Акакий, дачный домовой

— Ну наконец-то гости пожаловали!.. — радостно-ворчливо пробормотал себе под нос Акакий, заслышав звук ключа, проворачивающегося в замке надёжной железной двери.

Он поспешил укрыться в тёмном углу под лестницей в прихожей — самом подходящем для встречи гостей месте.

— …Така теплынь уж третью неделю стоит, все грядки того и гляди сорняками пойдут, теплица до сих пор не подготовлена, поляна от листа с осени не убрана, и где ж вас только носило... —по-стариковски скрипуче ворчал он себе под нос, внимательно поглядывая на заносимые в дом сумки.

Безошибочно определив, что вещей привезено как минимум на неделю, домовой довольно хмыкнул. Слегка косолапя и прихрамывая, Акакий поковылял вверх по лестнице, — наблюдать за раскладывающимися в комнатах на втором этаже вновь прибывшими.

Вообще-то, это были никакие не гости, а хозяева его дома. «Но, ежели начистоту, — то и дело рассуждал про себя Акакий, — какие ж они хозяева, если их житья здесь наберётся, Велес не даст соврать, три-четыре седмицы в году?» — и по праву считал себя полновластным владельцем всего садового хозяйства в десять соток.

Конечно, подворье было не то чтобы очень —со старыми деревенскими не сравнить! Ему оставалось только вздыхать по временам с добротными избами, непременно большим огородом, полем картошки, двумя-тремя теплицами и обязательным хлевом с курами, гусями, кроликами, свиньями, и, естественно, коровой. Но это всё ж таки лучше, чем городские «хоромы», как едко отзывался о них его сосед — такой же, как и он, «счастливый» обладатель жилья на свежем воздухе рядом с бором.

И в данный момент Акакий действительно был почти счастлив. Этого дня он ждал уже больше месяца. Домовой давно выучил все повадки жильцов и прекрасно знал: как только земля начнёт подсыхать после таяния снега, «городские» обязательно потянутся на дачи. А значит, и «его» тоже начнут наведываться почаще. Не за горами время, когда старшие приедут на неделю другую, а там, глядишь, и любимых им внучек-проказниц привезут.

Он споро, насколько позволяла больная нога, прошмыгнул в уже обжитой им угол-чулан под лестницей на втором этаже. Удовлетворённо вздохнув, привычно устроился среди нагромождённых друг на друга мешков с различными вещами. Те были привезены хозяевами на дачу в разное время за ненадобностью и теперь терпеливо ожидали, когда же у владельцев, наконец, дойдут руки их разобрать. Ждать, судя по всему, предстояло долго. Зато на них было удобно сидеть, а тюлевая занавеска, огораживающая угол, делала обиталище Акакия почти уютным.

С прищуром поглядывая на снующих туда-сюда в хлопотах прибытия домочадцев, Акакий помимо воли расплывался в довольной улыбке. В радужке его добрых янтарных глаз, лучащихся сетью глубоких морщин, заиграли искорки, а в голове сами собой начали всплывать воспоминания их знакомства.