Архей. Караванщики Анвила III

Как известно: «богу – богово, кесарю – кесарево, а смерду – смердово!»

Верблюды отстраненно выискивали в песке зеленеющие колючки. Животные, привыкшие к деятельности человека, совершенно не обращали внимания на запахи гари и дым, что распространился по округе. Их даже не волновали крики и лязг металла. Только раздавшийся энергетический взрыв заставил верблюдов уйти подальше и не мешать людям резать и жечь друг друга.

Когда четыре фигуры скрылись в темном проходе пирамиды, Караванщики полностью освободились от пут. Эфит не сводил глаз со сгоревшего тела дознавателя и что-то шептал. Варвар и Ослябя осматривали останки поверженных ландскнехтов, которые превратились в две кучки пыли. Зеленоватый припустил к верблюдам, на которых прибыли незваные гости, чтобы улучшить личное материальное положение. Ну, а Джубал благоговейно держал на руках Шахриет.

Девушка благодарно улыбалась и легонько дотронулась до щеки скорпиона мягкой девичьей ладонью. Парень понял, что сейчас не только тело, но и ее сердце у него в руках. Все окружающее размывалось. Только красивое лицо со жгучими карими глазками имело смысл. Только пухлые невинные губки манили сладким, долгожданным поцелуем. Веки опустились сами собой. Молодой скорпион почувствовал трепет девичьего тела, которое отзывалось взаимностью. Он потянулся к ее губам, будто измученный пустыней странник к спасительным прохладным водам оазиса.

– Джуба-а-а-л! – пронзительный старческий возглас за спиной заставил вздрогнуть. Эразм легонько стукнул скорпиона посохом по голове, положив конец волнительному моменту. – Паршивец! Отпусти девчонку и сними с меня чертов ошейник. Живее!

– Но… – парень застыл с открытым ртом.

– Оглох что ли?! – следующий удар посохом пришелся в плечо и был куда сильнее предыдущего. – Снимай эту мерзость говорю.

Джубал повиновался. Нежно поставив Шахриет на ноги, он пару минут поковырялся отмычкой в замке на шее Брюзгливого.

– Ну вот, – скорпион улыбнулся, бросив ошейник из черной руды в песок, – замки от лучших мастеров Исиасполиса… Делов-то.

– А не зря тебе тот мужик кисть собирался рубить. Ах-ха-ха, – Варвар залился смехом и хлопнул Джубала ладонью по спине.

– Ослябе так-то тоже, – скорпион обиженно отвернулся и пошел за саблей.

– Я не воровал ничего, – Ослябя пожал плечами. – Дедушка, ты видел, как эти здоровяки в пыль превратились, когда их Джубал кинжалами истыкал?

– Очевидно, что магические стражи какие-то. В сортах магии для бездарей не разбираюсь.

– Почему для бездарей? – Железнобокий вмешался в разговор.

– Да потому что магическими предметами может любой осел пользоваться, – нехотя ответил волшебник, потирая шею. – Даже такой как ты, например.

– Колдун! – кулаки северянина сжались.

– Хватит, – послышался голос Эфита. Ветеран последний раз глянул на остатки расплавленного серебра, что сжимал сгоревший дознаватель. – Мы тут по делу, – он повернулся к остальным, – проход открыт. Добудем скипетр для принца, а заодно закончим со сбежавшими.

С доводами согласились. Только Ослябя все еще сомневался в том, что стоит вновь соваться к мертвым. В прошлый раз это обернулось не особенно удачно.

Довольный Шалилун обшарил вещи карлика и отыскал кошелек, набитый серебром. Он взвешивал его на ладони, потеряв интерес ко всем остальным вещам. Недовольный верблюд, которого грубо дергал зеленоватый во время поисков, заревел прямо в лицо орка. Такого Шалилун не потерпел и со всей силы ударил животное кулаком. Верблюд сорвался с места и рванул в пустыню, за ним последовали остальные.

– Хорошо, что наши в другой стороне, – Джубал разочарованно покачал головой.

– Животину-то продать можно было, – Ослябя почесал затылок.

Эразм мог бы напомнить союзникам о богатом шатре коротышки, который скорее всего тоже являлся магическим и наверняка болтался на боку верблюда в виде свертка синей ткани, но и сам о нем забыл. Может из-за старости, а может из-за пережитого потрясения.

Образовавшийся в стене пирамиды проход оказался достаточно просторным, чтобы взрослый мужчина вошел в него в полный рост. Прошлые приключения и угрозы волшебника научили авантюристов запасаться источниками света. В этот раз даже орк шагал с факелом в руках.

Огоньки неприятно коптили и плясали по резным стенам длинного прохода, ведущего в глубь гробницы. Первым шел Джубал. Эразм предупредил, что впереди могут быть ловушки и Эфит с Варваром настояли на том, чтобы одаренный и ловкий скорпион шел впереди, к тому же, он отлично видел в темноте.

Ослябя с интересом рассматривал вырезанные в камне изображения и письмена. В текстах он не разбирался, но вот картины различных мифических животных заинтересовали. Диковинные создания с телом льва и головой сокола величественно возвышались над толпами стоящих на коленях людей. Дальше рабы или подданные несли дары какому-то царю, что восседал на спине одного из зверей.

– Чудны́е какие... – паломник провел пальцами по пыльному изображению. – Тело хищника, а голова вроде птичья. От же выдумщики.

– Это иеракосфинкс, – ответил маг, даже не глянув на рисунок.

– Иракофикс… – завороженно повторил Ослябя.

– Хранители считают, что раньше они водились на территории Ошиосского Царства, – уточнил лорд Пифарей, – хотя не только они. Сфинксов несколько видов. В зависимости от принадлежности головы: человеческой или бараньей.

– Ого. А с головешкой ослика бывают?

Эразм тяжело вздохнул.

– Нет.

– Надеюсь, что тут мы ничего подобного не встретим, – Шахриет чувствовала себя тревожно. Ей не нравился узкий и душный коридор.

– Не бойся, девица, – Варвар хотел потрясти топором, но лишь бряцнул лезвием о потолок. – Мне еще одна башка не помешает. Лишь бы не человеческая попалась.

– Двери, – тихонько шепнул Джубал. Перед ним виднелись раскрытые каменные створки.

Эфит шел следом за ним и остановил группу.

– Иди-ка посмотри, – ветеран подтолкнул парнишку в плечо.

Скорпион осторожно подошел ближе.

– Тяжелые… Так легко их не открыть, – он попробовал потянуть за вырезанную в камне ручку. – Ловушка!

– Что там еще? – Эфит сделал пару шагов и вытянул факел вперед.

Сразу после дверей зияла черная яма в четыре человеческих роста. На дне неудачливого расхитителя гробниц ожидали острые металлические колья.

– А пепел на дне до боли знаком… – пробубнил Джубал глядя вниз.

– Да, – ветеран качнул головой, – магические наемники карлика не погибли.

– Или погибли во второй раз, – скорпион улыбнулся.

Эфит одарил союзника злобным презрительным взглядом и перепрыгнул обнаруженное препятствие. Варвар, Шалилун и Ослябя последовали за ветераном, а Джубал помог перебраться Шахриет и Эразму, который с трудом справился с прыжком.

Помещение оказалось достаточно просторным. Своды потолка поддерживали гранитные колонны, раскрашенные в виде пальм, а по периметру находились открытые саркофаги с одетыми в чешуйчатые бронзовые доспехи мумиями. Бронза, натертая маслом, до сих пор блестела. Руки покойников, скрещенные на груди, удерживали по два хопеша. Так древние ашахиты называли мечи, состоящие из серповидной рубяще-режущей части (полукруглого клинка) и рукояти. Таким оружием пользовались только элитные и профессиональные воины.

В стенах зодчие выполнили ниши, в которые также поместили мумии слуг, которые должны были обсуживать царя в загробном мире. Их запястья украшали бронзовые браслеты с гравировкой иеракосфинкса. Этот символ являлся гербом царя Имхотепа Блистательного, последнего из царей Ошиосса, держащего в руках Скипетр Могущества.

Шалилун попытался дотронуться до одной из мумий, чтобы стянуть с нее украшение, но Ослябя перехватил его руку.

– Не трогай лучше, – тихо произнес паломник. – Пусть мертвецы спокойно спят. Нам эти вещи не нужны.

– Шалилун надо золото, – отрезал орк и отмахнулся.

Браслет не снимался и зеленоватый принялся дергать иссушенную руку. Остальные бродили среди саркофагов и услышали глухой звук упавшего тела. Орк вытянул мумию из ниши, уперся ногой в спину и потянул со всей силы. Раздался хруст.

– Какого Асмодея делает этот остолоп? – Эразм злобно глянул на Шалилуна, вертевшего в руках оторванную конечность мумии.

– Не золото… – расстроенно буркнул зеленоватый и равнодушно забросил руку обратно в нишу.

– Раскопками занялся, здоровяк? – Варвар окрикнул товарища.

– Горг направлять Шалилун. Шалилун идти. Шалилун искать золото.

Ослябя закончил молитву над оскверненным телом и догнал орка, который внимательно осматривал нишу за нишей.

– Слушай-ка, – паломник схватил зеленоватого за плечо и развернул к себе, – перестань осквернять могилы или я эт... ну… на бой тебя вызову, вот. И кто такой этот Горг?

– Горг – бог, – с почтением произнес Шалилун, подняв палец к потолку. – Горг – «Тот-кто-презирать-человеков».

– Кто-нибудь знает, почему мы до сих пор не воссоединили зеленоватого болвана с его божеством? – сокрушался волшебник.

– Потому что он наш союзник и боевой товарищ, – ответил Эфит. – А мы дорожим боевым братством.

По правде, ветеран и сам был не прочь избавиться от идиотского спутника, но тот почему-то нравился железнобокому, а с его мнением пока что приходилось считаться.

Не найдя для себя ничего полезного, авантюристы спорили какую из дверей выбрать. Попасть в вглубь пирамиды из гипостиля можно было двумя путями. Эфит и Варвар настаивали на правой двери, Джубал на левой. Следы беглецов на пыльном полу вели в оба направления, плутали и запутывали, а кое-где даже смазались. Отступающие пытались как можно дольше оттянуть момент встречи. Ветеран обвинил скорпиона в попытке ввести группу в заблуждение, чтобы бывший подельник смог улизнуть.

Остальные безучастно молчали. Только Шахриет сочувственно улыбнулась парнишке. Пришлось сдаться. Джубал открыл правую дверь и вошел в следующий коридор.

Через пару минут проход круто сворачивал влево и заканчивался очередной расписанной дверью. Фреска на створках изображала длинную лодку, на которой стоял человек с соколиной головой. Вдоль берега ожидали солдаты с копьями, а за лодкой плыл разинувший пасть крокодил.

Джубал навалился на дверь и с трудом открыл их во внутрь помещения. Он намеривался оглядеть вход, но Эфит напирал сзади и буквально втолкнул парнишку в проход. Ловкость позволила скорпиону не упасть. Джубал крутанулся на носках и понял, что в этот раз пронесло. Ловушки не оказалось, но злость на внезапную подставу со стороны союзника вскипела. Звякнула извлекаемая из ножен сталь. Парень занял боевую стойку, но ветеран проигнорировал его и прошел мимо, будто не замечает.

За ним вошли и остальные. Варвар усмехнулся и похлопал скорпиона по плечу, а Ослябя успокаивающе подмигнул.

– Ты чего эт? Мертвые они, хоть и стоят как войско.

– Да так… показалось.

Оглянувшись скорпион разглядел плотные ряды копейщиков со щитами. Вновь мумии, но на этот раз без саркофагов. Могильщики закрепили тела с помощью металлических штырей, будто солдаты несли караул. В середине строя располагалась тростниковая лодка с резным троном, которая крепко стояла на спинах двух ощетинившихся каменных крокодилов. В глазах статуй блестели крупные рубины.

Рисунки на стенах демонстрировали морские экспедиции и сражения. Быт древних моряков и рыбаков. Но Караванщики не обратили на это никакого внимания. Драгоценные камни приковали к себе взгляды. Даже Ослябя завороженно вглядывался в щель между плотно стоящими друг за другом копейщиками. Никогда еще он не видел таких красивых блестяшек.

– Это нужно Шалилун…

– А ну-ка руки прочь! – заорал паломник.

Чтобы добраться до сокровищ требовалось проложить дорогу через солдат. Протиснуться между ними не смог бы даже худенький Джубал. Орка крик не остановил. Он успел свалить двоих стражей, прежде чем клинок уперся ему в шею.

– Мертвых нельзя беспокоить. Прекрати или я, именем Светлой Девы…

– Давай попробуй, парень, если башка мешает, – Варвар приготовился к броску.

Эразм встал на сторону ученика и поднял руку для наложения магического щита. Джубал выхватил саблю. Шахриет, рассматривающая до этого стены, с ненавистью сверлила северянина взглядом. Ее волосы витали в воздухе, будто ветер раздувал их непрерывным потоком.

Эфит скрестил руки на груди и оценил шансы.

– Я уверен, что дальше будут сокровища, и нам не придется ради них ворошить мумии.

– Мне сокровища не нужны! Пусть Шалилун перестанет…

– Как скажешь, парень. Не нужно горячиться. Опусти меч, – ветеран зыркнул на Варвара. – Успокой своего приятеля. Живо!

Накал не спадал. Около минуты сохранялись боевые стойки и тяжелое молчание. Никто не двинулся с места. Северянин был готов атаковать. Ярость в нем закипала и застилала разум.

Внезапно раздалось женское пение, и герои насторожились. Джубал определил направление и тихонько пробежал вдоль строя копейщиков.

– Звук исходит из следующей комнаты, – шепотом произнес он, указывая на дверь.

– Что указано? – Эразм подошел первым.

– Ну, тут сад какой-то вроде, девушки, птицы, водоем…

– Хм… возможно тут захоронены жены царя.

Скорпион пожал плечами и толкнул створки. Они легко раскрылись и свет резанул привыкшие к полумраку глаза. Комната была хорошо освещена множеством ламп. С потолка свисали роскошные шелка, а пол устилали мягкие цветные подушки и узорчатые ковры. Повеяло прохладным ветерком, который приносил смешанный запах цветов лотоса и духов.

На подушках изящно сидели две молодые женщины. Одна из них играла на лире и пела мягким чарующим голосом. Ей аккомпанировали звуки сочащейся воды и щебетание птиц. Вторая улыбалась ослепительной белой улыбкой и попивала из золотого кубка красное вино.

– Что за?.. – Эразм нахмурил брови.

Ему пришлось посторониться. Шалилун и Варвар рванули вперед. За ними высокомерно вышагивал Эфит. Ослябя, Джубал и Шахриет стояли в проходе и завороженно пялились на легкие шелка, которые едва скрывали прелести девиц.

– Наконец-то, – девушка перестала петь, – мы невероятно истосковались. Прошу, выпейте прохладного вина, отведайте сочных фруктов, – она указала на маленький столик.

На нем располагалось ровно семь кубков, а посередине большое блюдо с виноградом и яблоками.

– Отважные, сильные воины… – поддержала вторая, – устали после долгих скитаний… Пожалуйста, садитесь к нам, ну же, – она протянула руки, в которые с удовольствием нырнул Шалилун.

– Кто вы? – Эфит очарованно улыбался.

– Я Далила. Это означает «нежная». А моя подруга, услаждавшая ваш слух прекрасной музыкой, Камила. Это значит «совершенство».

– Мы любим услаждать, – похотливые улыбки озарили лица затворниц.

– Нежная и совершенство… Идеально, – ветеран расстегнул поясной ремень, на котором висел меч. Оружие брякнуло об пол.

Северянин и орк залпом выпили предложенные кубки и залились кашлем, будто подавились. Шалилун откашлялся первым и, схватив горсть винограда, отправил ее в рот. Он еще не успел прожевать, как одна из девиц уже сидела на нем. Она начала снимать кольчугу, и зеленоватый спешно помог. После подняла платье и принялась распутывать завязки штанов.

– Да-а-а! Шалилун хотеть! – безумно орал орк, пробуя руками округлые ягодицы.

– Ха-ха, милый… – затворница принялась целовать зеленоватого в область ключицы.

Вторая занялась Варваром и снимала с него кожаный нагрудник, успевая целовать северянина в шею. Эфит тем временем оголился по пояс. Он сделал несколько шагов и опустился на подушки, чтобы гладить изгиб спины, отвлеченной на железнобокого, затворницы.

Остальные с трудом сдерживали неукротимое влечение, только Эразм сохранял трезвый рассудок и не пялился на происходящие, стоя как истукан.

– Иллюзия, – прошептал волшебник.

Он напряг память и вспомнил нужное заклинание. Проведя свободной рукой перед собой, маг открыл полоску реальности. На полу не было подушек, только пыль и камень. Вместо вина кубки заполнял древний песок, а яблоки и виноград оказались кусками засохшей, одеревенелой плоти. Ну, а красавицы больше не казались соблазнительными… Волосы паклей болтались на иссушенной голове. Нежная смуглая кожа сморщилась и иссохла, плотно облегая череп. Тела имели черный оттенок из-за применения смол при мумификации, а вместо платьев их украшали безобразно свисавшие льняные бинты.

Орк и Варвар пребывали в экстазе. Они получали удовольствие от поцелуев, но в действительности мумии царапали их тела когтями и зубами отрывали плоть, проглатывая ее не жуя.

Джубал не смог долго сопротивляться. Он позабыл про Шахриет. Его манили две прелестницы, которые оголили грудь и соблазняли скорпиона чарующими взглядами. Паренек сделал несколько шагов и случайно задел плечом Ослябю.

Паломник чувствовал необычайное влечение, поглощающее разум. И возможно тоже поддался бы, но толчок Джубала немного привел в себя.

– Эт что такое творится!? – Ослябя огляделся.

Заметив, как Шахриет сладострастно улыбается, он поморщился со смущением и досадой. Джубал в это время сбрасывал спрятанные кинжалы, готовясь присоединиться к непотребству. Слышались дикие стоны удовольствия Шалилуна и животный рык Варвара, пытающегося овладеть девицей, которой Эфит что-то шептал на ухо.

– О, Светлая Дева, – паломник судорожно чертил в воздухе кресты, – не дай нам пасть во грехе. Убереги наши души от растления. Опомнитесь! – заорал он и ощутил, как душа его наполнилась спасительным светом.

Очередной крест материализовался в виде меча, и яркая солнечная вспышка озарила затхлое помещение. Иллюзия спала. Ослябя остолбенел от ужаса. Мумии синхронно повернулись к паломнику.

– Алхадим мульхаки рулиалихатин нуви! Хуна лен тажи’да эльмунта факат! – хором прошипели затворницы и истошно заревели, неестественно широко разведя челюсти. Остатки кожи и кровь виднелись между коричневыми острыми зубами.

– Именем Эсмей! – меч вылетел из ножен.

Иллюзия в тот момент рассеялась для всех. Эфит в ужасе отползал, заведя руки за спину. Он в панике загребал ладонями пыль и отталкивался ногами. Северянин с трудом отшвырнул от себя мумию и ощупывал места укусов. Только Шалилун продолжал пребывать в экстазе. Зеленоватый запрокинул голову, закрыл глаза и крепко сжимал талию неожиданной любовницы, пытаясь управлять движениями ее таза. Кровь стекала по плечам, груди и спине, сочилась из горла, но это нисколько не смущало.

– Да-а-а! Шалилун большой. Шалилун сильный.

Железнобокий же ощутил ранения в полной мере. Верх тела и шею жгло огнем. Он зажал рукой обильную рану на горле и рыскал по полу в поисках топора.

Волшебная стрела пронеслась над головой Варвара. Мумия, которой она полагалась, будто кошка отпрыгнула в сторону. Сгусток магической энергии едва не зацепил Эфита. Волшебник не планировал так легко сдаваться и наставил руку на цель. Вновь стрела пронеслась мимо. Затворница ловко взобралась на стену и, уворачиваясь от очередного заряда, прыжком оказалась на потолке. Ее когти с легкостью крошили камень.

– Проклятье! – зашипел Эразм.

Противница ответила пронзительным воем. За это маг выделил ей еще пару стрел, но и от них удалось увернуться. Мумия обладала исключительной реакцией и подвижностью. Такую нежить лорд Пифарей еще не встречал. И с каждым разом мертвяки вызывали еще большее раздражение.

Несмотря на явное желание зеленоватого продолжать вакханалию, Ослябя таки рубанул мечом. Он зашел сбоку и целил в голову. Мумия заметила маневр и хотела вырваться, но Шалилун крепко держал. Орк приближался к кульминации и не собирался отпускать любовницу раньше, чем того потребует организм.

Затворница дернулась несколько раз и подставила под удар руку. Клинок рассек ее, словно сухую ветку и застрял в черепе, расколов его до переносицы. Тело тут же обмякло.

Оставшаяся нечисть выла на потолке, оплакивая подругу, и постепенно продвигалась к волшебнику, от которого чувствовала главную угрозу. Джубал не прикрывал. Он отступил за спину мага и старался вывести из опасной комнаты Шахриет, пребывающую в ужасе от увиденного.

Ослябя хотел помочь. Вдвоем бы точно получилось достать прыткую тварь, но орк бешено набросился на паломника и прижал его к стене. Зеленоватый пытался выхватить меч. При этом было совершенно не понятно, что на у него на уме. То ли желание наказать союзника за прерывание акта любви, то ли стремление завладеть оружием, чтобы убить опасную нежить сверху, а может и куда более ужасные мысли… вторая мумия ведь еще оставалась…

– Пусти ты.

– Го-о-о-р-г!!! Арррраааа!!! Дай!

– Остолопы! – закричал Эразм. – Сбейте ее. Скорее.

Волшебник тщетно тыкал ладонью во врага. Наколдовать что-то другое он бы просто не успел. Магические стрелы были самым простым и быстрым заклинанием, но нежить успешно маневрировала. Эразм заметил, что орк вот-вот одолеет ученика и на секунду отвлекся.

Очередной ступор застал Шалилуна также внезапно, как предыдущие. В практике Эразма еще никто так часто не подвергался воздействию этого заклинания. Возможно, если бы лорду был интересен зеленоватый, то он бы соблазнился изучить влияние этих чар на мозг, но…

Паломник пинком отшвырнул от себя застывшего орка и приготовился к прыжку. Тут он с ужасом обнаружил, что не успеет. Мумия уже раскрыла пасть и устремилась на замешкавшегося учителя.

Эразм хоть и тяготился старостью, но все еще имел парочку козырей в рукаве. Сложив руки на посохе, он вытянул его вперед и применил «отбрасывающий удар». Затворница едва коснулась препятствия, как волна энергии смела ее прочь. Правда, досталось и Варвару, который нашел оружие и пытался подняться. Они вдвоем отлетели к противоположной стене, а там пришел в себя Эфит.

Ветеран подхватил топор, оказавшийся у ног, и отрубил мерзкую иссушенную головешку. Он усмехнулся и хотел что-то сказать, но кто-то его опередил.

– Альрамал вэл дамун… – хриплый возглас донесся до слуха героев.

Повеяло сквозняком. Ветер затушил факелы, разбросанные по полу. Тьма стремительно заполнила пространство.

– Песок и кровь, – едва слышно произнес Эразм, переведя услышанное, и с трудом сглотнул подступающий к горлу ком.

Спасибо за вашу поддержку! Ваш лайк и комментарий действительно помогают мне писать дальше. Давайте вместе доведем эту историю до конца!

Если вам понравилась история, поделитесь ею с друзьями — каждый совет и рекомендация ценны. Вместе мы сможем создать что-то действительно особенное!

И не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые главы!