Алёна Ведьма 3. Мёртвая слобода. - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Сергей Белый (самиздат)

Алёна проснулась с улыбкой. Потянулась — до сладкой ломоты в мышцах. Замерла. Прислушалась.

Тишина. Только часы тикают на кухне.

Приподнялась на локтях, оглядела комнату.

— Так…

Сползла с дивана, одёрнула футболку. Подошла к зеркалу, поправила волосы. Вгляделась в лицо. Морщинка у глаза — на месте. Вздохнула.

На цыпочках прошла к стене, выглянула из-за угла на кухню.

— Тааак…

Вернулась, проверила ручку двери в ванную. Открыто. Встала посреди комнаты, сложила руки на груди. Внутри закипало.

— Таааак… — Громко, в пустоту. — Я не поняла!

Щёлкнул замок. Входная дверь почти бесшумно отворилась. Шорох куртки, шуршание пакета.

Алёна шагнула в прихожую. Ещё шаг.

— И что это тут происходит?!

— Доброе утро, Алён… — Иван замер с пакетом в руке, виновато улыбнулся, переступил с ноги на ногу, как нашкодивший мальчишка. — А ты чего не спишь? Я тут… в магазин сходил. Кофе хотел тебе сварить. А у тебя ничего нет. Ну вот я и…

— Ну да, ну да… — Алёна прищурилась, упёрла руки в бока. — Ты бы хоть записку оставил. А то я тебя мысленно уже… — повела бровью. — Лучше тебе не знать, что я с тобой сделала!

— Ну всё же хорошо. — Иван скинул ботинки, повесил куртку на крючок, шагнул к ней. — Я же вернулся.
— Ещё бы ты не вернулся!

Он обнял её — и Алёна вздрогнула, дёрнулась, вскрикнула, отпрыгнула назад, едва не врезавшись в вешалку.

— А… что такое?!

— Вот болван, — звонко рассмеялась, на цыпочках подбежала, чмокнула его в щёку и обратно к дивану. Плюхнулась, зарылась в одеяло, накрылась с головой. — Ты же холодный! Иди… грейся. Вари кофе, начнём идеальное утро с самого начала!

— Алён… — Иван почесал затылок, глядя на одеяльный холмик. — Заканчивай, а? А то я уже испугался… Я так поседею с тобой.

Из-под одеяла высунулся нос:

— Ничего страшного, я травки знаю, сделаем тебе волосы хоть зелёными.

— Не надо зелёными.

— Вот и не вредничай. — натянула одеяло до подбородка, хитро прищурилась. — Это моя прерогатива. Я девушка — мне можно. Особенно после вчерашнего.

— Что вчера-то?

— Ты мне четыре раза на ногу наступил!

— Так я извинился уже раз двадцать! — Иван развёл руками.

— Всего девять вообще-то…

— Ты считаешь?

— А то! — улыбнулась, нырнула под одеяло с головой. Оттуда донеслось приглушённо: — Я жду!

Через пару минут под одеялом стало жарко. Она высунула голову, как хорёк из норы, прислушалась. На кухне гремели кружки, позвякивали ложки.

Шаги приблизились. Быстро отвернулась к стене., под одеяло, прикрыла глаза, задышала ровно.

— Алёна, вставай. Я принёс.

Она терпела под одеялом, скрежеща зубами.

— Алён, ты не успела уснуть. — Иван переступил с ноги на ногу. — Куда чашку поставить?

Алёна, уже откровенно злясь, высунула из-под одеяла руку и показала кулак. Спрятала обратно.

— Ааа… — Иван вздохнул, помолчал, потом заговорил, с расстановкой: — Алёна, милая моя, дорогая, самая красивая… ааа… солнышко. Просыпайся. Я кофе тебе в постель принёс.

Алёна показалась из-под одеяла, щурясь от солнца, пробивавшегося в окно. Потянулась — медленно, с удовольствием, чувствуя, как улыбка сама расползается по лицу. Втянула носом аромат кофе. Зевнула, прикрыв рот ладонью. Взяла чашку, сделала маленький глоток.

— Ммм… — прикрыла глаза, откинулась на подушку. — Прекрасное утро с самым прекрасным мужчиной. — Глотнула ещё. — Спасибо, дорогой. Ты у меня самый лучший!

Алёна уселась, поджав ноги под себя, и с улыбкой поглядывала на ошарашенного парня. Тот вышел из ступора, сел рядом, потёр лоб.

— Ну ты конечно… — Он мотнул головой. — Слов нет.

Алёна посмотрела на него исподлобья, состроила грозное лицо:

— Надеюсь, это комплимент, дорогой?

— Конечно… дорогая. — Иван поднял ладони, сдаваясь. — Разве может быть иначе.

— Вот и хорошо. — Алёна кивнула, довольно улыбнулась. — А то будешь всю жизнь на полу спать!

— Да пооонял я…

В прихожей зазвонил телефон.

Иван вскочил, метнулся к куртке, выхватил трубку из внутреннего кармана. Выпрямился, откашлялся.

— Слушаю. — Пауза. — Да, спасибо. И Вас с наступившим. — Он покосился на Алёну. — Да, на больничном. Нормально чувствую. Нет, не пил, болею же. В общем, нормально. — Снова пауза — длиннее. — Товарищ капитан, больничный же! Да понял. Да… сделаю.

Убрал телефон, глянул на Алёну виновато:

— На работу вызвали.

— Эх… — Алёна вздохнула, отставила чашку. — Всю романтику мне испортили!

Встала — лицо сразу стало серьёзным, игривость ушла. Допила кофе одним глотком и направилась на кухню.

— Ты сиди пока. Завтрак приготовлю и поедем.

— В смысле поедем? — Иван шагнул следом, замер в дверях кухни.

— Ну… — открыла холодильник, достала яйца, поставила сковороду на плиту. Чиркнула спичкой — огонёк лизнул конфорку, вспыхнул ровным голубым. — На работу же. Сам вчера звал. Тебе же по тому делу, где дом начальника вашего… — Она запнулась. — Отдела?

— Ну да… — Иван прислонился к косяку. — А как догадалась?

— Много ума не надо. — Алёна плеснула масла на сковороду. Оно зашипело, забрызгалось. — Ты сам вчера говорил. А по какому ещё поводу с больничного вызовут? Тебя же, наверное, сняли со всех дел, чтобы именно этим заниматься.

— Ну да…

— Ну вот!

Алёна разбила яйца — одно, второе, третье. Заглянула в холодильник. Последние сосиски покрылись тёмной коркой — выкинула в мусорку. Хлеб превратился в камень, снизу покрылся плесенью — туда же.

— Вань. — Она крикнула, не оборачиваясь. — кушать!

Иван сел за стол, уставился на тарелку с яичницей. Заулыбался.

— Спасибо.

— Кушай на здоровье, дорогой. — Алёна подошла сзади, погладила его по голове, наклонилась, чмокнула в макушку. — Сейчас чай ещё сделаю.

Через минуту поставила перед ним кружку — ароматный пар поднимался над отваром из имбиря, липы и шиповника.

— Это чтобы не болеть!

— А поколдовать? — Иван прищурился, глядя на неё снизу вверх.

— Что?

— Ну… — Он замялся, постучал пальцем по кружке. — Как вы там делаете… чтобы эффект лучше был?

Алёна пристально посмотрела на него, коснулась ладонью лба. Наклонилась ближе, заглянула в глаза в упор. Он отодвинулся, упёрся спиной в спинку стула.

— А тебе что, дорогой, фигово?!

— Нет… — Иван мотнул головой. — Спасибо, дорогая.

— Вот и хорошо.

Алёна взяла свою кружку и пошла в зал, тихонько посмеиваясь.

Пока пила чай и переодевалась, услышала, как на кухне включилась вода. Отметила про себя — Иван помыл за собой тарелку. Плюсик.

Когда он вышел из кухни, Алёна уже стояла в прихожей одетая.

— Ну что, поехали?

— Да, спасибо. — Иван натягивал куртку. — Сейчас. Такси только закажу.

— Точно… — Алёна хлопнула себя по лбу. — Забыла!

От Антонины они уехали в два ночи на такси. Машины нет.

Ждать решили на улице.

Солнце слепило, снег искрился, минус десять — щипало щёки. Пустые первоянварские улицы. И двойные тарифы.

Приехал за ними белый китайский кроссовер. Иван открыл ей дверь, придержал, пока она усаживалась. Обошёл машину и сел сам.

Доехали быстро. Машин на дорогах почти не было — город ещё спал. Только редкие прохожие в ярких куртках да голуби на остановках.

У чайной лавки с табличкой «ЗАКРЫТО» пересели в «Форд». Холодный салон, замёрзшие стёкла. Иван завёл двигатель, включил печку на полную, подождал пару минут и тронулся.

— А куда мы едем, кстати? — Алёна повернулась к нему, ёрзая на сиденье.

— Заволенье. — Иван глянул в зеркало заднего вида, перестроился. — Это Орехово-Зуевский район. Не очень далеко. Часа за полтора доедем.

— Всё равно не знаю, где это. — Алёна откинулась на спинку, — Поехали, Ватсон!

— Почему это я Ватсон?

— Ну. — Она развела руками. — Я Шерлок Холмс, а ты мой верный спутник. Да ведь?

Иван покосился на неё, уголки губ дрогнули:

— Да, дорогая.

Алёна потёрла ладони, довольно улыбаясь. Подалась к нему, погладила по щеке.

— Какой ты у меня милый, я прям не могу! — Голос её звенел весельем. — Так, рассказывай, что там происходит?

— Ну что происходит. — Иван пожал плечами, не отрывая взгляда от дороги. — Сейчас основная версия — что кто-то из конкурентов подставляет подрядчика. Портят оборудование, технику, инвентарь, поджоги устраивают. — вздохнул. — Но и проверки проводили уже, и охрану меняли несколько раз, а подставы как продолжались, так и продолжаются.

— Так. — Алёна нахмурилась, забарабанила пальцами по колену. — Логично. Вполне себе рабочая версия. И как успехи?

— Да никак! — Иван мотнул головой. — Не считая четырёх смертей за почти год. Ну, травмы… всякое случается. А так — то алкаша забрали, то подрался кто-то, то циркулярку украли. Дурдом какой-то, если честно.

— А зачем тогда оперативные сотрудники там?

— Да кто их знает. — Иван развёл рукой, второй сжимая руль. — У них же свой отдел работает. А мы так… присматриваем. Говорил же: шеф там участок купил и дом, который сначала надо построить. А стройка тормозит.

— Ладно. — Алёна постучала пальцем по подбородку. — Давай подумаем. Если кто-то долгое время творит беспорядки незамеченным, значит, он там работает. Да?

— Да, Алён. — Иван кивнул. — Только там строится большой коттеджный посёлок. На части территории больше двадцати уже в базовой стадии. Часть посёлка готовится под постройку и инфраструктуру. А в общей сложности почти восемь гектаров земли. Правда, большая часть — зелёная зона. Там речка неподалёку, лес.

— Да уж… — Алёна представила, сколько придётся ходить по этой стройке, и поёжилась. — А людей сколько работает?

— Официально двадцать. — Иван загнул палец. — А на самом деле больше восьмидесяти. И это нам повезло — зима.

— И как искать будем?

— Да никак. — Иван усмехнулся. — Приедем, узнаем, что случилось, опросим кого-нибудь. Соколов, видно, после праздника не в состоянии объяснить. Или сам не понял. «Езжай — и всё!»

— Так… — А материалы дела есть?

— Ну, дела как такового у меня нет, а вся информация на заднем сиденье.

Алёна перегнулась, взяла увесистую папку — килограмма на два, не меньше. Присвистнула.

— Да уж… бумажной волокиты у вас конечно…

— А то. — Иван покосился на неё. — Я же говорю: несчастные случаи, кражи. Всё записать, взять показания.

Открыла папку, начала листать, вполглаза поглядывая в окно, и утонула в этом море информации. Протоколы, объяснительные, схемы, фотографии — стопка сантиметров пять толщиной.

— Приехали.

Алёна подняла глаза. Белый снег заканчивался у шлагбаума, рядом с металлической бытовкой, обшитой профлистом. А за шлагбаумом начиналась стройка.

Грязь. Перемешанная с солью и щебнем, разъезженная колёсами самосвалов, она тянулась вглубь, к серым коробкам недостроенных домов.

Иван остановился у шлагбаума, опустил стекло. Холодный воздух тут же ворвался в салон.

Из бытовки вышел мужик — лысый, толстый, в серой камуфлированной куртке нараспашку. Подошёл к машине, нагнулся, просунул руку в окно. Иван пожал.

— Что у вас опять стряслось?

— Да что… — Мужик махнул рукой, зевнул. — Нажрались, походу.

Из-за бытовки вышел петух. Важный, перья переливаются на солнце, закудахтал, потоптался на снегу. Охранник обернулся, заулыбался.

— О! Друг пришёл! — Он засмеялся, полез в карман, достал кусок хлеба, бросил.

Петух склонил голову набок, посмотрел на хлеб, клюнул. Попробовал, схватил корку и важно удалился обратно за бытовку.

— Наверное, из деревни пришёл, — охранник проводил его взглядом, довольно улыбаясь. — Вот, подкармливаем. — снова засмеялся, качнул головой. — Его поймать пытались сколько раз — бесполезно. Умора, как за ним мужики носились!

— Это, конечно, интересно. — Иван постучал пальцем по рулю. — Но что случилось-то?

— А… — Охранник хлопнул себя по лбу. — Точно. Один в колодец упал. Ну, ваши там уже… — Он зябко повёл плечами. — Пойду я, а то холодно.

— Давай. Спасибо.

Охранник подошёл к шлагбауму, поднял, пропуская машину.

Алёна осматривалась по сторонам. По обеим сторонам дороги тянулись большие двухэтажные дома. В большинстве уже вставили окна и двери. Где-то не спеша проходили люди в синих и зелёных зимних робах.

Поворот. Справа, у строящегося дома, разгружался «КамАЗ». Жёлтый кран медленно поднимал поддон с кирпичами, переносил через забор, опускал на участок.

Иван начал объезжать грузовик.

И в этот момент раздался звук — звонкий, как лопнувшая струна, усиленный в десятки раз. А следом — свист разрезаемого воздуха.

Хриплый крик.

И куча кирпичей обрушилась на машину.

Первый удар пришёлся по крыше — железо прогнулось с тоскливым стоном. Второй — по капоту. Лобовое стекло с первым же белым кирпичом пошло множеством трещин и прогнулось внутрь салона.

Алёна дёрнулась. Вскрикнула.

Иван рванул к ней, повернулся, навалился сверху, откинул спинку сиденья назад. Они провалились вниз. Грудь спёрло под его весом.

Сверху долбило. Кирпичи вбивали крышу всё ниже, ниже. Стекло не выдержало — провалилось. Холодный воздух вместе с осколками и кирпичной крошкой рванул в салон.

А потом всё кончилось.

Так же внезапно, как началось.

Только крики людей за окном — приближающиеся, встревоженные.

Алёна пошевелила рукой — пальцы слушались, царапали обивку сиденья. Вроде цела. Во рту хрустел песок.

— Алён… — Голос Ивана прозвучал сдавленно, из темноты, отдаваясь вибрацией в её затылке. — Ты как?

Она выдохнула — шумно, судорожно:

— Да вроде цела. Ты как?

— Нормально. — Он шевельнулся, приподнялся чуть-чуть. — Извини. Прижало. Не могу подняться.

— Ноги, руки чувствуешь? Шевельнуть можешь?

— Могу. — Он пошевелил пальцами, упираясь локтями в остатки сиденья. — Всё хорошо.

К машине подбежали. Голоса — несколько сразу, перебивая друг друга:

— Ау! Люди! Все в порядке? Скорая нужна?!

Иван повернул голову к разбитому окну, крикнул:

— В порядке! Скорую не надо!

— Хорошо! — Голос снаружи, командный, мужской. — Сейчас мы… разберём! Вася! Ребят зови! Пусть помогут!

Заскрежетал камень по металлу. Кирпичи брали, бросали в сторону. Они глухо ударялись о землю. Голосов прибавлялось.

Минут через пятнадцать в разбитое окно заглянула голова в каске.

— Мда… — Мужик окинул взглядом покорёженный салон. — Капитан… Придётся резать.

— Режьте, раз надо. — Иван ответил спокойно, будто речь шла о чём-то обыденном.

Голова исчезла. Снаружи заорали:

— Сань! Тащи болгарку! А ты удлинитель тащи от шестнадцатого! — Снова сунулся в окно: — Ща… потерпите. Всё сделаем.

Время тянулось. Иван приподнялся ещё — дышать стало свободнее.

— Да уж… — Алёна первой нарушила молчание. Голос звучал ровно, даже с лёгкой усмешкой. — Ничего такие несчастные случаи тут. Сюда бы не полицию, а Ростехнадзор надо.

— Вызывали. — Иван пошевелил плечом. — Последний раз за неделю до нового года примерно. Третья проверка уже за полгода.

— Если честно, не нравится мне, как они проверяют.

Заработала болгарка. Визг диска по металлу врезался в уши, отдался вибрацией в зубах, в черепе. Разговаривать стало бесполезно — всё равно не слышно.

Оба замолчали.

Звон в ушах стоял даже после того, как инструмент затих. Иван вздохнул.

— Машину жалко.

— Это да. — Алёна пошевелилась, устраиваясь поудобнее в ворохе осколков. — Как домой добираться будем?

— Не знаю. — Иван пожал плечами. — Местный отдел попросим, может, отвезут.

— Хорошо. — Алёна кивнула. — Мне в магазин ещё надо.

— Зайдём.

В окне снова показалось лицо:

— Ща… накроем вас! Надо сверху срезать ещё! — Голова убралась. — Эй, фуфайку дай!

Сверху бросили что-то тяжёлое, грязными руками расправили спецовку, прикрывая их от искр. Алёна закашлялась от цементной пыли.

Болгарка взвизгнула снова. Искры посыпались по всему салону, отскакивали от стёкол, гасли на сиденьях. Заскрипел металл, и через несколько минут часть крыши с лязгом загнули вверх.

Иван выбрался первым, подал руку Алёне. Она встала, отряхнулась, огляделась.

Вокруг толпились люди. Кирпичи валялись повсюду — на снегу, на дороге, на разбитом поддоне. И посреди всего этого — серый «Форд Фокус», вскрытый, как консервная банка. Крыши практически не осталось.

К ним подошёл мужик — крупный, небритый, в сбитой набок шапке. Шапку снял, вытер ею вспотевший лоб и лицо.

— Капитан, — он развёл руками, — хрен знает, как так вообще. Трос лопнул. — Он оглянулся на кран, на груду кирпичей. — Хоть целы все. Ей-богу, чертовщина какая-то!

— И эта чертовщина тросы рвёт, да? — Иван посмотрел на него серьёзно, в упор. — А потом мне рапорты писать.

— Шеф… — Мужик замялся, переступил с ноги на ногу. — Может, как-нибудь… ну… сами разберёмся? Починим…

Иван приподнял бровь:

— Ты серьёзно?

— Нууу…

— Ну. — Иван кивнул на разбитую машину. — Звони начальнику. Ваши полицейские тут?

— Да… — Мужик махнул рукой куда-то вглубь стройки. — Там. У колодца. Петьку вылавливают.

— Где именно?

Пока Иван разбирался с бригадиром и подходившими людьми, Алёна обошла грузовик. Подошла к крану, задрала голову, разглядывая стрелу на фоне бледного неба. Трос был оборван вверху, у стрелы

Она постояла, всматриваясь, потом вернулась обратно. Встала рядом с Иваном, окинула взглядом столпившихся рабочих.

— Крановщик кто?

Люди замялись, переглянулись. Кто-то толкнул локтем щуплого мужика в жёлтой сигнальной накидке. Тот вздрогнул, испуганно оглянулся и сделал шаг вперёд.

— Я.

Алёна посмотрела на него в упор:

— Как так получилось, что кирпич надо было перетащить на территорию участка, а упал он за территорию, с внешней стороны «КамАЗа»?

Мужичок заморгал, переступил с ноги на ногу:

— Не знаю…

— Как не знаете? — Алёна повела рукой вперёд-надзад. — У вас рычаги. Туда-сюда.

— Ну честное слово! — Крановщик перевёл умоляющий взгляд на Ивана. — Товарищ начальник! Ну техника не новая. Я его на себя, а он туда-сюда. Может, заклинило что? — развёл руками. — Не знаю я!

Иван молча подошёл к машине, достал из покорёженного салона папку, вытащил листок и ручку. Вернулся к крановщику, протянул:

— Вот и пиши — как у тебя и что было. Как напишешь — принесёшь. Понял?

— Понял, товарищ начальник… — Мужичок взял бумагу дрожащими пальцами и поплёлся к крану.

Иван переключился на бригадира:

— Вызови участкового. Объясни ситуацию. Пусть протокол составляет. Я буду пока у вашего колодца.

— Будет сделано.

— Колодец где?

Бригадир махнул рукой вдаль:

— Да вон там. Пройдёте до конца дороги, направо повернёте. Там сейчас бульдозер стоит. Вот у него и будет.

— Спасибо. — Иван кивнул. — Найдёте меня потом.

Алёна пошла рядом. Снег грязный. Серый. Везде— на дороге, на штабелях досок, даже на крышах недостроенных домов. Людей вроде много, техника работает — слышно, даже очень. А всё равно тишина на уши давила.

Тряхнула головой, отгоняя мысли.

— Вань. — покосилась на него. — Странно это, да?

— Что именно?

— Ну, что на нас кирпичи упали.

— Стройка же. — Иван пожал плечами. — Ещё один несчастный случай. Только без жертв.

Он шёл — немного грустный, но сосредоточенный, взгляд вперёд.

— Так в нашу сторону. — Алёна тронула его за рукав. — В противоположную от того, куда должны были.

— Алён, ты видела, где трос оборвался? — Иван сбавил шаг. — И кран работал ещё до нашего приезда.

— Да, но надо проверить на всякий случай всех, кто на нём работает.

— Проверим. — Он кивнул. — Но портить свою же технику — это лишнее подозрение.

— Ну а вдруг с кем-то конфликт был?

— Логично.

Иван достал телефон, набрал номер. Коротко доложил о происшествии, послушал, кивнул, отключился. Вздохнул.

— Мне теперь весь мозг вынесут на работе.

— Так ты же не виноват.

— Это не отменяет факта, что служебный автомобиль сломан. — Он криво усмехнулся. — Если можно так сказать.

За разговорами свернули ещё раз. Справа — пара домов, слева начинался лес. Там же стоял большой жёлтый бульдозер. Рядом — «уазик» с решётками на окнах и труповозка.

Двое полицейских. Один у машины. Второй внутри. Несколько работников в робах топтались поодаль.

Подошли. Иван кивнул двум мужчинам в форме:

— Ну что тут у вас?

— Привет. — Отозвался следователь — лет сорока, с щетиной и тёмными кругами под глазами. — И тебя дёрнули значит.

— Ага.

— А что пешком? С самой Москвы шёл?

— Нет. — Кирпичи вон на машину уронили. А до вас уже пешком.

— Проклятый посёлок. — Следователь покачал головой — Не зря люди бегут.

— А почему проклятый? — Алёна шагнула вперёд.

Иван кивнул в её сторону:

— Внештатный наш. Психолог. Допросы проводить. Алёна Игнатьевна.

— Макар. — Небритый следователь приложил два пальца к шапке, мельком глянул на Алёну, но вопросов задавать не стал — усталость на лице читалась яснее любых слов. Кивнул в сторону «уазика»: — А там Вадик… он немного не в состоянии общаться.

— Так почему проклятый?

Макар махнул рукой:

— Ну так тут чего только люди не понаходили, пока стройка идёт. Вроде как даже захоронение, или кладбище когда-то было.

— Ладно. — Иван шагнул ближе. — Что по трупу-то?

— Да что. Говорят — пили. Новый год отмечали. В доме вон том собрались. — мотнул головой в сторону. — В вагончиках-то места мало. А то, что один поссать вышел и не вернулся — внимания не обратили. Утром только увидели, что колодец открыт, стали закрывать, а там труп плавает.

— Это он пошёл к колодцу, открыл и прыгнул? — уточнил Иван.

— Ну, судя по всему, да. — Макар развёл руками. — Что там алкашу в голову взбрело, кто его знает. Может, белочку словил. Да и коллеги его, — он кивнул на группу рабочих, — вон, шобла с перегаром, говорят, что он нервный какой-то был.

Алёна слушала молча. Пьяных она в деревне повидала. Пока трезвые — нормальные люди. А как напьются — до чего только не додумаются: то чертей гоняют, то на провода лезут.

Из-за поворота вырулил чёрный внедорожник. Раскидывая колёсами снег, подлетел к «уазику», затормозил — брызги грязной каши веером ушли в сторону.

Дверь распахнулась настежь. Из машины выскочил полноватый мужик — чёрный костюм нараспашку, синяя рубашка навыпуск, на лбу испарина даже на морозе.

Отмахнулся рукой в сторону строителей и быстрым шагом направился к ним. Пожал руки полицейским, кивнул Алёне, запыхавшись, заговорил скороговоркой, обращаясь к Ивану:

— Добрый день, Иван. Я там… в общем, мне сообщили об… инциденте с вашим автомобилем.

— Да не очень добрый. — Иван кивнул сухо. — Здравствуйте, Виталий Витальевич. И не мой автомобиль, а служебный.

— Такс. — Мужик выдохнул, промокнул лоб платком. — Очень, конечно, неприятная ситуация получилась. Оказия — можно сказать. Но ведь главное что? Правильно! Что все живы!

— Ну… — Иван сделал паузу. — Не все.

Мужчина побелел. Капли пота выступили на лбу и над толстой верхней губой.

— А… кто ещё с вами был?

— Со мной наш внештатный сотрудник, Алёна Игнатьевна. Психолог.

— И она… — Мужик схватился за сердце. — Боже мой…

— И она тут. Вот стоит. А умер ваш рабочий. В колодце.

Алёна хихикнула, прикрыв рот ладонью. Виталий Витальевич схватился за сердце уже по-настоящему.

— Иван! — Голос его дрогнул. — Прошу вас. Не шутите так больше… Я уже не такой молодой.

— А я не шучу. — Иван пожал плечами. — Труп в колодце нашли.

— Так. — Виталий Витальевич перевёл дух, оглянулся на следователя, который с удовольствием слушал разговор. — С этим разберёмся. — понизил голос: — Мы можем отойти?

— Да, конечно.

Мужчина развернулся и зашагал к «крузаку». Иван за ним, Алёна следом.

— А девушка? — Виталий Витальевич обернулся.

— Девушка со мной.

— Понял. Иван. В общем, у меня к вам деловое предложение.

— Слушаю вас.

— Только, прошу, чтобы этот разговор остался… как же это… — Он задумался, пощёлкал пальцами. — Конфиденциальным, вот.

— Думаю, что да.

Мужчина помолчал. Вздохнул. Отвернулся, открыл дверь, перевалился через сиденье, порылся в барсетке, достал конверт. Протянул Ивану.

— Тут сто тысяч. На… успокоительные. — Он заглянул Ивану в глаза. — А с вашим руководством я тоже договорюсь насчёт автомобиля. Обещаю. Михаил Палыч всё-таки наш клиент.

Иван взял конверт, повертел в руках, сунул во внутренний карман куртки.

— Договорились. — Он помолчал. — И ещё вопрос. Мы сейчас без автомобиля. Может, нас кто-нибудь подвезёт?

— Так-так-так. — Виталий Витальевич заозирался, глянул на часы. — Иван, дико извиняюсь, но у меня сейчас важная встреча. Я сюда только из-за вас приехал.

Увидев, как у Ивана поднимаются брови, тут же добавил:

— Для вас. Проверить, узнать… Но… — задумался, хлопнул себя по лбу. — У нас тут рабочий «Ларгус» есть. Можете его взять. Если, конечно, вас устроит. Или такси могу вызвать?

— Спасибо. «Ларгус» подойдёт.

— Вот и хорошо. — Виталий Витальевич выдохнул с облегчением. — Значит, до встречи.

— А я? — Алёна шагнула из-за спины Ивана.

— Вы?

— Ну… — Она повела плечом. — Меня тоже вашими кирпичами прибило вообще-то. И мне тоже нужны успокоительные.

— А… да. — Мужчина стушевался. — Конечно. Извините. Алёна… как вас?

— Игнатьевна.

— Алёна Игнатьевна. Сейчас. — Он снова полез в барсетку, долго рылся, наконец достал купюры, протянул. — У меня с собой вот, тридцать пять есть.

— Да ничего страшного. — Алёна быстро взяла деньги и сунула в карман, пока щедрый дяденька не передумал. — У меня карточка есть. Можете перевести.

— А… да. Конечно. — Он достал телефон, замер с пальцем над экраном. — Диктуйте.

Алёна продиктовала. Дождалась, пока телефон пиликнул, оповещая о переводе.

— Всё. Спасибо.

— Вам спасибо. — Виталий Витальевич вытер платком шею. — Вы даже не представляете, как я рад, что вы все целы. — Повернулся к Ивану. — Ключи вам принесут. Документы в бардачке. Страховку онлайн сделаю. Созвонимся.

— Виталий Витальевич, — Алёна шагнула ближе, заглянула ему в глаза, — я только присоединилась к расследованию. Хотелось бы из первых уст узнать — у вас есть конкуренты, которые могли бы всё это подстроить?

— Ох. — Мужчина вздохнул тяжело. — Конкурентов хоть отбавляй. Но чтобы такое творили… — покачал головой. — Я даже не знаю. Люди же умирают. У меня уже две бригады сбежало. Объекты тормозятся. Это через чур!

— Но вы же понимаете, что искать того, кто мог бы это сделать, без какой-либо зацепки — как искать иголку в стоге сена?

— Понимаю, Алёна… — запнулся, вопросительно посмотрел.

— Игнатьевна.

— Да, спасибо, Алёна Игнатьевна. — согласно кивнул. — Сложно. Но необходимо. Всем, чем смогу, — помогу. К весне стройка должна кипеть. А тут… Меня инвесторы уже… того…

Замолчал, подумал, потом добавил:

— Давайте так. Если найдёте гада до конца февраля, я вам… — перевёл взгляд на Ивана. — Иван, как старшему по званию, машину подарю. А там сами уже разберётесь. — Глянул на Алёну. — Алёна…

— Игнатьевна.

— Да-да, спасибо. Алёна Игнатьевна.

— До конца февраля почти два месяца. — Алёна посчитала дни, — много времени.

— Его уже полгода ищут. — Виталий Витальевич усмехнулся горько. — Так… Извините. Но мне пора. Звоните, если что. Номер у вас есть. — Он протянул руку Ивану, пожал крепко, кивнул Алёне. — Прощайте. Всегда на связи.

Плюхнулся на сиденье, захлопнул дверь. Внедорожник тронулся с пробуксовкой, развернулся и скрылся за поворотом.

Алёна молча проводила его взглядом. Потом повернулась к Ивану.

— О-ФИ-ГЕТЬ!

— Если честно, сам в шоке. — Иван почесал затылок. — Если бы не ты… я бы не взял, наверное.

— Почему?

— Ну… — Он замялся. — Выглядит как взятка.

— Взятка чего? — Алёна упёрла руки в бока. — Что ты в суд не пойдёшь? Он-то, в принципе, молодец. Быстро уладил. Себя обезопасил.

— Так-то да.

— Ну вот. — Алёна ткнула его пальцем в грудь. — Видишь? Я делаю тебя лучше!

Тем временем «уазик» и катафалк завелись. Макар высунулся из окна:

— Как будет готов отчёт — отправим!

— Да, спасибо! — крикнул Иван.

— Завтра приедешь?

— Приеду. Будем опрашивать.

— Лады! — Макар кивнул. — Давай, хорошей дороги!

— Взаимно!

Машины тронулись. Люди расходились по вагончикам и бытовкам.

Начинало темнеть.

— Ну что, домой? — Алёна поёжилась, сунула руки в карманы. — Кушать хочется…

— Да, Алён. Пошли.

Они тронулись в обратный путь. Алёна шла вприпрыжку, пальцы в кармане сжимали деньги. Боялась, что если разожмёт, то они исчезнут. Неплохо за день, который чуть не стал последним.

— И в магазин заедем, да?

— Да, заедем.

— И вкусняшек наберём?

— Да, Алён. Наберём.

Навстречу подъехал белый «Ларгус» с зелёными рекламными наклейками «Зелёный Дом». Мигнул фарами, остановился рядом. Из кабины вылез бригадир.

— Товарищ начальник, вот. — Он протянул Ивану ключи. — Доставил. Всё проверил. Бензин есть, омывайка залита.

— Спасибо. — Иван взял ключи. — Участковый был?

— Да. — Бригадир кивнул. — И Виталий Витальевич приезжал. Там это… нормально всё.

— Хорошо. Завтра приедем.

— Хорошей дороги. — Бригадир махнул рукой. — До свидания.

— Спасибо.

Иван открыл дверь «Ларгуса». Алёна аккуратно села, стараясь не испачкать куртку и джинсы. На ковриках — слой грязи, смешанной с солью. Пыль и мусор везде. Только по панели махнули мокрой тряпкой, оставив разводы на сером пластике.

Иван устроился за рулём, покрутился, привыкая, дёрнул ручку передач, развернул машину и они выехали со стройки.

— Вань… — Алёна покосилась на него. — А бургер с колой купим?

— Купим.

— И тортик купим?

— И тортик купим.

— Медовик?

— Конечно медовик, дорогая. — Иван улыбнулся. — Какой же ещё?

Алёна состроила обиженное лицо, надула губы:

— А я не хочу медовик. Я хочу шоколадный.

— Алёна!

__________________________________________________________________________________

Новые приключения Алёны уже начались!
Стройка, мороз, кирпич на машину. Хорошее начало года, да? 😅