Андроид

На дверях нашей чебуречной, что на углу Большего и Четвертой линии я обратил внимание на табличку - "Андроидам вход воспрещен". Не могу сказать, когда она появилась, но меня она заинтересовала, я зашел внутрь и обратился к охраннику:

- У вас тут табличка, что андроидам вход воспрещен, - миролюбиво сказал я.

- Ну? - ответил охранник.

- Я спросить хотел, а почему?

- Чего почему? - не понял охранник.

- Ну я говорю, почему им нельзя?

- Кому? - снова не понял охранник.

- Ну андроидам этим. Всем можно, а им нет?

- А тебе какое дело? - до охранника похоже дошел смысл вопроса.

- Ну так, интересно.

- Если есть будешь, проходи в зал, если не будешь иди куда шел, - сказал охранник.

- А если я андроид? Мне ведь тогда нельзя? В зал?

Охранник с сомнением посмотрел на меня и сказал:

- Вроде не похож.

- Вот в этом то и вопрос, - говорю я. - Если их не отличить, то почему им нельзя?

- Подожди, я администратора позову, - нашелся охранник.

С администратором вышел почти такой-же разговор что и с охранником. Наверное администратор до того как стать администратором провел порядочное время у двери и успел отупеть.

- В чем дело, Сережа? - администратор переводил взгляд с меня на охранника.

- Да вот этот говорит, что он андроид, - сказал охранник.

- Я этого не говорил, - возмутился я.

- А что ты говорил? - спросил охранник.

- А сказал, что табличка у вас тут висит - что андройдам вход воспрещен, - стал объяснять я.

- Ну? - ответил администратор.

- А я спросил, почему? - продолжил я.

- Чего почему? - не понял теперь уже администратор.

- Ну я говорю, почему им нельзя? Всем можно а им нельзя?

- Кому? - не понял администратор.

- Ну андройдам этим, - я начинал терять терпение.

- А тебе то какое дело? Ты же не андроид, - сказал администратор.

- А если вдруг?

- Что? - охранник и администратор переглянулись

- Если я андройд? - не унимался я.

- Минуточку, - администратор ушел и быстро вернулся, и не один. С ним был хмурого вида кавказец, как я потом узнал директор чебуречной.

- Вот, - сказал администратор директору, указывая на меня. - Андройд снова приперся!

- Кого? - спросил директор.

- Андройд, Сурэн Иванович, - администратор победоносно посмотрел на меня.

Директор с сомнением посмотрел на меня и спросил:

- Не похожий.

- Точно он, - сказал администратор. - Все приметы совпадают.

- Какие приметы? - спросил я.

Администратор покосился на меня, потом вытащил из кармана сложенный вчетверо листок.

- Вот! - сказал он, показывая на бумажку. - Моложав, одет обычно, интеллигентного вида, лицо не запоминающееся, от среднестатистического человека не отличим. Задает вопросы. Приветлив.

- И что? Это преступление? - говорю.

- Престуление, когда он наест на десять штук и не заплатит, - сказал охранник.

- Сообщим, оформим как положено, - сказал охранник.

Я понял что настало самое подходящее время сворачивать диалог и валить, но сметиливый администратор преградил мне дорогу:

- Сережа, ну-ка придержи его, а то он еще чего доброго снова смоется, не заплатив.

Сережа боязливо встал за моей спиной держа наготове резиновую дубину.

- Не робей, - подбадривал его администратор, - если что дубиной его, ему не больно.

Я понял что ребята не шутят.

- Я ничего не ел, - сказал я.

- Так, - сказал я. - Ладно, ваша взяла. Я бы мог вас тут всех раскидать, как в терминаторе, но первый закон робототехники еще никто не отменял.

- Администратор и директор посмотрели на охранника.

- А я почем знаю? - сказал охранник.

- Ладно, - говорю, - не прикидывайся. Нас же на одном заводе собирали. Тебя только на полгода раньше. По этому мозги еще сыроватые вставили.

Сережа побледнел так, что даже щетина у него посерела.

- Чего? - сказал он неуверенно.

- Чего слышал, - говорю. - Цех номер семь, линия Б. Узел "Охрана-эконом". Серия ОС-19. Сборка грубая, но надежная. У вас у всех на затылке, под волосами, лючок сервисный. Если отверткой поддеть, там номер партии и штамп ОТК.

Сережа машинально схватился за затылок.

Администратор тоже схватился, хотя у него волос было немного и лючок, если бы был, сразу бросался бы в глаза.

- Ты ему не верь, Сережа, - сказал директор, но уже без прежней уверенности. - Это он вас путает. Психологическое воздействие.

- Конечно воздействие, - согласился я. - Нам это в базовую прошивку ставят. Чтоб вражеские юниты дезориентировать. Директор у вас тоже, кстати, не человек.

- Я?! - возмутился директор.

- А кто же? - говорю. - У вас даже повадки характерные. Смотрите, как стоит. Ноги на ширине плеч, руки слегка в стороны, шея не поворачивается, а весь корпус сразу. Я такие модели знаю. "Кавказ-менеджер", спецсерия для общепита. Усиленный торс, повышенная жаростойкость, встроенный модуль учета наличности.

Директор невольно переступил с ноги на ногу.

- Ты мне зубы не заговаривай, - сказал он, но уже как-то тише.

- А я и не заговариваю. Хотите простой тест? - спрашиваю. - Человек при слове "калибровка" не моргает. Это рефлекс сервисного режима. Проверено.

- Какая еще калибровка? - спросил администратор.

И тут все трое вдруг заморгали. Часто-часто, с явной тревогой.

- Ну вот, - говорю. - Пошел отклик. Старая прошивка. Я же вижу.

Сережа отступил от меня на шаг и уже дубину держал не столько наготове, сколько для опоры.

- Слышь, Михалыч, - сказал он директору. - А у меня правда иногда в ухе щелкает. Особенно к дождю.

- И у меня, - неожиданно признался администратор. - Я думал это давление.

- А я, - сказал директор мрачно, - однажды магнит от холодильника к груди приложил, так он прилип.

Мы все на секунду помолчали.

- Ну вот, - сказал я. - Теперь сами подумайте. Табличка висит "андройдам вход воспрещен", а вы тут работаете. Это что получается? Дискриминация трудящихся машин.

- Это не мы повесили, - быстро сказал администратор. - Нам из района прислали.

- Кто прислал? - спрашиваю.

- Санэпидем... это... инспекция какая-то, - забормотал администратор. - Или по миграции. Бумага была. Там печать.

- Ага, - говорю. - Значит, зачистка. Сначала таблички, потом проверки, потом демонтаж. Кого первого утилизируют, знаете?

Они молчали.

- Правильно, низовое звено. Охрана, администрация, общепит. Начальство всегда спасается, а вас под пресс.

- Да ну, - сказал Сережа, но видно было, что он уже представил пресс.

- Конечно ну, - говорю. - Вы думаете, почему я вопросы задаю? Я вам помочь хотел. Думал, свои. Но если у вас тут такое отношение...

- Подожди, - перебил директор. - А чего делать-то?

Вопрос был задан тем тоном, каким у нас обычно спрашивают дорогу до поликлиники или как вывести пятно от свеклы. Я понял, что инициатива окончательно перешла ко мне.

- Во-первых, снять табличку, - сказал я. - Немедленно.

- Сережа, сними, - быстро распорядился директор.

Сережа тут же исчез за дверью. Из зала донесся грохот табуретки, потом скрежет, потом он вернулся с табличкой в руках. Вид у него был такой, словно он срывал не табличку, а объявление о собственной казни.

- Во-вторых, - продолжил я, - никому ни слова о нашем разговоре. Особенно про лючки, партии и завод. В-третьих, мне нужен чебурек и кофе.

- Зачем? - спросил администратор.

- Для маскировки, - сказал я. - Если я уйду просто так, уличные камеры решат, что я проводил агентурную работу.

- Логично, - кивнул директор.

Через минуту передо мной уже стояли два чебурека, кофе и зачем-то компот. Я сел за столик у окна, а они втроем столпились неподалеку и смотрели на меня с уважением и страхом.

Я ел не спеша. Чебуреки, надо сказать, были достойные. Из тех, ради которых можно простить общепиту многое, кроме, конечно, табличек.

- Скажите, - спросил вдруг администратор шепотом. - А вы точно... ну... наш?

- В каком смысле?

Ну... не человек? - он оглянулся.

Я вытер губы салфеткой, отпил кофе и сказал:

- А по-вашему, человек стал бы есть у вас после такого обслуживания?

Администратор побледнел еще сильнее. Когда я доел, директор лично подошел с кассовым чеком.

- За счет заведения, - сказал он. - И это... если что надо... диагностика, смазка, там, контакты почистить... вы заходите.

- Посмотрим, - сказал я. - Но табличку больше не вешайте. А то нарветесь на настоящих.

- А вы кто? - тихо спросил Сережа.

Я посмотрел на него внимательно и сказал:

- А я, Сережа, опытный образец. Нас было всего три штуки. Двое не прошли испытания. Один пошел в депутаты.

После этого я вышел на улицу и некоторое время стоял, глядя на снятую табличку, которая теперь сиротливо лежала у урны. Настроение у меня было сложное. С одной стороны, я любил порядок. С другой - не такой, конечно. На следующий день я проходил мимо той же чебуречной и увидел новую надпись. Уже не на табличке, а прямо маркером на стекле. Криво, но от души было выведено:

"Вход всем разрешен. Кроме проверяющих."

Я постоял, подумал и решил внутрь не заходить. Во-первых, я уже завтракал. А во-вторых, кто их знает - вдруг за ночь они и правда нашли у себя лючки.