Апрельский этюдник

Весеннее солнце опускается в невесомые облака, и кажется, точно художница, расписавшая на рассвете город светлым золотом и весь день добавлявшая в свою картину то теплые рыжие, то глубокие зеленые мазки, теперь взяла в руки иную палитру – палитру теней.

Фонарные столбы с еще не зажегшимися огнями отбрасывают тени густые, темно-фиолетовые, как ежевичный сироп – словно в противовес облепиховому свету, что совсем скоро воссияет в прозрачных плафонах. От домов тени синие, будто полночное ясное небо наложили поверх молодой травы, как фильтр на фотографию. Трава в их сени кажется цвета морских волн, точно подводное пастбище, волнующееся не от теплого ветерка, а от повелительных глубоководных течений. А вот тени от первых смело распахнутых навстречу апрелю окон – лазурными озерцами трепещут, и голубые первоцветы под ними кажутся погруженными под воду, прозрачную и живую, идущую серебряной рябью от малейшего движения воздуха.

Даже в сумерках город не темнеет по-настоящему – лишь палитру меняет с дневной на вечернюю, как дамы из высшего общества прошлых веков меняли наряд на приличествующий времени суток. Даже в сумерках город продолжает жить – тихий, прохладный, дышащий весной.