Агентство по исполнению желаний: принудительная мечта

На площади в центре города стояла маленькая девочка. Ее нежно-голубое платье играючи развевал ветер, золотистые волосы разлетались в разные стороны и путались, пока она пыталась их собрать маленькой заколкой с красивой, вышитой зелеными пайетками птицей. Девочка стояла совсем одна и внимательно вглядывалась в прохожих, приглаживая волосы, которые наконец-то удалось собрать в высокий хвостик. Несколько раз к ней подходили разные тети и дяди, чтобы узнать, не потерялась ли она, и не нужна ли ей помощь. Малышка отвечала, что она здесь ждет маму, она вот-вот выйдет из магазина и они пойдут домой.

Конечно же, никакую маму она не ждала. Но вдруг в толпе показался человек. «Вот она!» — подумала девочка, — «Опаздывает немного, но ничего, мы успеем». Малышка побежала вперед и буквально врезалась в девушку, которая задумчиво что-то искала в телефоне.

— Ой, извини, — сказала незнакомка, — Ты не ушиблась?

— Нет. Все хорошо! — девочка взглянула на уставшую девушку и улыбнулась. — Извините, а можете помочь мне найти маму?

— Маму? Ох… — Незнакомка обернулась по сторонам, ожидая, что это какая-то злая шутка или мошенничество. — А куда она пошла?

— Она в том магазине, — малышка показала на большую кофейню с собственной пекарней. — Там работает ее подруга. Мы пришли туда, и они стали так долго разговаривать, что мне стало скучно. Я вышла сюда поиграть, а когда вернулась, ее уже не было.

— А как тебя зовут? — Девушка присела на корточки.

— Яна. Но мама называет меня Феечкой. А вас как?

— Женя. Очень приятно! Покажешь, куда мама пошла? — Женя протянула Яне руку, и они пошли в кофейню.

В помещении было многолюдно, поэтому сложно было рассмотреть здесь хоть кого-нибудь. Женя решила присесть за столик вместе со своей новой маленькой знакомой и подождать, пока мимо будет проходить кто-то из работников кофейни. Яна внимательно наблюдала за Женей, не сводя глаз. Она ее нашла. Но теперь все в руках Жени.

— Слушай, я не знаю, где твоя мама. Может ты останешься здесь и подождешь ее? Только не сбегай в этот раз!

— А ты не можешь посидеть со мной? Нам, вроде, весело. — Девочка взяла карандаши из стойки с сахаром и солью и начала рисовать на бумаге, которой официант застелил стол.

— Ну…Я могу, конечно. Разве что еще совсем чуть-чуть. У меня скоро обеденный перерыв закончится. И хорошо бы нам до этого найти твою маму… — Женя выглядывала в сторону администратора, но тот был занят недовольным клиентом.

— А кем ты работаешь? — Спросила малышка, не отвлекаясь от рисования. На бумаге уже появилось солнышко и очень неровные горы.

— Я… Да так, помощницей одного директора. Собираю всякие важные документы, встречаюсь с разными тетями и дядями, — Женя вздохнула, — и занимаюсь прочими скучными взрослыми делами.

— Тебе не нравится твоя работа?

— Ну почему, если бы не нравилась, я бы не работала… Наверное. А кем ты хочешь стать, когда вырастешь? — Женя посмотрела на увлеченную рисованием девочку.

— Волшебницей! — Яна подняла глаза и взмахнула синим карандашом, которым успела нарисовать озеро похожее на грушу. Женя засмеялась.

— Я верю, что ты ей обязательно станешь!

— А ты кем хотела стать, когда была, как я?

— Ой, ну… Дай подумать. Сначала певицей, потом актрисой, потом водителем грузовика…

— Грузовика? Они же такие большие!

— Да, но я думала, что можно будет забирать все, что в грузовике себе. Оказалось, это совсем не так. Вообще, очень давно хотела стать художницей. Пока училась в школе я даже ходила на кружки. Думала, что смогу заниматься этим всю жизнь, но нужно было хорошо закончить школу, потом выучиться в университете… И вот я сейчас работаю, а все, что могу позволить себе — это картины по номерам и простые этюды. Но мне и этого хватает.

— А ты бы хотела сейчас раз — и стать художницей? — Девочка задумчиво посмотрела на Женю.

— Слушай, это не совсем так работает. Нельзя раз — и стать. Нужно очень много работать над этим, уделять много времени, а мне же еще кушать за что-то нужно…В общем, путь к этой мечте очень далекий и крутой.

— Ну а вот если бы пришла волшебница, — Яна взмахнула карандашом, — и такая: бам палочкой! И вот ты уже супер-художница!

— Если бы была такая волшебница, я бы обязательно загадала ей такое желание. — Женя улыбнулась. Тем временем рядом с маленьким грушевидным озером на рисунке малышки возникли очертания елочек и высоких гор.

— Тогда ты обязательно станешь художницей! Не обязательно очень сильно известной, но картины будешь рисовать очень красивые. — Яна усердно закрашивала ёлочки зеленым цветом.

— Лучше тебя уж точно не стану. — Женя улыбнулась и растрогалась от детской уверенности. Тем временем на улице резко потемнело и начал идти дождь.

— Женя, а ты можешь отвести меня домой? — Девочка посмотрела в окно, где за быстро нарастающим ливнем едва ли можно было разглядеть другую сторону улицы. Женя посмотрела в окно и глубоко вздохнула: «Вот именно сейчас ей пришла в голову эта идея, почему нельзя было раньше?» — подумала девушка.

— А ты далеко живешь? Давай я закажу такси. — Она взяла телефон и открыла приложение. — Черт, связь не ловит здесь совсем…

— А всегда так, когда дождь. Мама говорит, это молния выбивает что-то. Я живу тут недалеко, можем быстро пробежать. Мокрые будем, но ничего! Я дома напою тебя чаем! — Яна привстала и протянула Жене руку. Девушка снова тяжело вздохнула, поняла, что выбора у нее нет, так как совесть не позволит ей оставить маленького ребенка в центре оживленного города одного.

В кофейне заметно убавилось людей. Женя оглянулась, чтобы в последний раз убедиться, что мамы Яны рядом нет и встала из-за стола. Официанты ходили от столика к барной стойке и носили яркие керамические кружки с ароматными напитками, посыпанными миндальной крошкой, крошечными зефирками или просто корицей. Корица — самый простой вариант, но при этом и вкусный. Когда в жизни тебе приходится много принимать решения, и совершенно нет сил выбирать и думать — кофе с корицей идеальный вариант, которым ты точно не будешь разочарован. Люди сидели за столиками и занимались своими делами, не обращая друг на друга внимания. Казалось, что жизнь кипит, но она наоборот — будто бы остановилась именно в этом месте. Столько деятельности, но она как будто фоновая. Разговоры по телефону, переписки, общение со знакомыми — здесь все выглядело буднично и безрадостно, несмотря на то, что люди даже улыбались. Странный привкус популярных общественных мест. Сладость атмосферы, терпкость красок и запахов, кислота пассивной опасности, которая будто бы преследует тебя в каждом стуке ложки или движении стула.

Женя и ее юная спутница открыли дверь наружу, где за ливнем не было видно и двух метров впереди. Конечно, зонтика у девушки с собой не оказалось, ведь никто и подумать не мог, что погода так резко может испортиться. Но нужно было что-то делать, поэтому Женя сняла рубашку и отдала ее Яне, чтобы та могла укрыть ей голову. Сама девушка стянула короткие каштановые волосы в маленький хвостик сзади, затем закатила джинсы почти до колена, взяла девочку за руку и пошла вперед. Пройдя всего несколько шагов Женя поскользнулась и упала. Она обнаружила, что под ногами почему-то не тротуарная плитка, которая покрывает всю площадь и прилежащие улочки, а камень, на который из-за дождя уже налипла грязь. Почувствовав что-то неладное, Женя отвела Яну обратно в кофейню, сказала немного подождать, а затем снова вышла на улицу. Снова она прошла эти несколько шагов, осторожно ступая вперед, пытаясь вглядеться в рельефы камня. «Да что, блин, за дичь?» — подумала девушка, как в небе раздалась ярчайшая молния. Женя ахнула и закрыла рот рукой. При свете неутихающих вспышек она увидела, что вместо привычного ей города впереди — широкая каменистая тропа, с обеих сторон которой обрыв. Вдалеке виднелась высокая гора, поросшая деревьями, а впереди — тропинка в заросли странных витиеватых деревьев с заплетающимися в своеобразные свечки ветками. Женя не верила своим глазам и сильно зажмурилась. Когда она вновь попыталась рассмотреть происходящее, молния уже исчезла. Девушка уж было подумала, что ей это все показалось, но, посмотрев на свои белые кроссовки, неуверенно стоящие на скользком камне, она поняла: нет, не показалось.

Женя поспешила вернуться в кафе, где обернутая в рубашку Яна спокойно рисовала на листочке какие-то круги и листья. Насквозь вымокшая девушка села напротив. Тушь вместе с остатками другой косметики стекала по ее веснушчатым щекам. Она закрыла лицо руками и начала что-то бормотать.

— Что-то случилось? — Малышка отвлеклась от рисования и посмотрела на девушку. Та, в свою очередь, выпрямилась и уставилась в окно.

— Там… Я не знаю… Мне кажется… — Женя посмотрела в глаза Яне и оторопела. «Волны в ее глазах…они движутся…» — подумала девушка и снова закрыла лицо руками, чтобы прийти в себя.

— Ты такая бледная…В тебя что, молния ударила? — Девочка подставила руки под подбородок и оперлась на стол. Волны в ее голубых глазах стекались к зрачку, превращались в шарики и кружились вокруг него.

— Нет, но я… — Женя снова посмотрела в глаза и поняла, что ей не показалось. — У тебя…линзы? Я не видела еще таких. Они немного сбивают, знаешь.

— Что такое линзы? — Яна непонимающе нахмурилась.

— Ну глаза, штуки, ты вставляешь и вот цвет меняется, как у тебя вот…Ну…ты же видела?

— А, ты про это. Нет, это мой натуральный цвет глаз. Такой с рождения. Мама поэтому Феечкой меня и называет. — Девочка снова принялась усердно рисовать листочки и кружочки. «Чудная она какая-то…» — подумала Женя.

— Там такой дождь, что я с ума схожу, мне кажется. — Девушка хихикнула. — Представляешь, чудится, что там горы какие-то, деревья странные. Давай здесь непогоду переждем? Хочешь чего-то горячего может?

— А, вот ты чего! — Яна громко засмеялась. — Ну нет же! Это не кажется. Там правда горы и деревья…Вот такие, да? — Девочка достала листочек, на котором рисовала в самом начале встречи и показала ошарашенной Жене. Весь пейзаж совпадал вплоть до свечек из веток. Тропинка, обрывы с двух сторон от нее, гора, поросшая деревьями. Именно эти очертания и виднелись при вспышке молнии.

— Это что за хрень… — Еле выдавила из себя девушка.

— Мама говорила, что это слово плохое! — Воскликнула малышка.

— Извини… — Прошептала Женя.

— Ничего. Вы, взрослые, странные. Смотри. Ты хотела стать художницей, так?

— Так.

— Ты говорила, что для этого нужен «далекий и крутой путь», так? — Девушка кивнула. — И ты же тоже говорила, что если бы волшебница могла сделать тебя художницей, ты бы согласилась, так? — Женя снова судорожно кивнула.

— Волшебница, точнее феечка, у тебя есть, — Яна загнула один пальчик, — далекий и крутой путь теперь тоже есть, — Яна загнула второй пальчик, — Осталось всего ничего: пройти этот путь и стать художницей! — Яна загнула другие два пальчика.

— Какая волшебница, что ты говоришь такое? Я ничего не понимаю! — Женя снова схватилась за голову. Яна нахмурилась, взяла карандаш и на обратной стороне листочка нарисовала две кружки: одну побольше и другую — поменьше. Через мгновение официант принес маленькую розовую керамическую кружку с какао и большую — с кофе и зефирками.

— Извини, не знала, какой ты любишь, поэтому заказала на свой вкус. — Девушка резко осмотрелась и вдруг поняла. Все эти люди — это фон, как неигровые персонажи в компьютерной игре. Здесь не было никакой мамы, которая зашла к подружке. Здесь изначально ничего не было. Это все — иллюзия обычной жизни, которая подчиняется одному создателю. Точнее маленькой создательнице. В это было сложно поверить, но Женя вдруг оказалась в ловушке, ей стало безумно страшно.

— Что…что тебе от меня нужно? — Спросила она чуть не плача. Ей казалось, что она сходит с ума.

— Мне? Да ничего же! Я всего лишь выполнила твое желание! Я веду тебя к мечте. Ты станешь художницей! — Яна окинула мерцающими глазами тающий зефир. — Они же сейчас совсем растают и будут невкусными… — Женя взяла кружку с кофе в руки и сделала большой глоток. На удивление кофе был совсем как реальный, даже весьма вкусный. — Мы пройдем с тобой весь путь отсюда и вот до туда. — Девочка тыкнула карандашом на вершину горы. — И там будет ключ к твоей мечте. Какой — сказать не могу, это секрет.

— Секрет…— Повторила Женя, — Почему я?

— Мечты должны исполняться у каждого человека. Сейчас просто твоя очередь. Ну и мне из феечки в волшебницу нужно превратиться. А для этого нужно выполнить тридцать желаний. Ты — семнадцатая…или восемнадцатая…не помню. Там мама все считает. — Вздохнула девочка. — Пойдем? А то можем не успеть, у нас там время все-таки идет.

— Еще и на время?! Ты что, с ума сошла?! Давай, убирай обратно, не хочу я никаких желаний! — Женя так громко кричала, что все иллюзии замерли и обратили на нее взор.

— Чего ты так кричишь то… Они пугаются. — Девушка опасливо оглянулась. — Да, там есть эта штука…ну…таймер! Но его можно отключить, если успеем. А вернуть я тебя не могу. Ты уже согласилась.

— Это что за принудительное исполнение мечты? — Злобно прошипела Женя. — Я ничего не просила, мне нравилось так, как было.

— Или ты идешь со мной, или ты остаешься здесь и будешь одной из иллюзий. Я не настолько сильна, чтобы рисовать людей, поэтому вполне подходят те, которые отказываются, ну, в качестве декораций… — Девушка замерла в ужасе: «Вот почему они так отреагировали… Они не могут сказать! Не могут предупредить, что лучше согласиться!»

— А они здесь навсегда что ли? — Женя снова посмотрела на иллюзии, которые начали свои привычные дела.

— Ну, в целом, нет. Выполню тридцать — и отпущу. Потом мне декорации уже ни к чему. Не переживай, они это забудут, как страшный сон. — Малышка со странными глазами рассказывала это так безмятежно, как будто ничего и не происходило на самом деле. Женю терзали тревога и страх. Она взяла трясущимися руками кофе и сделала глоток.

— Так и как идти? Там же ливень такой, что не пройти…

— Возьми листок, карандаш, нарисуй зонт для начала. Ты же хотела быть художницей? Давай думай! — Яна протянула девушке чистый листик. Женя взяла его и положила перед собой. Он смотрел на нее страшным белым полотном, к которому, казалось, было не подступиться. Затем девушка взяла карандаш из той же стойки с сахаром и принялась рисовать зонт. Как обычный зонт: просто палка с крючком, а сверху широкая шляпка. Она закрасила шляпку ровным слоем. Через мгновение официант принес нечто похожее на зонт, но только плоский. — Дааа… Под таким зонтом мы точно не спрячемся. Надо что-то другое! — Яна повертела получившийся зонт в руках и отдала его официанту. — А для украшения вполне сойдет! Спасибо! — «Да что ж тебе надо…» — подумала Женя. Тогда она стала рисовать зонт в свернутом виде, но уже не так плотно зарисовывала, выделяя складки поверхности и стараясь придать объем. Когда она закончила, официант принес добротный зонт-трость, сплетенный веревочкой чуть ниже середины. Он был не совсем ровный, где-то было больше ткани, где-то отличался цвет, но он не был плоским. — Так гораздо лучше! — Воскликнула Яна. — Вот с ним мы и пойдем.

Девочка встала из-за стола и взмахнула карандашом. Листики один за другим начали складываться на столе, а затем уменьшились до точки и исчезли. Женя завороженно наблюдала, но встрепенулась и тоже встала. Они вместе направились к выходу и уже за дверью кофейни-ловушки открыли странный неровный зонт. Ливень не прекращался, молнии лишь изредка освещали дорогу, которая выглядела совсем непривлекательно. «Кто знает, что она еще нарисовала в своем пейзаже», — подумала Женя. Девушка хотела было подать руку своей странной спутнице, но обнаружила, что в этом нет необходимости. Ноги малышки не касались земли, она парила в воздухе. Тем не менее малышка делала шаги по воздуху, что выглядело вдвойне странно. Они начали двигаться в сторону зарослей, но было очень темно и сложно передвигаться. Кроссовки безумно скользили по камням, Женя продрогла, а видимость была уж очень слабая из-за непрекращающегося ливня. Девушку снова одолели тревога и страх. Из ее реальной жизни, где все было предопределено и понятно, она попала в непонятное место, рядом с ней непонятное существо — «фея», а впереди какие-то странные приключения, ведущие ее к мечте, которая была оставлена в пыльных коробках детских амбиций. Очень хотелось закрыть глаза и очутиться на старом кожаном офисном стуле, осознав, что проспала важное совещание и нужно мчать в другой конец офиса. Но оказалось, что даже если долго моргать, в реальную жизнь суетливого города не попасть. Нужно соглашаться на те условия, которые даны сейчас. Только перестал бы лить этот дождь… Из-за него деревья, старательно вырисованные на листочке маленькой девочкой, стали похожи на огромные клетки из веток и листьев. Женя остановилась и успокоилась. Решение тут же пришло ей в голову: она попросила у Яны ее листочек с рисунком пути. Девушка взяла карандаш, который прихватила в кофейне и нарисовала большое солнце слева от горы. Спустя пару мгновений подул сильный ветер и небо распогодилось. Вдалеке у горы показалось большое оранжевое солнце с редкими лучами, как на детских рисунках. Женя пальцем растушевала карандаш на рисунке, чтобы свет был мягче, и теперь он стал более приятным для большого путешествия. Яна улыбнулась.

При солнечном свете пейзаж заиграл новыми яркими красками. Золотисто-коричневые деревья шумели изумрудными листьями на сплетенных ветках, низкая трава была усыпана мелкими желтыми цветами. Женя обернулась и обнаружила, что кофейня совсем пропала. Пройденная дорожка заканчивалась обрывом, а значит пути обратно не было. Чувство тревоги снова подкатило к горлу. Яна заметила, что Женя робеет, взмахнула карандашом, и вся одежда на ее подопечной в миг высохла. Девушка резко повернулась к феечке, ощутив перемены. Та ей подмигнула, указывая на деревья. Когда они подошли к зарослям, оказалось, что нижние ветви всех деревьев на границе с лугом представляют собой своеобразный плетень, усеянный редкими листиками и цветами. Лишь в одном месте между двумя деревьями плетень не соединялся и, казалось, что там можно спокойно пройти. Но когда Женя сделала шаг между этими деревьями, какой-то жгучий барьер отбросил ее назад. От неожиданности девушка вскрикнула и упала на траву. Встав, она снова подошла к невидимому барьеру и попыталась просунуть хотя бы руку, но ее пальцы обжег мерцающий золотыми светлячками воздух.

— Это что за магия? — спросила Женя, обернувшись к Яне.

— Дай подумать, — девочка подлетела поближе, — Хм, скорее всего, это — один из твоих первых уроков.

— Разве не ты это все делала? Эту локацию и уроки?

— Я рисовала, да, но уроки возникают сами по себе, смотря чему тебе нужно научиться. План-то я знаю, но как именно будет выглядеть обучение — это зависит только от того, кто проходит. Ты же понимаешь, что у разных людей разные препятствия на пути к мечте: кто-то просто ленится, кто-то не научился чему-то, у кого-то не хватает каких-то знаний… Тебе нужно самой подумать, как решить эту задачу. Но я могу давать тебе подсказки, как твой проводник. — Фея улыбнулась и полетела осматривать другие деревья.

— Это тот самый момент, когда мне нужна подсказка! — Крикнула ей в след Женя.

— Ты еще даже не начала думать! — Как будто издеваясь ответила Яна.

Женя начала злиться от непонимания, но все же решила поближе рассмотреть проем. Она обратила внимание, что плетень разделен на своеобразные секторы, а рисунок ветвей создавал единый узор. Но в том месте, где был проход, ветки как будто обрывались, а затем странным образом продолжались с другой стороны. Было полное ощущение того, что из вязаного свитера вырезали кусочек и выбросили. И теперь эта дырка не дает идти дальше, как будто она затянулась волшебной пленкой.

— Я поняла! — Закричала вдруг Яна, появившись так внезапно, что ее подопечная неловко дернулась и снова задела обжигающий барьер. — Осторожнее, ты чего? Тебе до горы живой надо дойти. — Женя потерла обожженное плечо и раздраженно повернулась к фее. — В общем, похоже тебе нужно нарисовать продолжение узора. Он есть по всей длине плетня, только здесь его нет. Скорее всего, когда ты дополнишь узор, мы сможем пройти.

— Но если я дополню узор, то закрою проход, разве нет?

— Ну да, но у нас и так сейчас прохода нет. Хуже точно не будет! — Радостное настроение девочки уже начало порядком раздражать девушку.

Феечка взмахнула карандашом и прямо перед лицом ее подопечной возникла стопка листочков, сверху которой аккуратно лежал коричневый карандаш. Женя взяла все принадлежности, отошла и принялась рисовать узор плетни. Она решила не стараться придавать цвет и играть с оттенками, сделав просто легкий набросок. Девушка приложила получившийся узор к проходу, и ветки с двух сторон начали повторять ее рисунок, но стоило им сомкнуться посередине, как они сгорели и осыпались пеплом прямо на белые кроссовки. Что-то явно пошло не так. Женя рисовала снова и снова, но ветки раз за разом сгорали. Иногда они держались дольше, иногда — меньше, но результат всегда осыпался пеплом, который в конечном итоге становился пеплом надежды отсюда выбраться. Девушка злилась, швыряла карандаш, рвала листы, но снова возвращалась к эскизам, потому что других вариантов у нее не было. Нужно было понять, где же она допускает ошибку, но проанализировать то, чего не понимаешь — сложно. Разобрать документацию, найти погрешности и исправить их — легко, а вот что касается волшебства и странных заданий по рисованию — это уже совсем другой вопрос. Это вне привычной компетенции Жени, что добавляло особых эмоциональных качелей во все это дурацкой мероприятие по принудительному исполнению мечты. После нескольких тщетных попыток несостоявшаяся художница легла на еще влажную траву и закрыла глаза.

— Кажется, так узор не появится. — Маленькая тень Яны со скрещенными руками нависла над Женей.

— Так он и так не появляется. Я устала, мне нужно отдохнуть. — Девушка отвечала, не открывая глаз.

— Только не говори, что ты сдаешься! Это же всего лишь первое испытание. — В голосе феи чувствовалось разочарование.

— Ну, я в любом случае его не пройду если, как ты говоришь, там есть какой-то «таймер». Уже черт знает сколько времени здесь убила. А результата нет.

— Как нет результата?! — Воскликнула Яна. — Никогда не бывает так, что нет результата. Неудачи — это тоже результат, это даже отличный результат, ведь благодаря ним ты понимаешь, куда надо двигаться и почему именно туда надо двигаться.

— Говоришь, как все эти психологи в Интернете. — Усмехнулась Женя.

— Не знаю, кто такие эти твои пис…псо…псе… Ой, ты поняла! Посмотри на свои рисунки и на плетень и подумай, что ты делаешь неправильно. Ты же только рисовала, но не сравнивала! В конце концов посмотри на узоры других участков плетня. Попытайся разгадать этот секрет!

Женя устало подняла руку с едва намокшими листиками и прищурившись от солнца принялась рассматривать рисунки. Она заметила, что иногда здесь были ошибки в расположении веток или их неестественном изгибе. Хотя странно было говорить о естественности изгибов у таких деревьев, но тем не менее, как будто не было единого характера у всех этих узоров. Затем она привстала на земле и стала рассматривать предыдущий и следующий относительно проема сектор. В них была какая-то закономерность, как будто эти ветки кто-то заплетал в очень мудреную косичку. Здесь толстая ветка идет вниз, переплетаясь с двумя тонкими, а потом выходит вверх, а вот здесь уже — она будто спускается, огибая уже три тонкие ветки. Они, в свою очередь, тоже собраны неслучайно. Здесь тонкая ветка с листиками уходит вверх, а количество листиков меняется от каждого пересечения с другой тонкой голой веткой. «Это же было так очевидно!» — подумала Женя, схватила лист и поняла, что все уже использовала. Яна заметила, что ее подопечная замешкалась, взмахнула карандашом — и все листы снова стали чистыми. Еще несколько попыток понадобилось художнице, чтобы приблизиться к правильному варианту. Теперь неудачи ее уже не злили, а вызывали азарт разгадать загадку. Она рисовала снова и снова, сравнивая результаты, пытаясь делать линии плавнее и аккуратнее. И наконец-то после многочисленных попыток ветки срослись окончательно. Светящийся барьер исчез. Женя испытала небывалый прилив сил и радости, а Яна наблюдала за ней издалека, тихонько улыбаясь. Девушка подошла к плетню и дотронулась до него. Ветки аккуратно расползлись по сторонам и впереди показалась тропинка, по которой зайчиками бегали лучи солнца, отражающиеся от гладких влажных листьев. «Это было так просто! Стоило просто немного поработать» — Женя ступила на тропу, а за ней тихонько поплыла по воздуху Яна.

Лес очаровывал своей необычностью и многообразием. Здесь росли цветы причудливых форм и размеров. Лепестки некоторых подсвечивались странным сиянием. Синие, красные, розовые, белые — они переливались и блестели, а их ароматы создавали чудесные композиции еще неизведанных в реальности запахов. Из них могли бы быть сенсационные духи, если бы была возможность вытащить их в реальный мир. Будущая художница хотела подойти к ярко-фиолетовому цветку и понюхать его, но Яна перегородила ей путь.

— Не стоит к ним подходить.

— Почему? — Женя попыталась обойти девочку.

— Знаешь, почему здесь нет животных? — Девушка обернулась и обратила внимание, что их здесь и правда нет.

— Почему?

— Сияние, которое ты видишь, усыпляет. Это все ловушки. — Серьезно сказала фея.

— Но они ведь такие красивые… — Женя не отрывала глаз от фиолетового цветка, который переливался зеленым сиянием пыльцы. Яна тяжело вздохнула, взмахнула карандашом, и в воздухе появилась маленькая птичка. Она подлетела к цветку, села на лепесток и через пару мгновений упала на землю, не двигаясь. Корни цветка сразу же обвили добычу и затащили под землю.

— Они прекрасны, но и смертельны. В этом вся их суть. Понимаешь, на пути у каждого человека встречаются такие отвлекающие красивые вещи. Они могут быть разными, не обязательно вредными. Самое важное это то, как здесь — они высасывают жизненную силу. — Девочка снова вздохнула.

— Ты говоришь будто взрослая. — Женя все еще смотрела на место, где раньше была птица.

— А я по-твоему какая? — Ответила сурово Яна. Девушка оценила ее взглядом с маленьких туфелек до большого хвоста.

— Ну, на вид тебе лет семь или восемь…

— А на самом деле мне почти сто лет уже! — Злобно крикнула маленькая взрослая.

— Но…Почему ты так выглядишь тогда? И почему тогда ты еще не выполнила свой план по тридцати людям, у которых есть мечты? — Женя скрестила руки на груди и внимательно посмотрела на фею.

— Потому что… Феи тоже иногда плохо себя ведут, знаешь ли, вот почему. Иногда из-за тех истинных желаний, которые я помогала достичь, люди… В общем это было во вред другим. А еще иногда неправильно выбирала, ведь не все мечты должны исполняться, или наоборот, человек, который был в плане, успел умереть до того, как я смогла к нему прийти. Не могли, блин, меня дождаться! — Яна с таким искренним расстройством все это говорила, что Женя даже не стала ей напоминать, что век человека достаточно короток.

— А тебя за это наказывают?

— Не то, чтобы прям наказывают… Но переводят на другие работы, которые были на другом уровне, до этого. В прошлый раз, когда я так ошиблась, мне пришлось спасать бездомных животных, подкидывая их в нужное время их будущим хозяевам. Это не такое уж суровое наказание, но нужно пристроить минимум сотню, чтобы просить вернуться к мечтам…

— И сколько животных ты пристроила?

— Больше десяти тысяч. — Гордо улыбнулась Яна. — Но это не за один раз! — Женя поразилась тому, сколько же раз она тогда ошибалась. В голове у девушки промелькнуло, что она может быть тоже ошибкой. — Нет, ты не подумай, ты была в плане. Но я к тебе немного опоздала, прости.

— Да…эм…ничего. — Девушка не знала, как на это ответить. — Спасибо, что вообще пришла!

— Это пожалуйста! Стараюсь. Не хочу возвращаться обратно… В общем, слушай, смысл этих цветов как раз в том, чтобы сбить тебя с твоего пути. Вот. Если ты хочешь добраться вовремя, лучше в этом лесу не задерживаться, конечно. Нам еще озеро проплывать, а потом на гору карабкаться… А там еще какие-то ловушки наверное будут…

Женя послушно вернулась на тропу и пошла дальше. В какой-то момент поросшую дорогу было труднее рассмотреть, поэтому выход нужно было искать интуитивно. Разросшиеся деревья сбивали и уводили то вправо, то влево, отчего приходилось возвращаться несколько раз к одним и тем же местам. Но будущая художница без труда вспоминала места, к которым они вновь и вновь приходили — цветы, растущие повсюду, хоть и часто повторялись, но все же были разными. Отличать их могли мелочи — пыльца, которая светилась пульсирующими блестками, форма стебля или листиков, корневище, торчащее из земли. Иногда так и тянуло подойти понюхать или даже потрогать, но Яна следила за тем, чтобы ее подопечная не приближалась к опасным растениям. Некоторых она уже в таких лесах теряла, но решила не рассказывать об этом. Тогда приходилось выполнять более сложные задачи, чтобы снова стать феей. Но в какой-то момент она все же упустила Женю из вида. Феечка совсем забыла, что парить над землей — не значит ходить. И если она с легкостью преодолела препятствие в виде пруда и крутых камней в поисках дороги, то ее подопечной нужно было очень круто обходить этот участок. Когда Яна уже увидела конец леса и захотела радостно поделиться этим со своей спутницей, она обернулась и никого не нашла, как и не услышала шагов. Она сразу поняла, что дело — дрянь, и пришлось очень быстро возвращаться. От цветка к цветку перемещалась девочка прежде, чем нашла странный, завернутый в мелкие тонкие корни и листья холмик. Она взмахнула карандашом — и желтый цветок зашипел, закрывая свои лепестки. «Пошипи мне тут!» — подумала Яна и взмахнула карандашом еще раз. Цветок будто и не собирался отдавать свой улов, направляя поток своей пыльцы в сторону феи. Тогда она взмахнула карандашом в третий раз, вознеслась выше, и от нее волнами начал расходиться пульсирующий голубой свет. Платьице развевалось, как будто в воде, а волосы разлетелись в разные стороны. Ее глаза стали полностью голубыми, зрачок пропал и маленькие круглые шарики уставились на корневище цветка. Через несколько секунд он запищал, будто раненый зверь, уменьшился в размерах и почернел. Корни расползлись в разные стороны, открывая Яне обездвиженное тело Жени. Девушка спала и очень редко дышала. Фея закрыла глаза и опустилась. Пульсирующий свет исчез, и она снова пришла в привычную форму. Девочка взмахнула карандашом и в воздухе появилась кружка горячего кофе, будто из той самой кофейни, откуда началось это маленькое, но сложное путешествие. Она макнула зефирку поглубже в горячий напиток так, чтобы она подтаяла, а затем положила на губы Жени и стала ждать. Прошло немало минут, прежде чем девушка открыла глаза.

— Я же сказала, не подходить к этим цветам. — Сквозь зубы тихо сказала Яна.

— Я… — прохрипела Женя, — …так крепко спала.

— Да-да, очень рада за тебя. Отдохнула? Пей давай. — Кружка с кофе опустилась на то место, где раньше был цветок.

— Прости, я пыталась обойти пруд, а он был так близко и так чудесно пах персиком… — Женя ощутила, что несмотря на сон, она чувствовала себя абсолютно вымотанной. Девушка сделала несколько крупных глотков очень сладкого и еще теплого кофе.

— Когда ищешь дорогу, нельзя отвлекаться на то, что поглощает твои силы. Так ведь можно и не дойти. В жизни существует множество ловушек, которые кажутся безобидными. Ведь нет ничего плохого в том, чтобы понюхать цветок или в реальной жизни отвлечься на пустячные занятия. Другое дело, что твои силы не бесконечны. И если ты потратила их на одно, то на другое, более важное, их попросту не хватит. — Девочка тяжело вздохнула.

— Ты говоришь как мама! — Засмеялась Женя.

— Как мама или не мама, но это правда. Жизнь человека — это большая игра, где каждая мечта — это сокровище, а, чтобы достичь его, нужно идти, не оглядываясь по сторонам. Иначе не видать ни жизни, ни сокровища.

Они посидели еще немного и выдвинулись в путь. Яна помогла своей подопечной перейти барьер и подойти к концу леса. Там их снова встретил уже знакомый плетень, который разошелся по сторонам, как только Женя к нему прикоснулась. Когда девушка обернулась посмотреть на чудные цветы в последний раз, она обнаружила, что те уже перестали источать свечение. С этой стороны леса они выглядели как обычные, слегка увеличенные в размере цветы, бутоны которых немного опустились вниз. Жене удалось преодолеть и этот барьер, а значит, что теперь она могла собрать любой из цветков. Но они уже не казались такими привлекательными. Да и подходить к ним было все же страшно.

Воздух вне леса казался совсем другим: свежим, сладким и вдохновляющим. Солнце все так же оранжево-ярко спускалось на местные иллюзорные пейзажи, которые успели высохнуть от проливного дождя. Поросшая травой тропа упиралась в грушевидное озеро, посреди которого был небольшой деревянный мостик. Женина радость от выхода из леса сменилась тревогой от предвкушения следующего испытания. Но здесь не было странных жгучих светлячков, как и больших необычных цветов. Здесь было только озеро, мостик и чудесный ветер, который освежал и давал надежду на то, что скоро все это кончится. Женя и Яна подошли к мостику и прошли к середине озера. Они начали оборачиваться по сторонам, но ничего не происходило. Даже дорога на другой стороне озера выглядела вполне себе обычно. Девушка быстрым шагом направилась к другому концу мостика и со всего размаху влетела в стеклянный барьер. От удара она чуть не упала, но вовремя поймала равновесие. Все же путешественница ожидала, что тут может быть нечисто. Так оно и оказалось.

— Ты собираешься вообще выжить в своем пути? — Яна подлетела и поднялась на уровень лба Жени.

— Спрашивает существо, которое нарисовало мир, где все пытается меня убить. — Девушка терла появлявшуюся шишку.

— Я нарисовала ту часть мира, по которой мы ходим, а не ту, которая создает препятствия. Ты невнимательно меня слушала! — Воскликнула девочка, взмахнула карандашом, который мгновенно заледенел на конце, и прислонила ко лбу своей подопечной.

— Спасибо. — Женя снова огляделась по сторонам. — Ну и в чем же здесь загадка?

— Не знаю… — Грустно ответила Яна. — Давай приглядимся, может найдем чего.

Они несколько раз прошли по мосту и обратно, заглянули в каждый укромный уголок вокруг озера и даже думали нырнуть, но озеро будто не пускало в воду — по его глади можно было спокойно ходить. «Ну и чудеса», — подумала Женя. Они снова вернулись на мост, и девушка села, поджав колени. Вдруг послышался треск. Фея резко посмотрела на свою подопечную, которая старалась найти источник шума. Снова треск. И еще. И опять. Но откуда? И тут, как в замедленной съемке ненастоящего фильма, начали падать фрагменты пейзажа. Они лоскутами в разных местах срывались со своих мест и, падая, исчезая в траве. Один, второй, третий, четвертый — падало столько, что лишь успевай ловить. Женя здорово испугалась, когда лоскут упал с моста, прямо рядом с тем местом, где она сидела. Он словно перышко приземлился на гладь озера и растворился в воздухе. Когда Яна и ее подопечная обернулись, они с ужасом заметили, что в красивом пейзаже зияли серые, переливающиеся перламутром дыры. Стеклянный барьер, в который врезалась Женя немногим ранее, помутнел, и дороги сквозь него уже не было видно.

— Что же нам делать?! — Воскликнула Яна, не на шутку испугавшись.

— Вот это я у тебя хотела спросить, но ты успела первая. — Пробормотала Женя.

Девушка дотронулась к перламутровой дыре в мосту. Она была холодной и приятной на ощупь, как будто крем. На пальцах оставалась легкая серебристая вуаль, которая быстро испарялась на воздухе, а пальцы после нее остались липкими. Женя оперлась руками на мост и стала рассматривать дыры в голубом небе. «Как будто не хватает нескольких паззлов», — пронеслось у нее в голове. Она попыталась сложить получившиеся дыры в какие-то знаки, буквы или символы — но все тщетно. Это не поддавалось никакой логике. Тогда девушка встала и подошла к мутному барьеру в поисках подсказок. Она дотронулась до него рукой: он тоже не обжигал, но и не был уже таким твердым, скорее — как плотный силикон, который качался от каждого нажатия пальцами. Убрав руку, Женя заметила, что на барьере остался коричневый след. Она посмотрела на пальцы, будто измазанные в краске, потерла их, и провела рукой еще раз, оставив еще один развод на барьере. Он покачался немного, впитал краску и снова стал мутно-белым.

— Краска! Это краска! — Закричала Яна. Когда Женя обернулась, она заметила, что девочка успела измазать руки, подол платья и волосы в краски разных цветов — от голубого озерного до земельно-черного. — Наверное, тебе нужно закрасить все недостающие места!

Женя подошла к дыре в мосту, на всякий случай еще раз макнула пальцы в клейкую перламутровую дыру и дотронулась до деревянной дощечки рядом с ней. Затем она аккуратно провела пальцами сначала по контуру, а затем и в середине недостающего паззла. Он быстро затянулся и превратился в продолжение моста. Девушка резко встала и оглянулась — таких мест рядом с озером было с несколько десятков. Работы было невероятно много. Ждать было нельзя, поэтому она сразу приступила к восстановлению картины. Шаг за шагом, мазок за мазком пейзаж снова возвращал свой привычный вид. Стало понятно и то, почему в озере нельзя было искупаться — чтобы его закрашивать, нужно было по нему пройти. Девушка внимательно рассматривала каждый уголок, каждое деревце и камень, чтобы ничего не пропустить. Оставалось лишь дотянуться до кусочков в небе. Но в этом ей помогла фея, соорудившая ступеньки, которые перемещались в зависимости от того, куда художнице нужно было попасть. Женя прыгала по ним как птичка по веткам, пару раз неудачно падая. В конце концов она закончила с заполнением каждой дыры и вернулась к барьеру. Уставшая, запыхавшаяся, измазанная краской (или землей, что тоже вполне ожидаемо), она подошла к мутной стене и дотронулась до нее. Та лишь беззвучно покачалась в ответ. «Ничего не понимаю», — подумала девушка, — «Я же зарисовала все дыры». Она еще раз дотронулась до барьера, но он просто вздрогнул, впитывая в себя краску. «Все, кроме одной — самой большой», — решение задачи пришло почти мгновенно. Женя попыталась вспомнить, как выглядит та часть озера, куда они не смогли пройти и принялась рисовать. Сначала она аккуратно провела линию грушевидного озера с обоих сторон рисунка, затем дорисовала мост и спуск с него, потом гору, которая возвышалась в дали, какие-то редкие деревья и солнце, которое она уже рисовала раньше, но на листочке. Женя попросила у Яны ее листочек с рисунком, поправила недочеты в схеме пейзажа и принялась раскрашивать. Ей снова пришлось побегать вокруг, чтобы собрать все нужные цвета и прорисовать детали. Для такой большой картины ей понадобилось не раз спускаться к воде озера, зачерпывая ее кусочки в одну горсть, чтобы пальцами другой руки макать и рисовать. То же самое ей приходилось делать с землей и травой, аккуратно, шаг за шагом. После испытания с плетнем ей было страшно, что в какой-то момент картина может исчезнуть. Тем временем дрожащий барьер стойко выносил все эксперименты. Женя было хотела схитрить и закрасить небо той же краской, что и озеро, но страх выполнять все заново взял верх, и она снова запрыгала по ступенькам в поисках нужного оттенка. «Кто бы мог подумать, что я буду держать в руке небо», — девушка улыбнулась и продолжила рисовать более уверенными движениями.

Когда картина была закончена, Женя отошла назад и стала оценивать свою работу. Да, она была неидеальна и далека от картин профессиональных пейзажистов, но было видно, что к делу подошли с душой. Впервые за долгое время девушка ощутила приятную усталость от удачно завершенной задачи. Она стояла и улыбалась, разглядывая все еще качающийся от ее прикосновений барьер. Вдруг рисунок начал исчезать и погружаться в него, как будто растворяясь в странной структуре. Художница подбежала к нему и попыталась на последних секундах понять, что происходит, что же она сделала не так. Треск! Барьер разлетелся в разные стороны плотными кусками, отлетев девушке прямо в лицо и в живот так, что она согнулась.

— Точно до конца не доживешь. — Проворчала Яна, проплывая по воздуху мимо подопечной.

Женя громко выдохнула и пошла за своей проводницей. Чем ближе они двигались к горе, тем громче они слышали звук таймера. Так-так-так. Ощущение времени настигало их, от чего тревога только возрастала. Тропинка быстро уперлась в подножие большой скалы, по которой нужно было вскарабкаться. «Нужно было все-таки ходить в зал», — подумала Женя глядя на почти вертикальный путь, который ей нужно было пройти. Яна с легкостью добралась до ближайшего выступа, села на него и стала ждать свою спутницу.

— Давай только быстрее. Слышишь, как громко отсчитывает? Значит уже пора пошевелиться. — Девочка оглянулась куда-то назад, за скалу.

— Легко сказать! — Художница попыталась сделать первые шаги по скользящему камню. — Последний раз я с такой физкультурой сталкивалась в школе.

— Не трать силы на болтовню, лезь давай! — Командным тоном крикнула фея.

Женя подошла к скале поближе и попыталась зацепиться руками за маленькие щербинки внутри нее. Было безумно тяжело, она устала, а стук таймера совсем не придавал сил. Хотелось сдаться вот здесь, у самого конца. Потому что каждый человек — прежде всего человек, и он имеет право устать. И имеет право на отдых. Даже когда нужен последний рывок. После неудачной попытки залезть Женя упала, потом пошатываясь встала, оправилась и снова подошла к скале. Так-так-так. Было не разобрать, это стучит сердце или все-таки таймер. Художница залезла на маленький уступ справа от скалы, чтобы попытаться найти там возможность залезть. Затем потихоньку вскарабкалась на следующий, который оказался едва ли не с нее ростом. Так-так-так. Казалось, что звук таймер отдается вибрацией в камне. Откуда-то сверху упала ветка. Женя оглянулась и увидела, как слева вверху пространство начало медленно сужаться, поглощая иллюзорную местность. Так-так-так. Справа захрустел камень, а сзади послышался какой-то до боли знакомый высокий писк. Девушка судорожно начала искать следующую ступень, но ее рядом не было. Так-так-так.

— Яна! — Крикнула Женя. — Листок! Карандаш! Быстро! — Девочка сидела на своем выступе и нервно оглядывалась по сторонам. Она заметила все эти изменения гораздо раньше своей подопечной, но боялась сказать. Страх окутал ее, и она буквально не могла оторвать глаз от сжимающейся ловушки. «Неужели…я не успела?» — на глазах малышки проступили слезы, — «Мама, но она же ведь хорошая, давай чуть-чуть помедленнее!» — девочка посмотрела в небо, безучастно наблюдавшее за всем этим. — Яна! Листок! Карандаш! Ты что оглохла?! — В голосе Жени чувствовалось раздражение. Фея вздрогнула, посмотрела на свою подопечную сквозь полные глаза слез и взмахнула карандашом. Листочек и карандаш неаккуратно полетели в сторону ее спутницы. — Не реви, сейчас справимся! — Девушка сама не знала, откуда в ней столько оптимизма, но растерянность феи ее сбивала с толку.

Она поймала карандаш и помятый листок и быстро нарисовала очертания горы. Так-так-так. Вибрация усиливалась и приходилось постараться рисовать ровно. Вот уже появился ближайший выступ. Потом следующий, где сидела Яна (но фею Женя рисовать не стала). Дальше еще один, еще и…кажется все! Ступеньки! Художница быстро очертила короткие ступеньки по всей длине выступов до самого верха. Потом приложила листок к горе. Так-так-так. «Ну же, давай, работай!», — девушка заметно нервничала. Хруст приближался слева, кусочки скалы, на которой еще десять минут назад стояла Женя скатывались вниз. Девушка тяжело вздохнула и усилием воли перестала смотреть на рушащийся мир. Получилось! Как только первые ступеньки начали проявляться, художница побежала по ним наверх, по пути схватив Яну. Она взбиралась быстро, не оглядываясь. Фея безучастно летела за ней, наблюдая как бездна поглощает мост, который они только что буквально рисовали. Так-так-так. Вибрация уже сбивала с пути. Вершина! Осталось лишь найти таймер, но его нигде не было видно. Здесь их ждало только солнце и серая мерцающая пустота по другую сторону скалы. Но где таймер? Откуда вибрация? Так-так-так. Женя уже еле держалась на ногах. Невидимая грань начала подбираться к солнцу, откусывая его по кусочкам.

— Яна! Где таймер? Как его выключить?! — Девушка попыталась перекричать звуки невидимых часов.

— Я…я не знаю…он должен был быть здесь…Мы же…Мы не опоздали… — Фея отвечала тихо, едва сдерживая слезы.

— Но его здесь нет! Я не вижу! Ну же, не плачь, помоги мне. Мы вместе справимся. Все будет хорошо! И буду у тебя семнадцатой или восемнадцатой… — Девочка смотрела на свою подопечную и сквозь страх улыбнулась. Так-так-так. Ее трясло в воздухе.

— Его не может не быть. Это же время. Оно обязательно должно быть! — Малышка облетела вершину скалы и даже попыталась заглянуть за надвигающуюся грань, которая начала съедать и подол ее платья. Женя схватила ее за руку и выдернула от края. Так-так-так. Солнце было съедено невидимым зверем уже на треть.

— Но его нет. Времени нет! Я его не вижу, я его только чувствую и слышу. — Звук отсчета ненадолго прекратился. Но потом снова начался с той же силой.

— Стой! Как ты сказала? — Феечка подлетела настолько близко, насколько смогла. Так-так-так.

— Времени нет! — Отсчет снова замер.

— Повтори! — Яна засмеялась, как будто разгадала секрет. Женя посмотрела на нее.

— Времени не существует! — Девушка крикнула это так громко и уверенно, что казалось, это от ее крика рушится камень и трещат деревья.

Бездна продолжила поглощать мир, но уже без громкого стука. Яна и Женя смотрели друг на друга и смеялись. Они поняли секрет последнего испытания. Для мечты не существует времени. Никогда не поздно начать к ней идти, и никогда не поздно прийти к ней на встречу. Мечта всегда будет ждать, пока ты научишься принимать поражения и усердно работать, пока перестанешь обращать внимания на какие-то несущественные мелочи, пока ты не возьмешь все в свои руки, не примешь странные и необычные решения, пока ты не решишься сделать тот самый рывок. Мечта всегда будет ждать в конце твоего пути. Избитую опытом, уставшую и грустную — она всегда будет ждать. Ведь для исполнения мечты не существует времени. Есть только путь и уроки, которые нужно пройти.

Грани бездны со взрывом света поглотили скалы, странные цветы и деревья, озеро и мост, художницу и фею. Эта мечта была исполнена.

************

— Мама, а Женя семнадцатая или восемнадцатая? — Спросила маленькая девочка в грязном голубом платье.

— Восемнадцатая. — Ласково ответил голос сверху.

— И она теперь известная художница? — Радостно спросила малышка.

— Нет, — засмеялась мама, — она теперь знает, как стать художницей.

— А почему она не стала ей сразу? — Расстроенно отозвалась фея.

— Потому что мы всего лишь показали ей что нужно делать. А теперь она сама должна пройти этот путь, но в реальности. И без твоей помощи и волшебных карандашей! — Нежная рука мамы спустилась на макушку феечки.

— Я думаю, она справится. — Уверенно ответила девочка.

— Конечно! Ведь у нее была самая лучшая проводница! — Сказала мама и закрыла толстую книгу с выцветшими страницами.