе с уверенностью - если в следующем месяце будет похожий отчет, отправишься на низшие этажи кочегаром! Вопросы есть? Вопросов нет. Свободен!

Черт, проклиная все на свете, шел по пока еще пустым серым улицам города. Громадные, мрачные прямоугольники многоэтажек, испещренные неоновыми вывесками многочисленных аптек, магазинов и баров, нависали над ним, кичась давно увядшим советским величием. Начинался новый день и горожане высыпали на улицы поодиночке и малыми группками, постепенно сливаясь в худые пешеходные потоки. Каждый со своими тайными пороками и заветными желаниями. Будущие клиенты света и тьмы.

Было острое желание пройтись пешком, развеяться, привести мысли в порядок. Разговор с Вием оставил неприятное послевкусие и мало пищи для размышлений. Грезы и смерть, черт возьми. Смерть присутствовала на каждом втором задании. А то, что произошло сегодня похоже на страшный сон. И это величайший темный аналитик?! Да таких предсказаний можно за пять минут десяток наштамповать! В этом году вас ждет еда и солнечные лучи. А еще попадете в дождь! Какой толк в пророчествах без объяснений?!

Парень и девушка, не особо скрываясь, шли за ним уже пару кварталов. Он видел их в отражении витрин, ветер доносил обрывки их запахов, пробиваясь сквозь плотные дождевые линии, волосы на руках топорщились, реагируя на враждебную энергетику.

Черт свернул в ближайшую улочку, пошарил глазами по сторонам и остановился возле кучи строительного мусора. Парочка стремительно появилась из-за угла, на ходу доставая свои ангельские удостоверения. Это было в общем лишним – белоснежная одежда и наглые, самоуверенные голубые глаза не оставляли места сомнениям.

- Нам нужно поговорить! - с ходу заявила девушка-ангел. Она явно была старшей в паре.

- Ребята! Вам совершенно ни к чему каждый раз спрашивать моего разрешения, - неуклюже отшутился черт. - Общайтесь, дружите. Я не против. Правда!

Что еще можно сказать про ангелов - чувство юмора точно не их конек. Цена за праведность видимо. Они стали быстро приближаться на ходу доставая всякий нелюбимый чертями реквизит: холщовую суму, терновые путы, пузырьки со святой водой. Черт в свою очередь вооружился кирпичом и небольшим, длиной в локоть куском арматуры. Светлые посреди города атакуют черта без веской причины? Это было очень серьезно. Это было прям…

- Против правил! - громко заорал черт, медленно пятясь спиной вглубь переулка. - Ребята, я не хочу этого, но буду вынужден выбить из вас несколько перьев. Пусть зафиксируют, что я защищался!

Внезапно ангелы замерли как вкопанные, склонив почтительно головы. Черт удивленно посмотрел на кусок металла в руке. Такого эффекта он точно не ожидал.

- Сегодня не будет насилия.

Черт обернулся. По переулку медленно шла, держась под руку пара. Красивая девушка в строгом, черном, кажущимся старомодным, платье и молодой человек с длинными растрепанными волосами и грустными глазами, закутанный в развевающийся черный балахон. Дождь не обтекал их. Его просто не было на той части улицы.

- Госпожа... У нас задание. Мы не можем… - стала бормотать, потупясь в пол, девушка-ангел. На лице ее читались неуверенность и смятение.

- Хватит. - длинноволосый лениво взмахнул рукой. Время на мгновение стало вязкое как кисель.

Ангелы одновременно упали на дорогу. Черт ошарашенно выронил из рук свое импровизированное оружие. Это было уже слишком. Это ни в какие ворота не лезло. Это…

- Не переживай за них. Они спят. - проворковала девушка в черном подходя ближе и заглядывая ему в глаза.

- Да я не то, чтобы… - он стоял как парализованный. Черные, словно сгусток мрака, глаза незнакомки, казались порталами в далекие миры. Путешествие в них пугало и захватывало.

- Милый, чертик. Необычный. - она аккуратно поцеловала его в лоб. Ее губы были холодными как у мертвеца, дыхание отсутствовало. Она пахла нежилой квартирой и переспелыми фруктами. От места поцелуя по телу разлилось пьянящее тепло. - Береги себя.

Зрелище было настолько редкое, что аж дух захватывало! Черт, затаив дыхание, смотрел как удаляются, о чем-то мило болтая Смерть со своим задумчивым спутником. Ангелы тихонько сопели на асфальте, кажется им снились хорошие сны.

Черт не спеша поплелся по ближайшей улице, переваривая события прошедших суток. Он ощущал себя опустошенным, вывернутым наизнанку, причем второй раз за этот проклятый день. Что-то изменилось вокруг. Здания, казалось, приобрели дополнительный объем, стали контрастней. Он вдруг, будто впервые почувствовал неровное дыхание города, услышал сумбурные, басовитые голоса его улиц и в какой-то момент с удивлением заметил, что промок до нитки.