Англия. Глава 1. Как мы в Англию засобирались...

АНГЛИЯ.

Предисловие.

Вот не любил я Великобританию и всё тут!

Почему? Разумного объяснения у меня не было.

Разве что историческая память, когда Британская империя всегда противостояла Российской, да что там говорить – противостоит и до сих пор. Хотя, вон с Францией и Германией вообще нещадно воевали, а чувства совсем другие...

А может, укоренившееся с детства представление об английской чопорности и высокомерии, несмотря на вполне себе симпатичных Шерлоке Холмсе с доктором Ватсоном, да трёх друзей, не считая собаки, особенно в исполнении наших любимых актёров.

А вот, осознанная неприязнь появилась позже, в начале девяностых, когда мы - ещё молодые комсомольцы и коммунисты - отчаянно ринулись в неизведанные пучины бизнеса благодаря английскому партнёру, производившему самое респектабельное впечатление на наши еще незакаленные их капитализмом души. Правда, это не помешало ему со всей возможной вежливостью и хладнокровием «нагреть» нас на приличную сумму и раствориться где-то на просторах Туманного Альбиона.

В общем, Британию я не любил, но время шло, и моё отношение постепенно менялось.

Глава 1. Как мы в Англию засобирались...

Часть 1. «Ну, я же англичанка...»

Во-первых, Сара-Элизабет — стройная, русо-длинноволосая, восхищённо-большеглазая за стёклами очков и неизменно дружелюбно-улыбчивая, юная (было это уже больше двадцати лет назад) англичанка — преподаватель на курсах иностранных языков.

Мы как-то быстро сдружились, и она незаметно, но настойчиво начала ломать мои стереотипы. Филолог по образованию, свободно владеющая несколькими европейскими языками, больше всего полюбила русский и искренне стремилась в Россию.

Родом из вполне обеспеченной семьи (об этом позже), ничего не испугавшись, в конце девяностых самостоятельно приехала преподавать английский язык. Её обаяние и неизменная доброжелательность резко контрастировали с моими прежними представлениями. Практически свободное владение русским языком с непередаваемым английским акцентом подкупало, делало общение с ней увлекательным и интересным и помогало постепенно узнавать англичан до той поры практически неизведанных.

Чего стоит, например, её история, рассказанная в те далёкие годы.

«Пригласили меня как-то в гости мои русские друзья. Денег у всех было не очень много, но они постарались: закуски всевозможные и, конечно, красная икра. Я уже знала, что у русских наличие икры на столе это и признак достатка, и уважения к гостю, вот, мол, не пожалели, угощайся от души. А я, к несчастью своему, «рыбьи яйца», как у нас икру называют, не люблю. Поэтому другие блюда потихонечку подкладываю, а на настойчивые икорные предложения, отвечаю: «Спасибо, может быть, позже...» Есть у меня такая формула необидная, когда я не хочу чего-то. Ну, позже, так позже, а там ещё и выпили, и как-то оно забылось постепенно....»

Она говорит медленно, негромко, с придыханием, ещё подбирая русские слова, но уже очень правильно, только изредка ища поддержки в каком-нибудь замысловатом выражении. Это сейчас уже может и словцо солёное ввернуть, и поговорку какую-нибудь «на грани» выдать, а тогда ещё нет, всё «целомудренно»...

«Я, честно говоря, первое время эти русские застолья вообще осилить не могла. У нас так не принято, дома мы гостей не принимаем, ну, только родственников и то изредка на чай. Хочешь встретиться – милости просим в паб: и берет кто что хочет, и платит каждый за себя, и напрягаться никому не надо.

Доходит очередь до горячего, и друзья мои с гордостью ставят на стол варёный телячий язык. «Ну вот, - подумала я, - тут-то тебе, Сарочка, и конец». Если икру я просто не люблю, то язык с детства есть совсем не могу ни в каком виде. И отказаться нельзя, я же понимаю, старались люди, да и стоит он совсем недёшево.

А мне уже большой кусок в тарелку кладут. Я только и успела, что закричать: «Ой! Это очень много, можно мне поменьше, пожалуйста!» Просьбу уважили и вот сидим мы с языком поменьше, друг на друга смотрим. Он мне: «Ну, съешь меня». А я ему: «Не могу».

И тут мой взгляд падает на кетчуп. Эврика! Я отрезаю маааленький кусочек языка, обильно поливаю его кетчупом, чтобы вкуса не чувствовать вовсе и быстро проглатываю. Так постепенно съедаю всё и гордо говорю: «Спасибо, очень вкусно!»

- Сара, а почему ты просто не могла сказать, что не любишь язык?

Она удивлённо смотрит на меня.

- Как?! Я же англичанка…

Часть 2. «Звонок родителям»

Во-вторых, Сарины родители. Разговор с ними по «Скайпу» в строго назначенный день и время для неё абсолютный императив. Просто позвонить в неурочное время не приветствуется: они могут быть заняты, или им неудобно, а общение должно быть желанным и обстоятельным. Поэтому, когда Сара посреди вечеринки или «party», как мы все теперь говорим, вдруг заявляла, что через тридцать минут разговор, и она уходит, никто никогда не возражал.

Но всё когда-нибудь случается впервые, вот и мы однажды настолько потеряли счёт времени, что домой для звонка она никак не успевала.

- Так звони от нас, какая проблема, иди в комнату, закрывайся и беседуй сколько влезет.

- Что влезет? - не поняла она.

- Общение.

- А так говорят? Как интересно, записать надо.

- Потом запишешь, смотри, опоздаешь.

Сара уходит, но через некоторое время возвращается, смущенно улыбаясь.

- Вы знаете, родители бы хотели с вами познакомиться. Я им столько про вас рассказывала. Вы не против?

Мы?! Во время «party», да после выпитого, когда английский лучше русского помнишь (см. рассказ «Говорить правду легко, но долго...»).

- Да ни в жисть!

Так мы в режиме «он-лайн» и познакомились с Сариными родителями — Хэйзел и Дэвидом — такими же весёлыми и обаятельными, как и их дочь. Вернее, это она в них. Ох, ладно, запутался совсем.

Они рассказывали, как в середине девяностых были в Москве, Питере и Волгограде, и им всё и все очень понравились. Мы — о том, как изменилась Москва за эти годы и как благодарны им за дочь, которая открывает для нас Англию с совершенно новой и привлекательной стороны. Потом мы с Дэвидом даже чокнулись в экран за знакомство и взаимно пригласили друг друга в гости. Именно тогда прозвучало это первое, ещё робкое и совсем необязательное, но уже приглашение.

В общем, видеозвонок прошёл в тёплой и дружественной атмосфере.

Это уже потом мы узнали, что Хэйзел — ведущий биохимик в Бристольском университете, и, несмотря на достойный уже возраст, всё ещё работает, три раза в неделю преодолевая расстояние из их городка до Бристоля на собственном автомобиле. Да что там это расстояние, если она до сих пор бегает полумарафон два раза в году и остаётся убеждённой вегетарианкой.

А Дэвид — инженер-конструктор в крупной корпорации, проектировавший крылья для первого совместного британо-французского сверхзвукового пассажирского самолёта «Конкорд». Сейчас уже на пенсии и увлекается собственноручным восстановлением раритетных автомобилей (их у него два), участвует в демонстрационных заездах и соревнованиях в стрельбе по тарелкам вместе с друзьями по пабу (местный чемпион, кстати).

Вот такая английская семья, со своими заботами и радостями, но в целом, вполне типичная.

Часть 3. «Шотландка-вегетарианка».

В-третьих, первое знакомство с представительницей гордой и относительно независимой Шотландии — Лесли.

Задумали мы как-то «пельмени party». Ну так, чтобы самим налепить, а затем со смехом и разговорами интересными под водочку холодную употребить, значит. Пельмени конкурентов на столе не терпят, тем более домашние: вот они, свежеслепленные, с бараниной отдельно, со свининой и говядиной в другой стороне, вот — масло, сметана, перец, уксус на любителя, а вот и сковородка для извращенцев, жареные пельмени предпочитающих. Здесь же и запотевшая водочка. Всё! Ешь, пей, наслаждайся.

И тут Сара звонит, спрашивает, можно ли ей с подругой из Шотландии приехать, мол, давно не виделись, а когда другая оказия случится — неизвестно. Пельменей налеплено много, напитков, в том числе для не любителей крепкого, хватает — приезжайте!

Так мы познакомились с невысокой, миловидной, плотно сбитой шотландской девушкой Лесли.

- Hello!

- Hello!

- Nice meeting you!..

...и прочие любезности закончились быстро. Давайте за стол — есть хотим, чай, не в Шотландии.

Лесли спрашивает:

- А с чем пельмени?

Вопрос вызывает недоумение — а с чем они ещё бывают, кроме как...

- С мясом, - отвечаю, - баранина и говядина со свининой.

- А я мясо не ем, я — вегетарианка. - заявляет она.

Опаньки, предупреждать надо. Мы уже за столом все, пельмени свежесваренные на вилку просятся, рюмка запотевшая призывно подмигивает, а тут «шотландку-вегетарианку» чем-то кормить надо.

- Водку пьёшь? - не нахожу я ничего лучшего, - она же вегетарианская, из пшеницы сделанная.

- Yes! - отвечает она с готовностью. Тогда я ещё не знал, что выпить — это вообще про шотландцев.

- Вот и славно, давай по первой, жажду утолим, одним пельменчиком с голодом поступим аналогично, а потом и о траве твоей задумаемся, в хорошем смысле, конечно.

Утолили с наслаждением. От предложенного пельменя Лесли мужественно отказалась. Пришлось овощи из морозилки доставать. А на столе-то пельмени стынут, а водка, наоборот, согревается. Непорядок! В общем, пока там овощи в сковородке греются, повторяем. Смотрю, шотландские руки к пельменю потянулись. Проскользнул как миленький, тем более горло уже два раза смазано.

После третьей, Лесли решительно заявила, что так как она из Шотландии, пельмени есть будет исключительно с бараниной.

- О, я тоже баранину люблю, радостно поддержал я, с облегчением понимая, что с овощами возиться теперь не придётся.

Через какое-то количество пельменей и рюмок, кто их там считает уже, Лесли вдруг заволновалась. Встревожились и мы, а ну как от мяса поплохело. Нет, с самочувствием оказалось всё в порядке. Просто они с отцом и сами на родине регби занимаются (вот откуда такая крепость, оказывается), и болеют вместе за одну команду. А она сегодня как раз с извечным соперником играет. Матч уже закончился, а результат Лесли-то не знает.

Какой пельмень после этого в рот полезет, с бараниной он или ещё с чем?

- Держи телефон, звони папе.

- Но это же очень дорого.

- Чего не сделаешь для укрепления российско-шотландской дружбы. Звони!

Лучше бы я этого не делал. После короткого разговора Лесли разрыдалась — с чувством, взахлёб и с обильным слёзопотоком. Оказалось, команда их «проиграаалааа...».

Вот скажите мне, многие ли из нас способны вот так горько завыть в голос над проигрышем любимой команды?

Тогда я впервые понял, что хочу в Шотландию, к этим суровым, независимым, но таким искренним и ранимым людям.

Часть 4. «Британский вальс»

В четвёртых, Джон. Строго говоря, был он не англичанином, а новозеландцем. Но страна — член Британского Содружества, поэтому какая, по большому счёту, разница, для нас, конечно. О новозеландцах в то время я знал ещё меньше, чем об англичанах с шотландцами, поэтому знакомство с Сариным бойфрендом было долгожданным и увлекательным.

Среднего роста, темноволосый, симпатичный, очень крепкий и очень сдержанный парень ничем не напоминал человека из далёкой страны. На улице встретишь — русский и русский. Правда, пока с вопросом не обратишься. По-русски он не говорил. Традиционные: «да-нет», «спасибо-пожалуйста», «здравствуйте-до свидания» не считаются.

Чего его к нам занесло, я так и не понял, его английский был вообще не очень понятен, да и к России он, в отличие от Сары, относился намного спокойнее, но вот задержался.

Как-то собрались мы в лес на шашлыки. Недалеко от дома — площадки оборудованные, так что с нас только мясо, угли и закуски с согревающим.

Вы, наверное, знаете, как оно на свежем воздухе, да под горячее мясцо с малосольным огурчиком бывает? Вот и наш новозеландский друг слегка не рассчитал свои силы. Нет, ничего криминального. Джон – парень крепкий, на родине профессионально регби занимался (они там, по-моему, все регби занимаются), победить его «в локотки», к моему стыду, было практически невозможно. Просто он, всегда такой не эмоциональный, вдруг развеселился.

И когда у нас закончилось.., говорит.

- Давай ещё!

- Может не надо?

- Надо, - отвечает уверенно.

Я — на Сару. Она плечами пожимает, сами, мол, разбирайтесь.

- Ну пошли!

Магазин недалеко, идем по лесу, весело переговариваемся, воздухом чистым дышим.

В магазине Джон решительно берёт литр. Не на двоих, конечно, но всё равно много.

- Ты куда столько-то?

Так мало того, он ещё и в кассу идёт, чтобы самому расплатиться. Тут я совсем офигеваю — не принято у них так деньгами разбрасываться.

Я пытаюсь остановить его и деньги сунуть, а он сжимает мою руку крепко, смотрит мне прямо в глаза и на чистом русском говорит абсолютно трезвым голосом.

- Я так хочу! - и хлопнув себя в грудь второй рукой с зажатой в ней бутылкой, добавляет -

Ты же брат мне!

Ну, чем не русская душа нараспашку?

Наутро звоню Саре.

- Как там брат мой названный?

- Ой, отлично, - смеётся она. - Всю обратную дорогу мы с ним на бульваре вальс танцевали. Я его таким весёлым ещё никогда не видела...

«Ну и славно, - подумал я. - Они, оказывается, ещё и романтики. Когда достучишься, конечно...»

Часть 5. «Египетская ночь»

Ну и в-пятых, египетская ночь. Причём здесь Египет, удивитесь вы? Не торопитесь, сейчас расскажу.

Занесло нас как-то в Египет на Новый год. Ну как занесло, сами занеслись, конечно. Экзотика же: из заснеженной Москвы, да в жаркие дали. В автобусе из аэропорта разговорились с земляками, так просто, ни о чём — природа, погода и пр. Удивило, что после короткого знакомства спутники наши начали нам о своей «крутизне» рассказывать — и он какой-то функционер крупный, и она такая же, только финансист. Ну, мы слушаем вполуха, мало ли у кого причуды какие. Оказалось ещё и в один отель едем. В общем, договорились за общим столиком новогоднюю ночь провести.

На праздник мы подтянулись в начале двенадцатого. Площадь перед главным корпусом фонтанами, шатрами c закусками сверкает, публика нарядная к столам подходит уже изрядно разогретая, судя по весёлым шотландцам в килтах.

Да и мы, грешным делом... А что? Новый год на Родине наступил уже, вот мы по телефону и поздравились заботливо припасённым из Москвы шампанским.

За нашим столом, помимо «крутых» знакомцев, сидели, как оказалось, молодые родители из Англии со своей шестимесячной дочкой.

А на столе, из включённого в заранее оплаченный праздничный ужин, одна бутылка шампанского на всех. Видимо, египетские отельеры искренне полагали, что по полбокальчика на нос в новогоднюю ночь вполне достаточно.

Как ведет себя душа русского человека при виде такой несправедливости? Правильно, возмущается! И немедленно требует сатисфакции в виде ещё, как минимум, двух бутылок за отдельно взятые деньги. Оказалось, не только и не всякого русского. Глаза официанта и так радостно заблестели, а когда молодой английский папа тоже потребовал две бутылки, просто-таки разгорелись алчным огнём. И только наши соотечественники молча по сторонам поглядывают, как будто не замечая, как вместо одной, на нашем столе уже пять бутылок нарисовалось. Новогодняя ночь — разные чудеса бывают...

Новый год приближается, мы все дружно поздравляемся, включая тех самых шотландцев через два стола (всё-таки, роднит меня что-то с этим народом!).

- Ну что же, за Новый год! - предлагает англичанка и продолжает традиционным английским «cheers», типа, нашего, «на здоровье».

Ну, это в приличном обществе в Англии, а не в новогоднюю ночь в Египте. Поэтому я выдаю честь по чести, всё, как Сара и учила.

- Upyours! - что в вольном переводе, означает: «Идите в жопу!» Ну ладно, ладно, для интеллигентов: «В задницу!»

Англичане недоумённо замирают, уставившись на меня, а потом начинают заливисто хохотать. И только наши «крутые» земляки, ничего не понимая, охотно балуются шампанским «на халяву»...

- Откуда вы знаете такое? - спрашивает молодая мама сквозь слёзы.

- Да, от нашей английской «сестры».

И пошла беседа про Сару, её родителей, уроки английского, Москву...

Иногда прерываемся правда, на разудалых шотландских парней, выбравших наш столик для расстрела хлопушками и конфетти. Ну и мы в долгу не остаёмся, конечно.

- Обязательно приезжайте в Англию. Страна у нас красивая, люди замечательные, Лондон - вообще чумовой многонациональный город. Вам понравится. И мы обязательно в Россию приедем, вот только подрастём немного, - и они с теплотой смотрят на уснувшую дочку.

На праздничном завтраке, хотя, какое там, обеде уже, мы тепло здороваемся с «нашими» англичанами, а потом и с шотландцами, которых без килтов узнать было невозможно. И только когда они весело произнесли пароль: «Hi,Sergei! Moscow - is the capital of Russia».

Я немедленно вспомнил отзыв: «Hi brothers! Edinbourg - is the capital of Scotland».

С нашими русскими «друзьями» мы, почему-то, не встретились...

Теперь вы понимаете, что после всех этих знакомств, событий и впечатлений поездка в Англию и Шотландию была лишь вопросом времени.

И вот, это время пришло...

(продолжение следует)