Ангельская хроника, или все будет пу-пу-пу. Часть 2

Беда пришла с той стороны, откуда Пафнутий её не ждал. Его главный и самый грозный союзник, ангел Иоанн соборного храма, созвал внеочередное собрание. Повод, озвученный его низким, как гул колокола, голосом, поверг всех в трепет: «Плановая комплексная проверка эффективности ангельского служения на всех семнадцати приходах города».

- Братия, — начал Иоанн, обводя взглядом шестнадцать ангелов, собравшихся в невидимом зале заседаний под куполом собора. — Недавние события показали недопустимый разброд в методах нашей работы. Поэтому я, как старший, беру на себя ответственность за систематизацию. Цель проверки — выявить лучшие практики и… — он многозначительно посмотрел на Пафнутия, — стандартизировать их.

У Пафнутия похолодели крылья. «Стандартизировать» в устах Иоанна звучало страшнее, чем «сразиться с бесами».

Первым под раздачу попал сам Пафнутий. К нему явилась проверочная комиссия в составе: ангела Софрония из храма равноапостольных Кирилла и Мефодия- учёного архивариуса и ангела Спиридона из храма святителя Луки- главного ревизора.

—Продемонстрируйте, — сухо сказал Спиридон, — акт чуда «ПУ-ПУ-001: спонтанная генерация локальной радости». Согласно протоколу, необходимо предъявить мишень, измерить уровень хандры до и после, а также расход световой пыльцы.

—Я… я не могу это по заказу! — запищал Пафнутий. — Оно само!

—Несамостоятельное исполнение служебных обязанностей, — тут же отметил Софроний в невидимом протоколе. — Рекомендация: направить на курсы повышения квалификации «Чудотворчество для начинающих: от хаоса к системе».

Далее комиссия нагрянула к ангелу Фаддею в храм праведного Алексия Мечёва. Он как раз утешал в садике при храме плачущего малыша, уронившего пряник. Фаддей достал из-за облака новый, ещё теплее. Мальчик заулыбался.

—Прекратите! — возмутился Спиридон. — Несанкционированная выдача материальных ценностей без соответствующего акта о списании! Откуда пряник? Есть ли на него сертификат соответствия? Проводился ли над ним чин освящения продуктов питания?

Фаддей растерянно сжал в руках крошки.Мальчик снова заплакал.

В храме Рождества Христова у Родиона проверяющие потребовали календарно-тематический план праздничных чудес на год вперёд с разбивкой по кварталам.

—Но чудеса же нельзя запланировать! — воскликнул Родион. — Они случаются!

—Несоблюдение сроков планирования, — констатировал Софроний. — И где ваш паспорт праздничного настроения? Без него проведение Рождественского чуда приостановлено.

Апофеозом стал визит к Лаврентию в храм князя Александра Невского. Суровый ангел, услышав требование показать «технику безопасного изгнания тоски строевым шагом», пришёл в такое негодование, что начал маршировать по двору, сметая напрочь все невидимые приборы проверки. Комиссия ретировалась под градом старинных слов и междометий.

Весь городской ангельский актив ходил хмурый, как предгрозовая туча. Пафнутий уже видел кошмарное будущее: все ангелы в одинаковых сюртуках, заполняющие таблицы, в то время как в больницах, детских садах и просто на скамейках люди тихо грустят, потому что «выделенный лимит на утешение по данному адресу исчерпан».

И тут терпение Пафнутия лопнуло. Он полетел в собор к Иоанну, за ним — все остальные ангелы.

— Брат Иоанн! — сказал Пафнутий. — Ты проверяешь не служение. Ты проверяешь сердце. Ты хочешь измерить веру линейкой и взвесить милосердие на весах! В палате № 413 умирает старик. Ему не нужен мой отчёт по форме №5-ангел. Ему нужна моя рука на плече. И она будет там, а не в бумагах!

За ним заговорили все:Фаддей, Родион, даже грозный Василий. Хаос был полный, но это был хаос живой, искренней боли за своё дело.

Иоанн слушал, и его строгое, каменное лицо вдруг дрогнуло. Он вспомнил не тонны позолоты на куполе, а лицо той самой девочки, что принесла соломенного ангелочка. Вспомнил, что и сам когда-то, давным-давно, начинал с простого желания оберегать…

Он поднял руку,и все замолчали.

—Проверка… — произнёс он и тяжело вздохнул. — Завершена. Выявлен критический, системный недостаток.

Все замерли.

—Недостаток этот — в методике самой проверки, — закончил Иоанн. — Протоколы — аннулировать. Софронию и Спиридону… назначить месяц отработки в полевых условиях: помогать Фаддею с детьми и Пафнутию в больнице. Написать по итогам эссе на тему «Запах больничной каши и детского смеха как критерий эффективности».

В зале повисла потрясённая тишина,а затем раздался первый сдавленный смешок. Это захихикал Пафнутий, не сдержавшись. За ним — Родион, Анатолий… Скоро под сводами собора гремел общий, очищающий смех.

А на следующий день Иоанн прилетел к Пафнутию не с планом, а с двумя невидимыми, но очень ароматными чашками чая из соборной трапезной.

—Знаешь, — сказал он, с неловкостью отпивая, — я, кажется, начал забывать, зачем мы здесь. Спасибо, что напомнил. Пусть даже таким… нетривиальным способом.

—Пу-пу-пу, — ответил Пафнутий, и на этот раз его пузырьки были тихими и тёплыми, как само прощение. — Главное — вовремя вспомнить.