Американский вояж

Немного злясь на сложившуюся ситуацию, пошел за Майклом на выдачу багажа. Вот оно мне нужно, работать помесью гида, сопровождающего и приглядывающего? Как там Коровьев из любимой мной книги говорил?

«Вот они где у меня сидят, эти интуристы! – интимно пожаловался Коровьев, тыча пальцем в свою жилистую шею. – Верите ли, всю душу вымотали! Приедет… и или нашпионит, как последний сукин сын, или же капризами все нервы вымотает: и то ему не так, и это не так!» [1]

Я оценивающе поглядел на спину Майкла – молод он еще для того, чтобы нашпионить, тем более, как сукин сын. А вот капризы – очень даже может быть, непривычны эти иностранцы к нашим реалиям. И ведь в случае чего виноватым буду ни кто иной, как я, объясняйся потом с органами. Теми самыми, которые «соответствующие» и «компетентные». Вот же горюшко. А, ладно, все равно уже не соскочу, так что нужно перетерпеть эти два месяца, а там лето начнется. Летом будет весело, поедем в тайгу комаров кормить и камни таскать в рюкзаках за спиной. А еще будем по колено в воде лотки промывать в поиске золота, словно гномы. Романтика! Комары у нас на Колыме крупные, что утки, ходят слухи, что особо вкусных начинающих геологов коллективно утаскивать пытались, отстреливаться приходилось. Ух, с какими леденящими кровь подробностями про эдакие страсти рассказывают старшекурсники, Хичкок отдыхает, обожаю их байки слушать.

Кстати, да, приеду, нужно будет в Охотобщество записаться и насчет приобретения ружья выяснить. Все же в тайгу лучше свое оружие брать, а то с казенным замучаешься по каждому потраченному патрону отписываться. Хотя, может, еще нет такого маразма?

Груза ждать пришлось добрых полчаса. Наверное, таможенники проверяли, все ли в порядке с оформлением или еще какая загвоздка. Нет, сумку с вещами американец сразу с собой тащил, но это оказалось не все. Наконец, отворилась стальная дверь, ведущая в служебные помещения аэропорта, и грузчик на тележке выкатил целую гору коробок.

Еле уговорил его проехать на улицу, иначе даже не знаю, как бы перетаскивали багаж. На пару составили коробки на асфальт, а потом я оставил Майкла на охране, а сам побежал искать наше такси, пусть подъезжают поближе.

Хорошо, что «Волга» - автомобиль вместительный. В багажник вошло четыре коробки. Еще одну, помучившись, туда же впихнули. А вот остальные вещи пришлось грузить на заднее сидение и в промежуток между передними креслами и задним диваном. Для нас с американцем еле-еле места хватило, чтобы влезть по бокам и с трудом захлопнуть двери. Даже сумку Майкла пришлось поставить на колени Иванцову. Сами мы всю дорогу удерживали коробки, чтобы не падали по время маневров машины.

Большой вопрос, как мы будем их загружать в Ил-62 и согласится ли «Аэрофлот» перевезти за раз столько багажа? Да и по деньгам немало выходит, за каждый килограмм берут 1 рубль 95 копеек. Почти 2 рубля, а у нас тут не меньше 150 кило груза. А еще билеты до Магадана по 168 рубликов каждый. Больше 600 рублей выходит. А у меня еще свой багаж есть. Ладно, сообщу куратору через Андрея, пусть сам думает, что и как.

Пока ехали, Иванцов поинтересовался, что хоть везем, оказалось, что практически весь спектр производства компании Tandy, компьютеры TRS-80 Color Computer и Tandy 2000 в комплекте с мониторами. А еще внешние дисководы, два матричных принтера и даже джойстики. И все это от одного производителя.

- Слушай, - спрашиваю, - А как ты провез технику? Разве она не запрещена к поставке в СССР?

Майкл запротестовал:

- Нет, для фирмы Тэнди запрета не было. Мы можем его в любую страну продавать. И это уже устаревшие машины, сейчас выпускается Tandy 1000. А старые типа модели наша фирма может поставить довольно дешево, поэтому ваш колледж ими и заинтересовался.

- Подожди, - говорю, - Это получается, что у вас сначала Tandy 2000 начали делать, а потом уже Tandy 1000?

- Да, - отвечает, - Самого забавляет, а сейчас уже Tandy 3000 разрабатывают, но он только в будущем году станет доступным. А вот Ко-Ко так и продолжают выпускать. Его хорошо раскупают, он для домашнего использования оптимален и стоит недорого.

- Что за Ко-Ко? – вылез Андрей с вопросом.

- TRS-80, их с 77-го года собирают, только сначала монитор черно-белый был. С 80-го года уже TRS-80 Color Computer появился, его поэтому так и называют: Color Computer, вот и Ко-Ко, сокращают так. Я обе модели привез, а у вас уже определятся, что закупят.

- Слушай, а откуда ты так хорошо русский знаешь? – опять не дал мне слова сказать Андрей.

- У меня мама из семьи, оставшейся после продажи Аляски, им некуда ехать было. Сначала в Ситке жили, потом перебрались в Николаевск. Его в 1939-м году основали. У нас дом большой на Ореховой улице. Поселок совсем русский. Так-то и американцы есть, немцы, ирландцы, но мало. Большинство русские, в основном старообрядцы, которые после революции в Америку перебрались, ну, и просто эмигранты. У нас и по-английски и по-русски говорят все. А вообще на Аляске много деревень русских и церкви православные почти в каждой.

- А фамилия у тебя вроде не наша? – опять отметился Андрей.

- Мой отец американец, хотя у него тоже есть русские корни, у прадеда была фамилия Остапов, потом в Стафф переделали, все равно никто выговорить не мог, а мама русская американка. Они развелись, когда мне семь было. Я в основном с мамой жил. У отца в Калифорнии дом, но он часто на Аляску приезжает, а я к нему летал на каникулы. Там тепло и в море купаться можно. В маминой семье все дома по-русски говорят и соседи тоже, вот отец только «хорошо» и «водка» знает.

- Так, наверное, у вас старый говор, а по тебе и не скажешь, что из-за границы, словно в России всегда жил, - наконец-то я смог вставить свои три копейки.

- Я же с разными людьми общался. У нас и современные эмигранты есть. У отца дом в Сан-Франциско в Ричмонде, там большая русская община неподалеку. У меня и друзья там были, но некоторые уже только по-английски говорят, русский почти не знают. А еще я читал много, у нас дома знаешь, какая библиотека? Дед – большой книголюб.

Пока разговаривали, такси к гостинице подъехало. Багаж все втроем таскали. Сначала перенесли в холл, чтобы машину отпустить, а оттуда уже в номер. Три раза ходить пришлось. Думал, в гостинице возмущаться начнут тем, что номер в склад превращаем, но нет, ухом не повели. Думаю, администрацию предупредили заранее. Коробки мы в свободном углу комнаты сложили так, чтобы они нам не мешались.

С Андреем договорились, что завтра с утра встретимся, он сказал, что его на пару дней освободили от занятий, так что он в нашем полном распоряжении. Пожали ему руку, и парень побежал в свою общагу, тем более что время уже позднее – десятый час на дворе.

Комнату американец одобрил. Сказал, что у него в студенческом кампусе поменьше, он в ней с еще одним парнем живет. Кухня них тоже общая на этаже, прямо как у нас. Интересно, где его поселят в Магадане – в нашем общежитии на общих основаниях или предпочтут номер в гостинице выделить? Ладно, там посмотрим.

Поинтересовался, вдруг гость голодный. Майкл признался, что в самолете кормили, но сейчас в желудке совсем пусто. Ресторан в гостинице уже не работает, поздно слишком. Куда-нибудь ехать на ночь глядя тоже не вариант, это надо заранее столик бронировать. А вот чайку организовать – самое оно. Смотался к дежурной по этажу, взял электрочайник. Заварка у меня своя есть, плюс домашние гостинцы, что Пяткин передал. Вот голова садовая, у меня же еще половина торта в холодильнике стоит и там же колбаса копченая и сыр. Да у нас сейчас пир горой будет.

У меня и посуда есть, я небольшой чайный сервис купил специально для Алисы в «Лейпциге». Так что тарелки с чашками на стол. Колбаску с сыром подрезал, пирожки и ватрушки от жены Пяткина выложил, торт поставил, чай разлил. Что еще студентам для счастья надо? Разве что студенток, но нельзя – русо принимающая сторона, облико морале. Тут шаг влево, шаг вправо и все – облико уже обморале, пожалуйте на комсомольское собрание. Меня уже раз разбирали, не понравилось. А тут гостиница, любой загул пресекут, не «Интурист» чай с его интердевочками. Тут люди солидные останавливаются, профессора с академиками. Хотя знаю я этих профессоров, иные тоже на студенток с интересом поглядывают, хотя и не признаются.

- Очень вкусно, - оценил Майкл пирожки, - У меня мама такие же печет.

- А пельмени лепите?

- А как же! У моего деда – это самое желанное блюдо, он их обожает. Бабушка делает их совсем малюсенькими, да сноровисто так. А еще в крепком бульоне отваривает, тогда вообще объедение. И блины мама часто печет, не американские, а тонкие, русские. Мне со сметаной и с вареньем они нравятся, с медом тоже славно.

Смотрю, практически наш человек. Понимает толк в национальной кухне. Нормально, я смотрю, они там на Аляске традиции сохранили, даже удивительно, все же сотня лет прошла, как земля к американцам перешла. Короче, правильно через несколько лет Любэ петь будет: «Отдавай нам землицу Алясочку, отдавай-ка родимую взад».

- А сам-то ты, как? Ну… - я как-то затруднился с вопросом.

- Ты напрямую спрашивай, без дальних околичностей.

Хм, а все же проскакивают у парня в разговоре слова, которые нынче хоть и знают, но в повседневной речи уже давно не используют.

- Ладно, прямо спрошу. Сам-то ты кем себя считаешь – русским или американцем?

- И тем и другим. Я родился и вырос в США, даже поездил с отцом по разным штатам. Но душа у меня русская. Я в русской культуре вырос, но и американскую впитал. Так что нет у меня простого ответа.

- Понятно, - ладно будем посмотреть, мне с ним два месяца общаться.

Кстати, надо провентилировать, зачем он вообще приехал.

- А ты учишься, получается?

- Да, в университете в Анкоридже. У меня там дядя уже лет десять живет. Он даже хотел, чтобы я у него в доме жил, но в кампусе веселее, хотя я часто у него бываю, на охоту, рыбалку ездим.

О, вот это тема, интересно, как там у них, вроде на Аляске оружие практически свободно можно покупать. Не только гладкоствол, а даже нарезное, вплоть до пистолетов. Майкл, кажется, почувствовал мою заинтересованность, сам спросил:

- Алекс, а ты где учишься?

- В Магадане, в ВУЗе на геологическом факультете.

- ВУЗ – это что?

- Высшее учебное заведение, у нас еще говорят институт. Ну, как у вас колледж, - расшифровал я наше понятие.

- Да, я понял.

- А ты на кого учишься? – я в свою очередь поинтересовался.

- Специалист по компьютерам, обслуживание, конфигурирование, немного программирование.

- А, это ты по своей специальности приехал, - дошло до меня.

- О, нет. Хотя, да, но не совсем, - начал объяснять Майкл, - Я еще работаю в магазине RadioShack. Это такая сеть, их много в разных городах, в других странах тоже есть, но на Аляске один. Мы продаем радиотовары марки Tandy по всему штату, в основном по почте. Ну, как тебе объяснить, человек на месте выбирает по каталогу товар, делает заказ, а мы присылаем. Еще обслуживанием занимаемся, починкой, модернизацией. Сами товар не выделываем… как у вас говорят, не производим, компьютеры не главный наш бизнес, основные продажи – радиостанции, большие и маленькие для охотников, рыболовов, туристов. Магазин моему дяде принадлежит, работаем, не знаю, как по-русски, франшиз.

- Знаю, это когда по соглашению используют чужое название, а работают самостоятельно, но по правилам владельца названия.

- Примерно так, это называется бренд.

Да знаю я, знаю. У меня в том прошлом еще и вышка по экономике за спиной осталась. Уж что-что, а всякие бренды и франшизы – это не то, что может поставить меня в тупик.

- А, ты как, только учишься? – мяч снова на стороне американца.

- Нет, как и ты, учусь и работаю. У нас говорят в таких случаях «подрабатываю». Лаборантом в компьютерном классе. Еще пишу, я журналист в местной газете и в общежитии, это кампус по-вашему, сантехником и электриком тружусь.

- О! Как это, «наш пострел везде поспел». А лаборант – это кто?

Ишь, шутник какой с Аляски.

- Лаборант – это помощник преподавателя, но я нашим ребятам помогаю компьютер освоить, - попытался я объяснить.

- А журналист – это в каком смысле?

- Статьи пишу в нашу областную газету.

- А, газетчик, репортер! – понял по-своему мой гость, - У меня сосед по комнате в кампусе тоже в университетской газете пишет.

- Ну, вообще-то я еще и книги пишу, - немного обиделся я, - Мои произведения уже в Магадане издавались. Может даже в центральных издательствах выйдут скоро.

- Мой отец тоже литературой занимается.

- Тоже писатель? - меня прямо заинтриговало.

- О, нет, у него агентство, он ищет начинающих авторов и представляет их интересы в издательствах.

Оп-па, «это я удачно зашел», какое перспективное знакомство меня может образоваться. Сам впрочем, довольно равнодушно сказал:

- Понятно.

Вроде как, мало ли что у вас там в Америке, нам не завлекательно. Шут его знает, не исключено, что нас слушают. Вроде как не того полета мы птицы, но мало ли. Будет время, обязательно порасспрашиваю, но уже в Магадане. Так оно надежнее.

- А с институтом нашим ваш университет, получается, сотрудничать не будет?

- О, нет, ты не понял, как раз у нас хотят попробовать наладить связи. Потому меня и отпустили. Получается, что заодно и там и там. А поставки техники – это дядя договаривался, я подробностей не знаю, Майкл замялся, - У меня вопрос такой. Послушай, Алекс, я в России впервые. Очень хотелось бы осмотреть Москву. Мы можем задержаться на пару дней или сразу летим?

- Все продумано заранее. Билеты у нас на воскресенье, так что есть три свободных дня. Только я тоже не местный, так что гидом у нас будет Андрей, с которым мы в такси ехали. Он в МГУ учится, это наш самый большой университет в стране, завтра увидишь, нас даже внутрь пустят. И по Москве походим. Ты как, театр любишь?

- О! Да, я даже у нас в хай скул в любительской труппе играл, - порадовал меня Майкл.

- Тогда тебе повезло, у меня есть знакомства в лучших театрах столицы, постараюсь добыть билеты туда.

- О! Большой театр, я знаю.

Задолбал он со своими О, если честно.

- Увы, в Большой и даже в Малый мы вряд ли попадем, но должно быть не хуже. А вообще, давай, Майкл, на боковую, завтра с утра Андрюха заявится, а мы не спавши, - напомнил я собеседнику о позднем времени.

- Как понять «на боковую»?

- Выражение такое, значит, что пора спать. Доброй ночи, Майкл.

- До завтра, Алекс.

***

Утром сводил нашего гостя на первый этаж в ресторан, а там за соседним столиком увидел Степана Степановича, к счастью одного. Извинился перед Майклом, подошел к пожилому соседу.

- Здравствуйте, Степан Степанович, приятного аппетита.

- Доброе утро, Александр, что-то хотели?

- Поблагодарить. Я так понимаю, это вы рецензию в журнал дали. Больше я никому не сообщал, что туда повесть отдал.

- Бросьте, я тут ни при чем, это наши космонавты подписали, - улыбнулся старый ученый.

- Без вас ее бы вообще не было, но я всех хотел бы поблагодарить. Хотя я, наверное, излишне был категоричен, мне показалось, со мной многие не согласились.

- Даже более чем, - согласно кивнул Семен Семенович, - Но повесть получилась действительно интересной, надеюсь, сможем когда-нибудь увидеть, кто и как запустит экспедицию к Марсу.

- Увы, но, не считаю, что ближайшие лет пятьдесят нога человека ступит не только на Марс, но и на Луну, - признался я.

- Почему вы так думаете? - сосед внимательно глянул на меня.

- Слишком дорого обойдется полет. Освоение космоса вступило в новую стадию, на смену энтузиастам и первопроходцам пришли работяги, умеющие считать деньги. Теперь главным становится не быть первыми, а получить от космоса полноценную отдачу. Поэтому развиваться будет орбитальная космонавтика. Дальние объекты будем изучать дистанционно, планеты Солнечной системы при помощи аппаратов. Не обнаружено пока на Луне и Марсе ничего такого, что настоятельно нужно людям и что окупит полет туда космических кораблей. Да и технологии пока несовершенны.

- Не очень-то приятную перспективу вы нарисовали, - грустно улыбнулся Семен Семенович.

- Самому не нравится, душа хочет романтики, но таковы объективные законы, по которым живет человечество. И даже строительство социализма тут ничего поменять не может. Нужно что-то, что окупит полет и возвращение домой. Не обязательно материальное. Информация тоже важна, но просто знания, как прекрасен закат на Марсе, маловато, - виновато закончил я свою речь. Хотя, знаете, не исключаю, что лет через двадцать или тридцать появится ушлый тип, который пообещает переселить часть человечества на Марс, соберет миллиарды на это, а потом будет год за годом переносить старт программы, в конце концов вообще забыв про нее. И ему будут верить даже после того, как пройдет много лет после последнего самого наивернейшего срока.

- Ну, это вы уж чересчур, это уже не фантастика, а какой-то гротеск - уже откровенно рассмеялся Семен Семенович.

Я только грустно улыбнулся, вспоминая как Маск лохов на Марс обещал отправить и гиперлуп построить, а разводимые им кролики с пеной на губах кричали, какой он умный и что Марс уже буквально у человечества в кармане.

Распрощался с соседом, он, оказывается, сегодня уезжает, больше не увидимся. Жаль, интересный человек. Майкл заинтересовался, спросил, с кем я разговаривал. Отмахнулся, что, мол, знакомый.

Пока нет Андрея, попробовал позвонить Абдулову и Филатову. Особо не надеялся связаться, но получилось, и оба меня вспомнили. Ура, контрамарки будут, надо просто к началу спектакля подойти.

В номере поинтересовался, что хоть за компьютеры такие мы таскали. Майкл бросился распаковывать одну из коробок. Однако увлеченный техникой человек.

Он уже начал подключать блоки друг с другом, как я панически завопил:

- Стой!

- Ты чего? – озадачено остановился американец.

- Ты как подключать собрался? У нас же напряжение 220 вольт и частота 50 герц в розетке, а у вас все оборудование рассчитано на 120 вольт и 60 герц. Сгорит же, - начал я объяснять про очевидную, но всеми забываемую вещь.

Майкл в ответ только расхохотался.

- Ты чего? – удивился я.

- А то, - отсмеявшись, ответил мне американец, - Все предусмотрено заранее. Компьютер сразу был рассчитан на экспорт, поэтому блок питания может работать от разных напряжений. У нас и 110 и 127 еще предусмотрены. Даже переключать не надо, автоматически выбирается. А с розетками тоже не беда, вот.

Вот такой маленький переходник-насадка на вилку

Майкл протянул мне электрическую вилку без провода. Блин, да это же переходник с американского на советский стандарт. Вот же я паникер. Точно, у меня отец в 80-е в Японию мотался, так двухкассетник Сонье привез. И у него как раз был такой автоматический блок питания и на вилке переходник был надет. Даже незаметно было, что он есть.

- Но, трансформаторы я взял, - заявил Майкл, - Мне сказали, что у вас напряжение нестабильное, скакать может. Но только два, нужно еще пару.

- Не беда, - заверил я его, - От телевизора возьмем. Включай, давай машину, да показывай.

А комп интересный. Сейчас у большинства персоналок клавиатура и материнская плата в одном корпусе размещаются, а тут настоящий системный блок, на который монитор ставится, прямо как у Эпплов. Клава отдельная, причем на завитом спиралью проводе, таким сейчас трубки к телефонам крепятся. Мало того, даже мышь есть, хотя здесь операционка MS-DOS, для нее манипулятор не особо нужен. Его, кстати, можно на джойстик заменить.

Тот самый компьютер Tandy 2000, на передней панели также имелось обозначение TRS-80

Для нынешнего периода Tandy 2000 просто бомба. Что и говорить – ОЗУ 768 килобайт, это притом, что архитектура IBM PC больше 640 килобайт не поддерживает. И дискеты к нему идут двухсторонние, вмещающие 720 килобайт информации, а сейчас стандарт IBM рассчитан всего лишь на 360 КБ. В принципе я в начале 2000-х еще дискетами пользовался, которые всего-то 1,44 мегабайта вмещали, лишь в два раза больше, чем у Тэнди.

Экран многоцветный. Кином на таком не насладишься, но уже не черно-белая картинка. Сайты вполне можно просматривать, с простейшими иллюстрациями, но можно. Ну, и программы юзать. Бухгалтерия, инженерные расчеты – очень достойная машинка. Только ее вряд ли наши закупят, потому как полный комплект стоит 4250 долларов. Слишком дорого даже с учетом скидки, хорошо, если парочку согласятся взять. Вот Ко-Ко, тот подешевле, поэтому, несмотря на простоту долго в производстве продержался, вроде бы его только в самом начале 90-х с конвейера сняли.

До демонстрации Color Computer дело не дошло, Андрей постучался. С час все трое провозились с новой игрушкой, прямо не оторвать было. Потом Андрей сказал, что пора идти, он нам до обеда сделает экскурсию по МГУ. Конечно, здание огромное, поэтому выборочно пройдемся там, где можно посторонним появляться. На нас двоих даже пропуски выписали.

Спросил москвича, что там по авиабилетам, тот успокоил, что все нормально, летим в воскресенье, весь груз этим же рейсом отправится, об оплате я могу не беспокоиться. Только нужно будет хотя бы примерно взвесить багаж. Андрюха даже безмен притащил, так что мы все коробки проверили. Оказалось 180 килограмм, на всякий случай еще пяток кило прибавили. Свой багаж я взвешивать не стал, сам заплачу, не хочется, чтобы потом мне этой копеечной экономией в глаза тыкали.

Собрались, да пошли на прогулку. Громада МГУ Майкла впечатлила, приехали-то вчера, считай, ночью, особо не полюбуешься, да и некогда было. А при свете дня сталинская высотка выглядела невероятно величественно.

Главный корпус МГУ

- Московский государственный университет имени Ломоносова был создан в 1755 году, это крупнейшее учебное заведение Москвы и Советского Союза, он включает 40 факультетов, свыше 300 кафедр. Перед вами его центральное здание, построенное в 1953 году, - соловьем разливался Андрюха, - Его высота составляет 183,2 метра, а со шпилем — 235 метров. Это самое высокое здание в Европе, часы, размещенные на башне, также считаются самыми большими в Европе. В основном корпусе 32 этажа, в боковых корпусах по 18 этажей.

Да, гид из Андрея прекрасный, видно, что альма матер свою он любит и знает. Я буквально ноги оттоптал бегать по этажам. Но осмотреть есть что. Под конец мы поднялись на обзорную площадку на 32-м уровне. Дух захватывает, вся столица под ногами. Я за эту экскурсию три пленки отщелкал. Конечно, фотографировал только там, где разрешали. На площадке вообще развернулся, добрый десяток снимков сделал.

Мы еще и в студенческом общежитии побывали, в библиотеке, доме культуры и спортивном центре. Все тут под одной крышей, даже магазины есть с товарами для студентов, продуктами, одеждой. Кстати, надо будет тут ватмана купить, а то у меня кончается. У нас дефицит, а тут свободно продается. Пообедали в студенческой столовой. Она там не одна, мы во второй были. Я себе рисовый суп по-литовски взял, бараньи биточки с гречневой кашей, морковку, тертую с яблоками, порцию кабачковой икры (ну люблю я заморскую, люблю), гранатовый напиток и пирожное «Лакомка». Не сказать, что дешево в этой студенческой столовой: 1-34, 2-06, 0-32, 0-55, 0-10, 0-67 и 0-84, а всего на 5 рублей и 88 копеек. Сам Андрей брал, что подешевле. Я предложил заплатить за всех, но он гордо отверг мой жест. Ну, как хочет, а я лично голодный. Еще бы, столько бегать пришлось по этажам, а еще я в холодном климате живу, на Колыме без нормального питания никак не можно.

Наш гид обрадовал, что мы можем часок передохнуть в номере, а после перекура отправимся на Моховую – осматривать старое здание университета и факультет журналистики, который находится рядом. Еще зайдем в церковь святой Татьяны, именно ее день стал праздником российских студентов. Правда, пока там студенческий клуб. Заглянем в библиотеку, а затем нам предстоит поход на Большую Никитскую с посещением Зоологического музея и факультета искусств. Попутно еще и в Кремль зайдем.

Церковь святой Татьяны, пока еще студенческий клуб, снова храмом она станет в середине 90-х

Я так прикинул, что несмотря на привычку к пешим прогулкам и профессию, предполагающую дальние походы, все равно график на сегодня получается крайне насыщенный. Ладно, один раз можно, но потом уже перебор. Спросил Андрея, что на завтра намечено. Оказалось, что ничего, просто побродим по центральной части Москвы, зайдем в пару музеев.

- На вечер в пятницу ничего не запланировал? – спросил напрямую.

- Да нет, думал, отдохнуть надо.

- Ну и хорошо, потому как вечером мы в «Ленком» идем, меня Абдулов пригласил. Пойдешь с нами?

- Да, ладно, врешь! – не поверил москвич.

- Зачем? Я его знаю, сегодня позвонил, попросил билеты, он сказал, чтобы подходил на представление, контрамарки для нас в кассе оставят. А в субботу в «Современник» пойдем, нас Филатов одарил контрамарками.

- Может, у тебя и в «Таганке» знакомые есть? – ехидно спросил Андрей.

- На «Таганке» я вчера был на «Мастере и Маргарите», специально просил Фараду.

Кажется, я его морально убил. Вот с каким недоумением на меня смотрит. Наверное, думает, что это за странный тип из Магадана приехал, который с известными артистами на вась-вась. А пусть нос не задирает, мы, провинциалы, тоже кой-чего могем. Составить нам компанию он все же согласился.

Экскурсия получилась зачетная. Я всю пленку извел, нужно срочно еще покупать. Кстати, Майкл тоже много фотографировал, он тоже камеру захватил в поездку. Надо будет потом посмотреть на нее, но позже, думаю, в Магадане время на это будет.

Одна беда, еле ноги под конец волочил. На метро возвращаться категорически отказался, взял такси. Завезли Андрюху в общагу МГУ, потом доехали до гостиницы, поужинали и оба не сговариваясь, заняли горизонтальное положение на койках, потому как ноги уже гудели. Думал, поболтаем малость, но, смотрю, американца разморило, уже старательно сопит в две дырки.

Я так рано ложиться не привык. Вытащил тетрадь и лежа на пузе занялся продолжением своей детской книжки. Надеюсь, в «Детской Литературе» ее примут, тогда нужно будет, чтобы вторая часть поскорее была готовой.

__________________________________________________________________________________

[1] цитата, конечно же, из «Мастера и Маргариты» Михаила Булгакова, уверен, все знают, но на всякий случай примечание сделал