Алый Феникс

Глава 1

Межевого рыцаря звали Арлан из Пеннитри и ему было больше пятидесяти лет. Направляясь на Эшфордский турнир, он простудился под холодным дождем, занемог и умер. Я похоронил его жилистое иссохшее тело на обрыве, под сенью раскидистого дуба.

Исполнив то, что должен cделать каждый нормальный человек в подобной ситуации, я сел на твердый корень и задумался.

Воздух благоухал цветущей сиренью. Солнце склонялось к закату. Россыпь алых и фиолетовых цветов раскрасило небо в изумительную палитру, но красотой наслаждаться не получалось.

Двое суток назад я жил на Земле 21 века. Хорошо жил, так-то: жена, дети, родители, интересная работа, да и досуг имелся интересный – мы с друзьями занимались исторической реконструкцией, отыгрывая рыцарскую эпоху Средневековья. Я умел сидеть в седле, ухаживать за лошадью, сражаться и разбираться в основных феодальных традициях того славного времени. Неплохо умел, хотя и не идеально, ведь подобное времяпровождение выступало хобби, а не основным видом деятельности, но все же кое-чего знал. А затем у меня случился сердечный приступ и очнулся я уже здесь, в Вестеросе, став Дунком из Королевской Гавани.

О Дунке и его приключениях с принцем Эйгоном я читал. Повести были хорошие, атмосферные, но дело происходило в выдуманном мире. Так я думал еще два дня назад, а вот теперь от былой уверенности не осталась и следа.

Я в который раз посмотрел на свои внушительные ноги-руки и напряг бицепсы. Дунк выглядел солидно – два метра роста и продолжал расти, да и силой не обижен. И это при том, что парню исполнились семнадцать или восемнадцать лет, он и сам толком не знал когда родился.

Дунк считался сиротой, бедняком из Блошиного конца, самого захудалого района столицы. Родителей своих он не помнил, в детстве бегал с ровесниками и едва не пошел по кривой дорожке. Еще немного и он бы стал преступников, а потом его бы поймали и повесили, но ему повезло встретить Арлана, который взял его к себе в оруженосцы, прельстившись высоким ростом и статью мальчишки.

За несколько лет они объездили множество земель и замков Вестероса. Старик предлагал свой клинок за серебро, попутно обучая Дунка всему, что знал сам – как ухаживать за лошадьми, как чистить оружие и доспехи, как разбираться в гербах и пользоваться мечом, щитом и копьем.

Дунк был простым мальчишкой, писать, читать он и до встречи с рыцарем не умел и потом не научился, да и считал не сказать, чтобы хорошо. Зато он был честен, мужественен, отличался прямотой и мечтал со временем стать рыцарем. Он им и стал, в конце концов. Одним из самых известных рыцарей Вестероса, лордом-командующим Королевской гвардии, другом короля Эйгона Невероятного. И вот Дунка нет, вместо него теперь я.

Не знаю, что случилось с парнем и куда он делся. За минувшие два дня ответов на такие вопросы не нашлось. Он исчез, оставив лишь память, вот и все. Или же я попал в альтернативную версию Вестероса.

Мысли о потерянной навсегда семье едва не разрывали сердце. Поначалу меня трясло от той дикости, что случилась. Трясло от непонимания и от нежелания принимать новую судьбу и новое место проживания. Верно, Вестерос мне нравился, но как абстрактный мир, о котором можно почитать, посмотреть фильм и поспорить с друзьями, когда есть время.

Старого сира Арлана также трясло последние дни, только от озноба, иначе он бы сообразил, что с его оруженосцем что-то не то, но он ничего не заметил и тихо умер. И никто ничего не заметил – мы разбили временный лагерь в лесу и за минувшие сутки нас не беспокоили.

Немного неуклюже, все еще привыкая к телу, я поднялся и подошел к трем стреноженным лошадям – боевому рыцарскому коню Грому, старому рысаку Каштану и немолодой кобыле с гордым именем Легконогая. Гром предназначался исключительно для сражений и ристалищ, являясь самым ценным имуществом рыцаря, на Каштане ранее сидел сам старик, а на Легконогой восседал прежний Дунк вместе с оружием и скарбом.

Траву животные могли щипать в свое удовольствие, сколько их лошадиным душам угодно, а в переметных сумках имелся небольшой запас овса. Я подкормил их, а затем перетащил пожитки старика под дерево, решив разобраться, что же мне досталось.

В истрепанном кошельке нашлось три серебряных оленя, девятнадцать медных грошей и маленький осколок граната. Имелась кольчуга, которую Дунк чистил сотни раз. Открытый шлем с широкой носовой стрелкой выглядел неплохо, вот только у Дунка голова соответствовала пропорциям тела, так что шлем казался тесноват. В комплекте с поясом из потрескавшейся кожи шли ножны с полуторным мечом. Учитывая длину рук и силу моего нового тела, мечу не мешало бы быть слегка длинней и тяжелее. Я последовательно осмотрел кинжал, бритву, точильный брусок, ножницы, поножи и латный воротник, восьмифутовое копье с острым наконечником и тяжелый дубовый щит с металлическим ободом и умбоном. Его украшал герб сира Арлана – крылатая чаща, серебряная на буром. Старик любил говаривать, что в чаще много всего хорошего: честь, будущие победы, подвиги, золото и прочее, что полагается иметь славному рыцарю. Все это было обычной словесной дребеденью, пустым шлаком, которым он забивал голову прежнему Дунку, самому ему чаща ничего хорошего не принесла, он прожил бедную тяжелую жизнь.

Пояс подходил на тощие бедра старика, а мне оказался мал. Как и кольчуга, к слову. Поначалу я хотел довольствоваться обычной веревкой, на которую можно повесить ножны с мечом, но затем передумал – не хотелось показаться деревенским олухом. А Дунк именно так и выглядел – наивным, простодушным и большим великаном. Нет, лучше меч привязать к седлу, так он всегда под рукой, а дальше посмотрим.

Меч, шлем, кольчугу и детали доспехов выковали в кузнях различных замков из «доброй», по словам старика, стали. Ну, тут я бы с ним поспорил. Может она и добрая, но лишь для Вестероса. На Земле подобные вещи у меня были несравнимо более высокого качества. Но ничего не поделаешь – в новом мире хоть и умеют ковать великолепные изделия, но большинство рыцарей вынуждены обходиться тем, что проще и дешевле. Относительно дешевле, конечно, ибо подобная амуниция, тем более с украшениями или гравировкой, стоит как машина на покинутой Земле. Еще в седельных сумках нашлись две старые нательные рубахи, портянки и прочая мелочевка, включая хлеб и кусок солонины.

Вот и весь нехитрый стариковский скарб. Хотя нет, не стариковский, ныне это мои пожитки, и распорядиться ими следовало с умом.

И что же теперь делать?

Помнится, Дунк решил отправиться на Эшфордский турнир. Неопытный парень с чего-то рассчитывал, что сможет выиграть там хотя бы первую схватку и таким образом заработать немного на жизнь. Смешные мечты!

Дунк плохо сидел в седле, а еще хуже у него получалось драться один на один, скача на коне вдоль разделительного барьера и целясь в противника дергающимся копьем. Правда, здесь не было его вины – старик больше учил сражаться пешим, да и физические данные парня как бы недвусмысленно намекали, что именно на земле, с тяжелым мечом, топором или булавой ему не будет равных.

Вот только странно, что сам Дунк оказался настолько наивным и так неправильно оценивал собственные силы. Его стихия – пешие поединки, а не скакун, копье и джостер, так в Европе называли барьер. На что он вообще рассчитывал? Эшфордский турнир обещал стать весьма солидным мероприятием, на него съедутся множество известных бойцов. Их не победить с наскока, на одном желании. Нет, если и решиться на подобную карьеру, то позже, а начинать следовало с более скромных ристалищ.

Но это ближайшее время, а что же делать в отдаленной перспективе? Хм, если исключить возможность вернуться на Землю и выкинуть из головы всякую романтическую чепуху, то получалось, что надо как-то устраиваться в новом мире. Надо заработать денег, обеспечить некоторую финансовую независимость, а затем найти возможность стать хозяином замка, основать новый дом и женится, а в более отдаленном будущем получить титул лорда. Да, если теперь мне суждено жить в Вестеросе, то надо постараться сделать эту жизнь комфортной и легкой, заодно оставив после себя потомков и заложить крепкие основы их благополучия. Слава и уважение шли довеском.

Наверное, местным подобное казалась бы фантастикой, но я был напрочь лишен сословных заморочек и потому твердо верил, что если проявлю настойчивость и целеустремленность, то и судьба рано или поздно даст шанс.

Не знаю почему, но обдумав все это и наметив для себя основную цель, я даже немного повеселел. Засунув вещи обратно в сумки, оседлал коней, сел на Каштана и двинулся узкой тропой, стиснутой со всех сторон лесом. Деревья нависали над головой, ветви цеплялись за лицо, но направления я знал, память прежнего Дунка не подкачала.

В Эшфордском турнире я участвовать не буду ни за какие коврижки.Забавно, но если ничего не произойдет, то и знаменитый принц Бейлор Таргариен прозванный Сломи Копье должен выжить. Будет неплохо проверить, смогу ли я влиять на местную историю, но я больше думал не о Бейлоре. Нет, в голове сложился иной план. Мне необходимо найти и познакомиться с Эгом, драконьим принцем. И если паренек попросится в оруженосцы, то с радостью возьму его. Знакомство с одним из Таргариенов лишним точно не будет, подобное открывает многие двери. Если Сломи Копье выживет, Эйгон может и не станет королем, но все равно останется Таргариеном. Главное, все сделать правильно.

Гостиница нашлась у ручья. Она представляла собой двухэтажное здание, вокруг которого раскинулись хозяйственные постройки. К тому времени стемнело окончательно, я еле видел тропу под ногами, но из окон лился теплый желтый свет. Животные, понимая, что их ждет отдых, взбодрились.

Двор оказался пустым. Я спешился, отстегнул ножны с мечом, взял их в руку и осмотрелся. Привлеченная шумом, из-за конюшни выглянула худенькая фигурка, обритая наголо и закутанная в плащ.

– Эй, ты конюшок или как? – поинтересовался я. Ранее я думал, что в моем новом положении достоинств мало – лишь рост и сила Дунка, да его молодое здоровое тело, но сейчас окончательно понял, что без знания местного языка бы было куда сложнее. А так весь словарный запас прежнего хозяина тела остался при мне, да вдобавок я и говорил, как и он, с теми же особенностями произношения и фразеологизмами. Понятное дело, вестеросский язык все еще казался диковинкой, но я быстро привыкал, попутно сообразив, что у него много общего с английским. – Прими лошадей, мальчик.

– Приму, если захочу, – он подошел поближе. Ну что же, приятно познакомиться, будущий король Эйгон Невероятный, если ты действительно им станешь! Жаль, что сейчас уже темно и невозможно толком разглядеть твои темно-синие «таргариеновские» глаза.

– Будешь из себя принца строить, уши надеру, – усмехнувшись, пообещал я.

– Не надерешь, – он вздрогнул, услышав слово «принц». – А ты кто?

– Таинственный рыцарь, – я хохотнул. Как же правильно поступить? – Возьми лошадей, расседлай, задай им корму. Если сделаешь все хорошо, получишь грош.

Эг стоял неподвижно, но мне того и требовалось. Не обращая внимания на паренька, я прошел внутрь, стукнувшись головой о притолоку. За спиной раздался насмешливый смешок. Черт, совсем забыл о своем росте.

Главный зал представлял собой небольшого размера помещение с несколькими столами. У северной стены имелся камин, на юг выходили три окна. Еще одна дверь вела внутрь здания, а по одной из стен поднималась лесенка к спальням. Масляные светильники чадили и давали совсем мало света, по углам прятались тени. Пахло прогорклым маслом.

Из посетителей за одним из столов похрапывал какой-то богато одетый мужчина. Таких мелких деталей, как его имя я конечно не знал, помнил лишь по прочитанной повести, что это еще один Таргариен – их сейчас в Вестеросе вообще, как собак нерезанных.

Потирая ушибленный лоб, я прошел в дальний угол, присел на жалобно скрипнувший стул и приставил ножны с мечом к стене.

– Что вам подать? – поинтересовалась загорелая коренастая женщина в простом платье. Она подошла и остановилась, вытирая красные руки полотенцем.

– У меня три лошади.

– Мой сын ими займется, – заверила женщина. Интересно, где на самом деле ее мальчишка? Убежал на турнир или спит? Дунк принял за него Эга и я буду действовать схожим образом.

– Славно. Что у вас есть?

– Свежий эль, зажаренный с травами барашек и утка, их мой сын вчера на Зыбкой настрелял. Что прикажете принести?

– Все перечисленное.

– Похоже, вы достаточно большой, чтобы со всем этим управиться, – хохотнула женщина. Отойдя к стойке, она выдернула пробку из бочонка, налила полную деревянную кружку, вернулась и поставила её на стол. – Комнату на ночь не желаете?

– Решу, пока буду есть.

– Как скажете, – она ушла, а я с наслаждением отхлебнул эля. Он был орехового цвета, густой, мягче классического пива, с растительно-фруктовыми нотками и очень вкусный. И хотя стол оказался заляпан жиром и изрезан ножами, а кружку стоило бы как следует помыть, я вдруг впервые подумал, что новый мир начинает мне нравиться. Здесь ведь не загаженная Земля с подорванной экологией и кучей проблем, следовательно, уже имеется ряд плюсов. Несомненно, свежий воздух, чистейшая вода, плодородные почвы и все прочее самым прямым образом влияют на то, что растет и живет в Вестеросе. В том числе и на эль.

Сочный барашек так же оказался невероятно хорош, на Земле я такой нечасто пробывал. Утка вышла еще лучше, ее обжарили с вишней и лимонами. Кроме мяса, хозяйка подала горошек в масле, отварную репу и свежий теплый хлеб, недавно вынутый из печи.

«Обалденно» – сам себя сказал я, обгладывая кости и допивая эль.

– Вы, сир, никак на Эшфордский турнир путь держите? – поинтересовалась женщина, ставя на стол еще одну тяжелую кружку.

– Нет, пожалуй, – я качнул головой, делая очередной основательный глоток. На Земле эль пили не только ради опьянения, но и для сытости. Как еда он входил в рацион английских лучников, но я все же почувствовал, как голова легонько закружилась. Новое тело оказалось совсем слабым на алкоголь, значит, пора притормаживать. – Ехал, да передумал. Куда от вас, хозяюшка, дороги ведут?

– На север вы далеко не уедете, Зыбкая помешает, а ближайший брод аккурат у Эшфорда. Замок, значится, к востоку от нас. К западу вам много дней придется ехать вдоль берега, а там уж и в Мандер уткнетесь, сир, – женщина вновь улыбнулась. Обращение «хозяюшка» ей явно понравилось.

– А к югу?

– Звездный Пик, Колосья, Ночная Песнь лордов Каронов и начало Принцева перевала. Он, как всякому известно, в Дорн прямёхонько ведет.

– Ясно, – диспозиция прояснилась. Карту Вестероса я помнил приблизительно, но сейчас сориентироваться все же удалось. И путь стал понятен – я собирался две-три недельки как следует позаниматься с мечом и привыкнуть к телу, а затем, как и Дунк, попробовать себя в турнире, но в отличие от него не на коне, а в пешей схватке один на один. А где наиболее часто проводят турниру? В Просторе и Западных землях. И вот здесь я какое-то время и побуду, но только не в Эшфорде. Такой был первоначальный план, который я обдумывал с тех самых пор, как меня «отпустило» и окончательно понял, где очутился. Данный план гармонично дополнял мою цель стать рыцарем и лордом. Ну, а что еще делать? В ремесленники или септоны идти совсем не хочется, купцу нужны начальные деньги, моряк из меня аховый, для мейстера я уже староват, а к тяжелой крестьянской доле душа не лежит. Имелся и еще один вариант – заложить производство чего-нибудь полезного, бумаги, к примеру, поташа или стекла. Да вот только связей-то нет, и меня мигом заставит батрачить на себя какой-нибудь сраный лорденыш. Значит, буду сражаться или наймусь сопровождать торговцев в качестве охранника. Тем более, новое тело буквально для таких дел и создано.

Хозяйка отошла. Я неспешно допивал эль, гоняя разные мыслишки. Тут спящий за столиком мужчина поднял голову и заморгал на свет. Выглядел он пьяным, помятым, с кругами под глазами и ниткой слюны, протянувшейся из безвольно раскрытого рта. Под шапкой спутанных песочных волос лицо имело желтый нездоровый оттенок, подбородок зарос светлой щетиной.

– Я видел тебе во сне! – он все же умудрился собрать глаза в кучу и отер рот тыльной стороной ладони.

– Когда? – лениво поинтересовался я.

– Три дня назад. Держись от меня подальше, слышишь? – трясущийся указательный палец нацелился на мою грудь. – Как можно дальше держись, ты принесешь моей семье горе!

– С тебя золотой дракон, милорд, и в течение ближайшего времени ты меня точно не увидишь, – я скрестил руки на груди, откинувшись к стене. Три дня назад… Вероятно, он видел сон про печальный конец Бейлора Сломи Копье и Дунка, а не про меня, я тогда еще в Вестерос не попал.

– Что? Какой дракон? – он уставился на меня, ничего не понимая.

– Золотой дракон. Монета такая.

– А-а… – пьянчуга нетвердо поднялся, вздохнул и начал шарить рукой по поясу. Я уже было подумал, что вот так, задарма, получу в свое распоряжение золотой. Ага, как же, разбежался! Таргариен оказался то ли жадным, то ли тупым, но в любом случае пользы мне это не принесло. Он похлопал себя по одежде, а затем, не говоря лишнего слова, выдвинулся по лестнице и поскрипывая ступенями, поднялся наверх, в комнату. – Мне бы девку сейчас, но здесь их нет, – донеслось напоследок.

– Не обращайте на него внимания, сир, – посоветовала подошедшая хозяйка. – Он только и знает, что пить, да толковать о своих снах. Какая с них польза, скажите на милость?

– Никакой. Сколько я вам должен?

– Серебряного оленя. Если надумали ночевать, то придется доплатить.

– Нет, переночую на улице, – я находился в Просторе, сейчас весна, так что буду наслаждаться свежим воздухом и пением цикад. К тому же в комнатах наверняка душновато.

Отдав одну из трех серебряных монет, я взял ножны с мечом и выбрался на улицу, глубоко вздохнув отдающий травой и ночной прохладой воздух. В ценах я пока не разобрался, но они показались мне весьма скромными. За целую утку, барашка, две кружки эля и уход за конями я отдал одну-единственную серебряную монету. А в золотом драконе, который казался так близко, их насчитывается двести десять.

Эг развлекался в конюшне. Он залез в кольчугу старого сира Арлана, напялил на голову шлем и взгромоздился на Грома, изображая из себя рыцаря. Кольчуга была ему до пяток, а шлем сполз на нос, так что вид он имел забавный.

– Ты чего удумал?

– Ничего. Просто примерил твои вещи.

– Примерил? Ладно, теперь снимай. Меня дорога ждет.

– Сейчас, – он соскользнул с Грома. Нахальный мальчишка явно умышленно разговаривал на «ты», проверяя мою реакцию. – Вот твоя кольчуга, держи.

– Больно ты прыткий, – я специально говорил если и не грубо, то с безразличием. Для меня важно, чтобы именно Эг предложил свои услуги в качестве оруженосца, а не я его об этом попросил.

– Ты ведь в Эшфорд едешь?

– Обращайся ко мне уважительно, мальчик. Я – рыцарь, сир Дункан. А ты кто таков?

– Эг, – мальчишка помедлил, прежде чем назваться.

– И откуда?

– Из Королевской Гавани.

– А здесь что делаешь?

– На турнир хочу попасть.

– И я хотел, но теперь передумал, – я зевнул, и развернулся, покосившись краем глаза на Эга. Интересно, клюнет или нет? Мальчишки отличаются любопытством и непоседливостью, а мне того и надо. А еще ни в коем случае не требуется вызнавать, кто он такой на самом деле. Потому что Эг все равно вернется в Красный замок, но для меня куда лучше, когда в разговоре с его отцом я с самым честным видом признаюсь, что не знал, что познакомился с принцем. – Теперь поеду на Запад, переправлюсь через Мандер и буду путешествовать от замка к замку, знакомясь с рыцарями, смотря на артистов, слушая менестрелей и участвуя в турнирах, только потренируюсь малость для начала. Ночевки у костра, уханье полуночных птиц, свежий ветер в волосах и приключения, вот о чем я мечтаю. Такая жизнь как раз по мне.

– Ух ты! – восторженно присвистнул он. – Так возьмите меня с собой. Я вам пригожусь. Рыцарю всегда нужен оруженосец, а вам тем более.

– Почему это? – я нахмурился.

– Потому что вам до рыцаря далеко, сир, – Эг отличался бойким и нахальным нравом, такой нигде не пропадет. Ну, оно и понятно. Он же принц и привык к соответствующему отношению.

– Будешь дерзить, уши надеру, – вновь пообещал я. – Верно, вид у меня не самый благопристойный, но это ничего не значит. А мать твоя не будет против?

– Она умерла, – он пожал плечами.

– Так ты не сын местной хозяюшки?

– Нет, – мальчик склонил голову и принялся ногой ковырять сено на полу конюшни. Понятно, не хочет говорить правду, но и до прямой лжи не опускается.

– Небось, сбежал из дома, а теперь гадаешь, куда приткнуться? Далеко ты забрался от столицы, вот что я скажу.

– Точно, – он просиял. Эх, как же легко с детьми, тем более, если все про них знаешь.

– Бедняга! – я легонько похлопал его по плечу. – Представляешь, как и ты, я тоже жил в столице, а в один прекрасный день меня заметил сир Арлан из Пеннитри, взяв в оруженосцы. Ну, ладно, беру и я тебя. Выводи лошадей, ночевать будем под открытым небом.

– Здорово! – улыбнулся Эг.

Животные не хотели выходить из уютной конюшни и подчинились с неохотой. Воодушевленный паренек рассказывал, что он меня не подведет и будет заботиться, как полагается каждому оруженосцы. Ростом он едва доставал мне до пояса и на каждый мой шаг делал три своих.

Безоблачное небо усеяли яркие созвездия. Я не знал, как они называются, но поучиться можно прямо сейчас.

– Оруженосцам полагается разбираться в звездах, – я остановился и задрал голову. – Хочу тебя проверить. Вот ту голубую как прозвали?

– Глаз Ледяного Дракона. Он указывает точно на Север.

– А та, белая?

– Нимерия!

– Очень даже неплохо для такого мелкого шалопая, – он надулся, но я продолжал, как ни в чем не бывало. – Неужели ты и созвездия помнишь?

– Конечно, сир! Фонарь Старицы, Жеребец, Ладья… – Таргариен зачастил, пытаясь произвести впечатление.

Заночевали мы на какой-то безымянной полянке, устроившись прямо на траве. Эг, хоть и принц, особо не привередничал, укрылся собственным плащом, а под голову положил одно из седел.

Заснул мальчишка быстро, а я долго лежал, заложив руки под голову, наслаждаясь прохладным ароматом разнотравья и прекрасным видом звездного неба. Я еще и в прошлой жизни любил на него смотреть. Красота! Тем более, названия некоторых созвездий всплыли в памяти прошлого Дунка, а часть напомнил Эг. Вообще, даже за минувшие полчаса он неплохо позанимался со мной, восполним основательные пробелы в местной астрономии. Завтра надо будет с ним насчет гербов беседу завести. Буду действовать, как преподаватель на экзамене, который сам толком не вытягивает предмет, но достаточно хитер, дабы направить студента так, чтобы тот выложил все, что помнит.

Проснулись с рассветом. Утро выдалось чудесное – свежее, слегка прохладное и росистое. В низине у реки клубился туман и квакали лягушки. Пахло сыростью и тиной.

Эг отправился в кусты по утренним делам, а когда вернулся, то сообщил, что недалеко протекает ручей, а в нем водится рыба.

– Давайте наловим ее на завтрак, – предложил он.

– Валяй, – разрешил я. Мальчишка вновь ушел, а я, раздевшись по пояс, размялся, а затем взял меч, принявшись отрабатывать различные связки, выпады и блоки, все то, что помнил по прошлой жизни. Вдобавок на помощь пришла мышечная память прошлого Дунка, все же он кое-что умел, так что, как и ранее с языком Вестероса, начинать с нуля не пришлось.

И все же тело слушалось плохо, многие движения выходили неуверенными, да и с координацией еще работать и работать. Но ничего – организм у меня теперь молодой, сильный и выносливый. Из него такое вылепить можно, что как говорится, держите меня семеро!

– Тяжеловато двигаетесь, сир, – заметил Эг. Я так увлекся, что и не увидел, как тот пришел. На ивовой палочке в его руках висели три рыбешки, напоминающие самых обычных подлещиков.

– Сам знаю, – признался я.

Пока Эг разложил костер и принялся жарить улов, я сбегал к реке и сполоснулся. Мочалка, обычная грубая дерюга и мыльный корень у старого сира Арлана имелись, а вот что такое зубная щетка и все прочее он никогда и не слышал. Пришлось довольствоваться тем, что есть.

Завтракали подгоревшей с одной стороны и сырой с другой рыбой, черствым хлебом и кусочками обжаренной на огне солонины. Поваренок из Таргариена вышел так себе.

Эг ел с аппетитом и болтал без остановки. Было видно, что походная жизнь ему очень даже нравится. Кони тем временем щипали траву. Еда, может и скудная, но зато пить они могли вдоволь.

Через час, когда солнце немного поднялось, я сел на Каштана и привязал к седлу поводья Грома, а Эг забрался на Легконогую и мы тронулись. Около Зыбкой нашлась небольшая тропа, по которой и отправились, двигаясь на запад, подальше от Эшфорда и намечающегося турнира.

Туман над рекой напоминал рваное ватное одеяло, цепляющийся за коряги и тающий буквально на глазах. Вниз по течению неспешно проплыла лодка с двумя рыбаками. В камышах плескалась рыба, а в воздухе периодически показывались утки и птицы побольше – то ли цапли, то ли журавли. Я пожалел, что у меня нет лука. Хотя, зачем он, я ведь и стрелять-то из него толком не умею.