АМУЛЕТ: ПОДЗЕМЕЛЬЯ УКРАДЕННЫХ СЕРДЕЦ

1.

Грей вышел в узкий проулок. Затхлый воздух здесь был пропитан сладковатым запахом гниения, так как от начала до конца этот проулок был заставлен мусорными контейнерами, изукрашенными беспорядочными граффити. Привыкший к вони подземелий Грей даже не обратил на него внимания.

На ладони у мальчика неподвижной волной лежал кусочек цепочки от Амулета, который ещё несколько минут назад бесновался так, словно драгоценная реликвия находилась чуть ли не в метре от него.

Но здесь всё было тихо. Даже крыс не было видно.

Грей стал оглядываться по сторонам.

Прожив долгое время в Тёмном Мире среди самых разнообразных существ, он мог за один, коротко брошенный взгляд, определить, прячется ли здесь кто-либо из нелюдей сейчас или нет. Он даже мог сказать, был ли в этом месте кто-то из них в ближайшее время и как давно.

Он шёл мимо контейнеров, внимательно осматриваясь по сторонам и принюхиваясь. Здесь явно давно никого не было. И это было очень странно. Ведь цепочка от Амулета лгать не могла.

«Как так может быть?» - удивлялся он про себя.

Единственный вариант, который приходил ему в голову, был малоутешительным. Похоже, что существо, которое разыскало Амулет, передвигается преимущественно под землёй. Другого объяснения просто не было.

И если это был какой-то лепрекон или побрякушечник, то Грей, да даже Пуст со всеми своими злыднями, могли вести поиски годами и так ничего бы и не нашли. Эти мелкие существа передвигаются по только им известным ходам, слишком узким для других существ, и редко выходят на поверхность.

Под ногами звякнула бутылка. Мальчик остановился, посмотрел на свою порезанную ладонь, обмотанную тряпкой, которую он носил в кармане вместо носового платка, и снова подумал об Уне.

Какое у неё странное имя. Он никогда не слышал такого.

И сама она странная и необычная.

Что она могла делать здесь одна? Как она умудрилась столкнуться с Пустом и его злыднями? Ведь встреча человека и нелюдей практически невозможна.

Как и после первой встречи в метро, мысли о девочке с чёрными глазами отвлекли его от поисков.

Он всё более рассеяно смотрел по сторонам, вспоминая, как испугался за неё, увидев, что злыдни выстрелили ей в ногу волшебной ледышкой. Улыбка проскользнула на его губах, когда он вспомнил, что на минуту оказался её «кузеном из деревни». Как здорово она придумала! И, конечно, он не мог не заметить с каким восхищением девочка смотрела на него, когда ему удалось спасти её от Пуста.

Но, пожалуй, самым удивительным было то, что с ней ему было очень легко. Он чувствовал себя совершенно раскованно. Он мог быть самим собой, говорить и поступать так, как хотел, не опасаясь вызвать насмешку или осуждение с её стороны.

Поначалу он боялся, что он будет её стесняться, думал, что его тело будет зажатым, как будто его связали от плечей и до пят. Но ничего такого он не чувствовал. И это было просто замечательно.

Грей хотел бы снова увидеть её и убедиться, что с ней всё в порядке.

Но девочки нигде не было. Возможно её отыскали родители. Или полиция. Или кто-то другой пришёл к ней на помощь и вывел из Старого Города. Как бы то ни было, сейчас она была в безопасности, и эта мысль согревала его сердце. Ведь он знал, как могут быть опасны подданные Морока, проживающие на данной территории. И маленькой девочке нечего было делать здесь, в опасной близости Тёмного Мира.

Он совсем забыл, насколько опасными бывают люди.

2.

Уна и Рысь выбрались из страшного подвала, где произошла схватка с Клавдием. Рысь повёл девочку безлюдными тёмными переулками, такими узкими, что местами даже её плечи задевали стены домов. Она послушно следовала за ним, ни капли не сомневаясь в том, что он отведёт её туда, куда нужно. После того, как новый друг спас её, она доверяла ему полностью.

В одном из безжизненных дворов Рысь посадил её на спину и помчал, перепрыгивая через лужи и выбоины в асфальте.

Прыжок на забор. Ещё прыжок.

И вот они на крыше низкого строения.

Прогремев по коричневым от ржавчины листам крыши, Рысь перемахнул на другое строение, потом на другое, взбираясь всё выше и выше и вот они уже неслись над городом, перепрыгивая с крыши на крышу. Уна только успевала зажмуриваться.

- Мамочка! – она прижималась к невидимому телу Рыся, пролетая над очередной бездной.

- Держись!

Вскоре они добрались до пустыря, раскинувшегося вдалеке от городских кварталов. Вся эта местность поросла репейником. Чёрные палки редких корявых деревьев торчали тут и там. На холмах между болотцами темнели полуразвалившиеся хибары. Рысь обходил стороной эти кажущиеся необитаемыми строения – никто не знал, кого они там могли встретить. Только когда они оставили их позади, Рысь спустил Уну на землю и снова стал видимым, чтобы девочке было комфортнее.

Они двинулись по ухабистой недружелюбной местности.

Вокруг никого не было, только вороны протяжно каркали где-то вдалеке.

Уна бойко шагала по грязным тропинкам, карабкалась на пригорки, перепрыгивала канавы, держась за длинный хвост Рыся, который он время от времени подавал ей. Когда уставала, он снова усаживал её на спину и она, дремала на его загривке, обняв его шею обеими руками.

- Я так рада, что ты согласился пойти со мной, - шептала она сквозь сон.

А Рысь чувствовал, как булькает в её животе от голода, и размышлял о том, что ребёнка нужно будет накормить. А раз он взял ответственность за девочку, ему придётся заботиться о ней – кормить, поить, следить за тем, чтобы она не промочила ноги, была в тепле и так далее.

- Рысь? – вдруг спросила девочка.

- Что?

- В этом городе столько волшебства, а люди совсем не обращают внимания на него. Они что, не знают, что вы все здесь живёте?

- Я здесь не живу, - буркнул он в ответ. – Но… Да… Они не знают.

- А почему?

- Потому, - отрезал он.

Уна наклонила голову, смутившись.

- Потом поймёшь, - заключил он, давая понять, что разговор окончен.

Скоро пустырь закончился.

Уна и Рысь шли по заброшенному парку развлечений, освещённого янтарём заходящего солнца.

Силуэты городских кварталов терялись в дымке на горизонте.

Ветерок едва шевелил листву на деревьях проросших среди аттракционов. Бесшумно покачивалась высокая трава. Где-то в зарослях деловито покрякивали утки.

Здесь давно не был слышен смех детей. Парк был заброшен долгие годы. Металлические головы динозавров, которыми были увенчаны скинутые с рельсов и перевёрнутые вагончики, бессильно скалились в небо. Краска на порыжевших от ржавчины мордах потрескалась и отслаивалась. Карусели были изуродованы, качели исковерканы, будки аттракционов заляпаны граффити.

Высокая сухая трава доставала Уне почти до груди. Она шла, раздвигая её руками, но постоянно спотыкалась о камни и ветки. Рысь, напротив, двигался плавно, словно плыл среди зарослей.

Всю дорогу он размышлял, как может помочь девочке в её беде, но пока не находил решения.

Уна же думала о своих родителях. Где они? Вспомнили ли о ней? Ей так хотелось верить, что мама с папой мечутся, звонят в полицию, дают объявления в газеты. Но потом в её памяти всплывали их бесчувственные лица, их ругань друг с другом и она остро ощутила, что это именно она виновата в том, что Морана появилась в их доме.

И хоть она никак не могла понять в чём состоит её вина, но как это бывало в моменты ссор её родителей, ещё до того, как они переехали в Мидбург, всю вину она перекладывала на себя.

Они проходили мимо заросшего пруда с мутной бурой водой. У заросших камышами берегов прятались полузатопленные лодочки в виде чёрных лебедей. Впереди из-за кустов выглядывала ветхая беседка. Бетонные плиты дорожки затянула трава.

Уна и не заметила, что с Рысем, ей стало гораздо спокойнее. Сердце перестало бешено колотиться, она перестала ждать угрозы из-за каждого угла. Она шагала рядом с ним, ощущая прикосновение его мягкого меха, не задумываясь о том, куда он ведёт её, и даже не спрашивала об этом.

- А ты бывал в других местах… городах? – вдруг спросила Уна.

- Стараюсь не соваться к людям, - не хотя ответил он.

- Там так же, как и тут?

- Так же? Это как? – не понял он.

- Все злые. И люди, и… эти…

- Где как, - ответил он.

- Почему так?

Он только усмехнулся. Дети умеют задавать такие вопросы, на которые быстро не найдёшь ответ.

- А волшебники? Они и в других местах тоже есть?

Рысь посмотрел на Уну. Что он может ей рассказать об этом мире?

Он помнил себя разве что последние три, может быть четыре года - всё то время, что шёл в Мидбург, куда его тянуло словно магнитом.

Что-то он, конечно, знал. Изначально знал. Это было естественное знание, которому ему не пришлось учиться. Вроде понимания, кто есть кто в мире нелюдей и хитросплетения их взаимоотношений друг с другом. Но при этом он замечал много нового, не виденного им ранее. По ходу своего путешествия ему пришлось многому учиться. Уна была права, люди и прежде не добрые существа, ещё больше обозлились. Стали ещё более мелочными, глупыми и жестокими. Они и прежде были опасны, но сейчас особенно.

И нелюди, и обычные животные избегали встречи с человеком. И даже там, где люди подолгу не появлялись, хелионы и этворы предпочитали оставаться незаметными для окружающих. И только в Мидбурге было иначе. Здесь он видел, что нелюди чувствовали себя достаточно комфортно.

- Волшебники? Мало. Их вообще мало, - только и ответил он, снова погружаясь в раздумья.

Как? Каким образом эта маленькая девочка способна помочь ему понять кто он, и каково его предназначение на земле. Как она поможет ему вернуть воспоминания, которые, как ему сказали, были украдены Мороком? И что он будет делать, когда окажется в Тёмном Мире?

Мстить?Кому? Мороку? Но за что? Ответа не было.

Загадки. Сплошные загадки.

Как бы то ни было, сейчас он должен сделать всё, чтобы защитить Уну от мира людей и от Тёмного Мира.

3.

- Помогите!!!! Помогите! – закричал кто-то.

Уна и Рысь остановились.

Навстречу им, подпрыгивая на задних лапах, довольно резво бежал огромный таракан, сантиметров десять ростом. В лапах он тащил куриную косточку. За ним неслась группа разъярённых ежей.

Длинные усы таракана развевались во время бега. Огромные глаза были вытаращены. Это был какой-то особенный таракан. Его узкую талию опоясывал широкий красный пояс с золотой пряжкой. И он громко верещал, уворачиваясь от ударов преследователей:

- Они покушаются на мою жизнь! – таракан проскользнул между туфелек Уны и спрятался за её ногой.

- Верни косточку, злодей! – махали кулаками ежи, окружив Уну со всех сторон. Таракан стал размахивать костью, как дубиной.

- Думаете, я вам так просто дамся? Ещё никто из моего рода не был съеден ежами! – Он сделал очередной выпад. – Ха! Дрожи и бойся, троглодит! Ты разбудил во мне зверя!

- Эта наша собственность! – ревел самый крупный из ежей.

- Что за манеры?! Я позаимствовал её на время! Читайте внимательней контракт!

- Отдавай!

Таракан обкусал оставшиеся кусочки мяса с косточки и запустил ей в ежей.

– Подавитесь, жмоты!

Рассвирепевшие ежи схватили косточку и начали гонять таракана вокруг ног Уны. Девочка боялась пошевелиться, чтобы не наступить на кого-то из них.

- Постойте! – крикнула она. – Простите его. Вот! – она достала из кармана своего пиджачка четвертинку печененки, которую растягивала весь день. Она протянула её им.

Предводитель ежей выхватил лакомство из её пальцев и вся ватага, недовольно ворча, удалилась восвояси.

- Где ваше «Спасибо»? – прокричал им вслед таракан. – Деревенщина!

Уна с улыбкой смотрела как он брезгливыми движениями смахивает пыль со своего пояса и крылышек.

Таракан ей явно нравился. Рысь же не обращал на него никакого внимания, он смотрел куда-то в сторону, занятый собственными размышлениями. Уна наклонилась к новому знакомому:

- А ты симпатичный, - с улыбкой проговорила она.

- Что значит «симпатичный»? Я нечеловечески красив! – Он глянул на неё. – Ну и ты, в общем-то, ничего так.

Рысь покосился на него и многозначительно хмыкнул.

- А ты кто такой? - спросила Уна.

- Я? – Таракан критически осматривал кончики своих лап. – Я – принц. Моя смерть могла привести к серьёзным геополитическим последствиям. Хвала небесам, всё обошлось. Так что можете спать спокойно, граждане.

- О! – Уна впервые встречала кого-то королевских кровей.

- Если ты принц, чего ж ты крадёшь куриные кости? – заметил Рысь, не поворачивая головы.

Таракан сделал вид, что занят поправлением своего шелкового пояса и проигнорировал этот выпад. Он закончил приводить себя в порядок и, вскарабкавшись по ноге Уны, быстро очутился не её плече.

- И как мы должны к тебе обращаться? – спросила Уна, повернув к нему голову. – Ваше высочество?

- Ммм… - задумался Таракан.

- Скорей уж, Ваше Прохиндейство, - махнул хвостом Рысь.

Таракан бросил короткий взгляд в сторону Рыся и как ни в чём не бывало, ответил Уне:

- С должным почтением. Если добьёшься моего благоволения, я подумаю о том, чтобы даровать тебе титул, когда унаследую трон.

- А когда это случится? – обрадовалась Уна.

- Когда на Луне бананы зацветут, - хмыкнул Рысь.

Наследник тараканьего трона вытянулся и важно приподнял подбородок:

- Это дела политические, знаете ли. Всё не так просто, как может показаться простолюдину, - он сделал акцент на последнем слове и с вызовом посмотрел в сторону Рыся. - Есть определённые обстоятельства, условия… – продолжил он мягче. - Но скоро. Весьма скоро. Будет коронация. Всё чин по чину. Вам вышлют приглашения по электронной почте.

Рысь повернул голову и оглядел его с головы до ног. Таракан зарделся:

- А пока… вот путешествую, осматриваю будущие владения, провожу рекогносцировку местности.

- Что проводишь? – не поняла Уна.

- Разведку.

- Так ты разведчик! Рысь! – Она повернулась к нему. – Он может быть нашим проводником!

Рысь замотал головой:

- Очень сомневаюсь.

- Но почему? Ты ведь сам сказал, что нам нужен проводник.

- Проводник? – оживился Таракан, усики на его голове вытянулись. – А что у вас тут какой-то квест? Приключение? Поиски сокровищ? Всё! Не надо никого искать! Уже нашли! Я – лучший проводник!

-Класс! - Уна захлопала в ладоши. - Я – Уна. Это – Рысь. Мы идём к Мороку, правителю Тёмного Мира.

- Уна! – одёрнул её Рысь. – Ты не должна рассказывать об этом каждому бродяге.

- Как ты смеешь так говорить о члене королевской семьи, мужлан! - прикрикнул Таракан и тут же повернулся к Уне. – А что, это хорошо оплачивается? Есть какие-нибудь бонусы? Процент от прибыли?

- Никакой оплаты! Никаких бонусов! Ты никуда с нами не идёшь. Точка! – проревел Рысь, которого достал вызывающий тон будущего монарха.

- Но почему? – Уна никак не могла понять, почему ему не нравится их новый знакомый.

Таракан пренебрежительно махнул рукой.

- Волнения прочь! Никаких более рассуждений! Ты избавила меня от некоторой головной боли, теперь я обязан помочь тебе. Вам неслыханно повезло! У меня такие связи!

- Где? На помойке? – Рысь склонил голову.

- Вез-де! – Таракан развёл свои крошечные ручки и тут же повернулся к Уне. – Мы привлечём секретные службы, Моссад, Папу Римского…

- Клопов! – Рысь пододвинул Уну своим хвостом ближе к себе. – Мы в твоих услугах не нуждаемся. Всё. Иди, гуляй! Исследуй урны!

Уна отодвинула его хвост:

- Подожди!

- Вот-вот, - поддержал её Таракан. – Не зарывайся, киска. А то посадим тебя на поводок.

Рысь прыгнул на него и попытался прихлопнуть лапой. Но Таракан ловко увернулся и в один миг оказался у него на голове. Он взял свой ус, просунул его в ухо Рысю и пошерудил им внутри. Рысь взревел от щекотки и стал чесаться. Таракан, в это время преспокойно спрыгнул на землю, подошёл к Уне и деловито бросил:

- Следуй за мной, красавица.

Рысь хотел было его нагнать, но Уна встала у него на пути и посмотрела на него щенячьим взором.

- Он такой хорошенький, - она надула губки.

- Кто? Это? - он даже не сразу понял о чём она говорит. – Уна…

- Ну, пожалуйста.

Рысь посмотрел на бодро шагающего Таракана, который даже не заметил, что Уна от него отстала.

- Тёмный Мир, - бормотал Таракан. – Какие проблемы? Подумаешь! Всё решим! Там всё засияет так, что все ослепнут. Пара звонков, и всё будет устроено.

Рысь глянул на Уну. Она умоляюще закивала, как будто выпрашивала котёнка. Пришлось сдаться. Он посмотрел снова на представителя королевских кровей и громко кашлянул. Таракан тут же остановился:

- Что ещё?

- Катакомбы в другой стороне.

- Естественно! - Ничуть не смутившись, Таракан развернулся и вальяжно прошествовал мимо Рыся и Уны. – Я вас просто проверял. А вы что думали?

Вдруг над ним промелькнула тень птицы. Таракан мгновенно спрятался за ногу Уны.

- Вася! – закричала Уна. – Ты нашел меня!

Попугай сел на её плечо и стал нежно ворковать с ней и ласкаться. Таракан выглянул из-за ноги девочки.

- Не бойся, Вася не съест тебя, - сказала ему Уна. – Он у нас вегетарианец.

- Какая жалость, - фыркнул Рысь.

- Очень прогрессивно, - похвалил будущий монарх и стал карабкаться по ноге Уны наверх. – Хорошая птичка!

Он осторожно глянул на Васю с другого плеча Уны.

- А я думала, что уже не увижу тебя снова, - говорила попугаю Уна и гладила его по головке. – Какой ты молодец, что нашёл меня. Рысь, глянь на него! Он ведь красавец, правда?

- Не надо мне его показывать, - проворчал Рысь. – Я-то ведь совсем не вегетарианец.

- Какая дикость! О чём можно говорить с этой деревенщиной! – Таракан переполз ближе к Васе. – Не бойся его, птичка! Я тебя в обиду не дам.

Вася склонил голову и Таракан погладил его.

- Ой! Смотри! Я ему, кажется, нравлюсь, - он вскарабкался на спину попугаю, Вася тут же взмыл в воздух и описал два круга вокруг Уны и Рыся. Таракан довольно закричал:

- У-у-ху! Посмотрите на меня! Где вы ещё найдете такого разведчика? Мы с Васей вам целый разведбатальон заменим! За мно-о-ой!

Рысь оборвал его.

- Ну-ка стоп! Мы ещё туда не идём.

- Не идём? – переспросила Уна.

- Нам нужны мухоморы.

- Мухоморы? – переспросила Уна.

- Много.

Таракан подлетел к ним.

- Что? Что нам нужно? Зачем?

- Для многих этворов мухоморы являются лакомством, - пояснил Рысь. – На них мы купим тебе шапку-невидимку.

- Шапку-невидимку! Мне? – удивилась и одновременно обрадовалась Уна. Про шапки-невидимки она читала только в сказках.

- Ты достойна только лучшего, - важно добавил Таракан. – Я прослежу, чтобы тебе подобрали лучшую шапку.

- Цыц! – рявкнул Рысь так, что Таракан слетел со спины Васи.

- Если идти в катакомбы, мало быть просто невидимой, - продолжил он. - Любая тварь учует тебя там за минуту. И разорвёт на кусочки. Поэтому надо купить специальное средство, которое замаскирует твой человеческий запах. Сегодня ночью на кладбище будет ярмарка. Там мы и закупимся.

- На кладбище? – голос девочки дрогнул, она даже сделала шаг назад.

- На кладбище? – с тревогой переспросил Таракан, вновь забравшись ей на плечо.

- Да, Уна. В самом его центре. После полуночи. И поверь мне, на кладбище будет гораздо безопаснее, чем там, куда мы отправляемся, - Рысь был более, чем серьёзен. – Ты точно уверена, что хочешь спускаться в Тёмный Мир?

Девочка замерла. Рысь внимательно посмотрел ей в глаза. Таракан притих, ожидая ответа. Уна сомкнула губы, так что они побелели. По её лицу пробежала тень.Она раздумывала над словами Рыся. Но совсем не долго.

- Да. Пойдём! – Сказала она твёрдо. – Я не испугаюсь. А если испугаюсь, то всё равно не остановлюсь.

- Ура! – подпрыгнул Таракан. – Вся в меня!

Рысь задумчиво кивнул.

- Ладно. Слушайся меня, пожалуйста, - сказал он ей. - Хорошо?

- Хорошо, мой дорогой котик! Ой!

4.

Уна была права. Её родители были слишком заняты, чтобы помнить о ней.

Мэриэнн сидела в огромной переговорной комнате, у бесконечно длинного стеклянного стола с совершенно гладкой поверхностью. Стол был пуст, ни одного предмета на нём не было. На этом столе можно было бы легко устраивать состязания по конькобежному спорту.

С бетонного потолка свисали железные плафоны с тусклыми лампочками, чей свет холодно отражался на поверхности стола.

Через затемнённые стекла гигантских окон едва проникал свет.

Стены тоже были бетонные. Серые, мрачные. Вдоль одной из них на дисплеях из хромированного металла, под стеклянными крышками, словно в саркофагах, были выставлены образцы продукции компании, в которую Мэриэнн пыталась устроиться – хромированные роботы в виде кошечек и собачек с зелёными и жёлтыми стеклянными глазами, увеличенными в размерах словно их взяли из японских мультфильмов.

Между дисплеями на стенах были развешены экраны, бесшумно демонстрирующие счастливых современных людей с их роботизированными питомцами, не требующих хлопот по уходу. Реклама доходчиво объясняла, что стоит хозяевам куда-то поехать или если вдруг они устали от питомца, то им не составит никакого труда выключить роботизированную собачку и убрать её в угол до тех пор, пока она не понадобится снова.

Такие же холодные как и всё вокруг, роботы бесстрастно взирали из своих стеклянных капсул в пустоту комнаты переговоров. Каждый из них подсвечивался жёлтым мёртвым светом, отчего они казались древними статуями, выставленными в музее.

Во главе стола, наискосок от Мэриэнн сидела неулыбчивая женщина в фиолетовом платье, её короткие чёрные с проседью волосы падали на лицо и почти закрывали его. Женщину звали Мартина, она держала тягучую паузу пробегая глазами по распечатанному резюме Мэриэнн.

Мэриэнн сидела перед Мартиной на жёстком, неудобном стуле, но держала спину прямо, её подбородок был слегка приподнят.

Она была уверена в себе. Знала, что победит. Поэтому спокойно ожидала начала разговора. Но Мартина не торопилась его начинать.

- Ну что ж, Мэриэнн, - наконец проговорила Мартина скрипучим голосом. – Ежедневно мне приходит до трёхсот резюме. Наша компания, как вы должно быть знаете, вот уже почти десять лет является лидером рынка. Мы – лучшие из лучших.

- Я очень польщена, что вы согласились встретиться со мной, - проговорила Мэриэнн ледяным голосом. – Я прекрасно знаю ваш продукт, стиль вашей работы. И офис у вас просто замечательный. Я прямо чувствую себя здесь как дома. Для меня бы была честь работать в вашей компании. – Она рассмеялась колючим смехом. – Хотя, я уверена, каждый соискатель говорит вам это.

- Действительно так, - вежливо улыбнулась Мартина - Но всё равно, приятно это слышать. - Она пододвинула резюме Мэриэнн ближе к себе. – У вас блестящее образование. Прекрасный опыт. Но вы несколько лет не работали, не так ли? Для этого вероятно была веская причина…

- Что верно, то верно. Я в некоторой степени помогала мужу с его бизнесом. Но я не стала включать это в резюме. По личным причинам.

- Да, я со своими детьми… - начала было Мартина заготовленную фразу, но Мэриэнн её прервала.

- Нет, нет. У нас нет детей. И если я могу быть откровенна с вами, сейчас, в данный момент, у меня даже мысли не может возникнуть о том, чтобы тратить лучшие годы своей жизни на всякие глупости.

- Вот как? – Мартина приподняла бровь и её тонкая улыбка отобразилась на её лице.

Мэриэнн придвинулась к ней.

- Видите ли, когда ты много времени отдаёшь кому-то, вкладываешься годами, хотя и понимаешь, что во многом лучше этого человека… По многим параметрам. Рано или поздно настаёт момент, когда нужно восполнить образовавшуюся прореху.

- Понимаю вас… - кивнула Мартина, настороженно изучая её своими колючими глазами.

- Поэтому для меня сейчас самое время сосредоточиться на карьере. Другого времени у меня нет, - добавила Мэриэнн.

- То есть в ближайшее время никаких…

- Никаких детей! И не предвидится! – отчеканила Мэриэнн. - Даже мысли об этом нет.

- Это замечательно, - расплылась в холодной улыбке Мартина.

- Нет, давайте начистоту, - настаивала мама Уны. - Как много соискателей готовы посвятить вашей компании 24 часа в сутки? Полететь, если понадобится, в Антарктиду, или провести месяц в Сахаре? Жить интересами компании? Ночи не спать ради неё. Не жаловаться, что нужно куда-то бежать, кого-то кормить, встречать. – Она даже поморщилась, проговорив это.

- Понимаю вас, - кивнула её собеседница. – Очень понимаю.

- А у меня даже собаки нет, - добавила Мэриэнн.

- Ну, с этим мы вам можем помочь, - рассмеялась Мартина.

- Много ли сейчас можно встретить людей с настоящей преданностью делу компании? Её продукту? – продолжила Мэриэнн и многозначительно глянула в сторону застывших за стеклом механических животных.

- Что ж, вы совершенно правы, - согласилась Мартина. Она свернула резюме Мэриэнн в трубочку и довольно похлопывала им по своей ладони. – Мне нравится ваша искренность. Я думаю, вы тот человек, которого мы ищем. Я назначу вам встречу с владельцем компании. Окончательное решение будет принимать он. Однако, больше чем уверена, ему также понравится ваш подход.

- Превосходно, - Мэриэнн поднялась и крепко пожала руку Мартины.

5.

Немногим раньше Стивен, которому тоже сейчас было не до Уны, и его начальник Фердинанд шипели друг на друга в коридоре, пока их коллеги, оставшиеся в комнате переговоров, завершали презентацию для делегации из мэрии.

- Ты, мелкий гнилой червяк! – слюни Фердинанда летели в лицо отца Уны. - Что ты позволяешь себе в моей компании! Во время моей презентации, мерзавец!

Но отец Уны был не менее разъярён:

- А ты думаешь, ты можешь и дальше продавать свои залежалые идеи, не купленные другими клиентами?

Дверь переговорной открылась. Представители мэрии прошли мимо них к выходу. Фердинанд расплылся в услужливой улыбке:

- Господа. Прошу прощения. Мы не успели договорить.

Диккенс, глава делегации, бросил любопытный взгляд на Стивена, который несколько минут назад чуть было не сорвал презентацию, во весь голос заявив, что снос Старого Города - абсурд. Фердинанд не упустил возможность воспользоваться этим шансом:

- Мы обсуждаем альтернативный план, - крикнул он Диккенсу.

- Очень хорошо, - глава делегации вежливо улыбнулся им обоим и вышел.

- Что ты делаешь, придурок?! – зашипел Фердинанд на Стивена. – Я тебя вышвырну на улицу!

- Ты убьёшь последнее, что осталось хорошего в этом городе. Я просто не дам тебе это сделать. Ясно?

И без того красное лицо Фердинанда раскраснелось ещё больше, остатки седых кудрей вздыбились на голове:

- Ах, ты мерзкий паразит. Жалкий кровосос! Ты… Ты… - он стал задыхаться от ненависти. - Ты уволен! Собирай свои манатки и чтобы духу твоего не было здесь больше. Ясно тебе, гадёныш? Поторопись, пока я не поддал тебе под зад.

- Ты свою ногу о мой зад сломаешь, - оскалился Стивен. - Так что если захочешь попробовать, закажи себе сначала костыли.

Фердинанд схватил Стивена за грудки и тут его телефон зазвонил. Они оба остановились.

- Алло? Да, господин Диккенс? Невероятно рад слышать вас снова. – Кустистые брови Фердинанда на секунду сдвинулись. – Конечно! Конечно, у нас есть альтернативный план, - не моргнув и глазом отрапортовал он. – У нас всегда есть альтернативный план. Вы же прекрасно нас знаете!

Стивен с усмешкой посмотрел на своего начальника.

- У нас идеи бьют фонтаном из всех мест! – с энтузиазмом проговорил тот, но тут же осёкся. – То есть я не то имел в виду, конечно же. Почему мы их не показали? Ну… Ну, потому что… Потому что мы всегда сперва показываем лучшее, - Фердинанд с превосходством посмотрел на Стивена.

Стивен хмыкнул и засунул руки в карманы.

- Конечно, покажем. Обязательно покажем! - Продолжал Фердинанд заискивающим голосом. – Я и не говорил, что этот вариант хуже. Ну что вы? Я совсем не имел это в виду. Он не менее хорош. А в чём-то даже намного интереснее.

Тут уже Стивен с превосходством посмотрел на своего шефа.

- Он совершенно замечательный! Как всё, что делает наша фирма. Вы же знаете!

Стивен покачал головой. Его всегда поражала способность его начальника врать не краснея.

- Что? Как его зовут? – Фердинанд посмотрел на Стивена с нескрываемой злобой. Ему очень не хотелось представлять клиентам этого смутьяна, но он всё-таки выдавил из себя его имя. – Стивен Пьяр. Он недавно у нас. Да, у него своё особое мнение. Нет, я не против, чтобы он сделал презентацию. Конечно, нет. Он один из наших лучших работников. Люблю его как родного, - Фердинанд широко улыбнулся, как будто клиент мог его увидеть.

Он даже положил свою руку на плечо Стивена, чтобы показать своё расположение, но тот тут же смахнул её.

- Мы в любое время готовы будем показать вам наши разработки. Модель? - Фердинанд глянул на подчинённого.

Стивен утвердительно кивнул.

- Конечно, у нас есть модель. У нас есть всё. Всегда. Как всегда! И наилучшего качества. Вы же знаете нас, господин Диккенс, - он почти пританцовывал на месте. - Спасибо! И вам всего наилучшего, - Фердинанд даже поклонился, завершая разговор.

Нажав на отбой, он хмуро посмотрел на Стивена.

- Ну. Покажи мне, что там у тебя такое.

- В машине. Сейчас принесу! – обрадованно прокричал Стивен и кинулся к выходу.

Фердинанд проводил его злобным взглядом. Он подумал, что уволит Стивена немедленно, как только воспользуется его разработкой. Такие как Стивен, в его фирме ему были не нужны.

6.

Гоб вертелся на крюке, подвешенный над костром, который развели злыдни в глухом тупике, куда кроме бродячих котов уже миллион лет никто не заглядывал. Побрякушечник отчаянно голосил, дрыгая короткими ножками. Подошвы его башмаков начинали дымиться.

-Что? Что вам сделал несчастный Гоб? Зачем вы жжёте мне бакенбарды?

Пуст беспристрастно наблюдал за его мучениями.

- Говори, где Амулет, собака ты облезлая! – злобно цедил он.

- Что? Кого? Ничего такого! И уж тем более этакого! Гоб отродясь не видывал вашего амулета!

Злыдни уже несколько раз перевернули вверх дном нору Гоба и конечно же ничего не нашли. Пуст прекрасно знал об этом, но ещё он знал, что побрякушечники никогда не держат свои находки в одном месте. У каждого уважающего себя побрякушечника есть десятки тайников, если не больше. И конечно же, Гоб, как любой побрякушечник будет до конца скрывать, где он прячет своё добро. И только хорошая пытка может развязать ему язык.

- Пацан сказал, что у него Амулет, но я уже знаю, что он врал, - ещё пуще злился Пуст. – Признавайся гнойный червяк! Он у тебя?

- Экономьте дрова! Не надо уже сжигать меня как какую-то ведьму! - верещал Гоб. – Я ничего не знаю!

- Может по тебе ещё плетьми пройтись, чтобы ты вспоминал живее? – свирепел Пуст.

- Что вы хотите от бедного Гоба?

- Амулет. Золотой амулет с голубым камнем посередине, - спокойно отвечал Пуст. - На длинной золотой цепи. Скажи мне где он, и я может быть не стану резать тебя на кусочки.

- Ну что? Какое такое золото? - Закряхтел побрякушечник. – Что я вам гном какой-то что ли? У Гоба аллергия на золото уже давно и подавно!

- Кто хочет сожрать его печень? – Через плечо бросил Пуст, обращаясь к своим злыдням.

- Ясь! – вытянулся Чурр.

- Ясь! – повторил за ним Бурр.

- Ась? – переспросил Дурр, как всегда ничего не услышав.

- Нет? Что? Зачем? – задёргал ногами Гоб. – Кто вообще вам сказал, что у Гоба есть печень? Отпустите меня сию секунду!

- Что хотел от тебя мальчишка?

- Ой, как горячо!

- Будет ещё горячее. Поддайте жару, чтобы шевелил языком быстрее, - приказал Пуст злыдням.

Чурр подкинул в огонь щепок. Гоб закашлялся.

- Ну! Или тебе прочистить кочергой глотку?

Гоб давился от кашля.

- Я дал ему мёртвой воды, - едва выдавил он. - Ничего такого больше!

- Он спрашивал тебя об Амулете?

- Ой, как горячо! - просипел побрякушечник. - Пустите меня! Я дам вам всё, что у меня есть.

- Амулет? – Пуст приблизился к нему.

- Гоб не знает ни о каком амулете! Правда. Мальчишка дал мне кольцо.

- Кольцо?

- Кольцо! Всего-то!

- Что за кольцо? - нахмурился Пуст. - Где оно?

- Гоб не знает ничего! Он… Он… Он сказал, что это его матери кольцо.

Пуст поднял брови. Уже интереснее. Не зря он жарил старикашку.

- Ну-ка, поддайте ещё огоньку! – скомандовал он злыдням.

- Нет, нет! Прошу вас! Гоб больше ничего не знает. Точно!

- Где кольцо?

- Отпустите! Отпустите, и Гоб всё покажет.

- Скажи, где кольцо и я подумаю, - Пуст наслаждался своей властью и мучениями бедного этвора, который на глазах сжимался в размерах от жара пламени.

- Прошу вас! Вы сами не найдёте! Оно в тайнике.

- Где тайник?

- Только… Только Гоб может туда попасть. Пожалуйста, - побрякушечник задыхался.

- В этом тайнике лежит Амулет?

- Кольцо. Только кольцо. Отпустите, я умираю!

Гоб сделался совсем маленьким. Ещё чуть-чуть и он и правда бы исчез.

- Умрёшь, когда я тебе разрешу. Туши огонь! – скомандовал Пуст злыдням.

Этворы замахали на костёр руками и пламя разгорелось ещё больше. Гоб засипел от боли и удушения.

- Тушите, а не разжигайте! – оскалился Пуст. – Снимайте его быстрее, а то он сейчас подохнет.

Злыдни скинули Гоба с крюка. Он упал на землю и какое-то время лежал неподвижно.

- Подох что ли? – Пуст тронул его ногой.

Побрякушечник застонал.

- Хорош кривляться. Давай кольцо!

Гоб тяжело дышал и казалось ничего не соображал.

- Встряхните его, - приказал Пуст.

Злыдни потыкали в него своими пиками. Гоб зашевелился и встал на колени.

- Живее! Живее! Что ты копошишься, как дохлая улитка!

- Ох! – застонал Гоб.

- Смотрите чтобы не слинял. Знаю я этих тварей, - пробормотал Пуст.

Злыдни окружили Гоба.

- Гоб не убежит, - выдохнул побрякушечник.

- Правильно, - усмехнулся Пуст. - Если попытаешься, я тебя вырою из-под земли и…

Он не договорил. Гоб нагнулся к ближайшему камню, ловко сдвинул его сместа и юркнул в потайной ход под ним.

Глаза Пуста округлились от неожиданности и налились кровью. Он заскрежетал своими поломанными зубами. Длинные когти впились в ладони.

- Что вы стоите, дурни! – заорал он на своих подчинённых, но тут же услышал голос Гоба позади себя:

- Вот! Гоб выполнил обещание.

Пуст обернулся и увидел побрякушечника, стоящего на расколотом кирпиче, который валялся у самой стены здания. Рядом с Гобом лежало серебряное кольцо матери Грея,его металл тускло поблёскивал на свету.

Стоило только Пусту пошевельнуться, как побрякушечник юркнул куда-то под землю и больше его не было видно.

Пуст проковылял к кирпичу и подобрал кольцо.

- Ладно, - сказал он сам себе и положил его в карман своей куртки.

7.

Лапы Рыся мягко ступали по красно-жёлтому ковру опавших листьев. Воздух, нагретый за день солнцем, стремительно остывал. Запахло осенью. Рысь с удовольствием вдыхал этот аромат.

Просветы между деревьев рощи ещё купались в лучах солнца, но в низинах уже стала собираться промозглая синь.

«Ночью будет холодно», - подумал он.

Голоса Уны и Таракана раздавались неподалёку. Каждый раз, когда они обнаруживали что-то напоминающее им мухомор или поганку, он слышал их звонкие восклицания. Однако сразу же после этого раздавалось их разочарованное мычание. Пока они не нашли ни одного гриба. Но девочка и её неунывающий друг не сдавались. Поиски продолжались.

Сам же Рысь не искал ничего. Он специально отстал от них.

Ему нужно было побыть одному.

Он оглянулся по сторонам. Его никто не мог видеть. Высокие кусты, ещё не скинувшие листву, надёжно закрывали его от посторонних глаз.

Ему было нехорошо. Он тяжело дышал и двигался всё медленнее.

Перья на конце его длинного хвоста недовольно шлёпали по земле. Его сильное тело обмякло. Глаза стали закатываться. Он стал задыхаться, прислонился к стволу старой сосны и по-старчески закашлял.

Его лицо осунулось, будто ему было триста лет, не меньше. Длинные уши прижались к голове. Кончики усов опустились вниз.

Он стал кашлять сильнее, с натугой.

- Будь ты проклят… - устало пробормотал он.

Резкий толчок в грудь заставил его подняться на задние лапы. Он захрипел и вытолкнул очередную порцию воздуха из лёгких.

- Кха!

Влага брызнула из его глаз.

Тело сотрясалось и напрягалось попеременно.

- Ну что же ты?!

Он застонал. Его вроде бы отпустило на минуту, но через какое-то мгновение он снова весь напрягся. Шерсть встала дыбом.

- Кха! - его спина выгнулась дугой и изо рта словно снаряд вылетел небольшой чёрный комок.

Рысь повалился на землю без сил.

Глаза его закрылись. Он учащённо дышал.

Ветер пробежал по верхушкам сосен. Они обиженно зашумели.

Чёрный комок, что вылетел изо рта Рыся, развернулся. Длинный чёрный змей о двадцати двух ногах тихонько хохотнул и быстро протопал по лиственному покрову.

Рысь сипел.

- Хо-хо-хошь! – раздался над его ухом вкрадчивый шёпот.

Веки Рыся приоткрылись.

- Что тебе надо? – измученно простонал он.

Из-за ствола дерева показалась рогатая головка змея. Его рубиновые глаза поблёскивали от удовольствия. Он наслаждался слабостью Рыся. Змей говорил негромко, растягивая слова:

- Неужели-шь, ты не знаешь?

- Ты не остановишь меня!

Рысь попытался приподняться, но бессильно упал на землю.

- Не-ет-шь. Я же-шь желаю-шь только добра-шь, - змей прополз по стволу сосны ближе к Рысю. Его короткие лапки гулко протопали по коре дерева. – Тебе-шь.

- Я найду способ избавиться от тебя, тварь! – заскрипел зубами Рысь.

Змей хохотнул.

- Не понимае-шь! – он вплотную подполз к Рысю. – Ты же-шь без меня-шь ничего не можешь. Посмотри-шь на себя-шь. Все твои-шь способности-шь из-за меня-шь. Вся твоя мощь-щь – это моя мощь-щь. Я-шь твой друг-шь.

- Врёшь!

- Нет-нет-шь. Зря-шь ты не слушае-шь. Не иди в Тёмный Мир-шь. Нельзя-шь.

- Убирайся!

- Нет-шь. Видишь? Я и ты-шь одно-шь. С каждым шагом ты теряе-шь силы-шь. Чем ближе-шь ты к Тёмному Миру-шь, тем хуже тебе-шь буде-шь. Много горя-шь ты себе и другим принесё-шь.

Он подполз к уху Рыся и сладко прошептал.

- Не надо делать ничего-шь. Услы-шь меня-шь.

- Отстань!

- Там ты умрёшь! Умрё-шь!

- Посмотрим, - огрызнулся Рысь.

Однако даже пошевелиться он уже не мог.

- А ты-шь не видишь? Ты всё слабеешь и слабеешь. Ещё чуть-чуть-шь и любой злыдень тебя-шь сможет раздавить как во-шь.

- Сгинь! Бестия! – захрипел Рысь. – Это всё из-за тебя.

- Да-а-шь. Ты не оставляешь мне выбора-шь. Слушай меня-шь.

Рысь замотал головой:

- Мне предсказано. Я должен. Я дойду и верну свои воспоминания.

- Иногда-шь лучше не знать-шь.

- Убирайся!

- Всё образуется само-шь. Жди-шь. И будет всё-шь. Не пожалеешь.

- Да, конечно! Ещё прибегу благодарить! Убирайся!

- Я предупредил-шь. Иди-шь назад-шь, пока не поздно-шь. Иначе-шь… умрёшь.

И он вполз в ухо Рысю.

Тот застонал от боли. Слеза скатилась по его щеке.

- Я доползу. И избавлюсь от тебя, тварь! – прошептал он самому себе.

- Рысь! – раздался из-за кустов голос Уны. – Ты где?

Он собрался с силами и поднялся.

- Иду!