Академия Элизиум

— Всё будет хорошо… — прошептала она. — Я справлюсь. Это пройдёт. Всё будет хорошо.

Слова звучали фальшиво, как плохо выученная роль. Она сидела на закрытой крышке унитаза в школьном туалете, обняв колени, и смотрела на собственные туфли. На них была грязь из коридора. Чужая. Как и всё в этом месте. За дверью послышались шаги.

— Она сюда зашла, — сказал чей-то голос.

— Конечно зашла. Куда ещё таким, как она?

Смех. Приглушённый, но слишком близкий. Она затаила дыхание.

— Смотрите, дверь ещё закрыта, — протянула Кэти. — Наша красавица прячется.

— Оставьте меня… — вырвалось у неё, и в ту же секунду она пожалела, что сказала это вслух.

— Ой, она с нами разговаривает, — хмыкнула Мария. — Какая честь.

— Подожди, — сказала Кэти. — У меня для неё кое-что есть.

Над кабинкой что-то зашуршало. Она успела только поднять глаза — и ледяная вода обрушилась на неё сверху.

— А-а-а!

Холод ударил в голову, потёк по волосам, по лицу, под одежду. Кардиган моментально стал тяжёлым. Юбка прилипла к ногам. Она вскочила, задыхаясь, и дверь кабинки распахнулась. Перед ней стояли три девушки. Сухие. Аккуратные. Улыбающиеся.

— Ой, — сказала Кэти, — мы случайно. Тебе же жарко, правда?

Смех разлился по кафелю. Она повернулась к зеркалу. Оттуда на неё смотрела высокая, мокрая девушка с розовыми прядями, прилипшими к щекам, и странными глазами — один зелёный, другой с красным отблеском. Красивое лицо было искажено слезами и унижением. Она выглядела как кто-то другой. Но внутри чувствовала себя ничем.

— Хватит, Кэти, — спокойно сказала Эйла. — Нам пора.

— Да ладно, — отмахнулась та. — Не ной,Эйла . Ты же знаешь, ей всё равно никто не поможет.

Кэти шагнула ближе и резко дёрнула её за волосы.

— Сиротская жирафа с глазами зомби… — прошипела она. — Ты вообще видела себя?

Удар плечом в дверь. Смех. Гул в ушах. Она закрыла лицо руками, и в этот момент внутри неё что-то сломалось окончательно. Не громко. Тихо. Как ломается последняя надежда. Кэти не отпускала её волосы. Её пальцы всё ещё были сжаты в тёмных прядях, удерживая голову так, чтобы она не могла отвернуться. Слёзы текли по лицу, но она не опускала глаз. Зелёный и красный смотрели прямо перед собой — два цвета, которые в этом мире называли ведьменскими.

— Фу… — скривилась Кэти. — Посмотрите на её глаза.

— Как у проклятой, — пробормотала Мария. — Моя бабушка говорила, что с такими рождаются только… неправильные.

Кэти дёрнула её сильнее.

— Ты думаешь, если будешь смотреть вот так, кто-то испугается? — усмехнулась она. — Или пожалеет?

Тишина.

— Ты знаешь, что о тебе говорят? — продолжила Кэти. — Что ты притягиваешь беды. Что рядом с тобой всем становится плохо. Что ты… ведьма.

Слово упало тяжело.

— И ещё ты слишком высокая, — добавила Мария. — Слишком странная. Слишком не такая, как надо.

Кэти наклонилась к её лицу.

— Сирота с ведьминскими глазами, — прошипела она. — Никто за тебя не вступится. Никто не будет тебя искать. Ты здесь — просто ошибка.

Слёзы капали на пол, но она стояла прямо. Мокрая. Дрожащая. И абсолютно одна.

— Ты не принадлежишь этому месту, — сказала Мария. — И никогда не будешь.

Кэти усмехнулась.

— Но, к сожалению, ты здесь застряла.

Кэти всё ещё держала её за волосы, но когда в коридоре раздался звонок.

— Всё, хватит, девочки, — устало сказала Эйла. — Нам пора в кабинет биологии. Эта биологичка сейчас опять начнёт читать нотации и чавкать на весь класс.

— Жаль, — усмехнулась Кэти.

Она резко толкнула Селену вниз, так что та едва не села прямо на холодный кафель.

— Тебе сегодня повезло, ведьма, — прошептала она. — В другой раз мы закончим.

Смех, шаги — и они ушли. Тишина накрыла туалет, будто кто-то накрыл его стеклянным колпаком. Селена не сразу поднялась. Только когда убедилась, что их больше нет, она медленно подошла к зеркалу. Оттуда на неё смотрела высокая девушка с мокрыми волосами и ведьминскими глазами — зелёным и красным. В этом мире такие глаза считались знаком проклятия.

— Такой ведьме, как я… не суждено жить, — прошептала она.

Слёзы снова покатились по щекам. Она вышла в коридор. Люди расступались, шептались, смеялись, кто-то демонстративно отводил взгляд, будто она была чем-то заразным.

— Смотрите, это она…

— Та самая…

— С ведьминскими глазами…

Каждое слово било. Когда Селена вошла в класс, разговоры смолкли. Учительница подняла голову от журнала.

— Опоздала, — холодно сказала она. — И выглядишь, мягко говоря, неподобающе. Немедленно приведи родителей. Мы будем разбираться.

В классе кто-то усмехнулся.

— Учительница… — раздался чей-то голос. — У неё нет родителей. Она сирота.

Тишина стала острее, чем нож. Селена не выдержала. Слёзы сорвались снова. Она развернулась и выбежала из класса, не слыша криков учительницы. Лестницы, коридоры, двери — всё слилось в одно, пока она не оказалась там, где всегда было пусто. Селена выбежала на крышу и захлопнула за собой дверь. Ветер сразу ударил в лицо, сорвал слёзы с ресниц. Солнце уже клонилось к закату. Небо было окрашено в огонь и золото, а город внизу казался далёким и нереальным.

Она подошла к краю и разрыдалась.

— Я просто… — выдохнула она сквозь слёзы. — Я просто хочу, чтобы всё закончилось…

Она закрыла глаза.

— Ты сейчас прыгнешь? Тогда выбери место получше.

Голос прозвучал совсем рядом. Селена вздрогнула и обернулась.

— А-а-а!

У перил стоял парень — старшеклассник, с тёмными волосами и спокойным, почти равнодушным взглядом.

— Ты… ты что здесь делаешь?!

— Тише, ты сейчас привлечёшь охрану. И еще здесь прыгать глупо, — сказал он. — Если хочешь исчезнуть, иди к морю. Утонуть… красивее. К тому же сюда потом не будут пускать, если кто-то разобьётся.

— Конченный что-ле, я умру здесь! — выкрикнула она. — Это моё место!

— Было, — ответил он. — Но если ты умрешь, то проблемы получу я. Так как по камерам здесь вместе с тобой был я.

Она смотрела на него, не понимая.

— Как… как тебя зовут?

— Итоши Рэйн. Параллельный класс.

— Я…

Она тяжело дышала, прижимая руки к груди.

— Я… я просто…

— Я знаю твое имя , — перебил он. — Все знают.

Она замерла.

— Ведьминские глаза, — продолжил он. — Сирота. Девочка, которую ненавидят.

Слова упали, как камни.

— Не говори со мной так, — прошептала она. — Пожалуйста…

— Всё, больше не могу. Не говори со мной вот так... Аж жалость берет, глядя на тебя, — холодно сказал он. — Ты ведь всё равно одна, — продолжил он. — Без семьи. Без друзей. Ты исчезнешь — и никто не заметит.

Она молчала.

— Тебя всё равно не будут искать, — продолжил он. — Но место испортишь. Так что, выбери место, где от тебя не останется следов. Море под мостом. Там всё исчезает быстро. И найдут тебя не скоро, время будет умереть.

Слёзы потекли снова.

— Даже здесь… — прошептала Селена. — Даже здесь мне нельзя…

Он не ответил. Она развернулась и побежала к двери.

— Да пошёл ты! — выкрикнула Селена.

— Я-то пойду, — лениво ответил он. — А тебе… хорошего плавания, любимица школы.

Дверь захлопнулась за её спиной. Она шла, не разбирая дороги. Город расплывался в огнях. Люди проходили мимо, смеялись, разговаривали, жили — так, будто она уже не существовала.

«Так будет лучше», — повторяла она в голове. «Для всех».

Когда она дошла до моря, солнце уже тонуло за горизонтом. Небо было окрашено в тёмно-золотой и алый, будто кто-то пролил кровь на облака. Волны тихо перекатывались, словно дышали. Длинный мост уходил в воду, теряясь в тумане. Селена подошла к перилам. Внизу была темнота. Глубокая. Холодная. Обещающая тишину.

— Всё закончится… — прошептала она. — Наконец…

Она сделала шаг вперёд. И тогда море вздрогнуло. Не как обычно — не ветром, не волнами. Словно что-то в нём проснулось.

— Не делай этого.

Голос был не в ушах. Он был внутри. Селена вскрикнула и все так же стояла у края, дрожа от холода и слёз, когда ей показалось, что вода… смотрит на неё.

— Кто… кто здесь?..

— Я схожу с ума… — прошептала она. — Теперь уже точно…

Море тихо вздохнуло.

— Дитя моё.

Голос прозвучал внутри её головы, мягкий и глубокий, как сама бездна. Селена вскрикнула и отступила.

— Нет… нет, этого не может быть… это просто… галлюцинация…

Волны под мостом начали светиться слабым голубым светом. Из воды медленно поднялся силуэт — не сразу, словно реальность не хотела его впускать. Высокий. Сотканный из воды и сияния. С длинными, светящимися, как морские водоросли, отростками вокруг головы.

— Не бойся, — сказал он. — Я — Игниль. Дух моря и хранитель глубин.

— Ты… ты не настоящий… — прошептала Селена, закрывая глаза. — Просто… просто не настоящий…

— Не веришь? Оглянись вокруг

Когда она посмотрела на воду, вода под мостом изменилась. Внутри неё двигались тени. Десятки. Сотни. Дельфины, киты, огромные и малые существа кружили вокруг неё, словно живая корона из глубины. Их тела светились мягким светом, как звёзды, утонувшие в море. Селена ахнула. Она зажмурилась. Снова открыла глаза. Они всё ещё были там.

— Это… это правда… — прошептала она.

— Да, — сказал Игниль. — И ты ещё не должна умирать. Твоё время не пришло. В твоей судьбе уготовлено иное.

— Но все говорят то,что я ведьма. Я должна умереть, возможно ты лишь сон

— Ты не ведьма, ты более могущественная чем о тебе говорят. Ты была просто не в то время, не в том месте. Из-за этого последние годы ты страдала. Извини, что я об этом узнал только недавно… Но если ты не умрешь и поедешь туда, куда я тебе скажу. Ты узнаешь дитя мое, кто ты на самом деле, — сказал Игниль. — Если же прыгнешь сейчас… не узнаешь правды своей, дочь Атласа…

— Подожди… Дочь Атласа? Ты знаешь о моих родителях?? Пожалуйста скажи о них по больше, прошу…

Вода рядом поднялась — и из неё вынырнул дельфин, сияющий, словно сотканный из лунного света.

— Сядь на него, — произнёс Игниль. — Он отведёт тебя туда, где тебя ждёт один из моих давних знакомых. Он объяснит тебе больше, чем я могу сейчас.

Селена шагнула ближе к дельфину и хотела спросить духа моря,но вспомнила слова того старшеклассника из крыши:

—Ты ведь всё равно одна. Без семьи. Без друзей. Ты исчезнешь — и никто не заметит, — еще раз повторяя эти сказанные слова, Селене сказала духу моря. — Хорошо, я доверюсь тебе.

—Пусть будет так, как ты скажешь,— ответил Игниль

Селена медленно села на спину дельфина и почувствовала, как тёплый свет касается её кожи. В один миг холод исчез. Мокрая одежда стала сухой. Волосы — чистыми и мягкими, словно она только что вышла из барбершопа.

— Ты не должна приходить туда грязной, — сказал Игниль.

Море раздвинулось перед ними, открывая путь. А позади остался мост.Город. И жизнь, которая хотела, чтобы она исчезла.