Адский допрос: Мёртвый Сандертон

Город Сандертон возник на изломе эпох, когда индустриальный прогресс ещё не успел вытеснить древние суеверия, а новый век ещё не стал безраздельным хозяином вековых традиций. Возможно, именно поэтому он с самого основания притягивал к себе тех, кто существовал на границе — между законом и беззаконием, светом и тьмой, жизнью и её отсутствием.

Сандертон издавна славился своей криминальной репутацией. Здесь всегда процветали бандитизм, контрабанда и торговля наркотиками. По улицам бродили мрачные тени — озлобленные авторитеты преступного мира со шрамами на лицах и татуировками, запечатлевающими их кровавый путь; юные бандиты с безумным блеском в глазах, для которых насилие стало нормой жизни; бессердечные убийцы, чьи руки были по локоть в крови их невинных жертв.

Каждую ночь во мраке переулков раздавались зловещие выстрелы, пронзающие тишину, как крики растерзанных душ, не обретших покой; крики очередных жертв, чья жизнь оборвалась в этом аду на земле; звон разбитого стекла осквернённых лавок, который как эхо напоминал о царящем здесь беззаконии. Стены домов были исписаны словно кровавые послания демонов — угрозы и предупреждения от тех, для кого насилие стало ремеслом.

Жители Сандертона, охваченные парализующим ужасом, не смели выходить на улицу после наступления тёмных сумерек — времени охоты. Днём они спешили по своим делам, опустив глаза и стараясь слиться со стенами, чтобы не привлечь внимания правящих здесь бандитов. А если кто-то всё же попадался в когти преступникам в зловещей тьме переулка, то отдавал всё, лишь бы спасти свою жизнь от этих порождений ада.

Таков был Сандертон — город во власти преступности, где за каждым углом человека могла подстерегать опасность, а каждая тень на улице — это очередной безумец, вышедший на охоту…

Полиция была бессильна что-либо изменить. Коррумпированные чиновники брали взятки и смотрели сквозь пальцы на беспредел. Честные полицейские же были бесправны перед лицом всесильных банд. Они не могли даже приблизиться к лидерам преступных группировок, не то, чтобы арестовать их.

В то время молодой и решительный Кларк Андерсон, едва перешагнувший порог тридцатилетия, был назначен начальником полиции Сандертона. Он был полон идеализма и искреннего стремления навести порядок в этом оплоте преступности. Кларк не собирался мириться с царившим здесь беспределом — он решил положить конец бандитскому террору любой ценой.

Сразу после назначения Кларк провел инспекцию всех отделений полиции Сандертона, отсеяв скомпрометированных и коррумпированных копов. Из оставшихся честных офицеров он собрал специальный отряд — самых смелых, решительных и преданных своему делу. Вместе они начали проводить регулярные рейды по самым криминальным районам, устраивая облавы на притоны, ловя мелких дилеров и грабителей. Это были лишь мелкие шаги против огромной преступной гидры, оплетающей своими щупальцами весь Сандертон.

Но все изменилось в тот туманный осенний день, когда Кларку позвонили из морга. Диспетчер был непривычно молчалив. Обычно словоохотливый служака, сегодня он лишь сухо сообщил: «Найдено тело девочки. Опознание. Улица Вязов, 8».

Кларк не сразу понял, почему его вызывают на опознание. Обычно этим занимались родственники жертв. А потом его пронзила страшная догадка — Эмма, его племянница, дочь сестры, не вернулась вчера домой после школы. Пятнадцатилетняя девочка, гордость семьи, готовившаяся поступать в музыкальное училище…

В морге пахло формальдегидом и смертью. Кларк шёл по длинному коридору, и каждый шаг давался с трудом, словно он двигался сквозь воду. Патологоанатом, пожилой мужчина с усталыми глазами, встретил его у стальной двери секционной.

— Я должен предупредить вас, капитан, — тихо сказал врач. — То, что вы увидите… это не обычное убийство.

Кларк молча кивнул и вошёл в холодную комнату. На металлическом столе лежало тело, накрытое белой простынёй. Очертания под тканью были слишком маленькими для взрослого человека.

Патологоанатом аккуратно отвернул ткань, обнажая лицо. Кларк вздрогнул, увидев знакомые черты, теперь застывшие в маске последнего ужаса. Эмма. Его маленькая Эмма.

— Нам пришлось… привести её в порядок, прежде чем вы пришли, — тихо произнёс патологоанатом, не снимая простыню дальше. — Но должен сказать, за тридцать лет работы я не видел ничего подобного. Ритуальные надрезы… символы на коже… многие из них нанесены при жизни…

Кларк не слышал дальнейших слов. Перед глазами стояла Эмма, смеющаяся на семейном пикнике, Эмма, играющая на пианино, Эмма, задувающая свечи на праздничном торте…

— Кто? — только и смог выдавить он.

— Полиция обнаружила её в заброшенном доме на окраине города. Есть основания полагать, что это дело рук культистов, — патологоанатом нервно поправил очки. — На стенах были те же символы… подвал оборудован под что-то вроде алтаря. Всё указывает на ритуальное жертвоприношение.

Кларк почувствовал, как внутри что-то надломилось. Что-то настолько фундаментальное, что мир вокруг него, казалось, пошатнулся. Его представления о справедливости, о долге, о разделении добра и зла — всё это рухнуло в мгновение ока.

— Я хочу видеть всё, — произнёс он голосом, который сам не узнал. — Покажите мне все раны. Я должен знать, что они сделали с ней.

Патологоанатом колебался, но под взглядом капитана медленно откинул простыню полностью.

То, что увидел Кларк, выжглось в его памяти навечно. Тело Эммы было истерзано бесчисленными ритуальными порезами, складывающимися в непонятные символы. На груди вырезана пентаграмма, внутри которой выжжено нечто, напоминающее глаз. Живот вскрыт и зашит грубыми стежками — позже Кларк узнал, что некоторые органы были извлечены для ритуала.

— Предполагаемые виновники? — спросил он, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.

— Есть подозрения, что это дело рук местного культа, — осторожно ответил патологоанатом. — Они называют себя «Дети Древних». Полиция наблюдает за ними уже несколько лет, но улик никогда не хватало для ареста.

В тот день что-то изменилось в Кларке Андерсоне. Он вышел из морга другим человеком.

В последующие недели Кларк Андерсон использовал все свои полномочия, чтобы найти убийц Эммы. Он лично допрашивал подозреваемых, проводил рейды, собирал улики. Но «Дети Древних» оказались хитрее — все доказательства были косвенными, свидетели отказывались давать показания, запуганные неведомыми угрозами. Когда Кларк наконец вышел на главного подозреваемого, Виктора Шейда, зажиточного антиквара с безупречной репутацией в высших кругах Сандертона, система дала сбой.

Шейд имел связи. Слишком много связей. Судья отклонил ходатайство об обыске его дома. Прокурор отказался возбуждать дело «на основании недостаточности улик». Даже его собственное начальство намекнуло, что не стоит «раскачивать лодку».

И вот тогда, в момент абсолютного отчаяния и бессилия, произошла встреча, которая изменила ход истории Сандертона навсегда.

Возвращаясь поздно вечером со службы, Кларк услышал позади себя тихий голос:

— Я знаю, как вам помочь в борьбе с преступностью в городе, наш молодой начальник.

Кларк резко обернулся и увидел перед собой невысокого человека в длинном тёмном плаще с низко надвинутым капюшоном. Лицо незнакомца скрывалось в тени.

— Кто вы такой и откуда знаете, кто я? — настороженно спросил Кларк.

— Кто я, неважно. А узнать о вас не составило труда в этом маленьком городке, где все друг о друге наслышаны, — усмехнулся странный незнакомец. — Я пришёл предложить вам свою помощь. Если вы действительно желаете избавиться от коренной преступности и отомстить за смерть вашей племянницы, вам нужно заглянуть в заброшенную часть городской библиотеки.

При упоминании Эммы Кларк вздрогнул. Откуда этот человек знает о его личной трагедии?

— Там, в пыльной стопке старинных фолиантов, — продолжал незнакомец, — лежит одна особая книга в потрёпанном переплёте. В ней вы найдёте древние магические обряды, с помощью которых можно вызвать тёмные силы и заключить сделку. Они помогут вам навести порядок в городе раз и навсегда, и воздать по заслугам тем, кто забрал жизнь невинного ребёнка. Но за это придётся заплатить немалую цену… Подумайте, на что вы готовы пойти ради своей благородной цели, молодой начальник. И больше мы с вами не увидимся.

С этими словами странный незнакомец растворился в тенях, оставив ошеломлённого Кларка одного посреди тёмной улицы.

Кларк провел бессонные ночи, думая о странной встрече и погружаясь в работу. Он пытался найти закономерности и слабые места в преступных сетях. С одной стороны, идея использовать тёмную магию казалась безумной и опасной. Но с другой — разве не для благой цели? Разве не ради того, чтобы навсегда избавить город от преступности, отомстить за Эмму и других невинных жертв, стоит пойти на отчаянный шаг?

Через неделю после встречи с таинственным незнакомцем, Кларку сообщили, что дело об убийстве Эммы официально закрыто «за недостатком улик». В тот же день он увидел Виктора Шейда, с усмешкой выходящего из здания городской администрации. Он не только остался на свободе — его рукопожатием приветствовал сам мэр города.

Это стало последней каплей.

В заброшенном крыле городской библиотеки пахло пылью и забвением. Лучи закатного солнца с трудом пробивались сквозь грязные окна, освещая танцующие в воздухе пылинки. Кларк методично изучал полку за полкой, ряд за рядом. Он сам не знал, что именно ищет, пока не наткнулся на стеллаж, стоящий особняком от других.

Книги здесь были старыми, их переплёты потускнели от времени. Но одна из них привлекла его внимание — толстый фолиант в обложке из потемневшей кожи с тиснёным символом, напоминающим девять концентрических кругов. Кларк осторожно потянул за корешок, и книга почти выпрыгнула ему в руки, словно только и ждала прикосновения.

Начальник полиции аккуратно перелистывал хрупкие, источенные временем страницы древнего фолианта. При тусклом мерцании единственной свечи, что он принес с собой, ему с трудом удавалось разобрать мелкий готический шрифт. Казалось, эта книга хранит в себе не до конца познанные тайны, опасные знания, способные навлечь на человека величайшее проклятие или даровать ему запредельную мощь.

Кларк нашёл нужную страницу почти интуитивно, словно книга сама открылась на ней. Древнее заклинание вызова демона, написанное на мёртвой латыни, казалось, пульсировало на пожелтевшей бумаге. Рядом был детальный ритуал, включающий в себя начертание сложных символов и жертвенное подношение.

Рука Кларка дрогнула, когда он прочитал последнее требование — капля крови призывающего, добровольно пролитая. Означало ли это, что даже такая малая жертва заключает некий договор, делает призывающего связанным с силами, которые он вызывает?

По пути домой Кларк размышлял о том, насколько опрометчив и рискован его замысел. Но разве не ради правого дела, ради спасения города и его жителей от криминального беспредела стоит пойти на этот отчаянный шаг? Разве не его долг как начальника полиции — сделать всё возможное, чтобы навсегда избавить Сандертон от преступности, пусть даже запретными методами? Смутные сомнения терзали его душу, но Кларк был полон решимости довести начатое до конца.

Лицо Эммы стояло перед глазами, и это придавало ему силы.

В полночь Кларк вышел на заброшенный двор за библиотекой. Замкнутое пространство, окружённое высокими стенами, не позволяло любопытным взглядам проникнуть сюда. Полная луна заливала двор своим призрачным светом, делая всё вокруг сюрреалистичным, нереальным.

Кларк тщательно нарисовал на потрескавшемся асфальте пентаграмму, используя мел, смешанный с собственной кровью — он порезал палец кинжалом, который принёс с собой. В центре пентаграммы он поставил чашу с тёмной жидкостью — вином, смешанным с той же кровью. По углам пентаграммы расположил пять свечей из чёрного воска, которые горели удивительно ярко, почти не оставляя дыма.

Сердце Кларка бешено колотилось, когда он начал читать заклинание из древнего фолианта. Слова на мёртвой латыни звучали гортанно и чуждо, но странным образом ложились на язык, словно он знал их всю жизнь.

«Attenrobendum eos, ad ligandum eos, potiter et solvendum, et ad congregontum eos coram me.»

Воздух вокруг него наэлектризовался, завибрировал, словно от раскатов неслышной грозы. Поднялся пронизывающий ледяной ветер, закружив листья в диком вихре. Луна скрылась за тучами, и мрак сгустился вокруг, как сама пугающая тьма первозданного хаоса. И вдруг из расщелины в асфальте вырвалось пламя адского пекла, озарившее двор алым светом.

Перед ошеломленным Кларком предстал гигантский демон, в чьем облике чувствовалась древняя, первозданная мощь. Его рога извивались, как змеи, копыта царапали асфальт, длинный раздвоенный хвост хлестал по сторонам. Мускулистое тело цвета красного дерева было покрыто шрамами неземных битв и прорезано черными татуировками неведомых письмен. Из горящих янтарем глаз сочилось бесконечное презрение к людскому роду.

— Кто осмелился потревожить мой покой? — прорычал демон низким хриплым голосом, от которого, казалось, задрожала вся земля.

Кларк собрал всю свою волю в кулак, чтобы его голос не дрогнул:

— Это я, Кларк Андерсон. Я пришел заключить пакт. Ты поможешь мне навести порядок в этом городе, избавить его от преступности, и особенно от культа, именующего себя «Детьми Древних». А я взамен…

Кларк замялся. Он не до конца продумал, что может предложить адскому созданию.

Демон задумался на мгновение, а затем расхохотался низким леденящим душу смехом, обнажив острые как бритва клыки…

— Ха-ха-ха! Ты мне нравишься, смертный. Люблю решительных людей, — пророкотал демон. — Я наслышан о твоем городе, Кларк Андерсон. Здесь водится немало вкусных грешных душ, особенно среди этих «Детей Древних», как они себя называют. Жалкие подражатели, искажающие настоящие знания о потусторонних силах. Да, пожалуй, Сандертон — одно из самых перспективных мест для сбора урожая.

Демон внимательно посмотрел на Кларка, словно оценивая его душу.

— Что ж, договорились, — кивнул демон. — Я дам тебе уникальную силу, какой не обладал еще ни один смертный — возможность навещать мои владения, все девять кругов ада.

Когда душа особо опасного преступника покинет ваш мир, твои люди смогут последовать за ней через мой портал. В аду им предстоит пройти через все круги, преодолевая ловушки и испытания, чтобы добраться до грешника и допросить его.

Я не буду помогать в поимке души или раскрытии тайн — вся работа будет на вашей совести. Но если вашим полицейским хватит смелости и решимости пройти этот опасный путь, они смогут узнать от преступника всю правду о его деяниях при жизни.

А взамен ты отменишь запрет на смертную казнь, чтобы я мог забирать души казненных грешников себе. Как тебе такая сделка, Кларк? Мы оба получим желаемое — ты избавишься от преступности, а я пополню свои владения новыми грешными душами.

Демон протянул руку, покрытую чешуёй, с длинными острыми когтями.

— И ещё одно условие, — добавил он, прищурив янтарные глаза. — Раз в шесть лун ты будешь отправлять в мои владения одного из своих полицейских. Любого, на твой выбор. Считай это… административным сбором.

Кларк на мгновение задумался. По сути, ему предлагают отдать преступников в руки самого дьявола в обмен на очищение города от криминала. Не слишком ли высокая цена? Но ради благополучия горожан и избавления их от постоянного страха стоит ли рискнуть? А жертва полицейских… разве не стоит безопасность целого города жизни нескольких людей?

Перед его глазами снова промелькнуло изуродованное тело Эммы.

— Хорошо, демон, договорились. Я пойду на это ради спасения города и отмщения за невинно убиенных, — твёрдо произнёс Кларк и протянул руку в ответ.

— Мудрое решение, смертный!

Демон довольно усмехнулся, погладил свою длинную извитую бороду и щелкнул костлявыми когтистыми пальцами.

В воздухе перед изумленным Кларком возникла хрустальная сфера, наполненная клубящимся алым сиянием. Энергия, заключенная в ней, переливалась и пульсировала, как живая.

— Это Ключ к вратам Преисподней, — объяснил демон. — Приложи его ко лбу и произнеси магическое заклинание — и сможешь шагнуть в мои владения в любой момент.

Он щелкнул пальцами снова, и рядом с Кларком возникли плащ и остроконечная шляпа.

— Эти артефакты защитят твою хрупкую плоть от огня и льда в моих владениях. Плащ соткан из теней, он делает тебя незаметным для многих демонов-надзирателей. Шляпа же отводит взгляд от твоего живого существа — ты будешь казаться неинтересным для обитателей преисподней. Иди и выполни условия нашей сделки. Я буду ждать новых грешных душ в своем царстве!

С этими словами демон исчез в клубах едкого серного дыма.

Кларк осторожно взял мистические артефакты дрожащими руками.

В ту ночь началась новая глава в истории Сандертона — глава, написанная кровью и отмеченная печатью преисподней.