Альтернативный финал (Долг платежом, четвертая история)

-0-

Полиция прибыла к дому номер 16, корпус 1 по шоссе Петля в половине седьмого утра.

У подъезда стояла толстая женщина лет тридцати. Она была похожа на плохо пропеченную, бесформенную, неряшливо одетую булку. Грязный спортивный костюм, кожаная куртка не по размеру. Мешки под глазами, лицо усталое.

- Я всю ночь в дороге, - сказала она полицейским. - Я всю ночь в дороге. Плацкартой ехала. Приехала, а сеструха мертвая. Это не я, честно. Зачем бы мне вам звонить? А запах там, ой, а запах…

Через полчаса в квартире Альбины Куницыной собралось куда больше гостей, чем она когда-либо принимала. Криминалисты работали в четыре руки, патрульные оцепили лестничную клетку, стараясь не наступать в натекшую кровь, дознаватель пошел с обходом по квартирам.

Предварительная реконструкция событий была лаконичной и внушающей страх. Альбина открыла кому-то, но уже отперев замок, передумала и пыталась удержать дверь, вцепившись в ручку, что стоило ей пальцев. Хотя, в сравнении со всем дальнейшим, это можно считать незначительным огорчением.

На кухне обнаружили следы приготовления "блюд", на которые пошло кое-что из органов Альбины, причем сама она в это время еще была жива и даже не потеряла сознания. Никто не слышал ни стона, ни крика. Никто не видел посторонних.

Тело Куницыной, упакованное в черный мешок, вынесли из подъезда и погрузили в серую "таблетку" с зашторенными окнами.

Жильцы дома в гробовом молчании наблюдали за тем, как труповозка разворачивается во дворе и увозит Альбину Куницыну в морг судебной экспертизы. Над кварталом кружили в грязно-фиолетовом небе вороны, оглашая воздух отрывистым карканьем. Иногда вороны разом умолкали, и тогда наступала тишина. Словно сверху они видели убийцу, затаившегося в своем укрытии.

____

-1-

…Дотолкав до машины набитую покупками тележку, Леха Кондрик открыл багажник и стал укладывать пакеты.

Борт в борт с ним делала то же самое стройная девушка в цветастом сарафане. Распущенные волосы, красивый загар, татуировки повсюду - живой шедевр сексуальных фантазий. Разумеется, в голове Лехи Кондрика подобного текста и рядом не возникло. Он просто сравнил незнакомку с любимой женой (тут любимая немного померкла) и испытал такой прилив влечения, что как бы кто не заметил. Леха улыбнулся улыбкой мачо, и в это чудное мгновенье пакет в руках девушки лопнул.

По асфальту разлетелись йогурты, творожки, прокладки, овсяные хлопья, стики для айкос.

- Ой! - воскликнула незнакомка.

- Сейчас помогу, сейчас помогу! - Леха безжалостно вытряхнул один из своих пакетов и принялся собирать в него упавшее. Яблоки закатились под машину, но Леха Кондрик не из тех парней, которые боятся трудностей - спас все до единого и протер о собственные штаны.

- Огромное вам спасибо, - поблагодарила его загорелая девушка, когда скомплектованный Лехой пакет был водворен к собратьям. - Как хорошо, что вы здесь оказались!

- Не за что, всегда обращайтесь. Вы божественны в этом сарафане, мадемуазель!

Незнакомка засмеялась.

- Вообще-то я мадам, но раз вы столь любезны, с удовольствием выпью с вами по чашечке кофе. Вон то кафе прям как для нас открыли, согласны?

- О да! - Леха не видел оснований спорить: для них, так для них. - Меня Алексеем звать, кстати.

- А меня Натальей, - сказала мадам, перестав быть незнакомкой, и взяла Леху под руку.

***

С улицы донесся зуммер домофона, и женщина выглянула в окно. Так и есть: это к ней.

В доме, уютно расположенном за сто метров от Плотникова переулка, она занимала единственный офис, на втором этаже.

Женщина подошла к зеркалу и убедилась, что выглядит как надо: черная водолазка, черная длинная юбка, туфли на среднем каблуке. Серебряная заколка в волосах и бусы из белого янтаря разнообразили строгий черный тон.

Из приемной заглянула администратор.

- Госпожа Наяда, там пришли.

- Пропусти.

Когда вошла посетительница – молодая, лет двадцати двух – Наяда уже сидела за столом в полной готовности.

- Здравствуйте, я – Наяда. Присаживайтесь. Я вижу, вы носите траур?

Короткий нервный кивок.

- Позвольте спросить: кого забрала у вас жестокая судьба?

- В ту среду погиб мой любимый мужчина, - ответила девушка.

Наяда моргнула.

- Я сочувствую вам от всей души. Что можно для вас сделать?

- Мне… мне посоветовали пойти именно к вам…

- Возможно, именно я сумею помочь вам, - ласково, без нажима промолвила Наяда. – Простите, как к вам обращаться?

- Варвара. Варя…

- Варя, хотите узнать, как он… как добрался? Или… поговорить с ним? У вас есть с собой фоточка?

Было видно, что девушка собирается с духом. Она поставила на ковролин свою сумку и взглянула в глаза Наяде.

- Я хочу, чтобы он вернулся.

- Что, простите?

- Я хочу, чтобы он вернулся обратно, - отчетливо, по слогам, проговорила девушка.

"Плохо дело, - подумала Наяда. – Тётка не в себе. Не пришлось бы вызывать психперевозку". В ее практике такие случаи бывали. Обезумевшая вдова высокопоставленного партийца чуть не пристрелила их с администраторшей из наградного пистолета супружника.

- Извините, - сказала Наяда. – Я всё правильно поняла? Вроде бы вы говорили, что ваш жених погиб? Или мне послышалось?

- Да, он погиб. Далеко от меня, далеко от Москвы. Он… он был на войне, попал под обстрел. Какие еще подробности вам нужны?

- Никакие, этого достаточно.

- И ваш ответ?

- Мне кажется, ответ очевиден.

Возникла пауза.

- Послушайте, Наиля Максудовна, - воскликнула девушка, обнаруживая неуместную осведомленность. – Я неделю обивала пороги по всей Москве! Я обращалась ко всем, кого смогла найти. И вот я у вас, и что? Тоже – зря?!

- Но моя милая! – Наяда невольно повысила голос, чего никогда себе не позволяла. – Вы сами-то понимаете, чего вы хотите?! Ваш любимый умер! Мертвых возвращать нельзя!

Вторая пауза была длиннее первой, а затем девушка неожиданно спросила:

- Нельзя, но если очень хочется, то можно, так ведь?

"Умная, тоже мне, выискалась", подумала Наяда.

- Вы что же, желаете, чтобы я вам выкопала труп? – с вымученным смешком осведомилась она. – Кто, интересно, наврал, что я оказываю такие услуги?

- Не труп, - упрямо возразила девушка. – Вы знаете, что я имею в виду. Вуду.

- Да господи ж ты боже! – не выдержала Наяда. – Вуду?! Барышня, не существует никакого Вуду! Если что и есть, то лишь театрализованная система надувательства. И то не у нас, а на Гаити…

- У нас тоже кое-что есть, - тонкие губы усмехнулись. – А, по-вашему, устраивать разговоры с покойниками и выяснять, как у них делишки – не надувательство?

Наяда побарабанила пальцами по столу.

- Я могу облегчить вашу душевную боль. С вами останется легкая грусть и светлая память об этом человеке. Но боль пройдет, вы сможете жить дальше. Сразу предупреждаю – это гипноз, и это дорого. Зато быстро.

- Мне не нужен сраный гипноз, - до взрыва оставались считанные секунды, в таких вещах Наяда не ошибалась. – Я обратилась к вам с просьбой! Да или нет?

- Варечка. – Наяда решилась на последнюю попытку. – То, о чем вы просите… Лучше об этом не просите. Если человек умер, значит – он прошел свой путь в этом мире. И дальше у него пути нет. Вернув его в мир, вы… проторите новую тропу. Совершите самый страшный грех. Будьте благодарны ему за то, что часть своего пути он прошел рядом с вами, и…

- Да пошла ты!!! – вскричала Варвара. – Своим путём!!! - и, сорвавшись с места, кинулась к выходу. Наяда бросилась за ней, но в приемной осталась уже только Лариска, администратор.

Лариска уронила на пол сканворд.

- Господи, что это было? – пролепетала она.

- Сдвиг по фазе, вот что это было, - ввела ее в курс Наяда и ушла обратно к себе. Через минуту она снова вышла в приемную.

- Ларис, эта девица должна вернуться. Пусть проходит, не задерживай. Только поаккуратнее с ней, она серьезно больна на мозги. Прикинься шлангом.

- Ноу проблемо, - ответила Лариска. Никто не умел прикидываться шлангом лучше нее.

***

Когда домофон оповестил о возвращении Варвары, Наяда успела уже восстановить утраченное душевное равновесие. В ее работе это было одним из ключевых навыков.

- Вот ваша сумочка, - Наяда вышла навстречу девушке. – Проверьте, всё ли на месте. И, бога ради, успокойтесь. Вашему любимому, где бы он ни был, вовсе не хочется, чтобы вы сотворили что-нибудь над собой.

Варвара взяла сумку.

- Спасибо, - язвительно ответила она. – Вы такая… добрая.

- Вы сейчас как никто другой нуждаетесь в доброте, - почти искренне ответила Наяда. – Когда-то я так же потеряла любимого и тоже нуждалась. Но некому было мне помочь – ни за деньги, ни за спасибо…

- Денег у меня – навалом, - резко бросила девушка. – Сколько вам надо?

- Это глупо и безответственно. Вас, похоже, нисколько не волнует, что я сама могу не выжить, выполняя вашу… хм… просьбу.

Варвара взяла со стола листок бумаги из пачки, карандаш, написала длинный ряд цифр и подтолкнула листок к Наяде.

- Сколько?! - не поверила глазам Наяда. - Это в какой же валюте?

- В какой надо. Остров в Индийском океане, Наиля Максудовна, как вы мечтали. Собственный остров. Большой дом, прислуга и латинский парус. Оффшорный счет уже открыт на ваше имя. Вам не заработать таких денег, даже если вы сто лет будете дурить мозги наивным кретинкам. Это стоит тех сил, которые вы затратите?

- Вероятности погибнуть, так правильнее.

- То есть, мы договорились?

- Вы совершаете огромную глупость, - сухо бросила Наяда. - И втягиваете в это меня. Мой вам совет…

Последнюю реплику она произнесла в закрывающуюся дверь.

Задвинув жалюзи, Наяда потянулась, встала на мыски, чуть прогнулась назад. Ей понадобится вся физическая форма, которую она умудрилась сохранить. Когда-то она могла встать на мостик, на шпагат, исполнить тройное сальто. Но после того, как в Склифе ей собрали по косточкам весь скелет, разучилась. Впрочем, ее мужа, с которым они падали из-под купола цирка, даже и собирать не взялись.

О, нет худа без добра! Обстоятельства свели ее с человеком, который научил ее кое-чему другому. Применять эти умения опасно, много опаснее, чем ходить по канату без страховки, и, строго говоря, запрещено. Она бы ни за что не согласилась. Но… продаются все, вопрос в цене.

- Лариса, - сказала она, выходя в приемную. – Забронируй мне два сеанса в фитнесс-центре с инструктором и массажистом. Завтра и послезавтра не работаем. Может, и после-послезавтра. Я тебе напишу.

____

-2-

- Ну что, еще кто-нибудь сомневается, что на район вернулся Раскроев? - спросил Колян Махов.

Убийство Альбины каннибалом обсуждали бессвязно и с нарастающей паникой.

- Я больше ни в чем не сомневаюсь, - сказал Олег Аклевцов. - Беру назад все слова, которые говорил. Я не знаю, что мне теперь делать, и ничего делать не собираюсь.

- А делать ничего и не нужно, - обнадежил его Колян. - Соседушки Альбины уже раззвонили по всему кварталу. Я прям слышу, как двери шкафами баррикадируют.

- Из "Сельпо" продавщица сбежала, - сообщила Даша. - Не хочу, говорит, чтобы и меня темной ночкой на жаркое пустили…

- А чего, теперь в магаз за овраг ходить? - всполошилась Анжела. - Так-то далеко…

- Вместо нее сестру Альбинину взяли, двоюродную, - утешил ее Колян. - Она только приехала, хотела у родственницы покантоваться, но куда там, квартира опечатана. Хозяин "Сельпо" раскладушку ей выделил.

- А кстати, - спросила Даша. - Откуда она нарисовалась?

Колян долил в свой стакан остатки пива из бутылки.

- Сидела пять лет. Точно не знаю статью - соучастие в грабеже, взлом, хищение, в таком роде. По глупости влипла, деньги были нужны.

- Раньше ее бы на район не пустили, - проворчал Олег. - А теперь надо же, приезжай да живи, что ж дальше?

- Олежек, - попросила Анжела. - Ну не будь ты таким злым. У человека всегда должен быть шанс. И дом.

Олег посмотрел на жену волком, но ничего не возразил. Куда уж ей понять про чистоту рядов, а прежде это очень было важно! Хочешь косячить - косячь, но не попадайся, а раз попался - дорогу на Опольцево забудь.

- Кто по Куницыной расследование ведет? - спросил его Колян. - Ты звонил Терехову?

- Терехов и ведет. В главке проблемы индейцев никого не волнуют. Если еще парочка случаев будет - а она будет - тогда, может, запросят материалы. Терехов же борется с криминалом, а надо бороться с явлением.

- Ты ему объяснил, кто это и что это?

- В общих чертах, чтобы не выставить себя сумасшедшим. Но он ведь знает местные истории, десять лет в ППС служил. Нашего сотрудничества он не хочет и вообще сказал: ваше дело сторона, никуда не лезьте.

- Давайте еще пивка попьем, - предложил Махов. - Погода налаживается. В отличие от всего остального.

Бросили монету, и за пивом выпало идти Олегу с Анжелой.

***

В "Сельпо" они познакомились с новой кассиршей, Настей. Вернее, знакомилась Анжела, а Олег стоял с видом кронпринца, проводящего ревизию тюрьмы.

- Я и по ночам тут, наверное, буду, - сказала Настя. Толстая, некрасивая апатичная бабень, она стеснялась саму себя, но работала быстро. - Раньше-то я тоже в магазине, а до этого и на рынке… Денег поднять бы, а там, глядишь, к сеструхе перееду. Царствие ей небесное, - она перекрестилась.

- Нормальная вроде женщина, - сказала Анжела, когда они возвращались обратно. Олег тащил два пакета с пивом. - И не скажешь по ней, что сидела.

- За милю видать, - буркнул Олег.

- Да ладно? Если честно, я и про тебя думала, что ты сидел, - засмеялась Анжела.

- Я в армии служил! - обиделся Олег. - Я что, похож на бродягу по жизни? Ну ты даешь.

Анжела ласково погладила его по шее.

- Ну не бесись, роднулечка. Я тебя сразу полюбила, и пофигу мне было, что в твоем прошлом. А Настасью мне просто жалко, вот и все.

- Какого черта тебе жалко всех встречных и поперечных?

- Ну милый.

***

Глеб Воробилов, директор сыскного агентства "Воробилов и Скорняк" привстал за столом и вежливо поприветствовал нового клиента. Господин Корчеган принадлежал к так называемым "закулисным фигурам" или "теневым боссам"; он был одет в строгий костюм, широк в плечах, суров и исполнен не наносной значимости.

- Времени у меня мало, - произнес Корчеган, не отвечая на приветствие и не подавая руки. - Побыстрее давайте, у меня брифинг в десять.

- Да, конечно же. - Директор почти подобострастно улыбался, но его глаза сканировали посетителя: такой типаж всегда вызывал у Воробилова настороженность. У подобных людей нет моральных тормозов, но есть жестокость, власть и административный ресурс. К которому, однако, клиент решил не прибегать, а обратился в стороннюю контору с высоким рейтингом. - Мы в общем-то подготовились.

- Чего подготовились?

Воробилов склонил голову.

- Убиты ваша племянница и маленькая девочка, ее дочка. Убийца не пойман, следствие буксует.

- Да, - согласился Корчеган. - Найдите и поймайте эту тварь. И приведите ко мне.

- Я очень сожалею, - сказал Воробилов. - Мы запросили данные в полиции, однако для успешного поиска требуется больше информации.

Воробилов набрал в мессенджере: "Игорь, срочно".

- Я прошу вас ответить на вопросы моего оперативника. Их будет не много, и в течение получаса вы сможете вернуться на работу. Чуть позже я сообщу вам о перспективах. В настоящий момент я фиксирую поступление аванса в размере пятидесяти процентов, - нажатием клавиши F5 директор обновил страницу Клауд Пэйментс, - остальное вы перечислите после того, как офицер Шабайский будет найден.

В кабинет вошел оперативник.

***

…Посмотрев в окно, как господин Корчеган усаживается в черную служебную машину, Воробилов обернулся к своему сотруднику.

- Ну давай, Игорь, - сказал он. - Место, люди, факты.

Оперативник включил проектор и запустил слайд-шоу, сопровождая иллюстрации комментариями.

- Район Опольцево, шоссе Петля. Фактически, большая деревня. Все друг друга знают по имени или хотя бы в лицо. До 2010 года там всё было очень маргинально, сейчас менее маргинально. Половина мужиков с района работает на шарашкину контору, которой управляют вот эти два гражданина.

Панорама невзрачного пятиэтажного квартала сменилась мужскими фотографиями, скопированными, очевидно, из паспортов.

- Махов Николай и Аклевцов Олег. Мелкий строительный бизнес - дачи, розничная торговля материалами. До 2015 года служили по контракту, были даже в зоне военных действий, но лайтово - в тактическом резерве. На обоих пробы ставить негде.

Махов подрался с собственными рабочими - не договорились о зарплате. Одного оставил нетрудоспособным, другой на реабилитации. Суд вынес решение о правомерности самообороны, а приглашенные эксперты опровергли применение Маховым запрещенных боевых приемов. Адвокат у него был мощнейший.

Аклевцов - это именно тот ковбой, который пристрелил Шабайского. Махов с виду покрупнее, но Аклевцов более верткий.

Оба причастны к гибели коллекторов на шоссе Петля в прошлом году, которых продержали несколько суток в гараже без еды и питья, а потом отправили добираться пешком. Но прямых улик нет.

- Нарошкина молодец, - одобрительно заметил Воробилов. - Долго она с этим… потерпевшим мучилась?

- Так, пару часиков. Секса не было, Глеб Устиныч! Он вроде даже домой к обеду успел.

Вместо Аклевцова и Махова на экране появились женские селфи, одно перед зеркалом, второе - с вытянутой руки. Супруги главных героев имели страницы в соцсетях и активно наполняли их контентом.

- Саенкова Анжела Евгеньевна, она же Изотова, она же Аклевцова. Здоровая кобыла, но ума нет ни сколько. Любит почирикать о том, какая она была отличница в школе и как ею все гордились, но у нее 18 потребительских кредитов, и она не собирается их отдавать. Не потому что аферистка, а потому что думала, что можно не отдавать.

Ширкина Дарья Ивановна, по мужу - Махова. Использует в речи много блатного сленга, злопамятная, завистливая, хитрая, хотя умело это скрывает. В их компании регулярно бухают, но Дарья пьет меньше всех. У нее сильно выраженная склонность контролить ситуацию.

- А это? - спросил Воробилов, глядя на улыбающуюся в кадр блондинку.

- Оленик Ольга Юрьевна, в нулевые была певицей, по телеку крутили. У моего отца диск с ее альбомом. По непроверенным отзывам - экстрасенс, но как это проверить?... Сложно сказать, какие отношения связывают ее с Саенковой, то есть Аклевцовой. Переехав на шоссе Петля, Анжела Евгеньевна растеряла большинство подружек, но с этой леди неделю назад она четыре часа подряд разговаривала в летнем кафе на Никитской.

На экране вновь возникло мужское лицо.

- А вот его, шеф, опольцевские выставят против нас, если мы пойдем на крайние меры. Купцов Андрей Валерьевич, наш коллега, юрист. Биография до 45 лет засекречена. Имеет репутацию эффективного улаживателя конфликтов. Между прочим, его называют "Мистер Справедливость". Любит резонансные дела, кладет хрен на общественное мнение и вообще чемпион по гребле против течения. Он-то и защищал Махова на суде. Они состоят в одном клубе.

- В таком? - Воробилов изобразил джеб и апперкот.

- Нет, шеф. Клуб "Рок-чертилы", на Китай-городе. Подвальчик с живой музыкой и аутентичной выпивкой. Купцов, когда отошел от прежних дел, выучился играть на гитаре и по уикэндам выступает на сцене с такими же старперами… сорри, шеф, я не про вас. Махов ни на чем не играет, просто заходит послушать музон и выпить виски.

Воробилов поставил локти на стол и сложил пальцы домиком.

- Спасибо, мне все очень понравилось. Я выжду два дня, а на третий доведу информацию до господина Корчегана.

- А дальше, шеф?

- Дальше будет зависеть от того, что ему надо на самом деле. По-чесноку, я не рад, что он стал нашим клиентом. Но выбирать мне не приходилось. Ты заметил? Он что-то недоговаривает.

- Я опрашивал его чисто формально. Но - да. Он и на простые-то вопросы отвечает, как взаймы дает. И он конкретно на взводе, будто ждет нападения.

- Вот именно. Дай-то бог, чтобы не в нашем офисе…

____

-3-

Десантный самолет шел на высоте 3000 метров, удаляясь от линии железной дороги. Ориентир на разворот - сортировочная станция, дальше ориентироваться не на что. Внизу стелилась тайга. Второй пилот включил хронометр. До выброски оставалась четверть часа.

В грузовом отсеке сидели парашютисты - восемнадцать человек и командир. Все были экипированы как диверсанты, за исключением огнестрельного оружия: оно отсутствовало. Только у командира и его заместителя по пистолету Стечкина.

- Внимание, бойцы, - громко произнес командир. Он носил звание лейтенанта. – Повторяю задачу. Высадка на южном берегу Монгольского ручья, форсируем вброд или вплавь, отрабатываем в населенном пункте. Затем марш-бросок в северо-восточном направлении к аэродрому дальней авиации. Там нас встретят. Вопросы?

Вопросов не было. И правильно. В отряд собрали лучших из лучших. Худшие могли бы спросить: "Как же так – мирное население зачищать?".

Шум двигателей стих, самолет шел на снижение. Порывы ветра, резкие, как удары боксера-профессионала, швыряли борт из стороны в сторону. Видимость по мере приближения к земле ухудшилась. Теряя высоту, "Ан-12" погружался на дно мутного белесого океана.

- Нам бы еще вернуться отсюда, - пробормотал второй пилот, обегая взглядом приборы. Стрелка альтиметра упала за отметку "1000". Самолет рыскал по курсу, но с этим было ничего не поделать: слишком сильный ветер. И дьявольски коварный. Казалось, его голос слышен даже в наушниках, хотя радиостанция настроена на частоту военного диспетчера.

На трехстах метрах экипаж стабилизировал высоту и по внутренней связи предупредил командира отряда о пятиминутной готовности.

***

…Через час и десять минут лейтенант уводил своих людей из мертвой деревни. Спецназовцы двигались с трудом, тяжело пыхтя и не заботясь уже о том, чтобы не оставлять следов. Комбезы были забрызганы кровью. Лейтенант думал о предстоящем ему "разборе полетов". Сработали грязно, на "два с минусом"; зато местные жители отреагировали моментально, будто ждали их появления. Из окон убогих домишек хлынул горячий свинец.

Сержант Рахимов получил пулю в ногу и плелся в хвосте группы, всё больше отставая. Рядовой Ткач нарвался на выстрел в упор из охотничьей винтовки и чудом остался жив, но правое плечо разворочено… У рядового Егорьева раздроблены пальцы левой руки.

Хуже всего - лейтенанту и сержанту Рахимову пришлось пустить в ход "Стечкины", чтобы довести операцию до конца и избежать потерь личного состава. Условия задачи грубо нарушены, и взыскание ему светит большое и толстое.

- Командир, отсюда направо! – Егорьев, морщась, махнул рукой в сторону холма с плешивой макушкой. Егорьеву укололи промедол, но завтра придется оперировать, после чего со своими пальцами рядовой никогда не увидится. Он своё почти отслужил. - Тропинка там, за холмом.

Подтянулись остальные бойцы; последним, хромая, подбежал сержант Рахимов.

- Группа, слушай мою команду! - хрипло пролаял лейтенант. - Привал десять минут. Рахим, ногу перевяжи получше, еще полста кэмэ топать.

Сам он опустился на землю, привалившись к стволу сосны. Из головы не шла мысль: операция провалена, они едва не погибли. С самого начала, еще в Монгольском ручье - брод, используемый местными, оказался западней. У берега лейтенант угодил в яму и с головой погрузился в мутную холодную воду. Ноги не ощутили дна - отчаянным рывком он выбрался на поверхность, наглотавшись черной ледяной мути. Во рту остался жуткий привкус гнилого мяса.

Поселок открылся ему внезапно, как и в прошлый раз: только что вокруг монотонно шумел лес… узкая короткая просека… и - расчищенный от деревьев пятачок. Сложенные из бревен избы. Человек, идущий по тропинке… Рахимов, бесшумно метнувшийся сзади, чтобы снять "помеху"…

Человек отбрасывает сержанта от себя, издает крик.

"Беда", подумал командир, стаскивая с головы кожаный шлем и массируя ладонью обритую налысо голову.

***

Сумерки застигли диверсантов при входе в лес - темнота охватила мир внезапно, гораздо раньше, чем полагалось. Путь будет долгим и трудным. Бойцы спинами ощущали опасность, и это придавало группе сил, никто не желал задерживаться.

Оставшиеся позади истерзанные трупы молча и сурово повествовали о происшедшем. Восприимчивый слушатель разобрал бы, как мертвые шепчут: «Мы бились до конца, потому что это наша земля, и мы владеем ей по праву. Чужаки одолели нас, но они ушли, оставив за собой кровавый след. Скоро ночь, а ночью смерть отпускает довершить то, что не успелось».

Но некому было услышать злой шепот.

Когда мрак впитал в себя последних двух бойцов, замыкавших цепь, послышался плеск воды в Монгольском ручье, и на берег вступили серые тени.

____

-4-

Уже без малого две недели Варвара Пшиманская не могла сомкнуть глаз по ночам. Ее не брали самые сильные снотворные. Стоило погрузиться в сон, как она слышала страшный крик Наяды, срывающийся на волчий вой. Наяда металась по опушке леса, отплясывая кощунственный танец, при виде которого даже деревья, казалось, пятились, отступали, чтобы не угодить в соучастники.

Варвара не знала толком, где происходило действо. В одиннадцать вечера она забрала Наяду из ее офиса на Старом Арбате, бездумно скормила навигатору адрес и довела машину до заброшенного шоссе за МКАД. Наяда объяснила, что это лучшее место, никто не помешает. Она оделась в свободный костюм из мягкой темной материи.

Заглушив двигатель, Варвара опустила стекло, и слух ее уловил низкий напряженный гул - как будто совсем рядом вибрировало необъятное чрево разверстой бездны.

Прежде чем выйти из машины, Наяда осторожно притронулась к ее локтю.

- Вам это не нужно, - сказала она тихо. - Еще не поздно уехать. Слушайте, это никому не нужно…

Варвара оттолкнула ее руку.

- Делайте!

Наяда вдруг преобразилась, глаза ее зловеще заискрили. В ней не осталось искусно выставлявшихся напоказ доброты и сочувствия; ее переполнила неведомая энергия, опасная и готовая хлестнуть через край. Быстро произнеся какой-то речитатив (Варвара приняла это за молитву), Наяда отправилась на опушку и встала в самом ее центре, воздев руки над головой. То, что началось дальше, Варвара желала бы навечно стереть из своей памяти.

Безумный вопль разнесся над шоссе, отдавшись пронзительным эхом за линией горизонта. На консоли разом зажглись все лампочки. Колдунья дергалась, словно ее било переменным током; тысячи гигаватт, набранные ею из невесть какого источника, могли в любую секунду разнести хрупкое человеческое тело на атомы. Наяда рывками перемещалась на полшага вправо-влево, не переставая вопить. На несколько кошмарных мгновений она вознеслась над землей к уродливым тучам, сгрудившимся над их головами. Если всё до этого выглядело истерическим кривлянием, то два метра между грунтом и подошвами Наяды аргументировали сразу очень многое. У Варвары разболелось горло, и она поняла, что сама орет во весь голос, присоединившись к заклинанию.

Когда обряд завершился, Пшиманская чувствовала себя так, будто из ее головы отсосали весь мозг.

Опустошенная и обессиленная, она доплелась до миникупера, брошенного на обочине. Куда делась Наяда, она не знала и знать этого не хотела. Но последняя фраза колдуньи отдавалась в ушах непрерывным эхом: "Готовься принимать гостя".

Сейчас у Варвары ломило всё тело, оно словно налилось жидким гипсом. Сработал будильник смартфона, Пшиманская ощупью нашла кнопку отмены и откинулась на подушку. Она пыталась собрать из мелких деталей какое-то впечатление, принесенное оттуда, с заброшенного шоссе. Потом ей это удалось, но легче не стало.

"Она сама до смерти боялась", поняла Варвара.

***

В этот раз господин Корчеган вошел в кабинет Воробилова, не изобразив даже минимум любезности. При прошлом визите он поздоровался хотя бы движением бровей.

- Надеюсь, не просто так меня от дел отвлекаете, - проворчал он.

- Собственно, я хочу сообщить, что поиски закончены, - мягко ответил Воробилов. - Судьба вашего родственника плачевна. В пути Шабайский нарвался на людей с оружием. Два огнестрельных ранения. Наповал.

Корчеган насупился, глядя на Воробилова исподлобья.

- Труп. Вы нашли труп? Чем подтвердите? Мне нужно тело. Не фотографии.

- Мы знаем, где находится труп, и без проблем его вам предъявим.

Пыхтение Корчегана яснее слов говорило, что в трупе как таковом он не нуждается.

- Мне нужно всё, что было при нем. Каждая мелочь.

- В таком случае, не затруднитесь уточнить постановку задачи, - ледяным тоном произнес Воробилов. - Изначально наша договоренность включала только поиск Шабайского нами и оплату этой услуги вами. Что вы намеревались с ним делать, нас не касалось. Однако теперь ваш интерес изменился. Давайте конкретно: что вам надо от Шабайского и от нас?

***

После отъезда Корчегана Воробилов вызвал Игоря.

- Поговорили начистоту, - без восторга сообщил он сотруднику. - До убийства семьи Шабайский побывал в гостях у Корчегана - тогда еще на правах мужа племянницы - и украл ценную древнюю реликвию. Военный амулет. Во время побега Шабайский должен был иметь его при себе. Сколько тебе нужно человек, чтобы стребовать этот предмет искусства у Аклевцова? Учитывая, что они с Маховым могут до двадцати бойцов по тревоге поднять?

- Ну я и еще один кто-нибудь.

- Действуй.

***

Варвара пролистывала фотографии в планшете. Вот они с Никитой на пляже Флориды, вот пересекают Атлантику в салоне бизнес-джета, а вот делают селфи на крыше небоскреба в Эмиратах, балансируя на ограждении. Никита увлекался паркуром и руфингом, и все же ему никогда не хватало адреналина. Она готова была отдать ему всё, что имела, но он хотел пойти на войну. "Мужчина должен сражаться", было его любимой фразой.

И она, черт бы ее побрал, своими руками устроила ему "боевую командировку".

Варвара плеснула себе еще текилы. Сошла ли она с ума? Да. Вернется ли к ней Никита? Наверное, да. Еще бы! От того, что Наиля выдала на старом шоссе - спасибо хоть звезды с неба не попадали. Что будет дальше? Дерьмо и ад, вот что будет.

Если Наиля ее подведет, сдохнет в мучениях. В средние века знали, как поступать с ведьмами. А чем сейчас не Средневековье?

Долька лимона выскользнула и упала под стол. Дерьмо и ад.

***

Выверенным броском Колян зашвырнул бычок в урну.

- Ветра нет, - констатировал он. - Георгич, я тебе даже фору дам. Один фиг проиграешь.

Машина, выжидавшая на въезде в квартал, стартовала с места. Пролетела насквозь через дворы и, выполнив полицейский разворот, заблокировала компанию из четырех человек, мирно направлявшуюся в аллею, чтобы поиграть в бадминтон.

Из кабины вышли двое, но явно не для извинений.

- Что такое, мужчины? - осведомился Олег, пряча Анжелу за спину. Спрячешь ее, конечно. Ноги длинные, на полголовы выше мужа.

Как назло, вокруг никого из своих, и рация, настроенная на общевызывной канал, осталась дома.

Приезжие не походили на отморозков или на бандитов. Одеты прилично, с претензией на офисный стиль, лица простые, без резких эмоций. Разговаривал тот, что был на пару лет постарше.

- Олег Георгиевич Аклевцов - это вы будете? - спросил он Олега.

- Бонжур, епта, - кивнул Аклевцов. - Чем могу помочь или повредить?

- Олег Георгиевич, мы представляем нашего заказчика. Просим вас в кратчайшие сроки вернуть принадлежащую ему уникальную реликвию. Если возможно, прямо сейчас.

- Реликвию? - переспросил Олег.

- Амулет, снятый вами с чужой шеи.

Олег почувствовал, как в горле воцарилась Великая Сушь.

- Прямо сейчас не могу… У меня его… нет.

- Он был у вас, и тому свидетелей человек десять, вы им во дворе размахивали и лекцию друзьям читали. В ваших интересах надеюсь, что вы не продали амулет за границу и не потеряли в лесу на шашлыках.

- А то что? - спросил Махов.

- Мы очень заранее извиняемся, - извинился приезжий, но как-то не от души. - Если в течение трех дней возврата не будет, придется стимулировать вашу сознательность. Например, мы инициируем погашение долгов Анжелы Евгеньевны, продав ее почку. Левую, потому что по результатам УЗИ правая у нее несколько увеличена.

Олег рванулся вперед, но был остановлен лязгом затворов. В лицо ему уставились глушители пистолетов. "Они же не будут меня убивать!" - успел подумать Олег. И тут же стволы опустились вниз, так, чтобы стрелять по ногам.

- Всё нормально, ребят! - вмешался Колян. - Нихт шиссен! Мы вас поняли.

***

Понять-то они поняли, но, когда вернулись домой к Аклевцовым и заперли дверь, Колян потребовал объяснений.

- Олег, какого черта? Это серьезные парни, не строй альфа-самца. Отдай по добру. Они же всё про нас знают!

- Да сказал же - нет у меня! - с отчаянием воскликнул Олег.

- С этого места подробнее, - попросил Колян. - Потому что мы все трое видели амулет у тебя в руках, а к тому же, как теперь оказывается, это видела половина района.

Олег рухнул в кресло.

- Я вернул амулет Шабайскому, - сказал Олег, и все вздрогнули. - Ну, не прямо покойнику! - заорал он. - Положил сверху и землицей присыпал.

- Да, обычное дело, - кивнул Махов. - Положил и присыпал землицей. Но на хрена ты его туда положил и присыпал землицей?

- Потому что Шабайский мне во сне являлся, - нехотя признался Олег. - Гони назад и всё тут. Ну я и вернул… А потом, тоже во сне, какая-то баба его прогнала. Блондинка пофигистичная, знать не знаю, кто такая.

Колян сделал несколько вдохов и выдохов по системе йоги.

- Значит так, Олежек. Сейчас мы с тобой едем на Лосиную Рощу, ищем этот гребаный амулет и находим его.

- Поехали, - вздохнул Олег. - Без вариантов.

***

Мужчины ушли. Бадминтон накрылся. За окном стемнело. Жизнь докатилась до края пропасти и вот-вот рухнет на дно, не успев даже крикнуть "мама".

Достав из бара бутылку водки, Анжела трясущимися руками наполнила стакан до краев.

- Налей себе сама, что хочешь, - попросила она Дашу.

- Анжелк, тебе куда столько?! - спросила та. - Ты же белую не пьешь! Анжел, ну не молчи!

Анжела смотрела на нее взглядом сомнабулы. Казалось, что там, во дворе, ее загипнотизировали, и она до сих пор не вышла из-под гипноза.

- Я хочу прикончить свои обе почки. И левую, и правую. Пусть никому не достанутся.

- Ты чего, мать, затылком ударилась? - Дарья попыталась вырвать у Анжелы стакан, но та вцепилась в него, как в последний шанс. - Они тебе самой пригодятся, че ты дуришь…

- Похоже, что нет… - не своим голосом отозвалась Анжела. - Видишь, что творится…

- Блин, Анжелка! Я тебя и без почки буду любить, успокойся! Никто тебя не бросит. Буду каждый день в больничке тебя навещать…

Даша замолкла, поняв, что уже перебор. Анжела залпом выпила все, что было в стакане, и теперь смотрела прямо перед собой с таким ужасом, что Махова даже пожалела ее. Не сильно, так, чуть-чуть. Несчастная же баба, че там. До сорокета по съемным бомжатникам промоталась, ни угла, ни мужика, только чуток счастья ухватила - и отдавай почку.

- Анжелк, ну ты же не молодая уже девка, у тебя сбои гормональные, кому твои почки нужны? - попробовала Даша другой подход.

Ничего не отвечая, Анжела налила и выпила еще стакан.

***

Прокопавшись битый час на могиле Шабайского, "расхитители гробниц" пришли к печальному, но очевидному выводу.

- Отрицательно, - проворчал Колян, водя лучом фонаря по сторонам. Они изрядно взрыхлили почву, хоть картошку сажай.

Лосиную Рощу окутывала ночь, но в тишине этой кладбищенской ночи угадывалось порицание и настоятельная просьба прекратить осквернять могилу.

- Еще немного, и дорылись бы до трупа, - буркнул Олег, отряхивая руки. Захватить из машины перчатки в спешке не вспомнили. - Металлоискатель бы надо, да где его взять…

- Надо проверить труп, - сказал Колян.

Олег присвистнул и покрутил пальцем у виска.

- Ты что, серьезно? Да ты еще хуже ненормальный, чем я!

- Ты сам говоришь: он просил вернуть. Ты вернул. Не удивлюсь, если эта штуковина у него в руке или на шее. В офисе есть ОЗК и лопаты. Погнали, надо уложиться до утра.

***

Еще через три часа они сидели у Аклевцова на кухне, допивая водку, которую не успела допить Анжела, прежде чем отключилась со стаканом в руке и была уложена заботливой Дарьей в постельку.

- Впустую перелопатили гектар землищи, - сказал Колян. - На каторге так не пашут.

- Химзащиту больше ни за что не надену, - поддакнул Олег.

После "рандеву" с Шабайским у него сгорела куча нервных клеток. В первый раз за всю жизнь он готов был устроить истерику, и, самое главное, хотел ее устроить. Разведчика похоронили с открытыми глазами… или почему они оказались открыты?!

- У нас в учебке один наркоман уронил себе под ноги гранату, - Олег врезал еще рюмку. - Та-акая мясорубка получилась! Я думал, после этого меня уже ничем не удивишь.

- Настало время обратиться к надежному человеку. - Коляну было не до воспоминаний про учебку. - К счастью, у меня такой есть. Помнишь, на суде меня отбивал? Мы немного дружим. Он дорого берет, но торговаться сейчас не к месту.

Махов тактично не стал развивать тему, что новые деньги можно заработать, а вот с новой почкой все гораздо сложнее.

____

-5-

В полдень Глеб Воробилов собирался позвонить адвокату Купцову и хотя бы заочно с ним познакомиться, но после второго гудка тот собственной персоной возник на пороге его кабинета.

- Это ваш номер, последние 11-11? - спросил он.

- Мой, - ответил Воробилов, отменяя вызов.

- Ну тогда ваш звонок очень важен для нас. Андрей Валерьевич Купцов, к вашим услугам.

Это был худощавый, седеющий человек, чей возраст подкрадывался к пятидесяти, но энергия и физическая сила остались как у молодого. Воробилов легко "дорисовал" посетителю косуху, клешеные джинсы и электрогитару "Гибсон".

- Так это вы, - промолвил Воробилов с лимонной кислотой в голосе. - Я просто хотел спросить: вы уже получили задание от господина Махова?

- Да, получил. Там все немножко в шоке после рейда ваших головорезов.

- У меня не работают головорезы, - обиделся Воробилов.

- Виноват, ваших менеджеров по связям с общественностью.

- По делу замечания будут?

- Пока только одно, - проникновенно сказал Купцов, глядя Воробилову в глаза. "Он гипнотизер", сообразил Воробилов и тоже сосредоточил взгляд. - Вы не могли бы немного смягчить условия? Если госпожа Аклевцова с перепугу сопьется, никому лучше не станет. Действия ее супруга будут какими угодно, но только не конструктивными.

- А его верный товарищ Николай Махов?

- У Николая есть и своя семья. Да там вообще с горкой всего есть. Слышали, что у них на районе появился серийный убийца?

Воробилов хмыкнул.

- Да. Аж из восьмидесятых годов прошлого века. Не живой и не мертвый. Тут по-всякому забухаешь.

- Глеб Устинович, - Купцов взъерошил свой пепельный вихор. - Я принял на себя определенные обязательства и буду выполнять их до победного. Но лишних терок я не хочу, к тому же с вами, уважаемым человеком. Я могу передать Аклевцовой, что продажа почки отменяется? Она успокоится, все успокоятся, я сам приму участие в поисках клада. Обещаю очень-очень стараться.

Быстро проанализировав интонации "коллеги", Воробилов прикинул, в каком диапазоне они могут меняться. Вот с тобой мурлычет по-дружески холеный домашний кот - и вот тебя уже кошмарит матерый фээсбэшник.

- Передавайте, что хотите, - буркнул Воробилов. - Только тогда уж правда постарайтесь. Если не вернем артефакт владельцу, он отстранит нас от дела и решит вопрос по-своему. Мало никому не покажется.

- Я как раз собираюсь туда, - сказал Купцов. - Не обещаю быстрых результатов, но… но обещаю результаты.

- Желаю удачи, - кивнул Воробилов.

***

Прослушав в исполнении Коляна Махова отчет об эксгумации разведчика, Купцов не выдержал и попросил разрешения закурить. Анжела подала ему пепельницу и чиркнула "крикеткой", но Купцов зажег сигарету от бензиновой "Зиппо".

- Я, честное слово, ребят, слушаю и ушам не верю, - сообщил он. - Я не буду заострять внимание на том, для чего понадобилось подбрасывать амулет на могилу. Но. Вы его не нашли на поверхности и решили поискать на покойнике? Это неподражаемо, господа. А не у кого в голове не мелькнуло, что бирюльку тупо кто-то спер?

Олег раскачивался на стуле, всё больше увеличивая амплитуду.

- Если бы вы знали, с чем нам тут пришлось столкнуться всего-то за две недели…

- С чем? - в короткий вопрос Купцов инвестировал все мировые фонды сарказма.

Анжела жевала дирол, надеясь, что тот хоть как-то отбивает перегар после вчерашнего. "Мы ему не нравимся, - поняла она. - Особенно я не нравлюсь. Он разборчивый, предпочитает худеньких изысканных женщин, которые не живут на окраине, и у которых нет кредитов. Он меня презирает, брезгует, что я плохого сделала?"

Оценив несчастный вид Анжелы, Купцов удостоил ее взгляда - как на пустое место посмотрел.

- Анжела Евгеньевна, я разговаривал с руководителем тех ребят, которые вас напугали. Он признал, что имело место значительное превышение полномочий. Виновные будут наказаны. Ничего не бойтесь. - И отвернулся от нее, давая понять, что больше не намерен с ней разговаривать. - Олег Георгиевич, ну так с чем вы столкнулись?

Олег хотел бы рассказать о многом, но вдруг сообразил, что рассказывать, кроме старых опольцевских легенд, ему нечего. А чтобы связать их с недавними убийствами на районе, придется написать целый доклад. Светка Полякевич - раз, Васёк Царьков - два, Альбина Куницына - три… А кто-то ведь станет и четвертым, и пятым!

- Слушайте, это тайная могила, - вернулся он к основной теме. - Никто не знает, где она находится, а уж стащить с нее что-то…

- Ну так вы же знаете! - напомнил адвокат. - Знает директор кладбища. Знают рабочие, которые эту могилу выкопали. Кто-то мог подсмотреть, как вы подкинули амулет, и подойти выяснить, что за штучка такая, не сгодится ли в хозяйстве. Подобрать и унести. Интересно, откуда вы сами знали, что это ценная реликвия?

Олег развел руками.

- Я увлекался военной историей, в том числе и разными… необычными ее элементами. Вроде хобби, - добавил он. - Амулет - это боевой оберег. Такой же был у сторожа с нашего кладбища. Его с ним и похоронили.

- Ага. А он как-нибудь объяснял, откуда у него?

- У него было прозвище Лева Контуженный. Он и был контуженный. Он вообще мало о себе говорил.

- Как много загадок, как мало разгадок, - ухмыльнулся адвокат.

Олег принялся тереть ладонями виски. Коляна убить мало за то, что притащил такого урода, да еще и заплатил ему кэшем. Он чувствовал, что вот-вот не удержит язык на привязи, но Купцов встал, поблагодарил за кофе, который так и не стал пробовать, и распрощался.

- Коль, пошли проводишь.

***

На улице адвокат сказал Махову:

- А у вас тут безлюдно. Карантин?

- Так из-за убийства же. Из-за двух. Трех… Старая сказка о том, что Люберецкий каннибал схоронен в овраге между Опольцево и радиополигоном. Вон там, - Колян показал пальцем направление. - Вдруг оказалось, что не совсем сказка…

- До этого еще полицейскую бабу зарезали вместе с собакой, да?

- Да, Свету Полякевич. Но там всё получилось нехарактерно, детали знали только мы четверо… Чего только не нагородили, прям клуб веселых и находчивых, блин. А с Куницыной как по писанному: ночной гость, вскрытие заживо, готовка на ее собственной кухне. Прикинь, Альбина только за день до того Светке цветочков на могилку отнесла… В общем, утром приехала сестра ее, увидела и хлопнулась в обморок. А, как очнулась, тут же ментам позвонила.

- Коль, не обижайся, но твой приятель - он нормален? Я в том смысле, что ему по ночам призраки мерещатся, еще и говорящие.

Махов пожал плечами.

- Они как с Анжелкой сошлись, он слегка чудноватый стал. Ну, в хорошем смысле. Она добрая бескрайне, а Олег этого вкурить никак не может.

- Ну-ну, бывает. - Купцов хлопнул Махова по плечу. - Вкурить такое могут лишь не все. Придешь в клуб в следующую субботу? Приходи! Будем из "Motorhead" лабать, мужик, это реальный драйв! Вискарь за мой счет.

По-дружески простившись с Коляном, адвокат сел в свой "рэндж ровер" и вставил в замок ключ зажигания. Но, прежде чем врубить на полную музло, как делал с тех пор, как начал новую жизнь, он нашел в смартфоне входящий от Воробилова и позвонил ему.

- Глеб Устиныч, два вопроса. Первый: вы можете выяснить, не найден ли в квартире убитой Альбины Куницыной… да, их соседка… амулет, который нам всем так нужен? Она была тут сексотом, и она шлялась на кладбище в тот день, когда Аклевцов выкинул там реликвию… ох, это отдельный анекдот. Второй вопрос. У вашего клиента наверняка имелись фотографии реликвии, а вы наверняка их приобщили к материалам. Можете мне прислать на почту? От души, коллега.

И он набрал в вацапе адрес своего е-мэйл.

____

-6-

Придя домой, Купцов, не раздеваясь, достал из кофра "американку" и стал одну за другой проигрывать пентатоники. Его тонкие пальцы артиста могли стремительно бегать по клавиатуре компьютера, сгибать монеты и извлекать из гитары звуки, способные касаться души. Наверное, блюз придумал сам Господь Бог, и это его лучшая идея, после женщин и виски со льдом.

Махов, вероятно, скрывает от приятелей (и от жены) свои походы в клуб "Рок-чертилы". Ему не положено посещать такие места. Он опольцевский, там другая культура. Дешевая колхозная дискотека.

Перебирая струны, Купцов полностью очистил свой ум от всех мыслей, впечатлений, прогнозов. Ему было 47, когда он целиком, до конца, без единой ошибки проиграл свою первую композицию, и аплодисменты его учителя - волосатого рокера-ветерана - стали ему наградой. Игра на гитаре заменяла ему медитацию. Теперь, когда мозги не забиты всем подряд, можно вернуть туда составляющие проблемы и разобраться, что к чему.

Дело, порученное Воробилову - это дело с двойным дном. Есть не нулевая вероятность, что они всей веселой компанией ищут не то и не там. Амулет - не просто антикварная ценность, возможно, даже не ценность вовсе. Его не полагалось носить Шабайскому, и уж тем более не полагается Корчегану. Аклевцов побыл владельцем амулета всего ничего, а уже по уши в проблемах. Кстати, а как Шабайский, которого Корчеган изрядно недолюбливал, оказался у последнего в гостях? Да еще умудрился подрезать коллекционный артефакт, наверняка хранившийся под замком?

Положив гитару на диван, Купцов включил ноутбук и проверил почту. Вот и письмо от Воробилова с вложенным файлом. Адвокат открыл файл в браузере и долго разглядывал фото, все больше увеличивая масштаб, пока экран не заняло примитивное изображение лица. Биты информации, составлявшей рисунок, словно были заряжены чужой волей, недоброй и неумолимой.

После первого звонка от Махова Купцов уже провел небольшое исследование, используя не только источники в открытом доступе, но и ресурсы сети Тор. Махов нанял его как адвоката, способного договориться с кем угодно и о чем угодно, но понадобилось всего десять минут, чтобы выяснить, с кем предстоит иметь дело. И если с Воробиловым он договорился без особых проблем, то с Антоном Корчеганом не договоришься. Реально бесноватый товарищ, без полутонов.

Купцов выбрал иконку "переслать" и добавил в адресную строку почту своего приятеля, также завсегдатая клуба "Рок-чертилы". Вот кто сможет прокомментировать и саму фотографию, и предысторию амулета.

***

В течение двух последующих дней Колян старался быть позитивным за всех, излучать оптимизм и верить в лучшее. Толку от его стараний было ноль запятая ноль. Необычайно психованный Олег, заторможенная Анжела. Втихомолку злорадствующая Дашка.

- Послушайте, всё как-нибудь да решится, - сказал Колян, когда в очередной раз собрались попить пивка у Аклевцовых. - Андрюха - железный парень. Если бы вы видели, как он на суде всех нагнул… Олег Георгиевич, конечно, отличился так отличился, но…

Олег клацнул зубами.

- Не дуйся, Георгич. Ну что бы ты сказал про меня, будь я на твоем месте, а ты - на моем?

- Что ты придурок, - отрезал Олег.

- Вот мы и внесли ясность.

- В жопу ясность, - Олег судорожно стиснул кулаки до хруста в костяшках. - Кому на хрен нужна ясность?

Коляну не хотелось доводить дело до ссоры.

- Между прочим, немного ясности не помешает, - с прохладцей сказал он. - Я пытаюсь логически вычислить, кто мог свистнуть амулет. А для этого как раз и надо многое прояснить. Мы до сих пор не знаем, кто убил Светку Полякевич, и все наши версии на сей счет оказались чистой лажей. А еще Куницына, и тут уж совершенно точно приложил руку Мясорубщик…

- Или кто-то его имитирует, - предположила Даша. С ногами забившись в угол дивана, она залипала в смартфоне.

- Зачем такое имитировать?! - Анжела вздрогнула.

- К примеру, эта, как ее, Анастасия. Доехала с ветерком и первым делом квартиру освободила…

- Да что вы все взъелись на эту Настю? - заступилась Анжела.

- Кстати, - поведала Даша с чувственным придыханием, - я прикольную статью нашла про пересадку почек, хотите прочитаю?

Колян плюнул.

- Тьфу, черт! Дарья!

Анжела обхватила себя руками и беспокойно оглаживала свои плечи.

- Я разговаривал с Тереховым, - сказал Олег, крутя в пальцах зажигалку. - Медэксперт утверждает, что маньяк обезболил и обездвижил Альбину, она прожила ровно до момента, когда он уселся за еду… Она не кричала. И он ушел, нигде не наследив. Такое нереально сымитировать. Раскроев прошел посвящение по обряду Стерегущего Во Тьме, и представляет собой переходное состояние из живого в неживое. В зависимости от того, что ему диктуют обстоятельства…

Пощелкав пальцами, Колян уточнил:

- Только не обстоятельства, а некая личность. Мы думали, что заклинание, поднявшее каннибала из оврага, прочитала Светка, а ее научила Ксения Коваленко. Но что, если ни та, ни другая тут ни при чем?

- А кто при чем? - меланхолично осведомилась Анжела. Ее терзала депрессия и дурные предчувствия.

- У Коваленко был партнер по выступлениям. Тот самый, которого посадили в тюрьму за их чумовые фокусы. И как знать, где он теперь и что замышляет.

- На кой черт ты все в кучу-то сваливаешь?! - воскликнул Олег, вспыхивая как порох. - Мне исторические экскурсы нахрен не сдались. Вопрос стоит конкретно: где этот уродский амулет?

Не торопясь отвечать, Колян тщательно обмозговывал варианты. У него-то был ответ. Но не все ответы одинаково нравятся тем, кто ставит конкретные вопросы.

***

Купцов посмотрел на вибрирующий смартфон: звонил Воробилов.

- Здрасьте еще раз, Глеб Устиныч. Узнали насчет квартиры Куницыной?

- Узнал. Там не было. А у вас как дела? - Воробилов говорил отрывисто и нервно. Несомненно, он только что имел диалог с господином Корчеганом.

- Да как сказать… - адвокат нарочно по контрасту проговаривал слова медленно и плавно, чтобы не раздраконить собеседника, а немного вернуть ему спокойствие. - Пока все представляется мне довольно странным, и…

- К черту ваши представления, - угрюмо ответил Воробилов. - Зачем Аклевцов потащил амулет на могилу нелегально похороненного спецназовца?

- Шабайский прессовал его во сне и требовал амулет, который Корчеган теперь требует наяву. И не спрашивайте меня, что я об этом думаю.

- А что можно спрашивать? - ядовито осведомился Воробилов.

- На снимке, который вы мне прислали, изображен действительно редчайший артефакт. Настолько редкий, что я даже не хочу гадать, откуда он взялся в Москве. Это продукт древнего племенного культа. По преданию, в XII веке отряд разведчиков Чингисхана прошел в глубь Восточной Сибири и попал на территорию, где проживал малочисленный, но злобный и хорошо умеющий устраивать засады народ. Когда монголы перешли через ручей, их нашпиговали стрелами с близлежащего холма. Однако разведчики поклялись своему владыке служить ему и после смерти. Мертвые, они поднялись и стали взбираться на холм. Тогда шаман воззвал к покровителю племени, Слепому Демону Всех Ветров, и тот явил врагам свой лик, принудив их пасть на землю и больше не подниматься. После битвы шаман, испросив дозволения Демона Всех Ветров, изготовил несколько амулетов - точных копий обличья самого демона... дабы не беспокоить его в будущем.

- Спасибо, профессор, отличная лекция, а когда семинар?

Купцов подбавил в голос успокаивающих модуляций. Клиент вытрепал Воробилову все нервы, хотя бывший опер довольно-таки крепкий орешек.

- По некоторым сведениям, в наши дни сохранилось несколько экземпляров амулета, хотя очень немногие знают о его предназначении. В частности, Аклевцов проговорился, что такая штуковина была у их кладбищенского сторожа. А вот племя кануло в неизвестность, и о его судьбе нет никаких данных… Вам кажется, что я отвлекаюсь на глупости? Зря. Амулет считается Запретительным Знаком. Именно так его называли и Шабайский, и Корчеган.

- Да какое это, к черту, имеет значение?! - Воробилов, наверное, схватился за голову свободной рукой. Или обеими, если у него гарнитура хэндфри. - Андрей Валерьевич, да всем наплевать, как мой клиент изволит называть похищенный предмет, если он действительно похищен!

- О, нет-нет, значение как раз приоритетное, - Купцов понизил голос. - Я понимаю, что вы расстроены, что у вас был неприятный разговор с господином Корчеганом, и что он требует результатов и угрожает. А вы не задавались вопросом, отчего такое давление?

- Не задавался. Точнее, задавался. Еще точнее, тут и так все понятно. Он из тех людей, которые на стенку лезут, когда хоть что-то не по-ихнему.

- А вот и не угадали. Его характер тут ни при чем. Дело в том, что в ближайшее время для него может стать жизненно необходимо прибегнуть к защите Запретительного Знака.

В трубку было слышно, как Воробилов изумленно икнул.

- В смысле, нахрен?! Эта штуковина защищает от восстания мертвецов! И от каких же мертвецов Корчеган собрался себя защищать?!

- При всей моей богатой фантазии не берусь предположить, что за мертвецы угрожают господину Корчегану. Вы что-нибудь знаете о его текущем статусе и роде деятельности?

- Я не настолько идиот, чтобы узнавать об этом.

- Он воспринимает такую опасность как реальную. Не менее реальную, чем пуля, выпущенная киллером, или сфабрикованное уголовное дело. Видите ли, Шабайский ничего у него не похищал. Корчеган его специально пригласил в надежде выпросить оберег в подарок или на время. Шабайский ему отказал, позволив лишь сфотографировать амулет…

- И что же теперь делать? - еще больше изумился Воробилов.

- Пока не готов вам ответить. Но события развиваются лавинообразно. Давайте надеяться на лучшее.

***

Вечером Колян и Олег подъехали на Лосиную Рощу для разговора с директором кладбища. Разговор не понравился никому.

- Так вы, два дегенерата, ночью раскопали секретную могилу и обшмонали убитого? - маленький плешивый директор был вне себя от ярости. - Вы хоть сами понимаете, что творите?!

- Понимаем, - сказал Махов. - Мы всё понимаем.

- Ребят, ну вы совсем конченые? - Денис Дерябин вытер пот с плеши носовым платком. - Там лежит труп кадрового военного, который объявлен в розыск, которого один из вас завалил из пистолета, которым владеет без лицензии… Господи, да тут можно говорить бесконечно!

- Дэн, нам не надо твоих бесконечных речей, - перебил его Аклевцов. - Нам нужна твоя помощь.

- Хрен вам в рожу, а не помощь! - выкрикнул Дерябин и поспешно закрыл окно. - А если кто вас видел? Менты, вертолет, квадрокоптер? Можете представить, сколько народу вместе с вами прицепом лес валить поедет?

Колян взял директора кладбища за отвороты черного пиджака.

- Шутки кончились, Денис. На нас наехали серьезные ребята, и мы реально боимся. У Аклевцова жена, у меня жена, дочка, сестра и племянница. Ты человек или ходячее надгробье?

Дерябин айкидошным приемом высвободился из захвата.

- Леву Кислякова я вам трогать не позволю. Даже не думайте. А уж его-то могилу хрен вы сыщете.

- Ладно, Дэн, но тогда не обижайся, - Колян заложил руки за спину, хмуро глядя на директора кладбища. - Мы возьмемся за твоих работяг и вытрясем из них, где нам найти Контуженного.

- На это тоже не надейтесь. Из старой гвардии здесь был только Царьков, земля ему пухом. А сейчас валите отсюда и решайте свои проблемы как-нибудь, но не так. Иначе - сами не обижайтесь.

____

-7-

Как и предсказывал Купцов, события развивались лавинообразно, и лавина обрушилась уже в следующую ночь.

В два часа на пульт вневедомственной охраны поступил сигнал тревоги из загородного дома Антона Корчегана. Туда немедленно был направлен дежурный наряд, которому открылась картина из фильма ужасов.

Дом выглядел так, словно его брали штурмом, не особо считаясь с потерями. Впрочем, хозяин дома выглядел значительно хуже. Неизвестные злоумышленники перелезли через забор, буквально протащив себя по колючей проволоке, и проникли в дом, выломав дверь. Застигнутый врасплох Антон Корчеган (он проживал один, и лишь изредка его навещала внучка) успел дать очередь из автомата, но кто-то бросился ему под ноги, а другой вскочил сзади на спину. Корчегана повалили, отобрали у него автомат, схватили за руки и за ноги и принялись выкручивать в разные стороны, как выжимают воду из постиранной вещи. Его "выжимали", пока тело не треснуло, разбрызгав по всему первому этажу кровь и мясо клочьями.

Покончив с Корчеганом, палачи разгромили его кабинет, нашли и вскрыли тайник с документами и парой флеш-карт, вынули жесткий диск из компьютера и удалились за пять минут до того, как к воротам подкатила машина дежурного наряда.

***

Андрей Купцов не ложился спать в эту ночь. Он продолжал расследование, подняв личные связи с людьми разной степени осведомленности. К утру ему было что рассказать Воробилову. Рассказывать опольцевской тусовке он ничего не станет. Им будет достаточно знать, что угроза миновала.

***

Анжела спала очень плохо. Во сне кто-то пропорол ей ножом бок, ниже ребер, и она проснулась от боли. В боку и вправду кололо. Тихонько, чтобы не разбудить мужа, она проскользнула на кухню и выпила полстакана водки. Потом вернулась в постель и лежала с закрытыми глазами. Бок понемногу отпустил, но сна больше не было.

"Это Мясорубщик, - подумала она. - Так вот что я почувствую, когда…"

Додумывать эту мысль Анжела не стала. Ей и так было хреново.

***

Глеб Воробилов почти обрадовался приезду Купцова, хотя тот приехал без приглашения и сорвал ему график работы. К черту график. Вдруг адвокат сможет что-нибудь объяснить?

- Слушайте, ну я уже не знаю! - сказал Воробилов. - Я не могу дозвониться до Корчегана, сам он на связь не выходит, в приемной несут какую-то пургу… Чего мне ждать-то?

- Уже ничего. - Адвокат уселся в кресло, зевнул и посмотрел на свои "ролекс". - Девять часов назад господин Корчеган отправился к праотцам. Убийство… я бы сказал - казнь. Сцена преступления весьма… хм… впечатляет, выводы экспертов неоднозначны и идут вразрез со здравым смыслом. Вы не прочитаете об этом в интернете и не увидите по телевизору. Можем на этом поставить точку и дать отбой моим клиентам?

Воробилов задумчиво кивнул.

- Да, действительно. Но… Андрей Валерьевич? Выводы… вразрез со здравым смыслом? Это аномальщина, которую мы обсуждали в прошлый разговор? По поводу Запретительного оберега, или как там его?

- Один мой приятель - большой знаток этой темы. С его помощью я ненадолго побывал в прошлом. Интересно?

- Естественно. Хотите кофе?

Секретарша принесла двойной эспрессо адвокату и чай директору. Купцов поудобнее устроился с чашкой в руке.

- В семьдесят восьмом году господин Корчеган был еще лейтенантом - к слову, он дослужился до генерала армии. Его сын стал одним из первых долларовых миллионеров в нашей стране. Состоянием распоряжается внучка - Варвара Пшиманская-Водолеева, трэвел-блогер. Между прочим, недавно она перевела огромную сумму в оффшорный счет, открытый на имя третьего лица.

Так вот, о годе семьдесят восьмом… В Москве была выявлена группа или, скорее, секта, поклоняющаяся Стерегущему Во Тьме, что представляло собой упрощенную версию культа Слепого Демона Всех Ветров. Это уже противоречило устоям советского общества, но еще вскрылись факты похищения людей, убийства и ритуальный каннибализм. За сектантов взялись милиция и госбезопасность. Поиски источника "заразы" привели в Восточную Сибирь, и горстка людей, затерявшихся в тайге, попала под пристальное внимание. Наблюдение велось всеми доступными средствами, и дало результаты, оставляющие только одно решение.

Был разработан план физической ликвидации микроэтноса. Исполнение поручили подотделу министерства обороны, а отрядом "чистильщиков" командовал лейтенант Корчеган.

Операцию легендировали, загодя устроив побег нескольким зэкам из ближайшей ИТК. Для правдоподобности спецназу запретили стрелять, у них с собой были только ножи. Приказ - никого в живых не оставлять. Корчеган летал туда на разведку, на двое суток. Ему сказали: крутись как хочешь, но сделай от и до. Они высадились, двинулись к деревне. А там по ним открыли шквальный огонь. Дробовики, двустволки - Корчеган при разведке это добро прохлопал. Не будь у них с замом по пистолету, все бы и полегли.

Пока добирались до своих, напоролись на тех зэков, беглых. И вот штука: бойцам оружия не дали, чтобы зэков изображать, а настоящие зэки были с автоматами! Когда бой закончился, от группы шесть человек осталось, из девятнадцати. Но это было еще не всё. Вскоре спецназовцы поняли, что кто-то идет за ними следом. Залегли и стали ждать. И увидели, как в глубине леса показались те, из деревни. Убитые.

Во что после этого верил или не верил Корчеган, сказать трудно. Каким-то образом он остался в живых. Его рапорт уничтожили после прочтения. Спас ли его прихваченный "на память" из деревни Запретительный Знак, и куда он дел его потом? Отобрали, сдал по описи в хранилище? Но его горизонты стали гораздо шире. Он крепко усвоил: доверять окружающему миру надо с большой оглядкой.

Еще один мой конфидент сообщил мне, что Корчеган занимался формированием и переброской бойцов для частных военных компаний. Хм… с нас обоих взять бы подписку о неразглашении… будем считать, что мы подписались. Убийцы вынесли из его дома уйму компромата, и если где-нибудь это всплывёт… С последней группой получилось очень плохо. Корчеган нарушил установленный стандарт обмена информацией и не оповестил своевременно командование о необходимости ожидать пополнение. Группу перепутали с террористами и накрыли минометным огнем.

- Вряд ли, - проговорил Воробилов, - это единственные жизни, которые были на его совести. Чем уникальна именно эта группа?

- Может быть, Корчеган усмотрел что-то, обеспокоившее его, в оперативных сводках МВД. Что-то грозное… Ему однажды довелось стоять лицом к лицу с теми, кого он отправил на тот свет, и чутье подсказало ему: это то же самое. Кем-то случайно замечены, где-то попали в камеры… Они надели маски и смешались с толпой людей в масках. Месяц назад Корчеган стал делать заходы к Шабайскому, пытаясь заполучить Запретительный Знак. И еще. Один из погибших - жених Варвары Пшиманской, внучки Кочергана.

Бросив быстрый взгляд на адвоката, Воробилов спросил:

- Не думаете ли вы, что господин Корчеган недолюбливал будущего мужа своей внучки? И поэтому пренебрег оповещением? А, может, преднамеренно дал группе неправильные инструкции?

- Все может быть, - Купцов ответил полукивком. - Честно говоря, это именно то, чего следовало ожидать от Корчегана. А вот на что способна внучка - даже и загадывать не хочу.

***

Ясновидящая Наяда, сидя за своим столом, слушала, как мерно стучат по полу офиса каблуки вычурных мужских ботинок с острыми носами. Верхний свет в кабинете был погашен, лишь настенная лампа скудно освещала часть помещения. Черная фигура дважды в десять секунд проходила зону освещения и скрывалась в полумглу. Наяде всё больше делалось не по себе от этой молчаливой демонстрации.

- Хватит! – наконец заорала она. – Прекрати немедленно, пока я не рехнулась! Говори или уходи!!!

Восковое лицо внезапно нависло прямо над столом, и Наяда съежилась, испытав чувство животного страха.

- Дура ты, дура, - просипел ночной посетитель. – Как была жадной потаскухой, так ею и помрешь. – Он подался назад, и лицо снова погрузилось во мрак. Фары автомобиля, медленно проезжавшего переулок, с отвращением лизнули потолок офиса.

Наяда усмехнулась.

- У тебя руки в крови, но я не боюсь, - сказала она. - Не пугай - пуганная. Потаскухой была твоя подружка-акробатка, и вспомни, как она сдохла! Мне, инвалиду, дано больше, чем ей. Пшиманская мне остров купила! Остров, ты понял? Ты бы купил мне остров? Какого хера ты меня вытащил посреди ночи - мораль прочесть?

- Мораль тебе патологоанатом прочитает, - резко возразил мужчина. - Зачем лезешь, куда не просят? Добром не кончится, Наяда, помяни слово!

- Отвянь, птица-вещун, - взмолилась Наяда. – Ну чего докопался, а? Никто ничем не рискует. Даже если ОБЭП меня накроет - я не я и девка не моя…

- Бояться надо не ОБЭПа, - отозвался мужчина из темного угла офиса. - Учти, Наиля, я слышу голоса всей паствы Стерегущего Во Тьме. И с позапрошлой ночи я слышу их больше, чем должен!

- Как это больше? - устало спросила Наяда.

Мужчина выступил из тени, и лицо его было неподвижным.

- Идиотка, как тебя угораздило провести обряд у самого оврага Опольцево?! Забыла, ЧЕЙ это овраг? А то место, куда ты направила силу Стерегущего… Там была братская могила. Одного ты отдала Пшиманской. А остальные? "Ночью смерть отпускает довершить то, что не успелось", ты помнишь?

Наяда хотела еще что-то спросить, но мужчины уже не было в офисе. Каблуки его ботинок отщелкивали четкий ритм под окном, удаляясь в сторону улицы. А потом и этот звук затих. Арбатский двор сковала безжизненная тишина…

____

-8-

Утренний звонок Купцова застал Коляна Махова с зубной щеткой во рту. Колян выслушал благие вести, отплевался пастой и тут же перезвонил Аклевцову.

- Андрюха всё разрулил. Есть что отметить! Вы с нами?

Этот день прошел в пьяном угаре и отвязном веселье. Не нужно искать могилу Левы Контуженного, не нужно ждать повторного визита парней с пистолетами, не нужно дергаться на каждый шорох. Магазин "Сельпо" сделал трехдневную выручку, Настя без устали паковала в сумки закуску и выпивку, принимала оплату, отсчитывала сдачу. Было пасмурно, но стояла неимоверная духота.

- Тебе не жарко, Настюш? - спросила продавщицу Анжела, когда в очередной раз пришли за пивом.

- Я привычная, - ответила Настя.

"На радость" соседям у Аклевцовых допоздна не умолкали музыка, громкие разговоры, звон посуды и топот ног. Все смеялись, всем было хорошо. Кошка пережидала это буйство красок на шкафу, с философским видом отшельницы. Дочка Маховых Лада, забив на родителей, умотала с друзьями за овраг в кафе "Снежок".

Это был прекрасный день. Но потом без предупреждения наступила ночь, и не каждый мог вспомнить, как оказался в кровати. А кое-кому понадобились капли от давления и таблетки от изжоги.

***

Олег надеялся никогда больше не видеть во сне убитого им разведчика. Ведь та блондинка, которую он так и не узнал по имени, его выставила! Но Олег сам вторгся на его территорию. Во сне он копал землю лопатой, натрудив себе кровавые мозоли, а потом чья-то ладонь легла на его плечо…

Проснувшись, Олег вышел на кухню и застал там Анжелу. Набросив поверх пижамы домашнюю плюшевую кофту, она стояла у окна, держа в одной руке сигарету, а в другой - стакан с прозрачной жидкостью. Судя по запаху, в стакане была не вода.

- Да что ж с тобой не так-то… - вздохнул Олег, забирая у нее стакан. - Анжелка, всё же нормально!

Анжела мрачно помотала головой.

- Он меня ненавидит… - пробормотала она сквозь слезы. Струйками потекла тушь.

- Кто? Этот адвокат? Ну да, он с тобой вел себя как козел, не думай, что я не заметил. Но, согласись, нелепо бить морду человеку, который тебя защищает от бандитов, причем за нехилую сумму…

- Нет, я не о нем. Я его простила. Хотя и обидно, когда с тобой так… Я про другого. Того, кто пишет роман о нашей с тобой жизни. Он меня ненавидит, он от меня устал, он хочет, чтобы меня больше не было.

И заплакала в голос.

Олег почувствовал, как внутри нарастает раздражение, и оно вот-вот выльется во вспышку бешенства. Он сам уже устал от нее. Устал от ее безбашенной, чересчур нежной любви, от ее наивности, от слез, от ее дискотеки восьмидесятых, а теперь вот кто-то про нее роман пишет. Совсем дура мозги пропила.

- Как же ты мне надоела, - сказал Олег. Оделся в прихожей, взял ключи от машины и ушел.

***

Анжела ждала, что он вернется, но его не было. Она прилегла на диван и тоскливо смотрела в угол, чувствуя, как жизнь быстро-быстро проходит мимо.

Кто-то поднимался по лестнице, но Анжела не слышала шагов. Она услышала только звонок в дверь.

"Да неужели", подумала женщина и пошла открывать.

***

Оля Оленик проснулась ночью с мыслью: в холодильнике есть два чизкейка, и они нужны ей прямо сейчас. Она пошла на кухню и включила свет.

При виде посторонней женщины между собой и холодильником Ольга не завизжала и не упала в обморок. Она никогда не падала в обмороки, ничего не боялась, не понимала шуток и плохо запоминала лица, но ту, что навестила ее, легко узнала.

- Кать, а че, так можно разве? - только и спросила она.

Вещая Катерина чуть улыбнулась уголками губ.

- Это не совсем то, что ты думаешь. Я есть лишь в твоей памяти, вот, в джемперке и брюках, как дома ходила.

- Ага. Я очень рада тебя видеть, ну пусть даже и в памяти.

- Оля, я пришла просить тебя о помощи. Ты знаешь Анжелу Аклевцову?

Ольга почесала висок, зевнула.

- Я знаю Анжелу, но не знаю ее фамилии… Погоди. Ты ведь тоже Аклевцова? Вы прикалываетесь, что ли?

- Анжела вышла замуж за Олега, моего племянника. В радости у них все было хорошо, но, едва они хлебнули немного горя, Олег бросил ее и уехал. Он думает, что вернется, и всё станет по-прежнему, но… не станет. Сейчас там происходит что-то ужасное. Может быть, это уже произошло, но ты еще успеешь.

- Я успеюч т о , Кать?

- Изменить обстоятельства. Переписать финал на другой. Он не будет счастливым, не будет хэппи-эндом. Просто он… будет не таким грустным.

На столе завибрировал смартфон, и Ольга прочитала сообщение: "Такси подано по адресу: улица Якиманка, дом… водитель… марка авто…"

- Пожалуйста, Оля, не теряй ни минуты.

- О'кей. Можешь доесть чизкейки из холодильника… если можешь. О боги, помогите мне влезть в мои джинсы! Кать, ну скажи, я же не толстая?

***

Одна из двух ламп на потолке перегорела, вторая едва светила. Смешанная с полусумраком фигура, застывшая у двери квартиры, протянула руку и уперла палец в кнопку звонка. Никто не открывал. А ведь женщина должна быть дома, она там была, но сейчас ее там нет. Она куда-то делась.

Каннибал повернулся и, спустившись на первый этаж, вышел из подъезда. В свете дворового фонаря блеснули вкрапленные в черноту две мраморные точки - его глаза, и неярко сверкнул амулет на жилистой шее.

***

Анжела шла в магазин. Олег - тоже додумался! - вылил в раковину всю водку, а ей просто необходимо выпить. Осталось надеяться, что Настя и впрямь ночью на работе.

На Анжеле была только пижама, плюшевая домашняя кофточка с капюшоном и тапочки. "Почему я не переоделась, так же нельзя ходить". Но замученный мозг не ответил ей. Он забыл, почему она не переоделась.

Ура, кажись, повезло. В окне магазина горел свет.

***

Такси неслось по ночному шоссе. Ольга не сохранила номер телефона Анжелы и не могла ей позвонить. Но не может быть, чтобы она опоздала. Ей надо успеть вовремя, и она успеет.

Сидя за спиной водителя, Ольга причесалась и подкрасила губы. А то вдруг там какое-то горе, а она не накрашенная!

***

- Что тебе дать, Анжел? - Настя, кемарившая за кассой, открыла глаза и взглянула на Анжелу. - Не нагулялась?

- Соку томатного… - вздохнула Анжела. - И бутылку "Столичной". И сигареты открой, пожалуйста. Прости, что разбудила.

Анастасия вышла из-за прилавка, и, стоя рядом с Анжелой, взялась одной рукой за крышку бокса с сигаретами. А другой приставила к боку Анжелы нож.

- Ты что, Настя? - Анжела повернула голову и удивленно посмотрела на продавщицу. - У меня денег-то всего две тысячи с собой, ну хочешь, отдам тебе? Мне ничего не надо, просто пойду домой и лягу спать.

- Ненавижу тебя, сука, - процедила Настя. - Шлюха подзаборная. Все мужики на тебя дрочат, и муж у тебя есть, и всё как у людей. Я тоже так хотела. Счастье. Да только на меня ни один хрен не обернется. Я прыщавая уродка. Даже на зоне ни одна сволочь не польстилась.

С улицы послышался шум двигателя, хлопнула дверь машины. В магазин вошла Ольга.

- Не-а, - сказала она. Лениво вклинившись между Настей и оцепеневшей Анжелой, взялась рукой за клинок ножа и потянула на себя. Настя сразу обмякла, выпустила рукоять и опрометью бросилась вон из магазина.

- Ты живая? - спросила Ольга Анжелу. - Как ты вообще здесь оказалась посреди ночи?

- Я не знаю, - еле слышно отозвалась Анжела. - Я дома была. Я же не дурочка выходить… И тут звонок в дверь, а дальше не помню. Дальше я уже сюда шла. Откуда ты узнала?...

- Добрые люди сказали, - уклончиво объяснила Ольга. - Пойдем, я отведу тебя домой. Не плачь, всё будет хорошо. По крайней мере, - добавила она, - всё будет не так уж и плохо. - Она перегнулась через витрину и положила нож рядом с кассой.

Анжела жалобно хлюпнула носом. Она чуть не погибла, и до нее только что это дошло.

- Ты второй раз меня спасаешь, - сказала она Ольге. - Почему?...

- Не знаю, - ответила блондинка. - Наверное, чего-то я натворила в прошлой жизни.

Она выглянула на улицу и закричала:

- Эй, а куда же вы убежали-то?! А у вас чизкейки есть?

____

-9-

Нахождение за рулем в состоянии алкогольного опьянения, унижение достоинства сотрудника росгвардии и еще пара подвигов в сумме потянули на пятнадцать суток, и это Аклевцов легко отделался.

Ему разрешили позвонить по телефону, и он сразу набрал Махова.

Узнав о его приключениях, Колян покатился со смеху.

- Че ты ржешь, дебила кусок?! - завопил Олег.

- Я не ржу, чувак, извини, подавился. Дашка стейки пожарила, сижу вот с пивасом… Ну ты откатал программу, тыщща лайков!

- Не смей без меня к Анжелке шляться, как понял?

- Понял хорошо, слышимость на "четыре", а что там за голоса у тебя?

- Вот погоди, дай только мне вернуться… Слышьте, ну-ка хлебальники завалили!!!

Четверо арестантов, теревших о чем-то своем, испуганно притихли. Они были первоходами, как и Аклевцов, и приняли его армейскую наколку за блатную.
- Георгич, я вот тут вспомнил: раз у тебя судимость и отсидка, ты же не можешь на район возвращаться? Или можешь? Я чёт запутался.

- Пожрать привези, шутник долбанный! Много привези, тут еще голодные рыла сидят! - Вздох облегчения пронесся по камере. - И Анжелку привези… блин, нет, не смей ее возить!

- Георгич, да я всё понял. Пожрать - да, Анжелку - нет. Ну хочешь, Дашка ее привезет?

- Хочу!

- А давай я Андрюху подпрягу, чтобы тебя вытащил?

- Пошел в жопу со своим Андрюхой, увижу этого козла - пришибу!!! - взревел Олег.

Шли первые сутки из пятнадцати. Сука, ему этого не выдержать. Олег опять набрал Махова.

- Ну и долго мне ждать твоего Андрюху?!

____

***

Поздней ночью Варвара Пшиманская лежала на кровати с двумя подушками под головой и с планшетом в руках.

"Всеслав Трибун, - читала она описание видео на канале "Наплывжути". – Артист цирка, иллюзионист, создатель шокирующих и таинственных представлений. Наиболее известные из них – "Всадник без головы", "Сплав по Монгольскому ручью""…

У туч косматые горбы

А на воде, смотри, гробы!

Куда лежит их страшный путь?

Туда, откуда не свернуть!

Плыви ты тоже, как они

Туда, где адовы огни

Отдай мне душу, плоть и кровь.

Уйди навек - вернешься вновь…

- Черт бы вас побрал, - застонала Пшиманская. Именно это говно цитировала Наяда, и это ни хрена не молитва. В комнате завоняло чем-то гнойным. Она отложила планшет и с трудом поднялась на ноги. Голова у нее раскалывалась с похмелья. Закрыв форточку, она вернулась в исходное положение.

"…изгнанный из цирка, Всеслав Трибун объявил себя практикующим колдуном и путешествовал по стране, выступая на публику с элементами тех шоу, которые проводил ранее. Его сопровождала эквилибристка Ксения Коваленко, а постановкой сценических трюков и хореографии занималась Наиля (Нелли) Мухарямова, ранее также сотрудница цирка…"

В квартире вдруг завоняло сильнее прежнего. Это не с улицы, что ли? – спросила себя Варвара. – А откуда тогда? Уж не сортир ли у меня протек?

Но нет. Ужасный запах гноя просачивался с лестничной клетки.

Пшиманской послышалось, будто за дверью бултыхается раскисшая болотная жижа. Жижа, которая вот-вот с ней заговорит.