Апокалипсис в спальном районе

Устав от белого шума, клубящейся жужжащей информации, от писклых плачей неизвестных и многих волнующих, но не понятных до конца новостей, ты начнёшь прятаться всё глубже. Даже если интернет большой как космос, ты, в своём бессмысленном бегстве, будешь возвращаться к началу.

Поедая это бесконечно сладкое яблоко, как червь будешь описывать круги только для того, чтобы вылезть с той же стороны.

Каждый круг злит всё сильнее, уже непонятно от чего и куда бежишь, чего стараешься добиться. И так продолжится, если волей случая, гуляя в заросшей колючими кустарниками, информационной чаще, тебя не собьёт поезд.

До чего может довести мирная, постоянная, одинаковая во всех проявлениях ласка? Одинаковые посты с одинаковым нарративом, приправленные одинаковыми смайликами и лицемерными скобочками. Ни у кого больше не может быть ничего своего.

Сев на стену, сдерживающею тебя от апатии, ты свесишь ноги и достанешь государственно-одобренную модель телефона, откроешь государственно-одобренное приложение с сотней скачиваний. В ожидании нового круга утомительных поисков, тебя пробьёт на смех, когда увидишь в этом забытом приложении список всех государственно-одобренных радиостанций.

В бело-голубой расцветке, в верхней части экрана- иконки: звёздочка, сердечко, шестерёнка. Ниже- список станций. Три аватарки в одном стиле, три названия: «Россия 1», «Россия 2», «Россия 3».

Не многие из тех, кто ещё слушает радио, листают дальше первой станции, а далее второй опускаются только по-настоящему измученные в скитаниях люди. Это забытое место- священный оазис в мире одинаковых новостей, последний оплот демократии, закрытый клуб «для избранных», единственное место готовое продать вам немного человечности.

Мы не видим наших слушателей, но знаем, что где-то они есть. Подключайтесь и чувствуйте себя как дома. Загляните туда, где вам только предстоит оказаться.

Наш мир- будущее, которое ждёт вас через год.

Наша волна- «Россия 3».

Диктор сильно зевает, откидывая подбородок высоко вверх. Чешет, в таком положении, щетину, разбежавшуюся по шее. Привычно рассчитав секунды до конца зевка, он лениво потянулся к пульту управления с великим множеством кнопок. Палец пробегает мимо разноцветных резиновых точек и, настроенных предыдущим диктором, регуляторов, к единственному прошорканному переключателю, красная краска которого виднеется только у основания. Большой рот диктора захлопнулся, стукнув зубами.

Переключатель щёлкнул, прозвенев от бетонной стены к мягкой обивке за диктором. Трансляция началась.

Почти полностью убеждённый в том, что после рекламной паузы на потоке никого не осталось, диктор всё же начал свой агрессивный и тихий монолог:

…Вы всё ещё слушаете радиоканал «Россия 3».

Россия 3: пока ещё вещаем.

А я напоминаю, что сегодняшний эфир целиком и полностью(или по крайней мере- до 12 часов по Москве) будет посвящён любительской поэзии.

Если вы считаете себя перспективным автором; если ваши стихи уже печатаются в местной газете, которую никто и не подумает читать; если вы пишите всю жизнь и всю жизнь боитесь в этом сознаться; если, сидя на унитазе, перед выходом на работу, вы придумали забавный стишок в четыре строчки; если вы больше не можете молчать- пожалуйста, не в коем случае не пишите на нашу почту, ведь приём заявок заканчивается в эту самую минуту!

Диктор немного выдохнул, испугавши того, сколько эмоций потратил на пару фраз.

Удивительно, но в этот раз нам прислали хоть что-то. Теперь, благодаря вам- нашим дорогим слушателям, я смогу провести эфир до конца и может даже не лишусь части своего оклада.

Он любил намеренно делать свой голос каким-то неприятным, с заведомо наигранными эмоциями. Говорил, что это разбавляет эфир.

Предупрежу вас сразу: не все удастся поместить в эфир. Многие работы, как мне сейчас сообщают, придётся пропускать по приказу цензоров,-

В этом месте диктор корчит скомфуженно-довольное лицо (неестественно опущенные уголки рта и довольные глаза), чтобы его голос приобрел соответствующие ноты.-

другие же- по моему личному желанию.

Зеркало Гезелла, стоящее в стене слева от пульта, всегда давило одним только фактом своего существования.

Пока наш редактор выбирает из всего обилия вариантов именно тот, который заслуживает честь открыть нашу подборку, мы вспомним, что же всё-таки объединяет все, вами присланные, работы.

Его палец привычно шоркнул под красным носом.

Тема: городской пейзаж. Вроде просто и вроде понятно. Но! Предполагая, «Высовывая,- как говорила моя покойная бабушка,- бошку за шлагбаум» я взял на себя ответственность дать имя будущему сборнику.

Лежащий на пульте телефон моргнул экраном, не издав ни звука, ни вибрации.

Диктор опустил взгляд, пару раз звонко ударил ногтем по экрану.

Представляю вам «Апокалипсис в спальном районе»!

И открывает наш парад тоски и пыли «Надежда карандаша». Скромная драма про оживший инструмент творца.

Глубоко вдохнув, отбив от себя всякую мысль о том, что он может сбиться при чтении, начал ритмично выплёвывать каждую строку в микрофон.

1. «Надежда карандаша»

По стенам кирпичным, злым и холодным
Умело скрипел карандаш.
И мысли шальные обрубленной проповьдьи
Настырно идут на этаж.

Карандаш так старался,
Что даже заплакал,
Когда они поползли.

Добиться надеялся
До человека
Парочкой слов о любви.

Из под грифеля чёрного
Тонкого слабого
РождалИсь друг за другом слова.

Слова хоть простые,
Но непонятные
Абсолютного, для, большинства.

Сильные мысли
Цеплялись пальцами,
Впивались зубами в карниз.

Они не способны
Позволить себе
Бесславно броситься вниз.

Перекинувши тушку
Ближе к стеклу,
Упёрлися ножками в пол.

Окошко открыто,
Но оказался
За ним
Холодный бетон.

Фух… Это было и вправду занимательно.

Когда этот человек оказывался в эфире, его мозг начинал работать с безумной скоростью. Вечные комментарии, вечные вопросы и ответы самому себе. Не подлежит сомнению: он может здесь работать только потому, что гости нашу станцию не посещают. Слабость превратилась в силу, а поток- в театр одного актёра.

Но останавливаться надолго не будем! Это стихотворение заговорит ярче и яснее, если про него промолчать. И как бы мы ни хотели задержаться подольше (Увы!), дорогие друзья, эфир не резиновый.

Мобильник диктора снова мигнул.

Наш редактор уже отправил мне следующую работу, а я вам напоминаю: вы слушаете радиоканал «Россия 3».

Россия 3: надеюсь, нас кто-то слышит.

Попутно своему монологу он качал рукой, сжавшей белую большую типовую кружку. Та часть надписи, которую ещё можно было прочитать, гласила: «в мире папа». Без рисунков, без знаков. Большие чёрные буквы.

После прочтённого, он ощутил горечь у основания языка. Запить бы её, да кружка пуста. Он забыл набрать напиток. Остаётся только играть, качая это чудо, испачканное в чайных разводах.

Он прикрыл глаза на время мелодии, звучащей по обыденности после окончания каждого маленького блока.

Тело откинуто назад, прожимает гибкую спинку старого кресла. Тощая рука с кружкой скинута вниз и болтается как безвольный канат. Острый кадык играет вверх и вниз, выпирая из под плотной кожи, похожей больше на резину.

Мелодия, шипящая из маленького динамика на пульте, похожа на лопающиеся пузырики. Дождавшись третьего, диктор напряг поясницу и резко выпрямился. К тому моменту, когда лопнул последний пузырик, натянутая улыбка чуть не целовала микрофон- торчащий из белого пульта прутик.

Любите ли вы спорт?

Говорил с лицом, повёрнутым к микрофону так, как если бы тот был человеком. Глаза, в это время, бегали по строчкам стиха.

Я- обожаю! Нельзя ведь представить жизнь без борьбы! Ты бежишь за мячом, со злобой выбивая его дальше от противника или поднимаешь металлические пластины, увеличиваешь их вес, стремясь к бесконечности. Спорт это постоянная борьба с собой вчерашним. Вечное соревнование. Это и есть наша жизнь!

Кто со мной точно согласится- так это автор следующего произведения. Не трудно догадаться, что он фанат спортивной ходьбы! Особенно, если женской. Особенно, если в HD.

Довольный своей шуткой, он снова шаркнул себя под носом.

Такие вещи замечают заранее, ждут, а потом провожают взглядом. Прошу внимания! «Спортсменка»!

2. «Спортсменка»

Спортсменка-тётенька шагает,
Тазом в стороны качает.
С каждым шагом волнами!
Жирок её дрожит!
Взгляд прохожих вкованный
На синеньком лежит!

Синие лосины

Натянуты бесстыже.

Без матов и не скажешь,

Как баба хороша.

Животик

Бледненький и плоский

Выглядывает слегка

Из-под маленькой футболочки,

Висящей у пупка.

Суккубка! Ведьма! Чёрт!
Хоть чёрт тебя дери!

От мыслей всяких стыдных
Губа уже в крови.

Прямо, громко и без стеснения. Такие стихи остаются в памяти надолго.

Картинка, которую ловили его глаза, потеряла чёткие линии. Пульт смешался в серую кашу с разноцветными вкрапинками. Всё остальное в комнате и без того не имело своей выразительности. Только грязная кружка концентрировала внимание, но также как и всё, расплывалась в большом чёрном квадрате.

Где-то снизу что-то мигнуло, в попытке разогнать туман.

Двигаемся дальше!

Вы всё так же слушаете радиоканал «Россия 3».

Россия 3: единственная альтернатива.

Пузырьки защёлкали в динамике. Нашему герою, они с первого дня работы показались знакомыми, но только сейчас он понял, что конкретно они ему напоминают.

Школьником, он жил в отцовской квартире, на втором этаже кирпичного дома, стоящего, как казалось, в овраге. Только начнись сезон дождей, как вся вода, со всего города, по пластиковым белым трубам, очень удобно и заботливо установленным по приказу мера, стекала за вышеупомянутый дом и очень удобно и заботливо скапливалась под балконами, размывая летнюю тропинку, по которой диктор ходил в школу. Первую неделю после ливней- там была речушка, следующий месяц- болотинка.

Молодой диктор, помнится, играл на балконе, когда с верхнего этажа, стеклянными дверцами вниз, упал и схрустел книжный шкаф. Это тётя Лариса в очередной раз взялась решительно менять свою жизнь. Первым этапом она всегда выкидывала какую-то старую вещь.

Шкаф пал и сложился как карточный домик. Его так и не забрал никто. Зато, вода, стекающая по белым трубам, звонко барабанила по фанерной спинке, что, видимо, никак не смущало домочадцев.

Современное общество буквально вынуждает нас рассчитывать стоимость каждой секунды и даже каждого встречного человека. Это как охота, но среди одних только волков! Считая стоимость человека, не смейте забывать, что и он, вероятно, вас рассчитывает.

«Направил ружьё- будь готов умереть.» - Золотое правило каждого профессионального охотника, которое совсем забыл герой нашего следующего стихотворения.

Товарищи охотники, успокойтесь, опустите свои ружья, вас ждёт история одного охотника-неудачника, забывшего, что среди людей- травоядных нет.

Горячее блюдо уже ждёт вас на обеденном столе. «600 за килограмм»! Приятного аппетита.

3. «600 за килограмм»

600 рублей за килограмм-
Ровно столько стоил парень,
Что заходил и покупал
Из золота медали.

Ужаснейше самолюбив.

Обычно,

вечерами…

Хватался сильно и тянул
Себя
За гениталии.

Любил большую бороду
И усики свои.
Он был красив-
не спорю-
Но всё равно
Один.

Гуляя в центре города,
Как в мясном отделе,
Щёлкал свОим каблуком
По каменной алее.

"Та курочка- за 'две пятьсот'"-
Рассчитывал глазами.
"А эта слишком уж жирна...
Пускай сама доплатит".

И долго щёлкал он вперёд,
Со страстью раздевая,
Прохожих женщин и мужчин,
ГолУбыми глазами.

Нос по ветру, губа отвисла.
Он ищет по-ценней.
Находит!
Курочка за тыщу...
Нет, миллион рублей!

Своим щегольским каблучком
Он к жертве подступает.
А та,
Смеясь ему в лицо,
В курятник убегает.

Взъерошил локоны свои
Молодой мясник.
Упал глазами в пол.
Чуть хрюкнул.
Тут же сник.

Поросёнок этот
Переценил себя.
600 рублей за килограмм-
Вот ценник порося.

Заворожённый диктор придавливал свою кружку к столу, совершал круговые движения, катая её на манер волчка.

Всё его внимание было сконцентрировано на том, чтобы кружка совершала плавные обороты, при этом, не соскальзывая с широкого пульта.

Телефон мигнул. Световой сигнал пробежал от глаз напрямую к языку. Наверное, разум совсем уснул. Нельзя сказать точно, о чём он думал.

Тем не менее, следующие реплики он подготовил заранее. Они не нуждались в повторном осознании.

Так будем же учится на чужих ошибках! Смеяться или плакать- решите сами.

Между репликами выдерживается небольшая пауза.

Апокалипсический поезд уже бежит к следующей станции. Надеюсь, вы успели купить билет. Новоприбывшим сообщаю: вы слушаете радиоканал «Россия 3».

Россия 3: Станция конечная.

Пузырьки полетели из динамика. Малейшего вздрога руки хватило, чтобы дно кружки сдвинулось на миллиметр и предательски соскользнуло. Тяжёлая рука, давившая на рёбра кружки, судорожно расставила пальцы, когда ощутила, что игрушка вылетела из-под ладони.

Керамика приглушённо звякнула на пульте. Появилась новая царапина.

Диктор глубоко вдохнул и задержал дыхание. Глаза раскрылись, сон пропал совсем.

Он кинул короткий взгляд на зеркало, словно давая понять: «Всё хорошо! Я успел до последнего пузырика!», но на той стороне, о нём, похоже, никто не беспокоился. В резко увеличившейся комнате, он оставался один на один с, медленно отступающей, тревогой.

Ежедневно мы сталкиваемся с несправедливостью.

Дрожь в голосе была повержена профессионалом, но сердце ещё немного сбивало с ритма. Со всем тем, вы бы не смогли заметить разницы в его тоне и манере речи.

Бездомные котята, голодные собачки.

Всем помочь нельзя- это так, но имеем ли мы право так говорить, пока не приложим усилия для спасения хотя бы единицы? Может быть, мы просто боимся сказать: «я не хочу им помогать» или даже «они мне противны»?

Автор следующего произведения ответил для себя на этот вопрос прямо, без всяческих кривотолков.

Циничный, злой, но честный. «Пожалеть издалека»- на ваш страх и риск.

4. «Пожалеть издалека»

У скамейки сорвана доска:
Торчат железных два пенька.
И там, с повадкой словно черти,
Сидят испачканные дети.

Их ноги в саже,
Рот в крови,
А руки в пепле и говне.

Куда идут грязные дети?
Ох, надеюсь не ко мне.

Я слишком чист,
А этим свиньям
Только крикну:

"Сволочь! Брысь!"

Тут хоть жалей, хоть зажалейся.
Им не помочь. И не берись.

Издалека жалеть мы будем,
А мараться ни к чему.

Коль захотят- достанут деньги.
Ведь я же где-то их беру.

Вы можете злиться на недалёкость героя, а можете восхищаться его честностью. Лично я, оставлю своё мнение при себе.

Диктор щёлкнул себя под носом и побежал дальше. Может бежал от предыдущих, а может торопился к следующим. Во всяком случае, телефон уже мигнул, смысла ждать нет.

С вами всё ещё я, вы всё ещё на волне «России 3».

Россия 3: последние, кто не обещает.

Пока мелодия играла, он бегло окинул новоприсланный текст взглядом. При чтении использовалась методика, созданная им для себя. Не вдаваясь в контекст, он выдёргивал по паре слов из каждой строчки, создавая общую сюжетную линию в своей голове. В абсолютном большинстве случаев, этого хватало, чтобы выдумать короткую подводку.

В этот раз, после применения своей авторской техники, он смутился. Сознавая, что времени на повторное чтение точно не хватит, он повернул голову к зеркалу, вопросительно хлопая синими веками.

Он выжидал ответа до конца мелодии, но так ничего и не услышав, продолжил эфир, полагая, что его методика дала сбой. Диктор наклонил голову к микрофону, растирая нижнюю челюсть возле скул. Что его так смутило- можно только догадываться.

Страх… Горчинка нашей жизни, без которой, я уверен, ей богу, не вкусно! Больше стремишься себя обезопасить- больше пугаешься. Как правило!

Но если защита не помогает, а бежать бессмысленно? Что тогда?

Нам нужен пламенный манифест всех испуганных, забившихся в угол своей комнаты, всех тех, кто предпочитает дружить в интернете и мыть руки каждые 10 минут.

«Если боишься»- именно такой манифест.

Тот, кто это написал- преисполнился в своём страхе и сумел отыскать единственный выход и единственную, свою, жизненную цель.

Готовьтесь, сейчас вы услышите манифест испуганного человека.

5. «Если боишься»

Если боишься- то стены плохие
И окна сползают... Пока!
Пока... а пока остаётся нам только сражаться
Или молчать, но тогда...
Тогда!
Тогда мы... Логично (конечно!) подумав,
Начнём много и грустно курить.
"Очень хочется… Как же хочется быть!".

Под стенами тонкими, стенАми шершавыми
Плакали точки, качаясь на нитке.
Когда жизни нет- будут попытки.
Когда она есть- большие убытки.

Не думай, что счастье как мокрый волос на плитке:
И виден, и есть, и легко наступить, но не взять.

Хоть сколько скобли- будет лежать.

Нет!
Иногда можно и нужно решительно взять.
Разочек, хоть в мелочи малой, взять и поднять.

Там- до границы с концом,
Легко вспоминать,
Что можешь кусаться и рвать.

Большие убытки приближали смерть.
Страна-мать говорила, боясь чёрный снег:
"Поставьте игрушки, разденьтесь и лягте. Чем мир наш изнашивать- гимн вспоминайте и пойте, и мир наш хороший не протирайте до дыр."

Под стенами тучными, злыми, молочными,
Стенами дома врага:

Забудьте про мать!
Мы не можем лежать!

Боитесь ли вы, что износите зубы, когда нужно есть?
Может и так, но тогда вас не жалко.
Вы грустные угли.
Есть наша жизнь, а вас нет.

Диктор закрыл глаза, растёр веки до слёз. Лёгкие качания головы создавали достаточно ветра, чтобы глазам стало холодно. Это только один из его многочисленных приёмов по борьбе с усталостью.

Наблюдая жёлто-синие огни под своими веками, диктор продолжал.

Если это творение чем-то и цепляет, то своей структурой. Оно может вам бесконечно не нравится, но не удивиться вы не могли!

В комнате тепло и душно. Окружённый исключительно чёрным пространством, тая в взрывах мутных фейерверков, он надеялся провести в таком состоянии весь остаток жизни. Там так хорошо и спокойно. Слишком одиноко для любых волнений.

Выйти всё же придётся. Не сейчас. До того момента, оставляя свой голос, как последний контакт с внешним миром, он продолжит плавать в темноте закрытых глаз.

На работе и дома- спасибо, что слушаете. Для вас старается команда станции «Россия 3».

Россия 3: позиция автора может отличаться от мнения редакции.

В мигнувшей синеве сенсорного стекла, диктор увидел текст предпоследнего стиха и ощутил наплыв энергии. Он резко прокрутил головой, шея прохрустела по всему кругу.

Почему мы так презираем обычное человеческое желание «не замечать»?

Или мы должны каждую секунду посвятить трагедии? Когда же можно отдохнуть?

Если говорить серьёзно- никогда. Нас окружают ужасы, которые мы не можем контролировать. Ужасы, которые не прекращаются даже в канун праздника.

Столько вопросов! Только ответы мы не узнаем. Их не найти в умных книжках и авторском кино. И уж точно вы их не увидите в следующей работе.

Грустная констатация грустного факта. «Про улитку»- в ваших динамиках.

6. «Про улитку»

Это не метафора!

Он был на фотографии!

Он полз с надеждой маленькой

С цветочками в зубах.

Улитка мимо камеры,

Её не замечая,

Ползёт с надеждой маленькой

По маленьким делам.

Не потеряв надежду,

Ползёт по кочке маленькой,

Не волнуЯсь о камере,

На дальнюю дистанцию,

Чтоб встретить новый год.

На кнопочке пластмассовой,

Той огромной камеры,

Сохнет кровь убитого

И снято на ней.

На камере пугающей

Глаза остановились,

Человека грустного

С пробитой головой.

Улитка мимо глаза,

Мимо ноздрей широких

Ползёт под фотокамерой

Скорей к себе домой.

Он маленький и глупый.

Его не замечают

И он не замечает

И счАстливо ползёт.

За чёрной фотокамерой,

Огромной фотокамерой,

Смотря на фотографию,

Смеётся человек.

Заметь происходящее-

Вмиг пропадёт веселье.

Зачем улитке эта

Грусть под новый год?

Последние пару минут мы задали слишком много вопросов. За сим, вот вам ещё один: всё ещё ли это городской пейзаж?

Диктор сильно упрекал редакторов. Он злился, когда приходилось делать что-то, чей смысл он полностью понять не может.

Ревностное желание доказать свою полезность и, главным образом, полезность своей работы, привело к тому, что любой спор, касающийся полезности чего-либо, доводил диктора до нервного тика.

Он всегда мог сдержать крик на семью. Только, после спора он мог долго ходить, сдерживая дрожь. Руки тряслись так сильно, что он не мог пить.

Кажется, так было всегда. Сам диктор не помнил, когда это началось.

На этот вопрос, я, ответить, к сожалению, не смогу. Задам его, пожалуй, нашему редактору.

Телефон мигнул.

Время эфира близится к концу, разговор с редактором всё ближе, до конца цикла рукой подать. Только одно не кончается- поток радиостанции «Россия 3».

Россия 3: поживём-увидим.

Конец эфира уже чувствовался в лёгком сквозняке и хлопанье дверей где-то за зеркалом. Мечталось о моменте, когда можно перестать вытягивать уголки рта.

Под звук пузырьков, диктор прочитал последний стих. За что-то ему стало стыдно. Он уселся удобнее, немного покачавшись на онемевших ягодицах, провёл языком поверх зубов.

Последний текст не нуждается в долгом представлении. Этот стих- кривое зеркало, а автор- художник, рисующий отражение. Он показал нашу жизнь, преломив её, что сделало картину куда честнее чем она видится нам.

Последним аккордом, мы, не много ни мало, покажем жизнь после апокалипсиса.

Представляю вашему вниманию «Сталинские дороги».

7. «Сталинские дороги»

Страна Сталинских дорог.
Наш мир беден, но широк.
Очень глуп, но весел.
Не выжить здесь без песен.

Бесит, злит до тошноты.
Не оторваться от земли здесь,
Где солнце рано утром
Бодро лупит по глазам.
Здесь, где пьяные сороки
Тонно скоблят по мозгам.

Скажи, беги и жди, что будет-
Страна сталинских дорог!
Тише едешь- дольше будешь.
Будешь толст, но одинок.

Одиночество в пустыне
Даже рядом не стоит
С тем,
С тем как в далёком мире,
Пробегая мимо гор,
По полям,
Где кроме мышек
Вам ни встретиться никто,
Расстилается дорога
Извращённая в тоске.

В дальней этой стороне
Даже летом валит снег.
В мире сталинских дорог-
Каждый вечно одинок.

Интерпретируйте услышанное так, как вам заблагорассудится. От себя скажу: лучшего финала и придумать нельзя!

Диктор коротко сильно выдохнул.

Спасибо за внимание.

Если, по какой-то причине, вами был пропущен один из наших семи шедевров- полный список стихов цикла «Апокалипсис в спальном районе» вы найдёте на нашем официальном сайте.

Ухожу, но не прощаюсь! Встретимся после нашей ежедневной рубрики «Ретро-час».

Вы слушаете радиоканал «Россия 3».

Россия 3: апокалипсис с перерывом на обед.

Ноготь диктора ловко перевёл прошорканный красный переключатель в положение OFF, потом шоркнул под носом. Натужная улыбка сменилась на ровные губы и довольные выполненной работой глаза.

Пора вернуться в настоящее.

Вы не сможете найти эту станцию- её ещё не создали. Где-то, между рыночных рядов с бесформенной одеждой или мимо белых колон драматических театров (может и под вашими окнами) ходит тот, в чьи язвительные и порой неуместные комментарии, вы погружались сегодня.

Пожалуйста, дождитесь нашего рождения. Мы встретим вас, когда ничего больше не останется. Уже скоро.

А пока… Возвращайтесь к этому осколку будущего и впредь. Вам здесь всегда рады, даже если кажется обратное.

До встречи через год.