Анархия в Едином Царстве

Единое Царство Высших и Сильнейших, Средоточие Веры и Упования, Место Силы и Блага и Многое Прочее Несказанное переживало трудные времена. Трудными времена стали недавно, а перед тем они сквозили безнадёжностью.

Значительные и признанные боги, обитатели Единого Царства, избегали мыслей о безнадёжности, говоря о временном кризисе веры в мире преходящего и быстротечного. Легче не становилось, ибо причин для возвращения людей к истовой вере не просматривалось.
Традиционный подход в виде катаклизмов с прямым явлением богов был давно уже недоступен по той же причине: катастрофическая нехватка качественной веры.

Всю оставшуюся веру, годную для преобразования в действие, боги вложили в программу малого индуцированного теогенеза. Двенадцать посланников отправились в суетный мир отыскивать сосредоточения верований и формировать на их основе новых малых богов (*).
Вновь родившееся божество всегда получает свежую, сильную веру – иначе ему и не появиться. А будучи малым и неопытным, оно неизбежно поделится избытком веры с богом давним и большим, в чьей сфере оно возникло.

Большинство малых богов, поднятых на массовых поверьях, кормили Тюхию-Фортунью, покровительницу удачи. Ненаступь-Трещина ("я тебя обойду, а ты мой день обойди!") была её любимицей, но и Возврат-Путинебудец ("я в зеркале, а снова иду уже не я, ты не меня видишь!") был хорош.
Свои малые кормильцы появились и у других богов. Зонтишек-Недождит служил Громовержцу-Буреглаву, Нейрак-Вопроситель подкармливал Гнозия-Сокрытого. Остальные боги наперебой торопили посланцев, работавших в суетном мире, и снабжали их преобразуемой верой из заветных запасов.

Это было хорошо. Но этого было мало. Нестерпимо мало.

– Кто сегодня с докладом? – Громовержец-Буреглав занял своё место во главе совета программы.
– Октаил и Додекаил. Ещё Тетраил может явиться.
– Ну что же, послушаем, – прищурился Океан-Глубинный. – У Октаила был интересный задел…
Врата зала с грохотом распахнулись, левая створка повисла на одной петле.
– Добрый вечер.

Вошедший не был посланником, не принадлежал он и к обитателям Единого Царства.
– Я вам покушать принёс. Сперва, наверно, не понравится, а потом привыкнете.
– Ты вообще кто? – поднялся Громовержец-Буреглав. – Я тебя вроде когда-то видел, но не помню.
– И правильно делаешь. Зови меня Лоуренс Кирстен. Имя не хуже других имён, получше чем Лотар Кинг. Кому сложно, зовите Л.К. И интересует вас всех тот, кого я представляю, а вовсе не я сам.
Вошедший достал картонную папку и принялся рыться в ней.
– Ща всё будет.

– Я тебя знаю, – прервал паузу Гнозий. – Ты всегда находишь решение, и всегда довольно поганое.
– Да, дружище, тебе ли не знать, раз ты всё знаешь, – отозвался Лоуренс Кирстен, вытягивая из папки листок. – Во, нашёл.
– Итак, сильные, высшие и вечные, скажите мне: часто ли вас клянут, ругают и вообще от всей души посылают подальше?
– Ты это к чему? – возмущённый Океан на мгновение даже обрёл свой большой облик.
– Погоди. – Гнозий поглядел сквозь стены зала. – Да, часто. Раньше в этом тоже была вера, хотя мы её и не могли принимать. Бог Чёртовых Матерщинников продержался недолго, слишком общенаправленной оказалась эта вера при всей её остроте.
– Ты единственный тут, кто хорошо соображает, – уважительно кивнул Л.К. – Но скажи мне ещё одно: есть ли эта вера сейчас?

Все боги задумались, прислушиваясь к незримому.
– Да, в проклятиях осталась вера, – Громовержец нарушил молчание. – Но она обращена ещё более никуда, чем раньше.
– И вот каждый раз, когда в быстротечном мире кто-то всей душой кричит "Да пошло оно всё!", куча отборной веры рассеивается и сгнивает. Обидно, правда? – ухмыльнулся Л.К. – Вот и я думаю, чего добру зря пропадать?
– Ты придумал, как это собрать? – это спросил Гнозий, но казалось, ему вторил хор всех богов.

Проклятия всему миру никто не может принять на свой счёт, говорил Лоуренс Кирстен. Но они тяготеют друг к другу, и если кто-то посылает весь мир ко всем чертям на глазах людей, то его слова становятся словами их всех. Он становится сборщиком их злости.
– Публичный ругатель может стать божеством, принимающим проклятия?
– С одними словами это не так хорошо действует. Но если добавить музыку, работает отлично.

Над раскрытой папкой возникло изображение тощего человека с торчащими волосами, одетого во что-то мятое, стоящего на ярко освещенной возвышенности и орущего. Толпа перед возвышенностью орала вместе с ним. Позади тощего и мятого тряслись и дёргали струны на музыкальных инструментах ещё двое, а третий яростно колотил по барабанам.
– Чувствуете?

Боги прислушались.
– Он наполнен верой! Она грязная, но она просто пылает в нём!
– А во что он её преобразует?
Л.К. хищно улыбнулся.
– В то, чтобы все шли нахрен! И кстати, Единое Царство тоже. Понимаете, почему не стоит оставлять его без внимания?
– Он такой один?
– На злости и проклятиях пока один. Да, кстати, случись ему загнуться, его божественность окончательно утвердится.

– Ты к этому приложил руку, – мрачно сказал Гнозий. – И чего ты хочешь?
– Я лишь немного помог этому божеству сформироваться. А вам нужно сделать только одно: принять нового бога в сонме Высших и Сильнейших.
– Зачем это нам? – загремел Океан.
– Когда он станет своим в Едином Царстве, собираемая им вера станет и вашей тоже. Попробуйте её на вкус, Высшие и Сильнейшие!

Человек в свете над картонной папкой затопал ногой и заорал в такт, толпа подхватила с яростной радостью. Музыканты издали особенно гадкие звуки. Среди публики началась драка.
Боги скривились.

– Да, это как жрать жгучий перец. Зато какая сила, а?
Громовержец-Буреглав кивнул. Гнозий сплюнул.
– Мерзко, но питательно. Нас от этого будет мутить, но это нам нужно. И будучи здесь, он уже не обратит силу веры против нас.
– Зови, – тяжело уронил Громовержец. Тюхия-Фортунья хихикнула.

Вхождение нового бога в Единое Царство Высших и Сильнейших, Средоточие Веры и Упования, Место Силы и Блага и Многое Прочее Несказанное – событие крайне редкое. А во времена ослабления веры и вовсе неслыханное.
У врат Единого Царства собрались все его обитатели.
– А правда, что его человеческое тело осталось жить дальше?
– А какое имя он принял? Неужели и впрямь здесь будет бог Пошливсенах?
– Вот он! Приближается!

Новый бог подошёл к вратам.
– Не забудьте про мои комиссионные! – Лоуренс Кирстен вышел вперёд и пошире отворил створку. Все притихли, присматриваясь к призрачной свите за спиной входящего. Музыканты, какие-то плясуны с дымом изо рта, женщины в странной одежде.
– Он действительно силён в своём роде. Смотрите, семена порока за ним так и катятся!

– Приветствую тебя среди собратьев и сородичей по высшей мощи! – Громовержец-Буреглав принял подходящий облик с фоном из туч и вспышками молний.
– Годится! – изрёк новый бог, слегка оглядываясь на Л.К. – Пора вжарить здесь, как следует!
– С чего ты начнёшь пребывание здесь? – Громовержец пытался следовать порядку. Л.К. ухмылялся.
– Анархия в Едином Царстве!
– Как твоё имя? – поинтересовалась Тюхия-Фортунья.
Новый бог улыбнулся черным ртом.
– Зови меня Роттен.

* О начале и первом успехе программы малого теогенеза можно прочитать в рассказе "Ну кисонька, ну ещё капельку".