Академия дьявольских искусств (АДИ)

Патрисия зло швырнула смартфон на стол, пнула острым кончиком красного сапога ножку кресла, развернулась к зеркалу лицом. В отражении увидела молодую и красивую женщину. Поправила руками шикарную пышную рыжую шевелюру на голове, улыбнулась, обнажив верхние клыки. Завалилась на диван. Расстегнула застёжку лифчика. Откинула его с груди. Провела рукой по соскам. Ах! Сладостно! Звонки этого чёрта всегда вызывают истому и страсть. Жан! Дьявол бы его побрал! Мокрые насквозь трусы! Закатив глаза, Патрисия не заметила, как сквозняк распахнул дверь в кабинет. Из груди у нее вырвался стон. Ах!

Дьяволиард лет она являлась директором Академии искусств, но всякий раз страх овладевал ею перед Министерством Дьявольских Искусств. Позвонить в Министерство? Съездить на приём к главному? Или зайти по дороге в кабинет заместителя? Для Патрисии — являлось хуже, чем аргонавтам спуститься с Луны на Землю. Хотя, были ли там последние? Доподлинно неизвестно. Она открыла глаза, приподняла голову, посмотрела в сторону двери. Тихо выругалась, поднялась на ноги, прошла по кабинету. Выглянула в коридор, опасаясь, что кто-нибудь из любопытных мог увидеть сцену её сладострастия. К счастью там никого не оказалось. Она быстро закрыла дверь, повернув замок дважды до характерного щелчка. Затем снова посмотрела в зеркало. В отражении появились молоденькие студенточки с безусыми студентами в черно–красных чопорных эротических костюмчиках. Какая милота! Патрисия прослезилась. А ведь всегда казалось, что строгую и заумную, правильную директоршу мало что уже может растрогать. Ведь любой из этих студентов в любой момент мог оказаться ещё тем сорванцом и непослушным негодником, что сместить её с директорского кресла. А это было похуже самого Министерства. Но вот кто из них?

Может вон тот юноша с чёрными волосами и со смиренно опущенными в пол глазами? Хм, робкий. Или вон тот с ясным и горящим взором, а волосы…. Чёрт! Говорили же мыть их каждый день! А этот поросёнок лубочный — ну какая мамаша, такой и сынок! А может быть она паинка–девочка, отличница, активистка, спортсменка и просто красотка? Всегда аккуратненькая цыпочка. Прям вах! Надо сказать, Академия всегда воспитывала образцовых студентов — никто после получения дипломов в грязь лицом ещё не ударил и не посрамил свою честь. Ещё ни про какого Патрисии не насплетничали ужасное. Всегда отзывались о них с теплом и радушием. Но кто же должен сменить её, когда она совсем состариться? Кто из них? Она посмотрела ещё раз в зеркало обрамлённое рамой из чёрного золота и остановила взгляд на лысом с коротким чупчиком пареньке. Он смотрел прямо перед собой. Патрисия, движением руки, увеличила отражение. Приблизила паренька к себе. Его зелёные соблазнительные глаза усмехались, как бы бросая ей вызов. Ей — Патрисии — директорше — вызов! Она опустила взгляд на его губы — да, такой чёрт только и будет ублажать и выполнять прихоти с приказами одной женщины — дьяволицы. Откуда он здесь?

За окном в этот миг что-то взорвалось, кто-то вскрикнул от восторга, затем громко заржал. Патрисия резко отдернула руку от зеркала и отражение вернулось на место. Она развернулась на шпильках и шагнула к окну. В зеркале отражалась её ровная, загорелая спина с выпирающими лопатками и тоненькой полосочкой от трусов на бёдрах. Ах, фейерверк! Эх, подростки…. Хотя, стоп! Почему это они подростки, если многим уже по две сотни лет? А? Она посмотрела на яркое зрелище, усмехнулась, развернулась от окна, прошла к двери, открыла, ведь ей ещё нужно дать ценные указания секретарю и завхозу. Министерство с проверкой может нагрянуть в любую минуту. И хотя, Патрисия знала, чем их возьмёт, а вернее как, но медлить нельзя было всё равно.

А где-то там за пределами Дьявольской сферы разгорался пожар.

Секретарь и просто местная красотка Вианн Ру бодро шла домой, цокая каблучками. На педсовете она испытала стыд и массу других эмоций за невоспитанность сына Мишеля. Начиналось всё с воровства журнала из учительской и кончалось поцелуем девушки в аудитории на полу. За последним действом и застала классный руководитель. Чёрт бы с журналом! Впредь преподаватели будут аккуратными и не забывать замыкать на ключ дверь в кабинете. А вот то, что мамаша девушки орала во всю глотку, что посадить за решётку Мишеля. Она с язвительной ухмылкой на лице продефилировала мимо Вианн и, остановившись с мадам из полицейской защиты прав женщин, мило улыбнулась и стала вести беседу. Ведь сынуля умудрился не только поцеловать девушку, но и проворно содрал с той трусики.

— Мама! — Мишель с красным лицом, подбоченясь. — Арманда Роше ужасная врушка! Ты же видела её? Она и эта преподша всё сочинили сами! И мамаша с папашей ещё те сволочи! Мам, а знаешь, вообще Арманда мне нравится! Ей мало трусы стащить в аудитории, надо всю раздеть и сказать, что так и было!

Вианн имела все представления о семье Арманды. Она даже предполагала, что это заговор против Мишеля. Да и рассказы сына, ей казались куда убедительнее. Но ведь Мишелю угрожала тюрьма. Сначала судебное разбирательство. Тяжба с законом. А этот дорогой адвокат — их семье выльется в копеечку! Но это было ещё не самое худшее из всех зол. Худшим злом оказывалось — разъяснения всех ситуаций с мужем — отцом Мишеля. Гийом, хоть и свыкался с этим миром, а всё равно про очень многие вещи рассуждал по древнему.

Вечером после ужина Вианн с Гийомом сидели на кухне, пили чай и тихо обсуждали семейные обстоятельства. Мишель, обычно не присутствовал при разговоре родителей, уходил к себе, хоть и являлся в основном объектом таких посиделок. Но самая прелесть состояла в том, что его всегда потом осуждали и бранили. Будто Вианн и Гийом нашли себе козлёнка отпущения. Мишель после этого всегда запирался у себя в комнате, садился за компьютер, смотрел то длинные фильмы про любовь, то короткие видосы с юмором. А порой бывало брал в руки с полки книгу и читал. Читал. Много и жадно. Всё время книги и интернет являлись для него отдушиной.

Так было и в этот вечер, после брани и осуждения Мишель удалился к себе в комнату, взял в руки книгу, плюхнулся на диван, открыл посередине и начал читать вслух:

— Прошла моя жизнь под сенью дубов и лип. Я стал дьяволом….

— Ну и какой из тебя дьявол? Ааапхчи! — чихнул кто-то за спинкой дивана, да так громко, что Мишель подскочил с дивана, быстро отложил книгу на тумбочку, заглянул за диван. — Чертовщине ты явно сможешь научиться или магией обольщения, — продолжало раздаваться эхо, — а ведь было бы неплохо и умишком обзавестись!

— Эй, ты, чучело! Где ты? — Мишель опустился на пол, встал на четвереньки и заглянул под диван.

— Мы–то? — прохладный ветер потрепал Мишеля по волосам. — Мы — антропоморфные стрекозы. Жжжжж! Открой балконную дверь, впусти нас к себе, юноша с горящими глазами, а мы тебе всё расскажем и поможем.

Загрохотало. Засвистело. Мишель на четвереньках, стараясь не шуршать ковриком на полу, подполз к балконной двери, всё ещё решал в уме, что будет с ними делать и как объяснять родителям появления нежданных гостей. Но когда он выглянул в окно, то очень удивился. За стеклом парили в воздухе две странные и страшные девушки с огромными широкорасставлеными глазами, на головах тёмно-синие крылья, сами одеты в длинные красные платья. Они смотрели на него, словно изучали и умоляли его. Юношеский пофигизм, а самое главное — любопытство, вскоре победили. Мишель открыл дверь. Стрекозы влетели. Сделали несколько витков над его головой, затем пролетели по комнате, заглянули во все щели и углы, ящики и шкаф, под диван. Схватили на тумбочке книгу в лапы, посмотрели, прочитав название, открыли там, где лежала закладка.

— Эй, вы, как вас там? — с чудовищным чувством для себя Мишель обнаружил, что хочет изъясниться с….. инопланетянками. — Вы зачем завалились?

Стрекозы положили книгу обратно на тумбочку, затем многозначительно указали лапами на пол, где на коврике возле дивана валялся красный круг. Мишель опустил голову, наклонился, поднял, развернул и стал читать вслух:

— Прошение. Просим вас Мишель Ру прибыть на экзамены и дальнейшее обучение в магическое высшее учебное заведение для прекрасных девушек и юношей, АДИ. Ожидаем вас двадцать пятого января в 00.00 часов. Глава: Патрисия. Подпись. Хм, чудная подпись у вашего главы. Кринжовая. Ну да ладно, что будет, если я просто не являюсь? — с ухмылкой поинтересовался он.

— То есть как это ты не явишься? — захлопали длинными ресницами стрекозы.

— Ну вот так! Сейчас вот сяду на диван и буду читать дальше книгу!

— Нууу тебе как минимум тут грозит тюрьма, — начали издалека стрекозы, — а как максимум….

— Так ладно, ладно! Куда ехать–то и как?

— Ну вот и славный юноша! А теперь несколько правил и установок:

По прибытию в АДИ ты первым делом обязан будешь раздеться. Тебя осмотрят, просканируют. Если директор будет о чём-то спрашивать — отвечай ровно, без запинок. Ну что всё понял? Полетели?

— А как же тяжба с законом?

— Патрисия все проблемы и вопросы связанные с этой жизнью уладить! — Они подлетели к нему с двух сторон, подхватили его под руки, подняли под потолок.

— В неведомый край за счастьем летим!

С того вечера последнее, что Мишель помнил: открытая дверь в комнату, маму в пижаме, трескучий мороз.